Крутые перемены Глава 5

Крутые перемены


Глава 5


Морская баллистическая ракета – сложнейший в техническом отношении организм. Все процессы в ней происходят в автоматическом режиме. За то короткое время, что ракета находится в полете (с начала старта до конечного пункта назначения проходит около 30 минут) в ней происходят многочисленные изменения, которые внимательно отслеживает система телеметрических измерений (СТИ). Она в кодированном виде непрерывно передает с ракеты на землю все параметры: перегрузки, вибрации, ударные ускорения, температуру, унос теплозащитного покрытия (ТЗП) и многие другие. В общей сложности более 450 измерений.
Телеметрия – это епархия нашего четвертого отделения в целом и нашего отдела в частности, как головного разработчика бортовой малогабаритной аппаратуры высокой информативности, средств измерений, их регистрации и обработки.

Все связи между устройствами на борту ракеты осуществляет бортовая кабельная сеть (БКС), «кровеносная», если можно так выразиться, система ракеты.

«Начинка» ракет от изделия к изделию, в зависимости от поставленных задач, все более и более усложняется и расширяется ее номенклатура. Соответственно и усложняется и БКС. Это потребовало создания на заводах-изготовителях специального кабельного производства, а в отделе создания отдельной группы.

В 1974 году по инициативе Барабошкиной К.В. была создана такая группа – группа бортовой и наземной кабельной сети. Начальником ее был назначен Кравцов Виктор Гаврилович, до этого работавший в отделе Главного энергетика ММЗ.

В этом же году Клару Васильевну переводят на московское предприятие «Агат», а начальником сектора вместо нее назначают Шибаева Петра Ивановича.

В марте 1975 года после возвращения из Северодвинска, где я проводил монтаж и автономные проверки КИА СТИ на ПЛ пр.701, меня вызвал к себе Бураков Е.Б., в то время уже работавший заместителем начальника отдела. После его назначения на эту должность начальником нашей группы стала Поносова Людмила Федоровна, окончившая в 1955г. Томский политехнический институт, кстати, единственная женщина в КБ, совершившая морской поход на ПЛ.

Порасспросив меня о ходе работ на ПЛ, о здоровье, семье, он задал неожиданный для меня вопрос:

- Геннадий Федорович, тебе еще не надоели командировки?

- Да как-то, вроде, и нет… пока, - замявшись немного, ответил я. – Но, если честно, уже становится тягостно от них. А что, новая командировка намечается?

- Нет, нет…, поспешил он меня успокоить, хитро при этом улыбаясь. – Нет. Просто есть соображения перевести тебя в группу Кравцова. Как ты на это смотришь?

- Как я понимаю, Евгений Борисович, это происки Гаврилыча? – спросил я. Он уже давно пытается перетянуть меня к себе.

- Нет, Гаврилыча тут вины нет…, не греши на него. Возникла производственная необходимость, скажем так. Объясняю…. Видишь ли, Кравцов с Шибаевым «загорелись» интересной идеей, весьма перспективной – разработать систему автоматизированного проектирования КД кабелей и схем. Вот мы и поручили Виктору Гавриловичу ее разработку, но нужно «развязать» ему руки…, разгрузить его. А ты был бы ему хорошим помощником, взяв на себя часть его вопросов. Я не тороплю тебя с решением…. Подумай, поговори с Кравцовым.

-  А Людмила Федоровна в курсе? Она же, наверняка, будет против этого, - спросил я.

- С ней я поговорю отдельно. Уговорю, как-нибудь…, - усмехнулся он. – Твердый орешек….

- Раз это необходимо для дела, Евгений Борисович, я не против. Чего тут раздумывать, - согласился я.

Бураков тут же набрал номер телефона и вызвал к себе Поносову.
Я вышел из кабинета и пошел в курилку, требовалось перекурить это событие. Когда вернулся в свою комнату, Людмилы Федоровны на месте не было. Примерно через полчаса она появилась, щеки ее пунцово рдели так, что поблекли веснушки на ее лице. Видимо разговор у Буракова был для нее не из легких. Остановившись напротив моего стола, она только и сказала:

- Ну, что же ты, Гена…, мог бы и посоветоваться со мной, - и укоризненно посмотрела на меня.

- Извини, Людмила Федоровна, не успел…. Так уж получилось.

- Ну, что ж, в добрый путь на новом поприще, - в голосе обида, во взгляде укор.
Прошло уже столько лет, а я до сих пор помню и голос ее с горчинкой, и этот укоризненный взгляд.

Через неделю распоряжением начальника отдела я был переведен из группы управления в группу БКС.

Гаврилыч, как многие его называли, довольный таким оборотом дела, потирал руки. Не откладывая в долгий ящик, тут же подробно ознакомил меня со спецификой БКС и выдал задание на разработку технических условий (ТУ) на бортовые кабели ракеты Р-29РМ.

- А прежде чем начинать работу над разработкой ТУ, изучи условия эксплуатации ракеты, - посоветовал он. – Конструкция БКС должна соответствовать этим требованиям. Усек? А что будет тебе неясно, спрашивай. Разберемся вместе.
Вот так.

Вникнув глубже в суть конструкции бортовых кабелей, я понял, что не такая это простая задача, как я ее себе первоначально представлял. К жестким требованиям по условиям эксплуатации добавлялись не менее жесткие требования к ее монтажу. Ограниченные внутренние объемы ракеты из-за плотной компоновки приборов требовали и создания сложной объемной конфигурации кабелей, а применяемые в бортовой аппаратуре малогабаритные и субминиатюрные соединители, требовали и применения соответствующих проводов и специальных кабельных вводов.

Одним словом, конструкция БКС должна отвечать всем современным требованием, а вопрос надежности ее при проектировании и изготовлении должен быть поставлен во главу угла.

Всеми этими вопросами я и занялся при разработке ТУ, КД на БКС, кабельных вводов  и других основополагающих документов.

Наш сектор схемной документации являлся самым крупным подразделением в отделе, что послужило основой для формирования в октябре 1976 г. нового, конструкторско-эксплуатационного отдела 43, в который вошли сектор схем СТИ, сектор испытаний и эксплуатационной документации, а также сектор управления и контроля телеметрии. Начальником этого отдела стал Е.Б.Бураков.

В марте 1978 г. меня переводят на должность инженера-конструктора 2-ой категории, в октябре 1979 г. на должность ведущего инженера, а по сути, руководителем группы. Гаврилыч вплотную занялся разработкой САПР СИ и формированием временного молодежного творческого коллектива (ВМТК), привлекая для этой цели специалистов других отделов КБ.

Работа в группе БКС не требовала частых и длительных командировок, как прежде, но требовала почти ежедневного присутствия на производстве при изготовлении бортовых кабелей в цехе 61 и их монтажа при сборке отдельных блоков ракеты в цехе 25.

Златоустовский машиностроительный завод (ЗМЗ) и его филиал в Миассе (ММЗ) входили в структуру КБМ и являлись основным производственным полигоном конструкторов. Здесь осуществлялось освоение всей конструкторской документации и, как мы выражались, ее «шлифовка». При изготовлении первых комплектов БКС мне приходилось быть непосредственным техническим руководителем, решать в тесном контакте с технологами все вопросы по изготовлению и испытанию кабелей и технологической оснастке.

Ко мне стекались все необходимые конструктивные изменения, по которым после тщательного анализа принималось решение о реализации их в КД. Эта трудоемкая работа именовалась у нас «ведением производства».

Моим верным и надежным помощником в группе, во время моего отсутствия, являлась Карымсакова Людмила Алексеевна – инженер-конструктор 2-ой категории. По моему звонку из цеха она быстро организовывала корректировку КД и на другой день синька ИИ была уже в цехе.

В марте 1988 г. произошло очередное разделение отделов. От отдела 43 отпочковался другой – отдел 143, конструкторский отдел телеметрии. Начальником его был назначен Лаптев Виктор Васильевич, окончивший в 1959 г. Томский политехнический институт, до этого работавший начальником конструкторско-монтажным отделом. В состав нового отдела вошли: конструкторский сектор – нач. Климин Геннадий Дмитриевич, сектор САПР СИ под руководством В.Г.Кравцова и сектор схем измерений, которым руководил П.И.Шибаев.
 
Цель создания отдела – выпуск КД с использованием сквозной системы автоматизированного проектирования КД, над воплощением которой уже долгие годы неутомимо трудился В.Г.Кравцов.

В 1976 г. им уже была создана САПР «кабель» и опробована на нескольких комплектах БКС. Однако из-за сложности системы при заполнении исходных данных, длительного времени вывода КД на бумажную основу, некачественную печать, потеря времени на ее проверку система не прижилась ни у конструкторов, ни у заводских технологов. Теперь же сектор Кравцова работал над новой версией САПР с применением персональных компьютеров.

Ну, а мы: конструкторы, схемщики, кабельщики, продолжали заниматься тем, чем занимались многие годы. Разрабатывали и выпускали КД по старинке, «вручную», с помощью линейки, рейсфедера, циркуля, кальки и туши. Параллельно с этими работами я занимаюсь разработкой отраслевого стандарта «Кабели испытательные. Конструкция, изготовление и испытания».

В апреле 1988 г. меня переводят на должность начальника группы БКС, которая вошла в сектор Г.Д.Климина. Для нас это было чрезвычайно удобно. Все вопросы, связанные с конфигурацией, длинами, монтажом кабелей в капсулах, решались на месте.


Геннадий Сотников


Рецензии
Сильно завернула работа! Молодец,что справлялся!

Иван Спартаков 2   17.02.2017 17:08     Заявить о нарушении
Спасибо, Иван! Пока память что-то держит, будем жить воспоминаниями. С теплом,

Геннадий Сотников   18.02.2017 06:30   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.