Только любовь. Глава 14

Начало: http://www.proza.ru/2017/05/26/258
14. Тайна бордовой тетради

Абдул продал скот и с последней партией продуктов вернулся в Баку утром  четвертого июля.  Оставив пожитки в доме клиента, надумал переночевать в притоне, расположенном в здании с «Нуридэль», чтобы добраться до заветной цели.

Еще в прошлый раз, непреднамеренно изучив ночную жизнь высотки, он понял, что его появление в 539-м кабинете не станет темой злоязычий. В ответ на вопросы  случайного свидетеля покажет фотографии, которые оставит на столе, и уйдет с бордовой тетрадью и другим доказательством, изобличающим Нилуфар Габибову. Однако люди, попавшие на глаза в коридоре и туалете, совсем не проявили интерес к нему. Охраны на пятом этаже вовсе не было.

Дверь 539-го кабинета отворилась без капризов, – непрошенный гость оказался в тихом и уютном помещении. Зажег свет, который подхватило  зеркальце, приглашая  к столу у окна. Для внештатных корреспондентов, приходивших в редакцию нерегулярно, зеркало серебром кверху обозначало – материал одобрен главным редактором, но не сдан в печать.

Абдул взял папку с поверхности стола и увидел машинописные версии заметки о гармонисте и репортажа о кялагаи.

Он уселся на стул автора, вонзил маленький ключ в ящик. Руки задрожали, будто извлекли ревущий мотор, а не бумажную тетрадь, сердце бешено заколотило. Свет перед глазами исчез, секунд пять спустя предстал образ девушки с осуждающим взглядом.

– Как ты посмел подступить в мой секретный мир?!

– Этот мир принадлежит нам двоим, – оправдывается он.

– Ты обыкновенный трусишка.

– Трусишка, потому что не надругался над тобой!

В порыве исступления он подхватывает ее, отбивающуюся с криками, и выносит на улицу. Не успевает раздеть ее на глазах у прохожих, как возвращается в реальность.

Тетрадь наполовину испестрена мыслями. От волнения мужчина не разбирает почерк, надевает очки – бесполезно! После долгих усилий удается распознать выведенный фломастером заголовок «Записки в никуда».

Девять вечера. Пора отчалить из кабинета! Гость задвигает ящик. Всё тело трясет. Он впивается в привидение в сердцевидном зеркальце. Наконец, запирает дверь, смотрит по сторонам и уносит ноги.

Абдул не стал долго тешиться с публичной девушкой, обрадовал ее приличным вознаграждением. Попросил охранника разбудить его в десять утра. Здорово! Как раз у них в это время смена меняется.

Читая самые первые абзацы, он уже убедился в отсутствии какого-либо шпионажа или Нелиных собственных корыстных целей.

                Баку, 29.05.1994.
Не знаю, для кого пишу эти строки. Уничтожу по окончании репортажей о покойных музыкантах.

Некому излить душу.
Влюбиться в мертвого может только сумасшедшая.

…Вскоре после похорон всех солистов «Шестерки Умида» столичные СМИ забыли о них, поскольку группа выступала не в Баку, и не имела здесь поклонников. Так я считала до того, как сама пришла в газету. Теперь понимаю, что и национальные герои нуждаются в раскрутке.

   ---Чтец залпом поглощал строки о том, как Нилуфар впервые обратила внимание на исполнение Сейрана в машине Фикрета и как вышла на родственников музыкантов. ---

Тамара говорит: «После первой тусовки (а это был скромный банкет в Баку) брат пришел красный, как помидор, вбил в голову, что весь город смеется над ним. Потом вроде затянуло, но комплексовал из-за неартистической внешности».

Я полюбила его голос, чистый, неподдельный. Поначалу думала: захватила работа, которая отвлечет от потрясения в личной жизни.

Сейран пленил меня, и я, зная, что он мертв, ждала его звонка и прихода.

   --- Абдул покрыл поцелуями эту страницу, потом лихорадочно пролистал исповедь, нарушая хронологию. ---

Абдул не то что не любит меня, но и не желает удовольствия, потому что видит во мне ребенка. Обратился ко мне «деточка», когда провожал. Если я интересовала бы его, погасил бы огонь, когда я три дня была в его руках. Никто не мешал нам. Больше всего я ждала этого в лесу, а он играл со мной, как девчурка с куклой.

   --- Прижав рукопись к груди, мужчина тихо произнес вслух:

– Потерпи, родная. Обещаю завтра же прильнуть к твоим губам. Но решение погасить огонь примешь ты, когда узнаешь правду до конца.

Он снова вернулся к разговору журналистки с Тамарой. ---

Она сказала, что в первое время он выступал в темных очках, потом стал настоящим очкариком. Синие линзы были не просто косметические, но и оптические. за год до смерти у него чуточку зрение упало, а облысел к двадцати пяти годам. Карьеру артиста же начал к тридцати.

– Загорелся, как мальчишка, а выгляжу стариком, – недоумевал Абдул.

И тогда Тамилла покрасила длинные локоны, попросив о том же и Тамару. Сёстры постриглись очень коротко, чтобы брать выступал, как лев с шевелюрой.

Когда «Шестерка» выпускала альбомы в Тбилиси, маэстро Умид предложил, чтобы один из Абдулов выбрал себе псевдоним.

– Раз у меня новая морда, пусть будет и новое имя, – сказал пианист, взяв имена своих детей.

Сын Сейран, изъятый из утробы умирающей матери, прожил всего полтора часа. Дочери Ульвие сейчас три года.

   --- Сейран Ульви стал читать последние страницы.
 ---

Я люблю безответной любовью и благодарна Богу хотя бы за избавление от безумной страсти к мертвому.

Пятого июля Абдул вернется домой, и мы расстанемся. Моя жизнь потеряет смысл, ибо не уверена, что встречу настоящую любовь.

    --- «Записки в никуда» заканчивались чувством угрызения совести:  ---

Неудобно как-то воспользоваться его деньгами, но на свои средства публикацию этих материалов закончу только к осени. Он же сам сказал, чтобы я не думала об объеме…

Мужчина рассмеялся от последних слов любимой:

– Ребенок ты, Ники. Сразу видно, роль агента не твое.

Упоенный счастьем, он не мог сомкнуть глаз, да и не было необходимости.

В половине одиннадцатого Абдул и Нилуфар встретились у лифта. Немолодая женщина, составившая было им компанию, вышла, удерживая закрывающуюся дверь; мужчина тут же нажал кнопку «16».

– Нам же на пятый надо, – засуетилась девушка.

– Когда ты повзрослеешь, Кувшинка? – отчитал он живую куклу, привлекая ее к себе.

Окончание: http://www.proza.ru/2017/10/16/2200


Рецензии