6 глава. В бездне моря Хэлкар

                САГА
                Перекрёсток Вселенных.

                Эпизод 1. Шестнадцатый артефакт.



                6 глава. В бездне моря Хэлкар.



Жизнь может родиться во тьме,
А смерть может прийти из света,
Но практически все отвергают это,
Боясь и не желая верить...

Карон Фир.


  "...Темно вокруг и тихо. В глубине ночного неба пестрели звёзды, испуская свой далёкий и недосягаемый свет на водную гладь моря Хелкар. Великое разрушение огромной силы навсегда похоронило в пучине тёмных вод огромный остров Альмарэн. Стихия стёрла с лица земли первое пристанище валар, откуда брало начало их творение – Арда. И только здешние ветра смогут поведать о том, что среди этого царства ещё мгновение назад существовал город неописуемой красоты, созданный Майроном для валар. Мист-Эрия превратилась в руины и ушла под воду вместе с островом, предавшись забвению времён.
  Некогда величественная лиловая башня, которая являлась сердцем города и венцом его творения, была на половину разрушена и покоилась на дне. Море Хэлкар было совершенно спокойным. На его поверхности не было ни малейшего движения и всплеска тёмной воды. Ветер затих. Глядя на это мёртвое спокойствие, нельзя было даже предположить о том, что несколько секунд назад здесь бушевала стихия чудовищной и разрушительной силы.
  Великие светильники разрушены Мелькором и вся Арда погрузилась во тьму. Но со дна моря Хэлкар вырывались лиловые лучи света, пытаясь пробить мрак морских глубин. Этот свет исходил из полуразрушенной башни.
  На мраморном полу огромного, тронного зала, заполненного водой, стоял невысокий, чёрный, мраморный обелиск цилиндрической формы. Возле него лежало два кристалла, вокруг которых было разбросано несколько предметов неописуемой красоты и величия. Это были семь колец, семь диадем и зеркальный меч. Между кристаллами сверкали тонкие линии, похожие на разряды молний. Один из кристаллов светился красным светом, а другой синим, но сполохи между ними имели лиловый цвет. От такого яростного взаимодействия камней, вокруг трескался мраморный пол. Трещины увеличивались и разбегались в разные стороны.
  Башня задрожала. Кристаллы засветились сильнее и вспышки между ними усилились, расплёскивая свою энергию на диадемы. Не смотря на то, что весь тронный зал был заполнен водой, диадемы вспыхнули на миг ярким, жгучим огнём и превратились в пепел. Камни испустили молнии друг в друга в последний раз и ярко сверкнули. Из них вырвалась энергия, похожая на взрывную волну, которая смела пепел диадем в трещины мраморного пола. Кристаллы прекратили обмениваться лиловыми разрядами, поднялись над полом и закружили в центре тронного зала, испуская красный и синий свет. Этот свет слился воедино и ударил в высокий потолок, а после спустился по стенам и проследовал по полу, где лежало тело майа. Свет описал круг, не коснувшись мертвеца, собрался над телом в одну точку мелкой песчинкой, и ударил в чёрный обелиск. Как по чьему-то повелению, из обломков хрустальных, высоких колонн образовалась арка.
  Тронный зал задрожал. Из трещин в полу вокруг арки выросло восемь кристаллических деревьев. Семь колец и зеркальный меч обволакивали ростки, поглощая их в себя. Кроны деревьев достигли высокого потолка тронного зала, а корни потянулись к арке. Из них появились новые, тонкие ростки, похожие на лианы. Они поднялись вверх, обволакивая собой арку, на которой проявились руны. Знаки загорелись ярким, лиловым светом и в арке образовался портал. Красный и синий кристалл направились друг к другу, слились воедино. Камень засветился лиловым светом и скрылся в портале. Тело майа лежало посреди хрустальной арки и в этот миг его сердце перестало биться. Лиловая нить завладела душой и затянула её в портал. Бездыханные останки превратились в туман. Его лёгкая дымка рассеялась по сторонам и растаяла. Энергия портала потухла. Воцарился мрак и тишина, которую изо всех сил пытался нарушить стук восьми сердец, вырывающийся из стволов кристаллических деревьев..."



  В огромном помещении архива царил мягкий полумрак. На деревянном столе стоял подсвечник со свечой. Пламя слегка трепетало, от встревоженного воздуха, который исходил от непрерывного переворачивания старых страниц. На столе царил неимоверный беспорядок. Здесь были стопки древних книг и множество свитков. Тириас старался в них найти хоть какое-нибудь упоминание о летописи Майрона, а вернее то, что хоть как-то указывало бы на то место, где она могла бы находиться. Он нервно перелистывал страницу за страницей и жадно ловил взглядом каждую букву. Практически несколько дней подряд летописец невылазно прибывал здесь без пищи и питья, не говоря уже о сне или просто про малейший отдых. Тириас не мог никак понять, почему он не может найти то, что его интересует в том, что он писал сам. Да! Именно так! Никто из валар, майар и прочих жителей Амана не желали вести записи о прошлом, и дело летописца считали пустой тратой времени, но они и не запрещали это делать Тириасу. Вот только иногда королевские особы валар сунули свой нос в дела летописца, указывая на то, что можно записывать, а что нет. Не смотря на это, он старался запечатлеть на бумаге всё. А то, о чём было запрещено излагать, Тириас писал тайно от королевских особ и других, оставляя эти рукописи в одном укромном месте, о котором знал только он сам. Это место было под самым носом у валар и потому они этого не могли заметить, даже если бы очень захотели. Все тайные записи он вёл у себя в дома, но хранил именно здесь в архиве. Для этого летописец отвёл специальную полку на одном из стеллажей. Она была почти под самым потолком архивного помещения и не вызывала подозрений, ведь таких полок здесь было великое множество. Кроме этого, чтобы не выдать себя в своём непослушании, Тириас менял расположение стеллажей и местонахождение всех рукописей на них. Вот среди этих запретных записей летописец и пытался найти ответ. Но всё было тщетно. Он прекрасно помнил, что где-то об этом писал. Но где? Где?! Майа судорожно терзал себя догадками, что может быть, в спешке, он положил нужную ему рукопись не в то место. Тириас старался это вспомнить, бегая в рядах и шаря глазами по рукописям. Книги и свитки с полок летели на пол. “Куда я мог тебя засунуть? Где же ты?” – Вертелось у него в голове. Он уже начал в мыслях грешить на то, что память подводит с годами, которых майа прожил великое множество. А может все знания уже так смешались в голове, что мешали ему сосредотачиваться на воспоминаниях. Летописец вернулся к столу и произнёс заклинание поиска, но ничего не получилось. И тут он поймал себя на мысли, что произнёс не то заклинание, а то, что было нужно, забыл. Его нервы сдали, и Тириас резким взмахом руки сбросил эту груду старых бумаг со стола на пол. Летописец рукой чуть не задел подсвечник. Когда он увидел, с ужасом понял, что может произойти. Его яркие, жёлтые глаза расширились. Сработала реакция и Тириас успел схватить подсвечник. Облегчённый вздох, одновременно отображающий его усталость, после чего голова летописца легла на столешницу. Послышалось сонное сопение. Прошло несколько часов. За это время никто не потревожил сон Тириаса. Свеча медленно потухла, даря интерьеру старого хранилища теплый, нежный свет. Последний сполох огонька и свечной огарок испустил дымок, поднимающийся вверх к высокому потолку тонкой, извилистой лентой. Внезапно Тириас проснулся. Его разбудил какой-то шорох. Он в полудрёме поднял голову, приоткрыл глаза и уловил еле заметный, белый свет среди стеллажей. Оттуда доносился лёгкий шелест бумаги.
- Кто здесь? – Спросил летописец сонным голосом, но ответа не было. Вдруг свет потух, и послышались чьи-то шаги, звук которых быстро затихал по мере их удаления. Тириас подумал, что это ему приснилось, и спокойно продолжил спать, сложив руки под голову на столешнице. Прошло ещё немного времени, и он опять проснулся, но теперь проснулся сам. Майа нащупал в ящике стола новую свечу, зажёг её и поставил в подсвечник на место старой. Летописец сонным взглядом огляделся. В архиве царил хаос беспорядка, особенно вокруг стола. Он встал. Всё тело затекло от сна в неудобной позе. Тириас прошёлся по помещению. Зайдя в один из рядов, майа заметил нечто странное. Везде, где он с полок сбрасывал свои записи, царил полный беспорядок, а в этом ряду Тириас не был, но на полу лежало два свитка. Почему?! Странно. И вдруг он вспомнил о шорохе, который его разбудил. “Здесь кто-то был!” – Подумал майа. Только теперь с этой мыслью летописец проснулся, но чувство усталости и ужасный голод его не покидали. Тириас произнёс заклинание и все письмена стали подниматься с пола и аккуратно ложиться на свои места. Порядок был восстановлен. “Всё. Пора уходить отсюда. Нужно нормально отдохнуть. Да, нормально. Поесть и отдохнуть”. – Подумал майа и направился к выходу небрежной, но быстрой походкой. Летописец  вышел на улицу, где ясное утро дарило его взору разноцветные, мягкие краски. Щебетание птиц в садах Валимара. Ветер разносил нежный, благоухающий, лёгкий и пьянящий запах цветов, который прозрачным шлейфом тянулся от садов и врывался в окна.

                *          *          *

  Фродо с лёгкой улыбкой на лице направлялся после завтрака к своему любимому месту в парке Илорин. Навстречу ему спешил домой Тириас. Летописец не заметил хоббита у себя на дороге, а Фродо не заметил его.  Оба были погружены в свои мысли. Хоббит думал о прекрасном начале дня, а майа был погружён в свои мысли, которыми он никогда и не с кем не делился. Они столкнулись. Фродо упал на траву и почувствовал острую боль от незаживающей раны в плече. Боль была настолько невыносимой, что хоббит чуть не потерял сознание. Тириас вдруг сообразил, что произошло, и помог Фродо подняться, протянув ему свою руку:
- Простите меня великодушно! Я не заметил вас!
- Ничего страшного! – Ответил хоббит и принял его помощь. – Это вы меня простите. Я задумался и не видел куда иду.
  Фродо дотронулся к левому плечу, зажимая рану рукой, как будто это может помочь усмирить боль. Летописец это заметил:
- Что с вами, господин Фродо? Я вас сильно толкнул?  Простите меня!
- Да, нет. Всё хорошо. – Ответил хоббит и продолжил. – Просто, старая рана иногда не даёт мне покоя. А наше с вами столкновение пришлось как раз в это место. Но не стоит беспокоиться. Боль скоро пройдёт.
- А что за рана вас беспокоит? Может я смогу вам помочь? – Спросил Тириас.
- Благодарю за ваше предложение и заботу! Но эту рану залечить нельзя. Она осталась от удара моргульского клинка, которым меня поразил король-чародей. Я чуть не умер тогда. Но меня спасла Арвен. Она успела меня доставить в Ривенделл к своему отцу. Он то и поставил меня на ноги.
- Довольно интересно. – С удивлением в голосе произнёс Тириас и спросил. – Вы куда-то направлялись? Могу я вас проводить? А вы мне расскажете немного об этом. Я многое слышал о ваших приключениях от других. Но весьма удивительно было бы услышать уже то, о чём я слышал, из первых уст, так сказать.
- Я люблю бывать на поляне парка Илорин. Туда я и направлялся. Идёмте, если хотите. А что конкретно вас интересует?
- Признаться честно, я и сам пока не знаю. Но хотелось бы услышать всю историю. Мне интересны ваши мысли и чувства, которые у вас тогда возникали. И может быть, есть нечто такое, о чём вы не решались кому-то говорить. Но может быть сможете рассказать, например, мне. Очень хотелось бы услышать это. Ведь я – летописец. И запечатлеть всё на бумаге – это моя обязанность. – Но тут у Тириаса забурчало в животе, и он вспомнил, как ему хочется поесть и отдохнуть. Летописец был вынужден откланяться. – Простите меня ещё раз, но я вынужден вас покинуть. Просто, я вспомнил об одном очень важном деле. А нашу беседу мы продолжим в следующий раз, если вы не возражаете.
- Да, разумеется! – Согласился хоббит и добавил. - А если я вспомню нечто, о чём вы спрашивали, то при встрече я вам об этом расскажу.
- Благодарю вас, господин Фродо! Буду очень рад! – С таким же почтением ответил летописец и удалился. Хоббит одобрительно ему улыбнулся и направился к своему любимому месту в парке Илорин.
  Фродо был почти уже на месте. Вдруг он увидел лёгкий дымок, запах которого был ему очень знаком. Дым табака поднимался над кустарником Ниан и его подхватывал ветерок, разнося в разные стороны. “Гэндальф здесь”. – Обрадованно подумал хоббит и поспешил к нему. Так и есть! Белый волшебник сидел на мягком, зелёном, травяном ковре. Он с задумчивым взглядом курил трубку и перелистывал страницы какой-то старой книги.
- Доброе утро, Гэндальф! – Поприветствовал хоббит старого друга.
- Доброе утро! – Улыбнулся ему старик.
- Что ты тут делаешь и что это у тебя?
- Да, вот стащил из архива древнюю рукопись, написанную самим летописцем Тириасом. – Спокойно и без лукавства ответил волшебник. Фродо немного ошеломила эта новость.
- Ты? Стащил?
- Да. Пришлось.
- Но зачем? Ведь можно было просто у него спросить эту книгу. – Подметил Фродо и добавил. – Между прочим, я только что с ним столкнулся перед парком, в буквальном смысле.
- Столкнулся? – Переспросил Гэндальф с удивлённым и задумчивым видом на лице.
- Да. Мы не увидели друг друга и столкнулись. От удара моя рана разболелась, но уже боль утихла. Тириас меня спрашивал о последних событиях в Средиземьи, а потом резко удалился.
- Интересная и загадочная личность этот летописец. – Подметил старик.
- Может быть. Но я этого не заметил. А почему ты так решил?
- Помнишь, ты меня просил узнать про Мист-Эрию?
- Да, помню.
- Так вот, я узнал нечто о ней в тайной комнате валар, которая находится в чертогах Мандоса. Входить в эту комнату могут только валар. И ещё некто... – Подчеркнул Гэндальф, потягивая табачный дым из трубки с задумчивым выражением лица.
- И кто это?
- Тириас!
  На лице у Фродо появилось ярко-выраженное удивление.
- Так вот, я просил его провести меня в эту комнату. Он не соглашался. Я попытался при помощи заклинания получить от него положительный ответ. В тот момент он согласился, но в нужное время не явился. Видно моё заклинание на него не подействовало тогда, и он дал согласие, притворившись передо мной. Но я нашёл комнату сам и проник в неё. И там я увидел то, что скрыто от всеобщего обозрения. Я нашёл то, о чём ты говорил и даже более того. Но вот что странно, я также видел там Тириаса и одного из синих волшебников, входивших в наш орден, главой которого, как тебе известно, был Саруман. Ты спрашивал меня: почему я выкрал эту книгу?! Ответ очевиден. Тириас никогда мне её не дал бы, ведь эта книга одна из тех, в которой он вёл особые записи. И об этом я тебе расскажу.
- Ну, а что ты узнал о городе Саурона?
- В чертогах Мандоса были только фрески с его изображением. А записей никаких не было. Но я надеюсь на то, что в этой книге мы сможем найти нечто, где будет хоть что-то рассказано об этом городе. Ты слышал когда-нибудь о летописи Майрона? Так звали Саурона до той поры, пока он не перешёл на сторону зла.
- Нет, Гэндальф, не слышал?
- Да! Они существуют! Мне кажется, что именно там мы сможем узнать всё про Мист-Эрию. А вот эта старая рукопись нам поможет найти книгу Саурона. Я уже нашёл в ней нечто полезное. Вот только нам с тобой нужно поспешить.
- Почему? Ты боишься, что Тириас заметит пропажу?
- Нет, мой друг! Я опасаюсь того, что Тириас найдёт книгу Саурона раньше нас. - Ответил белый маг, устремив задумчивый взгляд куда-то вдаль над густыми кронами деревьев. Но через мгновение старик обратил взор на хоббита, сделав очередную затяжку, и слегка ему улыбнулся. В этот момент Фродо заметил во взгляде Гэндальфа нечто потаённое и тревожное, не смотря на его лёгкую и добрую улыбку. “Что-то ты мне не договариваешь. Как всегда...” – подумал про себя хоббит, но своим выражением лица старался не выдать старцу своих мыслей.
- Гэндальф! – окликнул волшебника Фродо.
- Да, мой друг.
- И что же ты узнал из этой рукописи?
- Немного. Но это нам должно помочь.
- Так летопись Саурона существует?
- Да.
- И где она?
- К сожалению, об этом сказано не всё и расплывчато. Не указано прямо её место хранения.
- Что же нам тогда делать?
- Ну, я думаю, что Тириас специально об этом не написал даже в своих тайных записях. Скорее всего, он хранит этот секрет при себе. Подозреваю, что не только валар знают о месте, где хранится летопись Саурона. Тириас тоже знает об этом.
- Да, задача не проста. Спросить у него об этом?! Так ведь он не скажет. Да и глупо на это надеяться.
- Да, мой друг, глупо и безнадёжно. – Улыбнулся слегка Гендальф. – Но мы всё равно узнаем то, что нам нужно.
- Но как? – В недоумении спросил Фродо у старца.
- Я верну ему книгу сегодня. Положу её на место, как будто она и не исчезала из его архива. А после посмотрим, что из этого выйдет.
- Ты попытаешься проследить за ним?
- Попытаюсь. Но я попытаюсь это сделать сам. Нужно быть очень осторожным, чтобы не спугнуть Тириаса. Он очень умён и осторожен. И я больше чем уверен, что после сегодняшней ночи и пропажи этой книги, он будет себя вести ещё более насторожено, чем ранее.
- Да, Гэндальф. Я понимаю. – Ответил хоббит старому волшебнику с тоской и досадой в голосе. В этот миг он вспомнил о тех недавних приключениях в Средиземьи. Воспоминания об опасностях и загадках побудили в хоббите желание опять пережить нечто подобное, не смотря на то, что множество раз он рисковал своей жизнью. И не только он. С одной стороны эти воспоминания будоражили сознание, но с другой – он почувствовал, как кровь холодеет по венам. Неповторимое чувство, как глоток свежего воздуха, разбудило в Фродо неутолимую жажду к приключениям. Здесь в Амане, как и в Средиземье, настал долгожданный мир и покой, и казалось, что ещё нужно?! По сути, больше ничего. Даже для Фродо и его друзей. Приятный и мирный сон, вуаль которого в этот момент была сорвана с глаз хоббита одним лишь его желанием. Да, тем самым желанием продолжения великих свершений, которое так долго спало в разуме и вдруг проснулось.
  Время пробежало быстро. Солнце медленно клонилось к закату. Не переставая думать каждый о своём, Гэндальф и Фродо попрощались и удалились из парка Илорин. День плавно уступал ночи. Парк постепенно стал озаряться свечением листвы на деревьях, цветов на кустарниках и траве. Умолкали трели птиц. И даже лёгкий ветер замер от сказочной и неописуемой красоты.

                *          *          *

  Лунный свет легко падал на то место, где несколько минут назад на траве сидели  и беседовали Гэндальф с Фродо. В нежных лучах наступающей ночи отразилась еле заметная тень на примятой траве. Касандра дождалась, пока хоббит и волшебник уйдут подальше из парка, и приняла зримый, телесный облик. Не смотря на то, что она была всего лишь ребёнком, любопытство её переполняло по-взрослому. На этом месте, где она укрылась невидимой для чужих глаз, девочка провела практически весь день с того самого момента, как увидела табачный дым из-за кустарника. Она проходила мимо этого места. В этот момент Гэндальф сидел в полуобороте спиной к Касандре, разглядывая и перелистывая страницы старой рукописи Тириаса. Волшебник никак не мог заметить её пребывание в нескольких шагах от него. Он настолько погрузился в изучение древней книги, что не видел и не слышал ничего вокруг. Касандра прокралась ближе к кустарнику, за которым сидел старец, и притаилась, пытаясь различить его еле слышное бормотание мыслей вслух. Она улавливала каждое слово, слетевшее с уст волшебника, и пыталась связать их в одно целое, чтобы понять, о чём же старик там вычитывает. При этом маленькая майа успевала смотреть по сторонам, опасаясь быть замеченной и увидела, как в её направлении к поляне следует Фродо. Вот она видит, как хоббит и летописец столкнулись друг с другом. Затем их короткая беседа и расставание. После Фродо возобновил своё движение к поляне, погружённый в свои мысли. Касандра быстро на это среагировала. Не теряя времени, она приняла бестелесный, невидимый облик, продолжив оставаться на месте, чтобы наблюдать и слушать. Гэндальф и Фродо даже не могли вообразить, что за кустарником кто-то есть. Так прошёл день. Касандра перебирала в уме всё, что услышала и это её ужасно интриговало. Многое из их диалога, её удивило и даже шокировало. Касандра встала с травы, пытаясь остановить мысли в разуме. Переведя дух, она огляделась по сторонам. “Нужно рассказать об этом”. – Подумала девчушка и направилась в Чертог Времён.

                *          *          *

  Свет факелов мягко тревожил полумрак тайн среди старых стен архива Тириаса. Гэндальф старался ступать бесшумно, проходя между многочисленных и высоких стеллажей с книгами и свитками. Он действовал второпях, чтобы успеть вернуть книгу до прихода летописца. Старец тревожным взглядом шарил по полкам, судорожно пытаясь вспомнить нужное место. От странной боязни быть пойманным при этом занятии, Гэндальф терял самообладание и начинал паниковать. На секунду старец остановился, чтобы успокоиться и в этот момент почувствовал, что это с ним происходит впервые за всю его долгую жизнь. Оказалось, быть вором нелегко и ещё труднее избежать последствий данного деяния. В такой роли волшебник был первый и последний раз. Последний ли?! Во всяком случае, эта роль Гэндальфу была не по нраву, и в дальнейшем он всей душой хотел бы её избежать. И тем более хочется не быть пойманным и опозоренным. Волшебник попытался отбросить свои страхи по данному поводу и полностью отдался власти зрительной памяти. Его взору стали открываться знакомые черты интерьера архива. “О, кажется, я иду в нужном направлении!” – В мыслях обрадовался старец и его глаза радостно прищурились. Гэндальф нашёл нужное место и быстро сунул украденную книгу на полку, где она и была до этого. Похоже теперь всё на своём месте, как ни в чём и не бывало. Старик вздохнул с облегчением, любуясь возвращённой книгой на полке. Он огляделся вокруг себя, чтобы убедиться в том, что следы его прихода в архив останутся никем не замеченными, особенно хозяином этих стен. “Всё в порядке”. - Подумал он про себя и направился к выходу из архива. Вот дверь, ведущая в длинный каменный коридор, до которой осталось пара шагов. Вдруг зашелестел ключ в замочной скважине и лязгнул замок. И тут волшебником завладела паника. Не смотря на это, он молниеносно скользнул к той стороне дверного проёма, которая будет не видна при распахнутой двери.
  Тририас открыл дверь в архив и прошёл в дверной проём. Вдруг его ослепила вспышка яркого света. Он потерял сознание и упадал на холодный каменный пол. В его глазах помутился взор, но сквозь накрывающую очи пелену он смог увидеть край светлого одеяния, ускользающего прочь в дали длинного коридора, освещённого светом горящих факелов. За удаляющейся фигурой последовал резкий поток ветра, который поманил за собой несколько рукописных свитков с полок. Шаги незваного гостя быстро отдалялись, но вдруг затихли. Глаза летописца закрылись. Он потерял сознание и уже ничего не видел и не слышал.
  Майа не ощущал того, как эхо от шагов на каменном полу возвращалось к нему. Некто бережно поднял его с пола и понёс между стеллажей архива, держа на руках и шепча Тириасу на ухо какие-то слова.

                *          *          *

  Касандра бежала вверх по лестнице с волнительным выражением на лице. Она достигла этажа, где находилась её комната. По коридору задумчиво шагал Штаймус. Мальчишка, как всегда, был погружён в свои мысли. Никто из его друзей не знал, да и не мог знать, о чём он всегда размышлял и где его разум находился каждый миг, оказавшись Штаймус наедине сам с собой. Но вдруг он очнулся от раздумий, увидев, как в его сторону несётся Касандра.
- Касандра, где ты была весь день? – Обратился к ней Штаймус с волнением в голосе. Она остановилась перед ним. Её дыхание было слишком частым и тяжёлым после пробежки по парку и лестнице без остановки. Касндра жадно ловила ртом воздух, как будто ей не хватало его.
- Что с тобой? Что случилось? – Последовала череда вопросов от Штаймуса, чьё беспокойство ярко выражалось на его лице и интонации в голосе.
- Ой, подожди. – Хватая воздух, еле произнесла Касандра, пытаясь выровнять дыхание и передохнуть от пробежки, схватившись рукой за плечо Штаймуса. Затем она выровнялась и произнесла следующее, глядя на мальчишку взволнованным взглядом:
- Позови всех в мою комнату.
- Сейчас?
- Да, Штаймус, сейчас!
- Так, что же случилось?!
- Собери всех! – Крикнула Касандра и убежала в свою комнату. На лице мальчишки было удивление и негодование, но делать было нечего. И что тут гадать?! Нужно сделать так, как она попросила.
  Штаймус прошёлся по этажу и собрал друзей. Каждый наперебой задавал свои вопросы, на что Штаймус отвечал одно:
- Сам не знаю! Вот придём к ней, и она всё сама расскажет.

                *          *          *

  Где-то среди каменных и неровных стен господствовал кромешный мрак темноты. Здесь не было ветра, и не проникал луч Солнца. Холодно и сыро вокруг. Тишина, длившаяся тысячами лет. Её нарушал лишь беспорядочный звук от капель воды, которые срывались с острых каменных конусов, висящих с высокого потолка каменной пещеры. Ни души во тьме и нет никаких доказательств того, что кто-то когда-то здесь был, за исключением факелов на стенах, которые давно никто не зажигал. Воздух стоял душный, сырой и затхлый от давности. В лабиринте ходов старой пещеры царил мёртвый покой. Казалось, никто, ничто и никогда не потревожит его. Но только не сегодня.
  В одном из коридоров бесконечного лабиринта пещеры блеснул яркий, красный свет, разорвав собой кромешную тьму. Открылся древний портал, затерявшийся в глубине далёких лет прошлого. Через него с криками и обнажёнными мечами ворвалось несколько эльфов и людей. Впереди всех был Леголас. Свет потух за их спинами, и тьма воцарилась вновь. Тишину пещерного прохода нарушили крики, звуки шагов, лязганье доспехов и неровное дыхание.
- Где мы, господин Леголас?! – Послышалось в темноте.
- Я не знаю. – Ответил эльф на заданный вопрос.
- Темно совсем! Я ничего не вижу! – Последовали возгласы, которые унесло эхо в неопределённом направлении.
  Вдруг откуда-то послышался непонятный звук и подул резкий рывок ветра. Издалека, как по чьему-то приказу или желанию, начали зажигаться факела на сырых стенах, озаряя своим ярким, синим светом здешний интерьер. Всех обеспокоенно удивил необычный цвет огня факелов. Эльфы и люди  замерли, как будто  ждали чего-то или кого-то. Гости древней пещеры стояли практически без движения, похожие на живые, но каменные изваяния. Затаив дыхание, они пытались прислушаться к звукам лабиринта, но ничего не услышали, кроме звука падающих капель с потолка и своего дыхания.
- И что бы это всё значило?! – Произнёс кто-то из эльфов.
- Понятия не имею. – Ответил Леголас и добавил следующее, обернувшись к своим спутникам:
- Но узнаем. За мной!
  Сын Трандуила с решительным выражением лица двинулся вперёд. Остальные последовали вслед за ним. Их тени мелькали на каменных стенах пещерного прохода в жгучем, синем свете факелов. Тоннель петлял с одной стороны в другую. Было трудно дышать. Затхлый и душный воздух наполнился запахом горевших факелов на сырых стенах. И вот перекрёсток тоннелей. Куда идти теперь?! Отряд остановился. Все смотрели на входы по разным сторонам и друг на друга с вопросительным взглядом.
- Может туда нужно идти? – Произнёс один из рыцарей.
- Но почему туда? А может нужно идти в этот тоннель? Откуда нам знать? – Завалил его вопросами другой.
- Да, ты прав, не откуда. Но мы и вовсе не знаем, где находимся!
- Потому и спешить не нужно с решением. Нужно подумать, прежде чем выбрать путь.
- Тише! – Сказал Леголас. Все опять замерли.
- Господин, вы что-то услышали? – Спросил его один из эльфов.
- Нет, но я попросил тишины. Я думаю.
- Да, что тут думать? Мы всё равно не знаем где мы и куда идти. – Растерянно произнёс кто-то из людей.
- Да, ты прав, но я попросил тишины! – Обернувшись к спутникам, произнёс Леголас на повышенном тоне.
  Все умолкли и пристально смотрели на него, в ожидании ответа на их вопросительные выражения лиц. Прошло несколько минут, и Леголас нарушил тишину:
- Помню, как-то раз один мой старый друг сказал, когда мы шли через Морию и заблудились:         “Если не знаешь или не помнишь куда идти, то положись на нюх”.
  Сын Трандуила, сдвинув брови, окинул взором каждый вход, и вдруг в его глазах мелькнула искорка.
- Нам туда. – Сказал эльф своим спутникам, указав мечом направление.
- Но почему? – Прозвучал вопрос из отряда.
- Отвечу вам. Как мой друг тогда: “Там воздух кажется не таким затхлым”. – С довольной и загадочной ухмылкой произнёс Леголас и шагнул вперёд. Остальные последовали за ним. И действительно, дышать стало немного легче. Еле уловимый ветерок гулял по каменному коридору, тревожа пламя факелов на стенах и путаясь в их волосах. Проход петлял и расходился в другие стороны разными ответвлениями лабиринта, но Леголас не сворачивал в них, как будто знал, куда нужно идти. Ветерок становился порывистее, а воздух чище. Показался свет в конце тоннеля и отряд зашагал быстрее. Был слышен звук воды, похожий на волны, разбивающиеся об скалы. И вот он – долгожданный выход на дневной свет, который слепил глаза. Но Леголас вовремя остановился перед выходом из тоннеля с предостерегающим криком:
- Стойте!
  За ним резко остановились все остальные. Выход оказался краем пропасти, находившийся в скале на большой высоте. У его подножия бушевали волны океана, разбивающиеся об острые, каменные и высокие камни. Они напоминали зубы гигантского неизвестного чудовища древних времён, окутанные рваной пеленой серого тумана. Пелена сгущалась и стала подниматься вверх.

                *          *          *

  В комнате на круглом столе горела в подсвечнике свеча. Её нежный и тёплый свет мерцал на лицах восьмерых детей. Семеро из них сидели и смотрели на Касандру, внимательно слушая её рассказ. На их лицах были чётко выражены любопытство и удивление от того, что она им поведала. Но вот повествование закончено и воцарилась тишина. У каждого крутились разные мысли в голове от услышанного. Фатус прервал всеобщее молчание:
- И что теперь?
- Не теперь, а сейчас… - Произнесла Пирэса.- Да, прямо сейчас нам нужно проникнуть в архив.
- Но зачем? – Спросил Дэстиш.
- Не уже ли не понятно?! – С иронией в голосе ответила Пирэса. – Чтобы узнать, что замыслил Тириас.
- Да, правильно! – Подтвердил Фэар.
- Ну, так чего же мы ждём? – Спросила Рида.
- Штаймус, а ты чего молчишь?! – С возмущением в голосе обратилась к нему Адэз, но тот глубоко погрузился в свои мысли. Она дёрнула его за рукав с возгласом:
- Штаймус, очнись!
- А? Что? – Спокойно, но с недоумением в глазах произнёс Штаймус.
- Ты хоть слышал, что Касандра нам рассказала или пропустил всё мимо ушей? – С новым вопросом обратилась к нему Адез.
- Да нет. Я всё прекрасно слышал.
- Ну и…? Твоё мнение?
- Я не знаю.
- Ах, он не знает! А кто должен знать?! – С сарказмом произнесла Рида. – Ты ведь всегда всё знаешь! А теперь что?
- Дайте минуту. Мне нужно подумать.
- Да, что тут думать? Мы идём в архив или нет? – Посыпалась череда вопросов от Дэстиша, явно выражая своё нетерпение.
- Тише! Не нужно спорить. – Произнесла Касандра. – Пусть подумает.
  Возобновилась тишина. Штаймус пристально смотрел на свечу, чьё яркое пламя блестело у него в глазах. Казалось, даже его дыхание замерло, когда он на несколько минут погрузился в свои мысли. Все внимательно смотрели на Штаймуса и ждали его ответа. Он начал вдруг рассуждать вслух:
- Если книга вернулась в архив, значит - Тириас её найдёт, и будет искать в ней ответы. Эти ответы и нам нужны. Если он их найдёт, то будет им следовать незамедлительно. И нам тоже следует быть там, куда направится летописец...
- Ну и...? – Перебил его рассуждения Дэстиш.
- Да, нам нужно идти туда сейчас. – Послышался долгожданный ответ. Все вздохнули с облегчением.
- И стоило над этим думать и томить нас?! – Произнесла Рида.
- Так чего же мы ждём?! – Воскликнула Адэз с радостью на лице, в ожидании приключений. Теплый свет свечи блеснул огоньком озорства в её зеркальных глазах. Все поспешно переглянулись и встали из-за стола.
- Только тихо. – Предупредила Касандра. – Подождите минутку.
  Все опять замерли, а она направилась к двери. Приоткрыв её, девочка глянула в коридор.
- Идёмте. – Прошептала Касандра. – Никого нет. Смотритель Дэримон, наверное, уже спит.
  Детвора покинула комнату Касандры и спешно направилась к лестнице. Не смотря на скорость движения, они не издали ни малейшего звука, достигли первого этажа и спустились в подвальное помещение огромной библиотеки с бесчисленным множеством коридоров. Один из таких коридоров вёл к архиву Тириаса.

                *          *          *

  В коридоре, где несколько секунд назад из комнаты Касандры выбежала детвора, опять воцарилась ночная тишь. Лунные лучи мирно светили в огромное, высокое, витражное окно, даря стенам свой мягкий свет. На пол пали блики ночного света, невольно обличая того невидимого свидетеля, чья тень на полу осталась незамеченной никем из детей, покидавших комнату. До этого невидимка стоял за дверьми и слышал каждое слово, произнесённое детьми. С освещённого участка пола, тень скользнула в сторону окна. Она взобралась по стене и скользнула сквозь витражное стекло наружу, остановившись на карнизе и уменьшившись в размере. Мгновение и тень материализовалась, обратившись в филина. Он взлетел и устремился в сторону запада. Ночная птица поднималась в небо всё выше и выше, пока не достигла быстрых воздушных потоков. Крылья уловили попутный ветер, что помогло лететь в сотни раз быстрее обычного. Внизу редел облачный покров, и показались горные пики.
  Филин изменил направление полёта, постепенно спускаясь ниже, направляясь к одной из вершин, где стоял древний замок с высокими стенами и башнями. Это величественное строение называли чертогами Мандоса. Из высоких, тонких окон струился тускловатый, мерцающий, синий свет. Самый строгий и мудрый из королевских особ валар, владыка судеб Намо или как его ещё знали под именем Мандос, в этот час глубокой ночи не сомкнул глаз. Никто и никогда не мог сказать, отводил ли Намо хоть минуту на сон за все свои прожитые годы в Арде. Лишь немногие знали, что владыка теней никогда за всё это время не спал.
  Ночная птица влетела в окно и сразу приняла иной облик, как только приземлилась на пол. Это был смотритель академии Дэримон. Не теряя времени, он быстрым шагом направился в тронный зал. По ходу направления смотрителя, в чертогах Мандоса зажигались на стенах синим светом факела и сразу тухли, когда тот отдалялся от вспыхнувших огней, освещавших путь. Здесь вполне можно было заблудиться тому, кто не знает куда, как и где нужно свернуть, спуститься или подняться. В старом замке великого короля было множество коридоров, залов, различных комнат, лестниц и тайных ходов, которые постоянно меняли своё место положения. Дэримон прекрасно об этом знал, но даже он мог пойти не в том направлении, если бы не владел особым предметом, который помогал ему найти верный путь. Это была серебряная нить, которую смотритель повязал на своей голове после того, как прибыл в замок. Подобную вещь нельзя было иметь каждому. Её можно было получить лишь из рук самого короля Намо, но только тогда, когда владыка сочтёт это нужным и только тем, кто ему служит.
  Серебряная нить  направляла Дэримона, и вот он достиг своей цели. Не успел смотритель ступить в тронный зал, как произошло нечто неописуемое. Весь пол зала был исчерчен тонкими, неглубокими и длинными линиями, в которых стал загораться синий огонь. Пламя рисовало собой правильные линии, похожие на границы ковра, имеющего начало от входа в зал к ступеням, где стоял королевский трон. Синие линии огня в полу очертили контур высоких колонн и по их угловатым краям поднялись вверх к самому потолку, завершая на нем слияние линий. От входа к ступеням через весь тронный зал тянулись по обеим сторонам два ряда небольших постаментов с чашами, в которых вспыхнул такой же синий огонь. Его мягкий свет дарил мифическое и в некотором смысле злое таинство, рассеивая мрак тронного зала. Здесь было мрачно, холодно, но одновременно с тем спокойно и уютно. Между высоких колонн стояли огромные статуи королевских особ валар и тех, кто сыграл не малую роль в создании и защите Арды. Величие их вида не возможно было вообразить или передать в словах. Это можно было лишь увидеть здесь. В тронный зал никогда не проникал солнечный свет. Вместо окон в стенах были зеркала, верно хранящие древние тайны мрака чертогов Мандоса. Тишину нарушило эхо шагов смотрителя. Дэримон проследовал быстрым шагом к трону и остановился перед ступенями.  Став на колено, он склонил голову перед Намо. Король сидел на троне, облачённый в тёмные одежды. Его лик был почти не виден из-под капюшона, скрываясь в тени одеяния. Но были видны его глаза, излучающие глубокий, синий свет.
- Мой господин, я пришёл к тебе с тревожными вестями. – Произнёс Дэримон.
- Так говори же. – Прозвучал тихий, но одновременно звучный голос.
- Мой господин, сегодня и сейчас те, за которыми вы велели мне следить, могут узнать вашу тайну. Тайну о своём происхождении.
  Глаза Мандоса вспыхнули синим пламенем.
- Где они сейчас? – Голос Намо раскатился громким эхом по тронному залу, как гром среди ясного неба.
- Они направляются в архив к Тириасу.
  Гнев и тревога одновременно пробежали по лицу короля.
- Как это не вовремя. – Произнёс король на полтона ниже, чем прошлый раз и встал с трона, направившись к одному из огромных зеркал в стене. Намо остановился перед зеркалом, повернулся к Дэримону и с соответствующим жестом руки обратился к нему:
- Нужно спешить. Идём со мной, мой верный слуга.
  Смотритель встал с пола и подошёл к королю. Намо протянул руку к зеркалу и из его ладони вырвался густой поток энергии синего цвета. Она ударила в зеркало и открыла портал. Мандос шагнул в него, а вслед за ним последовал и Дэримон. По зеркалу заискрили сполохи молний и ход закрылся. Тронный зал опустел. Его огни гасли один за другим. Стены чертогов погрузились во мрак тишины.

                *          *          *

  Гэндальф бережно усадил Тириаса на стул, положив его голову и руки на стол. Старому волшебнику нужно было всё сделать так, чтобы летописец очнулся и не вспомнил того, что с ним произошло, списав всё на глубокий сон. Кроме того, чтобы подстраховаться, Гэндальф прошептал летописцу некое заклинание, при помощи которого тот должен забыть происшедшее с ним. Белый маг зажёг свечу на столе и направился к выходу из архива, убедившись в том, что не оставил следов своего пребывания здесь. Волшебник остановился около двери и лёгким движением руки отправил свитки с пола на полки стеллажа, которые он зацепил, пытаясь покинуть архив, когда Тририас входил и чуть его не поймал. Теперь вроде всё в порядке и пора удалиться. Но вдруг Гэндальф передумал. Он тихо закрыл распахнутую дверь и укрылся в тени стеллажей недалеко от стола, за которым мирно сопел Тириас. Старик даже не подозревал, что как бы он не старался скрыть происшедшее, это всё равно уже увидел некто. Не зная этого, спрятавшись неподалёку от летописца, маг ждал, пока тот очнётся.
  Восемь теней быстро скользили по полу длинного подземного коридора, освещённого мягким мерцанием огня факелов. Они скользнули в открытый дверной проём и продолжили своё движение между стеллажей архива. Незримые гости остановились и замерли на месте, когда увидели белого волшебника. Тени внимательно следили за его действиями и пытались не издавать звуков, чтобы не выдать своего присутствия. Когда старый маг закрыл дверь и спрятался среди стеллажей, они так же направились поближе в сторону стола, за которым спал летописец.

                *          *          *

  Послышался обеспокоенный голос:
- И что нам теперь делать?
- Я не знаю. – Ответил Леголоас, устремив свой задумчивый и строгий взор к противоположной скале. Там эльф видел похожий вход, но их разделяла пропасть, на дне которой было множество острых, высоких глыб, купающихся в бешеном потоке высоких волн. Вода бушевала, врезаясь в камни с неистовой силой. Над пропастью сгущался туман, который легко поднимался вверх. Его тонкая пелена стала заслонять собой вид на противоположную скалу с входом в ней. Показалось лёгкое очертание моста. Туманный саван невольно проявлял правильные, тонкие линии призрачного строения. Леголас увидел это и сделал шаг вперёд.
- Что вы делаете, мой господин?! – Тревожно вскрикнул один из эльфов, схватившись руками за руку сына Трандуила, пытаясь удержать его от падения.
- Всё нормально. – Спокойно произнёс Леголас. – Здесь есть мост. Смотрите.
  Эльфы и люди посмотрели под ноги и увидели камни. Туман становился гуще, и очертания моста явились их взору. Предводитель промолвил:
- Я же говорил. Ступайте за мной, но будьте осторожны. Кто его знает, может этот мост существует лишь в тумане. Потому нам следует двигаться быстро, пока он не рассеялся. Вперёд!
  Леголас быстрым шагом пошёл по мосту. Отряд устремился за ним. Они прошли четвёртую часть и вдруг из тумана стали слышаться голоса. Лёгкое, приятное и завораживающее пение пьянило слух и манило за собой. В белой пелене появлялись призрачные лица, поражающие своей красотой. Их нежные черты указывали на то, что это были женские образы. Но было совсем не понятно, были ли они эльфийскими или людскими. Хотя, это было не столь важно. Их красоту нельзя было описать словами. Образы появлялись то тут то там. Они пели на наречии, которое было не знакомо даже эльфам. Но это было так нежно и красиво, что нельзя было не заслушаться и не следовать этим голосам. Один из солдат ступил за край моста и исчез в тумане, не издав при этом ни звука. Леголас почувствовал угрозу, остановился и обернулся назад. Он пришёл в ужас, когда увидел, как люди пропадают в тумане. Эльф закричал:
- Не слушайте голоса! Не поддавайтесь им! Бегом с моста!
  Все его услышали, но люди не смогли сопротивляться пению и прекрасным образам. К сожалению их нельзя было спасти. И потому, достигнув входа на другом конце моста, в живых остались лишь Леголас и эльфы. Новый тёмный коридор пещерного лабиринта и ужас в глазах.
- Так что же это за проклятое место? – Послышался вопрос.
- Мы на одном из зачарованных островов, цепь которых находится возле Амана. И нам, как и погибшим, не следовало сюда приходить. Нам здесь не место и здесь нам не рады. Острова убивают всех, кроме эльфов. Но прошли тысячи лет после их создания, и я не могу сказать, что даже эльфам здесь будет безопасно. Потому нам следует убраться отсюда и поскорее. – Ответил Леголас.
- Но тогда нам нужно вернуться, ведь мы пришли оттуда и если там был вход, значит там и выход.
- Я так не думаю. К сожалению, здесь всё не так, как нам кажется или как мы думаем. И потому, назад дороги нет. – С этим словами Леголас устремил свой взор в сторону моста и остальные тоже посмотрели туда. Туман рассеялся и мост пропал.
- Это бред какой-то! – Выкрикнул один из эльфов и направился к выходу из пещеры. Никто не успел схватить эльфа, чтобы остановить. Его нога ступила в пустоту. Последний крик ужаса, тающий в пропасти с острыми камнями и бушующей водой. Леголас был прав. Мост исчез, и назад нет пути.
  Мрак пещеры осветили факела на сырых стенах, которые зажглись синим огнём. Эльфы продолжили свой путь, но теперь уже в поисках выхода, а не в поисках ответов.

                *          *          *

  Тириас очнулся. Он совсем не помнил о том, что с ним произошло несколько часов назад. Даже мыслей в голове летописца не было. Благодаря заклинанию Гэндальфа, майа всё безвозвратно забыл и уже никогда не вспомнит. Для владыки древних писаний сегодняшняя ночь была такой, как и все остальные. Разум был ясным и полным мыслей, но не о том, как он оказался сегодня здесь и что было. Летописец встал из-за стола, сладко зевнул и потянулся всем телом, расправившись и раскинув руки в стороны. Он чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Тириас взял свечу со стола и направился к стеллажу с полкой, где хранил свои запрещённые записи.
- Вот она! – Восторженно произнёс он, когда нашёл ту самую книгу, которую совсем недавно стащил Гэндальф, а после вернул.
  Летописец вернулся к столу и начал перелистывать страницы. Его мысли были ясными и собранными, как никогда. Он нашёл нужную страницу и прошептал заклинание. Бумага излила яркий, белый свет и на ней явились скрытые письмена.
- Да! Нашёл! – Радостно и громко вскрикнул Тириас без малейшего опасения, что его могут услышать. Но тут он огляделся по сторонам, вспомнив о том, что и у стен могут быть уши. Никого.
- Зачарованные острова. Пещеры острова Дэсмор. Да, я вспомнил. Там рукопись Майрона. – Почти шёпотом в этот раз пробормотал летописец, но все сказанные им слова были услышаны незваными гостями, скрывающимися в тени.
  Гэндальф узнал всё, что ему было нужно. Он ждал момент, когда летописец вздумает покинуть архив, чтобы незаметно уйти вслед за ним. Старому волшебнику не терпелось всё рассказать Фродо. Но нужно быть осторожным и пока не выходить из укрытия. Вдруг из стены неподалёку от Тириаса, который продолжал сидеть за столом и изучать свои записи, вырвался яркий синий свет. Образовался портал, из которого вышел король Намо и смотритель Дэримон. “Вот это нежданный сюрприз! Это явно не к добру. Пора уносить ноги!” - Подумал про себя Гэндальф. Вот только теперь уж точно из архива просто так не выйти, оставаясь для присутствующих незамеченным. Но всё же старец набрался смелости, прошептал заклинание, обернувшись невидимкой. Его тень плавно и быстро скользила по каменному полу в сторону портала. Гэндальф на свой страх и риск достиг его и шагнул в синий свет, не задумываясь о том, куда попадёт.
  Тириас от появления нежданных гостей чуть не упал со стула. Летописец был напуган такой внезапностью. Яркий синий свет, исходящий из портала, который так внезапно возник, ослепил его. Майа встал из-за стола, если можно это так описать, при этом он сбросил на пол книгу с запретными записями, зацепив её рукой. Свечение потухло, и портал исчез со стены. Намо подошёл к столу, не отводя пристального взгляда от летописца. Тириас попятился на несколько шагов назад. Король остановился возле книги на полу и расправил над ней ладонь. Старая рукопись поднялась вверх и через мгновение оказалась в руке великого валы.
 - Ты упустил книгу. – Произнёс Намо тихим, но пронзительным голосом, обратившись к летописцу и добавив к своим словам следующее замечание. – Не стоит так обращаться с ветхими, древними рукописями.
 - Да, мой господин. – Была слышна дрожь в голосе Тириаса. – Ваше внезапное появление меня испугало, и я случайно уронил книгу.
 - Не стоит оправдываться, мой друг. Это пустая трата времени. Я и сам всё вижу. Кроме того, я чувствую, что ты здесь не случайно, как и те, кто находится сейчас здесь кроме нас.
  Тириас удивлённо и обеспокоенно осмотрелся по сторонам, но никого не смог увидеть. Летописец хотел проронить возражения в адрес короля, но тот его опередил.
 - Не видишь их?! – Вопросительно подчеркнул Намо и продолжил. – И не увидишь, если того не пожелаешь сам. Нужно быть осторожнее, если ведёшь запрещённые записи.
  При последней фразе Намо легко похлопал ладонью по книге на столе. Летописец хотел провалиться сквозь землю от страха и недоумения. Король видел чувства Тириаса, отражающиеся у него на лице. Не теряя времени, вала протяжно произнёс заклинание, как будто пел песню. Из него в разные стороны вырвалась энергия прозрачного, синего цвета. Мгновение и невидимки стали видны взору короля, летописца и смотрителя. Восемь детей, прижавшись друг к другу, смотрели на Намо испуганным взглядом и не могли издать ни одного звука. Вала свободно читал их мысли, которые были совершенно одинаковыми.
  Тириас был ошарашен таким развитием событий. Он почувствовал слабость в ногах и чтобы не упасть, добрался до стула и присел. Но мысли о том, что будет дальше, пугали летописца ещё больше. Майа видел испуганных детей и терялся в догадках. Тириас не мог понять, как и когда они смогли проникнуть в архив. И что было бы дальше, если бы Намо и Дэримон не явились сегодня сюда?! Страх покинул летописца, как только он задал себе очередной вопрос: зачем они явились сюда? Именно этот вопрос Тириас поспешил задать детям на повышенных тонах:
- Что вы делаете здесь?
  Ответа не последовало. Тогда летописец обратился с вопросом к Дэримону:
- А вы, как смотритель, можете мне ответить, что здесь происходит? И потрудитесь объяснить присутствие детей майа в моём архиве!
- Не стоит нас заваливать вопросами. – За смотрителя ответил Намо. – И винить тоже никого не стоит, кроме самого себя. Это последствия ваших действий. И да будет вам известно, что эти дети не являются майа.
  Тириас совсем потерялся с мыслями и не мог понять, как такое может быть. Король теней видел недоумение летописца, которое до неприличия было ярко выражено на его лице. Намо обратился к детям:
- Встаньте и подойдите ко мне. Не стоит бояться. Подойдите.
  Все восемь послушно встали и подошли поближе к столу.  Вала сделал лёгкий жест рукой, и вокруг стола появилось несколько стульев. Намо расположился на одном из них и с указывающим жестом руки, предложил присесть остальным:
- Прошу вас. Беседа будет долгой.
  Все послушно уселись на стулья и внимательно смотрели на короля теней, особенно дети и Тириас. Намо начал свой рассказ:
- Взрослые такие. – Обратился он к детворе, посмотрев на каждого. – Но ещё не на столько, чтобы знать то, что вы услышите сегодня. Как я упомянул ранее, вы – не майа и не эльфы. Вы живые существа, которые во многом схожи с ними, но только внешне, за исключением глаз. Я чувствую в вас великую силу, которая поможет вам вершить великие дела. Добрые они будут или злые, этого даже я не могу сказать. К сожалению, это пока скрыто от меня. Ваше будущее очень туманно, но прошлое мне известно очень хорошо. И сегодня я вам расскажу, где, как и когда вы были рождены.
  С этими словами Намо положил на середину стола семь колец и зеркальный меч. Это были те самые артефакты, которые создал Майрон для королевских особ валар. Кольца должны были принадлежать королям валар. Меч Майрон изготовил для себя, чтобы быть на страже покоя в Арде. Кольца были изготовлены из хрусталя, который в тысячи раз был прочнее алмаза. Они были совершенно гладкими и слегка излучали густое и насыщенное свечение изнутри. Каждое кольцо имело свой цвет. А именно: белый, жёлтый, красный, синий, зелёный, пурпурный и лиловый. Такими цветами обладали и глаза будущих владельцев колец. Меч так же поражал своей красотой и величием. Его длина около двух метров могла внушить любому врагу страх. Рукоять была изготовлена из чёрного алмаза, который славился своей необычайной редкостью и прочностью. По ней от одного края к другому тянулись несколько извилистых и неровных линий из изумруда и рубина, которые были похожи на тонкие жилы в каменной породе. Эти линии пересекались друг с другом, но при этом не обрывали друг друга, а сливались воедино. Окончание рукояти украшала лиловая змея в форме полумесяца, а внутри него находился белый шар, сияющий изнутри всеми цветами радуги. Клинок был изготовлен из неизвестного зеркального материала, похожего скорее на кристаллическое происхождение, чем на металл. С двух сторон плоскости клинка, почти у самой рукояти меча, было расположено по два небольших, клинообразных лезвия разной длинны. Они были изготовлены из того же зеркального материала, что и основное лезвие меча, и не были расположены друг напротив друга.
  Дети и Тириас ошарашено смотрели на артефакты с широко раскрытыми глазами. Король теней произнёс следующее:
- Кроме этих вещей было ещё семь. Это были цветущие диадемы, так же сотворённые Майроном. Но они были уничтожены, когда остров Альмарэн канул в пучину моря Хэлкар вместе с городом Мист-Эрия. Гибель диадем повлекла за собой ваше появление на свет. Но об этом чуть позже. А сейчас протяните раскрытые ладони к предметам на столе.
  Дети переглянулись между собой и с тревогой в глазах посмотрели на Намо.
 - Не стоит бояться. – Успокаивая детей, произнёс вала. – Каждый из этих артефактов принадлежит скорее вам, нежели королям или королевам валар.
  Дети опять посмотрели друг на друга и после протянули раскрытые ладони к артефактам на столе. Вдруг предметы зашевелились, начав своё плавное движение. Каждый из артефактов почувствовали энергию своих хозяев и без ошибки направились в нужном направлении. Кольца доползли по столу к ладоням своих хозяев. Они остановились на миг, после поднялись над столом на уровне кончиков пальцев хозяина и уверенно оделись на указательный палец правой руки. Из разноцветных колец полился нежный, густой и насыщенный свет, присущий цвету кольца. Зеркальный меч развернулся рукоятью к Касандре и послушно лёг в её маленькую ладонь. Не смотря на его внушительный размер и вид, меч был легче пёрышка и не тяготил кисть своим весом. Дети почувствовали безграничную, великую силу артефактов и как будто погрузились в некий транс. В их разуме замелькали картинки прошлого с того момента, как появились на свет артефакты Майрона и до самого рождения их теперешних маленьких хозяев. Тириас, не скрывая чувств удивления, внимательно следил за всем происходящим. Прошло несколько минут. Дети пробудились и открыли глаза. Но теперь в их взгляде нельзя было узнать тех самых беззаботных детей. Не смотря на то, что внешне они выглядели, как обычные дети, их глаза отображали нечто глубокое, скрытое, мудрое и взрослое.
  Всё закончилось. Артефакты выбрали своих хозяев и поведали им о прошлом. Вот только Намо терзала одна мысль: правильно ли предметы сделали свой выбор?! Король теней считал, что каждый артефакт выберет себе хозяина по цвету его глаз, а получилось не совсем так. А вышло всё так потому, что артефакты в первую очередь ощутили в будущих хозяевах их способности и желания, о которых они сами даже пока не догадывались. Частично Намо на миг всё это ощутил. Как оказалось, всё дело было не в цвете глаз детей, а в том скрытом потенциале, который был заложен в них при сотворении. Но всё же несколько совпадений цвета глаз и артефакта было. У Пиресы были глаза белого цвета, и её выбрало белое кольцо. Жёлтое кольцо досталось желтоглазому Дэстишу. Лиловое кольцо пожелало обрести хозяина в лице Фэара. Штаймусу досталось пурпурное кольцо. Фатус обрёл красное кольцо. На этом совпадения закончились. Синеглазая Рида получила зелёное кольцо, а синее досталось Адэз, хоть она и имела зеркальные глаза. У Касандры был ярко-изумрудный цвет глаз, но её выбрал зеркальный меч. Почему всё так произошло? Даже мудрый король Намо не смог бы ответить на этот вопрос. Он встал из-за стола и учтиво попросил детей вернуть ему артефакты, произнеся следующее:
- Это ваше, но вам обладать этими артефактами пока ещё рано. Время для воссоединения артефактов с вами ещё не пришло. Прежде вы должны многому научиться и многое познать и только тогда эти предметы я смогу вам вернуть. С этой минуты я буду заботиться о вас, и передавать свои знания. Идёмте за мной. Вас ждёт новый дом – мой дом.
- Мы будем жить в чертогах великого Мандоса?! – Как бы спрашивая у Намо, воскликнула Адэз.
- Да, малышка. Мои чертоги в вашем распоряжении, но не полностью. Есть в моём замке несколько мест, где быть вам строго запрещено.
  В этот момент король теней увидел еле заметную ухмылку на лице у Дэстиша и незамедлительно прочёл его мысли,  после чего произнёс следующие слова:
- Не стоит так думать юноша. Мои чертоги – это не архив Тириаса. В этом вы скоро убедитесь сами.
  Дэстиш с чувством вины на лице и с испугом в глазах посмотрел на Намо, произнеся дрожащим голосом:
- Простите меня, мой господин.
- Так-то лучше, мой друг. Прошу ну будущее учесть, что я не потерплю подобных выходок с вашей стороны, вроде той, что вы тайком прокрались сегодня в архив. За любые проделки последует строгое наказание, но за соблюдение моих правил и за ваше послушание будете вознаграждены. Запомните, всему своё время! Если я скажу, что туда вам идти не следует, а это вам ещё рано знать, то так и должно быть. Будьте терпеливы и получите со временем всё, что вам нужно. Вам это понятно?
- Да, господин! – Хором ответили дети.
- Вот и славно. – Одобрительно произнёс Намо. – А теперь следуйте за мной. Не будем терять времени на пустые разговоры, ведь нас ждёт небольшое развлечение.
- Какое развлечение? – Удивлённо и с радостью в глазах спросила Фрида.
- Нам нужно поймать беглеца, который ушёл отсюда и попал через портал ко мне в чертоги сразу после того, как я и смотритель Дэримон явились сюда.
  Тириас с негодованием спросил:
- Как? Здесь кроме детей был ещё кто-то?
- Да, был. – Ответил ему король теней. – Это Гэндальф.
  Получив данный ответ от Намо, летописец почувствовал себя полным идиотом и простофилей. Тириас, как подкошенный, рухнул всем телом обратно на стул и обнял голову ладонями, понимая, что вся его конспирация развеялась в прах. И вдруг в его голове промелькнули мысли о прошлой встрече со старым белым магом. Тириас вспомнил, как Гэндальф спрашивал его о тайной комнате валар. После летописец начал собирать головоломку из непонятных событий в последние дни, которые с ним происходили. Раньше это всё как-то не было заметным для Тириаса, но теперь он смог собрать ребус воедино, вспомнив даже то, что Гэндальф повелел ему забыть при помощи заклинания. “Что доигрался старый маг? И что теперь будет?” - Промелькнуло в мыслях Тириаса.
- Не стоит беспокоиться об этом. – Тихо и спокойно произнёс король Намо, прочитав мысли летописца. – С этим я разберусь.
- Но как, мой повелитель? – Обеспокоенно спросил Тириас.
- Вот так. – Незамедлительно последовал ответ, после которого великий вала протяжным голосом произнёс заклинание. На полках стеллажей ярким синим пламенем вспыхнули рукописи и книги, содержащие запрещённые записи летописца. Но от этого огня не было ни дыма, ни запаха, ни пепла. Несколько секунд и все запрещённые записи сгинули из архива, как будто их здесь и не было. Тириас совсем потерял дар речи. Намо посмотрел на него строгим взглядом и промолвил:
- Все твои труды теперь находятся у меня. С этой минуты ты не напишешь ничего в этих стенах без моего ведома. Но ты сможешь продолжить свой труд в моём замке, при условии, что твои рукописи никогда и не на одну секунду не покинут стен моих чертогов. Кроме того, об этих записях должен знать только я и ты. Всё, что я тебе сейчас сказал – это не просьба.
- Да, мой господин, я всё понял.
- Вот и превосходно. Это тебе. – Произнёс Намо и протянул руку к Тириасу, чтобы вручить ему нечто. – Синюю нить привяжешь на запястье, чтобы открывать портал в мой замок. Приходи, когда захочешь и веди свои записи дальше. Но когда ступишь в мои владения, повяжи на голову эту серебристую нить. Она направит тебя ко мне и не даст заблудиться в чертогах. Эти две нити должны быть всегда с тобой и о них никто не должен знать кроме тебя.
  Тириас взял нити с ладони короля теней и кивнул головой:
- Да, повелитель.
  Получив ответ от летописца, Намо открыл портал. Яркий, насыщенный, синий свет заполнил помещение.
- Ступайте за мной. – Обратился к детям смотритель Дэримон, после чего шагнул в портал. Те последовали за ним. Намо ещё раз со строгим выражением лица посмотрел на Тириаса и исчез вслед за детьми. Синий свет портала померк, и стена опять стала прежней. Летописец остался сидеть на стуле возле стола, на котором догорала свеча. Он пристально смотрел на маленький, трепыхающийся огонёк. Майа поймал себя на мысли, что именно сейчас он был похож на эту догорающую свечу. Пережитые событии, не давали ему покоя. В голове Тириаса никак не могло уложиться понимание того, что виной всему было простое истечение обстоятельств. Летописец на миг попытался перестать думать об этом. В этот момент он почувствовал ужасную усталость и боль в висках, которую ощутил только сейчас. Тириас встал из-за стола, растерянно посмотрел на огонёк свечи и потушил его.


Рецензии