Мир Гарина

Глава из книги Игоря Гарина «Психоанализ и мистика», «Мастер-класс», Киев, 2007, 704 с.

В своих книга о творцах науки — Ньютоне, Дарвине, Фрейде, Юнге, Эйнштейне я выяснил, что новое парадигмальное учение строится из кирпичей, обожженных предшественниками, — речь идет о подготовленности, наследовании открытий. Из ничего ничего и возникает. Великое открытие — это прежде всего великий синтез, пионеры науки — великие синтезаторы. У предшественников, подготовивших им почву, как бы не остается сил для решающего броска. Они готовят дорожку для разбега. Прыгают же Ньютон, Дарвин, Фрейд, Юнг, Эйнштейн...
Приписываемые Ньютону законы механики и даже закон всемирного тяготения открыты Т. Браге, К. Реном, Р. Гуком, заслуга Ньютона — в построении из этих кирпичей величественного здания небесной механики. Ч. Дарвин не открыл естественный отбор, З. Фрейд — бессознательное, К. Г. Юнг — архетипы, А. Эйнштейн — преобразование Лоренца и Е=mc2, но каждый из них изобрел новый язык описания мира и построил на базе этого языка новое мировоззрение, уложив разрозненные знания в матрицу, которая на десятки и сотни лет вперед определила представления и мировоззрение человечества.
Освоение новых земель — это выражение еще не раз потребуется мне в описании новой парадигмы мироздания — всегда начинается с первых шагов конквистадоров, но подобно тому, как плодами революции пользуются не Мараты и Робеспьеры, а Наполеоны, новые земли достаются не Магеллану, Колумбу, Америго Веспуччи или Куку, но королям, сильным мира сего.
Еще одна особенность постепенно осваиваемой «карты мира» заключается во включении в нее — шаг за шагом — вновь освоенных территорий. И хотя местность и карта местности принципиально отличаются, карта необходима и обязательна для освоения «новых земель».
Я хочу сказать следующее: всеобъемлющая «карта мироздания» должна включать в себя все ранее известное человечеству и одновременно указывать новые пути и направления «освоения» ранее неизвестных миров: ничего нельзя упустить, всё необходимо захватить с собой. Картина мира тем полнее и продуктивнее, чем больше «территорий» она включает в себя и чем больше путей следует из нее для дальнейшего освоения мира.
Говоря о предстоящем синтезе «науки» и «мистики», я всегда имел в виду необходимость создания мировоззрения, которое на равных включает в свой «состав» всё физическое и всё духовное — все «территории» материи и всё «пространство-время» нашего духа.
Начну с двух символических образов, которые помогут нам сориентироваться на карте предлагаемого мной мировоззрения. Первый — пещера Платона. Пещера — грандиозный символ: люди вышли из пещер (хотя пещеры еще не вышли из людей); пещера — символ рождения человека из темноты материнской утробы; сavern — зародыш роста как такового; пещера неотрывна от «пещерного» сознания и т. д, и т. п.
Но пещера Платона — это еще и великолепный образ человеческого познания: мы находимся на дне пещеры, ничего не зная о внешнем мире, который посылает извне через дыру в потолке лишь образы-тени, которые мы видим на стенах своей пещеры и по которым судим о мире. Но Платон еще более глубок: он утверждает, что человеку (уже не обязательно — пещерному) вообще не дано ничего знать о реальном мире, кроме указанных образов-теней. Божественные эйдосы — высшие реальности, абсолютные формы — человеку недоступны, на любом уровне познания мира он имеет и будет иметь дело лишь с «тенями», отбрасываемыми божественным светом на «стенки» теперь уже его познающего субъективного разума. Человеку дано «расширять» свои представления о мире, но эта гносеология имеет свой предел — стена пещеры или границы экрана нашего разума.
Второй образ — тоже картографический — связан с расширением нашей «географии». Выйдя из пещер, человек занялся освоением новых территорий. Вначале представления человека древних Микен ограничивались Пелопонессом, затем — Средиземным морем, затем — Африкой на юге и Европой на севере. Человек осваивал новые земли и одновременно расширял собственное сознание: карта осваиваемого мира чертилась на папирусе или листах пергамента и — параллельно — сознание пополнялось новыми представлениями о мироустройстве. Я обращаю внимание на идею «параллельности», вновь подчеркивая неотрывность сознания и бытия: сознание направляло человека в новые земли, новые земли расширяли сознание.
В указанных примерах важны два символических образа, поясняющих работу человеческого сознания: луч света, «оставляющий» человеку тени на стены его «пещеры», и «корабль», необходимый для освоения новых земель. Это, так сказать, «инструменты» нашего светоподобного духа и нашего материального тела, которое необходимо доставить к «новым землям», дабы «расширить» сознание.
Еще один символ, который нам понадобится в дальнейшем — это «Вселенское Древо», присутствующее в мистике практически всех народов: корни его уходят глубоко в землю, а ветви — в небеса. Освоение человеком мира — это движение по ветвям вверх с пониманием того, что без вросших в землю корней древо просто упадет. Древо можно заменить пирамидой в Гизе — как ныне становится ясным не столько усыпальницей фараонов, сколько катапультой, запускающей их Души в небеса. Карабкаясь по гигантским камням, из которых сложены пирамиды, мы видим все большие пространства, так что пирамида одновременно является символом познания с глазом, находящимся у ее вершины. Но более полная и глубокая символика — лестница Иакова, уходящая в небеса к самому Элогиму. Взбираясь по этой лестнице, человек постепенно трансформируется в ангела, и, в конце концов, оказывается одесную с Богом (возвращается к Отцу).
Я еще раз хочу подчеркнуть, что всегда существуют «местность» и «карта местности» и что «карта местности» — только инструмент, позволяющий нам ориентироваться, но никогда и ни при каких условиях местность не заменяющая. Если хотите, если Вам так удобно, то «местность» — это Божественный Мир, а «карта местности» — наше о нем представление в данный момент времени. В высшей степени ошибочно принимать символы нашей картографии за реальные образы: любая научная теория — только платоновская тень: схема, макет, модель, матрица, используемые для «обработки», но не реальное «устройство» или эквивалент «местности». Вот почему нельзя понимать ее буквально, как, к сожалению, часто делают ученые, далекие от творцов-составителей карт, ученые, привыкшие относиться к научной теории как к религии, то есть верить в схему, макет, модель, матрицу как если бы они и были реальностью. Все перечисленное — только образы, которые должны, насколько это возможно, описать смутно предполагаемую природу изучаемого явления или процесса, но не истинные реалии, не «схваченного за бороду» Бога.
По словам Карла Густава Юнга, символ не заключает в себе и не объясняет, а только указывает через себя до конца непонятный, смутно предполагаемый смысл, который невозможно исчерпывающим образом объяснить обычными словами нашего языка. Символ ничего не порождает и не содержит ничего более того, что мы в него вложили — он лишь высвечивает из темноты какую-то грань или грани изучаемого объекта. Символизм — намекающий язык нашей Души, поднимающий ее по лестнице Иакова, но никогда не достигающий Бога, стоящего над любым языком. Более высокое сознание «работает» с более изощренным символизмом — вот и всё.
Естественно, чем лучше и точнее карта, тем больше мы знаем о мире. Но я, пожалуй, соглашусь с Платоном: тень всегда останется тенью, а эйдос — эйдосом, и чтобы «схватить» Бога, нужно, как минимум, стать богоравным, поднявшись до уровня Высшего Сознания, что невозможно. Вся деятельность исследователя так или иначе направлена на уточнение «карты», причем каждая эпоха имеет свою и каждая последующая карта точнее предыдущей, хотя все равно остается не более чем картой — очередной «тенью» на очередной стене нашей «пещеры».
Ньютон, Дарвин, Фрейд, Юнг, Эйнштейн — пионеры в освоении новых пространств, но из сказанного следует, что, во-первых, они шли по заранее проторенным путям и лишь первыми попадали в свои Америки, и, во-вторых, что открытые ими земли рано или поздно останутся позади их первооткрывателей, просто став частью «истории», «географии», «устаревшей карты», «захваченной территории», «пройденного пути», «движения духа» — выбирайте, что Вам больше по душе.
Географический образ карты — лишь один из возможных подходов при обсуждении проблемы сознания-бытия. Более ярким символом, как мне кажется, является снова-таки образ света. Человеческий глаз воспринимает определенный участок частотного спектра излучения, оставляя «темным» всё, что находится выше и ниже его. Можно также говорить о прожекторе нашего сознания, высвечивающем одну за другой зоны «темноты» мира. Подобным образом, наше сознание способно «обработать» и «включить в карту» лишь «распознанное» этим прожектором. Мы как бы одновременно продвигаемся вглубь новых территорий, освещаем их «лучом» нашего сознания, обрабатываем полученную информацию и «встраиваем» новые «сигналы» в «картину мира» или в «карту», причем при этом нам часто приходится менять не только наши представления, но и саму мыслительную систему.
Совершим прыжок в заданном мной направлении. Мир — это «тело» Бога, Космический Разум — это Его «сознание». Я не утверждаю, что так устроен мир — я предлагаю лишь одну из возможных «карт» в его освоении. Если Мир — это символическое тело Бога, то что такое мы? Ответ очевиден: символически мы — его нейроны, стволовые или рецепторные клетки, составляющие его коры, мозолистого тела, варолиевого моста. Подобно тому, как наше тело включает в свой состав разные минералы, органические вещества, цитоплазму, кариоплазму, эритроциты, органоиды, хондриосомы, ганглии, нервные клетки, подобно этому символическое «тело» Бога состоит из галактик, звезд, межзвездного вещества, планет, а также той жизни, что развилась в процессе роста или эволюции этого «тела». В этой «карте» Бог не надмирен, он — Творец, сотворивший и постоянно творящий Мир и — одновременно — самого Себя. Мир — саморазвертывающийся Божественный Организм. Эволюция Мира не есть ли одновременно символ эволюции Бога?
С «телом» более-менее понятно. Но что такое Космический Разум или Сознание Бога? Человеку, которому все еще не ясно, что такое его собственное сознание, Дух, Душа, трудно ответить на этот вопрос, но, мне кажется, можно попытаться дать ответ и на него. Причем ответ, который позволит «уложить» обрывки наших знаний — заготовленные физиками и мистиками «кирпичики» — в некую систему, в «духовную механику», созданную если еще не по Эйнштейну, то хотя бы по Ньютону.
Если Мир — тело Бога, то эволюция сознания, неотрывного от Мира-Бога, это разворачивание Космического Сознания в ходе вышеописанной Космической Игры.
Иными словами, наше тело — часть Божественного тела-Мира, а наше сознание производно от божественного океанического сознания, развившегося в процессе эволюции этого тела и его совокупного или космического сознания.
Надо сказать, что интуиция это своими корнями уходит в самые недра мистики: все мы являемся частью одной-единственной Души, одного-единственного «Великого Человека», если говорить словами Сведенборга.
Мистика учит нас о единстве и целостности бытия и о том, что его дробление — дело нашего дискурсивного разума, нашего эго. Правильнее говорить, как я уже несколько раз писал, не о сознании и бытии, а об их единстве, их целостности, их неотторжимости друг от друга. То, что современная физика только тем и занята, что во все большей степени «испаряет» и дематериализует наш мир, заключен очень глубокий символ.
Просто нам необходимо свыкнуться с парадоксальной истиной, что наша Душа — это проявившаяся внутри жизнь тела, а тело — проявившаяся вовне жизнь Души и что то и другое — одно целое.
Совершим обратный прыжок от Бога-Мира к истокам живой клетки, возникшей в ходе функционирования Божественного Тела. Для выживания клетки ей необходимы зачатки сознания, позволяющие выжить и разделиться. Куда девается «материал» клетки в ходе ее функционирования? Поглощается иными органами Мира-Бога? А куда деваются зачатки «сознания» клетки в ходе ее функционирования? На этот вопрос ответ дал Карл Густав Юнг: «вливаются» в состав так называемого коллективного бессознательного, на нашем языке и в нашей символике, — в «состав» Космического Сознания. Всё связано со всем, ничего не исчезает, Мир-Бог целостен и един: материал идет на новое строительство, дух «включается» в поле Божественного Сознания, бытие-сознание или, лучше сказать, сознание-бытие продолжает свой эволюционный путь.
Дух — единственное, что делает животное человеком. Не случайно третья ипостась христианского Бога — Дух Святой. Наш дух тоже живет в нас порой как независимое от нас существо и это вполне естественно: пока дух можно выразить или описать посредством постижимого принципа или идеи, он не будет ощущаться как самостоятельное существо. Но когда его происхождение неясно, а его идея неосязаема, притом что она настойчиво добивается своего, тогда он и должен восприниматься как отдельная сущность, как наше высшее сознание или божественный символ. Поэтому мы не должны удивляться тому, что живущий в нас творческий дух воспринимается носителями его как божественный. Человеческая история дает нам немало примеров, когда дух настолько овладевал человеком, что жил уже не человек, а сам этот дух. Другое дело, что природа этого духа в равной мере способна увлечь человека в небеса, как Будду или Христа, или в ад, что тоже, увы, не раз случалось …*.
Но так же, как существует стремление к слепой, беспорядочной жизни, так есть и стремление принести в жертву духу всю свою жизнь, желая добиться творческого превосходства. Это стремление делает дух злокачественной опухолью, бессмысленно разрушающей человеческую жизнь.
Жизнь — критерий истины духа. Дух, лишающий человека всех жизненных возможностей, — это дух заблуждающийся — не без вины человека, который волен отказаться от самого себя или нет.
Жизнь и дух представляют собой две силы или необходимости, между которыми находится человек. Дух наполняет жизнь смыслом и возможностью величайшего расцвета. Жизнь же необходима духу, ибо его истина, если она не жизнеспособна, ничего не значит.

МИРОУСТРОЙСТВО

Как профессиональный физик, я давно пришел к выводу, что современная рационализированная наука описывает лишь поверхностный слой мироустройства — всё, что «закономерно», «воспроизводимо», «измеримо», «не случайно». Квантовая механика и синергетика — касаются более глубоких слоев мира, то есть объясняют более тонкие, «не жесткие» закономерности поведения атомных и субатомных частиц, космологии, оптики, физических полей, где важны неопределенности, случайности и запутанные состояния, а синергетика — образование и самоорганизацию моделей и структур в открытых системах, далеких от термодинамического равновесия.

Огромное количество глубинных, невоспроизводимых, уникальных, случайных феноменов, в частности, касающихся сознания, жизни, поведения человека а также «чудесных» явлений природы находится вне научного понимания и поэтому отдан на откуп уникальным людям с расширенным сознанием либо шарлатанам. Шарлатанам — потому, что у многих возникает желание примазаться к глубинному, плохо понимаемому миру чудес и уникальных явлений. Но я надеюсь, что будущая наука вместо того, чтобы организовывать комиссии по борьбе со «лженаукой», будет постепенно расширять понимание того, что сегодня выпадает из рациональности, причинности, однозначности и «закономерности» в ее рационализированном понимании.


Рецензии
Так хорошо Вы начали и снова -боженька... Ну, если Вм так легче...

Спасибо
Юрий (Любарский)

Юлюбарский   04.08.2018 16:56     Заявить о нарушении
Юрий, я ведь, кажется, Вам объяснил: одним легче жить с Богом в душе, другим - с холодом, пустотой и молчанием космических пространств. Каждый, слава Богу, имеет право на выбор... Правда и то, что Бог в душе тоже может быть разным...

Игорь Гарин   04.08.2018 17:16   Заявить о нарушении
Да, Игорь , вы правы. Но и я имею право на свое мнение

Юлюбарский   04.08.2018 17:40   Заявить о нарушении