Пятеро из одного магазина, или судьбы пианино

Эта история произошла в маленьком княжестве, расположенном на юге великого царства.

Княжество славилось древней культурой, богатым устным народным творчеством: сказками и былинами, песнями и играми с остроумными присказками. Здесь также легко заимствовали традиции и обычаи других народов.

В годы процветания царства-государства  южане раскупали все пианино, поступавшие в магазины своей столицы. Находились меломаны, увозившие инструменты вглубь княжества. Не зря сложилась хорошая для производителей, но печальная с точки зрения этнографии и социологии статистика – половина клавишных инструментов, выпущенных в стране, сбывалась в этом уголке.

Развалилось великое царство. На радость горстки богачей потекли в молодую страну  бизнесмены, артисты и спортсмены.

Что же до рядовых граждан – учителей, инженеров, почтарей, санитарок, поденщиков и пенсионеров – кормить да одевать детей и внуков нужно! Ну, и стали люди избавляться от невостребованных вещей, от пианино в первую очередь.

Как раз один мудрый предприниматель, открыв завод пианино, объявил о скупке. Компетентные специалисты приводили выцветшие корпуса в презентабельный вид и настраивали севшие клавиши. Разумеется, заводу удалось привлечь таких клиентов, которые применили бы продукцию по назначению.

«Аккорд», «Ноктюрн», «Октава», «Токката» и «Юность» ждали своей очереди в реставрационном цехе.

– Мечты наши не сбылись, друзья мои, – протяжно произнес «Ноктюрн».

– Боже мой, четверть века прошло с нашего поступления в магазин «Южная лира», – вздохнула «Октава».

– Как молоды мы были, Как молоды мы были, – пропела «Юность».

– Как верили в себя, – отчеканила «Токката».

– Если реализовать себя не удалось, то хотя бы недалеко друг от друга мы чувствовали духовную близость, – вступил в разговор «Аккорд».

Дело в том, что пять товарищей по счастливому совпадению прожили в разных квартирах одного многоэтажного дома. И сейчас они единодушно решили вкратце поведать о пережитом.

   ТОККАТА: Кажется, я первой рассталась с вами. Так вот купили меня родители пятилетнего мальчика. Хотели отдать его в музыкальную школу. Но пацан любил рисовать, и через год-полтора папа и мама напрочь забыли о своем желании.

Владельцы время от времени открывали меня, барабанили по клавишам, чистили и закрывали. Играли на мне кое-какие народные мелодии их гости.

   АККОРД: Я прибыл в магазин с одной бракованной клавишей, стоил дешевле всех. Посему меня выбрала супружеская пара продавец обуви и парикмахерша. Еще им приглянулись мои сверкающие пластмассовые узоры. Позже дети хозяев варварски отодрали их. А по праздникам меня обстреливали пробками от шампанского.

   ЮНОСТЬ: Я была приданым молодой медсестры и на пару лет покинула наш общий дом. Когда она развелась, привезла мебель к родителям.

Моя хозяйка предпочитала слушать музыку, играть совсем не умела. Вскоре она уехала в другой город. Я так и осталась со стариками и ее братом.

На меня ставили хрустальные вазы, наряженных кукол, которых обшивала и продавала сноха стариков.

   НОКТЮРН: Я попал в трехкомнатную квартиру к многодетной семье. Меня часто перемещали из гостиной в детскую, оттуда – в спальню. Двух девочек в разное время записали на класс фортепиано. Обе проучились два года. Серьезнее сонатин Клементи на мне ничего не исполнялось.


Были и веселые моменты. Когда дедушка напивался, ставил кошку на клавиши, разводил руки, в которых держал кусочки мяса. Мурка бегала вдоль клавиатуры, наигрывая нечто, имитирующее авангард.

   ОКТАВА: Думаю, мне повезло чуть больше. Я жила в постоянно сдаваемой квартире. Хозяева настоятельно просили квартирантов не портить мебель.

Бывало, целых два года съемщики не обращали на меня внимания, бывало, музицировали студенты. Да еще гитара составляла мне компанию.

По-настоящему я была счастлива всего три месяца. Девушка консерваторию заканчивала, а родители делали ремонт в доме. Поселилась она у нас, вызвала настройщика. Я ожила, озвучила опусы Бетховена и Моцарта, Шуберта и Шопена, Чайковского и Рахманинова.

                * * *
Раздался щелчок дверного замка. В зал вошли двое солидных мужчин, один из которых был директором нового музыкального училища.

– Вот они, Орфей Корифеевич, – произнес менеджер завода. – Правда, наши реставраторы еще не везлись за них.

– Мы можем подождать. Надеюсь, скоро инструменты будут готовы, – мягко, но решительно сказал гость.

– Конечно. Если возьмете все, мы сделаем вам скидку на двадцать процентов.

На лице Орфея сверкнула радостная улыбка:

– Значит, одно пианино в подарок. Обязательно сообщу нашим друзьям-спонсорам.

Обрадовались друзья-инструменты предстоящему выполнению своей истинной миссии. Они больше не выступят в роли атрибута престижа, переходившей впоследствии в роль объекта издевательств.

Звездный час наступил, пусть и через двадцать пять лет. Самое главное, друзья снова вместе, стали еще ближе и слышат друг друга.


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.