Тяжёлый хомут украинства

               

Главная причина всех политических, экономических и социальных провалов в независимой Украине кроется в иррациональной по своей сути идее построения в ней национального государства на основе идеологии «украинства».
Базис этой идеологи «заложил» ещё в XIX веке польский историк Франциск Духинский, а развил на свой лад профессор львовского университета Михаил Грушевский. Опуская все «новомодные», уже откровенно шизофренические «модели», связанные с трипольскими горшками и «древними украми», из которых следует, что украинцы произошли непосредственно от обезьян, «украинство» выглядит так.
Древние русичи — это, в сущности, и есть настоящие украинцы. Они — такой же благородный народ, как и поляки, «сарматского» и даже «арийского» происхождения, с извечно присущим ему свободолюбием и высокой культурой. Именно они создали государство Украина-Русь, а после запустения киевской земли политическая и культурная жизнь «украинцев» нашла своё пристанище в Галицко-Волынской державе. «У середині XIV століття державне життя замерло», — писал Грушевский, очевидно, имея в виду, что все русские княжества, названные позднее Малороссией, окажутся завоёванными Литвой и Польшей. Но уже в середине XVI века из-за притеснений поляками украинцы восстали, «сложившись» в оригинальное казацкое государство Гетманщину. Затем на свою голову притулились к Москве, где их «обманули» и гнобили два с половиной века. В 1917 году на обломках российской империи украинцы провозгласили Украинскую народную республику, но вновь попали в неволю — теперь уже в красную сталинскую «империю зла». Наконец, в 1991 году украинцы сбросили коммунистическое ярмо Москвы и расцвели, как свободная европейская нация!    
«Москали» же — народ «азиатский», из ветви «туранской», грубый и неотёсанный. Он появился где-то в медвежьем углу, среди финно-угорских болот, а потом был завоёван монголо-татарами, которые привили ему самые варварские черты характера. Мало того, что «москали» нагло претендовали на роль хозяев всех русских земель, но ещё и украли своё имя у украинцев, назвавшись «русскими». И до сих пор выступают в роли какого-то «Старшего Брата», дёргая украинцев за косички. 
 
Вот уже четверть века щирые патриоты Украины настырно пытаются внедрить эту дребедень в качестве «духовного стержня нации». Историк Лев Гумилёв когда-то метко окрестил её «воинствующим провинциализмом». А украинофил Пантелеймон Кулиш навесил на неё не менее обидный ярлык «философии хуторянства».

Теоретически «украинство» можно считать патологической формой украинофильства, заражённого чумой ксенофобии и ненавистью ко всему русскому. В ересь «украинства» иногда впадали даже такие замечательные личности, как Н. Костомаров и П. Кулиш. Но потом выздоравливали и начинали бороться с ним. 

А теперь об истории. В действительности малороссийская народность сформировалась в виде «самостийного» этноса уже после того, как юго-западные русские княжества были завоёваны Литвой и Польшей. Она родилась в неволе, но долгое время не тяготилась этой неволей, потому что великие литовские князья «обрусели» уже во втором поколении, а литовцы из-за своей малочисленности практически не оказывали этнического воздействия на русичей. Почти два века на православную веру не было никаких гонений. Положение резко изменилось после Люблянской унии в 1569 году и образования Речи Посполитой. Мало того, что часть русских (формально «литовских») земель перешла к польской короне, но началась жестокая католическая экспансия и шляхетский произвол. И хотя первые казацкие бунты, вспыхнувшие в Малороссии в конце XVI века, были направлены против единоверцев и соотечественников — украинских магнатов Острожских и Вишневецких, — восстание Богдана Хмельницкого уже имело явные черты национально-освободительного движения. Казаки громили польских панов, хотя сам гетман всегда считал себя верным подданным польского короля. Впрочем, это не помешало ему добровольно привести Войско Запорожское «под высокую руку» царя Алексея Михайловича и (на всякий случай!) тайно присягнуть турецкому султану. Во время «руины» (1663-1687г.г.) гетманы уже откровенно сражались между собой за власть, призывая «на помощь» басурманов и «расплачиваясь» с ними «родным» поспольством. Сколько несчастных крестьян, городских мещан, юношей и девушек было угнано в турецкое и татарское рабство! Сколько их погибло или бежало на Левобережье! За двадцать лет гражданской войны Правобережная Украина превратилось в пустыню. Одни гетманы присягали московскому царю, другие — польскому королю, третьи — турецкому султану, причём кто-то из них менял свою политическую «ориентацию» по нескольку раз. Эту «традицию» после «руины» продолжил и гетман Иван Мазепа, долгое время верно служивший Петру I, а затем «переметнувшийся» к шведскому королю Карлу XII. А его преемник Филипп Орлик, нацарапавший некое подобие «конституции», всю свою жизнь потратил на агитацию «союзников» в войнах против России.   
Что же касается «самостийности» и «державности», то вот что писал о них, к примеру, профессор Киевского университета имени Св. Владимира Владимир Антонович в своей работе «Характеристика деятельности Богдана Хмельницкого»:
«Южнорусский народ, вследствие особенностей этнографического склада своего народного характера, не обладал способностью создать независимое государство. Для того чтобы создать государство, народ должен владеть значительной долей самообладания, уметь воздерживаться в каждую данную минуту от действий, истекающих под влиянием непосредственных впечатлений, ввиду будущих общих выгод; должен уметь пожертвовать долей, иногда довольно значительной, личной воли и личных пожеланий в пользу власти, призванной к организации общества и руководству государственными целями. Этими качествами южнорусский народ никогда не обладал и сам глубоко сознавал их отсутствие… Южнорусский народ всегда готов был примкнуть к готовому государству, искренне подчиниться его властям, поддерживать и дорожить его авторитетом».
Подобные мысли он изрекал и в работе «Взгляды украинофилов»: «Между тем как великоросс в продолжение веков напрягал все силы для создания крепкого политического организма, южнорус не только не заботился о нем, но никогда не проявлял стремления к политической самостоятельности. Поочередно входя в состав государств Литовского, Польского и Русского, он признавал и уважал власть каждого из них. Ни стремления отдельных личностей, ни выгодные политические обстоятельства, ни даже сознание своей силы после победы, никогда не побуждали южнорусса искать или даже воспользоваться шансами самостоятельного политического существования. Довольно вспомнить несколько исторических моментов (Михаила Глинского, Хмельницкого, Мазепу) чтобы убедиться в том, что мысль о политической самостоятельности никогда не встречала отголоска в настроении южнорусского народа; даже удаленная в степь Запорожская община никогда не пыталась стать независимой; в течение двух столетий она без всякого принуждения признавала над собой верховную власть, весьма долго чисто номинальную, сначала польских королей, потом русских царей».

Казалось бы, на заре XXI-го века споры о том, когда зародилось украинское самосознание, и существовала ли в нём идея о независимом государстве, должны сместиться в научную область.  Искать ли её в казацких летописях или в пафосных, но бесполезных документах, вроде Гадячского договора и «конституции» Орлика? Или начинать «отсчёт» с очерка «История Русов» и трудов Михаила Грушевского? Какое это теперь имеет значение?    
Оказывается, имеет! А иначе, как объяснить, что, не успев «вырваться» из Советского союза, Украина уже «рвётся» в Евросоюз? А долгожданная «самостийность»? Куда она выветрилась? Почему бы не пожить своей жизнью в нейтральном статусе хотя бы полвека? А ведь за евроутопию больше всех ратуют «щирые патриоты»!   
 
В XX веке в результате массовой коллективизации, индустриализации, культурной революции и Великой отечественной войны в Советском союзе  сформировался единый социально-культурный тип советского человека. И, если по внешнему виду и говору ещё можно было отличить кавказца от жителя бывшего Туркестана, татарина от литовца, а еврея от коренного жителя Чукотки, то уж отличить русского от украинца не было решительно никакой возможности. К тому же так получилось, что территория УССР, границы которой были «нарисованы» в 1922 году, лишь на треть состояла из «исторической» территории Малороссии. А большая часть земель Войска  Донского, Новороссии, Слободянщины, Бессарабии, были «пришпандорены» к УССР не по этническим, а по политическим и экономически соображениям. Позднее Бессарабию «отнимут» от УССР и включат во вновь созданную республику Молдову. А вот Крым и земли, аннексированные у Польши, Венгрии и Румынии по итогам войны (Галиция, часть Волыни, Буковина, Закарпатье), где советская власть закрепилась на четверть века позднее, также «подарят» УССР.
Титульной национальностью в УССР на момент развала СССР (1991г.) считались украинцы. Их «украинство» было отражено в «пятой» графе в паспорте и теоретически должно было означать некую архаичную самоидентификацию «по крови и языку». Но что реально представляла собой наиболее «креативная», как теперь принято говорить, часть народа? Это были обычные советские люди, большая часть из которых проживала в крупных городах, на 99% состояла из членов КПСС и ВЛКСМ, и говорила преимущественно на русском языке. Когда я говорю «преимущественно», то имею в виду подавляющее большинство населения городов в центре, на севере и на юго-востоке УССР. Исключение составляла лишь Западная Украина, под которой обычно понимают те земли, которые оккупировала Красная армия в 1939 году. Для примера приведу результаты опроса жителей в 2015 году в некоторых регионах на предмет «родного» (то есть используемого в быту) украинского языка. Так вот «родным» его признали 8% жителей Днепропетровска, 6% жителей Одессы и Николаева, 4% жителей Харькова, 2% жителей Запорожья, 92% жителей Тернопольской области, 96% жителей Львовской области… Разительное отличие — не правда ли!!!
Так из кого же намеревалась выпестовать «украинскую нацию» власти независимой Украины? Из жителей Галичины? В своей книге «Украина — не Россия» бывший президент Леонид Кучма, жалуясь на проблему «создания украинца», прямо указал на его живой «эталон». «Западная Украина вместе с капиталистической Европой представляет собой нечто положительное», — писал он, ловко прокладывая мостик в западный рай. По его наблюдениям, выходило, что житель Западной Украины «учтивее» и «мягче», чем какой-нибудь донецкий или днепропетровский хлопец, потому что у него есть «уважение к личности». «У жителей Дрогобыча даже походка не та, что у жителей Артёмовска, и говорят они не так громко, и смеются не так заливисто», — писал он. Не верите? Прочтите сами! Обхохочитесь!
И ведь именно Кучма «продавил» через Верховную Раду Конституцию Украины, где «мова» приобретала статус единственного государственного языка, а вектор светлого будущего разворачивался на Евросоюз и НАТО. Этот шаг был резонно воспринят большей частью граждан Юго-востока и Крыма, как предательство. Но Кучма действовал осторожно. Экономику он в свои «схемы» не впутывал. Но в 2004 году в результате «оранжевой» революции к власти пришёл Виктор Ющенко, который взялся за дело внедрения «украинства», засучив рукава. Его единомышленники вытащили на белый свет уже подзабытых «борцов за незалэжность»: Степана Бандеру и Романа Шухевича. Сотворили из них национальных героев. Затем выставили «предъяву» России за голодомор. Дальше — больше! Россия оказалась виновной и за Великую Октябрьскую социалистическую революцию, и за трагические события Великой отечественной войны. «Украинство» быстро и зримо обретало сатанинские черты лютой антисоветчины, бандеровщины и проституированного лакейского  «западнизма».
Шумные акции гражданского неповиновения в 2014 году, связанные с отказом «ассоциироваться» в ЕС, закончились государственным переворотом и бегством президента Виктора Януковича. «Украинство» праздновало победу «революции гидности» (гидность — это достоинство, в переводе с украинского языка). Но победа оказалась «пирровой», то есть, абсолютно бесполезной с политической точки зрения. «Активные» граждане собрались на майдане, помахали тряпками, погудели, повоевали, набздели и разошлись. Вот и вся «гидность»!   

Сегодня, оглядываясь назад и анализируя важнейшие события в Украине за годы её «незалэжности», можно сделать вполне определённые выводы:

1. «Украинство»  — это тяжёлый и гремучий хомут на шее украинского народа, который мешает ему распрямиться и тянет к земле. Во-первых, он имеет свойство затягиваться петлёй на шее всякий раз, когда Украина делает ускорение, пытаясь гордо задрать голову верх. Во-вторых, громко звенит  колокольчиками, издавая жуткую какофонию. В наше время стыдно проповедовать эту историческую фальшивку Духинского, потому что ни один приличный учёный не относится к ней серьёзно.
Древняя Русь — колыбель трёх народов: великорусского, малорусского и белорусского. Во времена Владимира Святого и Ярослава Мудрого, мифические физиономии которых сегодня маячат на купюрах НБУ достоинством в одну и две гривны, соответственно, — никаких «украинцев» ещё не было и в помине (как и «великороссов»!). Их не было и тогда, когда воины одиннадцати русских князей по приказу Андрея Боголюбского «брали на щит» и грабили город Киев (1169 г.), или когда Рюрик Ростиславич отдавал захваченный им Киев на разграбление половцам (1203 г.). История древних русичей переполнена жестокими междоусобицами родственников-князей с их дружинами, в которых нет ничего национального!
«Версия» о том, будто бы «наследство» Руси (в виде политической и культурной жизни) после запустения Поднепровья нашла своё пристанище в Галицко-Волынской «державе» — такой же шулерский финт Грушевского, как и переименование Руси в Украину. Так как подавляющая (именно «подавляющая»!) часть политической и культурной элиты пытается сотворить из независимой Украины большую сельскую Галичину, стоит остановиться на этой Галичине чуть подробнее. 
«Галицко-Волынская держава» — чисто академический термин. Ещё со времён Ярослава Мудрого там «сидели» князья, часто враждовавшие между собой. К примеру, Теребовлем какое-то время владел несчастный Василько (которого ослепили), Перемышлем — Рюрик, Звенигородом — Володарь, а Владимиром Волынским — Давид (именно он приказал ослепить Василько). Но реальная власть в этих землях всегда принадлежала боярам. Они часто «меняли» князей, а однажды в отместку за проявленную жестокость даже повесили (!) сыновей князя Игоря Святославича (героя «Слова о полку Игореве»). Нередко галицкие «столы» захватывали поляки и венгры. Кстати, именно с помощью польской рати Галич «добыл» князь Роман Волынский. Это событие вошло в историю знаменитой, но сомнительной фразой «Роман Мстиславич объединил Галицко-Волынскую Русь». Почему-то когда князь Андрей Боголюбский, «сажавший» на киевский стол своих братьев Глеба и Михалко или «отправлявший» туда смоленского князя Романа Ростиславича, никто из историков не интерпретировал его действия, как «ОБЪЕДИНЕНИЕ» Владимиро-Суздальского, Киевского и Смоленского княжеств. Таким же «ОБЪЕДИНИТЕЛЕМ» можно смело называть его брата Всеволода Большое Гнездо. Между прочим, Роман Волынский на какое-то время захватил власть и в Киеве. И что? Тогда пишите, что он «объединил» и Киевскую Русь со своей Волынью! После того, как Романа Мстилавича убили его же друзья-поляки, в Галиче успел «посидеть» и смоленский князь Мстислав Удатный, и черниговский Михаил. Но создателем «ДЕРЖАВЫ» называют Данилу Романовича, которому папа римский подарил титул короля в надежде, что тот в союзе со всеми «латинянами» будет воевать против татар. Однако в Галиче Данила утвердился по воле хана Батыя. Его «прозападный» курс, который обычно противопоставляют «азиатскому» курсу Александра Невского, продолжался недолго и ограничился местечковой победой над отрядом Куремсы. Затем монгольский темник Бурундай огласил приказ: «Дай Галич!» Явившимся к нему на аудиенцию вместо Данилы (укрывшемуся в Венгрии) его сыну Льву Даниловичу и брату Василько (князю Волынскому) Бурундай «поручил» «разметать» все города (т.е. уничтожить все укрепления). Лев «разметал» отстроенный им город Львов, а Василько приказал уничтожить укрепления Кременца и Луцка, а стены Владимира Волынского поджёг сам.
А теперь о «наследстве». Последним Великим киевским князем в истории был Александр Невский, получивший ярлык на Киев по воле того же Батыя. В 1299 году митрополит Киевский и всея Руси Максим почему-то бежал из Киева со всем клиром вовсе не в Галич, а во Владимир на Клязьме. Между прочим, недовольный этим фактом галицкий князь Юрий Львович (внук Данилы, «король Руси», как его называли в Польше) направил своего избранника Петра (выходца с Волыни) в Константинополь на посвящение в митрополиты Галицкие. Но в Константинополе Петра посвятили в митрополиты Киевские и всея Руси, и уже в 1325 году он перебрался в Москву, где сошёлся с князем Иваном Даниловичем Калитой и был похоронен в Москве. Я полагаю, что это был решающий акт для возвышения Москвы. Вот и судите! Куда переместилось «наследство»!
А Юрий Львович запечатлелся в истории тем, что именно его трудами в 1303 году была создана ещё одна православная митрополия, состоящая из 6 епархий (Галицкой, Туровской, Перемышльской, Владимирской, Луцкой и Холмской). Именно она впервые получила в византийских источниках название Малая Русь, в то время как Великой Русью стали называть  митрополию Киевскую и всея Руси, состоящую из 19 епархий (включая Киевскую, Московскую и пр.).
Потомки Данилы ещё лет пятьдесят «сидели» в городах Галичины и Волыни, но чем они там владели — тёмна вода в облацах. После гибели «королевичей» Льва и Андрея (детей Юрия) в двадцатых годах XIV столетия и последующего завоевания этих земель воинами польского короля Казимира Великого, Галичина и Западная Волынь на шесть веков (!) стали польскими  территориями. Вот кто действительно «объединил» Галичину с Польшей!

Что же касается Гетманщины, то это как раз пример трагических, несчастных и бестолковых попыток создания оригинальной «республики» с диктатурой казаков. Гетманы и старшина рвали её на части, отпихивая друг друга от булавы. Вот что писал о состоянии Малороссии во время гетманства Ивана Выговского начальник польского отряда Андрей Потоцкий в донесении королю Яну-Казимиру: «Не изволь ваша королевская милость ожидать для себя ничего доброго от здешнего края! Все здешние жители (жители западной стороны Днепра) скоро будут московскими, ибо перетянет их к себе Заднепровье (восточная сторона), а они того и хотят и только ищут случая, чтоб благовиднее достигнуть желаемого. Одно местечко воюет против другого, сын грабит отца, отец — сына. Страшное представляется здесь  вавилонское столпотворение! Благоразумнейшие из старшин казацких молят Бога, чтоб кто-нибудь — или ваша королевская милость, или царь  – скорее забрал их в крепкие руки и не допускал безумной черни своевольничать».
А ведь это происходило ещё до «руины»! Казаки успокоились лишь тогда, когда Украина была целиком завоёвана Россией в результате русско-польских, русско-шведских и русско-турецких войн, а казацкая старшина была уравнена в правах с российским дворянством.   
 
2. Идеология «украинства» — крайне претенциозна в том смысле, что люди, которые её исповедуют, всегда ищут (и находят!) причины всех бед Украины не в себе, а в своих «заклятых врагах — поляках, жидах и русских». Становиться в позу обиженного и предъявлять исторические «долги» — вот их обычная практика! К примеру, выступая на конгрессе украинского народного Руха в 1989 году его председатель Иван Драч «выкатывал» такие претензии:
«Мы ещё ждём от России Ельцина и Хасбулатова принести покаяние за грехи Ленина и Сталина, мы предлагаем России модель вины немцев по отношению к евреям и покаяние Аденауэра за вину Гитлера. Мы должны заявить, что сегодня мы приближаемся к кульминации великорусского расизма, русского фашизма как мировоззрения и как духовной базы для кампании окончательного решении - уничтожения украинского народа. Если кто-нибудь ещё сомневается в этом и не может заметить, что Ельцин страдает комплексом Андрея Боголюбского, тогда он должен ещё раз подумать, что лежит за психологическим, экономическим, культурно-информационным, а также военным, тоталитарным террором, который был единственным содержанием русской политики по отношению к Украине со дня провозглашения независимости».
Такого неуместного гонора «украинисты» поднабрались у поляков, но он свидетельствует не об их культурном, экономическом или военном   превосходстве, а об их комплексе неполноценности.

3. Идеологи «украинства» зачастую поступают, руководствуясь принципом: ни себе, ни людям! С одной стороны, они не признают «своими» тех, кто достиг славы и почестей, работая на благо России и СССР (например, киевлянина Михаила Булгакова, одесситку Анну Ахматову, харьковчанина Илью Мечникова, выходца с Донбасса композитора Сергея Прокофьева). С другой стороны, когда русские ими хвалятся, «украинисты» вопят: «Это же «наши», а не «ваши»!» Мучительный поиск отличий «украинцев» от «русских», причём таких, где «украинцы» бы выглядели лучше, чем «русские», придаёт их потугам комичный оттенок. История в интерпретации «украинистов» выглядит «пятнистой» и «кастрированной». Согласно их критериям, в паноптикум настоящих героев Украины не попадают ни фельдмаршал Иван Паскевич, ни Генеральный конструктор Сергей Королёв, ни гениальный писатель Николай Гоголь, благодаря которому мир и узнал о доблестном украинском казачестве. По крайней мере, Гоголь не «заслужил» права быть изображенным на купюрах НБУ, хотя там есть Иван Франко и Леся Украинка — совершенно  несопоставимые с ним «фигуры»! А почему? А потому, что он писал на русском языке. Зато в паноптикуме героев занимают достойное место такие ничтожные личности, как Бандера, Шухевич, Михновский. А уж как «украинисты» ликуют, напоминая русским об их поражениях под Конотопом и Чудновом!
Неужели представителям политической и культурной элиты в Украине никогда не приходит в голову простая и разумная мысль, что строить враждебное России государство у неё по соседству — это всё равно, что рубить сук, на котором сидишь?

3. «Украинство» давно устарело, и от неё веет чем-то неуловимо напоминающим музей восковых фигур мадам Тюссо. Его провинциальная  местечковость исчерпала себя и оказалась бесперспективной, как символ для достижения высоких целей. На дворе уже XXI век; на Суперадронном коллайдере обнаружен бозон Хиггса; а щирые патриоты Украины всё ещё ратуют за монокультурную модель общества и талдычат о  «мове», «голодоморе», гордо щеголяют в Верховной Раде в цветных вышиванках и проклинают агрессивного «Старшего Брата». Перспективы вступления в ЕС и НАТО и чудесного превращения украинцев в «европейскую нацию» пока сводятся к жалкому и лакейскому заискиванию перед ЕС и НАТО, где Украину никто не ждёт. Реальной финансовой помощи — нет! Экономические связи с Россией разрушены. Приходится торговать русофобией, утешаться безвизовым режимом и развлекаться «дикими танцами» в исполнении Русланы Лыжичко, по достоинству оценёнными на конкурсе Евровидения.
Политической и культурной элите Украины надо искать какие-то более высокие идеалы, создавать новые материальные и духовные ценности, а не искать «древних укров», не ползать на карачках перед США и ЕС и не брехать на Россию!


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.