Славянское братство

  В студенческие годы, когда мы ещё были юными, романтичными и бестолковыми, кто-нибудь во время застолья обязательно начинал тост предисловием: «Ну что, братья-славяне!..»
А чему удивляться? В советские времена все славянские государства были либо «социалистическими», либо «народными» и входили в единые с нами экономические и военные блоки, поэтому мы и считали их «братскими». Но в конце 90-х годов XX века практически одновременно с распадом СССР развалился и весь наш социалистический лагерь. «Товарищи», ещё вчера дудевшие с нами в одну трубу, вдруг превратились либо в равнодушных «нейтралов», либо в откровенных врагов. Вот тогда и появилась необходимость критически переосмыслить историю нашей «дружбы».
Сегодня, когда мы не связаны пресловутой «политкорректностью», надо честно признаться, что никакого «славянского братства» не было ни тысячу лет назад, ни даже в XIX веке! Сходство языков, конечно, свидетельствует о том, что в далёком прошлом мы были единым народом. Но как только «южные», «западные» и «восточные» славяне расселились по своим «уделам», и на их территории стали формироваться государства, со своей культурой, религией и геополитикой, они разошлись настолько, что стали совершенно чужими. Судьбы хорватов, черногорцев, македонцев, словенцев, боснийцев, словаков и более мелких этносов так сложно переплелись с другими народами и имели такое «скромное» отношение к русской судьбе, что ворошить их прошлое — занятие для гурманов! Но перелистать странички истории чехов (моравов), болгар и сербов — любопытно и поучительно. 

Вероятно, самым первым славянским народом, образовавшим нечто похожее на государство, были моравы. Сведения о державе «Само» появляются в VII веке в хронике Фредегара. Это «объединение» существовало в 623-658 годах, скорее всего, на территории Южной Моравии и Нижней Австрии. «Само» — имя франкского купца, избранного вождём славян, восставших против франков.
Первое упоминание о государстве Великая Моравия относится к 822 году, когда её послы прибыли ко двору императора франков Людовика I Благочестивого. Правителем Моравии стал Моймир I — основатель династии Моймировичей, а столицей — город Велеград. В 831 году епископ Регинар Пассуйский по настоянию короля Баварии Людовика II Немецкого крестил его и всех моравян по католическому обряду. В 833 году Моймир I присоединил к своей державе Нитранское княжество (земли современной Словакии), а в 846 году  распространил свою власть и на Чехию. Великая Моравия просуществовала с 822 года по 907, когда её князья Моймир II и Святополк II погибли в сражении с венграми. Её земли впоследствии оказались под владычеством Чехии.
Моравия нам интересна тем, что именно туда по просьбе её князя  Ростислава (изгнавшего баварских священников) императором Византии Михаилом III в 862 году были направлены православные братья Кирилл и Мефодий. Они организовали независимую от германского епископата славянскую церковь. Миссия Кирилла и Мефодия по их приезду в Рим была одобрена папой Адрианом II, который даже утвердил богослужение на славянском языке. Тем не менее, давление германских соседей не позволило православию укрепиться в тех землях. Ученики Мефодия были изгнаны из Моравии и перебрались в Болгарию, Сербию, Македонию и на Русь. Чехи давно считают моравов частью своего народа. Стремление к славянскому богослужению сохранялось в Чехии на протяжении многих веков. Об этом свидетельствуют хотя бы «гуситские» войны в XV веке. Первый (Карлов) университет в Праге был открыт в XIV веке (для сравнения, первый университет в России появился только в XVIII веке).
Несколько слов о Словакии. Территория обитания словаков в IX-X веках входила в Великую Моравию, а с XI век по 1918 год — в Венгерское королевство. Её тогда и называли «Верхней Венгрией». Термин Словакия появился только в XVI веке. В 1918-1939;1945-1993 годах существовало государство Чехословакия. Но в 1993 году Словакия и Чехия вновь разделились. Сегодня в Чехии проживает ~ 10,5 млн., а в Словакии ~ 5,4 млн. человек.
Любопытно, что термин «панславизм» родился в Чехии в 1826 году. Его автором был Ян Геркель. В основе «панславизма» лежала идея политического объединения славян на основе этнической культурной и языковой общности. Это было романтическое национальное движение, во многом обусловленное успехами Российской империи в войнах против Турции и Наполеона. Оно заметно активизировало деятельность славянской интеллигенции. Первый славянский конгресс состоялся в Праге в 1848 году и был реакцией на пангерманскую политику Франкфуртской Ассамблеи. В сущности, это был съезд славянских народов, проживающих в Австрийской империи (чехов, словаков, русин, хорватов), хотя там присутствовали и гости: поляки, сербы, черногорцы и русский эмигрант М. Бакунин. Конгресс утвердил панславянские цвета для флагов славянских освободительных движений: синий, белый, красный (цвета современного российского флага!), опубликовал «Манифест славянского съезда 1848 года к народам Европы» и принял гимн «Гей, славяне», придуманный словаком Самуилом Томашеком.
В Первой мировой войне чехи и словаки, естественно, воевали на стороне Австро-Венгерской империи, потому что в ней жили. Но с каким «энтузиазмом» они воевали, изображено в книге Я. Гашека «Похождение бравого солдата Швейка». Уже в начале 1916 года в Париже был образован Чехословацкий национальный совет, который продвигал идею создания независимого государства Чехословакии. Были созданы первые военные подразделения из пленных чехов и словаком, находящихся в России, а также из добровольцев, которые сражались на стороне Антанты. Именно тогда при поддержке Временного Правительства, а затем генералов Корнилова и Духонина в России был сформирован чехословацкий корпус, знаменито-печальный тем, что в 1917-1918 годах он оказался в центре нашей революционной заварухи. Как из него возник «очаг» развязывания гражданской войны — отдельная запутанная история! Других каких-то жестоких войн или сражений русских с чехами в обозримом прошлом я не припомню.
В 1939 году Германия аннексировала Судетскую область, «состряпала» протекторат Богемии и Моравии, а также «независимую» республику Словакии. Нечто подобное вынужден был проделать Советский союз со славянскими землями Польши, «сотворив» из них Западную Украину.   
Наверно, ни один славянский народ не испытал такого мощного политического и культурного воздействия со стороны германских народов, как чехи. И в этой борьбе ему, с одной стороны, удалось сохранить свой национальный характер, а, с другой стороны, заимствовать множество лучших качеств у соседних германцев, венгров, поляков и балтов. Из всех славянских народов чехи — самый дисциплинированный, самый культурный и самый «европейский» (в лучшем смысле этого слова!) народ, что отражается в его благосостоянии и образе жизни.
Самые добрые и трогательные слова в адрес чехов можно найти у Марины Цветаевой, жившей когда-то в предместьях Праги. «Чехия осталась у меня в памяти как один синий день и одна туманная ночь. Бесконечно люблю Чехию. Ах, какую чудную повесть можно было бы написать  на фоне Праги! Без фабулы и без тел, роман Душ», -  писала она.

Болгария заявила о себе уже в VII веке. В 680 году хан Аспарух, возглавляющий тюркское племя древних булгар, нанёс поражение армии византийского императора Константина IV в Онгальском сражении. Мирный договор, согласно которому Византия обязана была выплачивать дань победителям, свидетельствовал о признании «Первого Болгарского царства».
Феофан Исповедник писал, что булгары покорили семь славянских племён и поселили их на восток, а остальных славян, обложив данью, поселили к югу и к западу. Столицей державы стал город Плиска. Даже в начале IX века булгары ещё сохраняли полукочевой образ жизни. В 865 году царь Борис крестил Болгарию по православному обряду, что позволило стереть различия между тюркскими булгарами и славянами в рамках одного болгарского этноса. Всё население, подвластное болгарским царям, стало называться «болгарами», хотя там были греки, армяне, валахи, албанцы. Болгария нам интересна тем, что,
во-первых, именно в ней ученики Кирилла и Мефодия создали первую славянскую письменность (кириллицу), которая затем пришла и на Русь; на её основе сформировался единый славянский язык, до сих пор используемый в богослужениях; русские называют его церковнославянским, болгары — древнеболгарским, македонцы — древнемакедонским, словенцы — паннонийским;
во-вторых, именно в Болгарию в 968 году совершил свой победный поход русский князь Святослав, захвативший столицу державы (на тот момент — город Преслав) и почти все города на Дунае; гипотеза о том, что матушка Святослава (княгиня Ольга) была болгарской принцессой, а вовсе не «псковитянкой», для меня является убедительной до сир пор; именно там император ромеев Иоанн Цимисхий нанёс поражение армии Святослава в 971 году, выгнав его из Балкан и Причерноморья; затем он разбил и болгар, после чего Болгария вошла в состав Византии, утратив свою государственность; 
в-третьих, именно Болгария воскресла, как феникс, в виде «Второго Болгарского царства» — великой славянской державы, которая покорила не только Южную Сербию, Албанию, Македонию, Западную Фракию и Северную Фессалию, но и саму Византию. К концу правления царь Иван II  Асень (1218-1241) контролировал практически весь Балканский полуостров. В конце жизни он приказал выбить на одной из колонн церкви в столице Тырново слова: «В лето 6738(1230)... Я, Иван Асен, во Христе боге верный царь и самодержец болгар... разбил греческие войска, а самого царя, Фёдора Комнина, взял в плен со всеми его болярами. И взял всю его землю». Это был пик исторического могущества болгар.
В 1242 году Болгария подверглась разорению монголо-татарами, а в XIV веке, потерпев ряд поражений, была покорена Османской империей и более трёх веков находилась под её «протекторатом».

Сербское государство возникло в конце XII века после освобождения от власти Византии. К середине XIV века оно развилось в крупную державу, охватывающую почти всю юго-западную часть Балканского полуострова. После поражения сербских князей в битве на Косовом поле в 1389 году и окончательного завоеванию турками в 1459 году сербские земли находились под властью Османской империи те же три с половиной века. Северные районы Сербии с конца XVII века входили в состав Австро-Венгерской империи.

Возрождение болгарской и сербской нации протекало в мучительной и долгой борьбе. Ему способствовали многочисленные восстания, а также русско-турецкие освободительные войны 1806-1812, 1828-1829, 1877-1878 гг., в которых принимали участие болгарские и сербские добровольцы.
По Сан-Стефанскому мирному договору 1828 года была восстановлена болгарская государственность (княжество Болгарии), но лишь в 1908 году провозглашена её независимость от Османской империи в виде Болгарского царства. Сербия получила независимость и была объявлена королевством в 1878 году.

По-своему идею «славянского братства» понимали «славянофилы» Михаил Погодин, Алексей Хомяков, Иван Киреевский, Константин Аксаков. Они противопоставляли «здоровый» православный славянский мир во главе с Россией — «больной», рационалистичной Европе. В работе А.И. Герцена  «О развитии революционных идей в России» глава о сороковых годах XIX века называлась «Московский панславизм и русский европеизм». Тут следует пояснить, что мотивы глубокого сочувствия русского дворянского общества к борьбе славянских народов за освобождение были свойственны не только «славянофилам», но и «западникам». Об этом свидетельствует роман «западника» И.С. Тургенева «Накануне. Его героины Елена Стахова влюбляется в болгарина Инсарова и готова разделить с ним его судьбу борца за свободу Болгарии. Это не выдумка. В 1855 году молодой помещик Василий Каратаев — сосед Тургенева по имению в Мценском уезде — влюбился в девушку, которая готова была ответить ему взаимностью, Но, познакомившись с яркой личностью — болгарином Катрановым (прототип Инсарова), она предпочла его Каратаеву. Полюбив Картанова, девушка уехала с ним в Болгарию. Каратаев же, оставив свои записки об этом событии Тургеневу, отправился на русско-турецкую войну, где вскоре погиб. Записки Каратаева и были положены в основу сюжета романа «Накануне».   
В Киеве даже было создано Кирилло-Мефодиевское братство. Его «учредителям» Николаю Костомарову, Николаю Гулаку, Пантелеймону Кулишу грезилось цель создания некой «федерации, наподобие США, где бы все славянские нации находились в прочной связи между собой, но каждая сохраняла бы свято свою отдельную автономию». Несмотря на то, что с политической точки зрения это была наивная блажь и пустая интеллигентская болтовня, император Николай I отправил этих «реформаторов» в ссылку. Любопытно, что даже князь Владимир Черкасский и генералы Михаил Черняев, Михаил Скобелев, Ростислав Фадеев — прослыли как сторонники панславизма.

В 1912-1913 годах разразились две Балканских войны. Но если первая носила освободительный (антитурецкий) характер, то вторая явилась следствием противоречий среди славянских государств. «Братья-славяне» не смогли договориться о разделе «турецкого наследства». В этой войне с одной стороны выступила амбициозная Болгария, а с другой стороны — Сербия, Черногория, Греция, Румыния и даже «друг славян» Турция! Болгария потерпела поражение и вынуждена была «поделиться» частью своей территории на севере и на юге. Албания получила независимость. В Сербии эти победы вызвали национальный подъём и радикализацию общества. В 1913 году сербы попытались оккупировать часть Албании, но неудачно. Националистическая группировка «Млада Босна» поставила перед собой цель оторвать Боснию от Австро-Венгрии. Противоречия между балканскими государствами явились одной из причин начала Первой мировой войны. Именно идея «славянского братства» («братства» по отношению к православной Сербии) втянула Россию в эту войну. Напомню, что формальным поводом для войны послужило убийство сербским националистом Гаврилой Принципом австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда. Кстати, Болгария, жаждущая реванша после второй Балканской войны и мечтающая победить Сербию, выступила в Первой мировой войне на стороне Германии и Австро-Венгрии.

В результате Первой мировой войны и Октябрьской революции образовались СССР, а также два независимых славянских государства Чехословакия и Югославии. В королевстве Югославии, возглавляемом сербской династией, объединились почти все южнославянские народы, вне зависимости от религии и культуры. Напомню, что в большинстве своём сербы, македонцы и черногорцы — православные, хорваты и словенцы — католики,  боснийцы и албанцы — мусульмане.  Единственным славянским народом Балкан, который оказался вне единого государства, стали болгары. Во время Второй мировой войны болгары вместе с хорватами и словаками воевали на стороне фашистской Германии. Однако не будем забывать, что сербскими партизанами, «оттягивающими» на себя с Восточного фронта 25 немецких дивизий, командовал хорват Иосиф Броз Тито. Он же и возглавил потом СФРЮ. После войны рассматривался вариант присоединения Болгарии в качестве 7-й республики к социалистической Югославии. И только после разрыва отношений между Иосифом Броз Тито и Иосифом Сталиным в 1948 году эта идея была похоронена. Тем не менее, лидер Народной республики Болгарии Тодор Живков дважды обращался (сначала к Хрущёву, а потом к Брежневу) с предложением включить Болгарию в состав СССР.
Забавно и даже трагикомично, что до Великой отечественной войны идея панславизма в СССР отрицалась из-за марксизма. Дело в том, что и  Маркс и Энгельс были категорическими противниками «панславизма», считая его националистической контрреволюционной идеологией. В СССР по этому поводу было даже сфабриковано «дело славистов», которые подверглись репрессиям. Однако после войны именно в Советском союзе, а также в социалистических республиках Чехословакии, Югославии и Албании и народных республиках Болгарии и Польши, идея «славянского братства» нашла своё воплощение в максимальной степени за всю историю! Причём, как ни странно, пролетарский интернационализм ей не помешал.
Распад СССР и Чехословакии в «лихие» 90-е годы оказался почти бескровным. А вот распад СФРЮ сопровождался войнами между «южными» славянами, бомбардировками Белграда и ранами, незажившими до сих пор.   Потом большинство славянских стран вступило в Евросоюз. Но это их нисколько не сблизило.
Вот такие странные метаморфозы!   

PS: Об исторических отношениях русских и украинцев я написал большой очерк под названием «Феноменология Украины» и несколько статей. Теперь в  этих отношениях мало хорошего и ничего лучшего пока не предвидится.
Об исторической «дружбе» поляков и русских я обязательно напишу позже. 







 


Рецензии