Конунг Севера. III

III
Утром Конунг Севера вышел из остуженного морозом дома. На плечах владыки лежала волчья шкура, оттенявшая густую тьму волос. Говорили, что он водится с воронами, оттого и волосы его стали черными, точно вороньи перья. Конунг окинул острым взором пространство, вдохнул ледяной металлический воздух.
Был ноябрь, свежий снег припорошил землю. Резко вырисовывались деревья на ясном, но бессолнечном небе. Вдали местами чернели фьельды.
Конунг пересек открытую местность. И оказался у реки с ребристой поверхностью. На другом берегу ее простирался лес. Кое-где были брошены камни. Где-то там прокричала птица, и ее крик потонул в трескучей ясности утра. Конунг прислушался к раздавшемуся возгласу и таинственно высматривал что-то в лесной чаще пару мгновений, а затем развернулся в противоположную сторону -  обратно к дому. По пути к нему на руку сел один из воронов, прирученных им.
– Накорми его, - встретив слугу, сказал Альрик и отдал птицу.

Было холодно. Поздний ноябрь свирепо сочился в открытые ставни. Пылающие дрова в очаге производили тусклое и еле ощутимое тепло. Зал был полон людьми. На них скучающим взором смотрел сидящий на устланном волчьими шкурами кресле конунг. Он полуслушал жалующегося на своего соседа бонда. По мнению говорившего, недруг присвоил себе участок его земли.
- Сигурд, подтверди, - обратился бонд к своему родственнику.
Стоящий рядом мужчина кивнул.
Зеленые глаза конунга на миг замерли на фигуре Сигурда и снова потухли. Альрик думал о своем, перед ним проносились картины из других миров, из прошлого, из вневременности. Гул спорящих голосов, завывание ветра на улице и потрескивание дров в очаге он улавливал через пелену мыслей. 
- Врешь, злобный йотун! – выкрикнул сосед бонда.
- Молчи, вор!
- Да как ты смеешь?!
- Замолчите оба, - грозно остановил их конунг, - Кто из вас первым построил дом на спорной земле?
- Я, конунг, - выступил вперед сосед бонда.
- Имя.
- Хокон.
- Кто может подтвердить твои слова?
- Альва, жена моя, и кузнец Торольв Верхоухий.
Альрик обвел взглядом присутствующих:
- Свидетели здесь?
- Да, конунг, - ответил Хокон. Из толпы вышли названные. Оба поклялись, что Хокон говорит правду.
- Конунг, врут они все! – затрепетал их противник, - Земля - моя! Я первый ее расчистил! А они захватили ее в мое отсутствие!
- Я не давал тебе права говорить. Ты знаешь законы, бонд. И тем не менее желаешь их нарушить.
- Но, конунг… Я начал строить забор на этом участке, а он…
- Не было там забора и землю никто не чистил! Ты сам ничего не хочешь делать, а только рад готовое присвоить, - возмутился Хокон, - Я не Скьёльд, которого ты запугал и тот не осмелился про украденную тобой землю заикнуться на тинге. 
- Врет он все, конунг, мои слова может подтвердить кто угодно.
Сигурд, какая-то женщина, судя по всему жена бонда, и двое молодых мужчин наперебой стали заверять конунга в подлинности сказанного их родичем.
- Да, все так, а еще Хокон украл у меня…
- Хальвдан, - обратился к своему херсиру Альрик, - Вели отрезать язык недостойному, чтобы впредь не смел прекословить конунгу и трусливо защищаться. Не жалуется тот, за кем истина. Земля остается за Хоконом. Имеются те, кто против?
Присутствующие загудели, выражая согласие с решением конунга.
Далее перед правителем предстала супружеская чета. Мужчина был пьян. Он тащил жену за запястье, а затем небрежно выронил ее руку.
- Эта женщина, - завопил он, - изменила мне, пока я был в набеге. Она спуталась со Свейном Тонкой Бородой…
- Разберись с этим делом сам, - усмехнулся Альрик, - Кто-то еще хочет высказаться?
- Да, конунг, - сказал высокий седовласый викинг, поднимаясь со скамьи.
Он вышел вперед:
- Мое имя Кнут Гардиссон. Позапрошлой зимой мой сын Хельги отправился к тетке, моей сестре, в соседнюю деревню, но домой не вернулся. Говорят, что он пропал в лесу, но я не верю этому. Мы с братьями искали его все эти годы… Только я всегда чувствовал, что он мертв, что его убили. И я знаю, кто это сделал. У моего сына был спор с одним человеком, он требовал от Хельги денег за якобы оказанные когда-то услуги. Этот человек неделю назад проговорился мне. Он не признался открыто, но из речей его я понял, что он убил Хельги, я стал наблюдать за ним, и пару дней назад, когда он охотился в лесу, увидел у него нож, какой был у моего сына. Сегодня я пришел просить о мести. Я понимаю, что не имею прямых доказательств и что мои слова можно счесть ложью, но я уповаю на твою мудрость, конунг. – Старый воин замолчал. Серьезное лицо его было задумчиво.
- Назови имя.
По залу пробежал совещательный шепот.
- Торгейр сын Торгейра, - спокойно промолвил Кнут.
Альрик молчал, он внимательно рассматривал просителя, время от времени заглядывая ему в глаза.
- Я даю тебе право на месть. Способ выберешь сам.
В зале вновь загалдело и зашевелилось.
- Благодарю тебя, конунг, – поклонился Кнут и проследовал к выходу.
Собравшиеся зашумели, провожая глазами Гардиссона.
- Тихо! – твердо сказал Альрик.
Норвежцы умолкли.
- Конунг, один из моих рабов был убит рабом Э…
- Реши этот вопрос по закону, - перебил властитель.
- Но Эйнар отказывается платить.
- Пусть он заплатит, или его повесят рядом с его рабом! – в глазах Альрика мелькнула злоба.
Не успевший открыть рта Эйнар закивал ратовавшему против него бонду, что они смогут договориться.
- Конунг, этот человек клялся мне в дружеской верности, а сам выдал меня врагу. Я чудом спасся…
- Казнить! – с раздражением отрезал Альрик.

Снег медленно падал. Сумерки чуть тронули бездонное норвежское небо. Велор ожидал конца собрания у дверей конунгова дома. Скальд прислонился к стене, сложив на груди руки. Он думал о смысле сущего, и глаза его были печальны. В тинге он не участвовал: не любил разбирательств и тяжб. К тому же многие жители Хёрдаланда не доверяли ему, их смущало его рабское прошлое.
Неожиданно из дома вышел конунг Альрик. Его гневная поступь выдавала внутренний яд. Но лицо его было каменным. 
- Альрик, - окликнул Велор, но тут же испугался собственной смелости и поспешил исправить ошибку:
- Конунг.
Альрик прошел мимо.
- Конунг!
В ответ Велор услышал лишь свист ветра. Он медленно вдохнул ледяной воздух и чуть слышно проговорил:
-  Холод Хель во взгляде
   Хара стали темный,
   Стержнь обручий крепко
   Держит хёрдов домы.
   Князь прошел неспешно,
   Скальда не заметил.
   Как теперь поведать
   О виденьях вещих?



Кеннинги: Хар стали - мужчина, воин, здесь - конунг Альрик, Хар - Один; стержнь обручий - рука

хёрды - жители Хёрдаланда (Хордаланна), Запад Норвегии


Иллюстрация из интернета


Рецензии