Джентльмен

Гэрри Брэндон – преуспевающий бизнесмен, архитектор, управляющий компанией “Брэндон и сын”, основанной его отцом Артуром Брэндоном, бодро поднялся в пять утра и сразу полез под прохладный душ. Он имел все основания чувствовать себя счастливым. Тридцати двух лет от роду, высокий, под метр девяносто, сухощавый, стройный, в самом расцвете сил, привлекал внимание женщин. Ещё бы! Холостой, богатый, умный, симпатичный, с любой стороны – завидный жених. Однако с женитьбой ему не везло. Встречался он с разными девушками – ни одна не соответствовала его основным критериям. С одной он даже года полтора жил, но оказалось – не подошли друг другу. Гэрри вовсе не был ни повесой, ни бабником; он человек серьёзный, настоящий, до мозга костей, джентльмен. Из опыта встреч и разочарований он извлёк урок: американки не для него. Но сейчас в постели, широко раскинув руки с длинными, тонкими, красивыми пальцами, как у виртуоза-пианиста, лежит она – его девушка, его невеста, юная, свежая, красивая.
 
Гэрри, американец в нескольких поколениях, родился в знатной семье выходцев из Англии, которая старалась поддерживать традиции предков: дома обедали в костюмах; по утрам – овсянка, в пять (five o’clock tea) – чай с молоком.
 
Родители поторапливали Гэрри с женитьбой. Семье срочно был нужен продолжатель рода. В Англии скончался дальний родственник Брэндонов, и они оказались единственными наследниками. После усопшего осталось родовое поместье – замок с большим участком земли – и приличное денежное приложение. Однако для получения наследства владельцем было поставлено условие: поместье не должно перейти в чужие руки по крайней мере в течение трёх поколений. Если Гэрри в ближайшее время не женится, и жена его не окажется в положении, то по чисто казуистическим уловкам наследство они могут не получить.

Родителям об этом тяжело было даже думать: у них уже давно появилось желание переехать на историческую родину. Брэндоны были очень богаты, материальный вопрос – денежная часть наследства – их не так волновал, как родовое поместье, замок, где веками жили их предки, один из которых в далёкие времена уехал осваивать Новый Свет. Отец Гэрри уже готовился поехать в Англию, заняться получением наследства. Родители мечтали привести замок в божеский вид, чтобы там со свойственной их знатному роду пышностью отпраздновать свадьбу единственного сына. Но Гэрри не тот человек, который был готов жениться на первой встречной ради хоть какого наследства, даже старинного родового замка. Будучи хорошим художником, он исповедовал культ красоты, и в этом был полнейшим снобом. Невеста должна была быть идеально, в его понимании, красивой и, конечно, безупречно порядочной – достойной семейства Брэндонов.

По делам компании Гэрри и отец одно время часто бывали в России, в Москве и других городах. Гэрри очень там нравились девушки, и, разочаровавшись в соотечественницах, он решил жениться на русской. Понятно, подбор невесты для сноба был делом далеко не простым. В Москве, на показах мод, он познакомился с неким Евгением. Тот подкупил Гэрри импозантной внешностью, хорошими манерами, неплохим знанием английского. Евгений пообещал Гэрри подобрать красивую и порядочную, не испорченную в водовороте столичной жизни, девушку с периферии. Не для лёгкого развлечения – для брака. Гэрри поверил. Откуда он мог знать, что импозантный Евгений был обыкновенным сводником и проходимцем, каких в Москве, как и в любом другом большом городе, немало. Евгений подыскивал молодых девушек, в основном, для услуг эскорт-сервиса и на содержание “папикам”.
 
Ольга Панкратова только приехала из Самары. Ей – двадцать. Высокая – под метр восемьдесят, стройная, длинноногая – растут будто из-под мышек, натуральная блондинка; правильные черты лица, большие голубые глаза, матовая, чистая, нежная кожа, все женские формы: талия, грудь, зад на своём месте и нормальных, классических размеров. Всё естественно, ни одного хирургического вмешательства. Одним словом: идеальная красавица. Чудо природы. По всем параметрам она полностью соответствовала эстетическим критериям сноба Гэрри. Смотрелась Ольга потрясающе: девушки, женщины одёргивали своих спутников, выворачивающих вслед ей шею. На каблуках Ольга была чуть пониже Гэрри, и они также восхитительно и грациозно смотрелись вместе: рослые, стройные, красивые! Чем в Самаре Ольга занималась, что из себя представляет её семья, каково её образование – правды Гэрри не знал.

Родители Ольги были большими любителями выпить. За детьми (у Ольги было две сестры) родители особо не следили, девочки были предоставлены сами себе и улице. Семья, состояла на учёте у органов опеки. Ольга с горем пополам окончила среднюю школу, поработала в модельном бизнесе и успела немного поработать в агенстве, предоставляющем услуги эскорт-сервиса. Она с радостью восприняла предложение вербовщика, связанного с Евгением, приехать в Москву познакомиться с американским бизнесменом для серьёзных отношений. Евгений её хорошо натренировал для общения с Гэрри, исправил её биографию. Убедившись, что Ольга более или менее подготовлена, он вызвал Гэрри. Тот незамедлительно прилетел в Москву. Естественно, информацию об Ольге Евгений ему предоставил в сильно приукрашенном виде. Но девушка Гэрри очень понравилась, внешность – идеальная, придраться абсолютно не к чему. Он щедро отблагодарил Евгения. Конечно, Гэрри знал (в этом обманывать Евгений не решился), что у Ольги нет соответствующего статусу его семьи образования, но это не было для него помехой. Она ещё очень молода, думал он, и успеет получить приличное образование, – он сможет оказать в этом помощь. Он также обучит её хорошим аристократическим манерам и поведению в элитном обществе.

Зато каков будет наследник! Красивый и умный. Красота – от мамы, ум – от отца. Шутки друзей, что может выйти совсем наоборот, Гэрри отметал, хотя об уме Ольги представление у него ещё не сложилось. В компании друзей и с ним, она, следуя инструкциям Евгения, по большей части помалкивала: по-английски говорила плохо, а русским – Гэрри недостаточно хорошо владел. В конце концов, ум – дело наживное. Матушка Гэрри, как однажды с ним разоткровенничался отец, была в молодости красивой и статной, но умом не блистала, однако с возрастом стала по-житейски мудрой.

Пожив с Ольгой около месяца в Лос-Анджелесе, Гэрри по бизнесу нужно было посетить ряд стран Карибского бассейна. И он решил совместить полезное с приятным: остановиться с невестой (Ольгу он представил родителям и друзьям, как невесту) в Мексике, в Плайя дел Кармен – одном из лучших районов знаменитого курортного города Канкун. Оттуда удобно и недалеко летать на встречи с бизнесменами островных стран. На отличном курорте, где всё включено, ему большую часть времени, к сожалению, придётся заниматься делами; но Ольга сможет полноценно отдыхать, наслаждаться прекрасным бирюзовым морем, чистым песочным пляжем, мягкой тёплой погодой, и вообще – жизнью. Она сможет учиться играть в теннис и водным видам спорта, съездит на экскурсию в Чичен-Ицу – культурный центр народа майя. Поэтому Гэрри, встав ранним утром, чувствовал себя таким счастливым. И вот они уже в бизнес-классе боинга-737, совершающего рейс Лос-Анджелес – Канкун. Как только все расселись, пристегнули ремни, и самолёт стал выруливать на взлётную полосу, настороженное ухо Ольги уловило русскую речь, исходящую от двух впереди сидящих пар.

Действительно, на отдых в Канкун летели две русскоязычные пары. Мужчины: два молодых физика, более десяти лет назад приехавшие из Москвы на стажировку в Калифорнийский технологический институт (Калтех) – кузницу нобелевских лауреатов. Они успешно защитили диссертации и остались там работать. Сейчас им по тридцать пять. Борис Симонович приехал в США с женой Брониславой – математиком по образованию. Игорь Тимофеев женился на американке Розалин – филологе, изучавшей в университете славянские языки и прекрасно говорящей по-русски. Ольга безумно обрадовалась возможности во время пятичасового полёта с кем-то свободно поболтать, не задумываясь, как строить фразы, не подбирая нужные слова, не вспоминая идеоматические обороты на чужом языке. Она внимательно осмотрела русскоязычных соседей и вдруг онемела: не смогла произнести ни слова и стала теребить за плечо Гэрри, кивая головой на впереди сидящих.

– В чём, дорогая, дело? – удивлённо спросил Гэрри.
Ольга, продолжая кивать головой в сторону, что-то невнятно промычала. Гэрри посмотрел, куда кивала Ольга. Увидев в профиль повернувшегося к жене Игоря Тимофеева, Гэрри показалось, что он видит нечто хорошо ему знакомое. Наконец к Ольге вернулся дар речи:
– У тебя есть брат?..
– К сожалению, нет! – с грустью ответил Гэрри, и тут до него дошло, что он в том человеке увидел знакомое. Да ведь это его лицо: тот же овал, тот же нос, те же густые брови, те же волнистые каштановые волосы.
 
Познакомившись во время полёта с русскоговорящими соседями (для краткости буду называть их физиками) чуть поближе, он и Игорь встали рядом – плечо к плечу. Женщины ахнули! Сходство поистине оказалось поразительным. Но и не только в лицах. Оба примерно были равны по росту, одинаковые по конституции: сухощавые, стройные, подтянутые. Их легко можно было принять, если уж не за двойняшек, то, по крайней мере, за родных братьев. Говорят, у всякого человека обязательно где-нибудь на противоположной стороне земного шарика найдётся двойник. В данном случае за двойником далеко ходить было не надо. Правда, один из них действительно приехал в Америку с противоположной стороны планеты, и его величество Случай свёл их в одном самолёте.

Двойники начали разбираться в своих родословных, однако выяснение к общему знаменателю не привело; не нашлось никаких точек соприкосновения, где далёкие предки с обеих сторон могли бы пересечься, оказаться в одном городе, стране. Чистопородный выходец из Туманного Альбиона и такой же чистопородный русак. Тем не менее, Гэрри всё же решил на досуге поглубже покопаться в родовом древе своего семейства.

Не обнаружив родственных связей с Игорем Тимофеевым, Гэрри извинился, уткнулся в компьютер и стал работать над презентациями для бизнесменов. Цель его командировок была в привлечении инвесторов к застройке курортами пустующих побережий Карибского моря. Видя, что жених сосредоточенно углубился в работу, изголодавшаяся по родной речи Ольга, подошла к новым знакомым и без умолку стала говорить. Позабыв инструкции Евгения, она понемногу выбалтывала всё о себе, о Гэрри и его семействе, о наследстве в Англии и предстоящей свадьбе в старинном замке. Она безудержно к месту и не к месту смеялась. Физики слушали её, поддакивали, скептически переглядываясь, иногда задавали односложные вопросы – ради приличия, из элементарной вежливости. Когда принесли еду, Ольга, угомонившись, села на своё место.

– Не завидую своему братцу, – тихо с саркастической улыбкой произнёс Игорь, – вот вам яркий, типичный пример натуральной, стопроцентной блондинки в современном понимании. Анекдоты о блондинках берутся именно с таких.
– Игорёк, ты не прав! – сказал Борис, склонившись к другу. – Судишь, ещё
человека совершенно не зная. Очень красивая молодая девушка просто соскучилась по родному языку... Кому же, как ни соотечественникам, хоть и бывшим, но, возможно, и будущим, поплакаться в жилетку.

– На удивление девчонка красивая, – посматривая искоса на Ольгу и убедившись, что та не слышит, сказала Розалин, – вы, мужики, просто пожирали её глазами... Но плача в жилетку, понимаю – это фигуральное выражение, я не слыхала, наоборот, она радостно щебетала всякую не интересную нам чушь, смеялась, как дурочка, по любому поводу и без повода, совсем не к месту.
– А мне, честно говоря, – вмешалась Бронислава, – жаль парня, отдалённого братца нашего Игорька. По всему видно: он деловой, умный, порядочный. Джентльмен, настоящий аристократ. Семейство ждёт от него хорошего пополнения. Но, извините меня, что он сможет им преподнести?.. От связи даже гения с глупышкой ничего путного не получится: ни гения, ни таланта, ни какого-то особо одарённого, то есть ничего близкого к среднеарифметическому...

– Это почему же? – удивлённо спросила Розалин.
– Это наподобие эффекта средней скорости, – Слава подняла указательный палец вверх. – Физики наши это лучше меня понимают, а тебе, Лин, придётся объяснить... Представь себе: первую половину пути машина мчит с огромной скоростью, предположим, со скоростью света; а на второй половине пути – затор, вроде как у нас в пятницу на 405 фривее, передвигаемся в час по метру. Вот, как ты думаешь: какова будет средняя скорость на всём пути?.. Не получится ведь средней от сложения скорости света и полного стояния – нулевой скорости... Всё равно выйдет огромная. Но как долго ты будешь добираться домой?.. Не напрягайся, ты и так прекрасно знаешь: дома будешь поздно вечером, и твоя средняя скорость будет близка к скорости при заторе. Так и здесь: один родитель, положим, гениальный, второй – ну, ты сама понимаешь какой. Ребёнок по интеллекту будет гораздо ближе ко второму родителю.

Поковырявшись в еде, поклевав, как цыплёнок – поправляться нельзя, Ольга опять подскочила к новым знакомым, но те уже сами были заняты едой, сосредоточенно уставившись в экраны телевизоров, вмонтированных в спинки впереди стоящих кресел. Разговорить никого не удалось, и Ольга с недовольным видом села на место. После приземления в аэропорту Канкуна, перед выходом из самолёта, она поинтересовалась, на какой курорт новые знакомые едут. Узнав, что на тот же, что и она с Гэрри, Ольга, не скрывая эмоций запрыгала на одной ножке и захлопала в ладоши, как ребёнок. Ольга и Гэрри, пройдя паспортный контроль, быстро на такси уехали в гостиницу, а физики прилично задержались, ожидая пока минивэн не заполнится курортниками, едущими в том же направлении.
 
В гостинице физиков ожидал сюрприз: у стойки регистрации их поджидала Ольга. Она сказала, в каком номере они с Гэрри остановились, и на ломанном английском попросила администратора поселить знакомых рядом с их комнатой. Администратор хмуро что-то ответила. Ольга не поняла и вопросительно посмотрела на Игоря. Тот объяснил, что у них номера поскромнее, чем зарезервировал Гэрри, и, чтобы быть рядом, нужно доплатить почти столько же, сколько стоит сама путёвка.

Заселившись, разложив вещи, физики вышли пройтись по территории, размять после длительного полёта и поездки ноги, осмотреться. У бассейна они увидели Гэрри, обтирающегося полотенцем. Рядом, в шезлонге, вытянув напоказ стройные ножки, сидела Ольга. Вытершись и накинув на себя курортный халат, Гэрри предложил физикам заглянуть к ним. У них в номере, сказал он, имеется большой бар с хорошими, много лучшими, чем для отдыхающих в других корпусах, напитками. Физики, переглянувшись с жёнами, согласились и пошли следом за Гэрри и Ольгой. В привилегированном корпусе мимо них по коридору, гордо неся себя и обдавая окружающих резкими духами, важно прошествовала в шёлковом халате дама лет шестидесяти пяти, за ней по-лакейски угодливо семенил, смущённо улыбаясь, молодой симпатичный парень.

– Мама с сыном, – иронически сказал Борис.
– Да, мама... конечно, этот парень мог бы быть её сыном, – не уловив иронии в словах Бориса, уточнил Гэрри.
В своих апартаментах Гэрри предложил гостям на выбор широкий ассортимент напитков, выставленных в буфете, предупредив, чтобы не стеснялись, так как всё ежедневно пополняется. Игорь и Борис плеснули себе в стаканы понемногу виски, положили по кубику льда, женщины – в бокалы вино. Гэрри заказал по телефону чай с молоком, сославшись на семейную традицию. Ольга, не видевшая ранее такой роскоши, сияла, показывая всем своим видом, какой крутой у неё жених.
– Вы знаете? – обратилась она к гостям. – Гэрри такой милый. Он заранее предупредил персонал о нашем приезде, и меня здесь служащие встречали по имени.
– Дорогая! – заметив удивлённый перегляд гостей, решил объясниться Гэрри. – слово “Hola” – это приветствие на испанском. Первая буква в нём не произносится, а последня говорится мягко, как что-то среднее между вашими “а” и “я”. Тебе и слышалось, будто твоё имя.
– Да, а я думала, ты предупредил, – обиженно надула губки Оля.

Дни у физиков проходили в стандартном для курорта режиме: плавали, загорали, катались на каяках, занимались фитнесом, читали, ездили на экскурсии, играли на бильярде. С Гэрри и Ольгой виделись не так часто, как хотелось Ольге. Гэрри помногу работал. У них был свой огороженный канатами кусок пляжа; обедать в буфет и рестораны они не ходили – заказывали в номер. Когда с лежаками на общем пляже была проблема, Слава и Лин заглядывали в качестве гостей Гэрри на привилегированный, где всегда было много свободных. Но когда Гэрри бывал очень занят и безвылазно сидел в номере, забывая о еде, или выезжал в Канкун на деловую встречу, Ольга с радостью выходила на общую территорию и вместе с физиками посещала пляж и бассейн, вместе с ними ходила в буфет, рестораны и бары.

Однажды на пляже Игорь, лёжа перед Ольгой, увидел, что у неё внизу чуть-чуть оголилась интимнейшая часть. Носила она не стринги – Гэрри их не признавал, – а нормальный красивый купальник. Игорь отозвал в сторонку жену и сказал, чтобы предупредила Ольгу. Однако Лин заметила, что Ольга, по её мнению, делает это намеренно. Она обратила внимание, что Ольга, когда без Гэрри, старается незаметно, будто бы случайно, чуть-чуть закатывать снизу трусики. Вероятно, привыкла, чтобы мужчины постоянно обращали на неё внимание, для чего любые средства хороши.

Гэрри неплохо играл в теннис и хотел, чтобы Ольга научилась. Он нанял ей персонального тренера. Карлос, среднего роста, довольно высокий для мексиканца, был чуть пониже Ольги и, казалось, соткан из одних только мышц. Живот – не шесть, а все шестнадцать или двадцать шесть пакетов. Бицепсы, трицепсы, всё рельефно, всё так красиво. Он разгуливал, красуясь, в шортиках, как павлин. Женщины на него без стеснения пялились, пожирали глазами. Карлос учил Ольгу играть в теннис и дайвингу. Дайвингу новичков обучал он в глубокой части бассейна.

Случилось, что Гэрри понадобилось улететь на пару дней на Ямайку. Утром он улетел и вернуться должен был на следующий день вечером. После отъезда Гэрри, в первой половине дня, Ольга с увлечением училась играть с Карлосом в теннис, во второй – ползала по дну бассейна в полном аквалангистском снаряжении. Дайвинг ей очень понравился, и следующим днём в первой половине она, вместо тенниса, опять ползала по дну бассейна, а потом радостно сообщила физикам, что после обеда Карлос повезёт её на настоящий дайвинг к рифам, смотреть красивых рыбок и огромных черепах.

После прогулки на рифы она приехала взлохмаченная, с безумными горящими глазами. Слава и Лин её ни о чём не расспрашивали, знали – выболтает всё сама. После ужина, который Ольга провела в одиночестве у себя в номере, она пришла к физикам, собирающимся в демонстрационный зал на какое-то шоу. До начала оставалось много времени, и они пошли прогуляться на берег, подышать остывшим от дневной жары свежим морским воздухом. Ольга вдруг остановилась, получив на телефон сообщение от Гэрри. Прочитав его, она испуганно сказала, что Гэрри должен задержаться на Ямайке ещё на день, а может, и на все два. Потом Ольга потихоньку потянула в сторонку Славу.

Женщины от группы немного отстали и минут десять шептались. Походив ещё немного, Ольга неожиданно попросила Игоря, хорошего биллиардиста, поучить её играть – хочет обрадовать этим Гэрри, большого любителя этой игры. Биллиардные столы на общей территории были постоянно заняты. Чтобы сыграть партию или поучиться игре на бильярде, нужно постоять в очереди, как минимум, с час. В привилегированном корпусе стол всегда пустовал, и Ольга потянула Игоря к себе, сказав, что они придут минут через сорок, к началу шоу.

– Да, глупенькая девочка, кажется, хорошо влипла, – покачав головой, сказала Слава, когда Игорь с Ольгой ушли играть, а Лин пошла за коктейлем к бару.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Борис.
– Понимаешь, она мне, будто между прочим, рассказала, что от кого-то якобы слыхала, что если у женщины в критические для беременности дни было два половых сношения с разными мужчинами, то в итоге могут получиться разнояйцевые двойняшки или один ребёнок, но от последней связи. Глупышка интересовалась так ли это на самом деле...

– Неужели она так дремуче глупа?
– Игорёк ведь сразу определил, – улыбнулась Слава, – стопроцентная блондинка и не только по виду.
– А я, кстати, сомневался... Биллиард, биллиард! – задумчиво произнёс Борис. – Ладно, мне всё понятно. Слава, молчок, Лин идёт.
Игорь вернулся не через сорок минут, а через десять – пятнадцать. Один, без Ольги. Слава и Лин пошли в актовый зал занимать места, а Борис предложил Игорю ещё немного пройтись – шоу никогда вовремя не начинается.

– Старик, – обратился Борис к Игорю, – ну, так что ты ей сказал?
– Ты о чём? – с хитрой ухмылкой, вопросом на вопрос, ответил Игорь.
– Слава рассказала, о чём они шептались, так что не очень трудно было вычислить для чего ты ей нужен: по внешности ты отличная копия Гэрри, или наоборот, он – твоя. Ты всё-таки его постарше. Ваши дети так будут похожи... Ну, понятно? Давай, колись!

– Вычислил, старик, ты верно, – Игорь похлопал друга по плечу, – я ей сказал, что хоть это выглядит очень заманчиво, но я объедки не ем.
Ольга на шоу не пришла. Гэрри вернулся из поездки на следующий день. В день его приезда и на следующий его и Ольги не было видно. Через день, до обеда, он играл с Карлосом в теннис. Ольга всё не появлялась. После обеда, немного передохнув, физики расположились у бассейна. К морю идти не хотелось: большие волны, много водорослей – плавать совершенно невозможно. Вдруг на центральной аллее появился Гэрри. В костюме, при полном параде. Служащий (bell boy) тащил за ним чемодан. Один.

Повернувшись к бассейну, он увидел Славу и Лин, машущих ему рукой. Подойдя попрощаться, он сказал, что, к сожалению, срочные дела в Лос-Анджелесе,  и он должен покинуть это благодатное место. Ему было очень приятно познакомиться со всеми, и он хочет поддерживать с ребятами дружеские отношения, надеется встречаться в Лос-Анджелесе. Он очень поражён сходством с Игорем и обязательно постарается разобраться со своей родословной – так просто, без причины, такого сходства быть не может. Дав физикам визитки, он попросил после отдыха ему непременно позвонить.
 
– Что-то Ольги давно не было видно, – поинтересовался Борис, – может, она приболела, чувствует себя неважно?
– Нет, чувствует она себя, надеюсь, нормально, – взволнованно ответил Гэрри и, посмотрев на часы, добавил: она уже в Москве.
– Что случилось?
– Не выдержала испытание Карлосом, – сухо ответил Гэрри и, кивнув на прощание, пошёл к подъехавшей за ним машине.
– Вот так блондинка! – вырвалось у Бориса. – Конечно, семейству Брэндонов она не того... не подарок. Но ведь она такая молодая, глупенькая ещё... Однако жена Цезаря...
 
– Джентльмен! Ну, и испытание задал он молодой глупышке!.. Кто бы из нас, умных, с честью его прошёл? – сказала задумчиво Бронислава, с улыбкой посмотрев на мужа.
После чего Игорь, накинув на спину полотенце, решительно направился от бассейна.
– Захвати и мою, – крикнул Борис, поняв намерение друга.
 Взяв у Бориса визитку, Игорь подошёл к мусорному контейнеру и, брезгливо держа двумя пальцами визитки, посмотрел на друга. Получив его одобрение, он, скривившись, разжал пальцы.




Рецензии
Не просто глупенькая девочка - а сверхглупенькая. Бессовестная...

Сашка Серагов   13.02.2019 04:11     Заявить о нарушении