Крутые перемены Глава 3

Крутые перемены




Глава 3


Через четыре дня, управившись со своими делами, я сидел напротив зам. Начальника отдела Малькова Владимира Васильевича. Те же вопросы, те же ответы.

- Будете работать в секторе схемной документации, - в заключение нашей беседы сказал Мальков. – Пойдемте, представлю Вас начальнику группы.

Мы пересекли наискосок коридор, вошли в комнату 208 и подошли к столу, за которым сидел обаятельный мужчина лет тридцати трех, с открытым, добродушным лицом, серыми, с веселинкой, глазами и густыми светло-русыми волосами с небольшими залысинами.

- Вот, Евгений Борисович, тебе новый работник, как ты и просил, - сказал Мальков. – Знакомьтесь, а я пошел.

- Наконец-то… дождался. Садитесь, - радушно пригласил он, указывая на стул. – Будем знакомиться.

Узнав, что я пришел к ним из геологии, очень заинтересовался жизнью геологов, их работой, в каких местах мне приходилось работать, что заставило меня поступить на работу на их предприятие, чем увлекаюсь… Меня, признаться, несколько удивило такое начало знакомства. Но вот и вопрос по существу:

- Вы, Геннадий Федорович, знакомы с телеметрией?

- Нет, - честно признался я.

- А с радиотехникой, электротехникой?

- Да, в какой-то мере. Мы в техникуме изучали основы радиотехники и электротехники.

- Ну, вот и хорошо. А телеметрия – это их синтез. Значит, сработаемся, - улыбнулся он. – Наша группа занимается разработкой схемной и конструкторской документации систем телеметрического контроля и контрольно-испытательной аппаратуры, размещаемой в ракетах, на техпозициях и подлодках.

Далее он познакомил меня со спецификой работы предприятия. В общих чертах рассказал о структуре КБМ, о характере проводимых работ на объектах (АПЛ, полигонах, заводах). Подробно проинструктировал, какая терминология принята в КБМ, и какими словами, фразами можно заменить, скажем, слово «ракета» или «подводная лодка». Главное же – о проектировании, изготовлении или испытаниях  нигде и ни с кем на стороне - ни гу-гу. Так я узнал, что подлодку здесь принято называть «баржой», ракету – «изделием» и все в таком роде.

- Если кто поинтересуется, чем мы здесь занимаемся, надо говорить, что выпускаем электрогенераторы для электростанций, - сказал он в конце беседы.

В связи с этим Евгений Борисович рассказал расхожий в КБМ анекдот. «Встречаются двое приятелей. Один другого спрашивает: « Чем вы там за забором занимаетесь? Что выпускаете?» «Да вроде бы стулья делаем, - отвечает другой, почесывая затылок. – Только вот никак в толк не возьму: вынесу детали, дома соберу – и всякий раз получается что-то наподобие пулемета…»

Мы коротко посмеялись этой шутке.

- Вот, Геннадий Федорович, Ваш рабочий стол, - указал он на пустующий стол и со смешинкой в голосе добавил. – Так что располагайтесь и, как говорится, вперед и с шашкой наголо.

В секторе кроме группы Буракова, была еще одна – группа телеметрических измерений, начальником которой был Шибаев Петр Иванович.

Сектором же руководила Барабошкина Клара Васильевна – умная, энергичная женщина лет тридцати восьми.

С этого дня вся моя дальнейшая жизнь протекала в стенах этого предприятия, а за его пределами – в длительных и частых командировках на заводах, полигонах, подлодках, с тяжелой изнурительной работой.

Мое вхождение в новую для меня работу началось с изучения нормативно-технической документации (НТД): ГОСТы, ОСТы, нормали, технические условия (ТУ) и инструкции, и продолжалось до конца мая.

И я добросовестно засел за учебу. Кроме этого, взял в технической библиотеке учебники по электро-радиотехнике, чтобы хоть как-то восстановить в памяти, съеденные временем пробелы. Параллельно с этим знакомился с телеметрическими схемами, которые советовал мне Евгений Борисович. Иногда за этими занятиями засиживался до позднего часа. И вообще, я заметил, что многие сотрудники, выполняя работу, прихватывали после окончания рабочего дня часа два-три своего личного времени. Это было здесь в порядке вещей.

- Геннадий Федорович, если что будет непонятно, спрашивай любого без стеснения и ложной скромности, - сказал Бураков, проходя как-то мимо моего стола. – У нас так принято, даже приветствуется.

Этим советом я не преминул воспользоваться, тем более, что непонятного для меня, честно признаться, было немало. Для выяснения того или иного вопроса, я надоедал, как мне казалось, инженерам и конструкторам, но они охотно, подробно и доходчиво старались мне объяснять, пока я не вникал в суть вопроса.

Я до сих пор с благодарностью вспоминаю Аксенова Льва Федоровича, Поносову Людмилу Федоровну, Плотникова Аркадия Федоровича, Дмитриева Бориса Григорьевича и многих других, которые терпеливо вводили меня в русло предстоящей работы. Я уж не говорю о Буракове и Шибаев -  моих первых неутомимых учителях.

За короткое время я успел перезнакомиться почти со всеми сотрудниками отдела. Все были молоды. Дух неуемной энергии, задора и оптимизма витал повсюду. Наш отдел являл собой как бы миниатюрный сколок всего КБ. Здесь трудились специалисты отовсюду – из Москвы и Ленинграда, Казани и Томска, Новосибирска и Алма-Аты. Чувствовалось, что приехали они сюда не на время, а навсегда – обзаводились семьями, обустраивали быт и никуда не планировали уезжать. Жили одной дружной семьей: вместе работали, вместе решали возникавшие проблемы, вместе отдыхали.


Геннадий Сотников


Рецензии
Наверное потому в СССР "изделия" не падали и "баржи" не тонули. Работали специалисты.!

Иван Спартаков 2   10.02.2017 15:17     Заявить о нарушении
Спасибо, Иван! Подметили абсолютно верно. И до сих пор служат. И это не конец "Крутых перемен". С теплотой,

Геннадий Сотников   10.02.2017 16:39   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.