Глава 15. Немцы

Глава 15. Немцы.

В условиях всеобщего раздрая обстановка на территории бывшего Советского Союза продолжала ухудшаться. Ухудшалась она в целом и по Казахстану. Работы в Синегорске становилось всё меньше и меньше.
Вслед за строительными трестами на грани полной остановки оказались градообразующие предприятия – Приборостроительный завод, завод Кислородно-дыхательной аппаратуры, завод «Наука»… Выпускаемая ими продукция становилась всё более и более невостребованной. Рвались межхозяйственные связи.
 
Горожане теряли работу, наиболее предприимчивые из них ударялись в кооперацию, занимались челночным бизнесом, тащили из-за границы товары, еще недавно считавшиеся дефицитом. Работникам, чьи предприятия хоть и сокращали выпуск продукции, но удерживались на плаву, руководство урезало зарплату и всё чаще её задерживало. Не хватало денег. Пошли неплатежи. Широчайший размах во взаиморасчетах приобрели бартерные сделки.
 
В этих условиях предприятия связи выгодно отличались от других. Их продукция оставалась востребованной. Верно замечено: сокращается производство – связь умирает последней, возрождается производство – связь необходима в первую очередь.
Очень важно было не допустить ухудшения качественного состояния сети. Для этого требовались ритмичные финансовые вливания. Механизм восполнения средств имелся. Технические возможности оборудования позволяли связистам адресно отключать телефон за несвоевременную оплату. Это действовало. За телефон люди старались платить, что в свою очередь давало возможность связистам приобретать расходные материалы, стабильно получать заработную плату и даже регулярно повышать её в стремлении хоть как-то компенсировать безудержный рост цен.
 
Выглядело это парадоксально, но на общем фоне развала страны отрасль получила прекрасные возможности для развития. Финансирование по кредитной линии контракта на модернизацию и развитие телефонной сети, перевода её на цифровой формат в десяти областях Казахстана, на базе немецкой станции «Алкател С-12», было полностью обеспечено. Универсальная цифровая АТС, сочетающая в себе возможности предоставления междугородной и городской телефонной связи общей емкостью шестнадцать с половиной тысяч номеров, была в оговоренные сроки доставлена в Синегорск. Начался её монтаж.
 
Возможности станции  поражали воображение. Работу междугородного узла и восьми тысяч городских номеров обеспечивала головная центральная АТС. Вторая половина цифровой телефонной ёмкости пакетами от пятисот до двух тысяч номеров рассредоточивалась по городу с помощью шести выносных станций. Связывали центральную станцию с выносными АТС в единый цифровой комплекс волоконно-оптические кабели. Новое современное оборудование предполагало резкое улучшение качества связи. Появилась возможность вывести из эксплуатации морально устаревшие и отслужившие свой срок декадно-шаговые АТС, резко сократить количество блокираторных номеров и обеспечить развитие сети в слабо телефонизированных районах города.

Чтобы всё это воплотить в жизнь требовалась слаженная работа Областного предприятия связи и Городской телефонной сети. Времени на распри и разборки не оставалось.
Фенин погасил в себе раздражительность на «строптивое» и самостоятельное поведение Штольца. Нападки со стороны его заместителей полностью прекратились.
Штольц погасил в себе обиду на Фенина за игнорирование интересов ГТС.
Общее дело заставило пойти навстречу друг другу. И удивительно – с полуслова и Фенин и Штольц начали друг друга понимать! Как по мановению волшебной палочки исчезли все разногласия.
Основная нагрузка по развертыванию новой станции, по организации взаимодействия с немецкими специалистами, по её монтажу, тестированию, по подготовке своих специалистов, и наконец, по вводу её в эксплуатацию легла на плечи руководства Областного предприятия связи.
 
Городская телефонная сеть занималась своей частью работы. Готовила помещения, приводила параметры линейно-кабельных сооружений в соответствие заложенным в станции критериям, планировала порядок их переключения. И что особенно было важно – тщательно прорабатывала районирование сети, предполагавшее уменьшение протяженности кабельных магистралей, продумывала разворот кабелей, освободившихся в результате районирования, в кварталы города, нуждающиеся в дополнительной телефонизации. Таким образом, без капитальных вложений, за счет изыскания и оптимального использования резервов можно было значительно увеличить количество телефонов на сети.
 
Депутат Маслихата Штольц помнил обещание данное избирателям Застанционного поселка. По согласованию с городским отделом народного образования местная школа выделила помещение для размещения выносной АТС. Для стопроцентной телефонизации поселка потребовалась тысяча номеров. Именно под эту емкость был составлен отдельный проект. Средства на финансирование были изысканы. Специализированная ПМК связи закупила необходимые материалы и начала строительство сети. Работа двигалась.
Монтаж станции, формирование её конфигурации таким образом, чтобы безболезненно вписалась она в существующую местную сеть, немецкие специалисты проводили в тесном взаимодействии с местными связистами. Все работы от расстановки оборудования до окончательного пуска в эксплуатацию осуществлялись под полным их контролем. И дальнейшее сервисное обслуживание предполагалось при активном участии немецкой стороны.

Одновременно проводилась подготовка местных специалистов, обучение их на курсах в Германии. Для участия в монтаже и настройке оборудования, в помощь немцам, была сформирована специальная группа. В её состав вошли наиболее подготовленные, способные к переучиванию междугородчики и специалисты ГТС. Отбор в группу был очень тщательным. Важно было, чтобы владели они хотя бы основами английского языка.
Специалисты из Германии – это ведь иностранные гости. Нельзя ударить в грязь лицом. Надо обеспечить им комфортное проживание, создать условия для отдыха, показать красоты местной природы… проявить гостеприимство. Всем этим занималось Областное предприятие связи.

Хлопотно это было и затратно. По прибытию очередной делегации из Германии, чтобы распределить финансовую нагрузку, Фенин несколько раз поручал Штольцу за счет средств ГТС организовать достойный «ужин» в ресторане. Штольц не любил застолий, но куда деваться! Приходилось принимать участие.
От спиртного немцы не отказывались. В умении употреблять крепкие напитки русским не уступали. Произносили тосты за тесное сотрудничество, за здоровье и благополучие присутствующих. Общение велось через специально принятого в штат Областного предприятия связи переводчика.
А Штольц? Он же – немец по национальности! Изучал немецкий язык и в школе, и в институте. Вслушивался в настоящий немецкий диалект и не понимал ни единого слова.
Немцы подносили очередную рюмку ко рту и произносили
– Zum Wohl… А Штольцу слышалось – цум вольф.
То что «Wolf» в переводе на русский – это «волк» – Штольц знал! И всё не мог взять в толк
– Ну, при чём здесь волк? Как-то совсем не вяжется упоминание волка при пожеланиях добра…
Переводчик этих возгласов немцев не переводил. Считал, что и так всё понятно.
Позже, гораздо позже, когда Штольц всерьёз займется изучением немецкого языка, узнает он что «Zum Wohl» означает «На здоровье!» А пока, желая показать, что тоже может произносить немецкие слова, чокался Штольц с немцами и отчетливо чеканил ответное – «цум вольф! Ну что поделаешь – раз желают они упоминать волков – так тому и быть!..

Немцы приезжали разные по рангу. От уровня менеджеров, решающих организационные и финансовые вопросы, до уровня обычных рядовых профильных специалистов. Для разнообразия отдыха практиковался вывоз гостей на природу, как правило, в сопровождении заместителя Генерального директора ОПС Бровченко Михаила Валерьевича, по складу характера – веселого и компанейского человека. Несколько раз работу эту Фенин поручал Штольцу.
Монтаж С-12 шел полным ходом. Очередная группа немецких специалистов выполняла свою работу. В один из воскресных дней для них был организован выезд в расположенную в шестидесяти километрах от областного центра курортную зону Боровое. По заданию из Областного предприятия связи программу отдыха подготовили местные связисты. Штольц личным присутствием обеспечивал сопровождение иностранцев  и соблюдение порядка во время мероприятия.
Он не помнил уже, когда последний раз выезжал за пределы города. Дом – работа, работа – дом. Так и шла жизнь. По выходным дням занимался домашними хозяйственны-ми проблемами, копался на приусадебном участке. А тут – и работа и отдых одновременно. Начальство приказывает!

Немцев было двое. Мощные, здоровые ребята. Видом своим напоминали они Штольцу откормленных боровов. Ну, какие есть! Монтажное дело свое они выполняли добротно. Переводчик – Шиллер Михаил Давыдович, русский немец, заведующий кафедрой иностранных языков в местном педагогическом институте, очень довольный тем, что представилась возможность пообщаться с носителями настоящего немецкого языка, да и подзаработать, занимал их всю дорогу разговорами. Штольц со своим «знанием» немецкого даже не прислушивался. Бесполезно!
Он в прошлой своей жизни бывал в курортно-боровской зоне проездами. Отдохнуть по-настоящему в этих дивных местах как-то не получалось. Так, чтобы на целый день – это, пожалуй, в первый раз. Сосновый бор… запах хвои… озеро в шаговой доступности… чистейший воздух… Райские места! Казахстанская Швейцария! Вот удивятся немцы всему этому великолепию…

Автобус, свернув налево, по асфальтовой объездной дороге проехал мимо нескольких деревень и вскоре остановился на берегу огромного озера. Штольц недоверчиво озирался вокруг. Неужели это и есть место отдыха?
У воды копошились люди. Верховодил ими хорошо знакомый по совместной работе главный инженер городского узла связи Попович Анатолий Максимович. Штольц не удержался от укора
– Анатолий Максимович, ну ты даешь! Голые холмы вокруг. Спрятаться от солнца негде. Неужели, лучшего места не нашлось? Уж не перепутал ли ты берега? Курортная зона ведь на противоположной стороне озера! Оглянись! Прямо перед глазами лес сосновый так и манит к себе. Только вот озеро здесь слишком широкое – никак не добраться…

Попович басистым голосом успокаивал
– Не переживай Виктор Васильевич! Вот такой отдых получится! – он подтвердил свое утверждение характерным жестом и добавил доводов
– Для загара и купания – в самый раз. Берег пологий, песчаный… глубина приличная… А гостей заграничных мы тройной ухой угостим. Хрен в Германии такую вкусную рыбу как у нас они найдут! Да к тому же – свежайшую, только что из озера выловленную. Видишь – неподалеку рыболовецкая бригада расположилась. Они с нами рыбой и поделятся. У них и лодку мы взяли, на случай если кто-то по озеру покататься захочет. Не переживай, Виктор Васильевич! – немцы останутся довольны.
Ну, что же? Оставалось лишь согласиться с этим. У каждого свое представление об отдыхе. Попович живет в лесной зоне. Для него лес – совсем не достопримечательность. То ли дело – под палящим солнцем… Зато – уха тройная!
На берегу среди камней быль расстелен брезент. Помощники Поповича в сторонке разожгли костер, кипятили в котле воду, готовили продукты, расставляли посуду. Приготовления шли полным ходом. Чувствовалось – для них эта работа привычна.
Никому ничего объяснять не надо было. Все бросились раздеваться. Не терпелось окунуться в воду…

Вода, свежий воздух, горячий песок – действительно, прекрасная возможность от-решиться от всего, заплыть на глубину, заставить работать все до единой мышцы тренированного тела, перевернуться на спину, отдыхать, балансируя на поверхности воды, наслаждаться её прохладой, чувствовать как синева неба заполняет собою всё пространство, а потом, выбравшись из воды, плюхнуться на горячий песок, подгрести его горкой под грудь, подставить спину обжигающим лучам солнца и даже задремать, забыться ненадолго, до поры, пока насытится тело теплом и вновь потребует контрастных ощущений в озерной водной прохладе. От такого времяпровождения разгулялся аппетит, и очень кстати, доморощенные повара-связисты пригласили отведать знаменитой своей ухи.

Аромат, дымящийся из мисок, одурманивал, нетерпеливое предвкушение вкуснотищи усилили вдобавок традиционные сто грамм. Вот только немцы повели себя странно. Оба с какой-то вежливой недоверчивостью отталкивали решительными жестами от себя протягиваемые им миски с ухой и бормотали в один голос
Wir essen keine Fisch! Keine, keine… и означало это, что вообще не употребляют они рыбу.
Один из немцев подтянул портфель, покопался в нём, вытащил палку колбасы, нарезал её кружочками, разложил среди обилия прочих местных закусок на брезентовой «скатерти-самобранке» и в свою очередь, предложил отведать этого заморского яства.
Штольц попробовал. Колбаса была жесткой как кирза сапога, кисловато-соленой на вкус. Оказалось, что только внешним видом она на свою, советскую, родную колбасу и похожа. Не понравился заморский вкус её Штольцу. Вот ведь как получается! Вроде одинаковая, красная кровь пульсирует в людях, а как различаются они пристрастиями к пище! Отсюда, наверное, и различие в национальных характерах... Философия бытия – однако!

Попович расстроился, конечно, из-за немецкой невоспитанности.
– Могли хотя бы из вежливости хлебнуть пару ложек. Не отравились бы…
Вида не подал. Опорожнил пол стакана водки одним глотком, крякнул от удовольствия и произнес во весь голос, ни к кому не обращаясь с нейтральным выражением на лице
– Ну и черт с вами! Нам больше достанется! Жрите свою колбасу…
Штольц ткнул его в бок незаметно, а Попович продолжил, как ни в чем не бывало
– Да ладно вам, Виктор Васильевич, – они же ни белмеса не понимают! – и принялся аппетитно уписывать недавно выловленное из озера  экологически чистое, мастерски приготовленное божественное блюдо.
Уха и в правду оказалась отменной на вкус. Штольц попросил добавки. Он такую пробовал впервые…
Спиртным особо не увлекались. Жара не располагала. Спустя некоторое время, все вновь потянулись к воде. Культурный отдых продолжился.

Штольц накупался вдоволь, от души. Сидел на берегу и не выпускал из вида немцев. Они, лениво пошевеливая веслами, катались на лодке вдоль берега. Вдруг, перед лодкой, прямо по курсу что-то мелькнуло в воздухе, ударило по воде, отскочило вверх и скрылось из глаз. Оказалось – это Попович нашел себе очередное развлечение. Насобирал горсть плоских камней и, наклоняясь для удобства, с силой запускал их в сторону озера. Камни рикошетили, теряли инерцию полета, отскакивали по нескольку раз от водной глади и наконец, уходили на дно.
Штольц мгновенно встревожился и остро почувствовал опасность. Окликнул громко главного инженера, пытаясь привлечь его внимание. Но Попович слишком был увлечен занятием и не реагировал. Как ни в чем не бывало, демонстрировал свою ловкость и продолжал запускать в озеро каменных лягушек.
 
Немцы ничего не замечали. Были абсолютно безмятежны. И не приведи Господь, если бы угодил камень в одного из них! Мог ведь и покалечить…
Вот тебе и безобидный отдых! Запросто, из-за пустой глупой шалости могло про-изойти несчастье, мог возникнуть международный скандал с непредсказуемыми последствиями.
Штольц вскочил, рванулся с места как ошпаренный, в несколько прыжков достиг Поповича, налетел молнией, и едва не сшиб его с ног. Попович опешил от неожиданности и никак не мог сообразить – в чем же дело? Он явно переборщил со спиртным и его развезло на жаре. Наконец, опомнившись, попытался оправдываться. Хорохорился
– Не боись, Виктор Васильевич, всё под контролем! Рука у меня твердая…
Ну что тут скажешь!..
Штольц действительно, перепугался не на шутку. К счастью, немцы инцидента не заметили, продолжали плавать, как ни в чем не бывало.

Прошло еще немного времени. Солнце начало клониться к закату. Пора было воз-вращаться домой. И опять, всю обратную дорогу совершенствовал навыки разговорного немецкого языка дипломированный переводчик Шиллер Михаил Давыдович, – докучал немцам вопросами. Они вяло отвечали односложными словами. Всё-таки подустали от впечатлений. По виду – были очень довольны.
У Штольца тоже, легко было на душе. Ответственность свалилась с плеч. Культурное мероприятие прошло, в общем – неплохо. О неприятном инциденте с главным инженером районного узла Поповичем сообщить Фенину Штольц не посчитал нужным…

Второй раз довелось сопровождать Штольцу группу немецких специалистов всё в ту же курортно-боровскую зону ранней осенью. Место отдыха по такому случаю выбрал лично начальник Районного узла связи Куликов Анатолий Федорович.
Прекрасное место во всех отношениях! И тоже – на берегу озера, к берегам которого вплотную подступали деревья довольно густого соснового бора. Воздух наполнен был пьянящими хвойными ароматами. На противоположном берегу озера радовали глаз живописные горы, усеянные сплошным лесом. Прямо из озера из водной глади выступал удивительный сфинкс, мастерски изваянный природой из громадного каменного нагромождения. В досягаемой доступности имелось много причудливых других достопримечательностей, характерных именно для этой местности. Гуляй, наслаждайся, удивляйся искусными неповторимыми природными творениями…

Погода выдалась по-летнему теплой, вот только купаться было уже рискованно. Организаторам пикника – всё нипочем. Два смельчака решительно шагнули в холодную воду, громко фыркая, подбадривали себя криками, энергично плавали на виду у гостей, личным геройством предлагая последовать их примеру. Гости восклицали что-то по-немецки, но сомнительному соблазну не поддавались.
Анатолий Федорович умел принимать высоких гостей. Курортная зона известна была не только в Казахстане – славилась в былые времена на весь Советский Союз. Крупные руководители высокого ранга из Министерства связи с удовольствием посещали эти места. Куликову часто приходилось привечать их, создавать комфортные условия для отдыха, проявлять гостеприимство, достойно провожать в обратную дорогу домой. По складу характера был Анатолий Федорович очень коммуникабельным человеком. Попутно заводил полезные знакомства с нужными людьми.
 
В нынешний приезд среди немцев находился сам супервайзер по имени Ханс – мужчина средних лет. Плотно сбитый, белесо-рыжий, он прекрасно говорил по-русски и удивительно был похож на тех немцев из кинофильмов о войне, в ранге гауптштурмбанфюреров в черной эсэсовской форме. Ханс был, конечно, в современной цивильной одежде, говорил практически без акцента – но немец настоящий так и выпирал из него. Абсолютно непосвященному человеку не составляло никакого труда запросто, сходу, безошибочно определить его национальность.
Анатолий Федорович руководил приготовлениями. Условия конечно были полевые, но ко времени обеда появились и столы и стулья. К закускам и спиртному в качестве коронного блюда на этот раз, сразу на трех мангалах, готовился шашлык.
 
Никто никого ни к чему не принуждал. Кушали, пили и закусывали – каждый, в меру своих сил и пристрастий. Куликов мастерски рассказывал анекдоты. Знал он их бес-численное множество. Переводчик Шиллер пытался старательно переводить. Русские хохотали до коликов в животе. Ханс – вместе с ними. Три его соплеменника пытались осмыслить Шиллеровский перевод, переглядывались удивленно и изображали из приличия на лицах вежливые улыбки. Впрочем, на них никто не обращал внимания.
Ханс хорошо «принял на грудь», оторвался от компании и, пошатываясь, побрел вдоль озера, восхищаясь красотами его берегов. Штольц последовал за ним. Он выпил спиртного совсем мало, лишь символически и был практически трезвым
 
Ханс откровенно восхищался волнующими сердце красотами Борового. Раскидывал руки в стороны, как будто пытался охватить, втянуть в себя целиком, всё это окружающее пространство. Закатывал глаза к небу, вдыхал полной грудью живительный воздух и восклицал, обращаясь к Штольцу
– Послушайте, Виктор, а кому принадлежит эта красота? Кто конкретно ею владеет? Скажите, – может быть можно это купить? Я бы – купил с удовольствием…
Штольц объяснял, что вся земля в Казахстане принадлежит государству. Ханс хмыкал в ответ недоверчиво и говорил, что это неправильно, отмечал бросающуюся в глаза неухоженость курортного места и утверждал, что только частный владелец может навести здесь идеальный порядок. И тогда – хлынут сюда туристы рекой со всех концов света и с лихвой окупят владельцу понесенные затраты. И опять, понимая, что близок локоток – да не укусишь, говорил с огорчением
– Я бы купил…

Штольц все-таки решился задать прямой вопрос
– Ханс, вы что, действительно, в состоянии это купить?
Ханс ответил утвердительно и Штольц ему поверил.
Они стояли на взгорке, на краю крутого склона в сторону озера, и вдруг, Ханс как-то неосторожно переступил с ноги на ногу, потерял равновесие и стал валиться назад. Штольц рванулся к нему, попытался удержать, но ничего из этого не получилось и оба они кубарем, в обнимку, покатились вниз. Склон был пологим, и потому отделались «акробаты» легким испугом. Не получили ушибов и даже не поцарапались. Вот только вырвало клок ткани из штанины брюк Штольца прямо на коленке.
Штольц огорчился очень. Жалко, хорошие были брюки. Придется выкинуть. Надо будет покупать новые. А это – непредвиденные расходы…
Настроение испортилось. Хорошо, что вокруг почти не было людей.
Остаток дня вел себя Штольц непринужденно, старался забыть о прорехе под коленкой. Один лишь Куликов заметил его рваную штанину, убедился, что Штольц цел и невредим и успокоил
– Ладно, Виктор Васильевич, – бывает… не смущайся… вокруг все свои…

Возвращались назад поздно вечером. Все утомились изрядно, расслабились, подремывали в удобных креслах автобуса под равномерный убаюкивающий рокот мотора. А у Штольца никак не могли выветриться из головы слова Ханса о его финансовых возможностях, сказанные таким тоном, что не поверить ему просто не получалось. Он знал, что уровень жизни в Германии всегда был выше, чем в Советском Союзе. Никогда на этом не зацикливался. Ну, и ладно, нам своего достаточно, – всё течет, всё изменяется, страна развивается, становится богаче. Только слепой этого не видит.  Дай срок – догоним и перегоним! Вот так близко с иностранцами он столкнулся впервые. И Ханс, иностранец этот, подтвердил, что живет богато. Но чтобы до такой степени… с таким разительным отрывом?..

Как же так получается? Ханс – супервайзер. В переводе на русский – всезнайка-специалист широкого профиля с большими полномочиями. И полномочия его связаны с внедрением на сети телекоммуникаций современной мощной цифровой станции. Но ведь и главный инженер Городской телефонной сети Макарычев – тоже, супервайзер на своем участке работы, и технический директор Областного предприятия связи Конаков – тоже! Да и начальник ОПС Фенин, и он – Штольц, директор ГТС, о-го-го какой уровень ответственности взвалили на свои плечи, в свое время такую техническую школу через себя пропустили на практике – дай боже каждому. А если взять Алма-Ату, то есть там, в Министерстве связи главный инженер проекта Шульц Анна, которая вплотную занимается внедрением в областях Казахстана современных, в том числе и цифровых АТС и имеет прямое отношение к тому, что происходит сейчас с модернизацией телефонной связи в Синегорске.  Ну, не было бы этой самой С-12, – отечественной МТ-20 обошлись бы! Сам убедился в свое время – работает в крупнейших городах теперь уже – России, за милую душу. И никакие Хансы-супервайзеры не понадобились бы для этого. Обошлись бы своими силами! Но даже в мыслях не могут местные супервайзеры вообразить, что их финансовое положение позволит купить даже малую часть курортно-боровской зоны. Не по Сеньке шапка! А ведь по занимаемым должностям – люди не бедные…

Ну, да – технические характеристики немецкого оборудования выше, и потому знания  у специалистов, имеющих с ним дело – соответствующие. Но, по большому счету, один и тот же конечный продукт выдают связисты всех национальностей – обеспечивают в своих странах надежную телефонную связь. Так почему же так разительно отличаются их зарплаты?
Как-то в одном из журналов наткнулся Штольц на статью, из которой узнал, что если специалист среднего звена проработает в Дойчетелекоме десять лет, и потом, по каким-то причинам, его уволят, то заработанных в телекоме средств хватит на всю оставшуюся жизнь, даже если он вообще больше работать не будет. Не очень поверил Штольц статье тогда, но вот, – Ханс ведь подтверждает это! Имеет в кубышке своей запас средств, который позволяет подумать даже о покупке курортной зоны.

Штольц понимает, что внедрение на сети современного цифрового оборудования неизбежно повлечет за собой сокращение технического персонала. Новое оборудование гораздо сложнее, но поддается обслуживанию значительно меньшим числом специалистов. Уровень знаний для этого другой требуется, так это – дело наживное. Переучатся! Ну, а кого-то, неизбежно, придется сократить. Вот и в Германии, как пить дать, тоже происходят сокращения. Но ведь для немцев, даже для тех, кто не способен переучиться, это совсем не является катастрофой…
Вот уже несколько лет непроизвольная, гнетущая неуверенность гложет Штольца. Даже усиливается, и никак от неё не уйти. Штольц ожесточенно борется с этим наваждением. Гонит дурные мысли прочь, держится уверенно на людях, вида не показывает, изо всех сил старается утаить свое внутреннее состояние. Завтра будет лучше, чем вчера! И уже верится в это с трудом. Как бы ещё хуже не стало. Удержаться бы в нынешнем состоянии, обеспечить стабильность, остановить, наконец, падение всего вокруг в неизвестность, сохранить на обозримую перспективу хотя бы нынешний уровень жизни. Пока – не получается…

Казалось бы – всё хорошо. Совсем мало времени остается до пуска в эксплуатацию «цифрового немецкого чуда». Но ведь идея ликвидации ГТС как самостоятельного предприятия возникла у Областного предприятия связи именно в связи с появлением на сети С-12. И должности своей, привычной работы и статуса Штольц может лишиться не потому, что плохо работает, а в силу оптимизации производства. И предложил ему Фенин в награду за эффективный и добросовестный труд совсем не равноценное передвижение, а переход на гораздо низший уровень служебной лестницы. Со всеми вытекающими последствиями.

Ничего не поделаешь – просто не повезло! Так сказать, в рамках неизбежных сокращений диктуемых техническим прогрессом. А как это на работниках выпестованного им предприятия скажется? Станет ли гэ-тэ-эсовцам лучше – есть в этом большие сомнения. Понимают это люди, вот и отстояли вместе с директором самостоятельность предприятия. Но ведь вопрос этот не исчез с повестки дня. Хорошо, если найдутся компромиссные решения, а если – нет?.. Как обеспечены финансовые тылы работников, как обеспечены финансовые тылы Штольца – их директора?..

Пока сохранялся Советский Союз – всё было хорошо. А потом… Вот эта самая не-уверенность, и даже некоторая растерянность появилась. Компас сбился. Ориентиры растерялись. И резко всё вокруг стало меняться в худшую сторону. Единственное, что держит на плаву – это работа. И жизнь складывается – от зарплаты до зарплаты.
Штольц характером в отца выдался – считает делом позорным от трудностей уклоняться, выгоды выискивать. Раз выбрал дорогу свою сознательно, то и идти по ней нужно до конца. Наперекор всему. Иначе – какой же это мужчина, если не может трудности преодолевать? И не в зарплате совсем дело! Взять ту же возможность, в Германию уехать, поддавшись стадному чувству. И многие ведь считают, что это в нынешних условиях, самое правильное решение. Рыба ищет, где лучше. Но человек – не рыба!

Фамилия Штольца в городе у всех на слуху. Как же – телефонный начальник! Многие за честь считают завести с ним личное знакомство. И многие при встрече искренне удивляются
– Как? Разве вы еще не уехали в Германию? И даже, не собираетесь?..
Надоели до чертиков этим вопросом. Штольц всегда в этой ситуации очень неловко себя чувствует. Как будто бы здесь он не на родной земле находится.
А ведь всё просто по его понятиям. Трудности нарастают, – так он что – убегать от них будет? Можно такой поступок назвать иначе, чем трусость, но ведь сам себя не обманешь! Так уж вышло, что ты – руководитель предприятия, люди верят тебе, ты в какой-то степени можешь облегчить им жизнь, и вот так, – в трудное время, – взять их и бросить?! Ведь все они не уедут в Германию. И в Россию тоже – не уедут. И разве не будет это предательством?..
Да и ко всему прочему, как там, в песне поется?
– Воздух Родины – он особенный, не надышишься им. И это – не просто слова…

А с другой стороны есть ведь ещё ответственность за семью. Две дочурки подрастают. Учатся еще только в начальных классах и их непременно надо «поставить на ноги». В Советском Союзе особо не приходилось переживать за детей. Железная стабильность, широкие возможности, все условия для учебы, развития и взросления в комфортных условиях. А сейчас… Что завтра будет со страной?
Уже понятно – в капитализм она катится. Но нас-то ведь учили, что капитализм этот – со звериным оскалом… И есть в этом – большая доля истины. Да пусть он даже золотым будет, так его же ещё построить надо! А для этого годы и годы нужны. И как пере-жить переходный период? Не зря ведь предупреждает древний китайский мыслитель
– Не дай вам Бог жить в эпоху перемен!

Еще недавно совсем запасы в семье имелись на «черный день». На старшую дочь открыт был депозитный счет в банке до достижения ею совершеннолетия. Денег на книжке накопилось до половины стоимости «Жигулей». Испарились деньги! В одночасье в пыль превратила их галопирующая инфляция.
Чтобы пережить жизнь наступившую, приспособиться к новым условиям, здоровье железное нужно людям. И именно сейчас подводить начало оно Штольца. Не надо Бога гневить – зарабатывает он неплохо. Да и жена на хорошей должности работает – ведущий инженер автоматической междугородной станции. Вот только хватает суммарной семейной зарплаты в нынешних условиях ровно на текущие расходы. И не дай Бог – в награду за то, что все усилия свои знания и опыт направил Штольц на повышения качества работы сети, на её развитие и модернизацию, – отблагодарят его вышестоящее начальство «по объективным причинам» понижением в должности, что однозначно приведет к ухудшению материального положения семьи.

А что если не удастся справиться с навалившейся депрессией, а что если и вообще по состоянию здоровья придется уйти на рядовую инженерную должность… Вот тебе и весь советский супервайзер – Штольц, – в принципе, по своим профессиональным и деловым качествам совершенно не уступающий иностранному супервайзеру Хансу!
Ах – да! Коттедж еще про запас остается! Но так за него еще расплатиться надо…
Немцы похрапывали в своих уютных креслах, А Штольц по существу, из-за всего лишь порванной штанины разбередил душу и оттого терзали и терзали его всю дорогу дурные мысли. Опять навалилась усталость, как будто и не отдыхал он весь день.
Уже в городе, после того как сопроводили немцев в гостиницу, автобус подвез Штольца прямо к его дому…


Рецензии
Написано профессионально грамотно и в принципе литературно. А ларчик прост. Производительность труда в Германии на порядок выше , вот и зарплаты высокие.

Леонард Ремпель   10.01.2018 00:58     Заявить о нарушении