Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая

«Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая. Чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно». (Мф.гл.6: 2-4)


«Великие дела творит любовь, великие дела творит и гордость», – говорит блаженный Августин. Насыщает алчущего любовь, насыщает и гордость. Одевает нагого любовь, одевает и гордость. Постится любовь, постится и гордость. Любовь все это делает для прославления Бога, а гордость все – для самовосхваления. Вот почему ни одно доброе дело не может быть угодно Богу, если оно не совершается в духе христианоподражательного смирения. Вот почему Господь, после того как научил: что нужно для угождения Богу, далее поучает: как должно делать добро.

 И прежде всего Он в корне истребляет ту язву, которая неприметным образом заражает самое благочестие. Эта язва есть дух тщеславия, который незаметно похищает у добродетельного его душевное сокровище – самую цену всякой добродетели. Преподобный Иоанн Лествичник говорит: «Тщеславлюсь, когда пощусь, но когда разрешаю пост, чтобы скрыть от людей свое воздержание, опять тщеславлюсь, считая себя мудрым. Побеждаюсь тщеславием, когда одеваюсь в хорошие одежды; но и в худые одевшись, также тщеславлюсь. Стану говорить – побеждаюсь тщеславием; замолчу – и опять им же победился. Как ни брось сей троерожник – все один рог станет вверх. Тщеславный человек есть идолопоклонник: он думает, что почитает Бога, но в самом деле угождает не Богу, а людям».

 Из всех добродетелей тщеславие особенно обкрадывает пост, молитву и милостыню. «Постом, – говорит святитель Златоуст, – возгордился фарисей, когда говорил: «пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю». И в самой молитве искал он суетной славы, когда молился, чтобы только показать себя. Когда уже не было никого другого, то старался выказать себя перед мытарем». Так пагубно тщеславие для самой добродетели. Вот почему Спаситель, когда начинает речь о нем, то как будто «хочет говорить о каком-нибудь звере, весьма хитром и страшном, который может внезапно схватить не совсем осторожного». СМОТРИТЕ, – говорит Он, – берегитесь, будьте внимательны и осторожны, НЕ ТВОРИТЕ (не подавайте) МИЛОСТЫНИ ВАШЕЙ ПРЕД ЛЮДЬМИ.

 «Зверь оный, тщеславие, подходит тайно, и все доброе, что есть в нас, тихо развевает и нечувствительно уносит». Сказав, «не творите пред людьми», Господь присовокупил: С ТЕМ, ЧТОБЫ ОНИ ВИДЕЛИ ВАС, не делайте добра напоказ людям. И перед людьми можно делать добро, но не для того, чтобы люди смотрели на твое добро; если же делаешь добро из-за людской похвалы, то хотя бы ты делал его и в клети своей – все равно: ты делаешь его не для Бога, а для своего тщеславия, а Бог смотрит на сердце твое и карает или награждает – не самое дело, а твое намерение.

Не всегда, не везде и не всем можно тайно творить милостыню. И вот, чтобы ты не сказал: «что пользы мне, если увидит другой», то Христос Сам как бы говорит тебе: Я не этого требую, но мысли твоей, твоего намерения, с которым ты делаешь свое добро. Делай его пред Богом, для Бога; забудь о том – видят тебя люди или не видят: ИНАЧЕ, если не будет у вас в душе такого расположения, НЕ БУДЕТ ВАМ НАГРАДЫ ОТ ОТЦА ВАШЕГО НЕБЕСНОГО. Вы ищете людской похвалы: люди и платят вам этой суетной похвалой – и довольно с вас: не ждите себе больше награды от Бога. А чтобы еще сильнее внушить отвращение к суетной славе человеческой, Спаситель указывает на лицемеров, как раньше, когда Он говорил о любви к врагам, Он указывал на мытарей и язычников: ИТАК, КОГДА ТВОРИШЬ МИЛОСТЫНЮ, НЕ ТРУБИ ПЕРЕД СОБОЮ, не разглашай, не заботься о том, чтобы на тебя все смотрели, чтобы все говорили (трубили) о твоем милосердии; не выбирай для раздачи милостыни таких мест, где видна была бы твоя милостыня; не употребляй таких средств, чтобы у всех на виду было твое благодеяние, не поступай так, КАК ДЕЛАЮТ ЛИЦЕМЕРЫ (особенно фарисеи) В СИНАГОГАХ (в молитвенных домах) И НА УЛИЦАХ, на виду у всех; везде можешь подать милостыню, даже и на людной улице, но не с той целью, с какой поступают так лицемеры – ЧТОБЫ ПРОСЛАВЛЯЛИ ИХ ЛЮДИ.


Незавидна доля таких лицемеров – милостивцев: ИСТИННО ГОВОРЮ ВАМ: ОНИ УЖЕ ПОЛУЧАЮТ НАГРАДУ СВОЮ, получают здесь же, теперь же награду, какую ищут: их хвалят и прославляют люди; другой награды, которая от Бога, им не будет, они ее не заслуживают. Бог награждает только чистое, истинное добро, а у них его нет. Ты сделал добро – хорошо; оно есть. Но если ты похвалился этим добром, то оно уже исчезает; оказалось, что его не было у тебя и в сердце: там тщеславие, а все, что от тщеславия, уже не есть чистое добро; его даже и люди не ставят в добро, потому что, похвалив тебя в глаза, за глаза они же осуждают твое тщеславие и лицемерие.

 «Хорошо Господь назвал таких лицемерами, – замечает святитель Иоанн Златоуст, – их милостыня имела только личину милостыни, а сердце их было полно жестокости и безчеловечия. Крайняя жестокость – искать для себя чести и похвал, и не избавлять от несчастья другого, когда он погибает с голоду». Как же должно подавать милостыню? У ТЕБЯ ЖЕ, учит Христос, КОГДА ТВОРИШЬ МИЛОСТЫНЮ, ПУСТЬ ЛЕВАЯ РУКА ТВОЯ НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ДЕЛАЕТ ПРАВАЯ. Не только укройся от людей, даже и близких тебе, как правая или левая рука твоя, но, если возможно, скрой свое доброе дело и от себя самого. Знай, что в тебе живет ветхий, греховный человек, который действует в твоих греховных помыслах и пожеланиях; укрой же от ветхого человека то, что творит в тебе твой новый человек – твоя совесть, просвещенная светом Евангелия и подкрепляемая Духом Божиим.


А потому, сделай доброе дело, и тотчас же постарайся, если можно, забыть об этом добром деле, ЧТОБЫ МИЛОСТЫНЯ ТВОЯ БЫЛА ВТАЙНЕ от всех. Помышляй, что ты исполнил только повеленное тебе Богом, как раб непотребный: чем же можно тебе тщеславиться? Да еще все ли так исполнил ты, как Бог велел? Милостыня – дело не твое, а Божие, Богом тебе только порученное; ты исполнил дело Божие, пусть Богу и слава воздается: «не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу» (Пс.;113:9). Впрочем, и ты не будешь лишен славы: Бог все видит, везде присутствует; на Его Страшном Суде не укроется, как бы ты не старался скрыть ни малое, ни великое дело твое; поэтому знай, что И ОТЕЦ ТВОЙ Небесный, ВИДЯЩИЙ ТАЙНОЕ, от Которого ничто нигде не может укрыться, ВОЗДАСТ ТЕБЕ ЯВНО, открыто.

 Это воздаяние бывает иногда и в этой жизни, когда рука дающего не только не оскудевает, но видимо наполняется; но особенно оно будет явно на Страшном Суде Христовом, когда за все дела и даже намерения твои будет объявлено тебе воздаяние. «Чего желаешь ты? – объясняет святитель Златоуст. – Не того ли, чтобы иметь зрителей дел твоих? Вот ты имеешь не Ангелов, не Архангелов, но Бога всяческих. Если же желаешь и людей иметь зрителями, то Он исполнит и это твое желание: если ты ныне захочешь показываться, то можешь показаться только десяти, двадцати или ста человекам; а если стараешься скрываться ныне, то тогда Сам Бог возвестит о тебе перед всей вселенной.

 Видящие ныне обвинят тебя в тщеславии, а тогда будут все удивляться тебе. Даже если бы Бог и не наказал за тщеславие, то и тогда ищущему славы неприлично было бы менять Бога на людей, заставляя их смотреть на свои добрые дела. Сам Царь Небесный желает видеть твой подвиг: зачем же ты от Него отвращаешься и желаешь, чтобы видели только люди?» Сам Отец Небесный на тебя взирает; будь же достойным такого Отца. Так и творили угодники Божии дела милосердия к ближним. Их жития полны рассказов, самых трогательных, о тайной милостыне. Вспомним, как святитель Христов Николай Чудотворец, в глубокую полночь бросал золото в окно бедной хижины старика отца, чтобы помочь ему выдать замуж его трех дочерей. Вспомним, как наш святитель Тихон Задонский тайно, через своего келейника, подавал милостыню беднякам. А святой Андрей, Христа ради юродивый, делал так:
Если кто из милостивых нищелюбцев подавал ему милостыню, принимал ее, но отдавал другим нищим. Впрочем, он раздавал так, чтобы никто не знал, что он подает милостыню; сердясь на нищих и как бы желая их побить, он как юродивый бросал им в лицо деньгами, которые держал в руках, а нищие их подбирали.

 Есть, по милости Божией, есть и в наши грешные времена такие милостивцы, единому Богу ведомые. Они знают, что истинная нищета стыдится просить подаяния: бедному больно сознавать, что ему приходится жить на чужой счет, кормиться чужими кусками; зачем же стеснять несчастного, зачем давать ему чувствовать эту боль? Нет, лучше подай ему милостыню так, чтобы и ему было не стыдно принять, и тебе нечем было тщеславиться. Зато какое сладостное чувство испытает душа твоя, когда ты сделаешь добро тайное!

Твое сердце скажет тебе, что на него снизошло благословение Божие, как роса небесная, что это благословение низведено свыше молитвой того бедняка, которого ты осчастливил своим благодеянием. И доброе дело твое, сокрытое от людей, будет для души твоей манной небесной, для сердца твоего елеем радования, и ты познаешь тогда, сколько счастья и блаженства может доставить человеку одно дело любви христианской. Да не увесть же шуйца твоя, что творит десница твоя!





https://azbyka.ru/otechnik


Рецензии