Эссе Об общественном мнении и хулиганах футболиста

Об общественном мнении и хулиганах футболистах.

Эссе

Уже неделю никак не утихает СМИшный скандал с футболистами Мамаевым и Кокориным. Скажу сразу, как бывшему футболисту-любителю и сегодня иногда телеболельщику, мне ни Мамаев, ни Кокорин, как личности были никогда не симпатичны, но сейчас разговор об ином, об ужасе рабской «политическо-марксистской» по духу (не по мировоззрению) общественной СМИшной нетерпимости общественных «сетевиков-пользователей». Человеконенавистническая суть «марксистской» пропаганды ненависти-зависти по «равноправно-демократическому» типу, как ненависти к любому человеку имеющему иное не рядовое (тут спортивный талант) качество,  и тем более к людям бешеной общественной популярности, толкает общественную толпу из одной крайности в другую.

Мы с Вами знаем такие примеры с библейской древности. Иисуса, будущего Христа, при его входе в Иерусалим, толпа бешено славила, целовала следы его ног и осыпала пальмовыми ветками (сегодня Мы с Вами отмечаем эту библейскую дату, как  «вербное воскресение») и это была та же толпа, что и несколькими днями позже, пропагандистски обработанная Сендрионом, во главе с Каифой и Ханнаном (Анной), бесновалась в раже ненависти перед Понтием Пилатом – «распни его, распни!». Неужели, Мы с Вами уже опустились до глубин того, что примитивная пропаганда любого типа, а здесь явный дух человеконенавистнического «марксизма», с его звероподобной «классовой борьбой», может так легко затмевать рассудок всего нашего общества. А в случае с Кокориным и Мамаевым и их хулиганскими поступками, это наглядно видно!

Здесь просматривается пропагандистский заказ этой провокации, с возможно, какими то неясными Нам с Вами целями властного кланового противоборства околофутбольной мафии, этих финансовых махинаторов из «питерцев» и «москалей». За всем этим стоит анонимный личный или клановый организатор, направивший для исполнения провокации телесодержанку с «личным водителем» ( а у этого ничтожества, по сетевым отзывам, еще и «пресс-секретарь»), который наверняка детально был деятельно проинструктирован для организации данной провокации (там, также наверняка, в запасе были и иные варианты начала  и развития провокации).

 (а она, эта теледива типичная содержанка, то ли могущественных родителей или родственников, то ли какого то могущественного «личного покровителя», это уже не играет роли; эта пустая теледива не представляет из себя, и не может представлять, ничего существенного, кроме влиятельности крышевания покровителя)

Никто не заострил видимое на сьемке, что первый то удар нанес «личный водитель» (словесная перепалка, именно ее завязка, ее начало, здесь основа, основ, а об этом ни гугу, ни в СМИ, ни на судебном заседании). После драки, по ее конкретным итогам, телесодержанка была «личным водителем» сразу подробно оповещена о случившемся, это в любом случае его обязанность. Маршрут движения, гулявшей на все «сто», разгоряченной эпизодом компании проследить не составляло труда. И вот десятый час утра престижное кафе-элитный ресторан. Присутствие компании понятно, а присутствие чиновника Пака, вальяжно распивающего «кофе», не вяжется ни в какие рамки.

Я работал в ауре подобного чиновничества. Где в 8 часов утра (при официальном начале рабочего дня в 9 часов) все чиновники такого ранга всегда на своих рабочих местах. Ведь впереди напряженный рабочий день и перед ним надо разузнать общую обстановку конторы и возможных движений верхов, справиться с ее вопросами у коллег и разных служб и многое иное, и затем распланировать конкретно свой рабочий день. И с тех же 8 часов утра в приемной у чиновника подобного ранга обязательно уже сидит куча народа; и такой чиновник вырваться из своего кабинета может только на совещание, запланированное заранее мероприятие, или срочный вызов начальства. А распивать кофе или решать какие то посторонние вопросы, вне своего рабочего места, он может не ранее 11-12 часов дня, это в лучшем случае. 

Так что присутствие Пака в кафе необъяснимо, кроме, как это чисто заказной характер. Ладно, посмотрим с обыденной стороны, Пак заскочил туда по какому то ему известному вопросу и заодно сел выпить чашечку кофе. Я неоднократно бывал в подобных заведениях и отлично знаю тамошние порядки, там любого клиента, а тем более клиента важного, или, тем более проблемного клиента (наша шумная, возбужденная компания), отслеживает достаточно многочисленная обслуга. Там никто никогда не будет делать никаких замечаний соседним столикам, а попросят это сделать распорядительной обслуге (да об этом все клиенты прямо сразу предупреждаются в вежливой форме) и если это не будет выполнено то заведение просто теряет этого клиента.

В случае обострения ситуации клиенты, типа крупного чиновника Пака, для которого к тому же это рабочее время, сразу покидают проблемную зону, чтобы не попасть в скандальную публичную ситуацию. Ну, а делать замечания пьяному скандальному столику самостоятельно, а не уведомить об этом обслугу, то есть заведомо возбуждать разгоряченную агрессивную компанию, это вообще противоестественный нонсенс, на месте крупного московского чиновника Пака. Но он пошел на заведомое обострение ситуации, и сделать мог это, только преднамеренно. Об этом же говорит и характер его заявления, где сразу озвучена неубиваемая карта расистских высказываний Кокорина. Хотя здесь предельно ясно ну, что может при скандале, наболтать разгоряченный событиями пьяный человек? Подобное, если это не угроза убийства, конкретной мести или нанесения телесных повреждений, всерьез принимать никак нельзя. Тут посылают куда угодно, ну, здесь Кокорин послал его в Китай, ну и что здесь такого ужасного, о чем в бешеном вое заходятся все СМИ.

 (за подобное вполне достаточно заставить Кокорина, Мамаева и компанию заставить публично покаяться и извиниться, что естественно для нормальной непредвзятой ситуации, ну и конечно наказать административно штрафом и общественными работами, пусть бы помели улицы какое то время публично, во время свободное от тренировок)

И уж совсем недопустимо, тем более, оценивать подобное хулиганство правово негативно (наши СМИ и следственные органы, прозвучало из уст судьи). Это может делать только исключительно предвзятая властная инстанция, выполняя заказ своих фактических хозяев, в каких то мутных, непонятных для общества целях.

Вот в эти дни, глава Чеченской Республики Кадыров, в своем стиле, их футбольный партнер Смолов, сам не без греха, тренер Игнатьев и их коллега футболист Самедов (который, как игрок мне не очень нравится) высказались в духе: - «ребята не надо нагнетать истерию, есть органы правопорядка пусть они и разбираются и не надо безумствовать с мерой наказания». А я бы добавил, что так как наши органы правопорядка и суда с подмоченной репутацией, то надо общественно потребовать освещать ход следствия. Ну какие там в банальном хулиганстве могут быть «тайны следствия». И общественно проследить, чтобы это деяние было осуждено в пределах понимания общественной меры наказания этой публики.

Я разсказывал ранее в работе, о своей примечательной беседе со старообрядческим священником, моим близким по духу человеком, сегодняшним епископом старообрядчества. Он говорил о непомерной тяжести несения моральной общественно-церковной ноши духовного окормления прихожан. Так, к примеру, к нему обратилась простая прихожанка, которая совершила бытовой грех, который сама же вскоре и осознала, сама раскаялась и пришла на исповедь к своему батюшке. Ты понимаешь, говорил он, мне надо наложить на нее обязательное наказание, но так, чтобы оно нравственной мерой соответствовало содеянному, в этом соблюдении психологии чувства меры содеянному, которое должно передаваться самому верующему и жизненно воспитывать грешника-нарушителя, и заключается смысл Исповедания Русской Типологической Веры и самой Жизни Личности и Общества.

Дикие высказывания толпы «сетевиков» о пожизненном отлучении Кокорина и Мамаева от футбола и обязательном тюремном наказании, это общественный нравственный безпримерный стыд и срам. Как можно опускаться до жажды мщения за обычное хулиганство, пусть и совершенное общественно-публичными лицами нашего общества?

Так, в подобном раже мщения Мы с Вами бездумно становимся на позиции сегодняшних юридических либеральных негодяев. Повторяем их мерзости с обратным знаком. Те преступного ворюгу, действовавшего обязательно в составе преступной группы, которая остается за рамками внимания следствия и суда, осуждаем  условно. Да еще судом профессионально отлучаем от профессиональной деятельности, все принципы которой он заведомо преступно, нагло и попрал. Судебно юридически отлучаем его смехотворно на 2 года от профессиональной деятельности, в рамках которой этот негодяй и обворовал Наше с Вами общество на миллиарды рублей, подрывая этим государственные основы России. Как недавний наглядный пример, мерзавцы Сердюков с Васильевой, и вся их преступная шайка «левого» либерально маркитантского воровского «Оборонсервиса», обворовывавшие армию и лишавшие ее военной силы, они отделались легким общественным испугом.

Вот такими невеселыми мыслями мне хотелось бы поделиться с Вами.


Рецензии