Главная тайна жизни 18

 Аннотация


Через двадцать шесть лет  их неожиданно  свела судьба. Он -- преуспевающий физик, работающий в Швейцарии над  созданием  адронного коллайдера,  она – полностью погруженная в повседневные хлопоты о  двух внуках московская домохозяйка. Любовь, которую они не смогли забыть, вновь разгорелась с новой силой… Настало время  ему возвращаться, но она никак  не может  решиться  открыть   главную тайну своей жизни...

Глава 1

-Мааам,  ну где ты целый день ходишь... Я звоню, звоню, а ты трубку не берёшь, - дочь тяжело вздохнула.- Нужно в  пять часов взять Анечку из детского сада, в шесть Макс с шахмат придёт, уроки с ним сделаешь… Я из  морозилки мясо вытащила, приготовь нам жаркое... И бельё в ванной запусти  в стиралку… мы поздно с Андреем придём.  Да, чуть не забыла...

-Подожди тараторить… - Ирина перебила дочь.- Я тебе уже месяц твержу, что сегодня я иду на юбилей к дяде Валере. Я в  парикмахерской полдня провела, а телефон дома забыла. Покрасилась,  стрижку новую сделала... Ты меня не узнаешь... ещё…


 -Ну вот, обрадовала...--проговорила дочь с легкой обидой. -- Только решили вдвоём сходить отдохнуть… А, может быть,  пораньше оттуда смоешься, а?  Чего тебе там со старичьём сидеть? Часикам  к восьми  сможешь прийти?

 Теперь  обиделась она.

 -- Доченька, ну какие там старики?- возразила  Ирина робко, думая, что дочь, как всегда,  окажется права.- Дяде Валере только 55, а тёте Наташе и мне по 45 лет. Всё окружение будет, предположительно, нашего возраста…Солидные интеллигентные  люди  из его института, физики-ядерщики...

 --Ма-ам, я тогда детей рано утром завтра тебе привезу, а мы на два дня  к Оле в деревню поедем…Там на даче у них отдохнём...

 --Света, а мы хотели всей компанией тоже на следующий день на приро…

 -Вот и возьмёшь их с собой. Завтра рано утром  тебе привезу…Ну все. Целую...

 -Цел…-- Пи-пи-пи, раздалось в трубке.

 Ирина взглянула на часы, в запасе  у неё было почти два часа.
 «На этот раз надо  привести себя в порядок с особой тщательностью,- мелькнула мысль,--чтобы не выглядеть среди  академической компании кулёмой... Сто лет никуда не выбиралась... Ну скажем не сто, а  как родился Максим, так и забыла, где в последний раз была».

  Ирина отправилась в ванную, затем наложила лёгкий макияж из  остатков дочкиной парфюмерии, отданных ей за ненадобностью, затем порылась в шкафу и вытащила единственное выходное платье, предусмотренное для  «особых» случаев. Платье было куплено на распродаже в итальянском бутике с солидной новогодней скидкой, оно  было пошито из тяжелого переливчатого шелка, который уже выходил из моды, но до сего времени смотрелось на ней элегантно...
 
 Она тщательно расправила ладошками   на себе все складочки, отметив, что платье становится ей мало и немного расстроилась, оттого, что уже никогда не сможет себе купить подобный наряд...
 
 «Я, конечно, рискую в нём наклоняться, уж очень сильно облегает все мои выпуклости,  поправилась за шесть лет,- подумалось ей.- Но другие мои наряды надеть сегодня нельзя: дешёвое барахло, приобретённое  за копейки на всяких рынках. Боже мой, а колготки-то поползли...Нет, в них нельзя,  придется последний запас из шкафа достать.  Да, еще  забыла подушиться доченькиными духами, отданными мне в безвозмездное  пользование…Надоел  ей, видите ли, этот запах, а мне нравится: лёгкий, нетерпкий и напоминает любимые ландыши.  Т-ак, теперь надо  оценить эффект своих стараний, посмотрюсь в зеркало. Ах! Да я выгляжу красавицей! Никто мне не даст мои 45! Лет на 35,  ну на 38, не больше… Глаза ещё блестят, губы пухлые, да и морщинок пока мало… Ягодка опять…хи-хи…пожухлая. Ах, а цепочку с маленьким медальоном в виде сердечка  забыла  надеть... Вот теперь все замечательно…   Ровненько устроилось  сердечко прямо в ложбинке, между грудей…туда тоже капельку духов запустить следует... Это сердечко  подарок давнишний, но самый мой дорогой. А туфли для ресторана у меня…не очень… растоптанные. Ну ничего,  это даже хорошо вдруг кто-то на танец меня пригласит, а в новых не  растанцуешься…  Господи, да кому я нужна? На танец... придумала. Люди все будут семейные, солидные профессора со своими жёнами из Валериной   лаборатории…Я там, мягко говоря, не пришей кобыле хвост... Так, давнишняя подруга жены... Может быть, ещё успею к восьми часам  прийти к дочери, пусть сходят, отдохнут... Что там на часах? Так, кажется, ничего не упустила. Подарок взяла, свет везде потушила, воду выключила и побежала, а то опоздаю…»
 
  -Наташа,-  Ирина легонько толкнула её локтем, благо сидели рядышком,-  мы кого-то  ждём?—Её взгляд равнодушно скользнул по лицам присутствующих.

  Все гости расселись за столом, установленным в центре уютного зала  наподобие   буквы «Т».   Она сидела  рядом с любимой подругой.
 
-Да вот… опаздывает.  Ждём  давнишнего Валериного сокурсника. Он прилетел в Москву по семейным делам, созвонился с Валерой и тот его пригласил на свой юбилей. Представляешь, он работает в ЦЕРНе над созданием большого адронного коллайдера. Слышала о таком?

 -Краем уха… как-то по телевизору. Где-то в Швейцарии?

 -Да. На границе Швейцарии и Франции, недалеко от Женевы. Это самая крупная экспериментальная установка в мире. Международная....

 -  А зачем её построили?

 - Точно не знаю, а в общих чертах Валера мне вчера объяснил, когда от дружка узнал, где тот работает. Эксперимент какой-то. Громадная фиговина построена для разгона протонов и …

 -Наташ, не надо мне объяснять, всё равно не запомню…Только   не пойму, зачем их ускорять  кому-то понадобилось…

 - Этого я не знаю. Вот он придёт, ты и спроси.. Он там шишкарь какой-то… Пусть тебе объяснит популярно...  Давай, Ирка мы  лучше по рюмочке коньячка с тобой дернём за моего любимого мужа. Правда, он у меня хороший? А то пока  всех дождёшься, слюной подавишься…

 - Давай  наливай за Валеру! Он, действительно,  у тебя замечательный... Наташ,  вы только не обижайтесь…  Может быть,  мне придётся пораньше уйти, Светка просила…

В это самое время, пока подруги незаметно для присутствующих налили себе коньяк и выпили по рюмочке, к юбиляру подошёл тамада и они, пошептавшись, решили, что пора начинать мероприятие.

 -Уважаемые гости,- обратился  тамада к присутствующим, постукивая пальцем по микрофону, требуя внимания. - Мы сегодня здесь собрались дружным коллективом, чтобы поздравить Валерия Михайловича с  днем рождения. Спасибо вам, что собрались...

 -Игорь,- Валера громко прервал парня…- На минутку задержись…мой друг институтский наконец-то пришёл.

 Все устремили свои взоры на вход. Она тоже повернула голову и у неё перехватило дыхание…  Даже если бы он находился в толпе из ста человек, она  его узнала мгновенно... От её взгляда не ускользнула ни одна деталь его  внешнего вида: аккуратно уложенные волосы, привлекательное лицо,  серый костюм в мелкую полоску, правильно завязанный галстук, до блеска начищенные ботинки…Выглядел респектабельным и представительным: подтянутым, рослым, хорошо одетым.  Это был Миша.

 Он  чуть виновато всем улыбнулся, мол, простите меня за опоздание, окинул быстрым взглядом зал и направился к  Валере.

  Кто-то со стороны именинника задвигал стулом, видимо,  Миша  там устроился. Через минуту всё  пришло в норму, и началось то, ради чего все собрались.  А она сидела полуживая, поскольку увиденное до такой степени ее потрясло, что ни о чем другом, кроме этого мужчины, думать уже не могла.  Она не слышала, как начались поздравления, как зашумели все разом, а тамада умело руководил вверенным ему мероприятием.  Кто-то из присутствующих вставал, произносил очередной  тост, потом все пили, ели, говорили так громко, что не было слышно соседа -- одним словом, началось обычное  застольное веселье.  Окружающие её люди раскрепостились   под действием алкоголя, она это видела по  веселым  лицам, смеху и кое-кто даже запел песню…

 Когда через некоторое время внутри  успокоилось, она скосила глаза в его сторону. Ирина имела возможность за ним незаметно понаблюдать, благодаря  стечению  благоприятных для неё обстоятельств: на столе стояли огромные букеты, а сама могла спрятаться за рядом сидящую Наташу. Хотелось удостовериться, не ошиблась ли она… Слишком все казалось невероятным... Нет, ошибки не могло быть—это был он.  Даже в приглушённом свете ресторана было видно, что Миша все ещё оставался  хорош собой, и только в его густых волосах поблескивала  серебром седина.

 Он как магнитом притягивал ее к себе,  и она  словно загипнотизированная,  не могла оторвать от него своих глаз. Теперь сомнений никаких  не осталось,  но только как он попал в Швейцарию?  Он о чем-то оживлённо  беседовал с соседом,  потом они разлили себе водку в рюмки и, чокаясь, выпили.

 « Ч - черт!» - вырвалось  у нее, когда он  неожиданно повернулся  в ее сторону,  но Ирина успела отвести свою  голову за подругу.  Ох, чуть  не заметил, как она исподтишка подсматривала  за ним... Она налила в рюмку коньяк и залпом выпила. Горло обожгло, и она закашлялась.

 -Вот о чём барышня  я спрашиваю,- её сосед,  хмельной   профессор с плешью на голове и с жидкой бородкой на круглом лице, склонил к ней голову и уставился.

 - Как вам живется в тоталитарном государстве?

 До этого вопроса, она лишь время от времени кивала ему головой, показывая, что принимает участие в беседе, а сама даже не слышала о чём   идёт речь.
 Профессор ждал ответ, а её сознание находилось там, через несколько метров от неё... Молоточком в голове билась мысль: запомни его на всю оставшуюся жизнь, возможно, эта неожиданная встреча будет последней, и до конца  твоих дней его больше не увидишь.
 
Ирина зафиксировала в памяти его  облик и машинально ответила:

 - Мне сейчас плохо...Скверно на душе...

 -Правильно мыслите барышня, не в лучшие времена живем.  А я вам скажу  все оттого, что первое правило тоталитарного государства - взять под контроль интеллигенцию, чтобы  она чего лишнего не натворила…

 «Это я чего бы лишнего пьяная ни натворила.  Сейчас я чрезвычайно смелая,  возьму и  сама подойду к нему…»

 … поэтому они легко находят оправдание своему конформизму и сразу идут в услужение  режиму…

 «Как бы мне найти себе оправдание  и пойти в услужение… подчиниться    режиму…»
 ...что, в свою очередь, усугубляет деградацию страны…

« Это я  деградировала, только увидела  и готова  на всё… амёба…безвольная...»
 …так государство выращивает холуёв. Вот вы, например, ведь не желаете стать холуём у кого-то?

 -Я?  Ммм… соглашусь...

 -- Вы,  барышня,  плоть от плоти своего народа.

 Сосед посмотрел на неё как на что-то уродливое. Она попыталась ему объяснить, что  совсем не это  имела в виду, а совершенно иное, но он демонстративно от неё отвернулся. В  иное время, она бы расстроилась, но не сегодня.  Она никаким образом не отреагировала на демарш профессора, а вот  в голове опять промелькнуло «...плоть от  плоти... »

   Некоторое время спустя, они спустились с Наташей в дамскую комнату. Подруга отметила, что Ирина сегодня  эффектно выглядит: на обычно бледном лице играет яркий румянец, легкий макияж придал выразительность красивым чертам лица, а модная стрижка из каштановых волос с медным отливом очень шла к  её глазам.  Но вдруг Ирина  попросила таблетки валерьянки, зная, что  Наташа всегда носит с собой пузырёк в косметичке.
 
 -Да что с тобой? – удивленно проговорила она. --Чего вдруг  лекарство просишь?- спросила она встревоженным  голосом.

 -Наташа, только Светке моей ничего не рассказывай…Это её отец.

 - Какой отец?! Ты пьяна?…

-Я, и правда, немного лишнего выпила... Но это моей дочери отец...

--О Господи!—Наташа выпучила глаза.—Этот  плюгавый профессор Звенцов, отец Светки?! Сбрендила совсем...

 -Да нет... Друг  институтский твоего Валеры… Миша.

 -Миша?!— она поперхнулась.—Я  сейчас получу инфаркт... Каким образом? Ты шутишь?

 -Нет, это не шутка...Правда.

 -Да ты что?!  Это точно?!

 -Точнее, не бывает…--Я ...я... в поисках подходящих слов  Ирина запнулась.—Короче, все у нас произошло как в фильме «Москва слезам не верит». Софья Соломоновна  пришла ко мне в общежитие и заставила Мише написать письмо, что  его обманываю,   якобы  люблю другого. Мол, не нужен ты мне… Даже конверт с собою принесла. Она сказала, что если я желаю ему счастья, то мы должны расстаться... У них дальняя родственница  из Иерусалима  должна была приехать в гости с дочерью. Я была молодая  дура и не стала возражать, мать же она.… Все написала под её диктовку. Это было 3 марта, а уже 15-го узнала, что  беременная. Пошла к нему домой, хотела поговорить,  рассказать про  письмо, а он из своего подъезда с девушкой вышел… Через месяц   я познакомилась с Володей  и всё ему честно рассказала. Мы поженились, и он записал Свету на себя. Вова считал её своей дочерью, а Света его очень любила. Он хороший человек был, даже свекровь не знала, что дочка не от него.  Дальше ты знаешь,  как его на мотоцикле сбила машина...

 -Вот мело-оо-драма, -- подруга не могла отойти от шока...- Впервые слышу...  А как ты с Мишей познакомилась, где пересеклись?

 -Где? –переспросила она вспоминая.- Был конкурс студенческой самодеятельности среди вузов Москвы. Я с Викторией Милоновой от своего экономического песню там пела, а Миша от МИФИ   на гитаре играл.  Так классно играл, заслушаешься, он же музыкальную окончил. Знаешь, Наташа, многие события стёрлись у меня в памяти, но когда  Миша закончил играть старинный  вальс  «Осенний сон»,   встал и смущённо раскланялся, я помню, как будто это было вчера. Я отбила себе ладошки, так неистово хлопала и была покорена им навсегда... Вот так, Наташа, началась  любовь всей моей жизни...

-- Неужели сразу  влюбилась?

 Ирина загадочно улыбнулась. Воспоминания накатили на неё  и унесли на двадцать  пять назад в то время, когда  была  счастлива.

 --Ты не поверишь, но когда увидела его на сцене первый раз в жизни, сразу  поняла, что он не такой, как все... Было ощущение родной души, какое-то предчувствие, что с нами что-то произойдет. После концерта мы  в  McDonald's  всей компанией  покушать пошли. Уже там переглядываться стали, поняли, что друг другу нравимся,  возникла взаимная симпатия и такое волнующее притяжение, что  домой уже вдвоём отправились... Недалеко от моего  общежития впервые поцеловались...  Встречаться  стали почти каждый день практически были неразлучными, потом согрешили у него дома, когда матери  не было…Ну всё, как у всех… Жить стали, но предохранялись... Я очень боялась забеременеть, учёба, общага-- не до ребёнка.  Прекрасные были времена, на всю жизнь их помню!  Любовь- морковь и все такое... Не представляю, где он брал деньги, но без цветов на свидание не приходил... А перед самым письмом, у нас как на грех  резинка слетела… Ты понимаешь меня?  Я  сразу и залетела…

 - Ничего себе,-  воскликнула изумленная  подруга, - Санта-Барбара отдыхает!  Даже мне не сказала...  А я то все время думала,  отчего Светка совершенно на Вовку непохожа, да и от тебя она мало взяла… Теперь ясно, вижу в кого ...А быть может, стоит дочери рассказать, всё-таки отец ей родной?

 -Нет, ни в коем случае, - отрезала она настолько твёрдо, что Наташа удивилась.- У него там брак. Наверняка есть дети, внуки... Приехал и уехал, а у неё рана на сердце останется. Она Вову считает своим отцом. Да и я хороша, не сказала, что он неродной.  Не надо....

  --Тебя понимаю, а он? Объяснился с тобой после всего?

  --Нет, Наташа...В том-то и дело, что нет...

 - А вы сегодня поговорите между собой...Расскажи ему  об этом письме.

 -  Может быть, расскажу, чтобы не считал меня предательницей.  Сниму груз с сердца... Представляешь, сидим через четыре человека, а он меня не видит. По сторонам   совершенно не смотрит, только  на  своего соседа, а тот заговорил его основательно.

 - Проблем нет, мы сейчас  сделаем так,  чтобы Валера тебя ему представил.

 -Нет, умоляю тебя, не надо!-- взмолилась  Ирина.- Если он меня увидит и сам   не подойдёт, я  набиваться не стану… Значит, он меня не простил. Ну и  вечерок…- тяжело выдохнула она и положила сразу три таблетки валерьянки под язык.
Наташа, взглянув на неё, тоже забросила валерьянку  в рот.

 Подруги подправили  макияж и, взглянув  в зеркало, Ирина еще раз  поздравила себя за удачно купленное когда-то платье. Сидело оно на ней безупречно. Наташа словно прочитала её мысли.

 -Ты сегодня классно выглядишь,- сделала она комплимент,- словно молодая девушка!
 Они вернулись в зал. В их отсутствие там уже сформировались небольшие группировки гостей, беседующие между собой  по интересам.  Подруги сразу нырнули в гущу  крайней кучки, собравшейся  вокруг  представительного, высокого мужчины.

  «….сознание и бытие взаимосвязаны, они образуют между собой    итеративный  цикл... Изменение бытия приводит к  адаптации сознания и может, как менять себя посредством образования...» - громко  рассуждал мужчина и выразительно посмотрел на  неё...

 Она в знак согласия радостно   кивнула.

 -Вот даже красивая дама со мной согласилась, а вы уважаемый спорите…

 Тогда, вспомнив, что-то  похожее,  о чём мужчина только что произнёс, она   выдала, на её взгляд, нечто  к месту:

 -Ещё Карл Маркс писал: «не сознание людей определяет их бытиё,  наоборот, бытиё определяет сознание».

 Профессора уставились на неё, а  мужчина с возмущением заметил:

 -Маркс  глупость сказал… От повторения,  сказанного в учебниках советского агитпропа  эта глупость, не перестала быть глупостью…

 Она подумала, что лучше ей, вообще, не стоит вмешиваться в разговоры ученых людей, а   то  ляпнет  такое…

 Подруги не спеша  перешли   к следующей кучке, и сразу же попали в настоящие дебри:

 «… опытные взрывы США водородно-ядерных зарядов на этом этапе бомбой никак не были: 1951, взрыв тороидального уранового заряда George с жидким водородом в центре; 1952, атолл Эниаток, жидкий дейтерий плюс тритий и плутониевый стержень в центре как "зажигалка" …»

 «Ни слова, из сказанного, не понимаю»,- подумала Ирина, слушая размеренную речь учёного, а  в   голове  здорово замутилось, как  вроде этот дейтрид лития выпила...

 Наклонилась к уху подруги и шёпотом поинтересовалась:

 -Наташ, ты с учёным  живёшь, скажи, как они всё это запоминают?

--Ха,--усмехнулась Наташа.--Лучше бы помнил, где таблетки от давления  лежат,- возмутилась подруга.- А то в два ночи будит: « Натуля, где у нас таблетки?» Я спрашиваю: « У нас?!»  Да я за всю жизнь ни одной не выпила… Как маленький ребенок, не знает, где соль в доме находится…Я ему мандарины от кожуры очищаю,  сахар в чашку кладу и размешиваю... А ты говоришь память! Я тебе больше скажу… они все с приветом... Знаешь, сколько великих учёных математиков, физиков, философов, попросту рехнулись на почве своих  научных идей? Полным-полно закончили свои дни в сумасшедшем доме… Скажи, ну неужели на работе  им эти ураны  не надоели? Нет бы о театре, артистах поговорили, а они…

 --Наташа, извини меня за откровенный вопрос. А ты не боишься интеллектуального неравенства  в семейной жизни.  Они все такие начитанные…

 -Ой,- рассмеялась подруга.- Не смеши мои тапочки. – Кроме своей специфической  работы, они ничем не увлекаются… Сходи, у моего юбиляра сейчас  спроси, кто такой Брэд Питт, он тебе не ответит, хотя мы фильм  недавно смотрели…А как какая-то хреновина расщепляется на полстраницы печатного текста, тарабарщина настоящая, так он без запинки, как отче… Ну кому это нужно в широкой компании, вот и сидит, помалкивает...  Бывало, такое ляпнет, что стыдно... Скажи, это нормально?

  -Да уж,- поддакнула она,- не знать Бреда Питта- это совсем ненормально.  А я всегда, глядя на  твою счастливую семейную жизнь,  размышляю, ну как моей подруге удается  управлять таким мужчиной, как Валера?   Профессор,  хорошо зарабатывает, не ходок на сторону, только  от него и слышу: да, лапуля, как скажешь, лапуля...

 Наташа широко улыбнулась, показывая красивые  зубы, которые недавно вставила. Денег немерено заплатила.

 -Ох, Ирка  с трудом, но приручила... Я тебе расскажу  историю про  Утёсова и ты поймешь...Леонид Осипович прожил 49 лет с женой и во всем ей доверял. « Если Леночка сказала- значит, так надо» -говорил он знакомым.  Но однажды он сильно  влюбился  и ушел к этой женщине, так жена прислала любовнице подробную записку. В ней было расписано, что он любит поесть, как нужно топить комнату, что полезно и что вредно для его голоса... Кроме того, она ещё и подводу дров им отправила. Утесов прочитал записку,  встал... и пошёл домой. Так, и мой академик...Он отлично знает, что ни одна женщина в мире не будет его так лелеять, как я... Поверни свою голову вправо.  Видишь?

 -Кого?

 -Вон мужчина стоит у колонны  в синем костюме и голубой водолазке, видишь?

 -Да. Обычный мужчина.

 -А ты посмотри на него повнимательней.

 -Ничего не заметила…обыкновенный мужчина.
 -Обрати внимание на его неряшливый костюм, в котором он пришёл на юбилей. Это научный руководитель по какому-то синтезу... Академик.  Он типичный представитель ученого мира… Леонид Павлович настолько рассеянный, что  о нём ходят  по институту легенды.  Может прийти на работу в непарных носках, зимой без шапки и шарфа, а однажды пиджак  надел прямо на майку и пришел на работу… Ключи от своей квартиры, перчатки, шарфы он терял тысячу раз.  Не приведи  тебя Бог подойти к нему испросить, чем   он занимается. Он прицепится к тебе как репей, и весь вечер будет ходить за тобой по пятам, заглядывая в глаза и разглагольствовать о  своей  работе.  Тебе всё покажется настоящим бредом умалишенного. Он днюет и ночует в лаборатории…Ему в жизни ничего не надо, кроме своего обожаемого синтеза...    Леонид Павлович не замечает вокруг себя ничего, что не относится непосредственно к его работе, а такие приземленные вещи, как женщина,  комфорт,  вкусная еда, отдых, деньги… он не обращает внимания, ему они  по фигу. Он работает за идею. Это одержимый ученый и не дай бог  иметь  такого в мужьях… по жизни это умственно отсталый человек... совершенно неприспособленный к обычной человеческой жизни…
 Ирина внимательно посмотрела на ученого, и от слов Наташи ей стало его откровенно жалко.  Вот бедняжка...

 Подруги продолжали свою женскую болтовню, не обращая внимания, что рядом с ними разгорелся нешуточный спор  с приведением  аргументов и доводов…

 « … концепция сжатия водородного топлива до стадии синтеза за счёт взрыва уранового заряда, которая перевела эту абстрактную идею в практическую плоскость, разработана и обоснована Станиславом Уламом в 1950 году…»-  говорил,  размахивая руками, седовласый мужчина.
 
 В это  самое время Миша поднял голову и неожиданно в толпе заметил   красивую женщину с роскошной фигурой.  Бог ты мой! Она  здорово напомнила  его давнишнею знакомую, но та была светловолосая… Однако, несмотря на это различие, он быстро поднялся со стула и  решительной походной направился  к ней...

 Ирина хотела предложить подруге пройти дальше, чтобы не слышать этой научной абракадабры, но неожиданно затылком почувствовала, что Миша приближается к ним… Ага, наконец, заприметил...
 
 Миша, отстранив  руками, сплочённую группу мужчин,   без труда протиснулся и влился в  круг. Она тут же почувствовала на себе пристальный взгляд мужчины.

 Когда она подняла на него глаза, то его изучающий взгляд, сказал Ирине красноречивее всяких слов: сомнений не было, он узнал её. Миша смотрел на неё  растерянный и очумевший от неожиданной встречи со счастливыми глазами, с полуулыбкой на лице, жадно блуждая взглядом по её лицу, волосам, груди  и никак не мог оглядеть её всю... Стало отчетливо  ясно,   Миша не скрывал своей радости, что  они встретились, и  она ему до сего времени небезразлична.  Вокруг них стояли люди, о чём-то оживленно спорили, рассуждали, до ушей доносилось…сунниты…шииты…исламское государство,  а  она от волнения, что он стоит рядом и упёрся в неё глазами, стала заливаться краской.   Притяжение было настолько сильным, что они никак не могли оторвать свои взгляды друг от друга. Его  взгляд не упрекнул её в том, что она, много лет назад написала ему прощальное письмо и ушла к другому. В них не было и намёка, что она не объяснила ему причину своего подлого поступка, его глаза говорили о том, что он  до сих пор её  помнит.  Они, упершись  глазами, молча, изучали каждые чёрточки,  каждые складочки  на лицах, всякие следы изменений, оставленные временем на их внешности... Им не нужны были слова, они понимали друг друга с полувзгляда.  Ирина, улыбнувшись, сказала глазами:  «Привет...»  Ответ пришел незамедлительно: «Уходим». Она шепнула несколько слов подруге, медленно развернулась, и слегка пошатываясь от выпитого алкоголя, побрела к выходу, а он пошёл попрощаться с Валерой...

 У выхода из ресторана она задержалась,  ожидая его, а потом Миша пошёл ловить им такси. В машине они сели на заднее сиденье, и Ирина  назвала  водителю свой адрес. Миша, устроившись рядом, взял её за руку и стал  поглаживать ладонь своими пальцами,  а потом  поднёс  руку  ко рту и отдельно поцеловал каждый пальчик.
 Одного прикосновения было достаточно, чтобы  давно забытое чувство вспыхнуло в ней  с новой силой. Ирина не вытерпела и, дотянувшись до его щеки, легонько прикоснулась к ней губами.

 --Ириш,- долго нам еще ехать?- прошептал он на ухо.- Я так по тебе соскучился...

 -Я тоже, - без ложной скромности сказала она, - скоро уже приедем, потерпи,- и от избытка чувств еще раз чмокнула  его в щеку.

 - Ты не против, если я останусь у тебя на ночь? - спросил он.

 -Ну как я могу быть против,  Мишенька...
 -Можно я верну тебе поцелуй...
 Мягким  ртом Миша прижался к губам Ирины и подарил ей глубокий поцелуй. Она поразилась, ощутив, как от обычного поцелуя она непроизвольно задрожала. Миша, почувствовав её состояние, плотнее  придвинулся, снял свою руку с Иринкиного  плеча, и вот уже  она соскользнула  в вырез  её платья.  Там сжала  грудь.

 -Ты не слишком торопишься?- протестующий голос  прозвучал тихо.

 - Разве?

 -Убери,- мягко попросила она.- Водитель увидит, неудобно...
 
 -Прости,- он нехотя вытащил руку... –   От тебя, как прежде, пахнет свежими ландышами, и  я    потерял голову,- он наклонился к ней и уткнулся носом во  впадинку возле уха.- Пока едем, я буду тебя нюхать...

 -Ну, если только нюхать,- уже мало чего соображая, ответила она, прижимая   к себе его голову.

    Когда у   подъезда они вышли из машины, она   задержала его за руку.
 -Миша, послушай, после твоей Швейцарии…Короче, я живу очень  скромно. Совсем скромно, пожалуйста, не удивляйся...
 
 Они зашли в подъезд, поднялись на лифте, на пятый этаж. Она не могла попасть ключом  в дверной замок, а когда повернула ключ и распахнула дверь, он, порывисто схватил её и втолкнул в коридор, где прижал прямо к захлопнувшейся за ними двери.
Всего спустя мгновение, они раздевали друг друга, бросая вещи прямо на пол.
Раздельно прожитые годы исчезли, как их не бывало; тела знали друг друга, как тогда. Затянутая в водоворот его страсти, она могла только отвечать, только возвращать страсть, которую он так исступленно дарил. Он был неистовым, чутким, эротичным, безумно возбуждающим, и она никогда не могла сдержать собственный страстный отклик на его любовные ласки. Все было так, как раньше… нет, лучше; он вытолкнул ее за пределы здравого смысла, за пределы всех проблем, за пределы познания чего угодно, кроме него самого.

 -Миша,  Мишенька...родненький, неужели это не сон… я не сплю,- шептала она, громко прокладывая дорожку из поцелуев на его груди.- Ты снова мой.  Поверить в это не могу. Такое ощущение, что всё нереально.... Женщине, непристойно говорить мужчине такие вещи, но  я  хочу ласкать тебя везде…каждый твой сантиметр… Хочу, чтобы ты был мой падишах, а я твоей наложницей… Я сильно пьяная… раз  вслух болтаю  такое…

 Он счастливо рассмеялся.

  -Хорошо, что пьяная,--он счастливо рассмеялся.- Я тоже. Милая…как я мечтал  тебя заново встретить... всю жизнь... я  хочу тебя безумно…сильно соскучился.  Сердечко моё сохранила…Любимая...- взволнованно шептал он, проглатывая слова.
 Ирина совершенно не ожидала, что реакция на его слова и ласки будет такой сильной и принесёт с собой   шквал сладостной боли, что она зрелая сорокапятилетняя женщина, позабыв обо всем на свете, вдруг почувствовала себя   молодой девушкой, когда    занимаясь любовью, они  отдавали себя друг другу  до последнего уголочка своего тела.   А она-то думала, что время для неё было хорошей анестезией. Миша был нежным, чутким, безумно её возбуждающим и она, как раньше, не смогла сдерживать отклик на его любовные ласки.

 « Это мой Миша-любовь всей моей жизни и я не сплю,- думала Ирина, сливаясь с ним в ласках.-   Все так  знакомо...эти руки и губы,  нет... всё намного лучше. Он стал другим...опытным. Разве можно найти силы сопротивляться...  столько лет я прожила без его прикосновений. Пусть дальше будет, что будет, а сейчас- эти пьянящие счастливые минуты,  стали пробуждением моей души...  он только мой...мой...мой».

  Перед тем как ею овладеть, Миша  прошептал в её губы: " Ты готова?"

 Желание было настолько сильным, что она почти прокричала: «Да, да, да…»
 Когда между ними ВСЁ закончилось, она,  еле ворочая языком,  сказала:

 - Я думала, что  умру...прямо под тобой...

 Он рассмеялся...

 -Горячими мертвецы не бывают, а ты словно огонь...

 Мишенька, рано утром дочь привезёт мне внуков... Пожалуйста, ты уйди от меня пораньше, чтобы не встречаться с ними… рядом  метро…--попросила она.

 -Сделаю, как скажешь,- сказал он, заботливо укрывая её покрывалом. - Не волнуйся об этом, любовь моя. Но позволь тебя спросить: почему ты не можешь дочери сказать, что нас связывает непросто постель?

 -Не могу. Она не поймет меня.

 -Ну как знаешь...-Он притянул её  крепко к себе и прижал.

 -Мишенька, я не усну, если ты  не уберешь... с того места свою руку...

Он улыбнулся и поцеловал ее.

 -Я  надеялся, что ты её не заметишь...

 -Вообще-то, не заметить в этом месте чужую руку  невозможно.

 -Хорошо, если она тебе мешает заснуть, то я её уберу.

 Они вместе погрузились в сон и крепко заснули в объятиях друг друга.

 Утром из безмятежного сна её выдернул требовательный звонок в дверь. Она резко открыла глаза и упёрлась в затылок мирно посапывающего Миши.  Мгновенно  вспомнила знойные эпизоды своего грехопадения…Как замедленные кадры  в документальном кино в голове проплыл вчерашний юбилей, их встреча, скороспелый уход и ночь полная  безудержной срасти…

 «Господи, что сейчас будет…что будет?!…- со страхом подумала она.-  Бесстыдница, лежу  голышом с  мужчиной, а дочь и внуки на пороге… Поддалась вчера искушению…Отказала бы… не умерла, а теперь  позор… перед дочерью, внуками…»

 -Миша, миленький, - она тормошила его изо всей силы,- проснись...

 Миша сел  на диван, прикрывшись  покрывалом и, уставился на неё мутными глазами. Вид у него был  растерянным, он ещё выглядел сонным. Его густые волосы от сна   спутались, а на помятом лице отпечатался шов от подушки. Только сейчас она заметила, что  его темно-карие глаза были окружены сетью морщин и понемногу в  них начали проступать какие-то  мысли…

 - Ты не представляешь, что мы наделали, что наделали,- твердила она в панике, срывающимся от волнения голосом.- Проспали.… Теперь …- Она ходила кругами по комнате и  трясущимися руками собирала  разбросанные  по всему полу вещи…- С пьяну… позор...- От безысходности положения, в котором она очутилась, Ирина разрыдалась. В висках застучало, а разум отключился.

 - А что мы с тобой наделали?

 От удивления у неё глаза полезли на лоб.  Она не замечала, что ее рот непроизвольно открывается и закрывается в безуспешной попытке издать хотя бы один звук. Наконец, нашла в себе силы и еле  выдавила:

 -Ты, что ничего не помнишь?!-  она замерла на месте с его трусами в руках, поднятыми с пола. - Мы переспали …
 
 - Я всё помню... Такое забыть невозможно,  а я то подумал, что мы кого-то живьем съели. Ты  чего ты всполошилась?

 - Мы проспали, а  там  пришла дочь и внуки…Что  скажу им? Я никогда к себе мужчин не приводила. - Слёзы ручьём полились  из глаз и она машинально их вытерла его трусами... –Что теперь будет... что будет...- Она дрожала всем телом и в панике кусала  губы.-  Тебе меня не понять… Помоги мне…Выручи… Умоляю… Они не должны тебя видеть… Может, тебе с балкона… спуститься?

 -С пятого этажа?

  Она судорожно  всхлипнула…

 - Внизу деревья ...   у  меня веревка длинная есть.

Продолжение: http://www.proza.ru/2018/03/31/748


Рецензии