По ту сторону. Глава 4. Стокгольмский синдром

Стокгольмский синдром — термин, популярный в психологии,
описывающий защитно-бессознательную травматическую связь,
взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую
между жертвой и агрессором в процессе захвата, похищения
и/или применения (или угрозы применения) насилия.

Проснуться. Все, что ей было нужно, это проснуться. Веки были неестественно тяжелыми. Она никак не могла заставить себя открыть глаза. Под закрытыми веками на черном фоне плясали разноцветные круги. Голова не болела, разум был чист, просто она не могла проснуться. Руки ощущали, что-то странное, как и все тело. Она точно помнила, что уснула в ванной, но вместо холодной воды ее накрывало теплое одеяло. Она приподнялась на локтях и сделала новое усилие открыть глаза. Яркий свет ударил по ним, проливаясь из множества окон, что заставило ее вновь зажмуриться. Спальня была не ее, не Марка. Она снова сделала усилие поднять веки и прищурено огляделось. Все вокруг было тошнотворно белым, от чего солнечный свет казался более ярким. Неосознанно она поднесла руку к волосам и внимательно рассмотрела вьющуюся прядь. Почему-то ей было важно, чтобы ее волосы продолжали оставаться черными в пугающей белизне этой комнаты. Медленно и тихо она встала с кровати и подошла к зеркалу. Все было по прежнему, если не брать во внимание странной ночной рубашки, весь внешний вид которой отдавал духом прежних времен. Ее кожа была неестественно бледна, будто обескровлена. Ее ранее прямые пряди ниспадали на плечи мягкими волнами крупных кудрей. Девушка поддалась желанию снова прикоснуться к волосам. Прическа ей несомненно нравилась и на некоторое время, она даже задумалась почему не делала такой прежде. Перед зеркалом стояла совсем другая женщина, но одновременно с этим, все эти незначительные новшества не меняли сути картины. В этот момент, перебирая  расставленные на трюмо пузырьки с косметикой и духами, она чувствовала себя собой намного больше, чем когда-либо в жизни. Ей было уютно в этой обстановке. На долю секунды ей даже показалось, что она вернулась домой. С мечтательной улыбкой на лице Анна подошла к столику на котором стоял тазик с водой и душистое мыло. Неспешно приведя себя в порядок, девушка заметила, что на кресле лежит потрясающей красоты платье.
Голубой шелк струился подобно воде горного озера и не смея отказать себе в желании утонуть в сверкающих мягких складках, Анна нырнула в кусочек небесной лазури. Платье подчеркивало изящный силуэт девушки, делая каждое ее движение подобным неспешному полету феи из давно забытой детской сказки. Одевая туфли, Анна все еще будто бы спала, но ей все-таки пришлось проснуться.
Подойдя к двери, девушка протянула руку к покрытой позолотой ручке, но дверь оказалась запертой. Анна нажала на ручку еще раз, но и это действие оказалось безрезультатным. Ощущение сладостной неги пропало безвозвратно, ему на смену пришла паника. Анна окончательно проснулась, осознав, что все это ловушка. Она метнулась к одному из окон. Окно выходило на сад. Среди деревьев и пышной растительности явно просматривался мужской силуэт. Он стоял и нервно жестикулировал, будто споря с самим собой. Анна приблизилась к окну так, что стекло запотело от ее дыхания. Облокотившись руками о подоконник, девушка встала на носочки, всматриваясь в изумрудные стены, так благосклонно приютившие этого странного человека.
Силуэт успокоился, он перестал размахивать руками, напротив убрал их в карманы. Единственным, что выдавало в нем раздражение, была его походка. Он нервно ходил по тропинке, будто то, что он должен делать давалось ему с трудом. Анна присела на подоконник и прислонилась к стеклу. Тревога отступила, уступив место сочувствию, а больше любопытству. Натуры склонные к авантюризму зачастую так хорошо приживаются к любой  неординарной ситуации, что порой становится трудно отличить, кто охотник, а кто жертва. Анна с любопытством наблюдала за перемещениями неизвестного ей человека, напрочь забыв про запертые двери. Мысли быстро сменялись одна за другой. Кто этот человек? Что ему от нее нужно? Как она здесь очутилась? Может, его тоже похитили? Да, их двоих несомненно похитили. Внезапно мужчина замер и резко посмотрел на верх, а после стремительно направился в сторону дома. Анна отпрянула от окна, как ужаленная. Она суетно стала носиться по комнате, словно что-то искала. А что если это и есть похититель? Ведь она не знала с какой целью здесь находится. Что он задумал? Услышав быстрые шаги за дверью, Анна глубоко вздохнула и села в кресло. Будь, что будет.
Дверная ручка повернулась, девушка вцепилась в деревянные подлокотники до боли в запястьях и вдавившись в спинку кресла так сильно, будто желая слиться с ним воедино, затаила дыхание. Дверь отворилась практически беззвучно, если не считать легкого щелчка дверного замка. Анна зажмурилась и старалась не дышать. Сквозь оглушительную тишину звук приближающихся к ней шагов казался еще громче. У нее больше не осталось сомнений, что этот человек не пленник. Он подошел максимально близко, так близко, что она могла чувствовать запах его духов. Ей показалось, что стоит ей протянуть руку...
Почувствовав прикосновение холодных пальцев к щеке, Анна немного расслабилась. Что-то умиротворяющее было в этом прикосновении, что-то далеко из детства. Все так же не открывая глаз, она позволила взять себя за руку. Время будто бы остановилось и чего хотелось меньше всего, так это бежать. Ей было тихо и уютно в этой блаженной пустоте, согреваемой прикосновениями его мягких губ к ее запястьям. Ей захотелось взглянуть на него. Мельком. Чуть-чуть. Анна открыла глаза.
- Ты. - Анна отдернула руку. Девушка вскочила с кресла и метнулась к двери, но незнакомец ее опередил. Она бросилась к окну, ничего не соображая, она забралась на подоконник, видя там единственный путь к свободе. Мужчина медленно, почти крадучись направился в ее сторону. - Не подходи, я прыгну. - В отчаянии выкрикнула она.
- Литиция. - Тихо, полушепотом. Словно из самых недр души. - Не дай мне снова потерять тебя.
- Что с тобой? - Девушка опешила. - Ты сошел с ума? - Стекло казалось слишком хрупким. Мужчина остановился в паре шагов от нее и схватившись за голову рухнул на колени. Он сдавил виски руками, скрестив пальцы на затылке. Они казались белыми от напряжения. - Что с тобой? - Спросила Анна, медленно сползая с подоконника.
- Литиция. - Опять это имя, но уже преисполненное боли.
- Я Анна. - В замешательстве прошептала девушка, опускаясь рядом с ним на пол. Она протянула руку, желая к нему прикоснуться, но он нервно схватил ее за запястье.
- Литиция. - Повторил он словно в забытье. Глаза горели странным светом. Ей казалось, что он ничего не видит. Ничего не понимает. Что он сам ничего не знает.
- Я Анна... твоя Анна. - В отчаянии прошептала она, силясь не заплакать. - Почему ты меня не узнаешь?
- Литиция. - Отозвалось полу стоном. А после его голова рухнула на ее колени. Слезы хлынули из глаз. Не столько из страха или сочувствия, а сколько из-за непонимания. «Почему он меня не помнит?». Она опустила руки ему на голову. Он тяжело дышал. Нужно было бросить. Нужно было бежать. Но...
- Я Анна, неужели  ты не помнишь...


Рецензии