Кассандра гл. 6

Начало: http://www.proza.ru/2018/03/20/124

- Открывай! – голос снаружи прозвучал, как смесь истерики и угрозы.

 Удар чего-то увесистого в дверь, а потом и еще несколько раз, заставил Сашу подскочить с бешено колотящимся сердцем … Первая пара секунд прошла в замешательстве, потом дошло – вернулись девочки. Раньше после загулов ближе к утру они украдкой проскальзывали вовнутрь, и, как нашкодившие мышки, молча ложились спать. Но сегодня видимо, что-то случилось. Саша спрыгнула с кровати, и, открыв дверь трейлера, обомлела. В лунном свете она увидела продолжение своего сна –  зареванные Таня и Оля в грязной одежде, с размазанной краской по лицу и содранными коленками представляли собой предельно жалкое зрелище. Заплывший глаз у Тани и забрызганный кровью из разбитой губы и носа белый топик Оли сомнений не оставляли – девчонки крупно попали в передрягу. 
 
- О господи!
 
- Что, о господи? – зло огрызнулась Оля.
 
- Я же предупреждала!
 
- Предупреждала она! – от унижения и злой беспомощности Оля готова была вцепиться в глаза. - Ведьма завистливая! Накаркала?!

Александра, преодолев первый испуг, почувствовала, что тоже заводится.
 - Чему завидовать? Тому, что вы две дуры? - Но вспомнив собственное правило «не трать время на людей, которые тебе безразличны», сдержалась, и учить, как им обеим устраивать личную жизнь, дальше не стала. При отстраненном взгляде за чьей-то агрессией всегда можно разглядеть тщательно скрываемый страх или завуалированную мольбу о помощи.

Услышав, что утешать ее никто не собирается, Таня зарыдала еще громче. Давно известно – женские слезы – лучшая смазка для отпирания замков любой сложности. Саше стало жалко дуреху и, немного посомневавшись, она неловко притянула ее к себе. Обняв, спросила:

- Ну, что случилось?!

- Нас избили, - размазывая сопли и слезы по щекам, сквозь спазмы в горле еле выговорила Таня.

- Кто?!

- Девчонки местные в ночном клубе.

- А что вы там натворили?
 
- Ничего! Это из-за их парней. Но мы же ничего не знали!  Они, оказывается, хотели  позлить своих девок, а те на нас целой кодлой навалились.

- А кавалеры ваши почему не заступились?

- Они сбежали, как только кипишь начался.
 
- М-да! Мужики … - гладя по спине рыдающую Таню, с высоты жизненного опыта со значением произнесла Александра.

- Саш, а что теперь будет? Нас отсюда выгонят и в универ напишут? Да?

- С чего ты взяла?  Придумаем что-нибудь. Скажем, что в темноте с обрыва свалились.

- Не получится. Нас охрана клуба в ментовку сдала. Местные отмажутся, а на нас, приезжих, всех собак повесят, – со злой обреченностью выговорила сквозь зубы Оля из своего угла.

Александре показалось, что что-то не срастается:
 - А вы все договариваете?
И в следующую секунду почувствовав, как под рукой напряглась Таня, поняла, что попала.

- Нам парни еще две таблетки дали. Ну, чтобы расслабиться. Я свою съела. А Олька не успела. Ее в кармане нашли.

- Боже мой! Только этого не хватало!

- Сашенька, миленькая – схватив ее руку, с мольбой в глазах дрожащим голосом залепетала Таня, – поговори с Аристархом Львовичем. Он тебя так . . ., - девчонка запнулась, стараясь подобрать обтекаемые слова, -  … уважает. Пусть он в универ ничего не сообщает. Мы больше так не будем. Ну пожалуйста . . .

Сама мысль, что придется о чем-либо просить руководителя экспедиции и быть ему потом обязанной, повергла в уныние. Нести ответственность за глупые поступки  других Александре совсем не хотелось. Но что-то помимо ее воли заставляло испытывать нелогичное чувство стыда и даже вины. С надеждой услышать категорическое несогласие, она посмотрела на Олю. Но та молчала, обреченно закусив дрожащую губу, и уставившись в стену. Выглядело предельно драматично.

И тут случился инсайд. Как удар тока по голове. Саша с изумлением увидела, как попала в ловко расставленную ловушку. Только что к ней была применена тонкая, но предельно эффективная тактика. Впервые в жизни она так ясно понимала всю подноготную ситуации – манипулирование состраданием. Эмпатия в приросшем к шкуре представлении, что просящему помощи отказывать нельзя, оказалась неотделимой частью ее личности. Все осознавая, Александра ничего не могла с собой поделать – культурный код «помоги страждущему» сработал неотвратимо, как гильотина. Саша видела ситуацию, какой она была на самом деле, словно бы нечаянно подслушала сторонний разговор или подглядела в щелку за чем-то непристойным. Но еще больше удивило, что только ей одной было стыдно и неудобно. Как будто это она, а не они угодили в историю.

- Ну, хорошо, - немного помедлив, неуверенно ответила она, – утром попробую поговорить.

- Правда? – Таня смотрела снизу взглядом приласканной помойной дворняжки. Александра была выше ее на голову.  – Спасибо тебе. Я знала, что ты добрая и не откажешь. Ты настоящий друг.

- Ладно, ладно …

«А не такие вы и дуры!» - удивленно подумала Саша, наблюдая, как быстро успокоились две маленькие манипуляторши. Она переживала смущение и то неловкое чувство сопричастности, когда знаешь про человека нечто постыдное, но вынужден скрывать свое знание и молча выслушивать его вранье.

Через двадцать минут после беготни и суеты в поиске антисептиков и бактерицидного пластыря все успокоилось и девчонки засопели, быстро уснув в своих постелях. Только Александра не могла прийти в себя почти до самого до утра, обдумывая свое новое «приобретение».

продолжение: http://www.proza.ru/2018/05/06/1785


Рецензии