8. Размышления

   Приехала рано утром. Не было другой возможности - неделя сумасшедшая выдалась. Не выспалась совершенно; кажется, даже в автобусе дремала. 

   Вот парадокс - прошло время, когда ей всерьёз хотелось подсыпать таблетки в его чашку. Теперь она привезла весьма похожие   с противоположной целью. Когда он впервые пожаловался на сердце, описание симптомов ей сильно не понравилось. Обследоваться он отказывается, как и большинство упёртых мужиков. А она всё же терапевт. Стоматологи, даже опытные, в кардиологии разбираются, мягко говоря, не очень...
- Привет
- Привет...
  Прошла в затемненный холл, не сразу сообразив, что в помещении есть еще кто-то. 
- Сколько у тебя времени? - крикнул он.
Она что-то ответила... Сняла куртку, упала на диван, и лишь тогда поняла, почему он спросил, -  в кабинете была пациентка. Да что же их так много, и утром и вечером... Уткнулась в телефон, убавила громкость "жё тэмов". 

   Из кабинета бодро вышла приятная тетенька; поздоровалась; с трудом нашла свое пальто в потемках, и стала искать выключатель:
- Да где же он?
Лиля молча указала; женщина включила яркий свет.
- А что вы в темноте сидите?
Пожала плечом.
- Максим Леонидович, я вашей даме свет включила...
("Вашей даме"? -  шутит так, или Лиля каким-то (вербальным или нет) способом невольно дала понять?)
- Да она спит, небось...
("Хорошо, что они говорят, а мне не надо отвечать")
- Спит?! Я бы здесь спать не могла! Спасибо, до свидания!

   Лишь когда приятная пациентка окончательно ушла, Лиля соизволила встать и пройти в кабинет.
- Ну, рассказывай...
Рассказала. Вспомнила про таблетки; выложила:
- Прочти инструкцию сам - не маленький. Попробуй: пойдёт или нет...
Думала, откажется. Нет, взял, пробежал глазами.
- Как у тебя?
- Все так же.
- Каждый день? И аритмия каждый день?
- Да.
- Раньше не было?
- Нет, вот только тогда началось... Душно здесь.

Лиле совсем не было душно. Нехорошо. Впервые возникшая - нестабильная...
- Аспаркам-то хоть пей! Хватит выделываться: "Не нравится, не идёт"! Не идёт - покупай панангин; но это - обязательно! Ясно?! - почти кричала.
- Хорошо; сейчас запишу, и сегодня куплю...
Ох, не нравилась ей такая покорность. 
  Смеялись, говорили... вернее, она говорила лишь тогда, когда было можно. С промежутками.
Периодически он напевал "Стройную фигурку цвета шоколада", многозначительно поглядывая на нее; "там, где любовь - там всегда проливается кровь". Явно новый репертуар. 
"Просто услышал, и привязалось", - решила она. Слишком хорошо уже его знала.
- А ты не можешь петь со слухом? - с усмешкой.
- Эх! Эту песню надо с чувством петь! А она: "со слухом..."
Хотела пройтись насчет чувств;  но во рту вновь оказался тампон и инструмент. Какой хороший способ вовремя заткнуть женщине рот...

   Внезапно он прижал руку к груди и поморщился. Лиля автоматом схватила за руку, трогая пульс.
- Да не дергай ты меня! Всё нормально; дай долечить-то!
- Да? Ты же меня (с ударением на "меня") до инфаркта доведешь! Зубов у человека тридцать два, а сердце одно!

Встал, открыл окно...
- Невралгия это. Душно мне просто...  инфаркт?  Твой "инфаркт"  живет с тобой... А я для тебя - недоразумение...
Поди пойми, с каким чувством это было сказано: не то послать подальше хотел; не то с сожалением. Лиля, как обычно, для собственной подстраховки, решила - первое. Перешла в атаку.  (Собственно, - то, что она сделала, - кинулась считать пульс, -  не было каким-то там признанием. Реакция врача.)
Правда, ей опять пришлось выждать, когда она сможет открыть рот.
- А я думала, что тебе лучше, раз поёшь...  Ну, конечно, я переживаю за тебя: вдруг ты помрёшь раньше, чем меня долечишь!
- Да, вот такие теперь все стали... циничные.
("Издевается. Что же тебе надо, родимый?" Как бы то ни было - но сравнение со "всеми" ее не вдохновило.)
Вздохнула:
- Да, конечно! Именно поэтому стараюсь подобрать терапию, и ору, чтобы шёл обследоваться.
("И пусть понимает как хочет.")

   Ругались и смеялись еще полчаса, когда очередной клиент нервно покашливал в коридоре, давая понять, что пора и честь знать. Раньше она всегда вела себя здесь тише воды, - не из-за страха сплетен, а просто чтобы не вызывать неприятных эмоций у других людей (она знала, как это противно, если ты ждёшь и нервничаешь,  а кто-то болтает и смеётся). А теперь ей стало все равно. Хохотать, говорить: "Ты"; обсуждать явно личные темы; то обниматься, то чуть ни драться в кабинете - открыто и вызывающе, - стало теперь отчаянной бравадой...
Знает ли он, что затем последуют слёзы?  Неизвестно. 
 
  Друзья разделились на три лагеря. Те, кто ничего не знает; те, кто считает себя вправе диктовать, что она должна чувствовать, а что нет; и третий, самый ценный, немногочисленный. Такие люди - как бриллианты.  Выслушают вдумчиво, без оценок и советов; утешат чем-то коротким и небанальным; поделятся своим. Это так важно - когда друзья находятся в одинаковой степени откровенности.  Такая дружба как любовь. Но как мало таких людей...


Рецензии
Ох, милая, милая Юлюшка...
Что тут скажешь? Попала твоя Героиня, как кур... поплыла... и вообще...
Всё близко и знакомо, и знАково невозможно... даже местами больно читать.
А ещё, да - жалость.
То самое чувство, что поперёд нас родилось (а вовсе не лень, как многие полагают). Так вот, знаю по себе, очень хорошо знаю: нельзя вестись ни в коем случае на жалость!
Просто НЕЛЬЗЯ!
Иначе оно разрастается, прямо как борщевик - пышным цветом и вытравить его... хоть косой коси, хоть кислотой поливай...

С нежностью, сердечным теплом и глубинным пониманием,

Нестихия   29.05.2019 13:03     Заявить о нарушении
Спасибо, Наташенька! Догадываюсь, что знакомо это почему-то. . Нельзя вестись на жалость? Вестись да, а жалеть в момент то можно.. да мы, скорее, все равно зависим от их поведения -если хоть помирать будет, но при этом не показывал перед тем чувств к тебе- будет реакция -ну и помирай.

Алиса Тишинова   30.05.2019 21:26   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.