Неоконченный рисунок. часть 1

Гомоэротический рассказ 18+

Даже не знаю, нравился ли мне Денис. Он ведь не был мне другом, он встречался с моей сестрой. Когда Денис приходил, они запирались в ее комнате, там пили вино, слушали музыку, а потом… Я отлично слышал, чем они занимались потом. Слышал поскрипывание дивана, равномерное, как стук колес поезда. Слышал громкое дыхание, приглушенные вскрикивания Вальки, невнятное бормотание Дениса. Затем поезд набирал ход, скрип становился все быстрее и громче, возгласы – чаще и выразительнее. Под конец утробный стон из двух глоток сливался в один долгий, непрерывный гудок, возвещая о прибытии состава на конечную станцию. С последними затухающими ударами колес из одного вагона в другой передавался контрабандный груз, который и был целью поездки. Поезд прекращал свой ход, и на время воцарялась тишина.
Я на дрожащих ногах отходил от двери их комнаты, стараясь не скрипнуть половицей, не выдать своего нездорового интереса к играм взрослых (мне было шестнадцать, им по двадцать семь). Я закрывался у себя в комнате и бросался на постель. Вынимал из-под кровати высокую индийскую вазочку, которую давно держал там вместе со своими секретными рисунками, и засовывал в нее ломившийся член. Внутренность вазочки была прохладной и шероховатой, это доставляло мне неземное наслаждение. Изнемогая от желания, я совершал яростные круговые движения, пока не доводил себя до оргазма и не наполнял бронзовую «вагину» семенной жидкостью. Вазочка была моей неизменной партнершей на протяжении нескольких лет. С того самого дня, как я начал мастурбировать. Техника у меня тоже была неизменной: снова и снова ось мироздания описывала окружность по краям моей эротической вселенной, покуда стремительное движение не порождало Большой Взрыв, сопровождавшийся толчкообразным выбросом густой биомассы…
Изредка я, правда, изменял своей элегантной «подруге» и дрочил вручную, но тоже по-особому, не как все нормальные люди. Я накрывал свой слегка изогнутый член ладонью и тремя пальцами массировал головку, чуть-чуть сдвигая крайнюю плоть, но никогда не оттягивая ее полностью. Этого мне было достаточно, чтобы спустя какое-то время бурно кончить. Как мастурбировать правильно, я в то время не знал, да и откуда бы я это узнал? Видака у нас не было, компьютер с интернетом еще не изобрели, да и поучиться у кого-то тоже не представлялось возможным: друзей среди сверстников-мальчишек у меня отродясь не водилось. Впрочем, мне было наплевать на технику: во время своих онанистических сессий я весь погружался в причудливые эротические фантазии, которые отдавались в паху сладостными ощущениями. Откуда я их брал у себя в голове, сказать уже не могу. Наверное, из обрывков чьих-то разговоров о сексе, из увиденных на пляже полуобнаженных тел, из соблазнительных картинок на «переливных» японских календарях. Но, скорее всего, видения порождалась архетипической памятью моей предыдущей жизни, полной секса и вечной похоти, воспаленного сладострастия и необузданного разврата. Мне кажется, в прошлом воплощении я был самой грязной шлюхой – ТАКУЮ может нарисовать лишь необычайно порочное, болезненное воображение.
         
***
В тот день они назначили очередную встречу. Сестра планировала вернуться с работы к двум часам, до прихода Дениса, но в половине второго позвонила и сказала, что их задерживают, поэтому раньше трех она не появится. Валька наказала мне оставаться дома, дождаться Дениса и занять его чем-нибудь до ее возвращения. 
– Чем? – недовольно поинтересовался я. Мне нужно было срочно окончить два этюда в художественную школу, и тратить время на развлечения малознакомого парня совсем не хотелось.
– Напои чаем и предложи сыграть в карты, – отрезала Валька.
– На раздевание? – язвительно уточнил я.
– Не советую, – усмехнулась сестра. – Дэна хрен обыграешь, так что в два счета останешься без трусов. Короче, придумай что-нибудь, только пусть он меня дождется.
– Слушаю и повинуюсь, – буркнул я и бросил трубку. Так она меня вечно и строила – тоже мне мамочка нашлась!
Только я разложил на столе рисовальные принадлежности, намереваясь побыстрее разделаться с доставшим меня пейзажем, как в дверь позвонили. Я пошел открывать – на пороге стоял Денис с тортом в руках.
– Здорово, чувак, – по-свойски приветствовал он меня. – Валюшка просила подождать ее здесь. Не выгонишь?
– Проходите, – вежливо, но сухо сказал я. – Сестра велела угостить вас чаем. Будете пить?
– Конечно, буду, – легко отозвался Денис, скидывая кроссовки. – Я специально тортик купил. Составишь мне компанию?
– Я сейчас занят, – ответил я, – и вообще, только что выпил кофе. Если хотите, можете сами сделать себе чай. Думаю, вы знаете, где у нас что на кухне находится. Можете чаевничать там или проходите ко мне в гостиную.
– ОК, – согласился гость, – самообслуживание – значит самообслуживание… Слышь, чувак, напомни – как тебя звать?
– Анатолий, – представился я. – И пожалуйста, не называйте меня «чувак».
– Яволь, мой генерал, – засмеялся Денис. – Натюрлих! Я, пожалуй, с тобой посижу, Толян, а то мне одному скучно.
Я поморщился от такого панибратского обращения, но ничего не сказал. Лишь пожал плечами и вернулся в гостиную. Разговаривая с Денисом с холодной вежливостью, я изображал из себя «гнилого аристократа», хотя на самом деле им не являлся. Я просто смущался, не зная, как себя вести в его компании. Не будучи избалован мужским обществом, я проще чувствовал себя среди девчонок.
Я вовсю водил кистью по большому листу рифленой бумаги, когда в гостиную вошел Денис с большой кружкой чая и куском торта в руках. Он уселся на диван напротив меня и с видимым аппетитом приступил к чаепитию. Мы оба молчали. Я время от времени отрывал глаза от бумаги и искоса поглядывал на гостя. А иногда боковым зрением ловил его неопределенный взгляд на себе.
 – Что малюем? – наконец спросил Денис, прерывая обоюдное молчание.
– Леса, моря и горы, – буркнул я, с преувеличенным вниманием вглядываясь в свежие мазки. Я нарочно не смотрел на него: пусть не думает, что я все брошу и начну с ним трепаться.
– На стену повесишь? – дружелюбно поинтересовался он.
– Нет, музею продам, – фыркнул я, но тут же сказал серьезно: – Завтра в «художку» понесу, для зачета.
– Интересно, – сказал Денис каким-то проходным тоном. Было сразу понятно, что ему совершенно не интересно. – А портреты вы рисуете?
– Ну, допустим, рисуем, – с прохладцей ответил я, по-прежнему из вредности не поднимая на гостя глаза. – А что?
– Меня можешь нарисовать? – вдруг спросил он. – Очень хочу, чтобы кто-то нарисовал мой портрет.
Я оторвался от бумаги и удивленно посмотрел на Дениса: дескать, зачем вам, если можно сфотографироваться.
– Послушай, чувак… в смысле, Толян, – тут же поправился он, – ну что тебе стоит? Нарисуй, а? Мне еще целый час просто так сидеть, я ж усну от скуки.
– А позировать целый час, значит, не наскучит? – усмехнулся я. Вообще-то, я был не прочь набросать портрет этого парня: рисовать людей мне нравилось гораздо больше, чем пейзажи. Однако для вида я еще поизображал упрямство.
– Не наскучит, – живо возразил Денис. – Честно скажу, я давно мечтал об этом. Ну, попозировать художнику.
– Ладно, уговорили, – наконец согласился я. – Только сидите спокойно и не вертитесь. Я не настолько великий художник, чтобы с ходу рисовать движущиеся объекты.
– Как скажешь, – с готовностью согласился Денис. – Скажи, как мне сесть и куда руки положить. Может, на груди скрестить?
– Руки за час отвалятся, если будете их скрещенными держать, – сказал я. – Лучше положите свободно на бедра и слегка сцепите перед собой пальцы.
– Хорошо, – кивнул мой натурщик и сделал все, как я велел. Сейчас его руки возвышались как раз над пахом, слегка приминая пальцами бугорок на классических черных брюках из податливой ткани.
Я взял планшет и сел на стул против дивана. Свет из окна в это время идеально «лепил» объем лица и тела Дениса и подчеркивал фактуру его кожи. Я быстро, но без суеты начал делать портретный набросок. Заодно я впервые в жизни смог спокойно рассмотреть этого парня, не отводя глаз. Обычно я старался не попадаться в поле зрения «сладкой парочки»: когда приходил Денис, я предпочитал уединяться в своей комнате. Поэтому я скорее мог представить себе по слуху особенности сексуального поведения парня, нежели нарисовать по памяти его внешность.
Между тем, это был весьма соблазнительный самец с немного восточным разрезом глаз и широкими скулами. Губы у него, пожалуй, были недостаточно чувственные, зато тонкий нос с точеными ноздрями живо напоминал классические профили римских медальонов. Черные волосы, остриженные максимально коротко, открывали череп великолепной формы и красивые уши. Будь Денис побрит налысо, он походил бы на египетского жреца, по ходу отмечал я, недаром у него смуглый цвет лица, совсем как у древних египтян. Одним словом, Денис примирял в своей внешности черты представителей самых разных мировых цивилизаций.
Этот культурологический синтез порождал во мне острое эстетическое наслаждение, но одновременно я испытывал и другое, более потаенное чувство. Чувство это не было всепоглощающим, оно лишь вызывало в затылке приятную щекотку, которая время от времени пробегала вдоль позвоночника каскадом мурашек и сладко отзывалась между ягодицами. Я уже с томлением представлял, как закрываюсь в спальне и устраиваю свою одиночную оргию, как упиваюсь собственными видениями. Я знал, что центром этих фантазий будет красивый парень, сидящий передо мной. А основным возбуждающим мотивом станут его пальцы: иногда он их расцеплял и рассеянно поглаживал выпирающий треугольник на брюках. Не нарочито, а даже не отдавая себе отчета в прикосновении к гениталиям. Непроизвольность жеста как раз и сводила с ума…
– Готово, – наконец прервал я творческое молчание и встал со стула.
– О, неужели? – оживленно воскликнул Денис и тоже вскочил на ноги. – Ну же, показывай скорее, я умираю от нетерпения!
– Пойдемте к окну, – предложил я, – там света больше.
Я отдернул тюль и положил рисунок на подоконник. Денис встал рядом со мной и бережно взял его в руки. Несколько минут он с безмолвным интересом изучал портрет, а я прислушивался к тишине, пытаясь угадать реакцию парня. Он повернул ко мне голову и с немного озадаченной улыбкой спросил:
– Слушай, это правда я? Я имею в виду, я и правда такой красивый? Мне кажется, ты меня малость приукрасил.
– Вам что, не нравится? – глухим голосом уточнил я, готовый в любую секунду расплакаться от огорчения.
– Да ты что, конечно, нравится! – искренне воскликнул Денис. – Ты реально крут, чувак!.. Ой, прости – Толян… Толик…
Когда я услышал имя ТОЛИК, у меня перехватило дыхание: меня так никто никогда в жизни не называл! Это обращение породило во мне неведомое доселе чувственное переживание: влажные звуки имени мгновенно растеклись у меня по яичкам и выступили капелькой на головке члена. Я вдруг ощутил, как у меня задрожали ноги и куда-то поплыла голова. Чтобы не упасть, я облокотился на подоконник и сквозь пелену, застлавшую глаза, устремился взглядом вдаль. Как сквозь толщу воды услышал я голос Дениса:
– Толь, а можно я тебя еще кое-о-чем попрошу?
Неимоверным усилием воли я заставил себя вернуться в реальность.
– О чем?
– Ну… – Он смущенно замялся, а потом хохотнул и сказал: – Ты не мог бы как-нибудь нарисовать меня без одежды?
– Совсем без одежды? – изумился я. – Голым?!
– Ага, – кивнул он и громко сглотнул. – Ну или, там, в набедренной повязке. Чтобы как индеец был.
– Да, вы немного похожи на индейца, – глупо сказал я, потому что ничего более остроумного мне в тот момент в голову не пришло.
– Ну так что, нарисуешь? – быстро спросил Денис, приняв мою ремарку за согласие.
– Я не знаю, – в замешательстве пробормотал я, – не знаю, получится ли у меня. Я никогда не рисовал обнаженных людей. Нас не учили в школе.
– Ну вот заодно и потренируешься, – засмеялся Денис и слегка приобнял меня рукой за плечо.
Внезапно за спиной послышалось громкое троекратное покашливание, и тут же раздался ехидный голос моей сестры:
– О-ля-ля! Да тут, кажется, рождается высокое советское чувство! Чем это вы, мальчики, занимаетесь?
Я вспыхнул, наверное, от ушей до пяток, а Денис, смеясь, повернулся к Вальке с рисунком в руках и воодушевленно сказал:
– Прикинь, твой брат мне портрет нарисовал, пока я тебя ждал. Да еще так похоже – я аж обалдел!
– Ну, это он умеет, – фыркнула Валька. – Еще бы посуду мыть научился, вообще цены бы ему не было… Ладно, Толяныч, молодец, что занял Дэна. А сейчас давай дуй к себе, мне с Денисом нужно посекретничать.
Меня не нужно было просить дважды: в этот момент я как никогда в жизни хотел поскорее уединиться в спальне.

Продолжение следует. 


Рецензии
Привет, Вань! :)
Очень классно! Я еще вчера прочитал - неизвестным. Так понравилось. И зря ты говорил, что эротики мало. Она как раз такая, как я люблю, и именно такой мне вполне достаточно. Но раз дальше будет больше, так это еще лучше :)
Понравилось наблюдать, как смягчалось поведение Дениса. ) Юношеская страстность Толика тоже очаровательна. Одним словом - чудесная парочка )) Но, конечно, Вань, знаю я, что закончится все болезненной стрелой в мое сердце, но я уже привык. Мало того, мне начинает это нравиться )))

Короче, жду продолжения. Начало интригующее однозначно :)

Максим Светлов Дзэн   06.02.2017 22:23     Заявить о нарушении
Привет, Макс! :)
Рассказ наконец-то дописался. А я осмелился вчера выложить первую часть, имея еще ненаписанный финал) Но одолел и его)
Не знаю, классно или нет, но раз тебе нравится, то я счастлив)
Если в конце стрела в сердце и будет выпущена, то гарантирую тебе, что она не отравлена и все останутся живы)). Что же я, зверь какой, что ли, мучить читателя постоянными трагедиями?))
Не забывайте заходить на страничку, ожидаются обновления в виде продолжения :))
Спасибо за отзыв, Макс :)

Иван Лескофф   07.02.2017 01:31   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.