Осколки завтрашней жизни

Глава 1
Скромное, двухэтажное здание, выкрашенное в унылый серый цвет, пряталось среди величественных тополей, шумевших своими кронами на тихом осеннем ветру. К зданию вела узкая асфальтированная дорожка, сплошь усыпанная опавшей листвой. По этой дорожке громко цокая каблуками, почти бежала девушка, в коротком, видавшем виды пальто. Из-под него выглядывал растянутый воротник жёлтой кофты. Длинные, до самого пояса волосы были заплетены в затейливую косу, на худеньком бледном лице тревожно горят зелёные в крапинку глаза, подведённые карандашом. Пухлые, красивые губы сильно обветрены.
Влетев в здание, девушка на секунду остановилась, чтобы отдышаться, и тут же принялась расстёгивать пуговицы на пальто.
- Опаздываешь, Катерина? – хитро взглянула на неё уборщица Нина, красивая, но измотанная жизнью женщина, тридцати восьми лет. – Проспала?
- Проспала, - горестно вздохнула Катя, вешая пальто в шкафчик. – До трёх ночи учила, зачёт у меня сегодня.
- Переживаешь? – Сочувственно цокнула языком Нина. – Не переживай, сдашь ты свой зачёт.
- Лиана обо мне не спрашивала? – понизив голос, спросила Катя, кивнув в сторону кабинета начальницы.
- Лианы Викторовны сегодня не будет, так что тебе повезло.
- Слава Богу! – шумно выдохнула Катя и уже спокойно уселась на стул и вытянула ноги. – А ребятишки как, всё нормально?
- Да хорошо тут всё, чего ты волнуешься! – Махнула рукой Нина, елозя тряпкой по полу.
Катя и Нина работали в детском доме для детей-инвалидов. Брошенные больные ребятишки, несмотря на пугающие диагнозы, по характерам ничем не отличались от обычных детей. Они так же звонко смеялись, любили мультфильмы и ненавидели манную кашу, почти ежедневно подаваемую к завтраку их поварихой Евгенией Андреевной, или, как звали её детишки, тётей Женей.
Катя очень любила свою работу, была привязана к детям, да и коллектив сложился хороший. Даже внешне суровая начальница Лиана Викторовна по вечерам превращалась в обычную женщину и пила чай в столовой, вместе со всеми. Никогда не видевшей семейного тепла Кате, в такие минуты казалось, что все они, одна большая семья.

Кате не везло с самого детства, нет, даже с рождения. Есть люди, для которых фортуна всё время улыбается, а есть такие, которые всю жизнь должны бороться с судьбой. Катя оказалась из последних.
Измученная жизнью с алкоголиком Катина мама, сбежала из роддома, даже не пожелав взглянуть на дочку. Медперсонал был уверен: малютка отправится в детский дом. Но вышло иначе. Никогда не выходивший из запоя отец, Аркадий Семёнович, вдруг вспомнил о ребёнке и забрал дочь.
Первые четыре года жизни, Катя прожила нормально, её детство ничем не отличалось от детства её сверстников. Отец практически не бывал дома, предпочитая общество друзей-собутыльников общению с дочкой, но зато у маленькой Катюши была бабушка. Узнав о бегстве невестки, она переехала к сыну и всю заботу о внучке возложила на свои плечи.
- Ох, Катенька, как же ты жить-то будешь? – вздыхала вечерами бабушка, наблюдая за четырёхлетней внучкой, с усердием рисующей собаку в альбоме. – Как же я тебя одну оставлю?
Катя вздрагивала. Её очень пугали такие разговоры, а их бабушка в последнее время заводила их всё чаще.
- Почему одна? А ты, бабулечка?
Бабушка ничего не отвечала Кате, лишь горестно вздыхала и махала рукой.
А вскоре Катя действительно осталась одна. То есть как бы с отцом, но это всё равно, что одна. Бабушка умерла, а отец получивший законную причину для пьянства, теперь не расставался с бутылкой ни днём, ни ночью. Катя была предоставлена самой себе. Первое время её кормили сердобольные соседи, а потом она научилась готовить сама. В шесть лет, придя из школы, она спокойно становилась у плиты и варила для себя макароны и картошку.
Когда Катя перешла в пятый класс, отец вдруг решил опять жениться. Так началась нескончаемая череда женщин, таких же алкоголичек, как и отец, в их квартире. Приводя очередную «жену» в дом, Аркадий Семёнович требовал от дочери называть её мамой, а услышав в ответ отказ, мог и поколотить девочку.
Продолжалось это до тех пор, пока однажды отец не привёл домой Лизу. Катя была уверена, что новая «маменька», долго у них не задержится, но Лиза неожиданно заняла прочную позицию в их семье.
Она единственная из всех разрешала называть себя по имени, иногда, в редкие минуты просветления, становилась к плите и даже пыталась проверять дневник Кати. Катя же, росшая строптивой и даже грубой, подчинялась ей. Но не из любви или уважения, а из страха. Вес Лизы давно перевалил за сто, ростом она была выше отца. Такая если ударит, то придётся очень плохо.
Силу её кулаков Кате «посчастливилось» узнать в пятнадцать лет. В тот день её домой провожал одноклассник и их, целующихся в подъезде, и увидела Лиза. Наорав на испуганную падчерицу, Лиза грубо схватила её за руку и, не обращая внимания на слёзы и крики, притащила домой и надавала тумаков.
А вскоре отец с Лизой пропили всё имущество и из просторной квартиры, перебрались в коммуналку. Комната, доставшаяся им, походила на спичечный коробок. Прямо напротив двери, находилось узкое окно, довольно высоко от пола. У левой стены едва вместился диван, у правой – раскладушка для Кати. Комнату перегородили шкафом.
Так начался для Кати её личный ад. Она не могла делать уроки, спать, читать, потому что за шкафом пьяно горланили отец с Лизой, а иногда и ещё какие-то их друзья. С учебником Катя уходила на кухню, иногда закрывалась в ванной.
Соседями их оказались милая старушка, баба Валя, всегда пытающаяся накормить излишне худенькую Катюшу и молодая, черноволосая женщина, тенью скользившая по квартире. Первое время Катя считала её сумасшедшей, но потом, баба Валя объяснила ей, что Лидия (так звали женщину), художница. Катюша, всю жизнь испытывающая трепет перед белым листом бумаги пришла в неописуемый восторг.
Нелюдимая Лидия и Катюша неожиданно подружились. Всё свободное время девочка проводила у соседки, Лида учила её рисовать. К семнадцати годам Катя рисовала отличные картины, которые часто появлялись на школьных выставках.
Окончив школу, Катя с лёгкостью поступила в педагогический университет, на заочное отделение и стала с ещё большим рвением штудировать учебники. Но вскоре остро встал вопрос о деньгах и девушке пришлось искать работу. Так она оказалась в роли нянечки в доме для детей-инвалидов.
Первое время ей было тяжело, в первую очередь морально. Было до слёз жаль этих никому не нужных, больных детей, но вскоре она привыкла и к этому. А потом в детском доме появилась пятилетняя Диана, и работа приобрела для Кати новый смысл.
Чем эта белокурая, похожая на ангела девочка так покорила её сердце, она и сама не понимала. Дианочке было всего два, когда она вместе с родителями попала в аварию. Родители погибли на месте, а Диане предстояло всю жизнь провести в инвалидном кресле. Ребёнка забрала тётя, но когда на её горизонте появился мужчина, быстренько спровадила племянницу в детский дом.
Дианочка, несмотря на свою болезнь, была заводным, весёлым ребёнком, на огромной скорости разъезжающим по детскому дому и прилегающему к нему парку. Взгляд лучистых серых глаз не смог оставить равнодушным никого из воспитателей, нянечек и вообще всего персонала. И лишь однажды Катя увидела грустинку в них. Как-то вечером, когда она зашла пожелать любимице спокойной ночи, Дианочка обхватила её за шею и прошептала на уху:
- Вот бы ты была моей мамой… - сказала, и тут же отвернулась, пряча лицо от растерянной Кати.
Катя, не зная что сказать, укрыла девочку одеялом и тихо выскользнула из комнаты. Она понимала, что Дианка привязана к ней, но у девочки не должно быть напрасных надежд, ей, Кате никогда не стать ей матерью, не те у неё условия жизни, чтобы позволить удочерить девочку-инвалида…
- Эй, ты чего? – тронула Катю за плечо Нина.
- Что? – вздрогнула Катя, выныривая из пучины воспоминаний.
- Замерла, сидишь, в одну точку уставилась, - окинула её внимательным взглядом Нина. – Ты часом не влюбилась, подруга?
- Не говори ерунды, - отмахнулась Катя и, поднявшись, поспешила к детям. Но не успела она дойти до двери, как она распахнулась и показалась Наташа, ровесница Кати, подрабатывающая здесь на полставки.
- Катюш, у нас ЧП! – воскликнула она, увидев Катю. Глаза Наташи светились откровенным беспокойством.
- Что случилось? – усмехнулась Катя. Для Наташи любое событие, хоть капельку выходящее за пределы привычного, тут же превращалось в чрезвычайное происшествие.
- Диана заболела, - сообщила коллега.
- Что с ней? – вздрогнула Катя.
- Да не знаю я! – заломила руки Наташа. – Я пришла утром, а она вся горит, есть отказалась!
Оттолкнув девушку, Катя побежала по коридору, к комнате, где вместе с двумя другими девочками, жила её любимицы. Толкнув дверь, увешанную изнутри листками с детскими рисунками, она влетела в комнату и увидела лежащую Диану, с лихорадочно горящими щёчками. Её соседи по комнате испуганно таращили на неё глазёнки со своих кроватей.
- Доброе утро девочки! – улыбнулась Катя, не желая пугать детей. – Как ваши дела?
- Диана заболела, - тут же сообщила Маринка, девочка пяти лет, с протезом, вместо правой ноги.
- Так, что у нас случилось? – Катя подошла к постели Дианы и положила руку ей на лоб. – Дианочка, что у тебя болит? Горлышко?
- Живот, - пробормотала девочка, натягивая на плечи одеяло. – Холодно очень сильно.
- Живот? – озадачилась Катя. – И давно болит?
- Всю ночь.
- Почему же ты никому не сказала! – всплеснула руками Катя.
- Я думала сам пройдёт, - пробормотала Диана и закрыла глаза. Губы её потрескались от высокой температуры, изо рта вырывалось тяжёлое дыхание.
- Наташ, - отведя коллегу в сторону тихо, чтобы не услышали дети, сказала Катя, - немедленно вызывай сюда нашу докторшу и переводи Марину и Тасю в другую комнату. Это может быть заразно.
- Может сообщить Лиане Викторовне?
- Я сейчас ей позвоню, - кивнула Катя и вытащила старенький кнопочный аппарат из кармана юбки.
Испуганная Наташа бросилась выполнять поручение. Катя набрала номер начальницы и долго слушала длинные гудки.
- Да. – Наконец раздался из трубки какой-то тусклый голос начальницы.
- Лиана Викторовна, здравствуйте! – Поприветствовала её Катя.
- Здравствуй Катя, - ответила ей женщина и шмыгнула носом.
- «Плачет что ли?», - мелькнула у Кати мысль.
- Лиана Викторовна у нас ЧП, Диана заболела.
- Почему ты звонишь мне? – внезапно вспыхнула начальница. – У нас есть свой доктор, вот и вызывайте её! Подумаешь, ЧП, девочка простудилась!
- В том-то и дело, что не простудилась! У Дианы болит живот и высокая температура!
- Господи, час от часу не легче! – простонала Лиана Викторовна. – Извини меня, Катя. Я не могу приехать, у меня с сыном проблемы. Держи меня в курсе, пожалуйста.
- Хорошо, - кивнула Катя и отключилась. Недоумению её не было предела. На её памяти это был первый случай, когда Лиана Викторовна так равнодушно отнеслась к болезни своей воспитанницы.

Через пятнадцать минут Марину и Тасю одели и отправили завтракать, а Диану принялась осматривать докторша, пожилая женщина шестидесяти лет. Поставив ей градусник, она деловито скинула с ребёнка одеяло, подняла майку и ощупала живот.
- Так больно? – спрашивала она, поглядывая на Дианку поверх стёкол очков. – А так?
- Нет, - тихо отвечала девочка, цепляясь за край одеяла и стремясь натянуть его на себя.
- Может у неё аппендицит? – робко предположила Катя, всё это время с тревогой наблюдавшая за процедурой.
- Не похоже, - покачала головой докторша. – Но всё-таки, давай, Катерина, одевай её, и ко мне в медпункт. Там сделаем УЗИ и разберёмся.
- Хорошо, я мигом! – засуетилась Катя, хватая одежду девочку и одевая её.
- Не хочу, не поеду! – неожиданно закапризничала Дианка, отталкивая руки Кати. – Мне уже лучше, не трогайте меня!
Больших трудов стоило Кате успокоить ребёнка и усадить её в кресло.
- Ну всё, поехали, - взялась за руки кресла Катя, сдувая со лба прилипшую от пота прядь волос. Докторша только головой покачала, глядя на держащуюся за живот и надутую Дианку, но ничего не сказала, лишь распахнула дверь, пропуская их вперёд.
Доставив девочку в медпункт, Катя взглянула на часы и опрометью бросилась обратно: до зачёта оставалось всего час.
- Наташа! – позвала она, в спешке надевая пальто и не попадая в рукава. – Наташа, как только будет что-то слышно, ты позвони мне, хорошо? – попросила она коллегу.
- Конечно, - покорно кивнула Наташа, теребя в пальцах пуговицу на платье. – Кать, как думаешь, что такое с Дианой?
- Понятия не имею, - пожала плечами Катя, закручивая на шее шарф. – Да не волнуйся ты так, - взглянув на бледную Наташу, тронула она её за руку, - всё с нашей Динулей будет хорошо, вот увидишь.
- А как ты думаешь, это заразно? – спросила Наташа и у Кати, словно пелена с глаз спала. Вовсе не за ребёнка волнуется Наташа, а за себя.
- Если ты так боишься заразы, зачем пошла работать в детский коллектив? – взглянув на девушку, жёстко спросила Катя. – Да ещё в такой как наш? Здесь дети больные, ослабленные, болеют постоянно!
- Но я не думала, что так будет… - промямлила Наташа.
- Ты думала пришла, поиграла с детишками и ушла? Нет, Наташа, этим детям в первую очередь нужен уход, а не игры. Пора бы тебе это уже понять.
С этими словами Катя выскочила за дверь и что есть духу припустила к автобусной остановке. Успела как раз вовремя. Вскочив в почему-то полупустой автобус, плюхнулась на свободное место у самой двери и перевела дух. Затем достала из сумки тетрадь и углубилась в чтение.
Выйдя на своей остановке, Катя взглянула на часы и бросилась к университету. Как бы она не спешила, до зачёта оставалось всего десять минут, а ещё нужно успеть добежать и раздеться.
Едва она приблизилась к дороге, как из-за поворота выскочила тёмно-синяя иномарка и на огромной скорости проскочила мимо Кати, обдав ещё грязными брызгами из разлившейся по асфальту лужи.
- Ой! – вскрикнула Катя, закрыв лицо руками, а когда открыла глаза, чуть не разрыдалась от злости и бессилия. Всё её пальто покрывали уродские пятна, светло-серая юбка выглядела не лужа. Тонкий капрон колготок тут же промок и противно лип к ногам.
- Ну что за день такой! – пробормотала Катя и, перебежав дорогу, влетела наконец в родной университет.
Часы неумолимо бежали вперёд и она, решив не стоять в очереди в гардеробе, прямо в пальто побежала по лестнице. Увидев своих однокурсников рядом с ещё закрытой аудиторией, перевела дух.
- Господи, Катька, что с тобой?! – ахнула их староста, противная девица, вечно придирающаяся ко всем и считающая себя самой умной.
- Ничего, - сквозь зубы процедила Катя, бросая сумку на пол и пытаясь салфеткой отчистить пятна от одежды.
- Представляю, что тебе Волынцев устроит, увидев тебя в таком виде… - злорадно процедила староста.
- Кто? – ахнула Катя? – Волынцев зачёт принимать будет?
Геннадий Аркадьевич Волынцев славилась в их университете самым скверным характером. Он ненавидел всех студентов поголовно и сдавали у него с первого раза единицы. Имелся у него и особый пунктик – внешний вид. Сам Геннадий Аркадьевич всегда был одет, что называется «с иголочки» и терпеть не мог тех, кто приходит к нему на занятия в неподобающем виде.
Староста ничего не ответила, лишь молча указала подбородком за спину Кати. Девушка обернулась и с тоской посмотрела на поднимающегося по лестнице Волынцева. Мужчина как всегда был в идеально отглаженном костюме, при галстуке и держал в руках папку. Волосы его были аккуратно зачесаны назад и сбрызнуты лаком.
- Добрый день Геннадий Аркадьевич! – нестройным хором поздоровались с ним второкурсники. Волынцев лишь молча кивнул, окидывая взглядом толпу ненавистных ему студентов. Взгляд его задержался на Кате, старающейся слиться со стеной и стать незаметной. Брови его поползли вверх.
- Вы считаете, это подобающий вид, чтобы являться на зачёт? – поинтересовался Геннадий Аркадьевич, брезгливо морщась.
- Простите, пожалуйста, меня машина облила на перекрёстке, - проблеяла Катя, тушуясь под его взглядом.
- И почему вы в пальто? – словно не слыша её, продолжил допрос Волынцев.
- В гардеробе очередь и я не успела раздеться, - опустила глаза Катя, чувствуя, что её щёки начинают пылать. – Спешила очень.
- Вовремя приходить надо, а не спать до полудня, тогда и спешить не придётся! – рявкнул Геннадий Аркадьевич и открыл дверь аудитории.
Катя молча проглотила оскорбление. Что толку было сейчас доказывать озлобленному на весь мир преподавателю, что не спала она вовсе, что у неё были проблемы на работе, и что за болезнью Дианки она и вовсе забыло о времени и зачёте? Не поверит ведь ни единому слову, только разозлится ещё сильнее.
Прошмыгнув в аудиторию, Катя привычно уселась за первую парту и, вытащив из сумки ручку, принялась ждать задания. Волынцев долго не копошился, достал лист бумаги и стал диктовать вопросы, подходя к каждому лично. Кате достался самый, на её взгляд сложный вопрос, который они не разбирали на занятиях. Усмехнувшись, она взялась за ручку. Видимо очень её внешний вид не понравился преподавателю, если он дал ей такой вопрос. Утопить решил? Нет уж, не получится! Катю неожиданно охватил азарт. Она бодро заскрипела ручкой по бумаге, выуживая из глубин памяти всё, что она знала по этому вопросу.
- Ну-с, слушаю вас, - скрестил руки на груди Геннадий Аркадьевич, когда Катя уселась за стол, впереди него.
Ни разу не заглянув в листок, исписанный мелким, бисерным почерком, девушка бойко принялась отвечать. По мере того, как она говорила, лицо преподавателя мрачнело, а Катя ликовала. Когда она замолчала, он ни слова не говоря пододвинул к себе её зачётку и расписался в ней.
- Спасибо, - улыбнулась ему Катя. – До свидания.
- Странно, - наконец подал голос Волынцев.
- Что странно? – оглянулась на него Катя.
- Как такой ум, такой голове достался? – с пренебрежением глядя на девушку, буркнул Геннадий Аркадьевич.
- А что конкретно вас не устраивает? Ум или голова? – не удержалась от колкости Катя и выскочила за дверь.
Настроение поднялось. Спрятав зачётку в сумку, девушка застегнула пальто и, позабыв о жутких пятнах на одежде, вышла на улицу. Солнце ласково согревало своим светом землю, уставшую от бесконечных дождей в эту осень, его лучи отражались в лужах и Катя, оглядевшись вокруг, улыбнулась. Так отвратительно начавшийся день налаживался. Подумать только, сдать зачёт самому Волынцеву, да ещё в таком виде! Ещё раз прокрутив всю ситуацию в голове, Катя расхохоталась, не обращая внимания на недоумённые взгляды прохожих.
Закинув сумку на плечо, Катя поспешила обратно на работу. Там её ждала ватага ребятишек и больная Дианка.

Глава 2
Детский дом встретил её напряжённым молчанием. В холле стояла звенящая тишина, не было слышно из игровой комнаты весёлых детских голосов, не сидела у окна, как обычно лузгая семечки Нина.
У Кати неожиданно затряслись руки. Повесив пальто в шкаф, она тут же бросилась по коридору вперёд, заглядывая во все комнаты подряд и ни в одной не находя ребятишек или коллег. Распахнув дверь в столовую, она увидела всех детдомовцев, сидящих у столов, и вяло ковыряющих ложками гречневую кашу. У двери стояла бледная до синевы Наташа, на стуле у бака с водой примостилась Нина.
- А что случилось? – поинтересовалась Катя, оглядев весь удручающий пейзаж. – Что за внеплановый обед? Почему вы такие мрачные?
- Наша докторша никак не может понять, какой диагноз у Дианы, - сообщила ей Нина. – Температура спала, но живот у девочки по-прежнему болит. На всякий случай, велела детей держать в одном месте, а игрушки продезинфицировать. И комнату, где Диночка спала закрыть.
- А чего она тянет? – взвилась Катя. – Давно пора вызвать «скорую» и отправить ребёнка в больницу!
- Да неужели ты думаешь, что никто этого не понимает? – рассердилась Нина, наливая в стакан воду и залпом осушая её. – Но сама понимаешь, без Лианы Викторовны сделать это невозможно! А она не берёт трубку!
- Чёрт-те что творится! – пылала праведным гневом Катя. – А если Диане станет совсем плохо, мы по-прежнему будем ждать распоряжения Лианы Викторовны?
- Кать, ну что ты бушуешь? – устало вздохнула Нина. – Диане лучше, температура спала. Может ещё и образуется всё. Смотри вот лучше, - зашептала женщина, придвигаясь ближе к Кате и кивая в сторону Наташи, - на девчонке-то лица нет, заразится боится. Ещё час до конца её рабочего дня, представляю, как она отсюда унесётся. Завтра может и не прийти.
- Пусть не приходит, - бросив злой взгляд на девушку, старающуюся не коснуться ничего руками, буркнула Наташа. – Кто придёт ей на смену?
- Танюша. – Сообщила Нина. Танюшей в их коллективе называли сорокалетнюю женщину, Татьяну Михайловну, всей душой болеющую за детей и относящуюся к ним как к родным. Её обожали как дети, так и коллеги. Да и нельзя её было не любить. Татьяна Михайловна всегда с улыбкой разруливала любую ситуацию, мирила, успокаивала, утешала. Никто и никогда не видел её раздражённой или злой.
- Отлично, - кивнула Катя. – Значит, я побуду с Дианкой. Ей нужна сейчас поддержка.
- Можешь идти прямо сейчас.
- А дети? Не думаю, что Наташа к ним приблизится.
- Я присмотрю за ними.
- А если придёт Лиана Викторовна? – засомневалась Катя. – Представляешь, какую взбучку она нам устроит за такое?
- Вряд ли она сегодня будет! Это же надо, чтобы так совпало, а? – расстроенно цокнула языком Нина. – И Лианы нет, и Диана заболела.
- Ладно, тогда я побежала, - поднялась Катя. Сердце её опять сжала тревога за ребёнка.
Весь остаток дня Катя просидела у постели Дианы. Она рассказывала ей сказки, вдвоём они пели песни. К вечеру девочка погрустнела. Щёки её опять покрыл болезненный румянец, и Катя со страхом приложила руку к её лбу. Он был горячим.
- Виктория Андреевна, дайте градусник! – позвала она докторшу.
Через пять минут они вдвоём смотрела на ртутный столбик, замерший у отметки тридцать девять.
- Животик болит, - всхлипнула Дианка.
- Может всё-таки «скорую»? - с надеждой взглянула на доктора Катя.
- Без Лианы Викторовны ничего предпринимать не буду! – отрезала Виктория Андреевна и дала девочке ложечку жаропонижающего. Катя лишь вздохнула, смотря на это.
Заснула Диана только около полуночи. Жар спал, она задышала ровно. Катя подтолкнула ей одеяло и выскользнула в коридор. Выйдя в холл, она вытащила из шкафчика пальто и только тогда заметила полоску света, пробивающуюся из-под двери директорского кабинета. На цыпочках подойдя к ней, Катя несмело постучала.
- Да, - раздался оттуда голос начальницы.
- Лиана Викторовна, можно? – заглянула в кабинет Катя. – Я думала, вас сегодня уже не будет.
Лиана Викторовна, высокая, статная женщина, с длинными, чёрными волосами и пронзительно-голубыми глазами, сидела за своим столом, уронив голову на скрещённые руки. Услышав её голос, женщина подняла глаза и кивнула:
- Проходи Катя, садись.
Девушка проскользнула в кабинет и опустилась в кресло, напротив директора. В приглушённом свете настольной лампы, она сразу не заметила, что глаза у Лианы Викторовны заплаканы, а на щеках видны дорожки туши.
- Как ваш сын? – несмело спросила Катя, не зная, имеет ли право задавать ей такой вопрос.
- Плохо, - коротко ответила Лиана и, вытащив из ящика стола пачку сигарет, чиркнула зажигалкой.
- Вы курите?! – изумилась Катя. Прежде она никогда не видела свою начальницу с сигаретой.
- Сегодня начала, - мрачно усмехнулась Лиана, затягиваясь дымом и начиная кашлять. – Говорят, успокаивает.
Катя промолчала, не зная, что сказать в такой ситуации.
- А почему вы здесь, так поздно? – наконец спросила она.
- Да потому что дома находиться невозможно! – с горечью в голосе воскликнула Лиана. – Невозможно, понимаешь? Женька заболел, а я оказалась виновата в этом! Недоглядела! А то что я целыми днями на работе, это никого не волнует! Ты мать и ты должна! У них горе, они переживают, а я что, камень что ли?!
Высказавшись, Лиана отбросила сигарету и зарыдала.
- Лиана Викторовна, успокойтесь… - Катя вскочила со своего места и, подойдя к начальнице, несмело коснулась её руки. – Всё наладится, вот увидите. Дети, они ведь часто болеют, вас сын поправится, и с домашними вы помиритесь. Сегодня просто день такой.
- Да не в этом дело, Катюша, не в этом… - справившись с собой, вздохнула женщина. – Ты прости меня, я не должна была говорить тебе всё это. Как Диана?
- Плохо. Днём вроде получше стало, а к вечеру опять животик разболелся и температура тридцать девять.
- Что говорит Виктория Андреевна?
- Да ничего она не говорит! – раздражённо махнула рукой Катя, усаживаясь на своё место. – Диагноз поставить она не может, в больницу отправить Диану без вас не может.
- Почему вы не позвонили? – Поднялась на ноги Лиана Викторовна. – Ребёнку весь день плохо, а если у неё аппендицит?!
- Ну уж аппендицит-то Виктория Андреевна диагностировала бы, - усмехнулась Катя. – Сейчас Дианке лучше, температура спала. Но как оно будет дальше…
- Живот болит и температура? – задумалась Лиана Викторовна. – Может вирус какой? Просто у Женьки моего те же симптомы.
- Как?! – поразилась Катя. – А вас сын в больнице?
- Да.
- И что там говорят?
- Да то же что и наша врачиха. Диагноз поставить не могут. – Глаза директрисы тут же потускнели. – А Женька весь горит.
- Кошмар какой-то, - прикрыла рот рукой Катя. – Что же делать-то, Лиана Викторовна?
- Иди-ка ты домой, Катюша, поздно уже, - улыбнулась ей женщина. – А я здесь побуду. Не волнуйся, я всё проконтролирую.
- А вы как же? Вы ведь тоже устали, синяки вон под глазами.
- Не переживай за меня, я справлюсь. – Усмехнулась Лиана Викторовна и неожиданно добавила. Спасибо тебе.
- За что?! – поразилась Катя.
- Обо мне уже давно никто не беспокоился. Иди домой, детка, всё будет хорошо.
- Ладно. – Катя поднялась и надела пальто. – До свидания, Лиана Викторовна. Звоните если что.
Из кабинета начальницы Катя выходила с тяжёлым сердцем. Перед глазами постоянно маячило усталое лицо Лианы, не отпускала тревога за маленькую Диану. Что за болезнь такая неизвестная у неё? И почему не могут поставить диагноз Жене?
Выйдя на улицу, Катя с тоской посмотрела по сторонам и поняла, что до дома ей придётся добираться пешком. Автобусы уже не ходят, метро давно закрыто, а останавливать машину в это время она просто боялась. Ноги за день гудели от усталости. Опустив голову, Катя побрела к дороге. Через час она должна быть дома. Осталось потерпеть всего лишь час. А потом горячий душ и наконец-то на свою старую раскладушку. Спать, спать, спать… О том, что с утра у неё не было и маковой росинки во рту, Катя даже не вспомнила.

Утро началось с пронзительного крика. Катя села в постели и очумело потрясла головой, всей душой надеясь, что крик ей почудился. Но надежды не оправдались, крик повторился и ещё более громкий, чем прежде.
Накинув поверх пижамы халат, Катя сунула ноги в тапочки и вышла в коридор. Дверь в ванную оказалась открытой, на пороге стояла растрёпанная Лиза, в длинных, похожих на клоунские штанах и растянутой майке. Потрясая огромными кулаками, она издавала звуки, похожие на рёв бизона.
- Лиза, что случилось?! – поинтересовалась Катя, зажимая уши руками. – Чего ты так орёшь?
- О, Катерина! – непонятно чему обрадовалась Лиза, оборачиваясь к падчерице. – Поди сюда, полюбуйся! – посторонилась она, пропуская Катю к ванной.
Подойдя к двери, девушка осторожно заглянула туда и тихо ойкнула. У душевой кабины стояла Лидия, придерживая рукой распахнутый халат. Рядом с ней, устроившись на бортике ржавой ванны, примостился абсолютно голый, пьяный отец. Катя поспешно отвела глаза и вынырнула обратно в коридор. Не трудно было догадаться, чем занималась парочка за закрытыми дверями.
- Ну как, понравилось? – ехидно спросила Лиза, глядя на смущённую Катю. – Видала, чем батя занимается? Урод, распутник!
- Да замолчи ты, сама шалава, пробы ставить негде! – выдал ей в ответ отец и засмеялся.
- Что??!! – громче прежнего заорала Лиза и выдала такие выражения, что Катя невольно покраснела.
- Да заткнитесь вы, ироды! – вышла из своей комнаты баба Валя, поправляя на голове бигуди. – Что вы разорались с утра пораньше? Лизка! Ну-ка закрой рот!
От криков у Кати голова пошла кругом. Оглядев покрасневшую от злости мачеху, сердитую соседку, смущённую Лизу, пытающуюся стать незаметной и отца, которого, казалось эта ситуация только забавляла, Катя прошмыгнула в ванную и, ухватив Лиду за руку, протащила её мимо обалдевшей от такой наглости Лизы и втолкнула её в её комнату.
- Предательница! – отмерла Лиза и едва не кинулась на падчерицу с кулаками. – Она значит с моим мужем трахается, а ты её защищаешь?!
- Я ещё не защищаю! – отрезала Катя. – Бери своё сокровище и валите отсюда, нечего тут скандалы закатывать! Не делай вид, что ты не знаешь, что он вечно по бабам шляется! А ты сама?
- Да как ты смеешь меня обвинять? – задохнулась от ярости Лиза, лицо её покрылось красными пятнами. – Что я сама? Что я сама? Да я всю жизнь на вас положила, я тебя воспитала, а ты! – размахнувшись она попыталась ударить Катю, но баба Валя шагнула вперёд и прикрыла собой девушку.
- А ну-ка угомонись, а то я сейчас полицию вызову! – рявкнула она и, схватив Катю за руку, втолкнула её в свою комнату.
- Спасибо, - пробормотала девушка, дрожащими руками приглаживая волосы.
- Совсем ты сдурела, - покрутила пальцем у виска баба Валя. – Додумалась такое Лизке сказать! Да она теперь тебя со свету сживёт!
- Посмотрим ещё, кто кого, - кисло улыбнулась Катя. – Что мне, привыкать что ли? Не первый день её знаю.
- Лизка на твою поддержку рассчитывала, - покачала головой баба Валя. – А ты, уж прости меня, поступила некрасиво. Вместо того, чтобы за мачеху вступиться, ты на Лидкину сторону перешла.
- Я никуда не переходила! – разозлилась Катя. – И Лиду я не защищаю! А о своих словах я не жалею, и отец, и Лиза гуляю друг от друга и прекрасно об этом знают, нечего тут комедию ломать!
- Тут другое дело, - баба Валя уселась за стол и засунула в рот сушку, - Лизе-то ведь жить с Лидой в одной квартире придётся, это не то, что просто знать об изменах.
- Баб Валь, о чём вы говорите? – устало спросила Катя. – Какие измены? Да папа и Лиза даже не муж и жена, они просто собутыльники.
- Жестокая ты, Катюша, - покачала головой баба Валя. – Нельзя так. Какой он ни есть, он твой отец. Да и Лиза… Кто знает, как бы вы без неё жили.
В ответ Катя лишь махнула рукой и вышла в коридор. Из их комнаты слышались голоса мачехи и отца, но в них не было прежней агрессии. Тихо звякнула бутылка и Катя усмехнулась. Ну да, это для них лучший способ примирения.
Постояв пару минут в раздумьях, Катя шагнула к двери Лидиной комнаты и постучала.
- Лид, открой, это я.
Лида высунула нос в маленькую щёлку, и только увидев, что за спиной девушки не маячит Лиза, впустила её.
- Что? Ругаться пришла? – сложила она руки на груди. Она так и не переоделась, на ней всё так же висел уже изрядно помятый халат, пшеничного цвета волосы рассыпались по плечам. Лида была красивой женщиной, но сама она себя таковой не считала. Закрывшись от всех в своих картинах, она даже не пыталась выйти в реальный мир. Хотя… Сегодня вот ведь вышла…
- Нет, - мотнула головой Катя, проходя вперёд и присаживаясь на низенькую табуретку у мольберта. – Что рисуешь?
- Счастье, - буркнула Лида и отвернулась. – Чего ты хочешь, Катя? Укорять будешь? Взывать к совести?
- Знаешь, наверное, так нельзя говорить, он всё-таки мой отец, но… - замялась Катя. – Лид, ты молодая, красивая женщина, я понимаю, что тебе нужен мужчина, но неужели нельзя найти кого-то получше? Отец давно превратился в алкоголика, да он на бомжа похож! Зачем он тебе?
- А мне плевать! – неожиданно повысила голос Лида и повернулась к Кате лицом. Глаза её лихорадочно горели. – Вот захотелось, а он оказался единственным мужчиной под рукой.
- Что ты несёшь? – Катя едва не упала с табуретки от её слов. – Лида, ты не в себе!
- Хватит меня лечить! – огрызнулась всегда тихая и спокойная Лида. – Молодая ещё! Кстати, ты на работу не опоздаешь? – спросила она, явно намекая, что Кате пора убираться.
- Я сейчас уйду, - кивнула девушка, поняв её намёк. – Но раз уж на то пошло, просто попрошу тебя, в следующий раз, когда тебе приспичит, ищи любовника в другом месте. Я не хочу, чтобы в моей семье случались подобные скандалы. Лиза в ярости может и пристукнуть кого-нибудь.
- Она у тебя есть, семья эта? – скривилась Лида.
- Я была о тебе лучшего мнения, - вздохнула Катя и выскользнула в коридор.
Пройдя в свою комнату, она увидела отца и мачеху, пьяно хихикающих над бутылкой водки и, проскользнув за шкаф, быстро натянула на себя джинсы и кофту. Заходить в ванную, чтобы даже просто умыться и почистить зубы было противно. Поэтому Катя надела пальто и, схватив сумку, вышла из квартиры.
На улице опять лил дождь, от вчерашней тёплой погоды не осталось и следа. Открыв зонтик, Катя уныло поплелась к автобусной остановке.
Детский дом опять встретил её тревожной тишиной.
- Эй, есть здесь кто живой? – крикнула Катя, раздеваясь в холле. На шум из подсобки выглянула Нина.
- Привет Катюша, - поздоровалась она.
- Привет, - кивнула ей в ответ девушка. – Что у нас нового? Почему опять так тихо? Где дети?
- Они ещё спят.
- Как спят? – поразилась Катя, взглянув на большие настенные часы, висящие напротив входа. – Завтракать давно пора.
- Лианы Викторовны нет, вот Танюша и велела не будить их, пусть поспят.
- Ясно, а как Дианка?
Лицо Нины вдруг горестно скривилось, казалось, она вот-вот заплачет.
- Что с ней? – помертвела Катя. – Говори!
- Диночке ночью хуже стало и её в больницу отправили. Она практически без сознания была, когда её «скорая» увозила. – Сообщила Нина, вытирая уголки глаз. – Я утром пришла, мне наша докторша и рассказала всё. Говорит, ума не приложу, что за зараза к нашей Диночке прицепилась.
- Господи, а сейчас она как? Что в больнице сказали? – Катя опустилась на стул, чувствуя, что ноги перестают держать её.
- Да не знаю я ничего, - отмахнулась Нина. – Хочешь, сбегай к Виктории Андреевне, да спроси.
- Точно! – подскочила Катя и бросилась в медпункт.
- Не поставили ещё ей диагноз, - развела руками докторша, в ответ на Катин вопрос. – Тоже не могут понять, что с девочкой случилось. А Диночка вся горит, животик совсем скрутило.
- Боже мой, Боже мой, Боже мой… - прошептала Катя, чувствуя, как к глазам подбираются горячие слёзы. Было невыносимо страшно за маленькую Дианку.
- У Лианы Викторовны-то, у сына, похоже, та же болячка, - почему-то шёпотом сообщила ей Виктория Андреевна. – Уж они его в лучшую клинику положили, а что толку. Лиана до утра рядом с Дианкой была, а потом ей позвонили, она вся побелела и к сыну рванула.
- Я пойду, - тихо сказала Катя и поплелась обратно. Ноги плохо слушались, в желудке будто лежал ледяной ком. Что же за страшная болезнь у ребятишек?

Весь день Катя была сама не своя. Еле дотянув до вечера, она оделась и понеслась в больницу к Дианке. Толкнув стеклянную дверь, оказалась в тёплом холле и подошла к стойке дежурной медсестры.
- Добрый вечер, - тихо поздоровалась она. – Скажите, в какой палате лежит Диана Новикова?
- А вы ей кто? – настороженно окинула её взглядом медсестра.
- Я нянечка из детского дома, - пояснила Катя.
- Я не могу вас пустить к Диане, - покачала головой медсестра.
- Почему? Я знаю, может я уже поздновато, но я ведь на работе была, я всего на минуточку, - затараторила Катя, но медсестра перебила её:
- Вы не поздно, время посещений ещё не закончилось, но к Диане вообще велено никого не пускать.
- Почему? – испугалась Катя. – Ей так плохо?
- Плохо, - кивнула девушка. – Пока не выяснится, что за болезнь у ребёнка, к нему не пустят никого из посторонних. Это может быть заразно.
- Может, тогда вы ей передадите гостинцы от меня? – попросила Катя, протягивая медсестре пакет с бананами и яблоками.
- Нет, я, конечно, могу передать, но это бесполезно.
- Почему?
- Диана ничего не может есть, сразу начинается рвота.
Катя некоторое время молча стояла у стойки, осмысливая услышанное, а потом тихо спросила:
- Она выживет?
- К сожалению, мы не можем дать точного ответа на этот вопрос, - сочувствующе посмотрела на неё медсестра.
- Понятно. – Кивнула Катя, по её щеке сползла слеза, которую она быстро смахнула. – Простите, девушка, как вас зовут?
- Алёна, а что?
- Алёна, передайте, пожалуйста, Дианке, что я приходила, что я её очень люблю, меня Катя зовут. А ещё, что в детском доме все очень ждут её возвращения. – Попросила девушка и, сгорбившись, пошла к двери.
- Подождите, вы забыли фрукты! – окликнула её медсестра.
- Раздайте их другим детям, которые могут есть, - не оборачиваясь ответила Катя и вышла на улицу.
Она плохо помнила, как добралась до дома. Едва она вошла в квартиру, как ей навстречу вышла баба Валя.
- Пришла Катюша! – улыбнулась она. – Устала? Пойдём на кухню, я оладушек напекла. – Видно было что соседка старается таким образом извинится за сказанные утром слова.
- Простите, баб Валь, но я не хочу есть, - ответила Катя, чувствуя гигантскую усталость.
- А ты через не хочу! – проявила упорство женщина. – Посмотри на себя, на щепку похожа стала! Ну-ка марш руки мыть и за стол! Иначе я обижусь!
Пришлось подчиниться. Кате с трудом удалось протолкнуть в себя еду, под неумолчный щебет бабы Вали. Погрузившись в свои мысли, она абсолютно не слышала, что она говорила.
- Спасибо, - наконец отодвинула она от себя тарелку. – Было очень вкусно.
Пройдя в комнату, где на диване пьяно храпели отец и мачеха, Катя не раздеваясь залезла под одеяло и свернулась калачиком. Ей давно не было так страшно, наверное, с тех пор, как умерла бабушка. Жизнь Дианки висела на волоске, она поняла это по сочувствующей улыбке медсестры. И никто не мог ничего поделать.
- Господи, помоги ей, - взмолилась Катя и тихо заплакала. Так в слезах она и уснула.
А в два часа ночи её разбудил звонок мобильного телефона.
- Катька, какого чёрта спать мешаешь? – рявкнул из-за шкафа отец. – Убери свою мобилу, не то я его с балкона выброшу!
Зажав телефон в кулаке, Катя на цыпочках выскользнула в коридор и приложила его к уху:
- Алло.
- Катюш, - услышала она плачущий голос Нины. – Это я.
- Что, Нина? – перепугалась Катя, чувствуя, как мелко задрожали ноги. – Диана?
- Нет, - всхлипнула Нина. – У Лианы Викторовны сын умер.

Глава 3
- Как умер? – глупо переспросила Катя. – Когда?
- Час назад, - уже открыто заревела Нина. – Врачи так и не смогли определить, что за болезнь у него. Бедная наша Лианочка Викторовна! Мальчику-то всего восемь лет было, жить бы да жить!
- Господи… - простонала Катя, оседая на пол и закрывая рот рукой. – Да что же это такое творится…
- Катюша, мы завтра с утра все собираемся к Лиане домой, ты с нами?
- Конечно, - кивнула Катя, понемногу приходя в себя. – А кто с детьми останется?
- Танюша наша, ты же знаешь, на неё можно положиться. Значит, завтра в восемь собираемся у детского дома и едем. – С этими словами Нина отключилась.
Катя ещё несколько минут просидела на полу, судорожно сжимая в руках мобильник, а потом тяжело поднялась и переместилась на кухню. О том, чтобы лечь спать не могло быть и речи, всё равно не уснёт. Было до слёз жаль Лиану Викторовну, её мальчика… Женю Катя видела всего один раз, он забегал к матери за ключами от квартиры. Это был рослый, белобрысый, весёлый мальчуган. Было невозможно представить, что его больше нет. Что же за болезнь такая его скосила.
- Дианка! – вспомнив о болезни вскочила на ноги Катя, сердце тревожно застучало. Не в силах усидеть на месте, Катя заметалась по тесной кухне. Что же будет с девочкой? Ведь скорее всего у них с Женей болезнь одна и та же? Что же это, она тоже… умрёт?!
- Нет, нет, нет, - затрясла головой Катя, отгоняя от себя страшные мысли, - с Диночкой будет всё хорошо, она поправится…
Еле дождавшись утра, Катя, не обращая внимания на недовольное ворчание отца, распахнула шкаф и, перебрав свой скудный запас одежды, вытащила на свет чёрную юбку и такой же свитер. Замерев у зеркала, заколола волосы на затылке и, едва коснувшись карандашом глаз, махнула рукой и выскочила из квартиры. На душе скребли кошки.
Детский дом встретил её уже ставшей привычной гнетущей тишиной. Не раздеваясь, Катя прошла в столовую и застала там весь коллектив.
- Я последняя? – вместо приветствия спросила она, оглядев одетых во всё чёрное женщин.
- Да, Катюша, сейчас идём, - тихо ответила ей Нина и первой поднялась на ноги. Все, не говоря друг другу ни слова, потянулись к выходу. В детском доме осталась одна Татьяна Михайловна, украдкой вытиравшая слёзы в уголках глаз, провожая взглядом хмурых коллег.
Погода словно вместе со всеми оплакивала смерть маленького Жени. С самого утра зарядил дождь, ветер гонял по небу тяжёлые облака. До дома, где жила семья Лианы Викторовны все добрались изрядно замёрзнув.
Пройдя в чистый подъезд, они дружной толпой поднялись на второй этаж и замерли у квартиры с цифрой «54».
- Может, нужно было венок купить? – нарушила молчание Катя.
- Нет, пока не надо, - мотнула головой тётя Женя. – Лучше сразу на похороны, а то сегодня как-то… Звони, Катюш.
Катя подняла руку и коснулась звонка. Внутри квартиры раздалась весёленькая мелодия, так кощунственно выглядевшая в этот день. Дверь тут же распахнулась, на пороге стояла Лиана. Её было невозможно узнать. От той уверенной в себе, красивой женщины, не осталось ни следа. Перед ними стояла сгорбленная, заплаканная, с каким-то неестественно серым лицом женщина, глаза которой, казалось, смотрели сквозь них.
- Лиана Викторовна, как вы? – спросила Катя, и тут же поняла всю глупость своего вопроса. Ну как может чувствовать себя мать, потерявшая ребёнка?
- Хорошо, - неожиданно спокойно ответила Лиана и вытерла со щеки сбежавшую слезинку. – Проходите девочки.
Они всей толпой вошли в тесную прихожую и затоптались у порога, не зная, стоит ли разуваться.
- Нет-нет, не снимайте обувь, - правильно истолковала их растерянность Лиана. – Проходите в гостиную, - указала она рукой на дверь.
- Лиана Викторовна, скажите, мы можем вам чем-то помочь? – поинтересовалась у неё тётя Женя, примостившись на краешке дивана. – Может что-то нужно?
- Знаете, девочки, так страшно… - словно не слыша её вопроса, вдруг сказала Лиана, усаживаясь в кресло и беря в руки потрепанную игрушку, одноглазого зайца, с полу оторванным ухом. – Вчера днём Женьке лучше стало, он меня ещё успокаивал, просил не волноваться, а через несколько часов позвонили и сказали что он… Что он… - Лиана замолчала, не в силах произнести это страшное слово.
Молчали и её коллеги, не зная, что можно сказать убитой горем матери. Да и что может её успокоить? Разве есть на свете хоть одна вещь, способная сделать её горе менее сильным?
- Сидит она, плачет! – раздался голос за спинами коллег. Они обернулись и увидели замершую в дверях женщину, лет пятидесяти, в длинном чёрном платье и чёрной повязке, на совершенно седых волосах.
- Познакомьтесь девочки, это моя свекровь, Галина Николаевна, - представила её Лиана.
- Спасибо, я в представлениях не нуждаюсь! – отрезала женщина и шагнула в комнату. – Чего ты плачешь? Всё, поздно уже рыдать! Я троих воспитала, все слава Богу живы, а ты за одним углядеть не смогла! Всё на работе своей проклятой пропадала! Ну вот, теперь можешь работать спокойно, угробила сына!
- Да как вы можете?! – Катя не хотела вмешиваться, но не смогла промолчать, глядя на Лиану, которая, казалось, стала меньше ростом, с появлением свекрови. – Как вы можете так говорить? Вы же сама мать! Вы представляете, каково ей сейчас? Зачем же вы так?
- Помолчи, защитница! – рявкнула на неё Галина Николаевна. – Да, я мать! А она – нет! Если бы она была матерью, она бы заботилась о своём сыне! Она бы не допустила того, что случилось!
- Да такое может случиться с каждым! – возразила Катя. – И между прочим, вы бабушка Жени, пенсионерка, так почему же вы не доглядели за внуком?
- Чтооо??! – Галина Николаевна задохнулась от гнева, лицо по цвету стало похоже на перезрелую помидорину. – Да как ты смеешь, мерзавка?! Убирайся вон из моего дома, дрянь!
- Я пришла не к вам, и не вам меня выгонять! – нагло заявила Катя и перекинула ногу за ногу.
- Вот уж правду говорят, скажи мне кто твой друг, - презрительно посмотрела на невестку Галина Николаевна и, гордо выпрямив спину, удалилась.
- Спасибо Катюша… - прошелестела Лиана, не смея поднять глаз на коллег. – Она права, я плохая мать… Если бы я была с Женечкой…
- Не смейте себя винить! – Нина не выдержала и бросилась обнимать женщину. Она уткнулась ей в плечо и беззвучно заплакала.
- Господи, что же у вас за родственники такие… - покачала головой Катя. – Люди в такой ситуации должны быть поддержкой друг для друга, а не обвинять… Нет ничего ужаснее, чем винить кого-то в смерти близкого.
- Я привыкла к бесконечным упрёкам, - всхлипнув в последний раз, сказала Лиана. – Они, и свекровь, и золовка, не могут простить Славке, что он женился на мне. Вот и гнобят всю жизнь. Я всегда всё делаю не так. Славка сначала был на моей стороне, защищал меня от нападок матери и сестры, а потом они и его перетянули на свою сторону. Один Вовка ещё пытается с ними бороться, ругается из-за меня. Видит, что они не правы.
- Кто такой Вовка? – поинтересовалась Нина.
- Младший брат Славы, - пояснила Лиана. – Он долгое время не жил с нами, он не ладит с матерью. А потом, так получилось, что ему пришлось вернуться к родительнице.
- Ну хоть кто-то в этой семейке адекватный, - вздохнула Катя. – Лиана Викторовна, а… А похороны завтра?
- Похороны, - эхом отозвалась Лиана и опять зашлась тихим плачем. – Женечка, сыночек…
Нина осуждающе посмотрела на Катю и погладила начальнице по голове:
- Лианочка Викторовна, ну успокойтесь вы, вам силы сейчас нужны…
- А зачем? – подняла на неё заплаканное лицо женщина. – Зачем они мне? Мне бы только Женечку похоронить по-человечески, а там уж…
- Что это вы надумали?! – вскрикнула Катя. – Лиана Викторовна, давайте только без глупостей!
- А я никому не нужна, - закусила губу она. – Никому…
- Вы нам нужны, - присела перед ней на корточки Катя и взяла её ледяные ладони в руки. – Нам, детскому дому, детишкам. И ваш сын… Он же любил вас, ему было бы очень больно видеть вас такой, слышать такие слова, а ведь он слышит вас. Не надо так говорить, вы должны найти в себе силы жить дальше.
- Спасибо вам девочки, - неожиданно звонким голосом воскликнула Лиана и заревела с новой силой, обняв девушку. – Спасибо, что вы есть! Чтобы я без вас делала!
- Ну и что тут за всемирный потом? – неожиданно услышали женщины и увидела входящего в квартиру молодого парня. Высокий, мускулистый, с тёмным ёршиком волос на голове и карими глазами, он сразу же притянул взгляд Кати, заставив на мгновение забыть, где и по какому поводу она находится.
- Вовка пришёл, - утёрла слёзы Лиана. – Вов, знакомься, это мои коллеги.
- Очень приятно, - кивнул парень и обратился к Лиане: - В общем, я всё узнал. Тело нам отдадут не раньше чем через два дня, его забрали на экспертизу.
- Что?! – вскочила на ноги женщина. – Зачем?! Нет, я не хочу! Вовка, нужно что-то делать! Я хочу забрать сына домой!
- Лиан, тише, - парень попытался усадить её обратно. – Пойми, так нужно. Ты ничего не сможешь сделать, такой закон. Нужно провести экспертизу.
- Я не хочу, чтобы моего мальчика резали! Нет! Нет! Нет! – Лиана забилась в истерике. Откуда ни возьмись, появилась высокая тощая девица, с собранными в хвост на затылке длинными волосами. Она открыла аптечку и, набрав в шприц лекарство, подбежала к Лиане. Володя обнял её, пытаясь удержать на месте, а девушка тут же воткнула шприц ей в вену. Через несколько минут Лиана затихла и закрыла глаза.
- Простите за эту сцену, сами понимаете… - пряча глаза начал парень, но Катя перебила его:
- Не стоит извиняться, мы же всё понимаем. А эта девушка кто? – кивнула на дверь комнаты, за которой скрылась девица, Катя. – Врач?
- Это моя сестра, Ирина, - поморщился как от зубной боли Володя. – Она когда-то училась в медицинском, но так и не закончила его.
- Мы наверное пойдём, - промямлила Нина, посмотрев на Катю суровым взглядом и дёрнув её за рукав, призывая замолчать.
- Давно пора, - опять появилась в комнате Галина Николаевна. – В семье горе, а они пришли, сидят тут! Неужели непонятно, что вы здесь лишние?
- Мы пришли поддержать Лиану, - пробормотала тётя Женя, покраснев.
- Что её поддерживать? – бросила на невестку взгляд, полный ненависти, женщина. – Дрыхнет вон. Ишь ты, не хочет она экспертизу делать! А я вот хочу узнать, от чего умер мой внук! Чего она истерику закатила? Может испугалась? Может она сама ему чего сделала? Или заразу какую от своих убогих из детдома принесла?
- Галина Николаевна, покажите-ка язык? – вдруг попросила Катя.
От неожиданности женщина подчинилась.
- Хм… Странно.
- Что странно? – бросилась к зеркалу Галина Николаевна. – Что не так?
- Я думала, он у вас раздвоенный, как у змеи, - заявила Катя.
Володя, молча наблюдавший за этой сценой, неожиданно ухмыльнулся и отошёл к окну, явно стараясь, чтобы мать не заметила его улыбку.
- ПОШЛА ВОН, ДРЯНЬ!!! – набрав в лёгкие воздуха, завопила Галина Николаевна. – И чтобы ноги твоей больше в моём доме не было! Владимир, почему ты молчишь?! – обернулась она к сыну. – В твоём присутствии так оскорбляют твою мать, а ты даже слова в мою защиту не скажешь?!
- Прости мам, но мне кажется ты сама перегнула палку, - стараясь не засмеяться, пробормотала Володя.
- Ты всегда меня ненавидел, - скривилась женщина и удалилась на кухню. – Чтобы через пять минут этой девицы в доме не было! – крикнула она уже оттуда.
- До свидания! – кивнула Катя Володе и все вместе они потянулись к выходу.

На улице по-прежнему лил дождь, казалось, похолодало ещё сильнее. Катя первой вышла из подъезда и, подняв воротник, открыла зонтик.
- Катька, ну ты вообще даёшь! – ныряя к ней под зонт, сердито сказала Нина. – Ты пришла в дом, где такое горе, а ведёшь себя!
- Что я сделала-то? – поразилась Катя.
- Как это что?! – воскликнула Нина. – Какой бы мерзкой бабой не была свекровь Лианы, ты не имела права так с ней разговаривать! Она потеряла внука, ты хоть представляешь, что это такое?!
- Что-то она не выглядит убитой горем! – огрызнулась Катя.
- Какая разница, выглядит или нет? – поддержала коллегу тётя Женя, укоризненно глядя на девушку. – Может она всё в себе держит! Нельзя же так грубить!
- А гнобить Лиану можно? – вспыхнула Катя. – А вы подумали, что она может что-то сделать с собой, если её «любимая» свекровь всё время будет внушать ей вину?
- Можно подумать, от того, что ты наговорила ей гадостей, она перестанет винить Лиану, - фыркнула тётя Женя. – Катерина, ты ещё слишком молодая и многого не понимаешь.
- А вы понимаете, - разозлилась Катя. – Не надо считать, что если вы старше, то всегда и во всём правы! Я ни о чём не жалею, и если бы всё вернуть назад, я бы поступила точно так же!
- Молодо-зелено, - дружно вздохнули Нина и тётя Женя и, взявшись под руки, побрели к автобусной остановке.
Катя осталась одна. Настроение испортилось окончательно, на работе появляться не хотелось. Она прекрасно знала своих коллег и знала, что они будут весь день бросать на неё укоризненные взгляды и картинно вздыхать. Пнув камешек ногой, Катя уселась на мокрую от дождя скамейку и сгорбилась под зонтом. Было до слёз жаль Лиану, она не понимала, как она может жить с такой свекровью, как она вообще выдерживает жизнь рядом с ней.
- Восхищён вашим мужеством прекрасная Катерина, - услышала Катя голос над головой. Девушка подняла голову и увидела Владимира. Он стоял рядом со скамейкой, засунув руки в карманы и надев на голову капюшон.
- Что вы имеете в виду? – покраснела Катя.
- Вы первый человек на моей памяти, который осмелился перечить моей матушке. Она рвёт и мечет.
- Надеюсь, её гнев не выльется на Лиану.
- Думаю, больше всего достанется мне, - улыбнулся Владимир.
- Почему это? – вздёрнула брови девушка.
- Потому что не заступился за мать. Совершил страшное преступление!
- Извините, - буркнула Катя, отводя глаза.
- Не стоит извиняться, - присел рядом с ней Володя. – Я абсолютно согласен с вами, иногда мне тоже кажется, что у моей мамочки язык раздвоенный. Она и раньше Лианке спуску не давала, но на неё за это всегда Женька обижался, а сейчас-то… - при воспоминании о племяннике по лицу парня будто тень пробежала.
- А я понимаю Лиану, - нахмурилась Катя. – Ну, то, что она экспертизы не хочет. Я бы тоже не хотела, чтобы моего ребёнка резали. Боже, что я говорю! – девушка суеверно сплюнула через левое плечо и костяшками пальцев постучала по скамейке.
- Я понял вас, - кивнул Володя. – Мне и самому признаться, эта затея не по душе, но что я могу сделать? Умер не какой-то старик девяностолетний, а восьмилетний ребёнок, по закону обязаны сделать экспертизу.
- Что же за болезнь такая подкосила Женьку… - задумчиво протянула Катя.
- Мы думали у него отравление, два дня он был дома. А потом ему стало хуже… Врачи очень ругались на нас, за то, что сразу в больницу не обратились. А толку? Они же даже диагноз не смогли поставить. – Володя с горечью махнул рукой и достал пачку сигарет. – Вы не возражаете?
- Нет, - мотнула головой Катя. – Знаете, у нас, в детском доме, девочка заболела. У неё те же симптомы, что и у вашего Жени, температура и живот болит. И тоже диагноз поставить не могут…
- Тоже самое? – поразился Володя, так и не донеся сигарету до рта. – Вирус какой-то?
- Считаете, что ваша мама права, говоря, что Лиана принесла заразу от убогих? – мрачно усмехнулась Катя, сделав акцент на последнем слове.
- Во-первых, я не считаю этих детей убогими, - возразил Володя, чиркая зажигалкой. – А во-вторых, я даже не подумал об этом. Мне просто странно, откуда она вдруг взялась, эта неизвестная болезнь. Может поискать по городу, кто ещё этим болеет? Не может же такое быть, чтобы это коснулось только Женьки и этой девочки.
- А смысл? – резонно заметила Катя. – Ну узнаем мы, что кто-то ещё болеет, и что дальше? Чем это поможет? Женька-то от этого не оживёт.
- Зато вашей девочке мы возможно сможем помочь.
- Все бы были такими неравнодушными как вы, - усмехнулась Катя. – У вас горе, а вы думаете о постороннем ребёнке.
- Что значит посторонний ребёнок? – нахмурился Володя, выбрасывая недокуренную сигарету в урну. – Это в первую очередь больной ребёнок, который может умереть.
- Спасибо вам, Владимир, - поднялась Катя. – Если вы сможете что-то узнать, буду вам очень благодарна. Я поеду в больницу, узнаю, как Дианка.
- Позвоните мне, сообщите, пожалуйста, - попросил Володя, - я оставлю вам номер. Есть на чём записать?
Катя вытащила из сумки блокнот и, подождав пока он запишет телефон, поспешила на автобус.

Глава 4
По дороге Катя попала в гигантскую пробку, поэтому в здание больницы входила когда часы уже показывали полдень. У стойки медсестры на этот раз стояла пожилая женщина со старомодной «ракушкой» на затылке. На шее её красовались ядовито-зелёные бусы, губы были накрашены ярко-оранжевой помадой.
- Здравствуйте, - поприветствовала её Катя. – Скажите, я могу навестить Диану Новикову?
- Какой диагноз, какая палата? – гаркнула на неё женщина. – Я что, всех помнить должна?
- Я не знаю, в какой она палате, - ответила Катя. – А диагноз… Я не знаю, понимаете…
- Ничего-то она не знает! – сердито зыркнула на неё женщина. – Возраст-то хоть скажете или тоже не знаете?
- Пять лет.
- А вы вообще кто? – проявила осторожность женщина. – На мать не похожа, да и вообще на родственницу, ни диагноза не знаете, ни палаты.
- У Дианы нет родных, она из детского дома, а я нянечка! – начала терять терпение Катя. – Девочка-инвалид, пять лет, поступила позавчера ночью, диагноз мне неизвестен, потому что его не поставили.
- Откуда я знаю, когда там и кого доставили, я только из отпуска вышла, - пробурчала женщина, роясь в каком-то журнале. – Вот, нашла! Диана Новикова, пять лет. А! Эта! Вспомнила! Так не пускают никого к девчонке, так что извини, нянечка. – Насмешливо посмотрела на неё женщина. – Доводят детей до больницы, а потом ходят, навещают.
Своим поведением женщина настолько напомнила Кате Галину Николаевну, свекровь Лианы, что она еле сдержалась, чтобы не нагрубить ей.
- Тогда скажите, пожалуйста, как она себя чувствует.
- Да как она может себя чувствовать! Помирает ваша девка, скоро место в вашем детдоме освободится!
Вся кровь бросилась Кате в голову.  Руки мгновенно заледенели от ужаса, а щёки заполыхали от гнева.
- Да как вы смеете! – закричала она. – Да я жаловаться на вас буду! Какое вы имеете право так со мной разговаривать! Я требую немедленно пропустить меня к Диане!
- Иди-ка ты отсюда! – указала толстым пальцем на дверь женщина. – Жаловаться она на меня будет! Много вас, таких умных, видала я на своём веку!
- Что здесь происходит? – раздалось сзади, и возле стойки материализовался мужчина, лет сорока-пяти, в золотистых очках и аккуратными усами.
- Да вот, Сан Саныч, девушка буянит, - подобралась при его появлении женщина. – Я сейчас охрану вызову, вы не волнуйтесь!
- В чём дело девушка? – строго взглянул на неё Сан Саныч. – Почему скандалы устраиваем, вы знаете, где находитесь?
- Я знаю, где нахожусь! – отрезала Катя. – Я нахожусь в больнице, где медперсонал грубит и позволяет себе некорректно высказываться в адрес посетителей! Вы вообще кто?
- Я главный врач этой больницы, - поправил очки Сан Саныч. – А что случилось? Кто вас оскорбил?
- Скажите, правда, что Диана Новикова умирает? – прямо в лоб спросила Катя.
- Кто вам такое сказал? – возмутился главврач. – Состояние девочки, конечно, оставляет желать лучшего, диагноз мы по-прежнему поставить не можем, но мы делаем всё возможное! Почему же сразу умирает? Нужно надеяться на лучшее!
- А вот ваша сотрудница заявила, что у нас, в детском доме, скоро освободится место! – невежливо ткнула пальцем в медсестру Катя. Женщина пошла красными пятнами, но смолчала.
- Жанна Валерьевна, вы опять? – рявкнул на неё Сан Саныч. – Мало у вас выговоров за ваше поведение? Так вот запомните, ещё одна выходка и я вас уволю! Вы меня поняли?
Женщина лишь молча кивнула в ответ. А Катя почувствовала что-то вроде злорадства.
- Я могу увидеть Диану? – повернулась она к главврачу.
- Ни в коем случае! – отрезал он. – Пока мы не установим диагноз, к ней никого не пустим. Это может быть заразно!
- Ну, пожалуйста, ну хотя бы на одну минуточку! – взмолилась Катя. – Поймите, она маленькая совсем, она ведь думает, что мы её бросили!
- Я передам Диане, что вы приходили, - был непреклонен Сан Саныч.
- Но мы ведь были с ней рядом в детском доме и ничего, не заразились!
- Молитесь, чтобы так и было! – воскликнул мужчина. – Мы не знаем, что это за болезнь и не знаем, какой у неё инкубационный период! Так что ещё не факт, что вы не заразились! Кстати, надо бы в ваш детдом отправить врача, с проверкой… - пробормотал Сан Саныч и, не слушая больше Катю, скрылся в одном из кабинетов.
- Чёрт! – в досаде воскликнула Катя и вышла на улицу. Сразу же, как обещала, достала телефон и позвонила Володе. Парень молча выслушал её и спросил:
- Тебе, правда, очень важно её увидеть? Ничего, что я на «ты»? – спохватился он.
- Ничего! – отмахнулась Катя. – Конечно важно! Ты только представь, она лежит там одна, больная, а вокруг ни одного знакомого лица, одни врачи да медсёстры! А если они ещё такие же, как эта Жанна, я представляю, что чувствует Дианочка! Мне бы только увидеть её, сказать, что я всегда рядом, мне кажется, ей бы сразу лучше стало!
- Я помогу тебе попасть к девочке, - пообещал Володя.
- Как? – безнадёжно махнула рукой Катя. – Думаешь, удастся заговорить медсестру, и она пропустит нас? Даже не пытайся, они охраняют Дину как церберы.
- Увидишь, - загадочно буркнул Володя. – Только не сейчас. Подъезжай к больнице часиков в десять вечера.
- Что ты задумал? – заволновалась Катя. – Почему мы должны ждать вечера?
- Кать, ты хочешь увидеть девочку?
- Да, я же уже сказала!
- Значит, не задавай лишних вопросов, просто доверься мне, - попросил Володя и отключился.
Катя спрятала телефон в карман и поспешила на работу. Весь день она не находила себе места, впрочем, такое состояние уже становилось привычным. Нина и тётя Женя, как она и предполагала, весь день укоризненно вздыхали при её появлении и обменивались красноречивыми взглядами.
Ближе к вечеру позвонил Володя и, уточнив адрес больницы, попросил не опаздывать. Катя и не собиралась этого делать, уже в половине десятого она стояла у главных дверей больницы и тревожно оглядывалась в поисках парня. Он появился ровно в десять и тут же утащил её с освещённой площадки в темноту.
- Что ты задумал? – занервничала Катя. – Ты собрался делать что-то противозаконное?
- Можно и так сказать, - ухмыльнулся Володя. – Видишь вон ту пожарную лестницу? – ткнул он пальцем в плотно прилегающую к стене лестницу, едва угадывающуюся в темноте. – Всего-то и нужно, что взобраться по ней на пятый этаж, пройти пару метров по карнизу и влезть в окно к Диане.
- Ты с ума сошёл! – обмерла Катя. – Во-первых, если нас увидят, то сдадут в полицию! Во-вторых, это опасно! Пятый этаж, это же такая высота! А если я сорвусь? И откуда ты вообще знаешь, в какой палате лежит Диана?
- Я очаровал одну из медсестричек и она любезно подсказала мне номер палаты, остальное дело техники. Я прошёлся по первому этажу, посмотрел расположение палат, затем план здания, и таким образом вычислил окно палаты Дианы. Не бойся, всё точно, я не ошибся.
Катя не смогла сдержать восхищения, слушая его. Хоть он и предлагал откровенную авантюру, нельзя было не признать, что парень очень умный. Вот она бы ни за что не смогла всё это продумать!
- А если у Дианы в палате кто-то будет? Вдруг за ней постоянно наблюдают?
- Значит сначала нужно аккуратно заглянуть в окно и убедиться, что в палате никого нет, - терпеливо, как неразумному ребёнку, объяснил ей Володя.
- А если нас застанут?
- Кать, риск, конечно есть. Риск уже в том, что нас, поднимающихся по лестнице, в любую минуту может кто-то увидеть, - взял её за руку Володя. – Но кто не рискует, тот не пьёт шампанского. К Диане тебя не пропустят. Я пробовал сунуть денег медсестре, но она осталась непреклонна. Здесь все очень напуганы болезнью девочки, поэтому увидеть её ты сможешь только так. Решайся.
Катя с тоской посмотрела вверх и, обречённо махнув рукой, побрела к лестнице, попутно подумав, что хорошо, что она сегодня не надела туфли на каблуках. Уцепившись руками за мокрую грязную лестницу, она медленно поползла вверх. На уровне второго этажа оглянулась и увидела снизу Володю, он карабкался вслед за ней.
- Ты со мной? – обрадовалась она.
- А ты думала я останусь внизу? – хмыкнул он. – Знаю я вас, девушек, сейчас поднимешься на пятый этаж, а оттуда тебя придётся вертолётом снимать. Так что я лучше с тобой!
- Вот ещё! – непонятно почему обиделась Катя. – Я вообще-то никогда особо трусливой не была!
- Молодец, - похвалил её Володя. – А сейчас помолчи, пожалуйста, не сбивай дыхание и не привлекай к нам внимание своим милым звонким голоском.
Катя тихонько ойкнула, тревожно осмотрев улицу и замолчала, остаток пути они проделали в тишине.
- А дальше что? – шёпотом спросила она парня, добравшись до пятого этажа.
- А дальше перелезай на выступ, - велел её Володя.
- Где он, я не вижу его! – запаниковала Катя. – Вова, где он?!
- Успокойся! – сквозь зубы выругался Володя. – Только истерики мне тут не хватало! Сейчас посвечу тебе.
Держась одной рукой за лестницу, другой парень достал из кармана маленький фонарик и, щёлкнув кнопкой, посвятил куда-то вправо от Кати.
- Видишь выступ? Быстро перелезай на него, пока нас никто не увидел!
Катя быстренько перелезла на выступ и, цепляясь за стену, поднялась на ноги. Вова через мгновение оказался рядом с ней.
- Что дальше? – прошептала Катя.
- Дальше, медленно иди вправо, к третьему по счёту окну, - вполголоса ответил ей Володя. Он погасил фонарик, и они остались в темноте. – Только осторожно, - предупредил он, - держись поближе к стене. И не смотри вниз. – Добавил он.
Лучше бы он этого не говорил. Катя тут же опустила глаза и, увидев внизу огни машин и фонари, почувствовала, как закружилась голова.
- Господи, - всхлипнула она. – Что я творю…
- Иди, Катя, иди, - легонько подтолкнул её парень.
Держась за шероховатую стену, Катя мелкими шажками поползла вперёд. Когда они оказались у нужного окошка, она согнулась и, приложив ладони к стеклу, заглянула в палату. И сразу же увидела Дианку. Она лежала у противоположной окну стены, под белоснежным одеялом, а к её руке тянулась капельница.
- Ну что там? – нетерпеливо спросил Володя.
- Она одна, - прошептала Катя.
- Два шага в сторону, я открою окно, - потребовал он и, когда Катя посторонилась, шагнул к окну и в два счёта открыл его. Катя опустилась на четвереньки и вползла в палату.
- Кто здесь? – тут же раздался тоненький испуганный голосок Дианы. Забыв о собственных страхах, Катя бросилась к ней. Девочка выглядела плохо, она сильно похудела, под глазами появились чёрные круги, губы потрескались, как будто она долго мучилась жаждой.
- Диночка! – обняла она девочку и стала покрывать её лицо поцелуями. – Солнышко моё! Как ты здесь?
- Катя! – зарыдала Диана. – Я думала ты не придёшь! Катя, забери меня отсюда, мне страшно!
- Меня не пускали к тебе, - утёрла ей слёзы Катя, чувствуя, что по её щекам тоже катятся слезинки. – Видишь, пришлось прорываться через окно. Девочка моя, прошу тебя, потерпи. Тебя обязательно вылечат, ты скоро вернёшься домой! Знаешь, как тебя все ждут? Ребята только и спрашивают, когда ты появишься!
- Правда? – сквозь слёзы улыбнулась Диана.
- Конечно, солнышко.
- А кто это? – наконец-то заметила Володю девочка.
- Это мой друг, - обернулась на замершего у окна парня Катя. – Он помог мне пробраться к тебе. Диночка, как ты себя чувствуешь?
- Животик болит всё время, - пожаловалась девочка. – Температура постоянно высокая. Голова болит, и пить очень хочется. Сколько не пью, всё равно хочется.
- Ничего, всё пройдёт, - пообещала Катя, еле сдерживая рыдания, рвущиеся из груди. – Скоро всё закончится, скоро тебе станет лучше. Ты мне веришь?
- Да, - кивнула Диана.
- Кать, нам пора, - подал голос Володя, с тревогой прислушиваясь к звукам в коридоре. – По-моему сюда кто-то идёт.
Так и оказалось, Катя подняла голову и увидела, как поворачивается ручка двери.
- Чёрт! – бросил парень. – Залезай по кровать, - велел он Кате, а сам, в мгновение ока выскочил на выступ, прикрыл окно и прижался к стене.
Катя скользнула на пол и быстро залезла под кровать. Тут же она увидела как в комнату вошёл кто-то в бахилах на ногах.
- Ну как ты, Диночка? – услышала она ласковый голос и узнала молоденькую медсестру, с которой она общалась вчера. – Давай, будем мерять температуру.
Сбив градусник, она поставила его девочке и, выждав пять минут, забрала обратно.
- Тридцать восемь и пять, - сказала она. – Ну что ж, уже лучше, - по голосу было слышно, что она улыбается. Вчера было больше тридцати девяти. Ты идёшь на поправку!
- Правда? – обрадовалась Диана. – Ура!
- Сейчас я принесу тебе лекарство, ты его выпьешь и сразу спать, хорошо?
- Хорошо!
С этими словами медсестра вышла из палаты, а Катя выбралась из-под кровати. Володя, заглянув в комнату и велел:
- Всё, Кать, выбирайся. Она сейчас вернётся.
- Диночка, мне пора. – Катя наклонилась и поцеловала девочку. – Ты главное ничего не бойся и помни, я тебя очень люблю, мы все тебя любим и очень ждём.
- Я тоже тебя люблю, Катя. – Прошептала она в ответ и, на мгновение, задержав руку Кати в своей, выпустила её.
В коридоре опять раздались торопливые шаги, и Катя поспешила выскочить за окно. Володя мгновенно запер окно и опять прижался к стене, знаком показав Кате сделать так же.
- С кем это ты разговариваешь? – услышали они взволнованный голос медсестры и, улучив момент, когда она отвернулась, перешли окно и приблизились к лестнице.
Перед глазами Катя всё расплывалось от подступающих слёз. Она уже совсем не боялась высоты и, наверное, поэтому вдруг оступилась. Её нога скользнула вниз и она почувствовала, что падает вниз. Крик замер где-то в горле, так и не вырвавшись наружу. Володя, почувствовавший неладное, обернулся и, метнувшись к ней, успел ухватить её за пальто и втащить обратно. Всё это длилось несколько секунд, но Кате показалось, что прошла целая вечность. Теперь она точно знала, что слова в книгах о том, что перед глазами промелькнула вся жизни, не преувеличение, так и есть. За эти секунды перед ней действительно пробежала вся её жизнь.
- Тише-тише-тише, - шептал Володя, прижав насмерть перепуганную девушку к себе и гладя её по волосам. – Всё хорошо, я с тобой.
Катя уцепилась за него со всей силой и, спрятав лицо где-то в воротнике его куртки, тихонько скулила от пережитого ужаса. Прошло, наверное, не меньше десяти минут, пока она пришла в себя.
- Прости, - наконец отодвинулась она от парня.
- Перестань, - улыбнулся ей Володя. – Всё в порядке?
- Да, всё нормально, - кивнула Катя.
- Держись, нам ещё нужно спуститься, - с тревогой заглянул в её лицо парень. – Ты сможешь?
- А куда я денусь? – ухмыльнулась девушка. – Действительно вертолёт за мной вышлешь?
- Шутишь, уже хорошо, - облегчённо вздохнул Володя. – Давай, я полезу первым.
Спуск показался Кате гораздо более длинным, чем подъём. Когда её ноги коснулись земли, она едва не разрыдалась от облегчения.
- Ну вот и всё, - поддержал её под руку Володя. – Всё. Ты справилась, молодец!
- Ты испачкался, - Катя несмело коснулась его щеки.
- Ты тоже, - улыбнулся он. – Всё пальто грязное. Зато с Дианкой увиделась.
- Это точно, это того стоит, - кивнула Катя. – А пальто ерунда, постираю.
- Ну что, вызвать тебе такси?
- У меня денег на такси нет, - отказалась девушка. – Я так доберусь, пешком.
- Ну как ты пойдёшь ночью одна по городу! Давай я оплачу тебе машину!
- Нет, ни в коем случае! – отрезала Катя. – Не волнуйся за меня, мне не впервой, я доберусь.
- Ну давай я хоть провожу тебя, - замялся Володя.
- Вов, не надо, правда, - улыбнулась ему девушка. – Мне и так неудобно, вытащила тебя из дома. У вас такое горе, а ещё я… Иди домой, ты нужен там. Как Лиана, кстати?
- Плачет весь день и ходит из угла в угол, - вздохнул Володя. – А мать изводит её. В общем, ничего хорошего.
- Ясно… - пробормотала Катя. – Ладно, Вов, я пойду. Звони если что.
- Ты тоже. Пока.
Простившись, они разошлись в разные стороны.
Через час Катя пришла домой. Едва вошла в прихожую, как к ней навстречу вышла баба Валя. Уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но, увидев в каком виде девушка, всплеснула руками:
- Господи, Катенька! Что с тобой произошло?! На тебя напали? Ты попала под машину?
- Бурная фантазия у вас баб Валь, - усмехнулась Катя, снимая пальто и прямиком направляясь с ним в ванную. – Я просто упала. На улице же вон, какая погода, вот и испачкалась.
- Да настолько же! – причитала баба Валя. – Ты что же, искупалась в лучше что ли? Катенька, ты ничего от меня не скрываешь, с тобой точно ничего страшного не случилось?
- Успокойтесь, баб Валь, - поморщилась Катя. – Ну вы же видите, я жива, здорова, что со мной могло случиться? Лучше расскажите как дома, тишина, или опять скандалили?
- Ой, да подрались Лидка с Лизкой! – глаза старушки загорелись, она прижала руки к груди и завела рассказ. – Лизка утром из комнаты вышла, целый чайник воды выпила, после вчерашнего-то и прямиком к Лидии в комнату отправилась. Лида-то сначала не открывала, а потом всё же впустила её. Я перепугалась, думаю, Лизка в таком состоянии, ещё пристукнет художницу нашу, не приведи Господь. Подкралась под дверь и слушаю. А там вроде тишина, потом бормотание какое-то и всхлипы. Потом слышу, будто удары, я уже совсем было собралась полицию вызывать, а тут и Лизка вышла. А следом за ней и Лида, в ванную метнулась, кровь с лица смывала. А на шее следы, будто душили её.
- Душили? – вздрогнула Катя. – Кошмар какой-то!
Запихнув пальто в стиральную машину, Катя быстро стащила с себя брюки и свитер, отправила их вслед за пальто и, накинув халат, отправилась к Лидии.
- Кто там? – раздался напряжённый голос Лиды в ответ на её робкий стук.
- Лид, это я. Пусти меня.
Лида тут же зазвенела ключами. Катя вошла в комнату и ахнула. Нос у женщины распух, на губах запеклась кровь. На шее и вправду виднелись синяки в форме пальцев.
- Это Лиза, да?
- А то ты не знаешь, - мрачно посмотрела на неё Лида. – Баба Валя наверняка уже всё доложила.
- Доложила. – Кивнула Катя, усаживаясь на кровать. – Зря ты Лида перешла мачехе моей дорогу, она баба суровая, чуть что, сразу с кулаками бросается. Житья тебе теперь от неё не будет.
- Спасибо, успокоила, - съязвила Лида. – Я и сама это уже поняла.
- Не злись на меня, я в этом не виновата, - отрезала Катя.
- Кать, ты чего хотела? Посочувствовать? Спасибо. Только я в этом не нуждаюсь. На себя вон посмотри, вся физиономия перепачкана.
- Знаю, - бросила быстрый взгляд в зеркало Катя. – Умыться не успела, к тебе сразу пошла. Я беспокоюсь за тебя.
С этими словами девушка вышла, оставив Лиду одну. Заперевшись в ванной, она включила душ и встала под упругие струи воды. Она не слышала, как телефон, брошенный на стиральной машине тихо гудел, кто-то очень настойчиво пытался ей дозвониться.

Глава 5
Пропущенный звонок Катя заметила только утром. «Староста Вика» значилось на экране. Гадая, что могло от неё понадобиться Вике, Катя, несмотря на ранний час, набрала номер старосты.
- Алло, - раздался её сонный голос тогда, когда Катя уже собиралась отключаться.
- Вика, привет! Ты мне вчера звонила, я не слышала. Что ты хотела?
- Катька, ты что ли? – простонала староста. – Господи, ты на часы смотрела? Семь утра, я в пять только спать легла.
- Ну извини, - усмехнулась Катя. – Любопытство одолело, зачем же я тебе понадобилась. Ты же за всю учёбу звонила мне всего два раза, а тут звонок, да ещё в такое позднее время.
- Всё, заткнись, - огрызнулась Вика и зевнула. – Во-первых, сообщаю, что сегодня консультация, в двенадцать часов. Во-вторых, хотела сказать… Короче, тобой вчера Волынцев интересовался.
- Волынцев?! – поразилась Катя. – Почему? Что ему нужно?
- Понятия не имею. Подошёл ко мне, спросил твой телефон, я, конечно, сказала. Спросила зачем, он ответил «надо». Потом ещё поинтересовался, где и с кем ты живёшь, не замужем ли. И ушёл, довольный такой.
- С ума сойти, - тихонько присвистнула Катя. – Откуда такой интерес?
- Я откуда знаю? – опять зевнула Вика. – Всё, Катька, досвидос, спать очень хочется. – С этими словами она отключилась.
Катя отбросила от себя телефон и ещё несколько минут сидела, спустив ноги с раскладушки и тупо глядя в одну точку, переваривала новость. Что могло понадобиться Волынцеву? Зачем ему её телефон и тем более семья?
Недоуменно пожав плечами, девушка взглянула на часы и схватила халат. Через час она должна была быть на работе.
На улице наконец-то высветило солнце. От вчерашнего дождя не осталось и следа и Катя, пощупав так и не высохшее после стирки пальто, достала из шкафа тоненькую ветровку. Натянув на себя тёмно-синий свитер и джинсы, она влезла в ботинки без каблука и захватив с собой зонтик, покинула квартиру. Едва выйдя из подъезда она поняла, что надев ветровку погорячилась. Несмотря на согревающий солнечный свет, на улице дул холодный северный ветер. Зябко поёжившись, она засунула руки в карманы и бегом припустила к остановке.
День покатил по накатанной колее. Нина и тётя Женя по-прежнему посматривали на неё осуждающе, но сегодня Катю это уже не задевало. Выполняя свои обязанности, она то и дело поглядывала на часы, боясь опоздать на консультацию. Когда стрелка подошла к одиннадцати, она выскочила из детского дома и, поймав попутку, помчалась в университет.
Едва подойдя к дверям, она нос к носу столкнулась с Волынцевым. Геннадий Аркадьевич как всегда выглядел очень аккуратно и стильно: тёмное пальто, залитые лаком волосы, дорогая кожаная папка в руках.
- Добрый день, Геннадий Аркадьевич, - поздоровалась с ним Катя, сразу же вспомнив звонок старосты.
- Здравствуй Катенька, - неожиданно ласково улыбнулась он, отчего у девушки в буквальном смысле отвисла челюсть. Чтобы ненавидевший всех студентов преподаватель назвал кого-то уменьшительно-ласкательным именем?! Вероятно, сегодня на город обрушится буря, цунами или торнадо.
- Катенька, у меня есть к вам разговор, - продолжил мужчина. – Вы очень торопитесь?
- Э-э… - растерялась Катя. – У меня консультация, а потом работа. Я вырвалась буквально на час.
- А где вы работаете? – проявил любопытство Волынцев.
- В детском доме нянечкой, - сообщила Катя, гадая, что послужило причиной перемен поведения злобного препода.
- Благородная профессия, - кивнул Геннадий Аркадьевич. – Ну, тогда, может быть, вечером с вами встретимся? Во сколько вы освободитесь?
- В восемь я буду свободна… - промямлила Катя.
- Отлично, значит, я заеду за вами! – обрадовался Волынцев. – Скажите мне адрес вашего детского дома?
- Улицы Васильевская, - начала Катя, но мужчина перебил её:
- Всё, можете не продолжать, я хорошо знаю этот детский дом. Там детишки инвалиды, верно?
- Верно, - кивнула девушка.
- Значит, в восемь часов я буду вас ждать. – Высказавшись, он насвистывая спустился с крыльца и, щёлкнув брелком сигнализации, влез в шикарную машину и вырулил со стоянки.
Катя осталась стоять у дверей с открытым ртом.
- Он что, клинья ко мне подбивает? – ошарашенно пробормотала она.
- Катька, чего замерла? – подбежала к ней однокурсница. – Я думала я последняя! Пошли скорее, опоздаем!

Весь день Волынцев не выходил у Кати из головы. Что делать, если он действительно заинтересовался ей, как девушкой? Он преподаватель, если она ему откажет, что будет с её учёбой? А то, что она откажет, Катя знала совершенно точно. Геннадий Аркадьевич старый, ну ладно, не старый, ему всего сорок пять, но он ей в отцы годится! Да и он абсолютно не в её вкусе!
Чем дольше она размышляла над этим, тем больше ей казалось, что всё именно так. Теплилась крохотная надежда, что у него к ней какой-то деловой разговор, но в душе Катя понимала, все её надежды тщетны, достаточно вспомнить взгляд, которым Волынцев смотрел на неё: тягучий, томный… Вспомнив его, Катя передёрнулась.
- Что же делать, а?.. Что мне делать? – бормотала она, сидя на подоконнике в холле в обеденный перерыв и потягивая слишком сладкий кофе.
- Кать, у тебя какие-то проблемы? – подошла к ней сзади Нина.
Катя вздрогнула и чуть не расплескала кофе.
- Нет, всё хорошо, - мотнула головой она, не желая посвящать коллегу в свои личные дела. Тем более у неё в душе ещё жила обида, за вчерашние колкие слова в её адрес.
- Ну я же вижу! – настаивала Нина. – Ты сегодня весь день сама не своя. Мы думали с Дианкой что-то, но Виктория Андреевна сказала, что с ней всё по-прежнему.
- А у меня, значит, спросить не могли, - усмехнулась Катя. – Я враг народа, посмела нагрубить мерзкой бабе, изводящей Лиану.
- Катюш, ну перестань, - погладила её по плечу Нина. – Да, мы погорячились. Извини нас. Не психуй. Ты расскажи, что у тебя стряслось, может, я что посоветую, всё-таки я старше тебя.
- Нин, всё хорошо, правда, - Катя слезла с подоконника и, залпом допив остывший кофе, отправилась к детям.

Ровно в восемь часов у детского дома затормозила блестящая тёмно-синяя иномарка. Геннадий Аркадьевич вышел из машины и, взглянув на часы, обколотился об крышу автомобиля и стал ждать. Все работники детского дома тут же прилипли к стёклам.
- Какой мужчина! – восхищённо протянула Нина, рассматривая его. – Просто мечта! Интересно, что он здесь делает? Может спонсор какой-то?
- Как же, спонсор! – фыркнула тётя Женя, вытирая мокрые руки об передник. – Ты помнишь, чтобы на нашей памяти к нам спонсоры приезжали? Никто никогда нашему детдому денежку не давал, и не даст!
- Тогда что он тут делает? – пригладила волосы Нина и, мельком взглянув в зеркало, поправила платье. – Чего он стоит, чего не заходит?
Катя, слушая их реплики, с тоской понимала, что надолго станет объектом горячего обсуждения. Она ещё минут пятнадцать ждала, когда же коллеги отлипнут от окон, но они и не собиралась уходить, всё с такой же жадностью разглядывали мужчину. Геннадий Аркадьевич заметно нервничал, засунув руки в карманы, прохаживался вокруг машину, давай женщинам разглядеть себя во всей красе.
- Всем до свидания! – попрощалась Катя и вышла из детского дома. Геннадий Аркадьевич обернулся и, увидев её, бросился навстречу. Взяв под руку, бережно проводил к машине и усадил на переднее сиденье. Катя спиной чувствовала взгляды коллег, устремлённые на неё и, обернувшись, увидела поражённые физиономии с круглыми от удивления глазами.
- Геннадий Аркадьевич, а что происходит? – всё-таки решилась спросить она. – Какой у вас ко мне разговор и куда вы вообще меня везёте?
- Сколько вопросов! – тихонько рассмеялся мужчина. – Пока отвечу только на последний. Мы едем в кафе. Знаете, на набережной имеется одно чудное кафе «Фиалка». Там я отвечу на все ваши вопросы. Надеюсь, вы не против? – спохватился он.
- Нет, - мотнула головой Катя.
- «Похоже, я оказалась права» - мрачно подумала она. – «Он совершенно точно клеится ко мне».
Кафе «Фиалка» оказалось милым помещением, отделанным в фиолетовых тонах. Светлая плитка на полу, бледно-фиолетовые стены, белая барная стойка, разрисованная фиалками, яркие скатерти на столах и фиолетовые шторы на окнах.
Пройдя к дальнему столику у самого окна, Геннадий Аркадьевич открыл меню и спросил:
- Что вы будете заказывать?
Катя так же открыла бордовую книжечку и стала перелистывать страницы. Названия блюд были аппетитными, но этот аппетит тут же исчезал, едва она переводила взгляд на цены. Да здесь одно пирожное стоило половину её зарплаты!
- Я не голодна, - отложила меню в сторону Катя.
- Не думайте о деньгах! – правильно угадал её мысли преподаватель. – Я угощаю.
- Я не привыкла принимать такие угощения, - отрезала девушка, откидываясь на спинку стула.
- Феминистка? – усмехнулся Волынцев.
- Вроде того.
- Это плохо, девушке нужно быть нежной и позволять мужчинам ухаживать за собой. Я всё-таки закажу тебе пирожное.
Катя промолчала, украдкой взглянув на часы. Стрелки подходили к девяти. Лучше бы она сходила в больницу и узнала о состоянии Дианки, чем сидела здесь с этим павлином.
- Геннадий Аркадьевич, может, всё-таки объясните мне, что происходит? – спросила Катя, сложив руки на груди.
- А вы не догадываетесь? – хитро прищурился мужчина.
- Нет.
- А на зачёте мне показалось, что вы очень умны. – Усмехнулся он. – Вы понравились мне, Катя. Вы пришли на мой зачёт в таком виде… Вы понимали, что мне это не понравится, но не струсили, не сбежали. Несмотря ни на что держались уверенно, хорошо ответили и даже посмели мне дерзить. Катя, вы потрясающая девушка.
Катя некоторое время молчала, переваривая его слова, а потом буркнула:
- Я польщена. И что с того? Простите, Геннадий Аркадьевич, но я бы хотела расставить все точки над і сразу. Вы мой преподаватель, я ваша студентка. Между нами ничего не может быть, тем более, у меня есть парень. – Не моргнув глазом соврала Катя.
- Почему же не может быть? – пропустив её последние слова мимо ушей, вздёрнул брови Волынцев. – Вы только представьте, какие горизонты вам открывают отношения со мной!
- Я так понимаю, что отказ от отношений с вами эти самые горизонты передо мной закрывают? – мрачно спросила Катя. – Как и путь к высшему образованию?
- Ну зачем же вы так? – смутился Геннадий Аркадьевич. – Я вовсе не это имел в виду. Вы действительно понравились мне, Катя.
- Я рада за вас. Но я всё сказала, надеюсь вы меня услышали. – Сделала попытку подняться Катя, но Волынцев удержал её.
- Я услышал вас, Катюша, но не отказывайте мне хотя бы в ужине. Ничего не значащий ужин, давайте, просто пообщаемся.
- Простите, но мне нужно в больницу, - мотнула головой Катя.
- Вы больны?
- Нет, в больнице лежит моя воспитанница, девочка из детского дома.
- Ну тогда давайте я вас подвезу!
- Спасибо, не нужно, - отрезала Катя. – Я прекрасно доберусь сама.
Забрав свою сумку, девушка выдернула руку из руки преподавателя и прошествовала к дверям. Геннадий Аркадьевич проводил её мрачным взглядом и, скомкав салфетку, швырнул её на пол.
- Мне ещё никто не отказывал, - прошипел он. – И ты не откажешь.

Катя выскочила из кафе и, оглядевшись по сторонам, увидела невдалеке светящуюся букву «М» и поспешила к метро. До больницы она добралась только спустя час, кляня всё на свете и в первую очередь навязчивого преподавателя, затащившего её в кафе, на другом конце города.
У стойки медсестры на этот раз была милая девушка, которую Катя вчера видела в палате Дианы.
- Добрый день! – запыхавшись поздоровалась она.
- Здравствуйте! – улыбнулась она в ответ. – Что-то вы сегодня поздно! Впрочем, какая разница, к Диане вас всё равно не пущу.
- Да знаю я, знаю! – махнула рукой Катя. – Как она? Диагноз по-прежнему не установлен?
- Нет, - покачала головой медсестра. – Наш главврач сегодня звонил своим коллегам, советовался, завтра к Диане приедет светило медицицы из самой Москвы. Так что не волнуйтесь, разберутся!
- Ну а она сама как?
- По-прежнему, - погрустнела медсестра. – Вчера температура немного ниже было, зато утром опять под сорок.
- Ясно, - пробормотала Катя. – Спасибо за информацию.
- Я передам ей, что вы приходили! – пообещала медсестра. – До свидания.
- Спасибо, - ещё раз поблагодарила Катя. – До свидания.

Домой Катя добралась только к двенадцати часам, порядком замерзнув и промокнув на опять начавшемся дождю. По лестнице она поднималась мечтая только о горячей ванне, чашке чая и своей старой раскладушке, казавшейся сейчас самой уютной постелью в мире. Но мечтам её сбыться было не суждено.
Поднявшись на свой этаж, она увидела соседку, тётю Любу, в длинном халате и бигуди на голове, держащую палец на их звонке.
- Тёть Люб, что случилось-то? – испугалась Катя. – Почему вы в такое время?
- О, Катерина! – обрадовалась ей соседка. – Как хорошо, что ты пришла! Открывай дверь!
- Да что произошло-то? – недоумевала девушка.
- А ты не слышишь? – всплеснула она руками.
Катя прислушалась и услышала звуки музыки из квартиры.
- Двенадцать часов, а у них музыка орёт так, что спать невозможно! – возмущалась тётя Люба. – Я полицию сейчас вызову!
- Тёть Люб, не надо полицию, - поморщилась Катя, чувствуя, как в голове медленно заворочалась боль. – Я сейчас разберусь. Идите домой.
- Ну смотри, Катерина, если через десять минут это не прекратится, точно в полицию позвоню! У меня внуку завтра в школу, а он спать не может!
Катя промолчала, полезла в сумку за ключами и, отперев дверь, скользнула в квартиру. Из их комнаты доносилась бравая блатная музыка. Услышав стук входной двери, из комнаты вышла баба Валя.
- Баб Валь, что это у нас за дискотека? – устало спросила Катя, снимая ботинки.
- Ой, молчи Кать! – шумно высморкалась в платок старушка и только тогда Катя заметила, что глаза у неё красные, будто она плакала. – Папаша твой с Лизкой, дружков полный дом привели, музыку включили, ходят, еду из холодильника таскают. Я пробовала возмутиться, так они меня так толкнули, чуть не упала и велели молчать.
- Дурдом какой-то! – закатила глаза девушка. – Это когда-нибудь прекратиться? – Катя бросила сумку и прямо в куртке прошла в комнату.
На отцовском диване расположились человек пять, рядом с ними, на стульях, застелённых газетой, стояли три бутылки водки, хлеб и нарезанная толстыми колечками колбаса. Ещё двое мужиков, самого бандитского вида, сидели у шкафа. На её раскладушке расположилась худющая женщина с длинными, седыми, сальными волосами. Она спала, положив ноги в грязных туфлях поверх одеяла. От злости у Кати потемнело в глазах.
- Что здесь происходит? – рявкнула она и, шагнув к старому кассетному магнитофону выключила его.
- Ты кто такая? – поднялся ей навстречу один из мужчин. От него несло давно немытым телом, перегаром и ещё чем-то очень противным. Катя еле сдержалась, чтобы не зажать нос и почувствовала, как к горлу подступила тошнота.
- Это доча моя, - остановил его отец, сделав попытку встать с дивана. – Катька, сучка, чего музыку вырубила? Кто тебе разрешал?
- Замолчи! – прикрикнула на него Катя. – Сейчас соседи полицию вызовут! На часы давно смотрели?
- Упс, а правда, мужики, - взгляд отца скользнул к будильнику, стоявшему на подоконнике. – Музон нужно выключать.
- А, обойдёмся без него! Сами петь будем! – хрипло засмеялась Лиза и затянула: - Ой цветёт калина-а!
- Не будете вы петь! – остановила её Катя. – Выметайтесь отсюда, что вы здесь притон устроили!
- Заткнись! – рявкнула на неё Лиза. – Чего раскомандовалась? Пшла вон отсюда!
- Если вы через десять минут отсюда не уберётесь, я сама полицию вызову. – Твёрдо пообещала Катя.
- Ага, так они тебя и послушали, поехали в семейных делах разбираться, - хохотнул один из мужиков, казавшимся не таким пьяным как остальные. – Иди-ка ты отсюда девка, не мешай праздновать!
Поняв, что ей не справиться с этой армией алкоголиков, Катя вышла из комнаты и пройдя на кухню, уселась на стул и запрокинула голову, пытаясь сдержать злые слёзы. Мобильный, лежащий в кармане куртки тихо завибрировал и девушка тут же приложила его к уху, даже не взглянув на дисплей.
- Привет, - услышала она голос Володи. – Прости, что так поздно. Хотел узнать как там девочка, а позвонить раньше не мог, дома все только угомонились. Ты ещё не спишь?
- Нет, - ответила Катя, опуская голову. Две упрямые слезинки выкатились из глаз и сползли по щекам. – Диана по-прежнему, говорят, к ней вызвали какого-то крутого врача из Москвы, завтра приедет. А что у вас там? Как Лиана?
- Не спрашивай, - вздохнул Володя. – Мать её поедом ест, тело Женьки не отдают, Лиана в истерике бьётся, в общем сумасшедший дом.
- Катька, дуй в магазин, купи ещё водки, - материализовался на кухне шатающийся отец.
- Пошёл ты! – послала его Катя и, не отпуская телефон, вышла на балкон.
- Чего ты сказала, шмакодявка? – взревел отец и рванул следом за дочерью, но Катя успела закрыть дверь балкона и засадить в ручку швабру, отгораживаясь от него.
- Кать, что у тебя там происходит? – забеспокоился Володя. – У тебя всё нормально?
- Так нормально, что хуже некуда, - мрачно ответила Катя, опираясь об перилла и смотря вниз. – У меня тут тоже сумасшедший дом. – Не сдержавшись, девушка поведала Володе об ужасах, творящихся в её квартире.
- Может мне и вправду полицию вызвать? – жалобно спросила она.
- Бесполезно. Твой алкаш прав, они не поедут разбираться с оравой пьяных уродов. Ой, прости, - осёкся он. – Это же твой отец.
- Не извиняйся, - отмахнулась Катя. – Зачем я эту музыку выключила? Тогда бы уж точно соседи пожаловались. А теперь вообще не знаю, что делать.
- Я тебе помогу, - пообещал Володя. – Жди меня, буду через двадцать минут.
- Вов, не надо, - попыталась отказаться девушка. – Мне уже право неудобно. У вас горе большое в семье, а ты постоянно возишься со мной. Не стоит, я разберусь. В крайнем случае попрошусь переночевать к бабе Вале.
- Прекрати. Мне совсем не трудно помочь тебе, я даже рад ненадолго из дома вырваться. Жди меня.
Положив трубку, Катя так и осталась стоять на балконе, боясь пройти в квартиру, где слышались пьяные песни и хохот. Взглянув на часы, она напомнила себе, что осталось потерпеть всего двадцать минут. А Вовка обязательно что-нибудь придумает, вон как вчера хорошо всё у них вышло, она смогла пробраться к Дианке. И сегодня он что-нибудь придумает, что-нибудь придумает…
- Как же всё-таки хорошо, когда есть на кого положиться, - вздохнула она. – Милый, добрый Вовка… Как же ты вовремя появился в моей жизни. Стоп… - неожиданно запнулась она. – А ты часом не влюбилась? – спросила она у самой себя, уже заранее зная ответ на этот вопрос.


Глава 6
Звонок в дверь раздался тогда, когда Катя уже окончательно продрогла, стоя на продуваемом всеми ветрами балконе. Метнувшись в прихожую, она, даже не посмотрев в глазок, загрохотала замками. На лестнице стоял Володя, а рядом с ним два угрюмых парня, в одинаковых кожаных куртках.
- Здрассти, - пискнула Катя, - Вов, а это кто?
- Это мои друзья, - улыбнулся ей Володя. – Это Миша, а это Гриша, - указал он на парней.
- Надеюсь драки не будет? – поуутвердительно-полувопросительно поинтересовалась Катя, пропуская парней в квартиру.
- Не будет, - пообещал Володя и парни, один за другим вошли в комнату, из которой доносился пьяный хохот и закрыли за собой дверь.
- Катька, ты что, бандитов вызвала?! – выглянула в коридор баба Валя.
- Баб Валь, ну какие бандиты… - не очень уверенно возразила Катя, с тревогой прислушиваясь к тишине за закрытыми дверями её комнаты. – Один из парней мой друг, а остальные… Его друзья.
- Не думала, что ты с бандитами дружбу водишь, - покачала головой баба Валя и скрылась в своей комнате, оставив небольшую щелку, чтобы наблюдать за происходящим в коридоре.
В этот же момент двери комнаты за которыми проходила гулянка открылись и компания алкоголиков смирно потянулась на выход. Слегка обалдевшая Катя прижавшись к стене наблюдала как эти… хм… личности, похватали свои куртки и быстренько вышли в подъезд. Следом за ними из комнаты вышли Володя и его друзья. Миша и Гриша, не удосужив Катю даже взглядом, выскочили на лестницу, Володя остановился напротив неё.
- Всё? Больше нос вешать не будем? – улыбнулся он и шутливо щёлкнул её по носу.
- Как вам это удалось? – отмерла Катя. – Вы что, заклинания какие-то знаете?
- Тебе надо меньше смотреть телевизор, - тихонько засмеялся Вовка. – Мы просто умеем убеждать. Не вникай, Катюш.
- Спасибо тебе огромное! – искренне поблагодарила его девушка. – Я уж думала ночевать на этом балконе буду!
- А как же соседи? Почему не попросила у них политического убежища?
- У бабы Вали комнатка маленькая, а с Лидой у меня натянутые отношения, - пояснила Катя. – Хотя совсем недавно мы дружили.
- Поругались? – полюбопытствовал Володя.
- Длинная история, - махнула рукой Катя. – У меня в жизни вообще чёрная полоса. Вот так вот взяла и началась в один далеко не прекрасный день, - пробурчала она, вспомнив тот злополучный день, когда заболела Дианка.
- Всё так трагично? – усмехнулся Вова. – Думаю, ты преувеличиваешь.
- Я преуменьшаю! – отрезала Катя и принялась перечислять: - Эта неизвестная болячка у детей, скандалы дома, теперь вот вообще ночные пьянки, даже на работе отношения с коллегами стали натянутыми! Ах да, чуть не забыла, ко мне ещё преподаватель пристаёт! Теперь тоже считаешь, что я преувеличиваю?
- Преподаватель пристаёт? – присвистнул Володя. – Однако…
- Ага, - мрачно кивнула Катя. – В кафе пригласил сегодня. Я пошла. Там отшила его, но думаю он меня так просто в покое не оставит. А он не последний человек в университете, так что боюсь накрылось моё высшее образование!
- Может помочь?
- Решил побыть моим ангелом-хранителем? – улыбнулась Катя. – Нет, Вовка, спасибо. Здесь твоё вмешательство может сделать только хуже. Я уж как-нибудь сама.
- Ну как хочешь, - развёл руками Володя. – Но если что звони.
- Спасибо, - вздохнула Катя. – Что у вас там? Когда отдадут тело Женьки?
- Послезавтра, - тут же помрачнел парень. – Послезавтра похороны. Не представляю, как пережить этот день.
- Держитесь, - коснулась его руки Катя. – Я понимаю, чтобы я не сказала, тебе легче не будет, но всё-таки держитесь… Это надо пережить. Знаешь, говорят Бог не даёт то, что нам не по силам. Значит, чтобы не случилось, мы должны это выдержать.
- За Лиану боюсь, - признался Володя. – Славка тоже ходит, глаз ни на кого не поднимает, но он сильный, он справиться, мать всю боль скандалами выплёскивает, по Ирке вообще не понятно, что она чувствует, а Лиана… Она иногда такие речи заводит… Только и твердит, мне бы только похоронить его по-человечески. А потом? Вдруг она что с собой сделает?
- А потом вам нужно будет ни на секунду не спускать с неё глаз и по возможности отвлекать от мыслей, загрузить делами, дать понять, что она нужна здесь.
- Легко сказать. Ладно, Катюш, я пойду, - попрощался Володя и скрылся за дверью. Катя заперла за ним дверь и помчалась к себе, перестилась постель, на которой лежала противная алкоголичка и наконец-то ложиться спать.

Утро началось для неё рано, в шесть часов. До двух часов ночи она убирала в комнате и тщательно протирала раскладушку, брезгуя ложиться на неё, а в шесть утра уже зазвонил телефон. Не в силах поднять голову от подушки, Катя с закрытыми глазами нащупала телефон и поднесла его к уху.
- Аллё, - хриплым спросонья голосом ответила она.
- Катюша, это я, - услышала она голос Лианы Викторовны. – Ты ещё спишь? Прости, что разбудила.
- Лиана Викторовна? – тут же проснулась Катя и рывком села в постели. – Что-то случилось? – Сердце подпрыгнуло и противно сжалось в груди, дыхание перехватило, а в желудке вдруг стало очень холодно. Наверное это и есть предчувствие беды.
- Случилось, Кать, - вздохнула начальницы. – Мне как директору десять минут назад позвонили из больницы. Дианка… Дианка умерла.
Катя ничего не сказала в ответ. Рука её с телефоном скользнула вниз, перед глазами запрыгали цветные мушки, а на голову словно надели шапку.
- Диана, Дианочка… - пробормотала Катя и, упав лицом в подушку, накрылась с головой одеялом, пытаясь таким образом отгородиться от страшной новости. – Только не плакать, - бормотала она, - только не плакать.
Не плакать у неё действительно получилось. В горле встал тугой комок, заблокировав все чувства и эмоции. Из небытья её вырвал звонок телефона.
- Что-то видимо со связью, - опять услышала она голос Лианы Викторовны. – Нас разъединили. Кать, я прошу тебя съездить в больницу и узнать что там и как, когда нам отдадут тело, что всё-таки говорят врачи. Ты же понимаешь, мне сейчас не до этого. А тебе, я знаю, Диана не безразлична, потом и звоню я тебе.
- Конечно, я всё сделаю, - пообещала Катя, медленно приходя в себя.
- И ещё… Кать, завтра похороны Женьки, - голос Лианы дрогнул. – Вы уж приходите, пожалуйста. Я очень прошу.
- Мы придём, Лиана Викторовна. Обязательно придём.
С этими словами Катя отключилась и, натянув халат, отправилась умываться. Уставшие после вчерашней гулянки отец и мачеха спали, громко храпя на диване. Из комнат бабы Вали и Лиды тоже не доносилось ни звука. Катя прошла в ванную и, опёршись об раковину, взглянула на себя в зеркало. Оттуда на неё смотрела слишком бледная девушка, с лихорадочно горящими глазами, в которой было трудно узнать её саму.
- Только не плакать, - приказала своему отражению Катя и, открыв кран с холодной водой, принялась плескать её себе в лицо.
Кое-как умывшись, Катя не стала краситься, а быстро натянула на себя чёрные джинсы и свитер, пальто и ботинки и выскользнула за дверь. Едва она вышла из подъезда, как телефон опять разразился гневной трелью.
- Катька, я всё знаю, - услышала она голос Володи. – Ты сейчас где?
- Выхожу из дома, поеду в больницу. – Сообщила Катя, спеша к метро.
- Я приеду к тебе, встретимся к больницы, у входа.
- Володь, не надо, у вас же…
- Да знаю я что у нас! – раздражённо крикнул он. – Но и прекрасно представляю, что ты сейчас чувствуешь! Поэтому я приеду, тебе сейчас нужна поддержка!
От участия и сочувствия, сквозившего в голосе парня, тугой комок в горле Кати начал плавиться, а в глазах закипали слёзы. Одна из них просочилась наружу и быстро сбежала вниз по щеке.
- Хорошо, я тебя жду. – Отключилась она и, засунув руки в карманы и пряча лицо в шарф, побежала к метро.
Володя уже топтался у входа и нервно курил. Увидев Катю он выбросил сигарету и шагнул к ней навстречу.
- Ты как? – спросил он с тревогой заглядывая ей в глаза. Комок в её горле расплавился окончательно и из глаз потоком хлынули слёзы, так старательно сдерживаемые все эти дни.
- Тише-тише, - обнял её Володя, а она, уткнувшись ему в грудь, заревела ещё горше. Так они стояли минут десять, и Кате казалось, что этот поток слёз не закончится никогда. Но он закончился.
Она отстранилась от парня и вытерла мокрые щёки, глаза вдруг стали совершенно сухими, их жгло так, будто кто-то насыпал в них песок.
- Прости, - в последний раз всхлипнула она. – Я не хотела, просто не сдержалась.
- За что ты извиняешься? – искренне поразился Володя. – Я же всё понимаю. Для того я и здесь, чтобы поддержать тебя.
- Зачем тебе это? – откровенно спросила Катя, глядя ему прямо в глаза. – Я для тебя чужой человек, у тебя большое горе, умер племянник, а ты возишься со мной. Почему?
- Потому что ты мне понравилась, - честно ответил Вовка и трогательно покраснел. – Может сейчас совсем не время для амурных дел, но в первую нашу встречу, когда ты так легко осадила мою матушку, я понял, что не могу потерять такую девушку. Влюбился, как школьник.
- О, Екатерина! – вышел из дверей главврач больницы Сан Саныч, так и не дав Кате возможности ответить Володе. – Лиана Викторовна предупредила меня, что вы приедете. Я вас уже заждался, пройдите, пожалуйста, в мой кабинет.
Катя растерянно оглянулась на парня, он лишь ободряюще кивнул ей и сжал её руку. Глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, Катя шагнула внутрь больницы.
Пройдя в кабинет Сан Саныча, Катя уселась на стул, напротив кресла главврача, Володя остался стоять, держась руками за спинку. Катя спиной чувствовала его присутствие, и это придавало ей сил. Всё-таки вовремя он появился в её жизни. Может он действительно её ангел-хранитель?
- Почему она умерла? - упёршлись локтями себе в ноги, Катя обхватила голову руками, избегая смотреть в глаза врачу. – Почему именно этой ночью? Сегодня же должен был приехать этот ваш светило медицины! Почему она его не дождалась?!
- Катя, успокойтесь, - с жалостью посмотрел на неё Сан Саныч, - вам нужны силы. Наверное, я скажу банальность, но слезами горю не поможешь.
- А чем поможешь? – вскинулась Катя. – Скажите, что мне сделать, чтобы перестало болеть вот здесь? – коснулась она своей груди.
- Вы вините нас в смерти девочки? – прищурившись посмотрел на неё главврач. – Вы не правы. Мы действительно сделали всё, что могли, но поймиет, мы не Боги! Мы сделали кучу анализов и обследований, но эта её болезнь… Это просто мистика какая-то! И не факт, что профессор из Москвы смог бы помочь.
- Господи, откуда она взялась эта болезнь! – вскочила на ноги Катя и беспокойно заметалась по кабинету. – Диана, она же ни с кем, кроме детдомовских детей не общалась, никуда не могла выйти, где она подцепила эту болезнь?!
- Это не обязательно вирус, возможно, это что-то генетическое, - пожал плечами Сан Саныч.
- Ага, а у Жени тоже генетическое?
- У Жени? – не понял врач. – Какого Жени?
Пришлось объяснять ему ситуацию с Женькой.
- Однако… - пробормотал Сан Саныч. – Это какая-то эпидемия? Если кто-то узнает об этом, в городе поднимется паника!
- Когда нам отдадут тело девочки? – устало спросила Катя, присаживаясь обратно.
- Послезавтра. Сегодня сделают экспертизу, завтра оформят все документы, а послезавтра вы получите тело.
- Хорошо. – Кивнула Катя. – От меня что-то ещё требуется?
- Нет-нет, ничего не нужно. Оставьте, пожалуйста, свой номер, - придвинул он ей блокнот, - чтобы я смог связаться с вами.
Катя молча взяла ручку и написала несколько цифр.
- До свидания, - попрощалась она, и они с Володей покинули кабинет.
- Бедная моя девочка, - прошептала Катя, выйдя на улицу. – Одно только хорошо, что я смогла к ней попасть, она умирала, но знала, что все её любят и ждут… И это всё благодаря тебе! – обернулась она к молчаливо шествовавшему за ней парню.
- Кать, перестань меня бесконечно благодарить, - поморщился он. – Я не делаю ничего особенного.
- Это тебе только кажется, - вздохнула Катя и подняла воротник пальто повыше. – За меня никто и никогда не решал проблем, и то, что ты рядом уже много для меня значит.
- Я буду рядом всегда, если ты этого захочешь, - пробормотал Володя и притянул её к себе.
Катя на мгновение прижалась к нему и услышала, как ровно и спокойно бьётся его сердце.
Весь день она провела словно в тумане, в таком же тумане пришла домой и, не слыша, что ей говорит баба Валя, улеглась в кровать. Но заснуть так и не смогла. Перед глазами стояла Дианка. Так и пролежала она всю ночь без сна, с закрытыми глазами. А когда рассвело, поднялась и стала собираться к Лиане Викторовне.
Уже одевшись, вспомнила, что на похороны не принято являться с непокрытой головой и, порывшись в шкафу и не найдя ничего подходящего, робко постучала в дверь к бабе Валя.
- Чего тебе, Катюш? – зевая спросила она. – Куда так рано собралась?
- Баб Валь, у вас случайно чёрного платка нет?
- Даже не знаю… - задумалась старушка. – А тебе зачем? – насторожилась она.
- У моей начальницы сын умер, на похороны иду.
- Сын! – ахнула баба Валя. – Молодой?
- Более чем. Восемь лет всего.
- Матерь Божья! – принялась креститься старушка. – Бедная женщина! Горе-то какое! Сейчас, Катюша, сейчас поищу что-нибудь.
Порывшись в шкафу, она выудила на свет короткий чёрный шарфик.
- Вот, возьми, сын когда-то носил, давно он правда в шкафу пылится, но он чистый.
- Спасибо, - поблагодарила Катя и, завязав шарфик на голове, покинула квартиру.
У подъезда Лианы Владимировны она встретилась с Ниной. Перекидываясь ничего не значащими фразами, они добрались до квартиры и вошли в распахнутую дверь.
- Пришла всё-таки? – в прихожей тут же материализовалась Галина Николаевна. Её глаза были заплаканы, на голове топорщился чёрный платок. – Я же сказала, чтобы ноги твоей в доме не было! – рявкнула она на Катю.
- Я к Лиане пришла, - отрезала Катя и, обогнув женщину, прошла в гостиную.
Лиана, сильно похудевшая и осунувшаяся за эти дни, сидела на диване, уткнув лицо в ладони. С одной стороны от неё примостился высокий мускулистый мужчина, со словно окаменевшим лицом. С другой сидел Володя. Увидев Катю, он вскочил и подошёл к ней.
- Привет, - хмуро поздоровался он. – Спасибо что вы пришли, Лиане нужна поддержка.
- А это кто? – шёпотом спросила Катя, кивком указав на мужчину.
- Славка, - обернувшись на него, ответил Вовка. – Ирка вообще из комнаты не выходит. Мать рыдает всё утро. Лиана вообще, - не договорив, он безнадёжно махнул рукой.
В доме толпились незнакомые люди, они бродили по квартире, тихо переговариваясь. Через пару часов, когда Катя и Нина уже изнемогли, все наконец-то двинулись на кладбище. Лиану под руки вывели из квартиры Слава и Володя, она еле держалась на ногах.
- Кать, стой, - коснулась её руки Нина. – Давай не поедем на кладбище? Давай подождём их у кафе? Не хочу это видеть. У меня просто сил нет, на это смотреть, представь, что там Лиана устроит.
- Но ей нужна наша поддержка, - замялась Катя, в душе понимая, что коллега права и ей тоже совсем не хочется видеть эту церемонию.
- Да она нас даже не заметила! – возразила Нина. – Не нужна ей сейчас ничья поддержка. Они не видит ничего и никого вокруг себя. Катюш, поехали к кафе, прошу тебя.
- Ладно, поехали, - махнула рукой Катя и, дождавшись, когда вся процессия двинется в сторону кладбища, пошли к остановке.

Стоять у кафе им пришлось почти полтора часа. Опять зарядил нудный дождь, и они обе промокли и замёрзли.
- А завтра нам предстоит пережить тоже самое, - с тоской пробормотала Катя. – Диночку хоронить надо. Боже мой, бедные дети!
- Может оно и к лучшему, Катюш? – погладила её по руке Нина. – Дианочка инвалид, что за жизнь её ожидала бы? А так, она будет ангелом там, на небе.
- Нин, таких инвалидов, как Диана, много, и они прекрасно живут, - возразила Катя. – А Женя? Он был нормальным, здоровым ребёнком.
Нина замолчала, не зная, что сказать. Молчала и Катя.
Наконец у кафе начали останавливаться машины, из которых появлялись родные и близкие Лианы и Славы. Из последней машины вылезла сама Лиана. Лицо её было таким бледным, словно из него выкачали всю кровь. Её по-прежнему поддерживал под руку муж.
- Всё-таки он любит её, - прошептала Кате на ухо Нина. – Зря она на него наговаривает. Идём в кафе, я не могу больше на улице торчать.
- Иди, я сейчас, - бросила Катя, заметив выходящего из машины Володю. – Ну как вы? – бросилась она к нему. Парень в ответ лишь махнул рукой. По бледному лицу и плотно сжатым губам Катя поняла, что парень с трудом сдерживает эмоции.
- Ты хочешь туда пойти? – мотнул он головой в сторону кафе.
- А что?
- А у меня вот нет никакого желания сидеть там и слушать их речи. Большинству из этих людей плевать и на Женьку и на нас. Пойдём, посидим где-нибудь вдвоём?
- А как же Лиана? – растерялась Катя. – Разве можно её сейчас бросать?
- Лиана со Славой, он не бросит её.
- Ну тогда идём, - сдалась Катя.
Вдвоём они добрались до небольшого бара и уселись за самый дальний столик. Мрачный Вова подозвал официанта и заказал две порции водки.
- Я вообще-то водку не пью, - попыталась возразить Катя, но вдруг поняла, что если сейчас не выпьет, её нервы попросту не выдержат.
Они молча выпили, закусили каким-то абсолютно безвкусным салатом и уставились в окно, так и не сказав друг другу ни слова.
- Вов… - начала Катя.
- Не надо сейчас слов, ладно, - перебил её Володя. – Вот так гадко на душе, хоть иди и вешайся.
- Ты это брось! – стукнула кулачком по столу Катя. – Придумал тоже мне – вешайся! Я тебе повешусь!
- Ой, Катя, Катя… - пробормотал Володя, взъерошивая волосы ладонью. В этот момент в сумке Кати зазвонил телефон, так и не дав ему договорить.
- Как всегда не вовремя! – воскликнула она и, вытащив телефон, крикнула в трубку: - Слушаю!
- Екатерина Аркадьевна? – послышался из трубки красивый мужской голос.
- Да, это я, - сбавила обороты Катя. – Кто это?
- Это Сан Саныч, главврач больницы, в которой лежала Диана. – Представился мужчина. – Катя, вы сейчас где?
- На поминках, - не стала уточнять девушка. – Что случилось? Можно забирать тело Дианы?
- Понимаете, - замялся врач. – Тут такое дело…
- Что ещё случилось? – простонала Катя.
- Тело Дианы исчезло из морга. – Сообщил Сан Саныч. Катя икнула от неожиданности и выронила телефон.


Глава 7
В больнице Катя и Володя были уже через час. Прямо в холле их встретил бледный Сан Саныч и проводил в свой кабинет.
- Объясните мне, что у вас здесь происходит? – стукнула кулачком по столу Катя и нависла над сжавшимся в кресле главврачом. – Как тело ребёнка могло пропасть из морга? Это что, ручка, фломастер, или скрепка? – Катя схватила в руки ручку, лежащую поверх бумаг и с силой швырнула её обратно на стол. Ручка покатилась по гладкой поверхности и застыла у самого края стола.
- Екатерина Аркадьевна, - промямлил главврач, - успокойтесь. Это какое-то недорозумение, мы сейчас вместе с вами спустимся в морг и поговорим с патологоанатомом. Поверьте, всё образуется, только не ругайтесь!
- Ну так чего вы сидите? – изподлобья посмотрел на него Володя. – Идёмте!
- Чёрт-те что творится! – Катя схватила со стула сумочку и первой покинула кабинет.
Едва они вышли из лифта, как девушка почувствовала невольный страх. Коридор был очень холодным, да ещё и плохо освещённым. Конец его тонул во мраке и Кате почему-то показалось, что там находится сама преисподняя. Сан Саныч уверенно двигался прямо в темноту, Катя замерла у лифта.
- Ты чего? – оглянулся на неё Володя.
- Боюсь, - честно призналась девушка.
- Я с тобой, - приободрил её Вова и, взяв за руку, как маленькую, повёл вслед за врачом.
- Почему здесь так темно? – зябко передёрнув плечами спросила Катя, прижимаясь ближе к парню.
- Лампочка перегорела, - спокойно ответил Сан Саныч. – Не волнуйтесь, здесь не за что зацепиться, не упадёте. Сейчас выйдем на свет.
И правда, через несколько секунд впереди забрезжил свет. Это обстоятельство обрадовало Катя и она ускорила шаги, стремясь поскорее выйти в светлое место. Наконец их маршрут закончился, Сан Саныч остановился у широкой металлической стены и обернулся к притихшим ребятам.
- Всё, мы пришли, - сообщил он. – Катя, вы готовы войти?
- Что за глупый вопрос? - нахмурилась девушка. – Конечно я готова!
- Там внутри трупы, не забывайте, - напомнил доктор.
- У вас так много людей умирает? – вскинул брови Володя.
- Здесь не только наши больные, - метнув на него недовольный взгляд пояснил Сан Саныч. – Не забывайте, у нас городок маленький, моргов всего два, поэтому к нам привозят и других людей. То есть их тела. В общем, вы меня поняли.
- Поняли, - кивнула Катя. – Пойдёмте уже. Не беспокойтесь за мою психику, я мертвецов не боюсь.
- А много их видеть приходилось? – хмыкнул доктор.
- Слава Богу нет, - отрезала Катя. – Но всё равно, не боюсь. И вообще, что вы нам головы морочите! – вышла из себя она. – Пойдёмте уже!
Сан Саныч повернул ручку и распахнул двери, любезно пропуская девушку вперёд. Катя вошла в мрачное холодное помещение и тут же упёрлась взглядом в чьи-то ноги, выглядывающие из-под покрывала. По её телу тут же побежали мурашки, захотелось развернуться и броситься отсюда наутёк. Выйти на улицу, вдохнуть свежий холод и увидеть живых людей вокруг.
- Всё нормально? – прошептал ей на ухо Володя.
- Д-да, - с трудом выговорила Катя, поспешно отводя взгляд в сторону.
- Идите сюда, - позвал их Сан Саныч. – Знакомьтесь, Марина Евгеньевна, патологоанатом.
Перед ребятами стояла невысокая стройная женщина, без капли макияжа на лице и с волосами, собранными в высокий хвост. На ней висел слишком большой для неё когда-то белый, а сейчас желтоватый халат, на ногах были удобные туфли на толстой подошве.
- Здравствуйте, - кивнула им Марина Евгеньевна. – Я не виновата! – тут же воскликнула она. – Я не знаю, куда подевалось тело девочки!
- А кто знает? – засунув руки в карманы, спросил Володя, окидывая женщину ледяным взглядом.
- Послушайте, я правда ничего не знаю, - неожиданно скукожилась Марина Евгеньевна. На её бледном лице проступили красные пятна. – Вчера я хотела провести экспертизу, но в больницу поступила женщина, с признаками отравления, через несколько часов она скончалась и мне пришлось делать экспертизу ей. Было уже поздно, поэтому девочку я решила оставить на сегодня. Всё здесь закрыла и ушла. А утром пришла… А  её нет! – всхлипнула женщина.
- Ну как это нет! – крикнула Катя и не узнала свой голос. – Как такое может быть, скажите мне? Диана получается встала и ушла куда-то?
- Может быть она жива? – глупо воскликнула Марина Евгеньевна.
- И как вы себе это представляете? – ехидно улыбнулся Володя. – Врачи не поняли, что девочка жива, отправили её в морг, а она здесь ожила и убежала?
- Да! – затрясла головой патологоанатом.
- Одно маленькое уточнение, - голосом, не предвещающим ничего хорошего, сказал Володя. – Даже если предположить, что эта абсурдная версия правда, то Диана всё равно не могла никуда уйти, она инвалид!
- Но я не представляю, куда она делась! – заломила руки Марина Евгеньевна.
- Кто кроме вас здесь был вчера? – поинтересовалась Катя, чувствуя, что ещё немного и она просто упадёт в обморок. А что? Было бы неплохо. Хоть ненадолго выпасть из реальности.
- Санитар, но он ушёл раньше меня!
- У кого ещё есть ключи от морга?
- У меня и вон, у Сан Саныча, - кивнула на главврача Марина Евгеньевна.
- Значит тело спёр кто-то из вас, - заявил Володя. – Больше некому.
- Что значит спёр? – глаза Сан Саныча мгновенно расширились, на лбу быстро-быстро забилась жилка. – Молодой человек, вы соображаете, что говорите?!
- Вполне. – Кивнул Володя с тревогой взглянув на Катю. Она стояла рядом с ним и старалась не смотреть по сторонам. Несмотря на холод, царящий в морге, на её лбу блестели капельки пота.
- Ну и зачем нам это нужно? – сложил руки на груди Сан Саныч.
- А кто вас знает? – ухмыльнулся парень. – Может вы её на органы продать решили? А что? Девочка вполне здоровая, есть не считать проблем с ногами. Наверняка у неё внутри здоровы и сердце, и почки, и все другие органы.
- Вы понимаете, какое обвинение вы нам предъявляете? – вскинулась Марина Евгеньевна. – Да мы на вас в суд подадим, за клевету!
- Кстати, на счёт суда! – оживился Володя. – Кать, ты не думаешь, что пора вызывать полицию?
- Не надо полицию! – перебил его Сан Саныч. – Давайте мы разберёмся с этим делом сами? Дайте нам два дня, я обещаю, поговорю с каждым своим сотрудником, мы обязательно найдём тело Дианы. Вы же понимаете, эта история ляжет тяжёлым грузом на нашу репутацию!
- Кать, что ты на это скажешь? – обернулся к ней Володя и все три пары глаз уставились на девушку.
- Я? – сглотнула она. – Да, хорошо, ищите. У вас два дня, а потом мы будем вынуждены сообщить в полицию. Вов, пойдём отсюда? – попросила она, умоляюще глядя на парня.
- Идём, - без слов понял он её и, взяв под руку, повёл к выходу из морга.
Только оказавшись на улице Катя начала медленно приходить в себя. Дойдя до ближайшей скамейки, она уселась на неё и, засунув руки в карманы, замерла, глядя прямо перед собой.
- С тобой всё нормально? – в который раз спросил Володя.
- Нормально. – Кивнула девушка. – Если не считать того, что моя жизнь превратилась в кошмар. Болезни, смерти, похороны, морги, пропавшие трупы. Это же триллер какой-то! Может я просто вижу кошмарный сон? – с надеждой взглянула на Володю она. – Сейчас я проснусь в то утро, когда всё началось и пойму, что всё это мне только приснилось, - как заклинание забормотала она, с силой сжимая кулаки и зажмуривая глаза.
- А я? – неожиданно спросил парень.
- Что ты? – открыла глаза Катя.
- Я тебе тоже приснился? – с грусть смотрел на неё Володя.
Катя в ответ лишь вздохнула и поднялась. Меньше всего ей сейчас хотелось разговаривать на эту тему. Парень ей безусловно нравился, но сейчас она была не в том состоянии, чтобы заводить романы.
- Володь, мне домой надо, - виновато посмотрела на него Катя. – Спасибо тебе огромное, я бы без тебя с ума сошла. Но мне правда пора. Да и тебе нужно к родным, в такой-то день…
- Конечно, - вздохнул парень. Он без слов всё понял и не стал развивать тему. – Тебя проводить?
- Нет, я сама. Пока, - Катя встала на цыпочки и, дотянувшись до щеки парня, поцеловала его. И, устыдившись своего порыва, покраснела и, развернувшись, почти побежала по тротуару, в сторону метро. Володя остался стоять на месте, ошеломлённо глядя ей вслед.
Подойдя к метро, Катя с тоской посмотрела на толпу людей и вдруг поняла, что не хочет спускаться под землю, не хочет видеть вечно спешащий куда-то народ, слышать грохот поездов, вообще не хочет ничего и никого видеть. Подняв воротник повыше, она спрятала лицо в шарфе и, опустив голову, побрела по тротуару. Её одолевали тяжёлые мысли. Очень хотелось хоть ненадолго отвлечься от них, но не получалось, перед глазами стояла то Дианка, но заплаканная Лиана, но мрачные стены морга. Вот куда, куда могло деться тело девочки? И почему она согласилась на их просьбы, почему они не вызвали полицию?
- Золотая моя, дай погадаю тебе! – раздался прямо над ухом чей-то громкий голос. От неожиданности Катя шарахнулась в сторону и тут же услышала громкий гудок клаклона. Машина вильнула в сторону и едва не врезалась в едущую по встречной полосе иномарку. Оба водителя с ненавистью посмотрели в её сторону, один даже покрутил пальцем у виска. Обернувшись, девушка увидела замершую рядом с ней цыганку, в длинном красном платье, расшитом бисером. Длинные кудрявые чёрные волосы в беспорядке разбросаны по плечам, над губой большая чёрная родинка.
- Не трогайте меня! – попятилась Катя, прижимая сумочку к груди. – Нет у меня денег, не нужны мне ваши гадания!
- Так я разве денег попросила, бриллиантовая моя? – покачала головой цыганка. – Вижу, вижу, как тяжело на душе у тебя! Вижу какие тучи сгруздились над твоей головой! Давай погадаю!
- Отойдите от меня! – взвизгнула Катя, в панике оглядываясь по сторонам. Мимо текла равнодушная толпа людей, никто из них даже не подумал помочь перепуганной девушке.
- Ну зачем ты так орёшь! – закрыла уши руками цыганка. – Не причиню я тебе вреда, яхонтовая моя! Всего лишь погадать хочу, от чистого сердца! Давай ручку, расскажу что было, что будет, чем сердце успокоится!
Слова «чем сердце успокоится» вдруг подействовали на девушку магически. Кате вдруг очень захотелось узнать, чем же, а главное когда оно успокоится и, забыв об осторожности, она протянула цыганке руку.
- Ай, умница! – обрадовалась цыганка и, схватив её ладонь холодной как лёд рукой, впилась в неё глазами. – Ой, девонька, как плохо-то тут всё!
- Что плохо? – пискнула Катя, уже жалея, что поддалась на её уговоры и решилась погадать. – Я умру, что ли?
- Нет, не умрёшь, - покачала головой цыганка, продолжая разглядывать линии на её ладони. – Но много испытаний тебя ждёт, пока счастье ты обретёшь. Счастье будет большое, но тебе придётся его выстрадать. Ты всё потеряешь, но потом и всё обретёшь.
- Замолчите! – выдернула руку Катя из её цепкий пальцев. – Не хочу больше ничего знать!
- Зря, детка, я ведь помочь тебе могу, - грустно посмотрела на неё цыганка. – Да не цепляйся ты за свою сумку, не нужны мне деньги твои! Вижу тучи над головой, помочь тебе хочу!
- Не надо мне ничего! – замотала головой Катя и, повернувшись, бросилась бежать прочь.
- Запомни, меня всегда можно найти здесь! – крикнула ей вслед цыганка и растворилась в толпе.
Катя бежала вперёд, не разбирая дороги, всё так же прижимая сумку к груди. В голове настойчиво вертелись слова цыганки «ты всё потеряешь». Что она может потерять? Родных, друзей, которых у неё и так мало? Что? Зачем она остановилась, зачем разрешила погадать себе! Лучше бы не знать ей ничего!
- Стоп! – приказала она себе, останавливаясь посреди дороги. – Ни в какие гадания я не верю. Ничего из её слов не сбудется. Всё у меня будет хорошо.
Прохожие косились на говорящую сама с собой девушку, но ничего не говорили, лишь старались обойти её стороной. Подумав, как она выглядит в их глазах, Катя расхохоталась. Смех был какой-то дикий, истерический, из глаз лились слёзы, а она всё смеялась и смеялась, не в силах остановиться.
- Катя, ты что здесь делаешь? – рядом с ней вдруг появилась Лида.
- Ты?! – изумилась Катя, тут же перестав смеяться. – Ты откуда взялась?
- Я в магазин, за красками ездила, - указала на магазинчик Лида. – А ты чего тут хохочешь на всю улицу стоишь? Одна главное! Господи, ты же со стороны на сумасшедшую похожа!
- Есть немного, - кивнула Катя. – Ой, Лида, мне и вправду кажется, что я с ума сошла.
- Кать, что с тобой случилось? – погладила её по плечу Лида. – Ты уж прости меня, что я грубила тебе в последнее время. Я сама себя не узнаю, характер так испортился. Расскажи мне, что с тобой? Ты вон как похудела за эти дни.
Катя в ответ лишь махнула рукой.
- А смысл, Лид? Ты всё равно мне не поможешь, так зачем тебя грузить?
- И всё-таки? – настаивала Лида. – Может я тебе хоть совет, какой дам! Нельзя всё в себе держать!
- Если хочешь помочь, проводи меня лучше домой, - попросила Катя. – Я так устала, безумно хочу лечь и просто уснуть.
- Уснёшь у нас! – хмыкнула Лида. – Хотя после того, как твои дружки твоего папашу напугали, он тихий-тихий стал, сегодня пришёл, в комнату скользнул и сидит там.
Катя промолчала, ей не хотелось ни с кем разговаривать. Такое состояние было у неё впервые, какая-то свинцовая усталость легла на плечи и не отпускала. Лида поняла это, взглянув на её лицо.
- Ладно, идём домой, - пробормотала она и, взяв соседку под руку, повела к остановке.
Через полчаса они так же вдвоём вошли в квартиру.
- О, девочки пришли! – обрадовалась им баба Валя, привычно выглядывая в коридор. – Идёмте кушать, я такого борща наваривал, ммм…
- Не откажусь! – улыбнулась ей Лида, вешая куртку в шкаф. – На улице жуткий холод, сейчас горящий борщ самое то!
- Давайте-давайте, мойте руки и за стол! – расцвела баба Валя.
Катя никак не отреагировала на их разговор. Присела, сняла ботинки и прямо в пальто прошла в свою комнату и рухнула на раскладушку.
- Катенька, а ты что же, кушать не будешь? – расстроенно крикнула ей вслед баба Валя.
- Не трогайте её, - тихо попросила Лида. – Неладное что-то с нашей Катей творится. Представляете, иду я сегодня из магазина, а она стоит среди улицы и смеётся.
- Ну и что? – не поняла баба Валя. – Что же плохого-то?
- Так одна ведь! Стоит и хохочет, громко так, истерично! Мне даже страшно стало. А потом замкнулась в себе и ничего не говорит.
- Что же у неё случилось? – всплеснула руками старушка. – Может на работе что, или в университете?
- Может, - пожала плечами Лида. – Но её лучше сейчас не трогать, пусть в себя придёт.
- Хорошо, - кивнула баба Валя. – Давай Лидка, иди на кухню, есть будем.

Катя слышала их тихие голоса за дверью, но не разбирала слов.
- «Обо мне говорят», - вяло подумала она, пряча голову под подушку. Пальто сковывало движения, но сил, чтобы встать и снять его не было. Спать не хотелось, сердце тревожно колотилось в груди, мысли перескакивали с одной на другую, но силы словно разом покинули её. Не хотелось ни разговаривать, ни шевелиться.
- Катюха, а чегой-то ты в пальто? – заглянул к ней за шкаф отец. – Постель угваздаешь! Катюх, ты слышишь?
- Отстань, - пробормотала Катя. – Не трогай меня.
- Не любишь ты папку, - тут же забубнил отец, опять возвращаясь на свой диван.
За окном окончательно стемнело. Баба Валя, обеспокоенная состояние Кати, робко постучала к ним в комнату.
- Чего тебе? – выглянул за дверь отец.
- Аркадий, как Катька-то? – спросила старушка, вытягивая шею, стараясь разглядеть Катину раскладушка.
- А что Катька? – не понял отец.
- Ай, ну тебя! – оттолкнула его баба Валя и, пройдя в комнату, подошла к лежащей ничком Кате. – Деточка, - ласково позвала она, касаясь её плеча. – Катюша, вставай.
- Не трогайте меня, а? – подняла на неё лицо Катя. – Что вам всем от меня надо?
- Катюша, ну я же волнуюсь за тебя! – обиженно вытянулось лицо у бабы Вали.
- Не надо за меня волноваться, - отрезала Катя, опять закрывая глаза. – Всё со мной нормально.
- Ну как же нормально, как же нормально! – закудахтала старушка. – Ты вон в пальто лежишь, вставать не хочешь! Что случилось-то? Расскажи, тебе легче станет!
- Оставьте меня в покое, - отрезала Катя. – Чего вам далось моё пальто? Хочу и лежу в нём! Всё со мной хорошо! Завтра утром увидите прежнюю Катю, а сегодня, пожалуйста, не трогайте меня!
Тяжело вздохнув, баба Валя вышла из комнаты. Катя слышала, как она гремела чем-то на кухне, слышала, как пришла мачеха, как они с отцом что-то тихо бубнели за шкафом. А потом провалилась в сон.
В сумке, брошенной Катей в прихожей, громко и настойчиво звонил мобильник. Лида, не выдержав, вышла и заглянула к соседям.
- Тебе чего? – тут же подскочила к ней Лиза. – Опять к моему мужику лезешь? Мало получила?
- Нужен мне твой мужик! – отмахнулась от неё Лида. – Катя мне нужна, у неё телефон звонит.
- Ну и пускай звонит, твоё какое дело? – подбоченилась Лиза. – Катька спит. – С этими словами она захлопнула дверь прямо перед носом у соседки.
Покачав головой, Лида ещё минуту послушала, как заливается телефон и, решительно подошла к сумке и, вытащив маленький аппаратик, приложила его к уху.
- Кать, ты чего не отвечаешь? – услышала она мужской голос. – Я уже волноваться начал.
- Это не Катя, это её соседка, - представилась Лида. – Катя спит.
- Спит? – удивился парень. – Так рано?
Лида перевела взгляд на часы, и увидела, что стрелки часов сошлись на девяти.
- Да неладное с ней что-то, - вздохнула Лида. – А вы вообще кто?
- Я? – казалось, парень растерялся. – Я… Я её парень. Володя меня зовут.
- Парень? – изумилась Лида. – Не знала, что у Катюши парень есть…
- Что с ней? – перебил её Володя. – Что с Катей?
Лида коротко обрисовала ему ситуацию.
- Я сейчас приеду, - бросил Володя и отключился. Лида так же нажала кнопку отбоя и спрятала телефон обратно в сумку.

Глава 8
- Где она? – спросила запыхавшийся Володя, едва переступив порог квартиры.
- У себя, - кивнула Лида на дверь комнаты. – Отец её и мачеха и внимания не обращают, но это не удивительно, баб Валя вон плачет, сидит, да и мне неспокойно. Катя наша всегда такая жизнерадостная, стойкая и вдруг такое.
- Разберёмся, - пообещал парень и, сняв куртку, прошёл в комнату.
- Ты? – попятился Аркадий Семёнович, узрев одного из «бандитов», выгонявших их тёплую компанию на улицу. – Чего надо-то? У нас тихо!
- Расслабьтесь, - хмыкнул Володя, - сегодня я не по вашу душу. Катя где?
- Да вон, за шкафом, спит Катюха, - буркнула Лиза, на всякий случай отходя подальше от парня.
Володя заглянул за шкаф и присвистнул. Катя по-прежнему лежала поверх одеяла, в пальто, отвернувшись к стене и спрятав голову под подушку.
- Катюш, - присев рядом с раскладушкой, Володя легко коснулся её руки. – Кать…
- Ты? – вздрогнула Катя и села. – Откуда ты взялся?
- Ты меня напугала, - улыбнулся парень и, взяв в руки её ладонь, поцеловал её пальцы. – Твои соседки тревогу подняли. Что за депрессия у нашей жизнерадостной Катюши?
- Никакой депрессии, я просто устала, - пожала плечами Катя, отводя взгляд в сторону. – Вовсе не нужно было им тебя вызывать, как они вообще тебя нашли?
- Я сам нашёлся, - хмыкнул он. – Вставай, поехали.
- Куда? – напряглась девушка.
- Лечить тебя будем.
- Да не надо меня лечить, - заупрямилась Катя. – Со мной всё хорошо. Я сейчас похандрю немножко, а утром буду такой как всегда.
- Это тебе только кажется, - возразил Володя. – А утром тебе совсем вставать не захочется. Нет уж, поднимайся и поехали.
- Ты ведь не отстанешь? – исподлобья взглянула на него Катя.
- Нет, - засмеялся парень. – Давай-давай, быстрее.
Со вздохом Катя встала на ноги, поправила помятое пальто, пригладила волосы и вышла следом за Володей в прихожую.
- Катюша, - несмело улыбнулся баба Валя. – Как ты?
- Нормально всё с ней, - за Катю ответил Володя. – Вы не волнуйтесь, доставлю обратно в целостности и сохранности.
- Куда ты меня ведёшь? – простонала Катя, когда он буквально силой вытащил её на улицу.
- Увидишь, - загадочно заявил Володя и кивнул на большой красивый мотоцикл. – Садись.
- Это твой? – в глазах девушки мелькнул интерес.
- Да, - коротко ответил Володя и протянул ей шлем.
Водрузив его на голову, Катя уселась верхом на железного коня и, тесно прижавшись к парню, зажмурила глаза. Володя нажал на газ и мотоцикл, взревев, понёсся вперёд. Только через несколько минут Катя решилась открыть глаза и теперь с восторгом смотрела как мимо неё проносится город. Володя уверенно вёл мотоцикл к выезду из города. Лёгкая тень беспокойства мелькнула у девушки, но она тут же отмахнулась от неё. Если уж и есть человек в её жизни, которому она может доверять, то это Володька…
Наконец мотоцикл затормозил, Катя стащила шлем с головы и огляделась вокруг. Они находились на берегу реки, вокруг их стеной возвышался лес, а высоко в небе ярко-ярко сияли звёзды. Красота вокруг была неописуемая, у Кати даже дух захватило, и она помимо воли заулыбалась.
- Ну вот, наконец-то я вижу на твоём лице улыбку, - тут же отреагировал на это Вовка. – Тебе так больше идёт, так что не смей больше хмуриться.
- У меня жизнь тяжёлая, не хмуриться не получается, - вздохнула Катя.
- Когда мы расставались, ты выглядела вполне адекватно, я даже подумать не мог, что тебе так плохо! Ты так переживаешь из-за этой девочки?
- Это не просто девочка, - Катя подняла голову вверх и посмотрела на звёзды, вскоре они стали расплываться у неё перед глазами от подступивших слёз. – Я люблю всех детей из детского дома, но Диана… Она мне была как… Если сказать, как дочь, то это будет неправдой, я ведь не знаю, как любят своих детей. Скорее как сестра. Я очень сильно её любила, люблю! И она меня тоже, я это точно знаю. Она однажды сказала, что хочет, чтобы я была её мамой. Представляешь?
Володя стоял рядом с ней и вертел в руках жухлую травинку. В ответ на её вопрос, они лишь кивнул.
- Я… Меня никто никогда так не любил. Только бабушка, но она умерла когда я была совсем маленькой, я её не очень хорошо помню. Только что-то светлое и радостное, связанное с ней. А папа… Может он и любит меня, только любовь к бутылке у него явно сильнее. Про мачеху и говорить нечего. Соседки хорошо ко мне относятся, но это не любовь. И друзей у меня близких никогда не было. Много с кем хорошие отношения, но вот так чтобы я была кому-то действительно дорога, такого не было. И тут Диночка… Она любила меня той искренней любовью, которой могут любить только дети. И я любила её как никогда и никого в своей жизни. Только рядом с ней я чувствовала себя счастливой. И вот теперь её нет. Я держалась, до меня как-то не доходило, что она действительно умерла, а сегодня, побывав в морге, я это поняла совершенно точно. Всё, Дианы нет, и больше никогда не будет.
- Господи, Катька, почему ты раньше мне этого не рассказывала? – Володя выглядел ошеломлённым. – Если бы я знал, что всё так, я бы ни за что не оставил тебя одну!
- Тебе есть кого успокаивать, - усмехнулась Катя, вытирая слёзы.
- Лиана? У неё есть муж. Знаешь, это, наверное, звучит кощунственно, но смерть Женьки положительно повлияла на моего братца. Он стал внимательнее относиться к Лиане.
- Надеюсь, у них всё наладится. И дети ещё будут.
- И всё-таки Кать, ты такая спокойная была сегодня, возле морга, - не успокаивался Володя. – Я даже подумать не мог!
- Вов, я умею прятать эмоции, - усмехнулась Катя. – Я домой пошла, а ещё эта цыганка и это уже было последней каплей.
- Какая цыганка? – вздрогнул парень.
Пришлось Кате рассказывать, как поддалась на уговоры цыганки и разрешила себе погадать.
- Ну ты даёшь! – возмутился Володя. – Ну ты даёшь! Как ты могла вообще с ней разговаривать! Это же цыгане, они ерунды наговорят и деньги выманят, и всё, ищи-свищи ветра в поле!
- Знаешь, а ведь денег-то она у меня и не взяла, - покачала головой Катя. – Что если она сказала правду? Она сказала, что я буду счастлива, но перед этим всё потеряю. Но я не хочу такого счастья, через потери!
- Кать, ну ты же взрослый человек! Как можно верить гадалкам? Да она наговорила тебе всякой ахинеи, а ты в голову взяла! Не будет никаких потерь, всё будет у тебя хорошо! Ты мне веришь?
- Верю, - вздохнула Катя. – Верю. Но мне очень страшно. Куда делось тело Диночки? Почему мы не вызвали полицию, зачем согласились на их условия?! Я как в тумане была.
- Пара дней ничего не решают, - возразил Володя. – Может, они и сами разберутся. А если нет, мы сразу же позвоним в полицию, обещаю.
 - Я не буду ждать, пока они разберутся, - мотнула головой девушка. – Я поеду туда завтра сама и поговорю с санитарами. Вдруг что-нибудь узнаю.
- Думаешь, тебе скажут больше, чем главврачу?
- Я умею уговаривать, - усмехнулась Катя. – Ты со мной?
- Прости, но завтра у меня кое-какие дела по работе, я не могу, - виновато посмотрел на неё парень. – И ты не иди. Мало ли что, это может быть опасно.
- Нет! – отрезала Катя. – Я не успокоюсь, пока не найду Диану. Её бедной душе наверняка покоя нет, пока её тело не похоронено. И я не имею возможности хотя бы на могилку к ней прийти. Нет, Вов, надо что-то делать. Я не хочу ждать два дня.
- Горе ты луковое, - покачал головой Володя и притянул её к себе. Катя прижалась щекой к его груди и затихла. Неожиданно стало спокойно и уютно. Она слушала как быстро бьётся его сердце и думала, как так бывает, чтобы за несколько дней человек вдруг стал для тебя родным? Она ведь не верила раньше в такое и вот, у неё в жизни получилось так.
- Как хорошо, что ты есть… - прошептала она еле слышно. Володя едва заметно усмехнулся и, подняв её голову за подбородок, поцеловал.

К дому Кати они подъехали в половине второго ночи. Девушке больше не хотелось лежать и плакать, её переполняла энергия, хотелось куда-то идти и что-то делать.
- Спасибо тебе за всё, - горячо поблагодарила она парня. – Ты точно мой ангел-хранитель.
- Не преувеличивай, - отозвался Вова. – Я просто тебя люблю.
От его слов Катя покраснела и почувствовала любовь к жизни, жизни, которую она несколько часов назад считала жалкой и никчёмной.
- И я тебя… - пробормотала она и поспешила в подъезд.
- Кать! – позвал её Володя.
- Что?
- Пожалуйста, пообещай мне, что не будешь ничего предпринимать, не посоветовавшись со мной. Я боюсь за тебя.
- Есть! – шутливо козырнула Катя и засмеявшись, скрылась из виду.

Утро началось с тёплого солнечного лучика, коснувшегося лица Кати. Не открывая глаз, она улыбнулась и, полежав ещё некоторое время, рывком села и сбросила с себя одеяло. Телефон, лежащий рядом, тоненько пискнул, оповещая о пришедшей смс-ке.
«Доброе утро, солнышко! Как спалось?».
Тихонько рассеявшись, Катя быстренько набрала ответ:
«Как ты угадал, что я проснулась? Спалось отлично, снился ты. Уже соскучилась».
Надев халат, девушка быстро прошмыгнула в ванную и, заплетя косу и чуть-чуть подкрасившись, облачилась в тёмно-синее платье. Сегодня ей предстояло важное дело. Взяв телефон, она позвонила Татьяне Михайловне, предупредила, что её сегодня не будет и, схватив сумку, никем не замеченной выскользнула из квартиры.
Через сорок минут она была у больницы. Спокойно спустилась на нужный этаж, прошла по тёмному коридору и открыла тяжёлую железную дверь. Уже без внутренней дрожи увидела покойника, накрытого покрывалом и Марину Евгеньевну, копающуюся в каких-то бумагах на столе.
- Вы? – вздрогнула женщина, увидев Катю в дверях. – Что вы хотите? Вы же дали нам два дня!
- Успокойтесь! – железным тоном велела ей Катя. – Два дня у вас по-прежнему есть, я не собираюсь пока обращаться в полицию. Но это только пока.
- Тогда что вам нужно? – затравленно оглянулась Марина Евгеньевна и, попятившись от Кати, упёрлась в стену.
- А чего вы так боитесь? – прищурилась девушка. – На вас лица нет.
- Ничего я не боюсь, - слишком быстро ответила женщина, и Катя поняла – она врёт.
- Боитесь-боитесь, я же вижу, - наступала на неё Катя. – Куда делось тело Дианы? Почему вы тянете время? Что вы намерены сделать с ним, за эти два дня?
- Да вы сумасшедшая! – крикнула Марина Евгеньевна. – Я понятия не имею, где тело девочки! А время мы тянем, потому что не хотим огласки, мы найдём девочку, обещаю!
- Возможно не знаете, - согласилась Катя. – Но вы что-то скрываете. Что, Марина Евгеньевна? Вы что-то видели или слышали?
- Если я скажу, что я видела, вы сочтёте меня сумасшедшей, - отвела глаза патологоанатом.
- Не сочту, - пообещала Катя. – Говорите. В нашем деле может быть важна любая деталь.
- Вы слишком много читаете детективов, - криво усмехнулась женщина. – Говорите как сыщицы из дамских детективов.
- Не заговаривайте мне зубы! – рявкнула Катя, упираясь рукой в стену, позади перепуганной женщины.
- В тот вечер я приехала домой и поняла, что забыла здесь свой мобильный, - зажмурившись, быстро заговорила Марина Евгеньевна. – Мне должна была звонить дочь, поэтому я решила вернуться за телефоном. А когда я приехала, увидела, как из задней двери больницы, выходит девочка. Очень похожая на Диану. Поймите, я могла и ошибиться, ведь я не видела её живой, а тем более, вы сказали, что она инвалид и не может сама ходить, а эта шла… Я ещё подумала, откуда мог взяться здесь ребёнок. Хотела её окликнуть, но девочка быстро скрылась за углом, а я решила, что что-то не так поняла и не стала её догонять. А когда вошла в морг, увидела, что двери открыты, а тела девочки нет…
- То есть, вы знали это уже вечером? – не поверила своим ушам Катя. – А сообщили главврачу только утром?
- Поймите меня правильно, я так испугалась! Мне показалось, что я сошла с ума! Ну не могла же девочка ожить и уйти! Поэтому я схватила телефон, заперла все двери и уехала домой. А там выпила и легла спать. Утром пришла и удостоверилась, что это всё не сон и не видения, тело действительно исчезло.
- Знаете, Марина Евгеньевна, вы или ненормальная, или всё-таки что-то темните, - пробормотала Катя, с сомнением глядя на женщину. – И, по-моему, второе более вероятно.
- Поверьте, я ничего не скрываю! – приложила руку к груди женщина. – Может мой поступок и выглядит ненормальным, но вы представьте моё состояние! Вот только что девочка лежала мёртвой, а вот она выходит из морга! Это же чушь!
- Действительно, чушь, - пробормотала Катя. – Ладно, допустим, я вам верю. Кто ещё был с вами здесь в тот вечер?
- Санитар. Евсюгнеев Сергей Анатольевич.
- Где его можно найти?
- Я сейчас ему позвоню, - засуетилась Марина Евгеньевна и полезла за мобильником.
 Евстюгнеев оказался тощим мужичком, с лысой головой и бегающими серыми глазками. Он то и дело шмыгал носом и поправлял почему-то всё время спадающие брюки.
- Да не знаю я ничего, - пробормотал он, в ответ на Катин вопрос. – Я рано ушёл, ничего я не знаю. – Глаза его беспокойно забегали, руки затеребили пуговицу на рубашке.
- Рано это во сколько?
- Часов в шесть…
- В шесть? – прищурилась Катя. – Так у вас же рабочий день до семи! Что же вы на час раньше ушли?
- Ну значит в семь, - уши санитара покраснели.
- Так в шесть или в семь? – наседала на него Катя. – Как это вы не помните? Такой памятный день, вас же наверняка уже о нём главврач расспрашивал! Или нет?
- Спрашивал. Но я не помню! Рано, но не помню во сколько, у меня память плохая!
- Ну так если память плохая, так может и в восемь ушли? Или в девять?
- Что вы меня путаете? – возмутился санитар. – Между прочим, на языке протокола это называется давление на свидетеля!
- Какие познания! – восхитилась Катя. – Ну и за что сидели?
- А это уже не твоё дело! – ощетинился Евстюгнеев. – Сказал же, ничего не видел! Чего привязалась, шмакодявка? Ты кем себя возомнила, Шерлоком Холмсом или Доктором Ватсоном?
- Миссис Марпл! – рявкнула девушка. – И нечего мне «тыкать», мы с вами на брудершафт не пили! Не хотите со мной разговаривать, будете разговаривать с полицией на вашем любимом языке протокола!
- А ты меня не пугай, ясно? – в глазах Сергея Анатольевича светилась откровенная ненависть. – Я пуганый! Пошла вон отсюда, больше я тебе ни слова не скажу!
- Это мы ещё посмотрим! – фыркнула Катя и выскочила из морга. Щёки её горели от негодования. Не хватало ещё, чтобы какой-то бывший зек оскорблял её!
- Ну ничего, мы ещё посмотрим, кто кого! – прошипела она. – Ты явно что-то знаешь, но не хочешь говорить! Но я всё равно выведу тебя на чистую воду!
Катя купила в кулинарии напротив булочку и упаковку сока и уселась на скамейке в парке напротив морга. Отсюда хорошо просматривались оба входа, поэтому пропустить вредного санитара она не могла.
Долго ждать не пришлось. Примерно через час из дверей чёрного входа выскочил Евстюгнеев и, воровато оглядываясь по сторонам, двинулся в сторону метро. Залпом допив свой сок, Катя выбросила пустую упаковку в урну и последовала за санитаром, стараясь держаться на расстоянии. Следить за мужчиной было трудно, он всё время оглядывался, словно ожидал за собой «хвост». Кате всё время приходилось прятаться за столбами и спинами прохожих.
- Ещё немного и у меня точно документы проверят, - пробормотала девушка, представив, как выглядит со стороны.
Сергей Анатольевич в очередной раз обернулся, Катя шарахнулась в сторону и врезалась в мужика с огромным пивным животом. Он нелепо взмахнул руками и едва не упал, но всё же сумел удержаться на ногах и заорал:
- Куда ты несёшься, курица безмозглая?
- Извините, - пропищала Катя, стараясь одновременно не потерять Евстюгнеева из вида и не попасться ему на глаза, прячась за красным от злости мужиком.
- Что извините? Ты что, ходить не умеешь? – орал он.
Евстюгнеев опять обернулся и его настороженные глаза встретились с встревоженным Катиным взглядом. Санитар вздрогнул и остановился на полпути. Девушка поняла, что смысла прятаться уже нет и крикнула, прямо в лицо мужчине:
- Что вы прицепились ко мне? Сказала же, извините, я нечаянно!
- За нечаянно бьют отчаянно! – сплюнув на землю, мужчина и, послав Катю по известному адресу, пошёл дальше.
Сергей Анатольевич набрал чей-то номер на мобильном и, приложив его к уху, сказал несколько слов. Катя, закусив губу, наблюдала за ним, она бы многое отдала, чтобы услышать сейчас, о чём он говорит.
Евстюгнеев тем временем выслушал собеседника, кивнул головой, видимо с чем-то соглашаясь и спрятав телефон в карман, развернулся и пошёл обратно к моргу.
- Чёрт! – в сердцах бросила Катя. – Я спугнула его.
Она так и стояла посреди тротуара, смотря вслед уходящему санитару, и не могла решить, то ли идти за ним, то ли «залечь на дно», как говорится в её любимых детективах. В конце концов выбрав первое, Катя всё же решила немного изменить внешность, ради чего решила заехать в детский дом.
- Привет! – поздоровалась она с Ниной, влетев в холл. – Нинка, у меня к тебе просьба!
- Что такое? – поинтересовалась Нина, смотря на Катю каким-то чужим, колючим взглядом.
- А что с тобой? – осеклась Катя, заметив это. – Нин, я тебя чем-то обидела?
- Всё в порядке, что ты выдумываешь? – как-то слишком равнодушно отозвалась Нина и принялась с двойным усердием тереть и так чистый пол. – Что ты хотела?
- Нин, дай поносить свою куртку, - решив разобраться со странным поведением коллеги позднее, попросила Катя. – Ну очень надо! Завтра верну, обещаю!
- А что, кавалер твой тебя курткой новой обеспечить не может? – хмыкнула Нина.
- Какой кавалер? – вздрогнула Катя. – Володька?
- Ну я уж не знаю, как его зовут, - раздражённо повела плечами Нина. – Тот, который забирал тебя, на машине шикарной.
- Геннадий Аркадьевич? – разинула рот Катя. – Да какой же он мне кавалер, он мой преподаватель!
- А что, теперь преподавателям положено студенток по домам развозить? Не знала! – ехидно заметила Нина, а Катя вдруг поняла, почему женщина так странно на неё смотрела. Да она ей просто завидует!
- Нин, прекрати, пожалуйста. – Тихо попросила она. – Это длинная история, но поверь, мне его внимание совсем не нужно.
- Да мне-то какое дело! – фыркнула Нина, снимая тряпку со швабры и окуная её в ведро. – Что ты передо мной оправдываешься, я ему чай не жена!
- Так, ты дашь куртку или нет?
- Бери, - кивнула на шкафчик Нина и, забрав ведро, скрылась в коридоре.
Быстренько переодевшись, Катя посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна. Если ещё заколоть волосы в пучок и на голову надеть капюшон, Евстюгнееву, видевшему её единственный раз в жизни, будет весьма сложно её узнать.
Закончив маскировку, Катя оставила Нине своё пальто и помчалась обратно к моргу, надеясь, что испуганный её вниманием санитар за это время не сбежал куда-нибудь.
Примостившись на той же скамейке, она опять стала наблюдать за моргом. К вечеру она окончательно замёрзла, глаза стало пощипывать от напряжения, да вдобавок ко всему разболелась голова. Но она не собиралась сдаваться, она обязательно опять проследит за санитаром, узнает где он живёт и завтра с утра встретит его прямо у дома. То что Сергей Анатольевич знает, где тело Дианки, Катя теперь была абсолютно уверена.
Евстюгнеев появился на улице в восьмом часу, вышел из парадного входа и, не оглядываясь по сторонам, побрёл по улице. Катя спокойно шла следом, спустилась вслед за ним в метро, проехала несколько станций и, выйдя на улицу, увидела, как санитар вошёл в одну из многоэтажек. Постояв задрав голову вверх ещё несколько минут, она увидела, как в одном из окошек второго этажа вспыхнул свет, и с чувством выполненного долга отправилась домой.

Глава 9
Звонок мобильного раздался, когда Катя выходила из автобуса на своей остановке.
- Привет милая! – раздался голос Володи. – Как ты?
- Привет, - заулыбалась Катя. – Всё нормально, в депрессию больше впадать не собираюсь.
- Рад это слышать! Чем занимаешься?
- Домой иду, устала и замёрзла.
- У вас в детском доме так холодно?
- Нет, я проводила наружное наблюдение, - похвасталась Катя и вкратце поведала парню о событиях сегодняшнего дня.
- Господи, Катька, ты сумасшедшая! – выдохнул Володя. – Ну зачем? Как ты не понимаешь, что это может быть опасно? Как можно ни с кем не посоветовавшись следить за каким-то уголовником? А если бы он тебя заметил и завёл куда-нибудь в укромное место и пристукнул там? Ты об этом подумала?
- Ну не такая уж я и дура, - обиженно протянула Катя, подумав, что такой мысли у неё во время слежки даже не возникло.
- Нет, ты не дура, - согласился с ней Володя. – Ты просто авантюристка, ищешь себе приключения на одно место! Катя, подожди ещё один день и предоставь это дело полиции. Каждый должен заниматься своим делом! Твоё – воспитывать детдомовцев, а не гоняться за сомнительными личностями!
- Я так не могу! – психанула Катя. – Этот Евстюгнеев что-то скрывает, а я должна сидеть сложа руки?
- Хорошо, но ты могла хотя бы позвонить мне? Я бы приехал и мы бы последили за ним вместе!
- Во-первых, ты сказал, что у тебя дела, а во-вторых, ты бы всё равно не одобрил это дело!
- Вот именно, не одобрил бы! Ты это знала, поэтому и не позвонила!
- Всё, Володь, я пришла домой, я тебе позже позвоню, - заявила Катя и отключившись, спрятала телефон в карман. Слушать и дальше его упрёки не было никаких сил.
Свернув в подворотню, ведущую к её дому, Катя вдруг увидела отделившуюся от стены фигуру в чёрной куртке. Сердце испуганно дрогнуло и упало куда-то в желудок, во рту всё пересохло, а руки заледенели.
- «Мало ли кто здесь бродит?» - пыталась успокоить она себя, ускоряя шаг, стараясь проскочить мимо фигуры в чёрном. – «Это меня Володька накрутил, вот я и вижу бандитов во всех людях».
- А ну-ка стой, - фигура в чёрном преградила её дорогу, дав понять, что это всё не выдумка, а самая что ни на есть реальность.
- Что вам нужно? – пролепетала Катя, тщетно пытаясь увидеть лицо мужчины, но из-за темноты, царившей в подворотне и огромного капюшона, сделать её это не удалось.
- Поговорить нужно, - раздалось сзади. Катя резко обернулась и увидела за спиной ещё двух парней, близнецов первого, в смысле в таких чёрных куртках и надвинутых на голову капюшонах.
- Не трогайте меня, пожалуйста, - попятилась Катя, замирая от охватившего её ужаса. – Что вам нужно? Деньги, телефон? Я всё отдам, только отпустите меня.
- Рот закрой, курица, - велел её один из парней. – Здесь разговариваем мы, а ты тихо слушаешь и вникаешь. Усекла?
Катя судорожно закивала.
- Ты сейчас валишь домой и не высовываешься оттуда. Если ещё раз покажешься у морга, пеняй на себя. И в ментовку ты не пойдёшь. Через три дня тело девчонки вернут, ты похоронишь её и будешь плакать на её могилке. Всё ясно?
- Где она? – прошептала Катя, чувствуя, что вся кровь прилила к голове. – Зачем вам тело Дианы? Что вы с ним сделали?
- Чучело сделаю и в гостиной поставлю! – рявкнул бандит. – Тебе сказано молчать и слушать, чего ты вякаешь? Ты всё поняла, я тебя спрашиваю?
- Нет, - мотнула головой Катя, поражаясь своей смелости. – Я не собираюсь вас слушаться, я вас не боюсь! И если к утру вы тело не вернёте, я…
Договорить она не успела, задохнувшись от устрой боли. Катя даже не сразу поняла что случилось, лишь приложила руку к губе и почувствовала кровь на пальцах.
- Рот будешь открывать у стоматолога, - прошипел один из бандитов, наклоняясь к самому её лицу. – А поход к нему я тебе обеспечу, если ты посмеешь ещё хоть слово сказать.
- Уроды, - прошипела Катя, наливаясь злобой. – Твари, ублюдки! Верните ребёнка!
- Да девочка по-моему ненормальная, - озадаченно произнес бандит. – Другая бы уже в штаны наделала и домой убежала, а эта стоит, выступает. Пацаны, надо ей объяснить, кто есть кто.
На Катю посыпался град ударов. Закрыв голову руками, она бешено заорала, надеясь, что кто-нибудь её услышит, но рот её быстро закрыла чья-то ладонь.
От боли из глаз сыпались искры и Катя, поняв, что её могут просто убить, сделала вид, что теряет сознание. Обмякнув, она рухнула прямо на мокрый грязный асфальт и затихла. Побои тут же прекратились.
- Эй, она жива? – услышала она испуганный голос. – Пацаны, мы не перестарались? За её смерть хозяин нас по головке не погладит.
К шее Кати прижались холодные пальцы.
- Жива, - буркнул второй голос. – Такие не умирают. Пусть поваляется здесь, будет знать, как выпендриваться. Больно умная, тварь. Пошли отсюда.
Катя услышала звук удаляющихся шагов и, ещё некоторое время лежала, чутко прислушиваясь к звукам. Ей казалось, стоит её только пошевелиться, бандиты вернутся. Но на улице стояла тишина, и Катя попыталась подняться. Ноги плохо слушались её, голова немилосердно кружилась, руки тряслись от пережитого ужаса. Кое-как, цепляясь за стену, ей удалось подняться. Постояв так несколько минут, она аккуратно пошевелила руками, пытаясь понять, не сломали ли эти уроды ей что-нибудь, потом провела рукой по лицу, проверила языком, на месте ли зубы. Осмотр немного успокоил её, особых увечий она не обнаружила.
- Господи, что же мне теперь делать, - простонала она. – Что же делать?
Ответ пришёл моментально. Да идти в полицию, конечно! Это уже не шутки, она не будет ждать сутки, пусть этим делом занимаются профессионалы.
Морщась при каждом шаге, Катя вышла из подворотни и, свернув в другую сторону от своего дома, поковыляла по тротуару. Она знала, что здесь поблизости находится отделение полиции, значит ей нужно туда.
- Где я могу подать заявление? – задыхаясь от боли, спросила Катя у сонного дежурного, листающего книгу в своей будке. Он поднял голову и окинул её равнодушным взглядом.
- Вас избили? – лениво спросил он.
- На меня напали на улице.
- Что украли?
- Ничего, - мотнула головой Катя и едва не упала.
- Вы видели нападавших?
- Нет.
- Ну и смысл тогда подавать заявление? – открыто зевнул дежурный. – Однозначно новый «висяк» будет.
- Что вы себе позволяете? – повысила голос Катя. – Я на вас жалобу напишу! Я пришла подать заявление, так что уж извольте у меня его принять! Я не видела нападавших, но я знаю, кто они такие. Они мне угрожали!
- Жалобу она подаст, - обиженно пробубнел дежурный и подал ей лист бумаги и ручку. – Пишите, образец на столе. Опишете подробно, что с вами случилось. Завтра придёт следователь и со всем разберётся.
Взяв лист, Катя со стоном уселась за стол и принялась писать. Это не заняло у неё много времени, через несколько минут, она подала готовое заявление дежурному.
- Мне прийти завтра?
- Вас вызовут, - отрезал дежурный.
Катя, тяжело вздохнув, вышла из отделения, так и не увидев, как дежурный смял её заявление и бросил в корзину для мусора.
Мобильник зазвонил, когда она подходила к своему подъезду.
- Катюш, прости меня, - виноватым тоном начал Володя. – Я накричал на тебя, но это только потому, что я за тебя волнуюсь.
- Вов, ты можешь сейчас подъехать ко мне? – слабым голосом попросила Катя, плюхаясь на скамейку у подъезда.
- Что-то случилось? – насторожился парень.
- Да, случилось, - простонала Катя. – Приезжай скорее, пожалуйста.
- Через пятнадцать минут буду, - пообещал Володя и отключился.
Катя откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза. Всё тело немилосердно болело, было трудно дышать.
- Наверное, рёбра сломали, подонки, - прошептала она. – Сволочи, ненавижу…
Володя приехал ровно через пятнадцать минут, как и обещал. Ещё издали Катя услышала треск его мотоцикла, и вскоре он уже тормозил у дома.
- Катька, что с тобой? – ахнул Володя, подскочив к ней. – Господи, да на тебе же живого места нет!
- Ты был прав, я ввязалась в опасное дело, - простонала Катя. – На меня напали в подворотне. Угрожали. А я как дура не молчала, а пыталась с ними спорить. Результат на лицо. В смысле на лице.
- Катя, да тебе в больнице нужно! – заявил Володя. – Только не на мотоцикле, я сейчас такси вызову!
- Да не нужно никакой больницы, Вов, - поморщилась Катя. – Всё не так страшно. Мне бы умыться, только я домой боюсь идти в таком виде, бабу Валя точно инфаркт хватит. А так всё нормально, только дышать трудно.
- Дышать трудно? – перепугался Володя. – Тогда тебе точно в больницу, мало ли что они тебе там повредили!
- Да рёбра скорее всего сломали, - отмахнулась Катя. – Поверь, я в этом кое-что понимаю. Я в школе очень медициной увлекалась, о многих травмах знаю. А на рёбра гипс не положить, так и смысл в больницу ехать?
- Бедная моя девочка… - Володя аккуратно коснулся её разбитой губы ладонью. – Вставай, аккуратненько, - придерживая её под руку, помог ей подняться парень. – Сейчас зайдём в ближайшее кафе и умоешься.
- Думаешь меня в таком виде в кафе пустят? – усмехнулась Катя.
- Пустят! – уверенно заявил Володя.
Первым что они увидели, было не кафе, а ночной клуб. Путь им преградил двухметровый охранник.
- Ну и куда вы? У нас приличный клуб, бомжей не пускаем!
- Мы не бомжи! – возмутился Володя. – На девушку напали, ей бы умыться!
- Тем более, здесь не баня, чтобы умываться! – отрезал охранник. – Валите отсюда.
- Слушай, мужик, ну будь человеком, - парень достал из кармана деньги и протянул пару купюр охраннику. – Не бойся, мы ничего не натворим, девушка только в порядок себя приведёт, и мы сразу же уйдём.
Охранник замялся, Володя правильно понял его молчание и добавил ещё одну купюру. Быстро сунув деньги во внутренний карман пиджака, охранник заговорил вполне человеческим голосом:
- Через главный вход не пущу, увидит кто вас таких, мне голову открутят. Пошли, проведу через чёрный.
Обойдя здание, охранник толкнул низенькую дверь и пропустил Катю и Володю вперёд.
- Первая дверь налево, служебный туалет. Только быстро давайте.
- Конечно, мы быстро, - пообещал Володя и повёл Катю вперёд.
Войдя в туалет, Катя взглянула на себя в зеркало и ахнула. Оттуда на неё смотрела незнакомая девушка, с опухшей губой и огромным кровоподтёком под левым глазом. Нинкина куртка была перепачкана, воротник «украшали» засохшие пятна крови, а правый рукав просто грязные пятна, сказалось её валяние на асфальте.
- Чёрт, Нинка меня убьёт, - покачала головой Катя, открывая кран с водой и умываясь. Кожа отозвалась болью на прикосновение к ней горячей воды. Девушка еле слышно застонала и, быстро смыв с лица грязь и кровь, вытерлась бумажным полотенцем.
- Да, скрыть от домашних всё равно ничего не удастся, - констатировала Катя, смотря на своё отражение.
- Хочешь, у нас сегодня переночуй, - неуверенно предложил Вова.
- В компании с Галиной Николаевной? – усмехнулась Катя. – Нет уж, спасибо, хватит с меня на сегодня приключений.
- Кать, пообещай мне, что больше не будешь заниматься самодеятельностью, - серьёзно глядя на неё, попросил Володя.
- Знаешь, эти подонки требовали, чтобы я не заявляла в полицию, - вспомнила вдруг Катя. – Сказали, тело Дианки вернут через три дня.
- Господи, да зачем им тело несчастного ребёнка? – поразился Володя.
- Понятия не имею, - вздохнула Катя. – Но этот санитар из морга стопроцентно замешан в этом деле. Он увидел, что я следила за ним, кому-то позвонил, и вот меня решили попугать. Только не на ту нарвались!
- Ты что задумала? – вздрогнул Володя.
- А я уже была сегодня в полиции, - призналась Катя. – Написала заявление. Наверное, завтра к следователю вызовут.
- Когда ты успела?! – поразился парень.
- Вот как только на ноги сумела встать, так сразу и отправилась в ближайший участок.
- Ну ты даёшь, - восхищённо посмотрел на неё Володя. – Ты удивительная девушка, другая бы на твоём месте в истерику впала, а ты в полицию отправилась.
- Ну я же правильно сделала? – с надеждой взглянула на него Катя. Очень хотелось услышать одобрение своего поступка.
- Конечно, котёнок, всё правильно, - прижал её к себе Володя. – Ты всё сделала правильно. Нельзя такое оставлять безнаказанным.
- Спасибо тебе, - Катя на мгновение закрыла глаза. – Пойдём, а то дяденька охранник сердится будет, - тихонько засмеялась она.

Увидев избитую Катя на пороге, баба Валя схватила за сердце и посерела.
- Деточка, что с тобой?! – вскрикнула она.
- Баб Валь, спокойно, - предупреждающе подняла она руку, ладонью вверх. – Только не кричите.
Володя, вошедший за ней следом, помог ей снять куртку и довёл до ванной. Катя скрылась за дверью и щёлкнула задвижкой, радуясь, что Вовка решил подняться вместе с ней. Вот пусть баба Валя задаёт вопросы ему, у неё нет сил отвечать сейчас на них и слушать её причитания.
- Что это с ней, а? – тронула Володю за рукав старушка.
- На Катю в подворотне какие-то отморозки напали, хотели ограбить, - вполголоса ответил парень. – Она сумочку отдавать не захотела, во они её и избили.
- Ой, дура девка! – ахнула баба Валя и прикрыла рот ладонью. – Лучше уж всё на свете им отдать, чем так уж… Хотя её понять можно, ей деньги трудно даются, и учится, и работает, и помочь некому. Но жизнь-то дороже! А если бы её убили, а если бы покалечили!
- Ну не покалечили же, - резонно заметил Володя. – Вы Катюшу сейчас не трогайте, пусть спать ложится, отдыхает. Завтра на работу не пойдёт, куда ей, с таким лицом. Дома посидит, успокоится.
- Я за ней поухаживаю, - пообещала баба Валя. – Супчика сварю, компотика. И спать пусть у меня ложится, на диване всё-таки удобнее, чем на раскладушке.
- Вот, кстати, да, - оживился парень. – Ей на раскладушку нельзя, у неё наверное рёбра сломаны, ей нужно спать на ровной поверхности.
- Рёбра сломаны! – ещё сильнее побледнела старушка. – Ой, бедная, бедная моя девочка!
В этот момент Катя выглянула из ванной.
- Ну всё, баб Валь, - обняла она соседку. – Не плачьте вы, всё со мной хорошо. Жить буду!
- Да ну тебя, дурёха моя! – погладила её по голове баба Валя. – Иди на кухню, покормлю тебя и спать быстро!
- Хорошо, сейчас приду, - пообещала Катя. – Только куртку в машинку запихну, пусть стирается.
Баба Валя охая отправилась на кухню, а Катя проводила Володю до двери:
- Спасибо тебе ещё раз, - дотронулась она до его руки. – Чтобы я без тебя делала!
- То же, что и со мной, - улыбнулся он ей в ответ. – Спокойной ночи, солнышко! – поцеловав её на прощание, Володя скрылся за дверью.
- Позвони, как доедешь! – крикнула ему вдогонку Катя и, заперев замок, ушла в кухню, где гремела тарелками баба Валя.

Глава 10
Утро началось с кошмарной боли во всём теле. Охая и постанывая, Катя поднялась с постели и поплелась в ванную. Из зеркала на неё смотрела опухшая физиономия со всколоченными волосами, и сине-фиолетовым синяком на пол-лица. Разбитая губа распухла и отдавалась болью при каждом прикосновении. С трудом почистив зубы и умывшись, Катя заплела косу и влезла в свитер и джинсы. Несмотря на боль и ужасный внешний вид, сидеть дома она не собиралась, слишком много было дел.
Ускользнуть незамеченной не получилось, в коридоре, напротив ванной стояла баба Валя. Вид у неё был воинственный, сразу было понятно, она решила удержать Катю дома, во что бы то ни стало.
- Баб Валь, только не начинайте, - первой заговорила девушка, едва заметно поморщившись.
- Я ещё не начинала! – отрезала соседка. – Ты куда собралась?
- На работу, - буркнула Катя, наклоняясь и зашнуровывая ботинки.
- С таким лицом?
- Сойдёт.
- Ты понимаешь, что тебе нужно отлежаться? Ты же вся избитая!
- Я в курсе, - огрызнулась Катя и надела Нинкину куртку. – Но у меня дела!
- Не пущу! – преградила ей дорогу баба Валя, встав в дверях и уперев руки в кулаки. – Вот не пущу и всё, что ты мне сделаешь?
- Баб Валь, это уже не смешно! – возмутилась Катя. – Мне что, драться с вами прикажете? Отойдите от двери!
- Я сейчас Володе твоему позвоню и пожалуюсь, - пригрозила ей соседка. – Пусть он тебе мозги вправит!
- Володя мне не муж, чтобы мозги вправлять! Пока ещё, - покраснев, добавила она. – Отойдите, я спешу.
- Дура! – зло сплюнула баба Валя и отошла в сторону. – Дура и всё тут!
- До свидания, - попрощалась Катя и вышла из квартиры.
За ночь на улице подморозило, вчерашние лужи подтянулись, на асфальте была ровная корка льда. Чертыхнувшись сквозь зубы, Катя медленно поползла к остановке. Зайдя в переполненный автобус, она облегчённо вздохнула. Ещё немного – и она на работе. А там она наконец-то сможет присесть. Всё-таки баба Валя была права, не следовало ей геройствовать и выходить сегодня из дома. Да что тут говорить, ей вчера геройствовать не нужно было, сейчас было бы всё нормально! Нет, она точно дура!
Доползя до родного здания детского дома, она зашла в холл и плюхнулась на скамейку, вытянув ноги.
- Чего это ты опаздываешь? – выглянула из своей каморки Нина и, увидев Катино лицо, ахнула и закрыла рот рукой. – Катюша, что с тобой?!
- Ничего страшного, - попыталась изобразить подобие улыбки Катя и принялась расстёгивать куртку. – Живая и относительно здоровая. И куртка твоя в порядке.
- Господи, да где ж ты здоровая! – причитала Нина, пропустив слова о куртке мимо ушей. – Где ж ты здоровая?! Вон лицо всё синее! Катенька, что случилось? Дома что-то?
- Да отморозки какие-то вчера в подворотне напали, - пояснила Катя. – Ограбить пытались, я не далась, за что и поплатилась. Спасибо хоть не убили.
- Ну и дура же ты! – припечатала Нина. – Надо было сразу всё отдать, зачем же так рисковать?
- Тебе легко говорить! А мне на телефон полгода копить бы пришлось! Нет уж, меня так легко не возьмёшь!
- Ну я же говорю, дура, - покрутила пальцем у виска Нина. – Иди, тебя Лиана просила к ней зайти.
- Лиана здесь? – вздрогнула Катя.
- Да, с самого утра. Как пришла, так сразу о тебе спросила. Не знаешь почему?
- Наверное, хочет узнать когда похороны Диночки, - вздохнула Катя, вешая пальто в шкаф.
- А кстати, когда они?
Катя промолчала, только махнула рукой и пошла в кабинет. Коллеги ничего не знали о случившемся в морге, впрочем, с Лианой ей тоже сейчас предстоял тяжёлый разговор.
- Можно? – заглянула в кабинет Катя. Лиана Викторовна сидела за столом и, уставившись отсутствующим взглядом на картину на стене, курила.
- Да, конечно, проходи Катя, - разрешила она, стряхивая пепел в красивую золотистую пепельницу.  – Что с тобой? – ахнула она, наконец взглянув на Катю. Пришлось ей опять повторять версию ограбления и слушать, что она дура и нужно было отдать грабителям всё, что они хотели.
- Да нормально всё, Лиана Викторовна, - отмахнулась Катя. – Что вы хотели? Почему вызывали?
- Ах да, - опомнилась Лиана. - Что с похоронами Дианы? Почему всё так затянулось?
- Лиана Викторовна, у нас ЧП, - призналась Катя, избегая смотреть начальнице в глаза.
- Опять? – усмехнулась Лиана, затягиваясь дымом. – По-моему в нашем детдоме только одни ЧП и происходят. Что опять?
- Тело Дианы исчезло из морга, - зажмурившись, выпалила Катя.
- Что?? – опешила Лиана, сигарета выпала из её пальцев. – Ты шутишь?
- Разве таким шутят? – горестно вздохнула Катя, наконец, решившись пройти и усесться в кресло.
- Но как такое могло случиться? – вскочила Лиана. – Это же бред какой-то?
- Я и сама не знаю, - развела руками Катя. – Мне позвонили, сказали тело пропало. Всё. Заявление в полицию я написала. Больше ничего не известно. – Девушка решила не рассказывать начальнице о своих подозрениях и расследовании.
- Это же просто уму непостижимо! – заметалась по кабинету Лиана. – Что за бред? Как из морга может пропасть тело? Кому оно понадобилось?
- Надеюсь, полиция разберётся, - промямлила Катя, вжимая голову в плечи. За всё происходящее она почему-то чувствовала свою вину.
- Да ни черта она не разберётся! – Лиана схватила новую сигарету и дрожащей рукой поднесла к ней зажигалку. – Нужно им искать тело какой-то сироты! Вот если бы у Дианы были богатые родители, тогда да, а так, - безнадёжно махнула она рукой.
- Может быть, обратиться к тёте Дианы? – предложила Катя. – Вдруг она сможет как-то повлиять на ход расследования? Я понимаю, она отказалась от девочки, но не может же быть ей совсем безразлично!
- Иди, Кать, я подумаю, что можно сделать… - пробормотала Лиана, усаживаясь обратно в своё кресло.
- Лиана Викторовна, а вы как? – осмелилась спросить Катя.
- Лучше не спрашивай, - горько вздохнула Лиана. – Жить не хочется. Каждый день думаю, как хорошо было бы сейчас умереть и оказаться рядом с Женькой.
- Да что же вы такое говорите! – перепугалась Катя. – Лиана Викторовна, вы должны жить!
- А зачем? Кому я нужна? Славке? Так он новую жену найдёт. А больше точно никому.
- Если Господь вас оставил на этом свете, значит, для чего-то вы здесь нужны, - серьёзно ответила Катя. – Всё ещё может наладиться. Я знаю, жизнь сейчас кажется вам беспросветной, но любая боль со временем притупляется. Чтобы там не говорили, время всё-таки лечит.
- Глупая, нелепая фраза, - всхлипнула Лиана. – В неё верят только те, кто никогда никого не терял. Эта боль не проходит никогда. Притупляется да, но не проходит. И через двадцать лет ты будешь вспоминать дорогого человека и плакать о нём. Уж поверь, Катя, я знаю, что говорю. Я многих в своей жизни потеряла. У меня вообще никого не осталось.
- Всё равно, жить нужно. Чтобы вы не говорили, в жизни всё равно всё налаживается, не может всегда быть плохо и плохо. Нужно жить.
- Да ты не бойся, - утёрла слёзы Лиана. – Я ничего с собой не сделаю, хотя очень хотелось бы. А знаешь почему?
- Почему? – одними губами спросила Катя, со страхом глядя на начальницу.
- Потому что Женечка в раю, он наверняка стал ангелом, а я, если что-то сделаю с собой, отправлюсь в ад. А я очень хочу встретиться с сыном, хотя бы там.
От этих речей по спине Кати побежали мурашки, она почти физически чувствовала боль Лианы. Но радовало только одно, она действительно ничего с собой не сделает, надеясь на встречу с Женей в раю.
- Я знаю, за что со мной это случилось, - неожиданно заявила Лиана. – Это моё наказание.
- Лиана Викторовна, ну что вы такое говорите? – сердце Кати сжалось от жалости, она бросилась к начальнице и порывисто обняла её. – Не может вам быть никакого наказания, вы очень хорошая и добрая! Так просто случилось, судьба у Женечки такая, сколько детей по всему миру умирает! Безусловно, это большое горе, но не надо себя в этом винить!
- Спасибо тебе, девочка, - погладила Катю по спине Лиана и отстранилась. – Знаешь, мне даже не с кем поговорить обо всём этом. Про свекровь и золовку даже речи быть не может, Славка сам мрачнее тучи ходит, Володька вечно занятой, да и не стала бы я ему ничего рассказывать. А на душе как камень лежит, виновата я во всём Катюша.
- Вы можете рассказать всё, что у вас на душе, я никогда никому не проболтаюсь, - пообещала Катя, понимая, как важно Лиане сейчас выговориться.
- Садись, Катюш, чего ты стоишь, - кивнула на диван начальница. – Может чаю тебе?
- Нет-нет, спасибо, - отказалась Катя, осторожно опускаясь на мягкий удобный диван, занимающий почти полкабинета. С едва слышным стоном девушка откинулась на спинку, чувствуя, как боль в спине утихает. Дышать сразу стало легче.
Лиана вытащила из пачки новую сигарету и, щёлкнув зажигалкой, спросила у Кати:
- Ты куришь?
- Давайте, - решилась Катя, подумав, что так их беседа примет более дружеский вид.
Вытащив из пачки сигарету, Катя затянулась и тут же зашлась кашлем.
- Не куришь, - констатировала Лиана, пристально глядя на неё. – Зачем тогда начинать?
- Мне так хочется, - тоном капризного ребёнка ответила Катя и опять вдохнула едкий дым.
- Вот и я так всегда говорила, - улыбнулась Лиана. – Когда родители пытались в чём-то перечить, я тут же заявляла «мне так хочется» и делала всё по-своему.
Катя молчала, не зная, что ответить, а Лиана тихо рассказывала историю своей жизни, глядя куда-то в окно. Сигарета потухла в её руке, но она даже не заметила этого. Перед её глазами мелькали счастливые и печальные события, словно кадры в кино. Катя затихла на диване, едва дыша, слушая рассказ начальницы

Лиана родилась в обычной, ничем не выдающейся семье. Они никогда не бедствовали, но и особого богатства не было. Мама работала продавщицей в сельпо, папа учителем математики в школе. Лиана и её старшая сестра Василиса, росли абсолютно противоположными друг другу. Василиса – спокойная, рассудительная девочка. Она часами просиживала над учебниками, старательно училась не столько ради самой учёбы, сколько для того, чтобы на папочку-учителя никто плохо не подумал. Лиане же было всё равно, кто и что подумает о её папе, да и о ней тоже. Её вообще мало волновало, что думают другие люди, она жила так, как ей было удобно. Не хотела учиться, и не училась. Хотела гулять, бегая с друзьями по подворотням, пить пиво, часами кататься на велосипедах – делала это. И никто ей был не указ. Не раз Лиана видела, как плачет из-за неё вечерами мать, но не разу не защемило у неё сердце, ни разу ей не захотелось попросить прощения.
Шло время, девочки росли, закончили школу. Василиса кругой отличницей с золотой медалью и Лиана, с тройками по всем предметам, да и те были не заслужены ею. Учителя скрипя зубами выводили ей такую оценку, из уважения к отцу, рано поседевшему от проделок младшей дочери. Василиса поступила в университет, Лиана пошла в педагогическое училище, где с первого же дня принялась прогуливать занятия и вскоре вылетела оттуда. Это девушку отнюдь не огорчило, скорее обрадовало. Теперь год, до следующего поступления можно было делать что хочется и никто не мог ей ничего сделать. Родители тщетно пытались достучаться до дочери, постоянно приводя в пример старшую сестру и вскоре Лиана возненавидела её. Василиса закончила университет, устроилась на работу в юридическую кантору и вскоре вышла замуж, за молодого, преуспевающего юриста. Родители давно махнули рукой на Лиану, искренне радуясь за старшую дочь.
Лиана катилась по наклонной. Домой являлась только ночевать, грубила родителям, не пришла на свадьбу к сестре, она вообще не хотела её видеть. Гром грянул неожиданно. Один за другим умерли родители. Первым ушла мать, за ней отец. Перепуганная Лиана словно протрезвела и с отвращением посмотрела на свою жизнь. До чего она докатилась?
Впервые смыв с себя вульгарный макияж, она надела простую кофту и джинсы, связала волосы в хвост и явилась к отцу. Увидев младшую дочь в таком незнакомом для неё виде, отец расплакался, закрыв лицо руками. Впервые Лиана почувствовала жалость к нему.
- Папочка, прости меня! – зарыдала девушка, опуская на колени, рядом с постелью отца. – Папочка!!
- Тише, тише, милая, - погладил её по голове папа. – Я не держу на тебя зла. Ты моя дочь и я люблю тебя любой.
- Папочка, я обещаю тебе, я больше никогда не буду так вести себя, - рыдала Лиана, размазывая слёзы по щекам. – Я пойду учиться, я устроюсь на работу, папочка, я исправлюсь, ты только живи!
- К сожалению, это не мне решать, - грустно улыбнулся папа. – Но я очень рад, слышать такое от тебя. Надеюсь, ты исполнишь своё обещание. А мы с матерью будем смотреть на тебя и радоваться.
- Пап, мне так плохо, - призналась Лиана, целуя руки отца. – Мне так стыдно, если бы ты знал… Прости меня, прости, прости…
Лиана до поздней ночи рыдала, сидя у постели отца, потом ушла, обессилев от слёз. Это была их последняя встреча.
Василиса и Лиана остались одни. Их отношения не стали близкими, но сёстры стали терпимее друг к другу. Лиана сдержала обещание данное отцу, первый год она сидела над учебниками, а потом поступила в педагогический университет. Во время учёбы вышла замуж и вскоре родила сына. Василиса стало его крёстной матерью. Жизнь Лианы не была особо радостной, но она не жаловалась, стойко снося все неприятности. Всё вокруг приобрело новый смысл, она жила только Женькой. Первый зубик, первое слово, первый шаг, детский сад, первый класс… Всё это Лиана проживала заново. Теперь она понимала родителей и всё сильнее в ней росло чувство вины перед ними. Она каждый выходные ездила к ним на могилы и бесконечно просила прощения, жалея, что не сделала это при их жизни.
Когда Женьке было три, Василиса родила дочь. Лиана радовалась за сестру, теперь точно зная, что такое счастье материнства. Жизнь текла мирно, сёстры стали больше общаться друг с другом, росли дети.
А потом настал тот чёрный день, запомнившийся Лиане навсегда. В полдень ей позвонили из полиции и сообщили, что Василиса и её муж разбились на машине. Лиане казалось, что она оглохла и ослепла, мир вдруг перестал существовать. С трудом она пришла в себя. В тот момент интересовало её только одно – что с племянницей. Оказалось, девочка была в машине с родителями, но она жива, её спасло то, что Василиса прикрыла её своим телом.
Опомнившись, Лиана помчалась в больницу, но и там её ожидала страшная весть – девочка осталась инвалидом. Она никогда не сможет ходить.
В этом месте Лиана замолчала и, мутным взглядом взглянув на сигарету в своих пальцах, затянулась дымом.
- Ничего не показалось знакомым в этой истории? – поинтересовалась она у Кати.
- Диана? – потрясённо спросила девушка. – Диана ваша племянница?!
- Да, - кивнула Лиана. – Василиска всё-таки любила меня, вот и назвала дочь похожим именем, Лиана – Диана. Она как-то призналась мне в этом. Наверное, на том свете она проклинает меня за то, что её дочь оказалась в детском доме.
- Но… - начала Катя и замолчала, не зная, что сказать в ответ. Осуждать? Она не имеет на это права. Поддержать? Но может ли она поддерживать её, отдавшую больную племянницу в детский дом?
- Я хотела забрать Диану, но Слава был категорически против, - утёрла слезинку она. – Он так орал! Грозил разводом, говорил, что отнимет сына. Мать, естественно, поддержала его. Я была в тупике. И я придумала выход. Просто пристроила Диночку в наш детский дом. Она была у меня под приглядом, и Слава успокоился. Я не хотела, чтобы кто-нибудь из коллег знал, что Диана моя племянница, вот и придумала историю, про тётю, сдавшую её в детский дом. Впрочем, это почти правда. Я пыталась относиться к Динке как к обычной воспитаннице и у меня получилось это. Я ведь понимала, что никогда не смогу забрать её, значит, ни ей, ни мне, не следовало привыкать друг к другу. И если бы какая-нибудь хорошая семья захотела удочерить её, я не стала бы препятствовать. Но к сожалению инвалиды никому не нужны… А теперь… И Женечка умер, и Диана… Это мне наказание, за то, что отдала племянницу…
- Лиана Викторовна, вы ни в чём не виноваты, - выдавила из себя Катя, поражённая услышанным. – У вас не было другого выхода. Вы ведь не отдали Диану чужим людям, в чужой детский дом. Она всегда была рядом с вами, вы наблюдали за ней и никогда не допустили бы ничего плохого.
- Не думаю, что сестра хотела бы, чтобы Дина жила в детском доме, пусть даже и под моим наглядом.
- Не всегда что-то получается так, как хотелось бы, - возразила Катя.
- И когда она умерла, я закрылась в своём горе и не поехала в морг, - продолжала себя винить Лиана. – Но я знала, как ты её любишь, потому и обратилась к тебе! – тут же горячо воскликнула она, желая оправдаться хотя бы в своих глазах. – Если бы это было не так, я бы забыла обо всём и поехала туда!
- Я знаю, я всё знаю, - погладила её по руке Катя. – Лиана Викторовна, я понимаю ваше горе, не вините себя, вы делали всё что могли.
- А что теперь делать? Где тело Диночки?
- Я обещаю вам, я со всем разберусь, - пообещала Катя. – Буду держать вас в курсе дела. Тело найдётся, мы похороним Динулю и… Будем ходить к ней на могилку, - всхлипнула Катя. – Знаете, меня не пускали к ней, говорили, это может быть заразно, а мы с Володькой по пожарной лестнице к ней на пятый этаж забрались, - улыбнулась девушка, вспомнив тот вечер.
- С Володькой? – удивилась Лиана. – С нашим Володькой? А он тут с какого боку?
- Ну мы с ним… Это… Ну… - покраснела Катя, не зная, какое слово подобрать, чтобы объяснить их отношения. Роман? Это звучало как-то пошло. Любовь? То же как-то глупо.
- Да ты что?! – ахнула Лиана, поняв всё без объяснения. – Катюша, я так рада за вас! – обняла она девушку. – Володя замечательный парень, ты будешь с ним счастлива!
- Ну, об этом ещё рано говорить, - смутилась Катя. – Ничего такого особенного между нами нет и…
- И не оправдывайся, - перебила её Лиана. – Нет, так будет. Ой, Катя-Катерина, хоть одна хорошая новость за столько дней! Я думала наш Вовка никогда девушку себе не найдёт, а о такой как ты, я даже мечтать не могла!
- Я что особенная, - засмеялась Катя. – Не лучше других. Ладно, давайте оставим эту тему. Я пойду, позвоню главврачу больницы, спрошу, приезжала ли к ним полиция.
Глаза у Лианы тут же потухли, их опять заволокла печаль.
- Иди, - вздохнула она и потянулась к сигаретам.
- Может хватит курить? – осмелилась сделать начальнице замечание Катя.
Лиана промолчала, ловко выудила сигарету из пачки и чиркнула зажигалкой. Поняв, что на здоровье начальнице плевать, Катя лишь вздохнула и вышла из кабинета.

Телефон Сан Саныча долго не отвечал, в ухо неслись длинные гудки, выводящие Катю из себя.
- Алло, - наконец раздался его слегка запыхавшийся голос.
- Сан Саныч? Здравствуйте, это Катя, помните меня?
- Помню, Катя, помню. Вас забудешь!
- Какие новости? Полиция к вам приезжала?
- Приезжала, а вы откуда знаете? – удивился врач, тем самым удивив Катю.
- Как это откуда я знаю? – поразилась девушка. – Уж извините, но я не сдержала обещание и подала заявление раньше. Так получилось.
- Какое заявление? – недоумевал Сан Саныч. – Вы имеете в виду пропажу тела Дианы?
- Ну а что же ещё?! – рассердилась Катя. – Что вы мне голову морочите? Вы себя хорошо чувствуете?
- Не уверен, - последовал ответ. – Нет, по поводу пропажи тела полиции у нас не было.
- А по поводу чего была? – настрожилась девушка, почувствовав неладное. Под ложечкой противно засосало, наверное, это и было предчувствие.
- На Марину Евгеньевну вчера вечером напали в подъезде. Её дважды ударили ножом, но к счастью, она осталась жива, правда, в тяжёлом состоянии.
- Кошмар какой… - пробормотала Катя. – Извините, я потом вам перезвоню.
Отключив телефон, девушка прижала его к губам и задумалась, глядя в окно, где ветер срывал с деревьев последние, самые стойкие листочки. Совершенно ясно, что на Марину Евгеньевну напали не просто так. Она знала что-то о пропаже тела,недаром ей, Кате, показалось, что поталогоонатом что-то скрывает! Она что-то недоговаривала и кто-то, побоявшись, что она не сдержится и всё расскажет, пытался убрать её.
Дрожащими пальцами Катя набрала номер Володи.
- Да, милая! – после первого же гудка ответил он. – Надеюсь, ты лежишь в постели и отдыхаешь?
- Вов, я на работе, - виновато призналась Катя и, заранее зная, какая реакция за этим последует, быстро затараторила: - Вов, только не надо меня сейчас воспитывать, ладно? Я сейчас такое узнала! Сегодня ночью пытались убить Марину Евгеньевну!
- Какую ещё Марину? – воскликнула Володя. – Что ты мне голову морочишь? Почему ты не дома? Тебе сейчас отдыхать надо! Стоп, - вдруг осёкся он. – Марину Евгеньевну? Поталогоонатома?
- Да, её.
- С ума сойти, - присвистнул парень. – Как она? Жива?
- Жива, но в тяжёлом состоянии. Володь, ты понимаешь, что она что-то знала? С ней надо обязательно поговорить, а так же предупредить полицию, чтобы выставили охрану у её палаты, ведь убийца может вернуться, чтобы добить её!
- Стоп-стоп-стоп! – прикрикнул на неё Володя. – Успокойся! По-моему ты начиталась детективов. Запомни первое, полиция никогда не выставит охрану у палаты какой-то тётки, вот если бы там лежал какой-нибудь депутат, там бы сидели омоновцы на каждом квадратном метре. И второе, по-моему, ты преувеличиваешь, мало ли кто на неё напал, вдруг, её просто ограбить пытались?
- Володя, что ты говоришь? – задохнулась от негодования Катя. – Не бывает таких совпадений! Совершенно точно понятно, что Марина знала что-то опасное для преступников! На неё и на меня напали в один и тот же вечер! Но меня не убили потому что я ничего толком не знаю и даже если вздумаю заявить в полицию, то ничего не смогу им предъявить, никаких доказательств, кроме того, что санитар Евстюгнеев показался мне подозрительным! А Марина что-то знала, я это чувствовала, когда разговаривала с ней! Она меня смертельно боялась, с чего бы это? Не удивлюсь, если она эту глупую историю про выходившую из чёрного входа девочку выдумала на ходу!
- И всё-таки успокойся, - уже тише попросил Володя. – Марина в сознании?
- Я не знаю! – заломила руки Катя. – Но к ней нужно обязательно попасть! Ты со мной?
- Нет, одну тебя отпущу! – огрызнулся парень. – Жди меня у своего детского дома и ни шагу оттуда, поняла?
- Поняла! – чуть не подпрыгнула от радости Катя и, отключив звонок, побежала одеваться. От переизбытка эмоций, она даже забыла, как сильно болит всё тело и как она выглядит с синяками на лице.

Глава 11
Не успела Катя выйти на улицу, зябко пряча руки в рукава пальто, как рядом с детским домом остановилась машина Геннадия Аркадьевича Волынцева, а потом появился и он, собственной персоной.
- Вот чёрт, только его здесь не хватало, - пробормотала Катя и не сдвинулась с места, хмуро разглядывая преподавателя.
Он был как всегда безукоризненной одет и причёсан, в руках нёс букет из пяти розовых роз.
- Катенька, а я к вам! – воскликнул он и увидев лицо девушки осёкся: - Боже мой, что с вами случилось?!
Пришлось Кате в который раз рассказывать историю об ограблении.
- Вы героическая девушка! – восхищённо воскликнул преподаватель. – Другая бы на вашем месте отдала бы всё что угодно, лишь бы вырваться, сбежать! А вы! Нет, я в вас не ошибся!
- Спасибо, - кивнула Катя, чувствуя, что от его слов в ней нарастает раздражение. – Вы что хотели , Геннадий Аркадьевич?
- Хотел пригласить вас на ужин.
- Мне казалось, мы уже всё выяснили, - взглянула ему прямо в глаза Катя.
- Катенька, но я же ни на что не намекаю! – замахал руками преподаватель. – Я просто прошу об ужине, не отказывайте мне, пожалуйста!
- Немного рановато для ужина, - взглянула на часы Катя, они показывали полдень.
- Конечно, я просто хотел предупредить вас заранее!
- Предупредить? – усмехнулась Катя. – То есть вы так уверены, что я соглашусь?
- Ну не цепляйтесь к словам, Катюша, - едва заметно поморщился преподватель. – Спросить, предупредить, какая разница?
- Действительно, - хмыкнула девушка. – Абсолютно одинаковое значение слов.
- Не будьте занудой, вам не идёт. Вы куда-то собирались? Давайте я вас подвезу?
- Спасибо, но я жду человека… А вот кстати и он! – обрадовалась Катя, увидев мотоцикл Володи.
- Привет котёнок, - Вовка спрыгнул со своего железного коня и, подойдя к девушке, поцеловал её в щёку. – Смотри, я тебе шлем купил!
- Здорово, - обрадовалась Катя, краем глаза наблюдая, как перекосилось лицо преподавателя. Что говорить, её эта ситуация забавляла, а так же льстила её самолюбию.
- А это кто? – бросил подозрительный взгляд на Волынцева Володя. – Ты нас познакомишь?
- Знакомьтесь, - встрепенулась Катя. – Это Владимир, а это мой преподаватель, Волынцев Геннадий Аркадьевич, доцент.
- Зачем же так официально, Катенька? – усмехнулся преподаватель, протягивая руку Володе.
- Преподаватель? – нахмурился Вовка, игнорируя его жест. – Тот самый?
- Что значит тот самый? – напрягся Волынцев.
- Нет, не тот, - мотнула головой Катя, боясь, как бы Володя не затеял драку. – Извините, Геннадий Аркадьевич, он вас кое с кем перепутал. Мы пойдём, у нас дела.
- Это точно не тот? – тихо спросил Вовка, когда они отошли к мотоциклу.
- Тот, - буркнула Катя, водружая шлем на голову.
- Зачем соврала?
- Не хочу, чтобы ты влезал в это дело, - прошипела Катя. – Мне в этом университете ещё учиться, и не один год между прочим!
- И что, ради этого нужно с ним спать теперь? – покраснел от злости Володя.
- Ты что городишь-то? – возмутилась Катя в полный голос. – Ты что городишь? Кто с ним спать будет? Я его цивилизованно отважу, чтобы не обидно было! Зачем мне лишние проблемы?
- Отвадишь его, как же, - рассерженно бубнел Володя, залезая на мотоцикл. – По физиономии вижу, что он бабник, ясно тебе? У него таких как ты, полный университет, я уверен! И он привык добиваться чего хочет!
- Мне плевать, кого он там добивается! Я не все, усёк?
- Надеюсь.
- Ты что, ревнуешь?
- Садись, поехали, - отвернулся Володя.
- Нет, ответь!
- Кать, ты к Марине хочешь попасть, или будешь отношения выяснять?
- Хочу, - опомнилась Катя и, усевшись на мотоцикл, крепко обхватила парня руками, прижимаясь к нему со спины. Мотор взревел и они на большой скорости понеслись в сторону больницы.
- Вот сучка, - зло глядя им вслед, пробормотал Волынцев и, швырнув букет в урну, сел в машину.

Больница встретила ребят привычным гулом. Туда-сюда носились люди с какими-то бумагами в руках, шустрые медсёстры, в коротеньких халатиках, важные врачи, с гордо поднятой головой вышагивали по коридорах, с презрением поглядывая на младший персонал.
- Что-то мне уже надоела эта больничка, - вздохнула Катя, переступая порог.
- Идём к Сан Санычу, - буркнул сердитый Володя. – Не задерживайся, мне ещё на работу. Он первым зашагал к кабинету главврача, Катя, покачав головой, поплелась за ним следом.
- Здравствуйте, - поздаровалась Катя, входя в кабинет. Сан Саныч сидел за столом и что-то быстро писал. При появлении ребят он захлопнул папку и спрятал её в ящик.
- Здравствуйте, - кивнул он, окидывая Катю удивлённым взглядом, но, стоит отдать ему должное, не задавая вопросов по поводу её синяков. – Чем могу быть полезен?
- Как себя чувствует Марина Евгеньевна? – поинтересовался Володя, остановившись напротив главврача и сложив руки на груди.
- Она в тяжёлом состоянии, мы делаем всё возможное.
- Но она в сознании? Говорить может?
- Может, - чуть помедлив ответил Сан Саныч и насторожился: - А вам зачем?
- Можно к ней пройти? Мы хотим с ней поговорить, - попросила Катя, нервно теребя руку сумки.
- Побойтесь Бога! – замахал руками главврач. – Марина чуть не умерла, а вы хотите к ней идти, выяснять отношения! Как так можно? Катя, я не думал, что вы так жестоки!
- Вы на самом деле ничего не понимаете или прикидываетесь? – усмехнулся Володя, пристально наблюдая за мужчиной.
- О чём вы? – вздёрнул брови тот.
- Марина Евгеньевна что-то знает об исчезновении тела из морга. – За Володю ответила Катя. – Когда я вчера разговаривала с ней, я видела, что она что-то недоговаривает, но ей удалось заговорить мне зубы. Но кто-то посчитал её опасной и попытался убрать.
- Господи, какая же чушь! – натянуто рассмеялся Сан Саныч, но взгляд его стал испуганным. – Ребята, вы какой-то триллер придумываете!
- Не смешно! – оборвал его смех Володя и, уперевшись руками в стол, склонился над главврачом. – Нам нужно поговорить с Мариной, пропустите нас. И ещё, сделайте так, чтобы за её палатой постоянно наблюдали, ведь убийца может попытаться добить её.
- Я разберусь. – Буркнул Сан Саныч, опять зашелестев какими-то бумагами. - А вас я всё равно к ней не пущу. Даже не просите. Марина очень слаба, её нельзя волновать.
- Но… - начала Катя. Но главврач перебил её:
- И даже не начинайте! Разговор окончен!
- Пойдём, - потянул её за рукав Володя.
- Вовка, ну ты же должен понимать! – в отчаянии заломила руки Катя, выйдя в коридор. – Мне жизненно необходимо поговорить с Мариной!
- Я понимаю, - кивнул Володя. – Но какой смысл спорить? Он всё равно не пустит нас.
- Что тогда делать?
- К Диане нас тоже не пускали, - пожал плечами парень. – Пробрались же. И к Марине проберёмся. К ней даже проще, её палата на втором этаже!
- Володька, ты гений! – подпрыгнула от радости Катя и повисла у парня на шее. – Как же я тебя люблю! – сказала и тут же сконфузилась, покраснела и опустила глаза в пол.
- Не больше чем я тебя, - засмеялся Володя, обнимая её за талию и увлекая за собой на улицу. – Пойдём.
- А что если с Мариной случиться что-нибудь? – забеспокоилась Катя. – По-моему Сан Саныч не воспринял наши слова серьёзно…
- Катюш, что ты хочешь? – заглянул её в глаза Володя. – Мы не можем устроиться к ней телохранителями и сидеть под её палатой. Остаётся только надеятся, что здравый смысл возобладает и Сан Саныч поймёт, что мы правы.
- Значит, придётся ждать до вечера? – тоскливо спросила Катя.
- Придётся, - развёл руками парень.
- А может мне опять последить за санитаром? Ведь те отморозки появились после того, как я за ним следила, значит, я на верном пути!
- Ну уж нет! Без меня ты теперь и шагу не сделаешь! – отрезал Володя. – А у меня, прости, дела. Встретимся в десять вечера там же, где и прошлый раз.
- Вов, а где ты работаешь? – поинтересовалась Катя, подумав, что слишком мало знает о любимом.
- Не скажу, тебе не понравится, - усмехнулся он. – Ещё чего доброго, разлюбишь.
- Не говори ерунды, - прижалась к нему девушка. – Я люблю тебя любого.
- Водитель я, продукты по магазинам развожу, - признался Володя, обнимая её. – Уж извини, образования у меня нет, поэтому элитная работа мне не светит.
- Нет никакого позора в работе, - процитировала какого-то классика Катя. – У меня тоже нет элитной работы, нянечка в детском доме.
- Так это же пока, вот получишь образование и пойдёшь в школу работать.
- Не пойду, - мотнула головой Катя. – Никуда я из своего детского дома не уйду, кто-то же должен и с этими же детишками работать. Ладно, Володь, поехали на своих неэлитные работы.
Володя лишь тихо засмеялся и нехотя выпустил девушку из объятий.

Ровно в половине десятого, Катя подошла к больнице и притаилась за углом. Она задрала голову вверх, пытаясь вычислить, какое окно из палаты Марины. Страха не было, второй этаж не пятый, да и страшно только в первый раз.
- Да уж, это уже войдёт в привычку, влезать к людям через окна, по пожарной лестнице, - пробормотала она, стараясь отвлечься. Предстоящий разговор с Мариной волновал. Что она скажет? Да и захочет ли вообще говорить с ними? Вдруг опять упрётся?
- Всё будет хорошо, - прошептала Катя и взглянула на экран телефона: - Володька, где же ты…
Парень появился у больницы в десять минут одиннадцатого. За сорок минут Катя успела вся известись и продрогнуть. Зубы выбивали дрожь, ноги превратились в ледышки.
- Ну чего ты так долго? – упрекнула его Катя.
- Я опоздал всего на десять минут, так получилось, Катюш, - оправдывался Володя. – Прости, пожалуйста.
- Ты опоздал, а я пришла раньше. Я здесь уже почти час торчу! – пряча озябший нос в шарф, глухо сказала девушка.
- Мы же на десять договаривались, - напомнил ей Володя. – Я спешил как мог.
- Ладно, проехали, - отмахнулась Катя. – Слушай, а мы же не знаем, в какой палате лежит Марина! Или ты уже узнал это, как тогда, с Дианой?
- Нет, не получилось, - мотнул головой Володя. – Слушай, как разница? Пройдём по выступу второго этажа, позаглядываем в окна и найдём. Хочешь, я один полезу, а ты поднимешься когда я найду её?
- Нет, - отчаянно замотала головой Катя. Прядь из её причёски выбилась и трогательно повисла вдоль лица. Володя аккуратно прикоснулся к ней и заправил за ухо. От этого жеста девушка замерла, мелькнула предательская мысль, что ей уже никуда не хочется идти, хочется оказаться подальше отсюда, где нет никаких врачей, нападений и моргов, а есть только она и он.
- Я иду с тобой. – Решительно заявила она и первой пошла к лестнице.
Подъём прошёл быстро и вот уже они идут один за одним, держась за стену, заглядывая во все окна.
- Вот она, - прошептал Володя, идущий впереди Кати. Повозившись с окном, он открыл его и первым влез в палату. Катя, согнувшись, последовала его примеру и спрыгнула на пол, наделав при этом шума.
- Тише! – шикнул на неё Вова и на цыпочках подобрался к кровати женщины.
Катя осталась на месте, в неясном свете луны и фонарей, разглядывая её бледное лицо, сравняющееся по цвету с белоснежной наволочкой. Она лежала, вся опутанная проводами, приборы, окружающие кровать почему-то не горели, не пищали, как это показано в кино, а выглядели так, словно были выключены. Тревога больно сжала сердце девушки.
- Пошли отсюда, - метнулся к ней Володя и подтолкнул к окну. – Ну же, Катя, скорее!
- Что? – помертвела девушка, так и не сдвинувшись с места. – Что с ней?
- Она мертва, - озвучил то, что она уже и так поняла, Володя. – Поторопись, иначе нас застанут здесь и тогда уже никому ничего не докажешь.
Эти слова словно отрезвили Катю, она запрыгнула на подоконник и быстро полезла по выступу, к пожарной лестнице. Оказавшись на земле, они взялись за руки и побежали к дороге, стараясь не попадать под свет фонарей. Только оказавшись в безопасном месте, Катя поняла, что её бьёт дрожь. Руки тряслись, по щекам катились слёзы.
- Тише, тише, - притянув к себе, Володя погладил её по волосам. – Тише, родная.
- Мы опоздали, мы всё-таки опоздали, - рыдала Катя, прижимаясь к его плечу. – Мы же предупреждали его! Почему он не послушал нас, почему её не охраняли?! Володь, - опомнилась она, - а её убили? Может она сама умерла, она же была в тяжёлом состоянии?
- Нет, Кать, - вздохнул парень. – там отключены все приборы. Кто-то сделал это специально.
- А если по ошибке?
- Ты сама-то веришь в это?
Катя села на скамейку и низко опустила голову.
- Надо кому-то сообщить, что она мертва.
- Ты с ума сошла? – вздрогнул Володя. – Как ты объяснишь, откуда ты это знаешь? В тюрьму захотела?
- Но нельзя же, чтобы она лежала там просто так всю ночь!
- Да не будет она лежать, - присел рядом с Катей парень. – К ней наверняка приходят часто, всё-таки она не просто больная, она их коллега. Её найдут и без нас.
- Это ужасно, это просто ужасно… - прошептала Катя. – Что теперь делать? Где искать Диану?
- Мы что-нибудь придумаем, - пообещал Володя, касаясь её волос губами. – Пойдём, я провожу тебя домой. Тебе нужно отдохнуть.
- Сколько времени? – спросила девушка и, не дожидаясь ответа, полезла в карман за телефоном. – А где мобильник? – перепугалась она, не обнаружив его. Вскочив на ноги, она вывернула карманы пальто и, не долго думая, вытряхнула содержимое сумки на скамейку. Телефон исчез.
- Ты уверена, что он был с тобой, когда ты приехала к больнице? – поинтересовался Володя, помогая Кате складывать всё обратно в сумку.
- Уверена! Я ещё на часы смотрела, когда тебя ждала!
- Не волнуйся раньше времени, - попытался успокоить её парень. – Пойдём поищем, сейчас поздно, дорога пустынная, здесь особо никто не ходит. Найдём.
- А если я выронила его… там? – в глазах Кати заплескался откровенный ужас. – В палате у Марины?
Даже в темноте девушка увидела как помрачнело лицо Володи.
- Идём скорее, - дёрнул он её за руку и, светя перед собой фонариком телефона, медленно побрёл по дорожке, щуря глаза, присматриваясь к асфальту.
Катя шла за ним следом, моля Бога, чтобы телефон нашёлся здесь. Если она обронила его в палате и его найдут около мёртвой Марины, ей конец.
- Нет, - остановившись у больницы, констатировал  Володя, выключая фонарик. – Придётся лезть обратно, надеюсь, там ещё никого не было.
- Господи, - зажала рот руками Катя, стараясь не разреветься от ужаса. – Вовка, не стоит. Я боюсь. А если тебя там застанут и арестуют? Нет, не надо.
- А если там найдут твой телефон и арестуют тебя? – резонно заметил Володя. – Перестань Кать. Я быстро. Верь в лучшее.
Подпрыгнув, парень ухватился за лестницу и быстро полез вверх. Катя с замиранием сердца следила, как он, пригибаясь у окон, быстро пробежал по выступу и влез в окно палаты. Время словно замерло, Катя стояла, не сводя глаза с окна и слушала, как быстро бьётся сердце в её груди, отдаваясь звоном в ушах.
- Ну где же ты, Володька, Вовка… - шептала она. – Что ты там делаешь? Я же стояла на одном месте, там же и искать негде…
И тут в окне палаты неожиданно вспыхнул свет.

Глава 12
В первый момент Кате показалось, что это обман зрения, от напряжённого ожидания. Она отказывалась верить своим глазам, с ужасом глядя на освещённое окно.
- Нет, нет, нет! – закричала она, забыв об осторожности. Она бросилась к лестнице, намереваясь лезть наверх, но подумала, что может всё испортить. Если Володьку арестуют (при этой мысли она суеверно трижны сплюнула через левое плечо), но она останется на свободе и сможет ему помочь. А если ещё и её схватят, тогда уж точно всё…
Первая паника прошла, теперь она смогла мыслить здраво. Отойдя от больницы на некоторое расстояние, Катя притаилась под деревом, прячась между его ветками, по-прежнему не сводя взгляда с окна. Свет по-прежнему горел, на мгновение ей показалось, что она увидела метнувшуюся в окне тень.
Прошло, наверное, минут двадцать, когда она услышала вдалеко вой сирен. Вздрогнув, она обернулась на звук и с ужасом увидела подъехавшую к больнице машину с мигалками. Из неё выбрались двое полицейских, один худенький, похожий на подростка, а второй толстый, несмотря на холод, вытирающий лоб платком.
«Толстый и тонкий» - мелькнула в сознании шутливая мысль, прежде чем до сознания Кати дошла истинная причина появления здесь полицейских. А когда она поняла это, то еле сдержала рвущийся наружу крик. Зажав обеими руками рот, она прижалась спиной к дереву, по-прежнему смотря на освещённое окно, а потом рванула к больнице.
- Где Сан Саныч? – спросила она у дежурной медсестры, с нескрываемым любопытством поглядывающую на лестнице. Видно было, что девушке очень интересно, всё, что происходит сейчас на втором этаже, но она не может покинуть свой пост.
- Домой уехал, - равнодушно пожала плечами медсестра. – Девушка, вы посмотрите сколько времени!
- Что у вас случилось? Почему полиция приехала?
- А вам какое дело? – взгляд медсестры стал настороженным. – Вы вообще кто?
- Мне нужен Сан Саныч! – в досаде топнула ногой Катя. – У вас ЧП, главврач же должен быть здесь!
- Девушка, покиньте больницу! Что вы здесь скандал закатываете? Откуда я знаю, где должен быть Сан Саныч? Должен приехать, значит приедет, а нет так нет. Моё какое дело?
В этот момент на лестнице послышались голоса и тут же девушки увидели полицейских, ведущих между собой Володю, с закованными в наручники руками. Вскинув голову, он увидел Катю, с безумным видом смотрящую на него и сделал какой-то знак глазами, но девушка не увидела этого. Из её глаз потоком полились слёзы, губы задрожали и она бросилась полицейским наперерез.
- Стойте! – не своим голосом заорала она. – Стойте, что вы делаете? Он не убивал никого!
- Девушка, вы кто? – опять доставая из кармана платок и вытирая потный лоб, спросил «толстый».
- Он не убивал, слышите, это не он! – верещала Катя, вцепившись в руку полицейского. – Не он!
- А кто тогда? – скучным голосом спросил он, видно было, что ему не терпится отвязаться от девушки.
- Я! – неожиданно даже для себя крикнула Катя. Володя вздрогнул и посмотрел на неё сумасшедшими глазами, то есть, бешено замигал, что-то указывая ей, но девушка сделала вид, что не понимает его намёков.
- Вы? – с интересом взглянул на неё «тонкий».
- Так, хватит концерты устраивать! – неожиданно рявкнул «толстый». – Мишка, забираем всех в отделение, там и поговорим!
- Командир, подождите, - наконец подал голос Володя. – Не надо её забирать, пожалуйста. Никого она не убивала. Погорячилась девчонка, романов начиталась, вот и разыгрывает здесь романтическую сценку, пытаясь меня спасти. У неё сестрёнка маленькая умерла недавно, отец пить стал, тут ещё я… Нервы не выдержали. Командир, отпустите её, не убивала она эту тётку, я отвечаю.
«Толстый» крякнул и махнул рукой.
- Ладно, вали отсюда! – прикрикнул он на Катю. – То же мне, жена декабриста! В тюрьму вслед за ним захотела? Топай домой, к папаше!
Закончив свою речь, «толстый» с силой дёрнул Володю за рукав и в два больших шага, что совсем не соответствовало его комплекции, достиг двери. «Тонкий» засеменил рядом. У самого порога Володя оглянулся на Катю и скорчил злую рожицу.
Катя в ответ только сильнее зарыдала и плюхнулась на кушетку, уткнув лицо в ладони.
- Это парень ваш Марину Евгеньевну убил? – подскочила к ней дежурная медсестра, глаза девицы горели неприкрытым любопытством.
- Да не убивал он никого! – заорала Катя, подскакивая к медсестре. – Не убивал, понимаете?
- Тише вы! – отшатнулась от неё девушка. – Буйная блин! Иди-ка ты отсюда!
- Никуда я не пойду, мне Сан Саныч нужен! – уселась обратно Катя, вытерев слёзы. Она была полна решимости любой ценой вытащить Володю из тюрьмы.
- На улице будешь Сан Саныча ждать, - непререкаемым тоном заявила медсестра. – Иди отсюда!
- Да отвали ты! – рявкнула Катя. – Иди вон на свой пост, чего привязалась ко мне?
- Мне только здесь девушек убийц не хватало! Иди отсюда!
- Он не убийца, не убийца! – в глазах Кати потемнело от ярости и если бы не сильные руки, обхватившие её сзади, она бы бросилась на медсестру с кулаками.
- Ирочка, идите на свой пост, - услышала Катя тихий голос и обернувшись, увидела Сан Саныча. – А ты, пойдём со мной, - велел он, переходя на «ты».
Схватив Катю за руку, он волоком потащил её к своему кабинету и, впихнув туда, силой усадил на стул.
- Ты что здесь устраиваешь? – угрожающе навис он над девушкой. – Ты отдаёшь себе отчёт, что находишься в больнице, здесь люди больные лежат!
- Сан Саныч, миленький, помогите, - взмолилась Катя, хватая врача за лацканы пиджака. – Володя не убивал Марину Евгеньевну, это глупая случайность! Мы же предупреждали вас, что её могут убить! Почему вы нас не послушали???!!!
У девушки началась форменная истерика. Сан Саныч, придерживая её одной рукой, другой накапал в маленький пластмассовый стаканчик горько пахнущих капель и протянул ей.
- Пей!
- Не хочу, - оттолкнула его руку Катя. – Помогите Володе, прошу вас!
- Пей, я сказал! – главврач буквально силой влил содержимое стаканчика ей в рот. Катя закашлялась, но проглотила лекарство. Через несколько минут она прекратила плакать и смогла говорить спокойно.
- Лучше? – спросил Сан Саныч, усаживаясь за свой стол и не сводя с Кати внимательных глаз.
- Лучше, - кивнула Катя. – Сан Саныч, миленький, пожалуйста, прошу вас, помогите…
- Что я могу сделать? Откуда я знаю, что он не убивал Марину?
- Он её не убивал, - покачала головой Катя, чувствуя, как в глазах опять закипают слёзы. Главврач был её последней надеждой, если он откажется помогать Володе, они пропали.
- Что он тогда делал в её палате ночью? Как вообще попал туда?
- Искал мой телефон, - обречённо кивнула Катя, понимая, что пришла пора каяться, и заранее зная, что скажет ей Сан Саныч. Так и вышло.
- Да вы ненормальные, оба! – заорал главврач, согнутыми костяшками пальцев стуча себе по лбу. – Влезть в палату к тяжелобольному человеку, чтобы устроить ему допрос! Вас обоих в психушку надо упечь!
- А что нам было делать? – огрызнулась Катя. – Нам ведь никто не хотел помочь! На меня напали в подворотне, видите, какие на мне синяки? Я в полицию пошла, заявление написала, всё рассказала, про исчезновение тела Дианки, про мой разговор с санитаром, про слежку, про нападение, и что? А ничего! Никто палец о палец не ударил, меня даже к следователю не вызвали! Если мы не найдём тело Дины, то полиция этого уж точно не сделает! И не надо на меня так смотреть, - вскочила она на ноги. – Мы вас предупреждали! Почему вы не охраняли её палату? Марина Евгеньевна что-то знала, вот её и убрали!
- Сядь, малахольная, - уже спокойным тоном велел ей Сан Саныч. – Ещё подерись тут со мной, ты можешь. Если бы я тебя от Ириши не оттащил, ты бы девчонке в волосы вцепилась.
- А нечего было Володьку убийцей называть, - по-детски всхлипнула Катя и потёрла ладошкой нос.
- Тебе сколько лет-то? – неожиданно поинтересовался Сан Саныч.
- Девятнадцать, а что? – удивилась девушка.
- Ну я так и думал, - кивнул он. – Дочка у меня почти такая же, восемнадцать недавно стукнуло. Только потому и помогаю тебе. Дети вы ещё, ни черта в этой жизни не понимаете. Если бы моя вздумала в детектива играть, я бы её на цепь дома посадил, но не позволил бы в такие дела лезть. Твой отец-то знает, чем ты занимаешься?
- Нет, - горько усмехнулся Катя. – Да ему и дела до этого никакого нет.
- Как это?
- Так. Пьёт он сильно.
- А мама?
- А мама бросила меня в роддоме и сбежала от папочки. Живём мы с мачехой, только она тоже пьёт.
- Ясно, сирота при живом отце, - подвёл итог их беседе Сан Саныч. – Потому и суёшь нос, куда не следует, что некому за такие дела по… кхм, пятой точке надавать.
Катя громко фыркнула, показывая всем видом, что она сама кому хочешь и по чём хочешь надаёт.
- Вы нам поможете? – с надеждой взглянула она на главврача.
- Попытаюсь. Поехали.
- Куда?
- В полицию, куда же ещё.

Но поговорить со следователем им сегодня не удалось. В полиции им сказали, что он будет только утром, а Володя будет дожидаться его в КПЗ. Расстроенная Катя еле держалась на ногах от усталости, беспрестанно хлюпала носом и вытирала слёзы с опухшего лица.
- Ну всё, прекрати, - по-отечески обнял её за плечи Сан Саныч. – Ничего с твоим Ромео не случится, если он ночку за решёткой проведёт. Жизненный опыт получит, так сказать. А завтра с утра приедем и попробуем что-нибудь сделать. Кать, только скажи мне честно… - неожиданно замялся он. – Ты уверена, что это не он убил Марину?
- Абсолютно, - кивнула Катя, чувствуя свинцовую усталость. Больше всего на свете хотелось лечь и уснуть.
- Ну значит мы его вытащим, - уверенно пообещал главврач.
- Спасибо вам, Сан Саныч…
- Пока ещё не за что. Ты домой как доберёшься? Метро уже закрыто, да и автобусы не ходят. Может тебя подвезти?
- Не надо, - мотнула головой Катя. – Вы и так для меня много делаете. Правда, не стоит, я доберусь.
- Ну смотри сама. Я тебе завтра позвоню с утра, поедем сюда вместе. –
- У меня же телефона нет, - напомнила ему Катя.
- Ладно, держи пока мой, - протянул ей простенький мобильник главврач. – Только не отказывайся, я буду спокоен только если с утра смогу до тебя дозвониться. - С этими словами Сан Саныч покинул её, сел в машину и уехал. Катя осталась одна.
Пройдя несколько шагов, она увидела светящуюся вывеску ночного клуба и недолго думая отправилась туда. Здесь на дверях не было въедливого швейцара, она беспрепятственно вошла в задымленное помещение и невольно отшатнулась. Вокруг была толпа молодых, разгоряченных людей, выделывающих немыслимые «па» на танцполе. Музыка гремела так, что у неё тут же заложило уши.
- Простите… Извините… - бормотала Катя, пробираясь сквозь толпу к туалету. Добравшись наконец до заветной двери, она нырнула туда и, открыв кран с холодной водой с наслаждением умылась. Постояв немного у зеркала, она увидела что припухлость с глаз спадает и удовлетворённо кивнула. Нечего бабе Вале видеть, что она плакала, объясняться ещё и с соседкой у неё не было никакого желания. Подумав немного, Катя достала из сумки маленькую косметичку и аккуратно подвела глаза, а затем распустила волосы, решив что при случае сможет просто наклонить голову и никто из домашних не увидит её лица.
- Отлично, - оглядев себя в зеркале, Катя осталась довольна. Собрав остатки косметики, она застегнула сумку и вышла обратно в зал.
Позже она и сама не могла объяснить себе, что на неё нашло и как всё произошло. Просто она вдруг свернула с пути ведущего на улицу и устремилась к барной стойке. Усевшись на высокий стул, она пересчитала скудную наличность в кошельке и велела бармену:
- Двести грамм водки.
Он безропотно подал требуемое и Катя, сморщившись от ненавистного с детства запаха, опрокинула в себя огненную жидкость. Горло опалило огнём, желудок сжался. Катя, никогда ранее не пробовавшая водки и не ожидавшая, что у неё такой мерзкий вкус, судорожно хватала ртом воздух. Бармен, ни слова ни говоря, пододвинул к ней стакан воды. Благодарно кивнув, девушка сделала несколько глотков и почувствовала, что опять может дышать.
- Спасибо! – сквозь грохот музыки прокричала она, но бармен то ли не услышал её, то ли просто сделал вид, что не услышал. Махнув на него рукой, Катя повернулась спиной к барной стойке и стала разглядывать танцующих людей. Самой танцевать ей совершенно не хотелось и пила она только для того, чтобы унять бушующий в душе пожар.
Вскоре голову заволокло приятным туманом, а потом она и вовсе перестала что либо соображать. В затуманенном алкоголем сознании вдруг вспыхнул образ ненавистного преподавателя Волынцева, затем она вроде бы куда-то ехала на шикарной машине, дёргаясь под лёгкую музыку, смеялась, потом подъезд, квартира и… И дальше полный провал.

Пробуждение было ужасным. Сначала Катя почувствовала солнечный лучик, коснувшийся её щеки, но ещё долго лежала с закрытыми глазами, чувствуя, как в голове ворочается боль. Болела не только голова, болело всё тело. А ещё ужасно тошнило и Кате казалось, что стоит ей открыть глаза, как всё содержимое желудка вырвется наружу. Впрочем, не было чему вырываться. Она добросовестно пыталась вспомнить, ела ли она вчера, но на ум только пришёл поздний позавчерашний ужин у бабы Вали. При мысли о еде, желудок сжался ещё сильнее.
«Интересно, где это я?» - равнодушно подумала она, чувствуя под собой не старую продавленную раскладушку, а довольно мягкий диван. – «Кто меня забрал к себе, баба Валя или Лида? Блин, как же мне теперь объяснить им своё поведение? Будут потом вздыхать и говорить, что это папочкины гены».
Тяжело вздохнув, Катя, наконец, открыла глаза и… тут же закрыла их обратно.
«Что это такое?» - запаниковала она. – «Где я? А может я сплю и мне всё это только снится? Вот было бы здорово, если бы я сейчас проснулась на своей раскладушке! А может это просто галлюцинации от водки?».
Осторожно Катя приоткрыла один глаз и обвела взглядом комнату. Она лежала на диване, стоящем у стены, напротив него стоял красивый шкаф, где вперемешку стояли хрустальные фужеры, книги и валялись какие-то бумаги. Чуть в стороне шкаф с полуоткрытой дверцей, рядом с ним кресло. На кресле валяется пиджак… Мужской пиджак!!!
Осознав сей факт, Катя резко села в постели и, несмотря на только усиливающуюся головную боль, попыталась вспомнить вчерашний вечер, то есть уже ночь, поскольку она твёрдо помнила, что когда они с Сан Санычем расстались у полиции на часах была половина первого.
«Сан Саныч!» - в который раз за утро мелькнула паническая мысль. – «Он наверняка уже готов идти в полицию и разыскивает меня!».
Откинув одеяло, Катя вскочила на ноги и сразу же ухватилась рукой за стену. В добавок к головной боли добавилось головокружение. Но через мгновение Катя перестала чувствовать его, во все глаза смотря на постель, в которой она только что лежала. Подушки, одеяло, простыня, всё было шикарным, шёлковое бельё, явно принадлежащее если не олигарху, то явно не нуждающемуся в средствах человеку.
«Господи, где я?!» - окончательно перепугалась Катя. Взгляд ещё раз пробежался по комнате и застыл на зеркале. В нём отражалась встревоженная девушка с помятой физиономией и в… мужской рубашке.
- Что же я натворила? – помертвела Катя, понимая, что с пьяных глаз видимо познакомилась с каким-то мужчиной и без зазрения совести отправилась к нему ночевать. – Шлюха… - припечатала она, с отвращением оглядывая рубашку на собственном теле. А рубашка была явно дорогая, с интересным рисунком и что самое интересное, какая-то смутно знакомая. Где-то она видела эту рубашку, видела эти замысловатые геометрические фигурки…
- О, Катюша, ты уже проснулась? – услышала она и, резко обернувшись, увидела Волынцева, выходящего из двери, за которой, судя по всему, была ванная. – Доброе утро, дорогая, - по-хозяйски поцеловал её в щёку.
- Вы? – выдавила из себя Катя, с ужасом разглядывая лощёное лицо преподавателя.
- Вы? – вздёрнул брови тот. – Милая, по-моему мы вчера перешли на «ты», ты забыла?
- Между нами что, что-то было? – пискнула Катя, чувствуя, что ещё немного и она потеряет сознание.
- Катенька, ты себя хорошо чувствуешь? – коснулся её лба рукой Волынцев, отчего Катя отпрянула от него, как будто её коснулась самая настоящая змея. – У тебя что, амнезия?
- Было? – одними губами переспросила Катя. – Было?!
- Конечно, - кивнул Геннадий Аркадьевич. – Мы с тобой провели чудную ночь, мне казалось, тебе всё понравилось… Разве не так? – обиженно выпятил он нижнюю губу.
- Простите… - попятилась Катя. – Мне нужно… Мне срочно нужно в ванную…
- Конечно, иди, вон та дверь, - указал ей Волынцев и что-то тихо напевая, принялся собирать бумаги в папку.
Катя скользнула за спасительную дверь, щёлкнула замком и, привалившись к стене спиной, закрыла глаза. Сердце бешено стучало, отдаваясь болью в висках, руки налились холодом.
- Что же я наделала… Что же я наделала… - шептала она, беззвучно плача. – Господи, зачем меня понесло в этот клуб?! Откуда там взялся Волынцев?!  И что я скажу Володе? Я ведь не смогу смотреть ему в глаза теперь! Он мне так помогает, а я… «Прости, милый, но пока ты по моей вине сидел в тюрьме, я развлекалась со своим преподавателем!».
- Катюша, у тебя телефон звонит! – оповестил её Волынцев. Катя приоткрыла дверь и он подал ей её сумку.
- Аллё, я вас слушаю, - загробным голосом ответила она.
- Катя, ну ты где, я не могу до тебя дозвониться! – услышала она Сан Саныча. – Мы же договорились с утра пойти в полицию! Давай скорее, жду тебя у больницы!
- Хорошо, я буду через час… - прошелестела Катя и положила трубку.
«Интересно, здесь есть что-нибудь, на чём можно было бы повеситься?» - мрачно подумала она и отправилась умываться.
- Где моя одежда? – спросила она, появляясь на кухне, где спешно пил кофе Волынцев.
- В гостиной, где мы ночевали. Я сложил её на кресле, - спокойно жуя бутерброд, ответил Геннадий Аркадьевич. – Ты что же, уже уходишь?
- Мне пора, - тихо ответила Катя. – До свидания.
Войдя в гостиную, она наконец сняла с себя ненавистную рубашку и, в мгновение ока переодевшись в свою одежду, выскочила за дверь. Войдя в автобус, она уселась за свободное место в самом конце и, глотая слёзы, мысленно повторяя про себя только одно: «шлюха, шлюха, шлюха…».
До больницы Катя добралась раньше чем рассчитывала, всего за сорок минут. Войдя в ставшее уже слишком знакомым здание, она, ни у кого ничего не спрашивая, сразу прошествовала в кабинет главврача.
- О, Катюша, ты уже пришла, - обрадовался он ей и закрыл чью-то медицинскую карточку, в которой до этого что-то писал. – Сейчас поедем, - пообещал он и осёкся, взглянув на девушку: - Что с тобой?
- Что-то не так? – попробовала изобразить удивление Катя, плюхаясь на стул.
- Всё не так, - кивнул Сан Саныч. – Такое чувство, что тебя пожевали и выплюнули. Что произошло за ночь?
- Я совершила большую ошибку, - честно призналась Катя. – Только не спрашивайте какую, всё равно не скажу.
- Твоя ошибка непоправима? – уточнил главврач, снимая халат и надевая пальто.
- Не знаю… - пробормотала Катя, глядя в одну точку перед собой. – Наверное, поправима, но исправить всё будет крайне трудно.
- А раз поправима, то не стоит вешать нос, всё ещё наладится.
- Я просто устала, - вздохнула Катя. – Что-то в последнее время так навалилось всё… И не становится лучше, а только хуже и хуже.
- Чёрная полоса. Она тоже пройдёт, потерпи.
- А что мне ещё остаётся? – с тоской посмотрела на доктора Катя. – Едем?
- Едем, - кивнул Сан Саныч и повернул ключ, закрывая за собой кабинет.

Оставив Катю томиться на улице, главврач отправился к следователю. Девушка бродила по тротуару, туда-сюда, не поднимая головы. Её одолевали тяжёлые мысли. Очень хотелось, наконец, увидеть Володю, и в то же время было страшно посмотреть ему в глаза.
Наконец двери полицейского участка распахнулись и оттуда вышел Сан Саныч, а за ним хмурый небритый Володя. Катя впервые видела его таким, но даже в таком помятом виде он казался ей самым красивым, самым лучшим и самым желанным…
- Вовка! – вскрикнула она и, на мгновение забыв обо всём, повисла у парня на шее. – Тебя отпустили, слава Богу!
- Привет, - слегка смущённо поздоровался Володя и отстранился. – Отпустили, под подписку о невыезде, спасибо Сан Санычу.
- Сан Саныч, - обернулась к главврачу Катя. – Огромное, просто огромнейшее вам спасибо! Я вам по гроб жизни благодарна буду!
- Ой, вот только не надо сейчас про гробы, - поморщился мужчина. – Мне эта тема слегка надоела в последнее время. Ладно, ребята, я поехал. А вы, пожалуйста, давайте больше без проникновений куда-нибудь, в следующий раз может и не получиться выйти на свободу.
- Обещаем! – шутливо козырнула Катя и вернула главврачу его телефон. – И за телефон спасибо.
- Не за что, - отмахнулся Сан Саныч и побрёл к своей машине. Катя повернулась к Володе, разглядывая его усталое лицо.
- Ну как там? Очень плохо?
- Нормально, - буркнул Володя. – Там люди тоже живут.
- Там живут преступники, - возразила Катя. – Воры и убийцы. А ты ни в чём не виноват, и твоё место здесь, на свободе. Вовка, прости меня, - заревела она.
- Ты чего? – вздрогнул парень. – С ума сошла? Чего ревёшь, за что прощать?
- За телефон этот дурацкий, - размазывала слёзы по щекам Катя. – Если бы не я, ничего бы не случилось! Я растяпа, прости меня, пожалуйста…
- Успокойся, - вытер ей слёзы Володя. – Кать, ну, правда, прекрати. Ты ни в чём не виновата.
- Виновата, - упрямо мотнула головой девушка. – И не только в этом. Вов, я не могу молчать. Пойдём, нам нужно поговорить.

Глава 13
- Володь, прости меня, пожалуйста, - пробормотала Катя, не поднимая на парня глаз. – Прости. Я даже не буду говорить, что не виновата, что не соображала ничего… Виновата, потому что напилась. Прости меня.
Они сидели в кафе, неподалёку от полиции. Играла приятная музыка, на их столике остывали две чашки с кофе, к которому они даже не притронулись.
- Володька, прости, я даже подумать не могла, что меня так развезёт от этой проклятой водки, просто хотелось немного отвлечься, говорят, спиртное помогает… Я вообще не понимаю откуда там взялся Волынцев!
- Ясно. – Коротко ответил Володя и положил на стол мобильник. – Вот твой телефон. – Затем бросил рядом с ним несколько смятых купюр и, надел куртку и вышел.
Катя проводила его взглядом, но даже не попыталась остановить. Его можно понять.
«Права была всё-таки цыганка, говоря, что я всё потеряю…», - грустно подумала она, отхлёбывая уже совсем холодный напиток. – «Правда она его сказала, что потом я буду счастлива, значит, ещё не всё потеряно!». – От этих мыслей ей неожиданно стало легче.
Залпом допив кофе, она забрала телефон и вышла из кафе. На улице моросил дождь, тучи быстро-быстро бежали по небу. Зябко поёжившись, Катя подумала, что не мешало бы заехать домой, одеться потеплее. Перебросив сумочку через плечо, она бодрым шагом направилась к метро.
Родная квартира её встретила звенящей тишиной. Было так тихо, что слышно было тиканье часов на кухне и капающая из крана вода в ванной.
- Эй, есть здесь кто-нибудь? – позвала Катя, разуваясь. – Люди!
- Ну наконец-то, явилась! – на пороге бабы Валиной комнаты появилась Лида, в мятом халате.
- А что случилось? Ты что там делаешь?
- Бабе Вале из-за тебя плохо стало, мы «скорую» вызывали!
- Из-за меня? – поразилась Катя, так и застыв на месте с ботинком в руках. – Я тут при чём, меня даже дома не было!
- Вот именно, что тебя дома не было! Баба Валя себе уже Бог знает что надумала! А в какой-такой подворотне наша Катюша убитая лежит!
- Что за бред? – фыркнула Катя. – С чего это мне убитой лежать? По-моему баба Валя слишком много телевизор смотрит.
- А с того, что ты однажды уже пришла вся в синяках!
- Ну и что? Не каждый же день на меня будут грабители нападать! – возразила Катя.
- Баба Валя решила, что ты связалась с бандитами, - понизив голос до шёпота, сообщила ей Лида. – Парень твой ей нравится, но уж очень они с друзьями её напугали тогда, когда компанию твоего папаши выгонять приходили.
- Чушь, - вздрогнула Катя. Напоминание о Володе отозвалось болью где-то глубоко внутри неё. – Никакие они ни бандиты, нормальные парни. Лид, ладно баба Валя, но ты, молодая женщина, ты тоже веришь в эту ерунду?
Лида лишь неопределённо пожала плечами.
- Прости, Катюш, но твои друзья и правда бандитской внешности… Впрочем, я в твою жизнь не лезу, ты девочка умная, сама разберёшься что к чему. Да и не послушаешь ты меня, кто я тебе? Соседка по коммуналке.
- Лид, ну ты чего? – Катя шагнула к женщине и крепко обняла её. – Мы хоть с тобой и ругаемся в последнее время, я всё равно тебя очень люблю. Да и какие мы все здесь соседи? Мы семья. Я без вас с бабой Валей вообще квартиру нашу не представляю. Если бы не вы, я бы со своей семейкой тут с ума сошла.
- И я тебя люблю, солнышко, - захлюпала носом растроганная Лида.
- А то что не рассказываю ничего, так у меня характер такой. Ну не люблю я свои проблемы на других людей вешать, мне проще промолчать, чем объяснять, почему всё так фигово, понимаешь?
- А у тебя всё так плохо? – погладила её по голове Лида.
- Хуже некуда, - призналась Катя. – Но я справлюсь, вы не волнуйтесь за меня. Я же сильная, всегда со всем справляюсь.
- Я знаю, - кивнула Лида и вытерла слёзы. – Ты зайди к бабе Вале, покажись ей на глаза, пусть увидит, что ты жива-здорова.
Катя кивнула и толкнула дверь в комнату соседки.

Володя подъехал к университету и, заглушив мотор, спрыгнул с мотоцикла. Оглядевшись по сторонам, не увидел ни одной девушки и, поднявшись по ступенькам вошёл в здание храма науки. В холле бурлила жизнь. Туда-сюда с какими-то папками, тетрадками, просто листами бумаги носились студенты, университет гудел как рассерженный улей, откуда-то доносился звонкий девичий смех. Оглядев студентов, Володя остановил свой выбор на худенькой девушке, что увлечённо высматривающей в своём телефоне.
- Привет, - подошёл он к ней и обаятельно улыбнулся.
Девушки вскинула голову, окатила его взглядом, словно прикидывая, стоит ли он её внимания и благосклонно кивнула:
- Привет.
- Тебе как зовут, красавица?
- Алёна, а тебя?
- Владимир, - церемонно представился Володя и сделал какое-то подобие поклона. У него это не получилось, и девушка громко хмыкнула, стараясь сдержать улыбку.
- Алёна, у меня к тебе будет маленькая просьба. Можно?
- Если осторожно, - блеснула остроумием девушка, пряча свой мобильник в карман. – Что нужно-то?
- Здесь у вас такой мужик работает… Э-э… - промямлил Володя, вспоминая имя преподавателя. – Волынцев Геннадий… Извини, отчество забыл.
- Аркадьевич, - подсказала ему Алёна. – Ну работает, и что с того? Тебе-то он зачем?
- Да у меня к нему кое-какое дело, - отмахнулся Володя. – Это в общем-то не важно. Подскажи, как его найти?
- Да он на кафедре сидит, - указала на деканат девушка. – Я сама видела, как он туда шёл, буквально десять минут назад. Зайди, он точно сейчас там.
- Да нет, мне так не подходит, мне бы с ним один на один встретиться…
- Странный ты… - протянула Алёна и отодвинулась от Володи. – Знаешь, я пойду, разбирайся сам. Волынцев ещё тот зверь, узнает, что я с тобой о нём говорила, мне несдобровать.
- Подожди, - придержал её за локоть Володя. – Последний вопрос и я ухожу.
- Ну? – нетерпеливо взглянула на часы Алёна. – Чего ещё?
- К студенткам пристаёт вам Волынцев?
- Ещё как, - тоненько хихикнула Алёна. – Он с половиной университета переспал и думает, что об этом не знаю в деканате. А там просто глаза на это закрывают, потому что он препод хороший, профессор. У нас в группе каждая боится, как бы на неё его выбор не пал, выхода тогда нет, или спишь с ним или не учишься больше здесь.
- Что же он такой всемогущий? – нахмурился Володя. – Почему ни одна из них не пожаловалась?
- Так боятся все, - пожала плечами Алёна. – Некоторым вообще проще забыть об этом инциденте и жить дальше. Волынцев же не ищет постоянную любовницу, ему нужна девочка на одну ночь. Два раза он к одной и той же студентке не подкатывает.
- И что, после этого… кхм, инцидента, он как-то помогает девушке в учёбе? – по мере разговора Володя становился мрачнее и мрачнее.
- Нет, что ты! – махнула рукой Алёна. – Вообще, как будто и не было ничего, словно и не знает её. Были у нас такие, что на экзамен к нему шли и радовались, не учили даже. А он так вопросами засыплет, что девушки все в слезах из кабинета вылетали. Двоих вроде бы даже отчислили из-за него. Сволочь он, вот и всё! Ой! – опомнилась Алёна и закрыла рот ладонью, с тревогой оглядываясь по сторонам. – Слышишь, а ты вообще кто? – с испугом посмотрела на парня она. – Может ты шпион?
- Не волнуйся, о нашем разговоре никто не узнает, - усмехнулся Володя. – У меня к вашему Волынцеву личные счёты.
- А, я поняла! – заметно расслабилась Алёна. – Ты или парень, или родственник какой-то, одной из несчастных, на которую обратил внимание препод?
- Угадала, - кивнула Володя. – Может, ты ещё и адресок его знаешь?
- А ты можешь сделать так, чтобы он больше девочек не трогал? А то уж очень страшно здесь учиться, - поёжилась Алёна. – Бросать не хочется, вылететь тем более, а спать я с ним в любом случае не буду. Каждый день сюда иду и боюсь, а вдруг сейчас встретит и… Ой, даже подумать страшно.
- Сделаю, можешь не сомневаться, - сжал кулаки Володя. – После нашего разговора он не то, что к студенткам, вообще к любой женщине будет бояться приблизиться ещё очень долго.
- Ух ты! – искренне восхитилась Алёна. – Ты прям супермен! Ладно жди, сейчас добуду тебе адресок!
С этими словами девушка растворилась в толпе. Володя прислонился к стене, с усмешкой наблюдая за студентами и поражаясь наивности молоденьких девушек. Нет, он конечно поговорит с Волынцевым, серьёзно поговорит, он Катьку надолго запомнит, но вряд ли это у него отобьёт интерес к девочкам-студенткам. Впрочем, для милой Алёны он может кое-что сделать.
- Вот, - запыхавшаяся девушка появилась перед ним через несколько минут, протягивая сложенный вчетверо тетрадный листок. – Здесь его адрес.
- Огромное тебе спасибо, - искренне поблагодарил её Володя, пряча листок во внутренний карман куртки. – Номерочек не оставишь?
- Ну… - замялась Алёна и густо покраснела. – У меня вообще-то есть парень…
- Так я к тебе в парни и не набиваюсь, - хмыкнул Володя. – Тебе же интересно узнать, как пройдёт наш разговор? Я позвоню и скажу, можно уже не бояться препода или всё-таки стоит ему лишний раз на глаза не попадаться.
- Ну если так… - протянула Алёна и вытащила из рюкзачка ручку.

Выйдя из университета, Володя влез на мотоцикл, напялил шлем и лихо вырулил со стоянки. Профессор Волынцев жил не близко, поэтому гнал он долго, лавируя между машинами и обгоняя их на перекрёстках. Наконец въехал во двор нужного ему дома. Остановившись за углом, снял шлем и, пройдя к ларьку, купил банку колы. Прислонившись к мотоциклу стал ждать, лениво потягивая сладкий напиток. Волынцев, по сведениям Алёны, должен был освободиться через час, максимум полтора. Что ж, он дождётся его, чего бы ему это не стоило.
Ждать оказалось тяжело, но Володя справился с этим. Вскоре во двор въехала уже знакомая ему машина, из неё вышел профессор, как всегда элегантно одетый и причёсанный. Что-то весело насвистывая, щёлкнул брелком сигнализации и вошёл в подъезд, поздоровавшись с бабульками, сидящими на скамеечку, несмотря не непогоду. Дождавшись, пока за Волынцевым закроется дверь, Володя отлепился от мотоцикла и, натянув на голову капюшон так, чтобы вездесущие бабулю не увидели его лицо, пошёл следом за ним. Подойдя к нужной двери, нажал на звонок и стал ждать, стараясь придать лицу приветливое выражение, а то, увидев его разъярённую физиономию, профессор ещё чего доброго, побоится открыть дверь.
- Кто там? – раздался его голос из-за двери.
- Я почтальон, вам письмо заказное пришло, - крикнул Володя и быстро помахал перед глазком листочком с адресом, надеясь, что Волынцев не станет присматриваться. Так и получилось, профессор тут же загремел замками и открыл дверь. И… был сбит с ног профессиональным ударом в челюсть.
- Вы кто? Что вам нужно? – запищал он, хватаясь за щеку и с ужасом глядя на нависшего над ним Володю.
- Поговорить. – Заявил парень, с ненавистью глядя на мужчину, от испуга сразу потерявшего весь свой лоск. – Вставай урод, я лежачего не бью.
- Я сейчас полицию вызову, - пригрозил Волынцев, поднимаясь с полы и стирая с губ кровь.
- Обязательно, - зловеще улыбнулся Володя. – Обязательно вызовешь. Если сможешь.
Его последние слова произвели на профессора неизгладимое впечатление. Он сначала побледнел, потом посинел и начал судорожно хватать ртом воздух.
- Что вам нужно? Что я вам сделал? – проблеял он, хватаясь за сердце. – Вы грабитель? Не трогайте меня, у меня сердце больное, я вас всё отдам!
- Сядь и не мельтеши, - приказал Вова, проходя в гостиную и по-хозяйски оглядывая её.  Волынцев шаркая ногами по полу, зашёл за ним следом и сел на диван, зажав коленями ладони. Володя с презрением посмотрел на него и сплюнул на пол, играя роль отпетого бандита.
- Мда, так ты совсем на героя-любовника не похож, - сделал вывод он. – Так на тебя не одна женщина не клюнет. Впрочем, они на тебя и так не клюют, верно? Только тем и занимаешься, что заставляешь девчонок спать с тобой, под угрозой отчисления из университета.
- Подождите-подождите… - в глазах Волынцева мелькнул интерес. – Я вас узнал!
- Какое счастье! – хмыкнул Володя, садясь в кресло напротив преподавателя.
- Вы парень Катерины? Да?
- Да, - кивнул Володя. – И теперь подумай, что я с тобой сделаю за Катю.
- А я что? – вскочил Геннадий Аркадьевич. На его лицо медленно возвращались краски. – Я тут при чём? Я её что, заставлял? Она сама ко мне пришла!
- Вот как? – внимательно посмотрел на него Володя. – А мне Катя рассказала другую версию.
- Мало ли, что она там вам рассказала… - отвёл глаза в сторону Волынцев. – Что она могла сказать? Что сама ко мне в постель прыгнула? Как бы не так! Да чего вы удивляетесь, все они шлюхи, уж я-то это теперь точно знаю. И Катя ваша не исключение!
В одну секунду Володя вскочил с кресла и, ухватив Волынцева за горло, прижал его к стене.
- Ещё раз услышу что-то подобное про Катю, я тебя здесь прибью и в ближайшем лесочке закопаю, понял меня? Понял, я тебя спрашиваю?! – рявкнул Володя. Волынцев зажмурил глаза и быстро-быстро закивал.
- Отпустите меня, я всё скажу, - забормотал он. – Не было у меня ничего с вашей Катей, не было!
- Что? – от неожиданности Володя отпустил профессора и отступил на шаг. – Что ты сказал?
- То и сказал! – огрызнулся Волынцев, потирая горло. – Не было у меня с ней ничего! Я её в клубе встретил, пьяную вусмерть! Она вообще ничего не соображала, вот я и подумал, что это мой шанс. Ну не мог я упустить её, она рассказала бы подружкам, что не сдалась чарам Волынцева и моя репутация пошатнулась бы! Мне пришлось бы отчислять её, а не за что! Вот я и притащил её домой. Стал раздевать, а она пьяная, еле ноги переставляет, а мне по морде съездила. Ну я и подумал, что если что-нибудь с ней, ну… Ну короче она на утро может побежать в полицию и заявление написать, будто я её изнасиловал! Но и шанс упускать не хотел! Я её раздел просто, в рубашку свою переодел, и спать уложил. А утром она проснулась, я и разыграл перед ней сценку, будто у нас что-то было! А она и не помнила ничего!
- Врёшь, - выдохнул Вова.
- Да не вру я! – испуганно отскочил в сторону Волынцев. – Да правда не вру, не было ничего! Зря с девчонкой связался, толку ноль, а нервы потрепал себе…
- Ну ты и сволочь! – прошипел Володя и не сдержавшись, заехал ему в глаз.
- За что? – самыми настоящими слезами заплакал Геннадий Аркадьевич, хватая рукой за глаз. – Я же не сделал ничего!
- За что? – наклонился к нему Володя. – За то, что она плакала, понял? Урод! Значит так, если я узнаю, что ты и дальше продолжаешь свою грязную игру…
- Да как же ты узнаешь? – нагло хмыкнул преподаватель. – Это Катька у тебя кристально честная, а остальные девчонки даже под страхом смерти никому ничего не расскажут. Слушай, чего тебе надо? Не трогал я твою девчонку, вот и отвали!
- Приступ смелости? – скривился Володя. – Ну-ну. Ладно, допустим, не узнаю. Тогда так, у вас на четвёртом курсе учится девушка, Алёна Анисименко. Узнаю, что подкатываешь к ней, просто убью, понял?
- Что, ещё одна девушка? – ехидно посмотрел на него заплывшим глазом Волынцев. – И много их у тебя в нашем университете? Огласи весь список, пожалуйста.
- Я тебе сейчас оглашу! – Володя схватил его за лацканы пиджака и поднял на ноги. – Я тебе сейчас так оглашу! Алёна моя сестра. Узнаю – убью. Надеюсь, ты меня понял, урод. Жаль девчонки не согласятся на тебя жалобу накатать, а так бы посадил я тебя далеко и надолго!
- Смотри, чтобы сам не сел, - проскулил Волынцев. – А я вот сейчас пойду и побои сниму! Я между прочим профессор, как я с таким лицом перед студентами появлюсь?
- Ничего, будешь освещать им своим «фонарём» темную дорогу к знаниям, - хохотнул Володя и, оттолкнув преподавателя в сторону, вышел из квартиры.
Сел на мотоцикл, проехал два квартала и, остановившись, набрал номер Алёны.
- Аллё, - раздался в трубке её звонкий голос. – Аллё, я вас слушаю, говорите.
- Привет Алёнка. Это Владимир.
- Привет. Ты что, уже поговорил… с ним? – понизив голос спросила она.
- Да. Вот, спешу сообщить. Не знаю, как к остальным девчонкам, но к тебе он точно клеиться не будет.
- Откуда ты знаешь? – недоверчиво поинтересовалась девушка.
- Не важно.
- И что я тебе за это должна?
- Ничего. Считай, что это моя благодарность за помощь. Удачи в учёбе! – нажав кнопку отбоя Володя удалил номер девушки из мобильного и, повертев его в руках, всё-таки набрал номер Кати.
- Аллё.
- Катюш, привет, - начал он, но его перебили:
- Володя, это Лида, соседка Кати. Она телефон дома забыла.
- Дома забыла? – удивился Вова. – А сама она где? На работе?
- Нет, она сказала, что у неё отгулы. Я не знаю, где она. Она пришла, переоделась, легла, а потом вскочила, говорит, вот же дура, совсем забыла, и убежала куда-то.
- Ясно, спасибо. – Буркнул Володя и отключился. – Действительно дура… Ну и куда ты опять отправилась искать приключения?

Глава 14
Катя выбежала из подъезда и что есть духу припустила к детскому дому. Ей нужно было срочно поговорить с Лианой. Влетев в здание детского дома, она чуть не сбила с ног меланхолично жующую булочку Нину.
- Куда летишь, ненормальная? – едва не подавилась она. – Совсем с ума сошла?
- Раз ненормальная, значит совсем! – на ходу крикнула Катя и без стука влетела в кабинет начальницы.
Лиана привычно сидела за столом и курила. Только на этот раз взгляд её не был пустым и равнодушным, она смотрел в монитор и глаза её светились любовью.
- Здравствуйте, Лиана Викторовна! – запыхавшаяся Катя расстегнула пальто и плюхнулась на диван.
- Здравствуй Катюша, - отстранённо поздоровалась Лиана, не отрывая взгляда от компьютера.
- Что там у вас? – проявила любопытство Катя и, поднявшись, заглянула в монитор через плечо начальницы. И тут же вздрогнула и отпрянула. С экрана на неё смотрел Женька. Это на его фотографии с такой любовью взирала Лиана.
- Смотри, вот это мы на пикнике были в прошлом году весной, - указала на фотографию Лиана. – Слава шашлыки жарил, а Женька всё норовил утащить хоть один. И утащил. Попробовал, а мясо ещё сырое было, невкусное! Ему не понравилось и больше мы не смогли его уговорить попробовать шашлык, хотя они были очень вкусные. Он упрямый очень… Был…
- Лиана Викторовна, зачем вы так? – укорила её Катя. – Вам нужно делом заняться, отвлечься, а не на фотки смотреть. Так и с ума сойти не долго.
- Смотри, - словно не слыша её, защёлкала мышкой Лиана. – Смотри, Катюш, это сестра моя, Василиса. И муж её. И Дианка. Здесь ей годик исполнялся.
Катя обернулась к экрану и увидела красивую, высокую девушку, с длинными волосами и задорно блестящими глазами. Она была одета в серое приталенное платье и держала на руках ребёнка, в розовом костюмчике и с розовой повязкой на абсолютно лысой голове. По левую руку от неё стоял мужчина, русоволосый, с голубыми глазами и открытым взглядом. Чувствовалось, что эта семья очень счастлива рядом друг с другом.
Смотря на это фото, Катя вдруг отчётливо поняла, какую боль испытывает Лиана, смотря на родные лица и понимая, что никого из них уже больше нет. Поняла, и почувствовала дикий страх. Не дай Боже никому оказаться в подобной ситуации!
- Лиана Викторовна, не надо, прошу вас, - мягко попросила она и, забрав мышку из внезапно ослабевших пальцев начальницы, выключила компьютер. – Вы же не даёте вашей душе зажить. Вы ковыряетесь в ней этими фотографиями, как ржавым ножом в ране. Так нельзя. Пожалейте себя. Для чего-то Господь оставил вас жить, значит, нужно просто перетерпеть это время. Потом обязательно станет легче.
- Не станет, - вздохнула Лиана и впервые посмотрела на неё осмысленным взглядом. – Что ты хотела, Катюша?
- Лиана Викторовна, - потупилась Катя, вспомнив о цели своего визита. – Мне очень неудобно вас просить об этом, но…
- Короче, - перебила её Лиана. – Про слово неудобно вообще забудь.
- Мне нужно машина, - опустила глаза девушка. – Для поиска тела Диночки. Мне нужно проследить за одним человеком, а без машины я вряд ли смогу что-то сделать.
- Это не опасно? – встревожилась Лиана.
- Я буду предельно осторожна, - пообещала Катя.
- Ну что ж, ладно… - Лиана открыла молнию на сумочке и бросила на стол ключ. – Возьми. Только не гони, если тебя остановит гаишник, будет очень трудно объяснить, почему ты едешь на чужой машине. Постой, - опомнилась она. – А права у тебя есть?
- Да, - соврала Катя и, схватив ключ, бросилась вон из кабинета.
- Позвони, как что-нибудь узнаешь! – крикнула ей вслед Лиана, но Катя уже не услышала её.

Машина Лианы Викторовны стояла рядом с крыльцом детского дома. Катя подошла к ней и несмело погладила по крыше.
- Ты же будешь хорошей, да, машинка? – пробормотала она. Водить она умела, был в её жизни парень, ещё в школьные годы, который научил её премудростям вождения, но прав не имела. Давно мечтала получить, но не смогла скопить денег. Так что придётся ехать так и, права Лиана, нужно стараться выглядеть как можно незаметнее на дороге.
С тяжёлым вздохом открыв дверцу, Катя нырнула в пахнущий дорогими духами салон. Оглядев машину, девушка пришла к выводу, что справится с ней.
- Катька, а ты чего в машине Лианы делаешь? – услышала она изумлённый голос и, обернувшись, увидела тётю Женю, выглядывающую из окна кухни.
- Мне кое-куда съездить надо, вот Лиана Викторовна и одолжила свою машину, - честно ответила Катя.
- Вот так вот взяла и одолжила?.. – недоверчиво протянула повариха. – Свою машину? Катька, что-то ты темнишь!
- Не веришь, иди, спроси у неё сама! – рассердилась девушка и, захлопнув дверцу, повернула ключ. Машина заурчала и Катя, вцепившись обеими руками в руль, выехала со двора.
По дороге, ведущей к основной магистрали, она ехала более-менее спокойно, но когда вклинилась в плотный поток других машин, сразу же облилась холодным потом. Сбросив скорость до пятидесяти, она еле-еле плелась, не обращая внимания на гудки клаксонов едущих позади неё машин и, откровенно неприязненные взгляды мужчин. Один даже высунулся из окна и покрутил пальцем у виска.
- Сам дурак, - прошипела Катя и чуть прибавила газу.
Когда наконец впереди показались стены ставшей уже родной больницы, она, наконец, облизала пересохшие губы и вытерла пот со лба. Припарковавшись на стоянке, Катя откинулась на сиденье и облегчённо вздохнула.
- Интересно, как я буду за кем-то следить, с таким умением ездить, - пробормотала она.
Немного придя в себя, она вышла из машины, поставила её на сигнализацию и вошла в больницу. Спустившись вниз, на цыпочках прошлась по тёмному коридору морга и, заглянув в щелку в двери, уже не вздрогнула при виде трупов. Зато вид санитара Евстюгнеева вызвал у неё нервную икоту. Закрыв рот ладонью, Катя так же тихонько выбралась обратно на улицу и, купив бутылку воды, уселась обратно в машину.
- Значит так, - заговорила она сама с собой, нервно постукивая пальцами по рулю. – Вчера я за ним не следила, вполне возможно, что мужик расслабился. Скорее всего он решил, что сопливая девчонка наигралась в детектива или просто испугалась его головорезов. Значит, если мне повезёт, сегодня я найду место, где прячут тело Дианки. Но это только если ОЧЕНЬ сильно повезёт, ведь я не знаю, ходит он туда каждый день и ходит ли туда вообще. Господи, ну зачем ему тело ребёнка? Он маньяк?
Рассуждая таким образом, Катя в то же время не отрывала взгляда от входа в больницу. Туда-сюда бродили незнакомые люди, она увидела противную медсестру Жанну, не пускавшую её к Дианке, Сан Саныча, который выскочил из своей машины и почти бегом бросился к больнице, но Евстюгнеев на улицу так ни разу и не вышел. К вечеру от постоянного напряжения глаза Кати стали слезиться, но она мужественно следила за входом.
Стемнело, людей на улице стало существенно меньше, а потом они исчезли вовсе. Один за одним покинули больницу её сотрудники. В десять вечера уехал Сан Саныч. Везде погасли окна, только на первом этаже в холле, горел свет.
- Может я его пропустила? – заволновалась Катя. – Нет, не может быть…
Когда её беспокойство достигло крайней точки, Евстюгнеев наконец-то вышел с чёрного хода. Выкурив сигарету, он бросил окурок на землю и притоптал ногой. Затем поднял воротник куртки и, засунув руки в карманы, пошёл к дороге. Заведя мотор, Катя аккуратно вырулила со стоянки и, не включая фары, последовала за ним.
Санитар шёл, воровато оглядываясь по сторонам, но видимо ползущую в стороне машину не замечал. Катя тихо радовалась своей предусмотрительности, тому, что обзавелась средством передвижения. Радость её стало ещё больше, когда Евстюгнеев вышел на дорогу и тормознул попутку. Если бы она была на своих двоих, слежка её прервалась бы в этом месте, но сейчас Катя только вжала педаль газа в пол и помчалась следом за машиной, в азарте даже забыв бояться своей скорости.
Попутка долго петляла по городу, а затем наконец высадила мужчину на какой-то старой улице, где даже не был проложен асфальт. Катя остановилась за одним из домов и, вытянув шею, наблюдала за действиями Евстюгнеева. Он вытащил мобильник и, набрав чей-то номер, приложил его к уху. Катя открыла окно, надеясь услышать о чём он говорит, но смогла услышать только невнятное бормотание – слишком далеко она находилась от мужчины.
- Хорошо, я не буду ничего делать! – наконец отчётливо услышала она его крик и тут же санитар нажал кнопку отбоя и спрятал телефон в карман. – Урод! – рявкнул он и, зло потфутболив лежащий на его дороге камень, пошёл куда-то в глубь двора.
Катя, стараясь быть незаметно, вышла из машины и последовала за ним, прячась за деревьями и домами. Евстюгнеев шёл быстро, не оглядываясь, видимо здесь он не ожидал за собой слежки.
Улица оказалась длинной, дорога становилась всё хуже. Катя, сквозь тонкую подошву ботинок чувствовала каждый камешек и то и дело морщилась от боли. Вдобавок ко всему моросящий дождь постепенно переходил в ливень, ветер трепал волосы и продувал пальто. Озябшая девушка проклинала всё на свете, пробираясь в полной темноте за санитаром. Здесь не горели фонари и не светились окна в домах. Ориентиром ей служила белая полоска на рукаве чёрной куртки Евстюгнеева.
Скоро закончились и жилые дома, они вышли на какое-то заброшенное место, где были одни развалины. Санитар уверенно шёл вперёд, виляя между обломками, Катя, спотыкаясь на каждом шагу, преследовала его. Так продолжалось ещё минут сорок. Вскоре девушке стало казаться, что она попала в ад. Оглянувшись назад, она с ужасом поняла, что не помнит, как добраться обратно, к машине.
- Стоп! – тихонько приказала она себе, чувствуя подступающую панику. – Ну не в лесу же ты. Не выберешься сейчас, найдёшь дорогу утром, когда рассветёт. Сейчас не мороз, за ночь ты не замёрзнешь.
Но вопреки ожиданию звук собственного голоса не успокаивал, а наоборот возбуждал и без того напряжённые до предела нервы. Катя вдруг подумала, как было бы хорошо следить за гадким санитаром вдвоём с Володей. С ним бы ей было ничего не страшно, он умеет придумать выход из любой ситуации. Подумала – и тут же по щекам покатились слёзы. Володя, милый, добрый Володя… Простит ли он её глупость?
Катя даже не успела испугаться, как вдруг провалилась в какую-то яму, больно стукнувшись спиной о что-то тяжёлое. Спину пронзило такой сильной болью, что у неё перед глазами вспыхнули звёзды.
- «Позвоночник!» - мелькнула страшная мысль и девушка, дабы опровергнуть эту ужасную догадку, тут же вскочила на ноги и завертелась на месте. И только удостоверившись, что ничего не сломала себе, задрала голову вверх и увидела, какая эта яма глубокая. О том, чтобы допрыгнуть до края, не могло быть и речи, она не доставала рукой даже до половины.
Притупившаяся было паника нахлынула с новой силой. У неё нет телефона, о том, что она здесь, никто не знает. Нет, её конечно же будут искать, но явно не здесь, на этом чёртовом пустыре! Она умрёт здесь, в этой яме, а когда её скелет найдут, то решат, что здесь погибла какая-то пьянчужка, а Лида и баба Валя будут всю жизнь плакать о ней и думать, что она ушла в какую-нибудь банду…
От жалости к себе Катя зарыдала в голос, совсем забыв о том, что её может услышать Евстюгнеев. Размазывая слёзы по щекам, она жалобно скулила, прижимаясь спиной к стене и смотря на такое далёкое небо, сплошь покрытое тучами. Из них наконец-то хлынул дождь и Катя, подставив ладошки ковшиком, набрала в них дождевой воды и умылась, стараясь побороть начавшуюся истерику. Внезапно она поняла, как сильно хочет жить, а значит, ей нельзя сдаваться, надо искать, искать выход из этой ямы! Но выхода не было… Стены ямы были гладкими, уцепиться было не за что, она никак не могла подняться. Поняв, что сделать ничего не удастся, Катя опустилась на холодную, мокрую землю и, уткнув лицо в колени, затихла.
Дождь шёл ещё минут двадцать, но вскоре прекратился и он. Наступила тишина. И в этой тишине Катя неожиданно услышала шаги…
Затаив дыхание, она вжалась в стену и до боли в глазах всматривалась в тёмное небо, надеясь, что шаги её не померещились. Но нет, звук приближался и вскоре над ямой наклонился человек.
- Помогите! – пискнула Катя и тут же закрыла рот ладонью. Кто здесь мог быть в такое время? Если только не Евстюгнеев… Он наверняка слышал её плач и вернулся! И сейчас убьёт её, наверняка убьёт!
Человек пропал, его шаги стали удаляться. Ну конечно, ему вовсе не надо марать руки и убивать её, она умрёт сама, от голода и жажды в этой чёртовой яме на этом чёртовом пустыре!
Катя опять тоненько заскулила, обхватив себя за плечи, стараясь согреться. Зубы стучали, она больно прикусила язык. И было непонятно от чего это, от холода или от страха.
Через какое-то время она опять увидела человека над ямой и к ней полетела верёвка.
- Держись, - сквозь зубы прошипел кто-то, но она без труда узнала голос санитара. Отказываться от помощи было глупо, поэтому она покорно вцепилась в верёвку.
Евстюгнеев отошёл от ямы и принялся тащить её вверх. Катя старалась помочь ему, из последних сил упираясь ногами в стены. Наконец показались края ямы и девушка вцепившись, подтянулась и рухнула на землю, тяжело дыша. Она не могла поверить, что оказалась на свободе и теперь будет жить! Хотя… Катя бросила испуганный взгляд на запыханного санитара. Что от него ожидать?
- Зачем? – спросила она, сев на земле. – Зачем вы мне помогли?
- Ты чем-то недовольна? – хмыкнул Евстюгнеев, отбрасывая верёвку в сторону.
- Довольна, - кивнула Катя. – Более того, очень благодарна вам. Только понять не могу, зачем вы меня спасли? Ведь логичнее было оставить меня умирать в этой яме. Избавились бы от меня и труп бы не скоро нашли.
- Уж поверь, я бы и сделал так, - откашлялся санитар. – Ты мне как кость в горле, дрянь малолетняя!
- И что помешало? – поинтересовалась Катя, на всякий случай вставая и отходя подальше от злополучной ямы. На какое-то мгновение ей показалось, что Евстюгнеев сейчас столкнёт её обратно.
- Если бы хозяин так о тебе не пёкся, я бы давно тебя прихлопнул, муха надоедливая, - Евстюгнеев грязно выругался и с силой схватил Катю за руку. – Пошли!
- Куда вы меня тащите? – попыталась вырваться девушка, но санитар сжимал её руку так крепко, что она не смогла даже пошевелить ею.
- К дороге. Сейчас выведу тебя отсюда и ты уберёшься, поняла?
- А если нет? – вскинулась Катя. К ней постепенно возвращалась смелость.
- Хочешь вернуться в яму? – затормозил Евстюгнеев. – Я могу обеспечить это тебе. И хозяин меня поймёт. Впрочем, ему вовсе не обязательно будет знать, где ты. Ты просто пропала, исчезла и я понятия не имею, где ты. Шла следом, а потом пропала. Я откуда знаю куда? Может испугалась и обратно повернула!
Поняв, что он не шутит, Катя замолчала. Некоторое время она тихо шла, вернее бежала следом за ним, обиженно сопя, но вскоре любопытство пересилило страх.
- А почему это ваш хозяин так волнуется обо мне? Логичнее было бы ненавидеть меня, а он…
- Ты заткнёшься или нет? – рыкнул Евстюгнеев. – Не выводи меня!
От мужчины исходили такие волны ненависти, что она содрогнулась и замолчала. И молчала до тех пор, пока они не вышли на дорогу.
- А теперь вали, - толкнул её санитар.
- Где Диана? – тихо спросила Катя. – Верните её. Пожалуйста. – Добавила она.
- Нет, ну ты меня конкретно достала! – Евстюгнеев схватил её за горло и с силой сжал. Катя открыла рот и попыталась ухватить воздуха, но это у неё не получилось. Перед глазами замелькали яркие круги. Санитар, увидев, что она едва жива, ослабил хватку.
- Ещё раз увижу тебя рядом с собой, пеняй на себя, - прошипел он.
- А вы не боитесь, что я обращусь в полицию? – крикнула ему вслед Катя, оглядываясь и прикидывая, успеет ли она добежать до машины и спрятаться в ней.
- Ну-ну, - усмехнулся Евстюгнеев. – По-моему ты уже обращалась? И что из этого вышло?
- Вам всё равно это с рук не сойдёт! Вот увидите!
- Ну всё, ты меня достала! – санитар развернулся и шагнул к ней.
Звонко завизжав, Катя бросилась бежать. Её крик разносился по пустынной улице и вот уже включился свет в некоторых окнах жилых домов. Не изменяя тональности, она добежала до машины и, скользнув на сиденье, тут же заблокировала двери. Евстюгнеева нигде не было, из чего Катя сделала вывод, что он не гнался за ней, только пугал.
Отдышавшись, она нашарила в кармане ключ и, повернув его, вывернула руль и поехала в сторону города.
- Ничего, голубчик, - прошипела она. – Мы вернёмся сюда вместе с Володей и всё-всё здесь обшарим.
О том, что Володя может не согласиться ей помогать, она даже не подумала.

Въехав в свой двор, Катя закрыла машину и, чувствуя, как мелко-мелко дрожат ноги, пошла к подъезду. Поднявшись на свой этаж, она открыла дверь, и только ввалившись в прихожую, прижалась спиной к прохладной шершавой стене и заплакала от облегчения.
- Катерина! – ахнула баба Валя, выглянув на звук захлопывающейся двери. – Что с тобой?
Катя бросила косой взгляд в зеркало и вздрогнула. Оттуда на неё смотрела зарёванная незнакомая девица, в перепачканной одежде, синяками на лице и выбившимися из хвоста волосами.
- Ничего страшного, упала, - выдавила из себя улыбку Катя.
- Да что ты мне лапшу на уши вешаешь! – возмутилась баба Валя. – Ты постоянно приходишь грязная, избитая, и всё время находишь безобидные причины! Ты меня за дуру держишь? Может я и старая, да только ум ещё не растеряла!
- Баб Валь, не начинайте, - поморщилась Катя, выгребая из карманов всякие мелочи и снимая грязное пальто.
- А это ещё что? – цепкий взгляд соседки тут же выхватил из кучи всякой-всячины ключ от машины Лианы. – Откуда у тебя это?
- Не поверите, начальница дала машину на время, - усмехнулась девушка, понимая, как глупо звучит эта её правда.
- Ты опять? – грозно надвинулась на неё баба Валя. – Да ты в криминал какой-то ввязалась по самые уши!
- Ну что вы заладили, криминал, бандиты! – повысила голос Катя. – Ни во что я не ввязалась! Просто кое-какие проблемы, но я их решу!
- Ну ясно же, что не признаешься, - поджала губы старушка. – Кавалер твой ведь день названивает и ругается. Найти тебя не может.
- Володька? – обрадовалась Катя. – Он звонил? Звонил?
- Звонил, - передразнила её баба Валя. – Лида замучилась отвечать. А тебя всё нет и нет, приходишь за полночь!
Катя в ответ лишь закатила глаза и шумно вздохнула.
- Повздыхай мне ещё тут, повздыхай! – прикрикнула на неё соседка, но Катя лишь молча шмыгнула в ванную и, переодевшись в халат, сложила вещи в стиральную машину.

- Володь, мне сказали, ты звонил, - виноватым тоном начала Катя, едва услышала голос парня.
- Где тебя носит? – сердито спросил он. – Я весь день звоню, где ты ходишь, объясни мне? Ты на часы смотрела?!
- Я думала, ты не захочешь со мной разговаривать, - шмыгнула носом девушка. – Ну, после этого…
- Вот кстати на счёт этого. У меня для тебя новости есть. Виделся я сегодня с твоим Волынцевым.
- Он не мой, - начала Катя и осеклась: - Что ты сказал?! Виделся?! Господи, что ты с ним сделал? Он жив?
- А чё ты так за него волнуешься?
- Господи, да я за тебя волнуюсь! – вспыхнула Катя. – Володь, не пугай меня! Что ты натворил?
- Ничего, просто поговорил с ним! Узнал много интересного!
- Приезжай сейчас ко мне, - взмолилась девушка. – Нам нужно поговорить!
- Не думаю, что это удобно, - замялся Володя. – У тебя полный дом народу.
- Да все спят уже! – отмахнулась Катя. – Ты только когда подъедешь, позвони на телефон, чтобы не шуметь. Ты приедешь?
- Приеду, - вздохнул Володя и отключился.

Глава 15
- Господи, так это всё неправда?! – воскликнула Катя, прижав руки к горящим щёкам. – Володька, это неправда?! Волынцев всё наврал? Господи, какое счастье!
Володя лишь коротко хмыкнул, по-прежнему избегая смотреть в глаза девушке.
- Вовочка, прости меня, пожалуйста! – жарко забормотала Катя, сжимая его руку в своих ладонях. – Я больше никогда пить не буду, даже в рот водки проклятой не возьму! Я даже подумать не могла, что со мной такое случится, от одного стаканчика!
- Какого чёрта тебя вообще в этот кабак понесло? – хмуро взглянул на неё парень.
- Расслабиться хотелось, - виновато пожала плечами Катя. – Ты же знаешь, сколько всего свалилось на меня за это время, подумала, что спиртное поможет мне отвлечься.
- То же мне, способ для расслабления нашла! Ты на отца своего посмотри, как он всю жизнь расслабляется!
- Ну я же не собиралась в алкоголичку превращаться, - слабо возразила Катя.
- Думаю папа твой тоже алкоголиком становиться не собирался!
- Володька, ну чего ты? – Девушка поднялась и, подойдя к парню, обняла его за шею. – Ну не злись, пожалуйста, я больше так не буду…
- Ладно уж… - размяк Володя. – Рассказывай, где сегодня тебя носило? Я весь день до тебя дозвониться не мог!
- Опять ругаться будешь, - вздохнула Катя, возвращаясь на своё место.
- Ну и что ты опять натворила? – посуровел парень. – Говори!
- Я следила за санитаром из морга, - пряча глаза, призналась Катя. В кухне установилось молчание, так выглядит притихшая природа перед грозой. Катя чувствовала наступление этой грозы, поэтому боялась посмотреть на парня, лишь тихо теребила кончик клеёнки на столе.
Володя лишь беззвучно открывал и закрывал рот, видимо у него закончился словарный запас, от её глупости.
- Опять?! – наконец выдохнул он. – Я же просил тебя, не соваться в больницу без меня! Господи, ты вообще в своём уме? А если бы он заметил и прибил тебя, а?
- Он меня не прибил бы, он наоборот, спас меня.
- Что?! – поразился Володя. – Как это спас?
Пришлось Кате каяться и пересказывать парню события минувшего дня.
- И Лиана дала тебе машину? – недоверчиво переспросил Володя.
- Дала. Она тоже очень хочет знать, что случилось с Дианой, но ей самой-то не до расследования.
- Да вы обе ненормальные! – забыв о спящих в соседних комнатах соседях, заорал Володя. – И ты, и Лиана! Да какое мать вашу расследование? Ты кем себя возомнила? Этим делом занимается полиция, вот и не лезь туда, ясно тебе?!
- Тише ты! – шикнула на него Катя. – Чего раскричался, сейчас всех перебудишь! Что она может, твоя полиция? Ну обращалась я туда и что? Они никак на моё заявление не отреагировали!
- И ты решила в детектива поиграть? Ты вообще соображаешь, что делаешь? Диане уже ничем не поможешь, а ты себя можешь угробить!
- Что значит, ничем не поможешь? – задохнулась от возмущения девушка. – Да бедный ребёнок, наверное, и на том свете покоя найти не может, из-за того что её тело не похоронено как положено, а находится у какого-то урода, маньяка!
- Значит так, - стукнул кулаком по столу Володя, наклоняясь к самому лицу Кати, - если ты ещё раз куда-то отправишься без меня…
- То что? – вскинулась девушка.
- То считай, что мы с тобой никогда не были знакомы.
- Вот как? – прищурила глаза Катя. – Значит, ты так легко меня бросишь?
- Не легко, - мотнул головой Володя. – Но и терпеть твои выходки, я не намерен. Ты когда-нибудь себе шею свернёшь. И если я тебе хоть капельку дорог, ты больше не сунешься в больницу одна.
Развернувшись, парень больше не сказав ни слова, вышел из квартиры.
- Ну и ладно, и бросай, не больно и хотелось! – подскочив к двери, крикнула ему вслед Катя, чувствуя себя истеричным подростком. Но остановиться уже не могла: - Да ты меня никогда не любил!
Высказавшись, она с шумом захлопнула дверь и, сделав вид, что не видит бабу Валя, с любопытством выглянувшую в коридор, побежала к себе и нырнув под одеяло, разрыдалась.
Утро началось с гневных воплей телефона. Нашарив мобильник рукой, Катя приложила его к уху и хрипло сказала:
- Слушаю.
- Катюш, это я. – Услышала она голос Лианы Викторовны. – Как ты? Стало что-нибудь известно? Машина тебе ещё нужна?
- Лиана Викторовна, - разом проснулась Катя и села в постели. – Нет, пока никаких существенных новостей нет. Послушайте, если вам не трудно, пусть машина побудет ещё у меня пару дней, сами понимаете, в таком деле как слежка без колёс никак. Я вам обещаю, верну её вам в целости и сохранности.
- Да что ты, я не переживаю вовсе, - отмахнулась Лиана. – Если нужно, конечно, езди. Меня больше волнует Диана… Катюш, прошу тебя, если будут какие-то новости, обязательно сообщи мне.
- Непременно, - пообещала Катя и, отключившись, откинула одеяло. Обида на Володю за ночь не прошла, поэтому она не собиралась подчиняться ему. Если он может бросить её из-за такого пустяка, то что будет дальше? Нет уж, она будет делать так, как считает нужным! И никто ей не указ!
Натянув халат, она вышла на кухню и впервые за все эти дни, плотно позавтракала. Затем оделась и, взяв ключи, вышла из квартиры. Скользнув на водительское сиденье, она ласково провела рукой по рулю:
- Привет, машинка. Надеюсь, ты меня не подведёшь?
Машинка не подвела. Мотор заурчал и Катя уверенно выехала со двора и вклинилась в поток машин. От вчерашнего страха не осталось и следа, появилась злость и азарт.
За двадцать минут доехав до больницы, Катя остановилась на стоянке и, поставив машину на сигнализацию, вошла в больницу. Уверенно спустившись в помещение морга, прошлась по нему, ища Евстюгнеева и буквально напоролась на него. Санитар стоял в курилке и тихо разговаривал по телефону. Увидев его, Катя испуганно отшатнулась, но, тем не менее, уходить не собиралась. Прижавшись спиной к стене, она шагнула ближе к курилке, надеясь услышать, о чём говорит мужчина.
- Послушай, с девчонкой надо срочно что-то решать, она ноет постоянно, плачет. Да знаю я, что надо тянуть время! Ты когда договоришься с этой стервой? Ты уже к ней подходил? – санитар замолчал, слушая собеседника. – Думаешь, сможешь уговорить её? Тогда действуй быстрее! Эта чёртова инвалидка покоя мне не даёт, а я не могу постоянно пичкать её снотворным, кто потом захочет брать её органы, после таких доз лекарства? Всё, ладно, успокойся, я не буду давить! Слушай, нечего мне угрожать, ты сидишь в тени, а мне отдувайся за всех! Ты не угрожать мне должен, а долю увеличить! Что, тебе смешно? А между прочим, это по твоей милости, я эту девицу назойливую не прихлопнул ещё! Путается постоянно под ногами, мне чтобы к девчонке пройти, знаешь, как прятаться приходится? Да водил я её вчера, думал, увидит куда попала, удерёт, а она на пустырь за мной потащилась, а потом в яму грохнулась! Если бы не ты, я бы её там и оставил, одной проблемой меньше было бы! Ладно, всё, молчу! – санитар засунул мобильник в карман и закурил. – Сволочь! – прошипел он.
Катя стояла ни жива, ни мертва, стараясь не дышать. Подслушанный разговор настолько испугал её, что она еле сдерживала рвущийся наружу крик. На цыпочках, она покралась обратно и, поднявшись в холл больницы, бросилась на улицу. Оказавшись в машине, она, забыв про гордость, дрожащими руками набрала номер Володи.
- Вовка, я сейчас такое узнала!
- Ты где?
- У больницы. Послушай меня…
- Я же просил тебя! – заорал он, такой злости в его голове Катя прежде ещё не слышала.
- Да помолчи ты! – вспыхнула Катя. – Помолчи и послушай! Не время ругаться, нужно срочно что-то делать!
- Что случилось? – прошипел Володя. – Куда ты опять вляпалась?
- Никуда я не вляпалась! – возмутилась девушка. – Диана жива!
- Что? – глухо охнул Володя. – Ты… Ты вообще в своём уме?
- Я только что слышала разговор санитара с… С его боссом, начальником, хозяином, не знаю, как это у них называется!
- У кого у них?
- У бандитов! – потеряла терпение Катя. – Ты вообще слушаешь меня? Диана жива! Они собираются убить её, потому что им нужны органы! Вот зачем они похитили Дианку! Я не знаю, как им удалось обмануть Марину Евгеньевну, или может быть она была с ними в сговоре, поэтому сказала, что девочка мертва, и поэтому её убили! Да это всё сейчас не важно! Володь, Дину надо спасать, пока они не убили её!
- Кать, тебе не кажется, что это всё из области фантастики? – уже спокойным тоном спросил Володя. – Тебе просто хочется, чтобы девочка была жива, но это не так!
- Господи, да что с тобой такое? – окончательно рассвирепела Катя. – Я не могла ошибиться, я всё слышала! Володь, или ты сейчас приедешь и вместе со мной пойдёшь к Евстюгнееву, или я пойду к нему одна!
- Ну вот ещё, придумай! Хочешь чтобы он придушил тебя? Тогда уже тебе никакой хозяин не поможет, твой санитар оправдается перед ним! Жди, я через пятнадцать минут буду!
Отшвырнув от себя телефон, Катя откинулась на сиденье и нетерпеливо забарабанила пальцами по рулю. Минуты текли чересчур медленно, казалось, злосчастные пятнадцать минут никогда не пройдут. Но наконец она увидела как у больницы остановилось такси и из него выскочил взмыленный Володя. Посигналив, чтобы обратить на себя внимание, Катя помахала ему рукой и вышла из машины.
- Пойдём? – нетерпеливо спросила она.
- Кать, подожди, надо всё обдумать, - попросил он. – Ты понимаешь, что мы сейчас просто вспугнём этого санитара и если Диана жива, они могут сегодня же от неё избавиться?
- Нет! – топнула ногой Катя. – Пойми, если бы они могли убить её, они бы уже давно это сделали, но им что-то мешает! И если мы сейчас напугаем мужика, он запаникует и возможно выведет нас или к месту, где прячут Диану или к этому хозяину!
- Кать, в который раз ты следишь за ним? – попытался образумить её Володя. – Неужели ты не видишь, что твоя слежка ничего не даёт? Надо придумать что-то другое!
- Нет времени думать, надо действовать! – Катя схватила его за руку и силой потащила за собой.
Евстюгнеева они встретили на выходе из морга. Он шёл, уставившись себе под ноги и, увидев их, резко затормозил. Лицо его побледнело, он попятился и упёрся спиной в стену.
«Испугался» - удовлетворённо заключила Катя.
- Здравствуйте, Сергей Анатольевич, - нараспев сказала она, насмешливо глядя на потерявшего боевой настрой санитара. – Куда это мы так спешим?
- Так это, работать надо, - пробормотал он, кадык на его горле нервно дёрнулся.
- Ничего, работа не волк, подождёт, - нагло заявила Катя. – Поговорить нужно!
- А чё надо-то? – пробормотал санитар, глядя почему-то на Володю. Поняв, что Евстюгнеев просто-напросто боится парня, Катя уступила ему место.
- Володь, спрашивай.
Тяжело вздохнув, Вова вышел вперёд.
- Где Диана? – грозно спросил он. – Мы знаем, что она жива и что вы её где-то прячете.
Евстюгнеев позеленел, губы его затряслись.
- Вы чё несёте? – прошептал он. – Чё вы пристали ко мне с этой девчонкой, не знаю я ничего!
- Всё вы прекрасно знаете! – в голосе Володи послышался металл. – Или вы немедленно говорите где Диана, или я вызываю полицию! Катя слышала ваш сегодняшний разговор с вашим боссом, отпираться бесполезно!
- Вов, надо забрать у него телефон! – толкнула Володю в бок девушка. – В последних вызовах обязательно будет его номер.
- Не имеете права! – взвизгнул санитар и неожиданно изловчившись, ударил Володю в солнечное сплетение. Парень, задохнувшись, согнулся, а санитар, высоко вскидывая колени, ринулся куда-то вглубь морга.
- Володька, Володенька! – запричитала Катя. – Володька, ты как? Очень больно?
- Нормально, - прохрипел парень, с усилием разгибаясь. Его лицо покраснело, дыхание сбилось.
- Точно? – с тревогой заглянула ему в лицо Катя.
- Точно-точно, - успокоил он её. – Вот урод! Ну погоди, я до тебя доберусь! Пошли отсюда!
Выйдя на улицу, Володя ещё некоторое время стоял на крыльце, дыша свежим воздухом, а потом направился к машине Лианы.
- Я сяду за руль, - тоном, не терпящим возражений, заявил он. – Ты была права, за этим санитаром надо проследить. Он наверняка сейчас запаникует.
- А если позвонит хозяину и всё?
- Нет, - мотнул головой Володя. – Судя по всему своего хозяина он боится до смерти.
- Ну не скажи, судя по его разговору, я бы так не сказала… - засомневалась Катя.
- Ну что, посмотрим.
- Вов, а ведь хозяин этот меня знает, раз так радеет о моей безопасности… - протянула Катя. Володя в это время достал телефон и что-то набирал там, стуча пальцем по экрану.
- Ты слушаешь меня? – рассердилась девушка. – Что ты там делаешь?
- Это по работе, - отмахнулся парень. – Представь себе, у меня ещё и работа есть! И незачем орать, я тебя прекрасно слышу.
- Как ты думаешь, кто это может быть? Господи, а если это Сан Саныч? – ахнула Катя. – Конечно! Кто, кроме него? Он главврач больницы, ему ничего не стоит провернуть подобную аферу в своём заведении!
- С какой стати тогда он беспокоится о тебе?
- Он говорил, что у него дочка примерно того же возраста, - вспомнила Катя. – Вот он и жалеет меня. До поры, до времени…
- Вот! – поднял вверх указательный палец Володя. – Наконец-то и до тебя это дошло! Вот именно, что до поры, до времени! А потом ему, в конце концов, надоест твоя настойчивость, и он засунет свою жалость куда подальше!
- Но Диану-то нужно найти, - резонно заметила Катя. – И чем скорее, тем лучше. Володь, надо узнать побольше о Сан Саныче. Кто он такой, какой он человек… Прощупать так сказать почву.
- А если это не он и мы даром потеряем время?
- Ну нужно же что-то делать, нельзя вот так сидеть и ждать! Поехали к его дому, поговорим с вездесущими бабульками!
- Ты знаешь, где он живёт?
- Нет, - поскучнела Катя, но тут же в её глазах зажегся огонёк: - Володь, смотри! – затеребила она парня. – Евстюгнеев!
И правда, из здания больницы как ошпаренный выскочил санитар и, затравленно оглянувшись по сторонам, бросился к остановке и сразу же вскочил в отходящий автобус.
- Володь, чего ты сидишь? – подскочила на месте Катя и толкнула парня в бок. – Чего ты сидишь?! Поехали за ним!
- Нет, - неожиданно мотнул головой Володя. – Я поеду один, ты останешься.
- С какой стати? – опешила Катя. – Володь, не выдумывай, поехали скорее! Нет времени на препирательства, упустим же!
- Не упустим, - заупрямился Володя. – Это же автобус, я догоню его прежде чем он доедет до ближайшей остановки. Выходи, или вообще никто никуда не поедет!
- Знаешь что, выходи сам! – заорала Катя. – Машину у Лианы просила я, вот и нечего здесь распоряжаться! Он может быть Диану убивать поехал, а ты тут время тянешь! Уходи, я сделаю всё сама!
- Прекрати! – Володя повернулся к ней, глаза его пылали откровенным гневом. – Хватит истерик! Я сказал тебе, выйди из машины, я послежу за ним сам!
- Да почему?!!
- А ты не понимаешь?! – неожиданно рявкнул парень. – Потому что ты вечно лезешь на рожон, потому что ты не умеешь держать себя в руках и обязательно сделаешь какую-то глупость! А ты мне живая нужна, понимаешь, живая!! Я может жениться на тебе хочу, а не на похоронах твоих поприсутствовать!
Катя несколько раз открывала рот, чтобы перебить его, пылая яростью, но при его последних словах сдулась, как воздушный шарик.
- Что? – тихо переспросила она. – Что ты сказал?
- Что слышала, - уже более спокойным тоном ответил ей Володя. – Что ты смотришь на меня? Да, может я тороплю события, но я люблю тебя, и мне плевать сколько времени мы знакомы. После происшествия с твоим преподавателем, я понял, что должен сделать тебе предложение, пока не потерял. Но ты же за своим расследованием света белого не видишь!
- Прости… - прошептала Катя. – Володенька, прости меня… Я тоже очень люблю тебя и не вижу дальнейшей жизни без тебя. Но ты же понимаешь, на кону стоит жизнь Дианы, кто, если не мы поможет ей?
- Я понимаю, - кивнул Володя. – Но поеду за санитаром я один. Выбирай, Катя, или так, или никак.
- Хорошо, я выйду. – Девушка открыла дверцу и, выйдя из машины, обернулась,  - Вов, будь осторожен.
- Всё будет хорошо! – пообещал Володя и уехал.
Катя посмотрела вслед машине и неожиданно почувствовала такой прилив хорошего настроения, что вдруг захотелось подпрыгнуть, заорать, запеть или станцевать, сейчас же, немедленно. Судорожно вздохнув, она на мгновение прикрыла глаза, пытаясь справиться с обуревавшими её эмоциями и, тихонько напевая песенку про медведей, трущихся спинами о земную ось, побежала к метро.
В родную квартиру она не вошла – влетела. Бросив ключи на тумбочку, она заорала:
- Лида! Баб Валь! Идите скорей сюда!
- Что случилось? – обе соседки как по команде выглянули из своих комнат. Окинув Катю взглядом и убедившись, что никаких внешних повреждений на ней нет, они, наконец, вышли к ней с уже спокойными лицами.
- Катюш, что случилось? – нацепила на нос очки баба Валя.
- Я замуж выхожу!!! – во всю мощь лёгких заорала Катя и повисла на шее у старушки.
- Ой, радость-то какая! – обняла её баба Валя. – За Володьку твоего, да?
- Да, конечно!
- Поздравляю тебя, - обняла её Лида и поцеловала в щёку. – Наконец-то съедешь из нашего гадюшника. Хотя без тебя здесь будет скучно.
- Лид, ну ты чего? – улыбнулась Катя. – Я замуж выхожу, но не бросаю вас! Я же люблю вас, вы у меня самые-самые родные! Бабушка и тётя, и всё, я ничего не знаю!
- Что за шум, а драки нет? – выглянул из комнаты пошатывающийся Аркадий Семёнович и пьяно икнув, вцепился рукой в косяк.
- Пап, я замуж выхожу, - спешила поделиться своей радостью со всеми на свете сияющая Катя.
- Чего? – выкатил глаза отец. – Ты? Замуж? Лизка! – закричал он, обернувшись. – А ну, поди сюда!
- Чего тебе? – выглянула Лиза, с расчёской в руках. Одна сторона её волос была тщательно расчесана, зато другая представляла собой что-то невообразимое. Лиза, на удивление, была трезвой.
- Дочка-то замуж собралась! – указал пальцем с длинным грязным ногтем на Катю, отец.
- Да ладно? – Лиза, точно так же как и её муж, выпучила глаза. – Уже? Не рановато ли?
- В самый раз, - кивнула Катя.
- Ну раз в самый раз, то поздравляю тебя, - неожиданно улыбнулась Лиза. – Замуж это хорошо. С женихом-то хоть познакомишь, али стесняешься нас?
- Ну вообще-то вы его знаете, - еле сдерживала смех девушка. – Это тот самый «бандит», который разогнал когда-то вашу компанию.
- Чего? Кто? – отец грязно выругался и сплюнул на пол. – Не бывать тому! Не дам своего родительского благословения!
- Ой, вы посмотрите на него! – не выдержала баба Валя, всё это время с интересом прислушивающаяся к разговору. – Нашёлся тут, родитель! Да больно нужно Катьке твоё благословение! Ты знать не знаешь, как дочка живёт, а тут благословения своего он не даст!
- А ты не петушись! – выпятил грудь Аркадий Семёнович. – Не дам! А замуж за него пойдёт против воли отца, так и счастья не увидает! Прокляну!
- Ну знаете ли, это уже слишком! – вспыхнула Катя и, схватив пальто, ломанулась к выходу.
- Стой! – ухватила её за плечи Лида. – Куда ты собралась? Пойдём ко мне, посидишь, успокоишься!
Катя послушно дала себя увести, но по её щекам градом покатились слёзы.
- Лид, за что он со мной так? Баба Валя права, он и отцом-то мне никогда не был, я сиротой росла при нём, но хоть сейчас-то мог хотя бы просто улыбнуться? Нет, он в бутылку полез!
- Во-первых, не стоит принимать весь его трёп близко к сердцу, - сложила руки на груди Лида. – Ты лучше меня знаешь своего папашу, он трепло, напился и говорит невесть что. А во-вторых, ты тоже дура. Зачем сказала, за кого замуж выходишь?
- Ну знаешь, уж лучше я одна всё это выслушаю и они успеют успокоиться, чем я бы привела Володю знакомиться, а они ополчились на него!
- Ну тут ты тоже права, - не смогла не согласиться Лида. Она присела на кровать рядом с Катей и обняла её за плечи: - Катюш, не реви. Ты такая счастливая прибежала, я такой тебя никогда не видела! Не порти свою радость.
- Она уже испорчена, - всхлипнула девушка и по-детски потёрла кулачком нос.
- Ты сегодня сказала, что я для тебя как тётя… - вспомнила Лида. – Так вот, я предпочитаю немножко старшая сестра. – Катя в ответ только фыркнула, а Лида тихо засмеялась. – Ну да, я, как и многие женщины, скрываю свой возраст. Но ты можешь считать меня кем хочешь, сестрой, тётей, хоть прабабушкой, просто знай, я очень люблю тебя.
- Я тебя тоже, - Катя прижалась к плечу Лиды.
- Ты прости меня, за тот случай… - покраснела женщина, вспомнив свою связь с отцом Кати.
- Лид, перестань, - перебила её девушка. – Я всё давно забыла. Ошибки бывают у всех.
- Ты его очень любишь?
- Отца? – не поняла Катя.
- Володю своего, - со смешком уточнила Лида.
- Не то слово! – мечтательно закатила глаза Катя.

Катя, несмотря на пьяное ворчание отца, сидела на подоконнике в своей комнате, смотрела на голые ветки деревьев и размышляла. По всему выходило, что в случившемся с Дианой виноват Сан Саныч. Именно поэтому он и просил их не обращаться в полицию, прося два дня. Видимо Марина Евгеньевна не соглашалась подтасовывать результаты вскрытия и он надеялся уговорить её. А когда не получилось, просто убил, как свидетеля. Что-то у него пошло не так, поэтому Диана ещё жива. Да, всё правильно, всё так и есть…
- Господи, почему же мы медлим? – пробормотала Катя. – Нужно идти в полицию и всё рассказывать, пусть его арестуют скорее, он укажет место где прячут Дину и всё наконец разрешится!
Вытащив телефон, Катя набрала смс Володе:
«Я всё знаю! Срочно нужно встретиться и поговорить. Если ты не сможешь, я пойду в полицию».
Отправив сообщение, девушка наконец спрыгнула с подоконника и легла на свою раскладушку, вытянувшись поверх одеяла.
Телефон тоненько пискнул, Катя ухватила его и увидела ответ от парня:
«Буду у твоего подъезда через двадцать минут».
- Отлично! – довольно воскликнула Катя и закрыла глаза, представляя себя в свадебном платье. Как же всё здорово складывается… Они поженятся, она наконец-то уедет из этой квартиры, будет спать на нормальной кровати, а не на этой продавленной раскладушке. Рядом будет самый лучший, самый любимый человек, а потом у них появятся дети… И она даст им всё, чего была лишена сама, и в первую очередь материнскую любовь… И неправду сказала ей эта дура гадалка, всё у неё будет хорошо, и не будет никаких потерь!
Взглянув на часы, Катя вскочила и бросилась одеваться.
- Ты куда? – выглянула из кухни баба Валя, вытирая руки об полотенце. – Скоро ужин готов будет!
- Баб Валь, я к Володе! – послала ей воздушный поцелуй Катя. – Я не хочу ужинать!
Схватив ключи, она выскочила за дверь и вприпрыжку побежала вниз по лестнице. Выскочив из подъезда, она увидела, что Володи ещё нет. Озабоченно взглянув на часы, она увидела, что прошло уже полчаса.
- Господи, с ним что-то случилось… - испугалась она и набрала номер.
- Да, Катя. – Услышала она его голос.
- Ты где? Я уже вышла!
- Буду через пять минут, в пробку попал, - сообщил он и отключился.
Успокоенная Катя спрятала телефон и, засунув руки в карманы, отправилась через двор к скамейкам, где в летнее время постоянно сидят вездесущие старушки.
Но дойти она не успела. Вдруг услышала сзади торопливые шаги и, не успев обернуться, почувствовала острую боль в голове и провалилась в пустоту.


Глава 16
 - Катя! Катя! – откуда-то очень далеко слышался смутно знакомый голос. – Катя, ну проснись же! Катя, мне страшно! – в голосе послышался плач и Катя с трудом разлепила веки.
- Катя! – голос стал радостным, чьи-то холодные ладони коснулись её руки чуть повыше локтя. – Катя, ты живая!
Голос эхом отдавался в голове девушки, она не понимала, что происходит, где она находится и кто говорит рядом с ней. Мутным взглядом она обвела всё вокруг и содрогнулась. Перед ней были какие-то бетонные тёмные стены и маленькое, забитое с внешней стороны досками, окно.
- Катя! Ну Катя, скажи что-нибудь! – говоривший вдруг больно ущипнул её за руку, девушка тоненько взвизгнула от боли и села. Туман перед глазами начал рассеиваться, но голова болела просто адски.
- Катя! – голос зазвенел от счастья, Катя обернулась и тут же закрыла рот руками, чтобы не закричать, из её глаз потоком хлынули слёзы.
- Диана!
Исхудавшая за эти дни девочка, лежала на старой пружинистой кровати, на которую кто-то бросил порванный матрац. Волосы Дианы спутались в один сплошной ком, под глазками залегли чёрные круги, губы сделались бескровными.
- Диночка! – Катя соскочила со своей постели, которой ей служили деревянные ящики, придвинутые один к одному, и порывисто обняла девочку. Диана уткнулась ей в плечо и заревела.
- Тише-тише, родная моя, - Катя покрывала лицо девочки поцелуями, не замечая, что сама тоже плачет. – Мы вместе, теперь всё будет хорошо!
- Катя, мне было так страшно, - пожаловалась Диана, когда первый порыв утих, и они обе угомонились и вытерли слёзы. – Там, в больнице, мне стало очень плохо, я ещё подумала, что умру. А потом я потеряла сознание, наверное, потому что ничего не помню. А очнулась уже здесь. Ко мне постоянно приходил один дядя, приносил еду, а один раз был ещё один дядя, уже не такой страшный, красивый, но очень злой. Я слышала, как они ругались, они хотели, чтобы я умерла… А сегодня тот второй, красивый, притащил тебя. Бросил на ящики и сказал, что ждать дальше нельзя, надо действовать быстро и убирать нас обоих. А страшный дядя очень обрадовался, сказал, что он всегда готов.
- Всё будет хорошо, Диночка, - прижала ребёнка к себе Катя и поцеловала в макушку. – Никто нас не уберёт, нас найдут, обязательно найдут.
Туман в голове рассеялся окончательно и она вспомнила всё, смс от Володи, тёмный двор, удар по голове. Володя! Ну конечно же, Володя увидит, что она исчезла и найдёт её! Он ведь следил за противным Евстюгнеевым, он уже наверняка знает, где её логово! Страшный дядька, которого видела Диана наверняка он, санитар из морга, а второй, красивый… Это и есть босс! Кто же он такой? Сан Саныч? Но его вряд ли можно назвать красивым… Хотя, кто знает, как понимает красоту пятилетний ребёнок.
- Диан, давай с тобой договоримся, - понизив голос до шёпота, заговорила Катя. – Я сейчас сяду на своё место и когда кто-нибудь придёт, притворюсь, что мне очень плохо. Ты же будешь сидеть тихо-тихо, как мышка. Хорошо?
- Хорошо. – Покорно кивнула Диана.
- Умница. А теперь запомни главное: если придут двое, ты ничего делать не будешь, будешь молчать. А если один… Ты тоже ничего делать не будешь, пока я не подам тебе знак.
- Какой знак? – глазки девочки заблестели, вместе с Катей ей было совсем не страшно и всё происходящее напоминало забавную игру.
- Я начну кашлять, вот так, - девушка показала, как будет кашлять и продолжила: - Как только я подам знак, ты громко, как только сможешь, закричишь. Дядя обязан обернуться к тебе.
- И что дальше?
- А дальше я всё сделаю сама, - пробормотала Катя, понимая, что от неё зависит многое, её жизнь и жизнь Дианки. – Ты всё поняла? Повтори.
- Когда придёт дядя, я сижу тихо-тихо, ты закашляешь, я закричу, дядя обернётся, ты всё сделаешь сама. – Отрапортовала Диана.
- Молодец, - похвалила её Катя и, поднявшись, прошлась по помещению. О том, чтобы вырваться отсюда через окно, не могло быть и речи. Стекло было прочным, если его разбиться будет ужасный грохот, а толку мало, ведь ещё придётся сломать доски, а это как раз сделать нечем.
Ещё раз обойдя помещение по кругу, Катя уселась на ящики. Оставалось только ждать, но это-то как раз было самым трудным. Придут ли за ними или решат вообще оставить здесь умирать от голода? А если придут, то как скоро? Сможет ли она одолеть бандитов и сбежать с Дианкой?
Время текло медленно, так медленно, как никогда в жизни. Сквозь щели в досках видно было, что на улице сначала рассвело, потом опять стемнело.
- Ну сколько же можно? – Катя устала сидеть и теперь расхаживала по их камере из угла в угол. Диана заснула, подсунув сложенные вместе ладони под щёку.
Но наконец, с улицы она услышала рёв мотора и, прильнув к окну, заметила свет фар. Сердце её тревожно заколотилось.
- Диана! Диночка, вставай! – Катя метнулась к спящей девочке и растолкала её.
- А? Что? – встрепенулась она. – Ты чего, Кать?
- Просыпайся, малыш, кто-то приехал.
- Ой! – Дина испуганно вжалась в стену.
- Ты всё помнишь, что я тебе говорила?
- Да, - затрясла головой девочка.
- Значит, будь готова. – Катя метнулась к своим ящикам и легла, закрыв глаза.
Прошло, наверное, минут двадцать, прежде чем в коридоре раздались шаги и послышался лязг замка. Дверь медленно распахнулась, и в комнату вошёл человек. В темноте его лица видно не было, но через мгновение под потолком вспыхнула пыльная лампочка, и Катя увидела… Володю.
- Вовка! – взвизгнула она и, забыв о том, что притворялась больной, повисла у парня на шее. – Ты пришёл! Ты нашёл нас!
- Кать, ты чего? – подала голос изумлённая Дианка, забыв о том, что ей было велено молчать. – Кать, это же он, тот, красивый…
- Динуль, ну что ты? – вытерла слёзы счастья Катя, оборачиваясь к девочке. – Ты ошиблась, котёнок. Это Володя, он хороший, мы спасены!
- Нет-нет-нет! – замотала головой из стороны в сторону девочка. – Это он!
- Володь, ну скажи ты ему, - Катя повернулась к парню и осеклась. В таких родных его глазах сквозил холод, на губах играла лёгкая улыбка, выглядевшая в полумраке комнаты, зловещей.
- Ты что? – отпрянула от него Катя. – Вов? Так это правда?
- Правда, - кивнула Володя, опираясь спиной об стену и складывая руки на груди. – Кстати, девчонка польстила моему самолюбию, назвав красивым, за что ей респект. А Сергея Анатольевича ты как окрестила, малышка? – взглянул он на Диану, но девочка молчала, испуганно тараща на него глаза.
- Нет, нет, нет… - попятилась Катя, чувствуя, что земля уходит у неё из-под ног, а потолок вот-вот упадёт на голову. – Не может быть… Ты же помогал мне!!
- Нет, милая, я просто был рядом, контролировал тебя, чтобы ты лишнего не узнала. Кстати не понял, - лицо Володи приняло озабоченное выражение. – К чему твоё удивление? Ты же написала, что всё знаешь?
- Я имела в виду Сан Саныча… - прошептала Катя, с ужасом глядя на любимого. Она не могла понять, как он может говорить такие страшные вещи. Это неправильно! Это же он, её Володька, милый, добрый, славный парень! Всё происходящее казалось ей кошмарным сном и ей отчаянно хотелось проснуться.
- Вот как? – хохотнул Володя. – Значит, я неправильно понял тебя. Зря ты мне прислала это смс, ещё пожить бы могла. Я не собирался тебя убивать, честное слово. Но всё решил случай.
- Ты специально изображал влюблённого?
- Ну нет, что ты, - поднял руки ладонями вверх парень. – Не надо приписывать мне все грехи. Когда мы познакомились с тобой, ты ещё не представляла для меня опасности, поэтому я просто решил приударить за красивой забавной девчонкой. А потом, представляешь, влюбился! Потому и приказал Евстюгнееву не трогать тебя, хотя у него ладони чесались, он каждый день скулил, как было бы здорово, не будь тебя. В общем-то, теперь я понимаю, что он был прав.
- Когда я первый раз следила за санитаром, он, заметив меня, позвонил тебе, верно? – Катя подошла к окну и уцепилась руками за подоконник, ноги отказывались держать её.
- Верно. – Кивнул Володя. – А я нанял парней, чтобы они попугали тебя.
- Чтобы они избили меня, - поправила его Катя, медленно приходя в себя.
- Нет-нет, именно попугали. Поверь, за это избиение они получили по полной.
- Какой ты добрый! – нашла в себе силы съязвить девушка. – Диана тебе зачем? Как она попала в морг, если она жива? Как оказалась здесь?
- Любопытная ты моя, - усмехнулся Володя, проводя пальцем по её щеке. – Рассказать тебе всё? Или нет, в наказание, за твоё непослушание?
- Ну ты же убить меня хочешь, так какая разница, всё равно не смогу никому ничего рассказать.
- Не думай, что ты слишком хитрая? – скривился парень. – Можно подумать, что неугомонная Катерина сложила лапки и ждёт смерти! Ну-ка признавайся, что ты придумала?! – Володя схватил её за горло и прижал к стене. Пальцы его с силой сжались и Катя поняла, что ещё немного и он просто задушит её.
Она затрепыхалась, стараясь освободиться от его смертельных объятий, но это оказалось не так просто. Её руки безвольно обвисли вдоль тела. Но вдруг под пальцами она ощутила осколок кирпича, видимо отколовшийся от подоконника. Собрав всю волю в кулак, она вдохнула как можно больше воздуха и закашлялась, надеясь, что Диана от испуга не забыла её инструкции.
Девочка не подвела. Едва услышав условный знак, она завизжала, что есть силы. Володя вздрогнул и, отпустив Катю, обернулся к ребёнку.
- Рот закрой! – рявкнул он. – Или я тебе сейчас… - договорить он не успел, Катя с силой опустила осколок кирпича ему на голову. Всхлипнув, Володя рухнул на грязный пол. Стукнув его ещё раз, для верности, Катя переступила через его тело и, схватив Диану на руки, бросилась в коридор, моля Бога, чтобы по пути им не встретился сообщник Володи.
Коридор был длинным и извилистым, Катя толкала каждую дверь, попадающуюся ей, но за ними оказывались точно такие же комнаты, из которой сбежали они.
- Господи, что же это за место? – пробормотала она, задыхаясь от быстрого бега и тяжести. Худенькой Кате маленькая Дианка казалась невыносимо тяжёлой. Но наконец, толкнув очередную дверь, она оказалась на улице, а чуть дальше увидела машину Лианы. Не веря в своё счастье, Катя подлетела к машине и распахнула дверцу.
- Садись! – велела она Диане, запихивая её на заднее сиденье, а сама скользнула за руль. И тут же застонала от безысходности – ключа не было.
- Он наверное у него в кармане, - прошептала Катя, каменея от ужаса. Мысль о том, что нужно вернуться в это страшное место, где Володя скорее всего вот-вот придёт в себя, наводила на неё самую настоящую панику. Но делать было нечего.
- Диан, - обернулась Катя к притихшей девочке. – Я должна вернуться за ключом. Если со мной что-то случится… Мы, похоже, недалеко от города, выползай из машины и попытайся добраться до людей.
- Кать, ну я же не могу ходить! – напомнила её Диана.
- Я знаю, - коснулась её волос Катя. – Но ты постарайся, на руках или как-нибудь ещё, главное знай, от этого зависит твоя жизнь. Но я постараюсь вернуться.
- Кать, не ходи! Я боюсь! – девочка клещом вцепилась в её руку.
- Всё будет хорошо, - пообещала Катя и, мягко освободив руку, на подгибающихся ногах, пошла обратно.
Коридор уже не казался ей таким длинным, как вначале, и вот она уже стоит на пороге своей темнице и смотрит на распростёртого на земле Володю.
«Он хоть живой?!» - мелькнула паническая мысль.
На цыпочках Катя подошла к телу парня и легонько коснулась его шеи. Пульс был и девушка, облегчённо выдохнув, принялась рыться в карманах его куртки и брюк. Ключ отыскался быстро, он лежал в нагрудном кармане куртки. Зажав его в кулаке, Катя бросилась к двери и, услышав слабый стон, обернулась. Володя зашевелился, веки его задрожали. Поняв, что ещё несколько секунд, и он очнётся, девушка помчалась обратно. Вылетев на улицу, она вскочила в машину и дрожащими руками вставила ключ в гнездо. В этот самый момент двери здания распахнулись, и появился держащийся за голову Володя.
- Стой! – взревел он, а Катя нажала на педаль газа.
Но не прошло и двух минут, как девушка почувствовала, что машина перестала подчиняться ей. Вильнув, она слетела с дороги и со всей развитой скоростью понеслась к бетонной стене. Визжа во всё горло, Катя нажимала на тормоза, но машина и не думала останавливаться. Бетонная стена была всё ближе, и Катя, понимая, что сейчас они просто разобьются, вывернула руль, направляя машину в стену той стороной, где сидела она сама, спасая Дианку.
Раздался грохот, лобовое стекло разбилось и внутрь салона брызнули осколки. Катя выпустила руль из рук и ударилась головой об дверцу, а затем об руль. А потом её накрыла темнота.

Глава 17
Перед ней сидела бабушка и улыбалась, а по щекам её бежали слёзы.
- Катя, Катюшка моя… Что же ты наделала? – шептала она, поглаживая её по голове.
- Бабулечка, мне очень страшно! – Катя вдруг опять почувствовала себя маленькой девочкой и крепко прижалась к груди бабушки. – Очень-очень страшно!
- Не бойся, родная моя, - бабушка провела рукой по её волосам и отстранилась. – Всё будет хорошо. Просто это нужно пережить. Держись, Катюша. Помни, я всегда рядом.
Бабушка тяжело поднялась и стала удаляться.
- Бабуля, я хочу с тобой, не бросай меня!! – закричала Катя, бросаясь за бабушкой вслед.
- Нет, милая, - мягко сказала бабушка, оборачиваясь к ней. – Тебе со мной нельзя. Не пора ещё. Тебе жить надо. Просыпайся, хорошая моя. Скорее просыпайся.
А потом… Потом всё заволок туман и сквозь него Катя услышала другой голос, мужской, встревоженный и очень знакомый.
- Ничего, худшее уже позади, - говорил он кому-то. – Она скоро придёт в себя, операция прошла успешно.
- А девочка как? – спросил у него другой голос, тоже мужской, но какой-то очень сухой и официальный.
- Нормально. Испугалась очень, плакала сильно, но мы вкололи ей успокоительное. Сейчас она спит. На ней только несколько синяков и царапин, Катя весь удар взяла на себя. Бедная девочка, такая молодая ещё… - голос стал грустным, послышался тяжёлый вздох и по руке Катю кто-то погладил.
- Позвоните мне, когда она очнётся. – Совсем рядом что-то зашуршало, потом открылась и снова закрылась дверь и стало тихо.
- Эх, Катя, Катя… Добрая, милая девочка… Отчего же тебе так не везёт? – опять тяжёлый вздох.
Всё это Катя слышала как сквозь вату, потом сознание опять заволок туман и она уснула.
Окончательно пришла в себя она только к вечеру следующего дня. Открыла глаза и обвела взглядом помещение. О том, что она в больнице, она поняла сразу. Белые стены, шкафчик у стену, капельница тянущаяся к руке. В окно светило заходящее солнце.
Чуть пошевелившись, Катя попыталась крикнуть, чтобы позвать кого-нибудь, но из горла вырвался только хрип. Да и вообще, чувствовала она себя хуже некуда. Всё тело болело, глаза были тяжёлыми и щипали так, словно в них насыпали песка. Но самое главное, она почему-то не чувствовала левую сторону лица.
Свободной от капельницы рукой, она коснулась щеки и вздрогнула. На ней были бинты, к носу тянулась какая-то трубка. Страх сжал сердце девушки. Вдруг вспомнились слова, услышанные ею сквозь путанное сознание: «операция прошла успешно». Какая операция? Что с ней случилось? Она ничего не помнила…
Обессиленно закрыв глаза, Катя полежала так несколько минут, пока в голове яркой картинкой не вспыхнул тот страшный вечер. Искажённое злобой лицо Володи, вылетевшего на улицу следом за ней, машина, неотвратимо летящая прямо в бетонную стену, визг Дианки, удар и столб пламени, вырвавшегося из-под капота.
Катя поспешно открыла глаза, стараясь прогнать от себя страшные воспоминания, но они не уходили. Володя… Володька, неужели это всё правда? Катя всё понимала, но в то же время не могла поверить в случившееся. Володя, самый близкий человек, тот, кому она верила больше чем себе самой… преступник??!! Нет, этого не может быть!
- Нет! Нет! Нет!!! – Катя сама не поняла, как закричала, забилась на постели, не в силах смириться с произошедшим.
Дверь палаты распахнулась, к ней заглянула медсестра и, увидев бьющуюся в истерике девушку, испуганно отпрянула обратно.
- Сан Саныч, скорее сюда! – услышала Катя её крик, затем быстрые шаги и в комнату влетел главврач.
- Тише, девочка, тише! – просил он, быстро набирая в шприц лекарство. Медсестра с силой прижала её руку к кровати, позволяя врачу вколоть ей успокоительное. Через несколько минут Катя затихла. Ей овладело какой-то странное безразличие.
Она мазнула взглядом по доброму, взволнованному лицу Сан Саныча и усмехнулась. Как она могла считать его отморозком, убийцей? Даже странно… Впрочем, как показал опыт, отморозком может оказаться даже тот, на кого не подумал бы никогда, так что в жизни всё возможно.
- Я думала это вы, - глядя врачу прямо в глаза, сказала Катя.
- О чём ты?
- Я думала вы «хозяин», который не разрешал Евстюгнееву убить меня. Думала, вы похитили Диану.
- Почему именно я? – улыбнулся главврач, присаживаясь рядом с ней на кровать.
- Вы главврач, мы не дали нам вызвать полицию сразу, ой, да много причин было… - поморщилась Катя. – А преступник, как оказалось, всегда был рядом и контролировал каждый мой шаг… Где он, кстати?
- Володю арестовали, - помрачнел Сан Саныч и поправил капельницу. – Катя, послушай меня. Я понимаю, как тебе сейчас больно, но ты не о нём должна думать, а о себе. Тебе нужно поправиться, а с ним уже всё кончено. Так бывает, что мы встречаем негодяев, это ничего, когда-нибудь ты встретишь достойного парня.
- Не хочу я больше никого встречать, - отвернулась Катя.
- Это ты сейчас так говоришь, - усмехнулся Сан Саныч. – Пройдёт время и всё наладится.
- Только не говорите, что время лечит.
- Так и есть. Как не странно, она действительно лечит.
- Как Диана? – сменила тему Катя. – Где она?
- Она здесь, в больнице. С ней всё в порядке, только сильно напугана. Ты спасла её, взяв весь удар на себя.
- А что со мной? Почему я вся в бинтах?
- Ты попала в аварию, разве не помнишь?
- Помню, - кивнула Катя и тут же почувствовала боль в голове. – Что за операцию мне делали? Я слышала, вы говорили с кем-то…
- Вот как? – удивился главврач. – Ты слышала? Это был следователь, он всё рвётся тебя допросить, а я отбиваюсь. А операция… У тебя сломаны рёбра, уже дважды, между прочим. Они едва стали заживать, как опять травма. Сломана ключица. Потом сильный удар пришёлся на ноги, но они к счастью не сломаны, так что недели через две ты уже сможешь ходить самостоятельно. Сильно пострадало лицо.
- Что с ним? – вздрогнула Катя, в глазах её мелькнул испуг.
- Ничего страшного, - отвёл взгляд Сан Саныч, решая, что в таком состоянии её лучше не травмировать. – Лобовое стекло разбилось и осколки впились тебе в кожу. Черепно-мозговая травма, средней тяжести, внутренние органы не задеты. Так что всё не так плохо, Катерина! Подлатаем тебя и будешь как новенькая! Там к тебе посетители рвутся, - сменил тему главврач. – Примешь?
- И кто же там? – вяло поинтересовалась Катя. Перечисление травм не произвело на неё большого впечатления, это всё можно вылечить, а вот как вылечить душу?
- Бабулька одна, очень бойкая, - засмеялся Сан Саныч. – Я её не пускаю, а она не уходит, сидит под дверью палаты. Сказала, никуда не пойдёт, пока тебя не увидит.
- Баба Валя, - одними уголками губ улыбнулась Катя.
- С ней женщина была, красивая очень, Лидия кажется. Но она ушла. Начальница твоя с работы прилетела, как только узнала, но она сейчас у Дианы сидит. И ещё какая-то женщина с работы, говорила, подруга твоя.
- Видимо Нина, - догадалась Катя.
- Возможно. Но она тоже ушла. Осталась одна бабулька.
- Пустите её, а то она и правда не уйдёт, - разрешила Катя.
- Как скажешь, - кивнул Сан Саныч и вышел в коридор.
Баба Валя сидела на стуле, любезно предложенном ей медсёстрами, прижимая к груди необъятных размеров сумку.
- Вы можете зайти к ней, - разрешил наконец главврач. – Только…
- Что?
- Никаких охов и ахов по поводу её внешности, - предупредил Сан Саныч. – У неё и так сейчас моральное состояние на грани, не хватает нам затяжной депрессии.
- Доктор, всё так плохо? – побледнела баба Валя, хватаясь за сердце.
- Плохо, - кивнул главврач. – Сейчас она в бинтах, но шрам на лице у неё останется. Большой шрам. Осколок от лобового стекла разрезал ей щёку от виска до самого подбородка и остался в ране. Мы сделали всё что могли, но пластических хирургов у нас нет.
- А пластический хирург может ей помочь?
- Может, - кивнул Сан Саныч. – Но вы знаете, сколько это стоит?
- Ничего, соберём, - мужественно кивнула баба Валя. – Она такая молодая, такая красивая, как же так!
- Вот этого, пожалуйста, не надо! – поморщился главврач. – Дайте ей прийти в себя.
- Да-да, конечно! – воскликнула баба Валя и вошла в палату.
- Здравствуй, солнышко моё! – расцвела старушка, увидев Катю. – Как ты тут?
- Здравствуйте, баб Валь, - попыталась улыбнуться ей девушка, но очень мешали бинты на лице. – Ничего, всё нормально. Сан Саныч сказал, всё будет хорошо.
- Конечно будет, а как же иначе! – сердце старушки защемило, уж она-то знала, что ничего хорошего не будет, но продолжала излучать жизнерадостность. – Скоро поправишься, вернёшься домой, опять к своим детишкам на работу выйдешь! Всё наладится, вся эта история забудется как страшный сон!
- Это вряд ли, - вздохнула Катя. – А мне бабушка снилась, когда я после наркоза отходила. Она плакала, жалела меня, но с собой не взяла, сказала, я жить должна.
- Вот и правильно! Вот и правильно! – воскликнула баба Валя. – Ишь что удумала! С собой не взяла! Нет уж, дорогая, ты нам здесь нужна! А бабушка тебя подождёт ещё лет восемьдесят!
- Не многовато? – тихонько засмеялась Катя.
- Маловато! – отрезала баба Валя. – Мы все тебя очень ждём дома, так что ты поправляйся поскорее. Я не знала, что тебе принести, что тебе можно сейчас, поэтому только соков накупила, пей, витамины всегда хорошо.
- Спасибо, - Катя проследила взглядом за соседкой, быстро ставящих цветные яркие пачки в тумбочку и почувствовала, что глаза её слипаются.
- Спать хочешь? – всплеснула руками баба Валя. – Спи, моя хорошая, спи. Сон, он лечит. Спи.
Катя уже не смогла ей ничего ответить, веки её отяжелели, она закрыла глаза и тут же провалилась в сон. Старушка тяжело поднялась на ноги, со вздохом перекрестила девушку и тихонько покинула палату.


На следующий день девушку посетил следователь, несмотря на ярые протесты Сан Саныча. Немолодой, плотный мужчина с усталым лицом вошёл в палату и осторожно присел на стул, рядом с кроватью Кати.
- Здравствуйте, Катерина э-э… Простите, как вас по отчеству?
- Не нужно отчества, - осторожно мотнула головой девушка. – Просто Катя.
- Хорошо. Значит так, Катя, меня зовут Алексей Андреевич. Я хочу задать вам несколько вопросов, вы у нас очень важный свидетель.
- Ну какие вопросы? – сердито буркнул Сан Саныч, решивший присутствовать при этом разговоре. – Катя ещё слишком слаба!
- Не волнуйтесь, я задержу её ненадолго, - вздохнул Алексей Андреевич, доставая из портфеля какие-то бумаги и поправляя постоянно сползающий с плеч халат. – В принципе, нам уже всё ясно, но сами понимаете, формальности.
Несколько минут Катя отвечала на, как ей показалось, глупые вопросы. Как она оказалась на том заводе (оказалось, что это был какой-то заброшенный завод!), какую смс перед нападением отправила Володе, как украла ключи из его кармана. Но девушка не роптала, она покорно отвечала, прокручивая в голове все ужасные события позавчерашнего вечера. От её сонного состояния не осталось и следа. Сердце колотилось так, как будто всё это происходило не в её памяти, а сейчас, здесь, наяву.
- Ну всё, хватит! – вышел из себя Сан Саныч, давно с тревогой наблюдавший за состоянием своей пациентки. – Кате нужно отдыхать!
- Да-да, - рассеянно кивнул следователь и подал Кате ручку. – Распишитесь, пожалуйста.
Катя быстро поставила свою подпись и спросила:
- Вы расскажете мне, зачем ему была нужна Диана и вообще, что это за дикая история?
- Ну это вообще-то не положено… - замялся Алексей Андреевич, нервным движением поправляя волосы.
- Мне кажется, я имею право знать, - наставила девушка. – Пожалуйста, поймите меня, Диана, Володя, мне не чужие люди, я должна знать правду! Иначе просто не смогу жить.
- Катя, тебе сейчас нужен покой! – возразил Сан Саныч, но увидев решительный блеск в глазах девушки, замолчал.
- Ладно, - кивнул следователь. – Дело в общем-то закрыто, мы передаём бумаги в суд. Так что большим нарушением не будет, если я всё расскажу вам.
- Как в суд? – поразилась Катя. – Так быстро? Вы раскрыли дело за два дня или Володя чистосердечно признался во всём?
- Да ни в чём он не признался, Володя ваш! – раздражённо бросил Алексей Андреевич, ставя портфель рядом со своим стулом и устраиваясь поудобнее. – Он вообще наглый тип! Мы взяли его с поличным, у нас уйма доказательств его вины, а он открыто смеётся над нами.
- Зачем ему нужна Диана? – повторила свой вопрос Катя.
- Не только она.
- Я вас не понимаю, - нахмурилась девушка. – А кто ещё?
- Женя, его племянник.
- Что? – ахнула Катя, сделав попытку подняться, но Сан Саныч не позволил ей этого, притронувшись к плечу и жестом указав лечь обратно.
- Но Женя умер! – воскликнула поражённая девушка.
- Правильно. – Кивнул Алексей Андреевич. – Та же участь ждала и Диану, но видимо у девочки сильный ангел-хранитель, в случае с ней у преступников всё пошло не по плану с самого начала.
- Вы хотите сказать, что Володя убил родного племянника, а потом изображал убитого горем дядю? – одними губами спросила Катя, немея от ужаса.
- А давайте всё по порядку? – неожиданно улыбнулся следователь и сразу же превратился в довольно симпатичного мужчину. – Не торопитесь, я всё расскажу. Только предупреждаю, вам понадобятся силы, история не из приятных.
- Я вас слушаю, - кивнула Катя, сжимая кулаки.
- Владимир работать совершенно не хотел, никогда, за что и был не в ладах с матерью и братом с сестрой. Он периодически устраивался на работы, но долго не выдерживал. Увольнялся и садился на шею матери. Она естественно помогала сыну, чем могла, но и ворчала знатно. А Володе хотелось денег и независимости до зубовного скрежета. Тогда-то он и ступил на скользкую дорожку криминала. Сначала тихо подворовывал, потом с дружками обчистили несколько квартир, а потом нашли новую статью доходов, гораздо более крупную и страшную.
- Господи, вы уверены что рассказываете именно о Володе? – не выдержав, перебила следователя Катя.
- Понимаю, вы шокированы, но всё было именно так, как я и говорю, - с сочувствием посмотрел на бледную до синевы девушку, Алексей Андреевич. – Пожалуйста, не перебивайте меня. Итак, они решили продавать органы. Кому-то из детей олигархов нужна была пересадка органа, они платили кругленькую сумму, чтобы обойти очередь, тогда-то и появлялись такие бравые ребята, как наш Володя и его дружки. Начать Владимир решил с собственного племянника, благо тот подходил ему по всем характеристикам.
- Подождите! – опять воскликнула Катя и, проигнорировав врача, всё-таки села в постели. – Но ведь Женька заболел и умер в больнице! Ему делали вскрытие, неужели не заметили бы, что у него нет какого-то органа?
- Женина болезнь, тоже заслуга «любящего» дяди. Он нашёл один препарат, который и вызывал подобную болезнь, даже не болезнь, а симптомы. Врачи не могли разобраться, время шло и мальчик умер. Его тело отправили на вскрытие, здесь вы всё сказали верно. Но! Владимир просто подкупил одного санитара из морга. Сообщники дождались, пока вскрытие будет проведено, похитили тело, изъяли необходимый орган у ребёнка и вернули его на место.
- С ума сойти… - прошептала Катя без преувеличения, она и правда чувствовала, что ещё немного и сойдёт с ума от таких новостей. – А Диана?
- Когда с мальчиком всё получилось, Владимир нашёл нового клиента и стал искать подходящего ребёнка. Тут-то он и вспомнил о детском доме, где работала жена его брата. Детишки инвалиды, но внутренние органы у них здоровы. Выкрав ключи у родственница, простите, я не знаю как называется их родство, Володя пробрался в её кабинет и прошерстил медицинские карточки ребят. Так была найдена Диана и он хладнокровно вколол ей всё тот же препарат. На утро девочка проснулась больной.
Следователь замолчал и, достав платок, вытер пот со лба. Молчала и Катя, поражённая услышанным.
- Потом Владимир встретился с вами, Катя. – Продолжил Алексей Андреевич. – Как он говорит, влюбился сразу же, чего не ожидал от себя. Ему безумно понравилось, как вы отбрили его мать, он понял, что вы потрясающая девушка. Выскочив вслед за вами из подъезда, он познакомился с вами, вы обменялись номерами, но было ещё кое-что… Вы очень переживали за девочку и Володя решил, что вы должны быть под присмотром. На всякий случай.
- Зачем он помог мне пробраться в палату к Дине? – глядя в одну точку глухо спросила Катя.
- Чтобы заслужить ваше доверие, - пожал плечами следователь. – Что плохого могло случиться? Он-то знал, что девочка доживает последние дни. И был прав. Скоро Диана умерла.
- А потом воскресла! – хмыкнула Катя.
- Можно и так сказать, - кивнул Алексей Андреевич. – Девочка, непонятно почему, не умерла от злосчастного препарата, а впала в летаргический сон. Не знаю, может это последствия аварии, может ещё что-то, но факт остаётся фактом. Все знают, что летаргический сон часто путают со смертью даже опытные врачи. Так было и в этот раз. Тело девочки спускают в морг. Ночью Владимир и его сообщник санитар, уже из этого морга, похищают тело. И потом понимают – экспертиза не проведена. Как мы узнали, патологоанатом просто не успела сделать вскрытие девочке, оставила её на завтра. Володя наорал на санитара и они повезли тело обратно, но в машине Диана неожиданно «ожила» и стала плакать. Преступники запаниковали. Девочка видела их в лицо, отпустить её они не могли, поэтому отвезли в укрытие, на заброшенный завод. Утром, Володя вместе с вами, Катя, едет в больницу, кричит, скандалит, заикается про полицию, надеясь, что до этого не дойдёт. Так и получается. Не желая огласки врачи просят два дня, чтобы разобраться в этой ситуации и вы соглашаетесь. Но тем не менее преступники паникуют, заказчик торопит их, сроки поджимают, а Диана живее всех живых.  Они бы могли просто убить её, но тогда вскрытие покажет правду. И тогда они решаются на отчаянный шаг, пытаются подкупить патологоанатома Марину Евгеньевну. Она сначала соглашается, но когда вы, Катя, приходите к ней с разговором, она пугается, звонит Володе и отказывается. Женщина в истерике, она плачет, кричит и Володя понимает – она их сдаст. В тот же день вы следите за Евстюгнеевым, направляющимся к Диане. Он замечает слежку, звонит Володе. Тот в свою очередь велит санитару возвращаться на работу, а сам решает немного напугать свою слишком инициативную девушку.
- Знаю, это он нанял тех отморозков, что избили меня, - мрачно сказала Катя. – Я ведь пошла тогда в полицию, почему вы не отреагировали?
- Дежурный, которому вы отдали заявление, не принял вас всерьёз и просто выбросил «ненужную бумажку». Он уже уволен из органов.
- Ясно. – Кивнула девушка. – А если бы не выбросил, этого всего могло бы и не случиться. А я-то думала, почему полиция проигнорировала мой сигнал!
- Позже на Марину Евгеньевну нападают в подъезде, - проигнорировав её выпад в сторону правоохранительных органов, продолжил Алексей Андреевич. – Но ей повезло, если можно так сказать в этом случае, она остаётся жива. Узнав об этом, Владимир приходит в ярость. Женщина в любой момент может прийти в себя и рассказать о нём. А тут же вы путаетесь у него под ногами и он, пряча свою злость, вынужден торчать с вами в кабинете главврача и требовать, чтобы к Марине приставили охрану. Но главврач не обращает внимания на эти просьбы, что позволяет Володе беспрепятственно пробраться в палату и отключить приборы. Марина умирает.
- То есть, когда мы лезли к ней в окно, Вова уже знал, что она мертва?
- Да, - подтвердил следователь. – Теперь представьте его злость, когда он понял, что вы потеряли телефон. Вернувшись в палату, Володя находит ваш телефон, но не успевает сбежать. К Марине Евгеньевне заходит медсестра, поднимает шум, приезжает полиция, его арестовывают. Вы и Сан Саныч помогаете ему выйти, но отпускают его под подписку о невыезде. Володя зол, но по-прежнему не желает вам плохого и на все претензии Евстюгнеева заявляет, что с вашей головы не должен даже волос упасть. Вы не унимаетесь, опять следите за санитаром, он, видя вас, ведёт самой сложной дорогой, надеясь, что вы отвяжетесь, и видит, как вы падаете в яму. Скрипя зубами от ярости, он тем не менее не решается ослушаться Володю и спасает вас.
- Но меня ничем не пронять и Володя начинает злиться, - горько усмехнулась Катя. – Дальше я и сама могу рассказать вам. Когда мы следили за Евстюгнеевым, Вовка специально отправил меня домой, наплёл про то, как любит меня, про то, что жениться хочет. А сам, естественно и не думал за ним следить. Я же думала что главный злодей у нас Сан Саныч, сплела всё воедино и отправила смс Володе. Он же решил, что я каким-то непостижимым образом узнала всё про него, выманил меня во двор, ударил по голове и отвёз к Диане. Верно?
- Абсолютно. Он планировал убить вас и, получив деньги за орган Дианы, залечь на дно. Бизнес не удался, ему просто хотелось сбежать, не попасть за решётку. К счастью его планы не сбылись.
- Как меня нашли? – поинтересовалась Катя. - Мы врезались в стену, Володя легко мог догнать нас, забрать Дину, а меня оставить умирать.
- Так оно и было бы, если бы не одно «но». Володю под подписку о невыезде мы отпустили, но дело-то не оставили. К тому моменту мы уже знали всё, следили за парнем. В общем, мы не успели всего на несколько минут. Аварии могло и не быть. Простите нас, Катя.
- Да что уж теперь, - отмахнулась девушка.
- Ну что, я ответил на все ваши вопросы?
- Нет, - мотнула головой Катя. – Ещё один, можно? Марина Евгеньевна говорила, что вернувшись к моргу за телефоном видела как из чёрного входа вышла девочка. Кто это был?
- Понятия не имею, - искренне воскликнул следователь. – Думаю, этот ваш вопрос останется без ответа, так как Марина Евгеньевна уже не сможет на него ответить. Но если хотите моё мнение, думаю женщина просто на ходу выдумала эту историю, чтобы оправдать себя.
- Когда суд? Я смогу на нём поприсутствовать?
- Вы должны будете на нём присутствовать! Конечно, если вас отпустит врач, - бросив взгляд в сторону грозно насупившегося Сан Саныча, добавил следователь. – О дате мы уведомим вас позже. А теперь, разрешите откланяться.
Подхватив свой портфель, Алексей Андреевич покинул палату.
- Вот и всё… - пробормотала Катя, в глазах её завертелись слёзы. – Сан Саныч, как я могла влюбиться в такое чудовище? Я не могу поверить, что мой Володька и тот, про кого рассказывал следователь, один и тот же человек!
- Так бывает, Катюша, - вздохнул Сан Саныч. – Что я могу сказать? Все слова сейчас бессмысленны. И это тоже пройдёт, как было начертано на кольце царя Соломона. И это тоже пройдёт… Отдыхай.
Главврач вышел из палаты, плотно прикрыв дверь, оставив Катю наедине со своими мыслями. Ему было очень тяжело, он-то ведь знал, что это ещё не последнее испытание в жизни девушки.

Эпилог
Прошла неделя, прежде чем с лица Кати наконец-то сняли надоевшие бинты. Пошевелив затёкшей за это время щекой, она тут же попросила зеркало.
- Кать, послушай, - замялся Сан Саныч, беря в руки маленькое дамское зеркальце, забытое кем-то в его кабинете и нащупывая в кармане заранее приготовленный шприц с успокоительным. – Тут такое дело… В общем, всё немного не так, как я тебе рассказывал…
- Что случилось? – занервничала Катя, внезапно задрожавшими пальцами ощупывая лицо. – Что это? – провела рукой она по шраму на щеке. – Сан Саныч, что это?
Главврач молча протянул ей зеркальце. Девушка поднесла его к лицу и увидела сначала свои перепуганные глаза, а потом его… Ужасный уродливый шрам пересекал всю её левую щёку, начинался от виска, тянулся до самого подбородка и разветвлялся у глаза. Катя уронила зеркальце и закрыла лицо руками. Плечи её затряслись.
- Катя, Катюша… - Сан Саныч присел рядом с девушкой и обнял её за плечи. – Послушай, всё не так уж страшно. Ты окрепнешь, поправишься и сделаешь себе пластическую операцию. Ты знаешь какие теперь технологии? Ого-го какие! Сделают так, что ты даже не вспомнишь, что был этот шрам!
- За какие деньги? – отняла ладони от лица Катя и посмотрела на главврача. В её глазах застыла вселенская тоска. – Зачем я только выжила в этой чёртовой аварии… Володю потеряла, внешность испорчена, на меня больше никто никогда не взглянет. С работы явно уволят, кто меня, уродину, подпустит к детям? И из университета уйду, не смогу видеть взгляды однокурсников. Зачем я выжила? Вот если вы знали, что останется шрам, зачем вы меня спасли? – закричала Катя. У неё началась истерика.
Сан Саныч в мгновение ока выхватил шприц из кармана и сделал девушке успокоительное. Через несколько мгновений она притихла.
- Как так получилось? – почти спокойно спросила она, сгорбившись на кушетке и глядя в одну точку. Внезапно озябшие ладони она зажала между коленями, стараясь согреться. Увидев это, Сан Саныч открыл шкаф и, выудив оттуда старый плед, накрыл плечи девушки.
- Машина ударилась в стену, полностью разбилось лобовое стекло. Осколки посыпались внутрь, тебе сильно порезали лицо. Ты не присмотрелась, у тебя множество мелких порезов на лице и шее. А один, особенно крупный вошёл в щёку полностью. Нам стоило больших усилий достать его. Но со шрамом мы ничего не смогли сделать, всё-таки мы не пластические хирурги.
- Осколками значит… - повторила за ним Катя, из её глаза выкатилась одинокая слезинка и, сползя по щеке, упала за шиворот майки. – Осколками завтрашней жизни.
- О чём ты? – брови Сан Саныча поползли вверх, глаза смотрели обеспокоенно. Он коснулся рукой лба девушки, проверяя, не поднялась ли у неё температура.
- Не бойтесь, это не бред, - горько усмехнулась Катя. – Я говорю вполне серьёзно. Ну вот смотрите, - внезапно оживилась она. – Мы с Володей собирались пожениться. В тот день я пришла домой счастливая как никогда в жизни. Я мечтала, как уеду из нашей коммуналки, как мы будем жить вдвоём, как у нас появятся дети. Это было так близко! Я верила, что всё это скоро закончится и тогда уж я точно буду счастлива! Скоро, совсем скоро, может быть даже завтра! Да, я думала что Володя выследит санитара, найдёт Диану и уже может быть завтра начнётся совсем другая жизнь! А что получилось? И лицо мне порезали именно осколки той, завтрашней жизни, понимаете? Которой ещё не было, и которой никогда не будет! Она разбилась в той аварии!
- Ну у тебя и фантазия, - покачал головой потрясённый Сан Саныч. – Тебе нужно романы писать, или стихи.
- Не нужно мне ничего писать, ничего я не хочу, - отвернулась Катя, запал её угас. – Я пойду в палату.
- Я помогу тебе, - бросился к ней врач, но она молча покачала головой и вышла из его кабинета.
Все последующие дни до выписки Катя лежала в постели, тупо глядя в потолок и категорически отказывалась общаться с людьми. Сан Саныч ничего не мог поделать с ней и не пускал к ней посетителей. Только через неделю к ней прорвалась Лиана. Увидев девушку, она не смогла сдержать слёз. Полчаса они рыдали друг у друга на плече.
- Катюшка, ты справишься, слышишь? – гладила её по волосам начальница. – Кто же знал, что наш Володька, милый, добрый, славный парень окажется таким чудовищем? Я до сих пор не могу прийти в себя от шока, не могу поверить, что Женька умер из-за него! У свекрови, когда она обо всём узнала, случился сердечный приступ, Ирина и Слава сутками сидели у её постели.
- Как она сейчас? – поинтересовалась Катя скорее из вежливости, чем из любопытства.
- Лучше, - махнула рукой Лиана. – Как только на ноги встала, сразу начала меня винить во всём. И ты представляешь, Слава закатил ей скандал и сказал, что мы переезжаем!
- Ничего себе! – вяло отреагировала девушка.
- И ведь действительно купил квартиру, так что мы уже несколько дней живём отдельно.
- Рада за вас, - улыбнулась Катя.
- Да ладно, чему тут радоваться, - по лицу Лианы пробежала тень. – Женю-то не вернёшь.
- А Диана как?
- Диана нормально, - голос женщины потеплел. – Мы давно забрали её из больницы, она всё о тебе спрашивает. Купили ей новую коляску, теперь разъезжает по квартире, всем довольная.
- По квартире? – удивилась Катя.
- Ах да! Я же тебе не сказала! – хлопнула себя по лбу Лиана. – Мы же забрали её к себе! Слава когда узнал всю историю, сам поехал и забрал девочку. Теперь ищет хорошего врача, чтобы осмотрел её. Вдруг она ещё сможет ходить?
- Да уж, правильно говорят, не было бы счастья… - промямлила Катя. – Для Дианки-то точно счастье.
- Да, она просто светится, - улыбнулась Лиана. – Катюша, я хотела попросить тебя… Будешь нашей крёстной мамой?
- Я? – удивилась Катя. – Лиана Викторовна, вы что? Вы моё лицо видели?
- Ну при чём здесь лицо?! – всплеснула руками Лиана. – Диана тебя обожает, ты так много сделала для неё, да ты для неё больше мать, чем я! И вообще, знаешь, Катерина, говорят от креста не отказываются. Так что быть тебе крёстной Дианы.
- Ну что ж, если не отказываются, - усмехнулась Катя. – Тогда ладно. Через три дня меня выписывают, можем и покрестить.
- Ну вот и хорошо, - Лиана поднялась на ноги и закинула сумку на плечо. – Выздоравливай!
- Лиана Викторовна, вы меня уволите теперь? – отважилась спросить Катя.
- С чего ты взяла?
- Ну а как же я к детям, с таким лицом…
- Кать, ты драматизируешь, - поморщилась Лиана. – Ты попробуй косметику наложить, вот увидишь, совсем не видно будет.
- Да? – оживилась Катя. Об этом она не подумала.

Три дня пролетели как одно мгновение. И вот уже Катя стоит на крыльце больницы с сумкой в руках и щурится в лучах осеннего солнца.
- Давай, я отвезу тебя? – предложил Сан Саныч, вышедший вслед за ней.
- Не стоит, я доберусь, - отказалась Катя. – Сан Саныч, спасибо вам большое.
- За что? Я просто делаю свою работу.
- Неправда. Вы… Вы замечательный человек. Если бы не вы… Мне даже страшно представить, что со мной было бы, если бы не вы! Мне очень стыдно, что я думала о вас плохо, простите меня.

- Забудь об этом, Катюша, - тепло улыбнулся ей Сан Саныч. – И обращайся, если что, я всегда помогу. Мне жаль тебя, девочка. Ты ещё слишком маленькая, чтобы жить в одиночку. Жаль, что у тебя такие родители.
- Я всю жизнь живу в одиночку, - хохотнула Катя. – Я привыкла. Ещё раз спасибо вам. Я пойду.
Перехватив сумку поудобней, Катя шагнула к дороге и отправилась к автобусной остановке, ловя на себе взгляды людей. Где-то сочувствующие, где-то откровенно брезгливые. Ей предстояло учиться жить заново.
Солнце то пряталось за облаками, то появлялось снова и слепило своим светом глаза, воздух был свежим и прозрачным, а небо ярко-синим. На прохладном ветру трепетали на деревьях последние золотые листочки. Остановившись, Катя подставила лицу последним ласковым солнечным лучам и закрыла глаза.
- Я справлюсь. – Твёрдо пообещала она самой себе. – Я справлюсь. И всё ещё будет хорошо.


Рецензии
Оксана! Прочла Ваш детектив на одном дыхании. Сюжет однако Вы завернули! Но... Может, я чего-то не понимаю, но насколько мне известно органы из мертвого чело века уже бестолковая штука, потому-то и тяжело найти донора, так как человек должен быть ещё жив, но уже при смерти, обычно это когда умирает мозг, тогда извлекают органы. А после вскрытия вообще бесплезно что-то к чему-то пересадить, это уже разлагающиеся части тела. Ведь нужный орган хранят в специальном контейнере, поддерживая в нем оптимальную температуру и т.д. А так Вы очень хорошо описали героиню, ее нелегкую судьбу, потерю близких, я прослезилась. По-моему Вам удаются жизненные истории больше. Но это лишь мое мнение. Я желаю Вам только удачи и творческих успехов. Кстати, мисс Марпл, а не миссис, но это уже детали. С уважением,

Полина Шехали   22.03.2018 22:59     Заявить о нарушении
Спасибо отзыв! Жизненные истории мне может быть и правда удаются лучше, но я сама очень люблю детективы и книга без примеси криминала мне кажется скучной. Я всегда стараюсь писать о том, в чём хорошо разбираюсь, а тут допустила промах. Отдельное спасибо за замечание, обязательно исправлю недочёты!

Оксана Алексеевна Ласовская   23.03.2018 21:26   Заявить о нарушении