А к каким берегам плывете Вы?

(это просто воспоминание, чтобы помнить первый серьезный конкурс)

20-22 сентября в нашем городе Пенза прошел седьмой фестиваль поэзии и авторской песни «Часовые любви».
Узнала о конкурсе я случайно, за два дня до прослушивания первого этапа.
Позвонила в оргкомитет и узнала, принимают ли еще заявки. Оказалось, что регламента строгого нет.
«Приносите 2-3 лучших стиха в четверг, в 16-00 всех будет слушать Лидия Дорошина», - пробасил мужской голос мне в телефон.
В положении к конкурсу были озвучены требования высокого художественного слова и общего патриотического, духовного смысла произведений.
Я не могу еще похвалиться, что пишу по этим «стандартам», но все же решилась принять участие.
Только выбрать 2-3 оказалось не так просто. Может деревня? Может «Белые руки»? Может «В ладошки» или «Имя Женщины»? Так хотелось поделиться этими строчками со всеми людьми.
И вот в четверг я пришла даже раньше назначенного времени в старое здание Лермонтовской библиотеки. Администраторы подсказали, где идет прослушивание. «А оно уже идет? - подумала я. - Четырёх еще нет».
«По коридору и налево» - подсказка пути. Иду.
Комната, напомнившая школьный класс, парты, составленные в два ряда по подобию большого стола. И четыре женщины, лет 45-55 на взгляд, могу ошибиться, и одна девушка, видимо тоже ожидающая этого самого прослушивания.
Через пару минут в комнату вошла женщина, маленького роста, с серьезным взглядом. Лидия Ивановна Дорошина! Её я узнала сразу. Волнение внутри меня нарастало.
Девушка прочла пару стихов из приличной охапки распечаток, кружок неизвестных мне женщин и Лидии Ивановны наскоро выбрал короткое стихотворение о лете и отправил участницу отдохнуть до концерта в 18-00 - второго этапа и концертного прослушивания.
«Давайте с Вами познакомимся, садитесь напротив меня и представьтесь», - обратилась ко мне Лидия Ивановна.
Беру свои распечатки, ох, волнуюсь… Сажусь, напротив.
- Пожалуйста, погромче, как Вас зовут?
- Лёмина Анна.
- Вы чтец или…?
- Автор.
- Поэт, значит - пишет в регистрационном листке строгая женщина.
«Ну, пожалуйста!»
Для первого прочтения я выбрала «Неспрятанный клад», положила перед собой строчки и не поднимая глаз, стала читать.
Примерно на седьмой строчке, уже на «заплелась тропка лентою длинной в косы низких домов и калит» голос стал дрожать, к горлу подступал комок.
Вдыхаю, читаю дальше.
А дальше тяжелее – ведь там «Кто-то тихо затеплит лампаду, словно маленький светлячок».
Последняя строфа уже читалась почти со слезами на глазах, позабыв, что я перед членом союза писателей и вообще каким-то жюри. «Натрудившись, село засыпает» - ах, Родина моя! «Землю ветер-бродяга погладит» - все детские воспоминания разом нахлынули в сердце, щеки залились пунцом и, казалось, я уже забыла о конкурсе и читала - «И шепнет – отдохни! Хоть чуть-чуть!»
Родина моя, земля черная! Люди, не знающие праздности! Отдохните, милые! Хоть чуть-чуть..
«Скажите, где вы занимались или с какими поэтами общались и работали?», - вопрос Лидии Ивановны вернул меня обратно в аудиторию, нужно отвечать.
- Нигде
- Значит сами, а сколько вам лет?
- 26
- А почему к нам в клуб не ходите?
Врать не хотелось, я знала о этом клубе совсем немного, но почему-то думала, что туда попасть можно уже сильным писателям. А я еще – начинающий.
- Не знала о вашем клубе
- Вот видите, народ ничего сейчас не знает, ни журнал Сура, ни клуб, вам нужно учиться писать по правилам русского языка и стихосложения, ритм прыгает, ну почитайте еще что-нибудь!
Дальше прочла «Пустовеев», под конец тоже расчувствовавшись на последних строках «Отца почитай и жалей свою мать!».
- Ну а еще что-нибудь!
Читаю «Белые руки». Полная тишина. Голос уже не дрожит. Последняя строчка. Лидия Ивановна берет стих, смотрит, что-то исправляет – «ну, вообщем, надо дорабатывать»
- Еще читайте!
А как же 2-3 стиха? Значит можно было больше.
Начинаю читать «Родине», и на второй строфе обрывают – «Ну нет, другое давайте»
Теряюсь уже, беру «Плещет синь»
Читаю первую строчку, и сразу – «Ну что это за «край неба»? Нет! Нет!»
- Не читать?
- Ну дочитайте...
На "необутом мальчишке" остановили – «Ну все, не то, неправильно, как необутый мальчишка может резво веять?».
Я задумываюсь, наверное да… У меня еще много ошибок и недоработок.
- Ладно, прочитайте первое
- Сейчас я соберусь - выдохнула я.
Второе прочтение, какие-то одобрения между неизвестными мне слушателями с Лидией Ивановной. Правка одного слова, и «с этим стихом – в 18-00! Идите в сквере почитайте, повыразительнее потренируйтесь»

Значит, прошла. Но что-то внутри поменялось. Прошла - ну и что... Дальше еще одно прослушивание, ну и что? От 16-ти строк «Неспрятанного клада» я была готова расплакаться, а они нет.
Тогда зачем? А может быть, они просто забыли? Ведь также выросли в деревнях, в селах, и души и сердца-то ведь хорошие, а внешне, как забитые досками окошки. Эх..

Второе концертное прослушивание. Я долго собираюсь с мыслями перед выходом, слушаю остальных участников. «Зеленое море..», «сказать тебе, как больно», что-то о любви. Мне запало лишь одно стихотворение - о детях Украины, какие письма пишут они деду Морозу.
Моя очередь. Читаю по листку, но стараюсь отрываться и смотреть в глаза жюри. И вижу лишь один взгляд, пытающийся что-то уловить из произносимого мной.
Набираюсь смелости, (ох, была-не была) – и читаю второе, до которого не дошло на первом отборе – «Солоней». Уставшие аплодисменты, и я еду домой.


22 сентября заключительный концерт. Меня пригласили как участника конкурса. Концерт трёхчасовой - много бардов и мало поэтов.
Лауреаты прочли свои произведения. О деревне не звучало ничего, о Родине тоже.
Странно.
«душевые кабины… простыни..» - какие картины рождают эти стихи при чтении? Что-то с моим восприятием литературы значит не так...
Ах. Значит «надо дорабатывать…»

В клуб молодых поэтов «Берега» я решила не идти.


Рецензии
Анна, приятно и замечательно что есть уникальная возможность, ознакомиться с Вашими произведениями: они великолепны!!! Они интересные, а главное они написаны, нет не так: вернее они пронизанные душой, и лаской.
У каждого человека есть душа, которую можно сравнить с мерцающим огоньком, который горит внутри уличного фонарика.
Тело человека можно сравнить с сосудом, который наполнен душой. Человек должен постоянно духовно расти, тогда он будет в гармонии с самим собой. Когда его помыслы чисты, и в делах его нет ничего плохого, тогда и на душе у него спокойно и легко... Удачи, Вам Анна! Рад был ознакомиться с Вашими произведениями, надеюсь, на отклик.

Александр Псковский   26.07.2019 11:29     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.