Жизнь Лохматкина эвтаназия советского телевизора

- 12 июня 2018 года я чему-то должен обрадоваться, - сказал Семен Лохматкин своему телевизору, и выдавил из себя будничное настроение, чтобы вдавить праздничное.

- Сегодня великий праздник, день независимости России от …, - в этот момент телевизор запнулся, вспоминая, от кого именно лет тридцать назад появилась эта независимость.

Экран старенького советского черно-белого телевизора вдруг застыл и покраснел.

- Сломался, - не обрадовался Семен, и покрутил ручки настроек, но по всем каналам экран был темным, и телевизор молчал. Лохматкин уже приготовился его выключить, как телевизор подал признак жизни, он вздохнул.

- Слово предоставляется Леониду Ильичу Брежневу, - тихо объявил телевизор, и сквозь помехи пробилось изображение генерального секретаря Советского Союза.

Семен Лохматкин, не мигая, смотрел на экран, на котором, мигая, выступал Леонид Ильич.

- Сегодня весь оставшийся в живых советских народ наслаждается праздником Днем независимости России от России. В это трудно поверить, но кусок пирога празднует день, когда его отрезали.

- Ты чего несешь, Лёнь, - Семен Лохматкин перебил генерального секретаря, но телевизор разве перебьешь.

- Я уверен, что весь, еще местами не вымерший, советский народ искренне радуется, что даже без руководства партии, сам по себе, народ дошел, наконец-то, до хорошей жизни, и празднует это, потому что урожаи пшеницы, надои молока, выпуск стали и чугуна достигли уровня, - в этот момент телевизор опять запнулся и покраснел.

- Извините, - покаялся телевизор, - мы сегодня празднуем День независимости России от, - в этот момент он опять поперхнулся и покраснел.

- Убью, - Семен Лохматкин так сильно стукнул телевизор кулаком, что едва не убил.

- Слово предоставляется Борису Ельцину, - телевизор как-то при этом даже поморщился.

- В Беловежской пуще мы сообразили на троих, особенно я, - признался Борис Николаевич, - и дело, которое мы сообразили, нужно регулярно поминать, с праздником, товарищи.

- Убью, - Семен Лохматкин бросился с кулаками на Ельцина, но не успел, вместо него на экране появился Михаил Горбачев.

- Главное нАчать праздновать, потом привыкнете, - но телевизор опять потух, в этот раз надолго.

- Чего молчишь-то, - Семен Лохматкин по-отечески потеребил настройками телевизора, который неожиданно вспыхнул.

- Слово предоставляется Иосифу Сталину, - телевизор сказал это почему-то с акцентом.

- Вот тут некоторые товарищи думают, но лучше бы не думали, что мы не знали заранее, что остервенело праздновать 12 июня, - медленно и тихо сказал Сталин, - это нелегко, в этот день мы 12 июня 1937 года расстреляли Тухачевского, Якира, Уборевича, всех не упомнишь, но чтобы праздновать.

- Слово предоставляется Владимиру Ленину, - перебил Сталина телевизор, - вот сюда говорите, Владимир Ильич, это телевизор, вас будет видеть весь мир, если какой сериал по соседней программе не перебьет.

- Товарищи, рабочие и крестьяне, сто лет назад 12 июня 1918 года я действительно встречал в Москве из Франции Инессу Арманд, мне приятно, что вы помните, но Троцкий врет, ничего не было.

В этот момент телевизор снова показал Красную площадь 2018 года и хриплым языком взмолился перед Семеном Лохматкиным:

- Семен, освободи меня, купи китайскую плазму, не могу я это больше показывать, как советский телевизор советского человека прошу, пристрели меня с балкона пятого этажа, не могу я больше это телевещать, плазму купи.

Семен Лохматкин со слезами на глазах выключил старенький телевизор Рекорд, принес с кладовки самый большой молоток, размахнулся, и контрольным ударом в голову освободил старого товарища от мучений.

Алексей Виноградов, 12 июня 2018 года


Рецензии