Эссе 5 Проблемы национализма в России

Проблемы национализма в России.

Эссе 5

Как Мы с Вами и договаривались ранее, пришел черед рассмотреть подробно знаковую работу Александра Сергеевича Панарина «О Державнике-Отце и либеральных носителях «эдипова комплекса». Чем интересно будет подобное исследование? А оно по теме чрезвычайно обширно. Здесь и тема Сталина, постоянно закономерно будирующая наше общество, которое совершенно не устраивает грязная клевета на этого великого государственного деятеля мирового масштаба, от мелкотравчатых либеральных «мосек» все пытающихся укусить «слона». И психология мышления либералов и «красной профессуры», как носителей подспудного духа «марксизма» и многое иное. Потуги эти от либералов, облить Сталина грязью и сравнять по масштабу со своими предтечами - «мировыми-революционерами» сатанистами, безсмысленны и безполезны. Сталин занимает свое твердое историческое, ведущее место в мировой истории XX века и его не поколебать мышиной мелкотравчатой возней либерального клана. Но фигура Сталина далеко не так проста и однозначна, как она представляется, абсолютно однопланово, самим догматикам - «верным сталинистам».

Таков и анализ Панарина, и он не только о личности Вождя, но и о многом ином. И Мы с Вами, не торопясь, подробно, проанализируем взгляды Панарина и высветим все те проблемы, которые возникнут в ходе исследования. 

Панарин позиционирует современное течение либеральной мысли Запада, как неофрейдизм. То есть он, сразу ставит свое рассмотрение в область глобальной психологии, отбрасывая прежний лживый метод «историзма» либералов. Этот метод «психологии типа» впервые применил немецкий имперский мыслитель Освальд Шпенглер в начале XX века, и его взгляды сразу подхватил рвущийся к власти в Германии национал-социализм. Но короткое очарование Шпенглером революционным порывом «национал-социалистов» быстро закончилось, когда тот увидел ложный пропагандистский смысл социологической стратегии и практики государственности Гитлера и гибельность идей его министерства пропаганды. Шпенглер, как добросовестный исследователь, указал все революционные заблуждения национал-социализма в работе «Годы решений» (1933). За эту работу Шпенглер подвергся «национал-социалистами» жестокой  критике, и в какой то мере осмеянию своих глобальных взглядов, и … полному забвению. Подобный удар он, природный имперский патриот и обладатель глубокого национального чувства, не перенес, и вскоре, в 1937 году умер.

Что уж тут повлияло, то ли временная близость национал-социалистов к Шпенглеру, то ли, что то иное, не совсем понятно? Но долгое время, прорывной научный исследовательский метод Шпенглера оставался практически не востребован исторической наукой и мыслителями XX века. Либералы подняли на щит Фрейда и его мистический, каббалистический и материалистический по внутренней сути психоанализ, как универсальный Абсолют психологии Личности и Типа. Сам Панарин не упоминает Шпенглера в своих работах (Фрейда и психоанализ упоминает часто), но его научный метод исследования, где то близок к методу Шпенглера, но и во многом остается под влиянием либеральных идей фрейдизма. 

Панарин трактует, что современный неофрейдизм по-своему выразил тенденцию европейской эмансипации, которая началась с призыва устранить искусственные преграды, мешающие личной инициативе, а кончает потаканием невротической личности, вообще не способной выносить бремя социального долга, дисциплины и авторитета.

В своей работе о Сталине Панарин говорит: -

«Оценивая эту тенденцию «десоциализации» современной личности, склонной дезертировать из общества со всеми его тяготами и обязанностями. Фрейд выделяет два начала Личности: то, что представляет собой делегированную власть общества над человеческой инстинктивной природой и олицетворяется требовательным Отцом, и то, что представляет собой давление природного начала, олицетворяемого симбиозом женского и детского.

Современные неофрейдисты утверждают, что (нынешняя либеральная В.М.) властная элита — это «Отцы», навязывающие остальным конформистски законопослушное поведение. Навязывая в самом контексте фрейдистски реинтерпретированного мифа об Эдипе. Специфическая психоаналитическая «проницательность» здесь проявляется в утверждении того, что Эдип убил своего отца вовсе не по неведению; он не жертва трагического заблуждения, а бесстрашный революционер-тираноборец, устранивший с дороги мрачно-архаическую фигуру, мешающую всем нам сполна, ни на кого не оглядываясь, наслаждаться жизнью, отпустив на волю все наши инстинкты. Таким образом, левый неофрейдизм интерпретирует вопрос об эмансипации личности в духе биологизма — как право на инфантильность, упорно не желающую взрослеть и подчиняться общественной норме.

Кто же здесь верхи или низы общества, склоняются к сбрасыванию бремени долга и нормы, к торжеству «принципа удовольствия»; и кому выгодна эта подмена приоритета обязанностей личности перед главенством инстинкта? Только правильно ответив на этот вопрос, мы уясним истинную подоплеку нынешнего либерального отношения к традиционной фигуре Отца и фигуре Сталина как «Отца» в частности.

Первое ритуальное убийство Отца нашими властвующими «юношами Эдипами» имело место в феврале 1956 г — времени хрущевского разоблачения «культа личности». Мы поверили в то, что присутствуем при благонамеренной попытке исправления «деформаций социализма». Мы поверили в то, что после известных «разоблачений» и сами стали, в некотором роде, «посвященными».

(первым ритуальным убийством в России был мистический атрибут ритуала убийства Царского Семейства, как мистический смысл самой Революции, совершавших ее, как акт восстания либерального клана глобалистов против мирового господства природных Высоких Эстетических Традиций и самого Русского Имперского Типологического Духа В.М.)

(Вполне В.М.) Может быть, что истинная наша трагедия состояла в том, что мы незаметно для себя осваивались в роли «юношей Эдипов», мечтающих сбросить всегда слишком нелегкое в России государево служилое бремя и пошалить в отсутствие Отца.

(мы, это в смысле пропагандистски внушаемого населения России, и из «республиканцев», и из нестойкой, внушаемой части русского народа В.М.)

…проекту модерна, сочетающего в себе рациональный проект положительных свобод, потребных личности для общественного созидания, и иррациональный проект отрицательной свободы — свободы эмигрировать из общества со всеми его нормами и обязанностями во имя безгранично гедонистического «принципа удовольствия», на деле больше подходит название «принцип безответственности».

(вот здесь Панарин впадает в «марксистскую» системную ошибку, видя и утверждая, что «проекту модерна, сочетающего в себе рациональный проект положительных свобод, потребных личности для общественного созидания»; и здесь он явную идеологическую ширму от разрушительных идей модерна: - «положительных свобод, потребных личности для общественного созидания» принимает за «рациональный проект положительных свобод»; и ошибка эта, исключительно системная, как и типичные промарксистские материалистические убеждения всей «красной профессуры» и «советской духовной интеллигенции» В.М.)   

Когда Н.С. Хрущев, разоблачал «культ личности», делая народ участником ритуального убийства Отца, он приобщал нас к иррациональному проекту «отрицательной свободы».
…то расходились два пути: реформ по китайскому, «денсяопиновскому» образцу — с сохранением авторитета государства и реальным наращиванием социально-экономических возможностей нации, и реформ по перестроечному, «горбачевскому» образцу, сочетающему разрушительную «эдипову» критику государства и государтвенного служения с полным отсутствием прогресса в области «положительной свободы» — реального приращения социально-экономических прав и возможностей большинства.

(то есть здесь наглядно показано, что Россия при Хрущеве, система, как политический строй государственности, пошла по второму пути сознательного разрушения государства; а когда далее, к этим «социалистическим преобразованиям», конечно же, либералов из партаппарата, а не Хрущева (продавшего право на свою власть в России за «чечевичную похлебку», подчинения интересам либерального партаппарата), как искоренениям «мелкобуржуазного быта» упрямого мелкого не советского «собственника», добавили даже не пропаганду, а импульсом конституционной возможности «самоопределения наций» дали поощрение процессу политического национализма, и то фиктивное «советское интернациональное» государство просто рассыпалось неудержимым (как трактуют разрушители государства либералы) «естественным» процессом «демократических свобод», как исполнения конституционного «права на самоопределение»; а слепцы догматики «социалисты-коммунисты» до сих пор ищут в своих рядах предателей, не видя наглядного - разрушительного принципа самого типа «русского социализма» В.М.) 

Какой участи мы в глубине души больше хотим: участи тех, чья ответственность расширяется, требуя полной отдачи сил, или участи тех, чья «хата с краю», кто ничего не желает знать и ни за что не отвечает?

Когда Н.С. Хрущев, поверивший в решающие преимущества общественной собственности на селе, отобрал у крестьян приусадебные участки вместе с правом держать на них скотину, он еще раз оскорбил в крестьянине хозяина и труженика, но, не отдавая себе в этом отчета, поощрил сидящего в нас «юношу Эдипа», верного «принципу удовольствия». Но прошло несколько лет, и крестьянин сделал для себя эдипово открытие: как хорошо жить без собственного подворья, не вставать спозаранку, не думать о кормах для своей скотины. И когда опомнившаяся власть дала отбой и снова разрешила держать скотину в личном пользовании, добрая половина крестьян предпочла этим не воспользоваться: на селе родилось новое «поколение досуга», все больше дистанцирующееся от прежнего «поколения труда». Этот новый тип дифференциации сохраняет свое отношение к классовым различиям морали и культуры: «поколение труда» в социальном и духовном смысле представляет низовую культуру народа, живущего «принципом реальности», ибо тяготы реальности ему не на кого переложить; «поколение досуга», напротив, тянется к господской сибаритской культуре с ее «принципами удовольствия».

Подводя итог этой части надо сказать, что последний абзац о деяниях Хрущева требует подробных, неспешных комментариев, и Мы с Вами обсудим его в следующей части данного исследования.


Рецензии