Случай на озере

Осторожно приоткрыв дверку печи, Михаил Андреевич положил на раскалённые  угли берёзовое полено. Весело разгоревшийся огонь заиграл тенями в полутёмной кухне. На плите, издавая шумящие,  свистящие  звуки, закипал чайник. Запах свежезаваренного чая  вперемешку с дымком  возвращали его в те времена, когда он мог ночами сидеть у костра и слушать звуки природы! Так сидя у печи с кружкой в руках, он часто погружался в воспоминания.....


В те не далёкие лихие, как принято сейчас называть, каждый выживал, как мог. Кто-то пытался заняться «бизнесом», воруя всё, что плохо лежит, кто-то собирал «дань» с этих которые думали, что  занимаются бизнесом!
Мишка же был простым охотником и рыбаком, который большую часть своей жизни добывал мелкого зверя и ловил рыбу. Богатым он ни когда не был, да и не стремился он к красивой жизни никогда. Основное его богатство, была природа, которую он очень любил и брал у неё ту  малость,    что бы, не умереть с голоду. Жена ни когда не понимала его увлечений, и всякий раз по возвращении Мишки домой ругала его, на чём свет стоит. Однажды после его трёхдневного скитания по болотам, она просто не выдержала и ушла от него, оставив его в пустом  доме. Он не обижался на неё, потому что понимал, другим он не станет, но отсутствие хозяйки в доме он ощутил практически сразу. Случай приключившийся с ним декабрьским днём, заставил его глубоко задуматься о смысле жизни и о вреде, который он наносил своему здоровью, движимый азартом с элементом  экстрима!

 Проснувшись спозаранку и наспех выпив кружку чая с белым хлебом, Мишка вышел во двор. На небе не то убывающая, не то растущая, жёлтым «огрызком» висела луна, но рассвет уже обозначил себя слегка порозовевшим горизонтом.   Стояла морозная тишина, и это доказывали дымовые столбы, медленно поднимающиеся вверх из печных труб.   Деревня проснулась!
 Закинув за плечи рюкзак с капканами и другим инструментом, закрыв за собой калитку, он бодрым шагом направился в сторону скотного двора. Маленькая собачонка, выскочив из-под ворот соседнего дома, весёлым лаем проводила его до переулка.  У знакомого конюха дядьки Егора, часто Мишка брал напрокат лошадь, запряжённую в сани-розвальни. Открыв ворота  конюшни, в лицо пахнуло конским потом и навозом. Маленького роста мужичок, уставившись  на него одним единственным глазом,( второй отсутствовал совсем), с ехидной улыбкой и немецким акцентом начал издалека!
-Што! Зайчик принёс? Кагда лиску на шапка принесёшь?!!
-Будет тебе и зайка и шкурка!  Коня дашь на озеро сгонять?- весело спросил Мишка.
-Пери, мне не шалко!  Пунчук сапрягай! – хитро поглядывая согласился дядька Егор.
-Нет, Бунчука не надо, слишком он горячий в упряжке, мне бы спокойного какого-нибудь!
-Туша пери!  - улыбаясь предложил конюх!
Мишка знал, что конь по кличке «Душа», был ленивый, но с добрым и послушным характером.  Другого  выбора у него не было и он согласился.
-Давай «Душу».
    Запрячь коня, было для него привычным делом. «Душа» нехотя зашёл в оглобли и вытянув шею дал одеть на себя хомут. Затянув «супонь» на хомуте и приподняв дугу «чересседельником»  зафиксировал особым узлом. Набросав в сани пару охапок сена, лёгкой рысцой тронул коня.  Путь предстоял не близкий. Напрямую до озера было пятнадцать  километров, а по дороге все двадцать.
Рассвет Мишка встретил, проехав пару километров. На свежем снегу отчётливо видны были следы зверей, пересекающие дорогу. «Душа» поскрипывая оглоблями, бежал лёгкой рысцой, иногда переходя на быстрый шаг, поднимая хвост, издавал шипящие звуки!
-Ууу!  Засранец! – ласково  ругался  на него  Мишка, сморщив при этом нос! Настроение было хорошее, на душе легкое волнение от предвкушения удачной охоты. Через пару часов он уже был на возвышенности холма, на котором стоял старый склеп, окружённый не глубоким рвом. Кто в нём был похоронен, толком ни кто не знал. По слухам и рассказам  местных аксакалов, покоился там некий видный деятель по имени Сарбай. Видимо в его честь и озеро так называлось, расположенное в низине от холма. Это был довольно плотный  и труднопроходимый, с заросшим высоким тростником берегом  водоём. Водная часть его разделялась на большие и маленькие плёсы, соединяющие между собой узкими проходами. В зарослях тростника было много ондатровых хаток, выдавая себя снежными буграми. Эти самые тростниковые кучи и служили жилищем ондатры. Её то, Мишка и собирался ловить  капканами.
        Спустившись к озеру возле знакомого захода, по которому он не раз заплывал на лодке осенью, он распряг коня,  привязав к саням. «Душа» с удовольствием уплетал предложенное ему сено, позвякивая удилами. Ещё раз, обойдя вокруг и убедившись, что всё в порядке, Мишка двинулся по проходу в озеро. Зима выдалась в тот год снежная и довольно тёплая. Снега навалило много на поверхность льда, и под его тяжестью  местами выступала вода. На открытых  местах плёсов, снег сдуло ветром, и лёд там был прочным, а вот в проходах он прогибался под тяжестью человека. В таких местах Мишка старался перебежать на полусогнутых ногах, стараясь меньше отрывать их ото льда. Подойдя к ондатровой хатке, лёд под его ногами стал предательски проседать, но он успел запрыгнуть на тростниковую кучу, при этом услышав «плюхи» прыгающих под воду обитателей жилища. Осторожно спрыгнув на другую сторону тростниковой кучи, он отбежал на безопасное расстояние. Матерясь от досады, он понимал, что охота с капканами сегодня отменяется.
   В планах ещё было наловить «мормыша» на ближайшую рыбалку, чем он тут же и занялся. Мормышем  называют речного рачка, которого в озере было довольно много. Ещё осенью доставая битую утку из воды, он обратил внимание, перья на брюшке были облепленные этим самым рачком.
      Достав из рюкзака топорик, Мишка начал прорубать квадратные лунки по кругу и крест- накрест  всего около двадцати штук. Вынув из голенища нож, ловко стал резать камышовые веники и опускать их в лунки. Этим способом конечно много не намоешь, но на пару рыбалок можно было себя обеспечить.
 Закончив работу, он присел на мёрзлую кочку, подстелив рукавицы. В голове промелькнула мысль о горячем чае, но в такие поездки он брал с собой лишь кусок сала и хлеб.  Что бы приготовить чай, на болоте не разожжешь костёр, в связи отсутствием  дров, а термос долго не держался, часто разбивал его.
Между тем время уже перевалило за  после обед.  Дни в декабре самые короткие и темнеет очень рано. Оставив на льду кусок полиэтиленовой плёнки и войлочный коробок для мормыша,  Мишка направился по проходу в сторону саней, взяв в одну руку топор, а в другую рюкзак с капканами. Сделав несколько шагов, лёд бесшумно разломился под ногами, и ледяная вода в секунды заполнила пространство между одеждой и телом. С громким стоном вдохнув в себя воздух, он стоял по плечи в каше, состоящей из воды, льда и снега. Успев развести руки по сторонам, рядом лежал рюкзак, а по другую сторону топор. В следующую секунду ломая лёд перед собой, он потянулся до камышового куреня. Схватив руками, пучки камыша он начал медленно вытаскивать тело из воды. Перекатившись пару  раз, в сторону от полыньи он с трудом поднялся на ноги и двинулся дальше, избегая узких мест.
 Увидев Мишку, облепленного снегом и водорослями, конь испугано захрапел, натянув повод.
- Стой Душа. Стой родной. Сейчас я быстро. –  произнёс он снимая с себя одежду. Выжав, стал натягивать её обратно. Прикосновение мокрой и холодной одежды вызывало лёгкий спазм, где то в груди.
За свою жизнь ему не раз приходилось испытывать эти ощущения, проваливаясь под лёд, но там были люди и машины, где могли обогреть и переодеть. Сейчас запрягая коня, он понимал, только он мог ему помочь. Тронув коня вверх по бугру, он увидел, что сена почти не осталось на санях, подстелив остатки себе  под колени. Поднявшись на холм, собрав в кучу вожжи, стеганул по спине «Душу» со словами -
-Давай родной. Выручай.-
Почуяв  дорогу,  домой, он резво бежал подгоняемый Мишкиными окриками. Солнце уже начало садится за горизонт. К вечеру мороз стал крепчать, и лёгкий ветерок погнал в попутном направлении позёмку. Мокрую одежду начало сковывать морозом,  превращая её в ледяной панцирь, и каждое движение рукой или ногой давались довольно трудно. Проехав с полпути, Мишка стал замечать, что конь всё чаще и чаще замедляет бег, переходя на шаг. Так добравшись до лесополосы, вдоль которой была накатана машинами дорога, он с трудом слез с саней и пошёл рядом, разминая онемевшие ноги. Густо посаженые деревья и кустарник  защищали, от колючего, обжигающего  ветра.  Задубевшая на морозе одежда сковывала движение, мешала быстрой ходьбе, и он едва поспевал за конём. Пройдя метров сто, он устало присаживался в сани, и каждая попытка пройтись, давалась ему всё труднее и мучительнее.  Ощущение было, как будто тысячи иголок вонзились  ему в подошвы, и судорогой  стягивало мышцу бедра. 
 Между тем дорога от лесополосы поворачивала в сторону деревни.  «Душа» хорошо знал путь  домой и,  повернув на насыпную,  слегка заметенную снегом дорогу зашагал гораздо быстрее. До дома оставалось километра три, и Мишка решил пройтись ещё разок. Теперь ему пришлось остановиться, что бы слезть с саней. Тронув коня, он сделал  несколько шагов и упал, запнувшись о плотный перемёт. С трудом поднявшись на ноги, он увидел, что расстояние между ним и конём увеличилось. На  его окрик –«Тррр….Прррр» - «Душа» ни как не реагировал, и уверено шёл в сторону тёплой конюшни, где его ждала кормушка с овсом и душистым сеном.
Еле передвигая ноги, Мишка смотрел на удаляющееся в вечерних сумерках его спасение. Его переполняли смешанные чувства страха и лёгкой паники, злости и обиды. Страх и паника от мысли остаться лежать в снегу, и уснуть навсегда. Обида и злость на все неприятности, которые преследовали его весь день. Поддавшись чувствам, он тихо заплакал. Слёзы тёплыми струйками катились по его щекам, падая каплями на мёрзлый  бушлат, превращаясь в ледяные шарики.  Ещё раз, набрав  побольше  воздуха в лёгкие, Мишка диким криком заорал в темноту.
- Стой, сссууука.
Медленно ступая немеющими ногами, он вдруг увидел впереди, что-то неподвижное.  «Душа» стоял, перебирая во рту удила. Вожжи, брошенные Мишкой на сани, от тряски на снежных барханах, медленно сползли под полоз саней и натянулись, остановив коня. Счастливая случайность вселила надежду на спасение. Освободив вожжи и намотав на руку, Мишка завалился в сани.
То ли от усталости, то ли от покачивания саней, погружаясь в полусонное  состояние, ему вдруг стало  уютно. Мысли о том, что на льду остались рюкзак с капканами и топор, его уже мало беспокоили. На душе было спокойно и тепло.      - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -  -
 Скрип входной двери, и стелящееся морозное облако к ногам Михаила Андреевича, вернули его в реальную жизнь. 
- Опять ты без меня чай пьёшь? – улыбаясь, спросила раскрасневшаяся на морозе жена Татьяна, выкладывая на стол покупки из магазина!
- Да что ты, как можно?! Я только кружку в руках подержал!! – шутливо оправдывался он, помогая снимать  пахнущую морозом одежду! 
   
Долгие  зимние  вечера они  проводили  вместе, занимаясь  каждый своим делом. Михаил Андреевич иногда раскладывал на столе рыболовные и охотничьи снасти, «колдовал»  над ними,  что-то приговаривая! Татьяна, усевшись в мягкое, уютное кресло что-нибудь  вязала, пряча улыбку,  наблюдала,  как в его глазах начинали плясать огоньки!! …. Она опять видела того Мишку, которого она, когда то зимним вечером,  еле живого  нашла лежащим в санях. Того Мишку, которого она три дня поила отварами и прочими лекарствами,  не отходя от него. Того Мишку, который через пол года сделал ей предложение! Того, которого все уважительно называют Михаил Андреевич!!

   2018г.


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.