Соседи. Часть 10

      http://www.proza.ru/2018/11/16/126

      Ника  с Анюткой оказались близкими по духу девчонками: обе  - одногодки, жили в одном подъезде, хорошо учились, много читали, вязали крючком и спицами сначала куклам, потом – себе, позже мечтали о высшем образовании. Они, как добротные, отобранные заботливым хозяином семена для посева, попали в подготовленную почву, где быстро выросли их взаимные симпатии.
      Однако семьи, где росли девочки, отличались подобно лужице после дождя и воробью, купающемуся в ней. Общим было только слово «семья». Родители Ани постоянно проверяли домашние задания по всем предметам. Не позволяли дочери разлениться и оставить уроки невыполненными или оставленными на ночь.
      "Как бы я хотела такого же контроля, - мечтала Ника. – А то уговариваю себя, что сначала почитаю, потом свяжу что-нибудь, а уж после всех приятных дел сяду и за уроки".
      Но непременно появлялись какие-то дела, потом уходила на тренировку, возвращалась ночью, и какой-нибудь предмет оставался недостаточно хорошо выученным. Ника ругала себя, переживала и думала: «Вот помогли бы родители строгостью, как Ане, я бы всё успевала выучивать. Будь у меня такие замечательные условия, я бы добилась обалденных результатов в школе». Хотя и без надзора родителей Ника училась лучше всех.
      Единственным отличием между ними было полное отсутствие у Ани способностей к спорту. Может, поэтому у неё и времени хватало на все уроки.
      Аня и её младшая сестра Люда жили в тихой обстановке спокойствия и заботы родителей. Папа не пил и, уж тем более, не дрался. Девочки не были предоставлены сами себе, и это удивляло Нику. Она с удовольствием поменяла бы свою семью на дружную, а, главное, тихую Анину.
      Обычно и детям, не знавшим страданий и даже несчастий в родительской семье, в будущем везёт при построении своей семьи.

                История  Ани
               
Ключ от запертой двери
И ещё моё сердце
Цвета алой зари.
Бери.    (Вера Полозкова)
 
Поезд  Бишкек - Москва находится в пути, согласно расписанию, чуть больше трёх суток. Этим летом Анна поехала в Москву к двоюродной сестре, которая в тридцать пять лет родила первого ребёнка.  Они расстались четверть века  назад, когда им было не более десяти лет. «Потом она приедет навестить меня и нашего с мужем  первого малыша», -  мысль проскочила быстро, а послевкусие оставила горькое: никак муж Анны не хотел детей.

 Вздохнув, словно задвинула на дальнюю полку то нерадостное, поднялась по ступенькам вагона. С чемоданами помог симпатичный военный. Муж не пришёл провожать, ссылаясь на занятость, хотя она точно знала, что у него была такая возможность.
 - Сестре ты хочешь помочь, - дулся, - а как я останусь один, тебя не волнует.
 - Ну что с тобой случится за две недели? Ты же взрослый мужчина.
 - Раз решила без моего согласия, то сама на автобусе и поезжай до вокзала. Машина мне нужна по работе.
Разошлись в разные стороны, будто  чужие! А почему бы им не обняться перед дорогой, как делают любящие муж и жена? Женщина снова глубоко вздохнула: обида на мужа ещё сидела в сердце.  Знала, что только время растреплет по ветру неприятное чувство.

Вагоны оказались заполненными до отказа, что и понятно: пора отпусков и  самой активной коммерции.
Подойдя к купе проводника, Анна увидела, что трое пассажиров загадочным полушёпотом о чём-то договариваются с ним, киргизом лет сорока пяти. После недолгих переговоров обе стороны, видимо, остались довольными.
«Давненько, однако, я не ездила на поездах, - подумала молодая женщина,  получая от проводника упакованный комплект постельного белья, - а тут всё меняется, как, впрочем, и везде. У меня два чемодана с подарками. Это довольно объёмная ноша», - беспокоилась она.

Анна специально купила билет в плацкартный вагон, чтобы узнать больше информации, новостей, подержать, так сказать, руку прямо на пульсе активной жизни.
Подойдя к своему месту, не смогла сдержать возглас удивления: те трое человек оказались, во-первых, её соседями, а во-вторых, загрузили полностью все возможные пустоты.
 - Что, драгоценная соседка, много везём? – улыбнулся мужчина, заметив вопрос в глазах попутчицы. – Такая наша доля.
 Мужчина лет сорока и две женщины чуть помоложе оказались «челноками», людьми, которые, купив товар в одном месте, везли  его через всю страну в другое, где намного дороже продавали. Так вынуждены были зарабатывать миллионы людей в России и бывших советских республиках не один десяток лет. Крупнейший среднеазиатский оптово-розничный рынок в столице Киргизии Бишкеке с названием "Дордой" -  настоящий город, в котором можно ходить не один день и совсем немудрено заблудиться, - снабжал дешёвыми товарами. Поэтому именно там закупались «челноки».
Попутчики познакомились. Мужчина шутливо представился: «Сергей и моя команда: Татьяна и Лариса»,  а тем временем, поднимаясь на цыпочки, доставал свёрнутые матрацы и улыбался. Весёлый и общительный нрав трудно спрятать.  Да и зачем? Женщины активно распаковывали постельное бельё.
 «Приятные подруги, - мельком рассматривала их Анна, разбирая свои простыни, - и спортивными фигурами, и личиками. Похоже,  мне повезло, что совсем немаловажно в дальней дороге».
 - У меня трое детей, - дело сделано, и Сергей расслабленно сел на нижнюю полку. - В нашей семье поездками и торговлей занимаюсь я, потому что оставил, хоть и с сожалением, место инженера на заводе. А что делать: зарплата крошечная, да и её не платят по два-три месяца. А у Татьяны муж врач, работу бросать не захотел,  надеется на лучшее будущее, а посему – жена закинула до времени свой диплом психолога и окунулась в торговлю.

- К тому же, знание психологии людей здорово мне помогает в этом бизнесе, - поддержала Татьяна, одновременно доставая из сумки продовольствие. – А вот Лариса у нас начинающая, она долго не могла решиться на расставание с любимой работой преподавателя английского языка, а потому ещё не знает многих тонкостей.
 
 - Моя мама -  главный бухгалтер,  вполне обеспечена и довольна, - поделилась Лариса, понимая, что им долго ехать вместе и потому нужно узнать друг друга получше. Да и Анна не собиралась замыкаться в себе. -  Нас у неё шестеро, детей. Но двое – это предмет её тревог. Она говорит: «За четверых я спокойна, они хорошо устроились в жизни, а вот двое – плохо, тот, который врач и та, которая педагог». Что же это за страна, в которой самые, казалось бы, нужные и важные профессии не востребованы, вернее, за которые государство ничего не платит? Люди столько учились, горели  желанием приносить пользу, а их вынудили торговать, – Лариса в недоумении развела руками, а на лице отразились непонимание, обида и боль. Щёки раскраснелись от волнения.
 - И мы договорились, что Сергей будет выдавать её за жену, - раскрыла секрет Татьяна.   
- А в чём же это может помочь? – не поняла Анна.
- Скоро увидишь.
Действительно, ближе к ужину подошёл проводник и, загадочно улыбаясь, кивнул на Ларису:
- Пойдём, красавица, в моё купе. Я вам уступил, позволил столько товара везти, теперь ваша очередь.
- Байке, это же моя жена. Не годится, – разыграл возмущение Сергей.
- Ну, тогда ты, - указал проводник на Татьяну.
- Да не вопрос, байке, - согласилась женщина, - сейчас приду.
Анна  - в шоке. Не может того быть!
- Да ты не падай в обморок раньше времени, Анечка, – подмигнула Татьяна, - сейчас я его живо поставлю на место.
И ушла.
Не прошло и двух - трёх минут, как Татьяна, весёлая и довольная, вернулась.
 - Учитесь, пока я жива. Говорю ему: байке, вы мужчина видный,  с такой работой вам тяжело. Я ничего не имею против. Только, знаете, полдня, как пришли наши ежемесячные женские неприятности. Ну, вы понимаете. Думала отлежаться спокойно в пути, -  и честно посмотрела ему в глаза. - Я не обманываю. Хотите, покажу?  Как он от меня стал отмахиваться! – засмеялась Татьяна. – Я же знаю, что азиаты не переносят такого. Вот она, психология, где пригождается.

 - Милая Анечка, ты за эти дни столько всего узнаешь, что сама будешь диву даваться, - заверил Сергей.
   
 Соседи пришлись Анне по душе. Они оказались почти ровесниками, и ей у них, действительно, было чему поучиться в плане житейской науки. В реальной науке Анна преуспела сама: окончила химический факультет университета,  руководила лабораторией, занимающейся исследованиями  по созданию искусственной кожи высокого качества, из которой большой цех шил потом сумки. Её сумочка из первого образца, разработанного ею, прослужила верой и правдой уже восемь лет и выглядела, как новая. Анна любила свою работу, чувствовала себя нужным и ценным сотрудником. И зарплату получала достойную.

На боковых местах разместились двое военных средних лет:  Юрий и Владимир. Они возвращались домой из командировки. Юрий как раз и помог занести чемоданы Анны при посадке.
Раз, подняв голову, она увидела с высоты верхней полки его серьёзный обжигающий взгляд. «Что это? – отметила в недоумении. – Может, я внешне похожа на дорогую для него женщину? Или мои зелёные с коричневыми крапинками глаза и кудрявые русые волосы напоминают ему что-то знакомое?»

Такой длинный путь – это в некотором роде подарок небес для тех, кто оказался под одной крышей: и отдых, и общение, и обогащение новыми знаниями.
 - Приглашаем за компанию, - военные достали бутылку марочного коньяка и набор миниатюрных бокалов.
Все поддержали. Анна знала, что ей не нужно никаких разогревов, что она без какого-либо влияния извне всегда готова на смех,  разговор, песню, танец.
- Да разольётся влага живительная по периферии телесной! – всех привёл в  восторг  красивый тост Сергея.
И радостный смех прокатился по вагону.
 
Услышав оживление, к ним уверенно подошла молодая женщина.
- У вас весело. Позвольте коротать время с вами. Мне одной неуютно.
- Да всем рады, проходи, красавица, - пригласил Сергей.
Он сказал «красавица» как обычное приветствие, однако женщина и впрямь была чрезвычайно красива: при полном отсутствии косметики сразу бросалась в глаза природная гармоничность черт лица и пропорций тела, никакая одежда не могла скрыть, что перед ними прелестное создание. Она обвела большими чёрными глазами всю компанию, аккуратные полные губы сложились в улыбку.
- Спасибо. Я Маргарита. Ездила к родителям в деревню, теперь возвращаюсь в Москву, - сообщила о себе то немногое, что обычно говорят при знакомстве, присела рядом с Анной, заправляя за уши свободные густые тёмно-каштановые волосы до лопаток, отблёскивающие золотистыми бликами при каждом повороте головы.
 Женщины, конечно, сразу отметили бархатную кожу лица, длинные ресницы, молодые ухоженные руки с маникюром и мысленно сравнили со своими - натруженными, привыкшими таскать тяжести, терпеть холод, ветер, жару. А мужчины, если бы кто заглянул к ним в мысли, наверняка выдохнули одно: «Персик! Как есть сладкий персик!».

Благородный напиток, отпиваемый  маленькими глотками, привнёс сначала тепло, а затем и огонь. Как по заказу, раздались сладкие и тревожные звуки прекрасной мелодии. Недалеко от них ехал молодой музыкант со своим баяном и время от времени радовал пассажиров игрой. Когда душа открыта навстречу прекрасному, а в голове – приятный кавардак мыслей вперемежку с чувствами, то самой  подходящей темой выступает её величество любовь и божественное создание, воспеваемое поэтами всех времён, - женщина.

- Знаете, когда я увидел свою будущую жену, - не удержался Сергей, – сразу влюбился!  Как-то раз просидел всю ночь на ступеньках перед её дверью, а тем временем, складывая газету и отрывая по миллиметру,  смастерил шесть букв её имени: НАТАША. Они теперь хранятся у нас, как семейная реликвия. Детям показываем.

Юрий с интересом слушал, но было видно, что пока не готов к общению.
 - Ах, женщины, сколько за вас идёт борьбы, мучений, страданий, - вырвалось у Владимира. – А никуда без вас. Столько вы нас учите, сил на нас тратите, душевные перлы щедро дарите.
- Да и наоборот не реже случается. Ой, послушайте, что расскажу. И смех ведь, и грех.
Встретила перед отъездом знакомую по работе. Всегда она шокировала умением одеваться стильно, с оригинальными выдумками собственного «разлива». И в этот раз на шее был повязан лёгкий шарф изумительной расцветки: палево-зелёно-коричневые цветы и брызги. Такой шарф притягивал внимание. Но, оказалось,  она хотела прикрыться им, как бронёй.
- А зачем скрывать красивую шею тридцатипятилетней женщине?
- И не спрашивай, Танечка, - несчастным голосом начала знакомая. – Если бы кто рассказал, ещё бы подумала, верить или нет. А тут я сама – главная героиня. Открываю на звонок дверь и, ничего не успев сообразить, чувствую, как  крепкие руки схватили меня за горло и не на шутку сжимают мою тонкую шею. Перед глазами мелькали чёрные раскосые глаза, полосатая ткань платья; реально задыхаясь, слышала  только злое шипение на исковерканном русском языке: «Я тебе видишь, как забрать чужой муж». Если бы не сын, выбежавший и буквально отбивший меня от злой фурии, – не смейся! – не знаю, чем бы приключение окончилось.
Как выяснилось, таджичка из переселенцев, купивших дома в частном секторе, перепутала меня с другой русской женщиной, которой её муж, видимо, оказывал знаки внимания. И толком не разобравшись, эта домашняя клушка принеслась в мою квартиру и устроила самосуд.
Вот как бьются за мужей необразованные женщины: тем, что имеют в наличии, – руками.
- Образованная-то и умная в сто раз хуже, поверь мне, - поддержала Лариса. - Эту историю я ещё не рассказывала. Слушайте.
Чтобы обсудить выпускной вечер, мы, родители,  собрались в кабинете классной руководительницы. Наш сын учился там последние два года, поэтому я никого не знала, посещала лишь два-три раза родительские собрания. Однако ловила на себе завистливые взгляды многих. Ну, люблю я одеваться очень хорошо. Чтобы удовлетворить этому желанию, научилась шить;  купить всё, что хочется, сами понимаете, не по нашему карману. А кто вам, дорогие завидующие, не даёт шить дома? Это такой труд, что, если бы знали, и зависть улетучилась бы. Но я не могу всем подряд говорить: «Это я сама сшила, мне вышло совсем недорого, не думайте, что я - богачка». Да?
Ну вот, на выпускной вечер я, конечно, пришла  в полном блеске. Многие на моём фоне просто терялись. Теперь, постфактум, я понимаю, что кто-то из учителей, лопнув от зависти, наговорил на меня.
Когда выпускники вышли из-за столов и направились танцевать, ко мне подошла девица - лет восемнадцать, худющая -   и, чётко выстраивая злобные слова во фразы, заявила что-то протестное, типа:
«Я знаю, что вы всем разносите сплетни о моей сестре. Как вы можете? Она самая большая  умница, если хотите знать!»
Я онемела. Представьте, я не знала ни сестру, ни ту, которая на меня напала. Да и учителей только по рассказам сына представляла. Придя в себя, это и поведала незнакомке.  Чувствовала себя облитой помоями. Но не тут-то было! Девчонка на  мои аргументы выдавала контраргументы, абсолютно уверенная в своей правоте, потому что кто-то из учителей её науськал, а учителям, скорее всего, она верила, наивная. Я за один вечер такого наслушалась от тех учителей, поливавших грязью то одну из коллектива, то другую, что арканом волоки меня в школу – не пойду. Посоветовав девчонке прочитать «Маскарад» Лермонтова или «Отелло» Шекспира, ушла подальше.
 Свяжись с такой маленькой гадючкой, сама вымажешься так, что не отмоешься. Это не конец истории.  За долгое время выпускного торжества она с маниакальной настойчивостью наговорила почти всем родителям то же, что и мне. Некоторые  из них подходили ко мне и  спрашивали, в чём дело. Говорят, к золоту высокой пробы ржавчина не пристаёт, а на деле – совсем не так.  Вот что прикажете делать?
- Да, такая горы сметёт на своём пути. Интересно, как сложилась её жизнь? Кому-то же в жёны достанется – счастье или несчастье?
- Ой, мне всё равно. Пусть сметает свои горы, только где-нибудь подальше.
 
- А мужчины... Наши мужчины горазды только получить свою долю удовольствия во всём, - уверенно заявила Татьяна. - Достать хотя бы один цветок и подарить любимой – на это у них не хватает воспитания, такта или хотя бы интуитивного рыцарства, должного присутствовать у мужчин от рождения. Или мне в жизни попадались все подряд  такие? - на долю процента засомневалась женщина. - Но я знавала множество других семей, - тут же спохватилась, -  и у них  та же картина. Только в кино мы видим мужчин с цветами. А в жизни... эх, совсем не то.  Мужчины, поговорим?
У Сергея, Юрия и Владимира глаза округлились до размеров чайного блюдца.

Пока они собирались с мыслями, Маргарита подхватила разговор.
-  Многие, особенно на первых порах, а некоторые - в течение всей жизни, даже не догадываются, что их партнёрша тоже может получить своё удовольствие. И потому мужчины думают только о своём удовлетворении. И когда, получив его, слышат недовольный голос подруги с претензией, что не подождал её, дико удивлены, причём искренно удивлены такому заявлению.
- Ну, что – было такое? – женщины не ожидали разговора на интимную тему, но, раз уж он принял такое направление, поддержали Маргариту и посмотрели пытливо.

- А ведь вы правы, - выдавил из себя Сергей, - сначала думаешь только об одном: удовлетворить своё дикое желание. По правде говоря, у меня было именно так, как сказала Рита. Какие там цветы или вообще мысли, когда желание захлёстывало.
- Одного прикосновения оказывалось достаточно, чтобы жар опалил всё тело, - признался Владимир, - все мысли только об одном, чего уж отрицать.
- Отвечу вам словами Эдуарда Асадова: «Страсть была? Допустим, что и так. Но ведь должен чем-то отличаться человек от кошек и дворняг» - возразила Лариса.
- Я не оправдываюсь, всё так – согласился  Владимир, - но ведь девушка не с первого раза может испытать прекрасное чувство, а тем временем парень привыкает думать только о себе. А потом, разумеется, удивлён. И ему приходится переоценивать ценности.
- А бывает, что и не надо ничего переоценивать, - добавил тихим голосом Юрий. -  Это когда женщина оказалась «холодной», когда она не может достичь вершины блаженства. Она не виновата: такой ей достался  темперамент.

- Отвечаю тебе, Владимир, - отозвалась  Лариса, - Я испытывала это удовольствие с детства. И верила, что, когда придёт интимная связь с мужчиной, будет  не просто восторг, а  что-то феерическое, невообразимое, волшебное. Об этом мечтает каждая девушка, представляет, видит во снах.
Однако  оказалось не так. Сначала была только боль, потом просто ничего и только, спустя месяца два, а то и три, как-то раз почувствовала, что наконец-то момент наслаждения вот-вот произойдёт, но муж, привыкший, как ты говоришь,  думать только о себе, завершил своё сладкое дело, и я осталась ни с чем.
И тогда у меня вырвались слова упрёка. А он был абсолютно удивлён, он совершенно не ожидал, что такое вообще возможно. Выпучил глаза и поднял вопросительно плечи. Он получал всё от любимого тела, и это его полностью устраивало.
А что же говорить про тех девушек, которые  не знали этого чувства до замужества? С мужем, зацикленном на себе, такая девушка рискует никогда не реализоваться в этой сфере. Муж мог бы помочь, а он сам ничего не знает.
- Всё-таки что-то приятное испытывает женщина, не получившая финального  удовлетворения? – заинтересовался Сергей.
- А вот представь, что ты голоден и тебе предлагают приготовить борщ и утолить голод, -  попыталась ответить на этот вопрос Татьяна. - Ты начинаешь варить мясной бульон, потом чистишь и добавляешь картошку, затем режешь и варишь там капусту, а тем временем делаешь зажарку: лук, морковь, томат, фасоль. И, наконец, соединяешь всё вместе и наблюдаешь последние минуты кипения вместе с лавровым листом. И ты уже из последних сил терпишь голод, приготовил тарелку, ложку… и тут тебя насильно выводят из кухни и говорят, что всё, твоя миссия закончилась, спасибо за борщ, – она обвела всех торжествующим взглядом. – Много удовольствия ты получил?
- Вот так пример! – мужчины не смогли сдержать аплодисменты. – Не в бровь, а в глаз. Ну, молодец.
- Или так,  - продолжила Татьяна. – Если в мороз выйти на улицу в одежде, но босиком, то одежда почти не будет иметь смысла.
- Думаю, что может подойти и такой пример,- добавила Анна. Она не хотела молчать, когда пошёл такой откровенный разговор. У неё приятный голос, правильная дикция. Щёки порозовели. Кроме того, она продолжала ловить на себе непонятные  нежные  взгляды Юрия. - Вот  начинаешь крутой спуск на велосипеде и знаешь, что примерно в его середине есть закуток, откуда чисто теоретически может выехать не более одной машины за день.  Уже предчувствуешь удовольствие и несёшься, не крутя педали, и вдруг в этом теоретическом случае выезжает абсолютно практическая машина. Приходится резко тормозить. И весь ожидаемый эффект и радость полёта словно ножом перерезаны. Остались только разочарование и огромная неудовлетворённость.

- Браво! Доказали! – мужчины почувствовали, что их уложили на обе лопатки.  Им от этого  не совсем  комфортно.
- Научившись понимать это, они, наши дорогие мужчины, продолжают не знать ещё очень многого, - Маргарита  «подлила масла в огонь». Она быстро освоилась среди незнакомых людей и чувствовала себя свободно и раскованно. -  Так, мужчина, в какой-то раз не доведший жену до последней стадии «полёта», абсолютно уверен, что она, бедная, страдает теперь, неудовлетворённая. Что женщина может получить блаженство без него и без кого бы то ни было и гораздо быстрее, буквально за несколько секунд, они не представляют.
- Гм, - Юрий явно удивился.
- Вот так сюрприз! – воскликнул Владимир. – Чувствую, что тут я узнаю то, что не смог понять за многие годы. А сам тем временем не мог оторваться от чёрных глаз. И даже про себя подумал: «Как чёрные космические дыры – всё  захватывают в себя. Не ровен час, и я окажусь втянутым. А было бы неплохо проводить время с такой красивой и сексуальной женщиной. Это же праздник души».

- Я как-то рассказала  шестидесятилетнему мужчине, что испытывала  наслаждения с пяти лет. Так он, вырастивший двух дочерей, имеющий  внуков, открыл от удивления рот. В его голове  приятные чувства пятилетней девочки были неразрывно связаны с интимной связью с мужчиной. По глазам и по паузе было видно, что картины, одна ужаснее другой, мысленно мелькали у него перед взором. Он и не представлял, - в голосе  Маргариты нотки возмущения, - что дети могут испытывать чудесные моменты буквально с двух лет. Ему не хватило всей жизни, чтобы дойти до этого.

И тут Татьяна, Анна и Лариса увидели те же открытые от удивления рты, но… у Сергея, Владимира и Юрия. Все засмеялись.
    
- А уж в волшебные минуты женщины во время сна, - возвратилась к разговору Маргарита, -  когда нет никакого воздействия со стороны другого лица, ни от неё самой, мужчины вообще отказываются верить. Это, с их точки зрения, извращение, что-то из области фантастики. И их невозможно переубедить, что это нормально, что это - подарок Создателя, который в придачу к регулярной сексуальной жизни в реальности наградил ещё и этими блаженными моментами.

- А вот с таким, Ритуля, совсем не каждая женщина знакома, – уверила её Лариса, – да чего там, я как раз из их числа, - не скрыла она, – расскажи нам.
- Сладкое наслаждение во время сна не связано с видениями сексуального характера, но оно - полноценное, совершенно, как наяву, такое же чудесное и невероятное. Бывает, что за ночь это чудо случается дважды, - Маргарита не считала, что нужно комплексовать при таких темах: это правда жизни. Сколько мы всего боимся: сказать, поступить, ответить, подойти, предложить…

Мужчины поняли, что почти ничего не смыслят в женской душе, равно, как и в теле, довольствуясь автоматическим сексом и считая себя умственными и сексуальными гигантами.
   
Тут Юрий вскинул на Анну глаза, полные обожания и чуть ли не слёз. Похоже, он хочет объяснить ей что-то интимное, запрятанное глубоко-глубоко.
- Сегодняшняя поездка  - особая, - признался Сергей, - спасибо вам, девушки.
К ним уже присоединились две соседки из купе справа. Тема затрагивает всех.
- А с чего вы хотите начать любовь? – спросила Наташа. Это молодая мама, которая едет с двумя сыновьями семи и пяти лет. Она высокая и худенькая, как тростинка. Мальчики спали, и можно было немного отвлечься от хлопот. И, не дождавшись ответа, уверенно сказала:
-  Я отвечу: с тела. 
- Ну, может, и так, - согласился Юрий. – Только ведь девушка всегда может руководить ситуацией.
- Как красиво сказал один мужчина: «Но ведь чувства тем и хороши, что горят красиво, гордо, смело. Пусть любовь начнётся. Но не с тела, а с души, вы слышите: с души», - продекламировала Анна. – Правда, он был поэт, а поэты не в счёт.
- На опыте своих пятидесяти пяти лет, - подытожила Ирина Петровна, ухоженная брюнетка в красивой тунике,  - могу сказать твёрдо: девяносто девять процентов парней, воспитанных и нет, хороших и плохих, образованных и не очень, хотят начать с тела. По другому просто не умеют. Такая, видимо, у них организация: физиологическая, умственная, поведенческая. И только в одном случае из ста парень ставит на первое место любимую девушку, думая и заботясь о ней.
Хотя все собравшиеся не хотели расходиться, появление проводника остудило пыл.
- Чай, горячий чай. Свежие тандырные лепёшки.

На второй день Наташа рассказала свою историю:
«Мы с мужем решили переехать из Бишкека в Подмосковье. Теперь ведь просто бум переездов. Муж уже три месяца там, нашёл жильё и работу. И вот теперь едем мы. Дом поручили продать его родителям. Мальчишки просто не могут дождаться встречи с папой. В каждом мужчине со спины видят его, своего папу Вову. Да и я соскучилась, слов нет».

Соседи ещё не решили, чем заняться. Анна томилась вынужденным бездельем. Всё её существо просило работы, движения. Она любила наводить порядок в своём доме да и везде, где оказывалась: в комнате на курорте, на даче у знакомых.
- Знаете, как-то нас с мужем родственники пригласили на свадьбу дочери. Родители жениха и невесты забронировали до двенадцати ночи большой зал на двести персон у какой-то организации, наняли бригаду поваров, музыкантов, тамаду. Повара накрывали столы, меняли блюда, посуду, напитки. Ансамбль со сцены пел живыми голосами, тамада хорошо выполнила свою работу, но в десять ночи контракт с ними закончился и все они исчезли.
Гости ещё продолжали пьяное застолье, сгруппировавшись в конце одного стола, танцевали уже под магнитофон, а я увидела, что  матери новобрачных словно проснулись от приятного сна: одна побледнела, другая позеленела. Беспокойно оглядывали забитые блюдами столы, горы ящиков с напитками и спиртным, без конца посматривали на часы. Оказалось, что вопрос уборки столов и всего зала они почему-то выпустили из вида. Больше того, в помещении не оказалось ни одного ведра или какой-либо тары, чтобы собирать остатки еды.
Тут уж я не усидела. Быстро сбегала к машине, переоделась, вернулась и, засучив рукава, принялась сгребать содержимое тарелок в картонные ящики. Набралось, однако, не меньше десяти огромных ящиков. Муж взял на себя организационную часть: искал швабру, ведро для мятья пола, а отцы молодожёнов, успокоенные, что за всё заплачено, позволили себе, сами понимаете, повеселиться от души, поэтому толку от них практически не было. Бегом я переносила горы посуды в мойку, мыла, протирала. Сдвигали с мужем столы, я орудовала шваброй. В общем, наработалась под завязку. А теперь – самое главное: все гости, покидая зал, смотрели на меня и с издёвкой крутили пальцем у виска, а некоторые не удержались, подошли и высказали своё мнение: «Ты что, совсем чокнутая? Мы заплатили деньги, остальное нас не касается. Мы приехали веселиться, а не впахивать подобно лошадям».
- Анна, как жаль, что меня не было там, рядом с тобой! – не выдержал Юрий. – Я бы все сделал за тебя.
- А я бы ни за что не стала посудомойкой и поломойкой. Вот ещё! – заявила Маргарита.  – Они не продумали элементарных вещей, а я за них расхлёбывай.
Маргарита наслаждалась днями  в дороге, нежилась, лёжа с журналом, берегла маникюр, долго и с важным видом расчёсывала волосы, укладывала их, разглядывала себя в зеркальце.  Было видно, что она бы ещё месяц так пролежала, а то и год.
«Избалованная кошечка, - думал Владимир, - но чертовски хороша».
«Лентяйка, бесполезное создание, ни на что не годная бабёнка», - определил для себя Юрий.
Юрий играл с сыновьями Наташи. У него неистощимая фантазия на игры. Он что-то мастерил для них и разыгрывал спектакль. Мальчики захлёбывались от смеха. Потом надул бумажный пакет и хлопнул двумя руками. «Бум». – и все трое вздрогнули от неожиданности.
И тут поезд издал звук, похожий на этот хлопок. Юрий изобразил крайнее удивление и, озорно выпучив глаза, с деланно-серьёзным видом наклонился к братьям: «Вот что мы с вами наделали». Поезд, замедляя ход, постепенно остановился. А вокруг не было ни малейших признаков цивилизации.
Пока пассажиры высказывали предположения и догадки, прошло не меньше часа.
- Байке, будь добр, открой одну дверь. Ноги размять да воздухом свежим подышать, - предложили пассажиры.
Анна, спрыгнув из вагона, поставила козырьком ладошку и всмотрелась в окрестности. Но до самого горизонта простиралась заросшая ковылём степь, прожариваемая  беспощадно жаркими лучами солнца.  К ней подошёл Юрий.

- Мне надо объясниться, чтобы ты не подумала, что военный, мол, похож на маньяка: смотрит и молчит. – Юрий подбирал слова, явно волнуясь. – С первого взгляда ты показалась мне родной. Что-то в тебе есть такое, что меня глубоко задевает. А после твоих рассказов я окончательно понял, что ты – моя женщина. Пожалуйста, выслушай, - попросил он, видя её нетерпение.  – Моя бывшая жена была хорошей хозяйкой. Но про страсти в постели я знаю только из фильмов. Ей это было не нужно. Детей у нас не случилось. Я чувствую, что с тобой может быть всё по-другому. Я полон любви и готов свернуть весь мир. Аня, это судьба даёт нам шанс.
- Я замужем, Юрий, – она удивилась, ожидая чего угодно, только не этого. – Правда, муж пока не хочет детей, убеждает,  что дети испортят мою красивую фигуру. Но всё ещё впереди.
- Аня, ты не отвечай сразу, - он с нежностью смотрел на женщину. – У нас с тобой будет столько детей, сколько ты захочешь. Знаешь, я даже прошлой ночью написал стихотворение. Мужчина порылся в кармане и развернул листок:  "Когда она в вагоне скрылась, достал я пачку папирос... Во мне таИнство поселилось душистым запахом волос... Вдыхаю дым, забыть пытаюсь её улыбку, свет очей, а сам тихонько улыбаюсь и только думаю о ней. Глаза закрою на мгновенье - пьянящий шёпот, полумрак, её руки прикосновенье... И... Не избавиться никак".

О, мужчина, который полюбил! Он готов на жертву, на подвиг. Он хочет подарить ей всё, включая себя. А Создатель посылает ему замужнюю женщину. Значит, только через преграды, через преодоления, через муки можно оценить полной мерой то, что получишь в награду. Ну, пускай так. Он, Юрий, готов. Он не хочет скрывать, что его накрыло огромное чувство, что он мечтает о крепкой семье, о  детях. В таком состоянии отпадают всякие сомнения, и уже ничьё мнение не может быть преградой, ни препятствием.
Кого могут оставить равнодушными такие признания? А правдивые горящие любовью глаза сильного духом зрелого мужчины? Как трудно не потерять голову, видя в них своё отражение!

Вернувшись в купе, Анна уткнулась в книгу, делая вид, что читает, а сама размышляла над словами  Юрия. Вытолкнутая подсознанием, выплыла картина из недавнего прошлого. Вынужденная по настоянию мужа на второй аборт, она из окна палаты остановила взгляд на параллельном корпусе, где лежали женщины на сохранении беременности. Все женщины из палаты могли видеть через низкие окна, как те выходят на улицу к посетителям.
Одна жена вышла на лестницу и почему-то не стала спускаться к мужу, стоящему на первой ступеньке. И они начали разговор в таком положении: он снизу, подняв к ней голову, а она - сверху, опустив к нему взгляд и загадочно улыбаясь.
Через минуту он не выдержал и, поднявшись на несколько ступеней, поднял  к ней руки и тихонечко, нежно потянул  к себе и, наконец, обнял. А на лице было столько любви и заботы, что это мог видеть каждый даже просто по его движениям. Он соскучился, он рад видеть жену, особенно в таком положении. И так приятно всем со стороны смотреть на них. Не слыша разговора, безошибочно понимались их добрые взаимоотношения.
Своего мужа Анна не могла представить в подобной ситуации: на людях он, слишком серьёзный, не показывал  чувства к жене.
А любит ли он меня? На словах – да, а на деле? Как можно любить женщину и не хотеть детей? Как же я раньше не догадалась, что он - эгоист! Он думает о себе. Не хочет лишних хлопот, связанных с детьми. И не только хлопот, а, возможно, и расходов? И на вокзал я тащилась сама с чемоданами - разве любящий муж допустил бы?
Анна, выстроив эту логическую цепочку, испытала потрясение. Словно до того на глазах была повязка с маленькими прорехами, чтобы видеть самое примитивное, что нужно для жизни в большом городе, и не видеть главного, скрытого в душах, а теперь  повязка спала, глаза широко открылись, и всё предстало в истинном свете. Мужа увидела хитрым и жадным, умеющим манипулировать ею, себя – безвольной, слепо верящей его красивым словам и убеждениям пожить для себя. А годы-то не ждут. И яростный протест заявил о себе, расшатывая бывшие установки и жизненные привычки: "Так дальше нельзя, я женщина, я хочу быть матерью, воспитывать детей, передавать им свои знания и силы, радоваться их достижениям". Раз усомнившись в правильности своей жизни, уже не могла остановиться и продолжать её в прежнем ритме. Решение зрело в ней, вырастая из маленького сомнения до судьбоносной перемены.

Прошло ещё пять часов. Поезд по-прежнему стоял.
Юрий увидел, что женщина с ребёнком месяцев трёх совсем выбилась из сил:  мальчик не спал, не ел и всё время кричал. Мужчина подошёл, завёл разговор и между делом осмотрел на предмет возможной патологии. Не обнаружив ничего серьёзного, предложил:
- Давайте я с ним погуляю, а вы отдохните. Всё равно стоим. Эта жара кого угодно измотает.
 Он уложил мальчика вниз лицом на свои руки и начал слегка покачивать и даже пританцовывать. Ребёнок затих.
- Ой, ну надо же – замолчал! – воскликнула измученная мать.  – Вы просто волшебник. Спасибо вам.
Проходя туда и обратно по вагону, Юрий приостановился у своего купе.
- Как тебе идёт роль папочки,  - отметили женщины. – Да и для каждого  мужчины это есть почётная роль.
Юрий задержал взгляд на Анне, глядя исподлобья горящими от любви глазами. Она тоже смотрела на него ласково. После раздумий, перевернувших её представления, почти на всё смотрела по-другому. Сильный мужчина с ребёнком на руках – мало что может быть лучше. И представился ей Юрий с их сыном или дочкой, а рядом – она, радостная и счастливая.
«Юрий, и правда, может сделать меня счастливой. А я – его. У нас будет дружная семья. А эгоист муж пусть продолжает жить для себя», - решимость изменить неправильное течение жизни придавала силы.
Минут через пятнадцать Юрий почувствовал, что мальчик обмяк. Заснул. Он осторожно уложил его рядом с матерью.
 
Мужчины вышли  посидеть на пригорке рядом с поездом, а женщины остались  на своих местах. 
- Ритуля, кто ждёт тебя в Москве? Муж, дети? – поинтересовалась Татьяна.
- Да ну что ты! Какой муж! У меня совсем другие жизненные ценности. Я хочу жить свободно, наслаждаться, а не уродоваться с детьми. Родители пристали, как репейники, что хотят внуков. Вот я и родила им внучку. И мне для здоровья хорошо, и им веселее. Съездила на недельку, повидалась и хватит. Ну, сами подумайте, нужна ли семья женщине с моей внешностью? Передо мной весь мир на коленях. И у моих ног любой, кого я захочу. Надо пользоваться подарком природы.
Женщины замолчали, ошарашенные. Словно в рот воды набрали. С такой откровенной беспринципностью сталкивались впервые.
«Самое сложное, что она сама оправдывает себя. Она уверена в своей правоте, - думает Татьяна. – Так будет до тех пор, пока чьё-то слово, или фильм, или событие не пробудят в ней осознание собственной порочности».

- А мне хорошо с мужем, - не выдержала Наталья. – Мы, наверно, были с ним когда-то одним целым. Если мне трудно, он первый, кто поможет. И он может на меня надеяться во всём. Мне никто другой не нужен. И он счастлив со мной и сыновьями. Вот три месяца мы в разлуке, а кажется, сто лет.
- Я бы не смогла жить без детей, - уверена Лариса. - В меня заложено огромное материнское начало. Хоть сейчас вынуждена оставлять детей на мужа и родителей, но еду, а душа там, с детьми. Разве нормально, что матери ради денег должны месяцами не видеть своих малышей? Скажи, Татьяна.
Та лишь горестно опустила голову и, хоть бодрилась, не давая опускать руки ни себе, ни другим, но смахнула слезинки: "Не береди рану!"

Вдруг из последнего купе раздались крики о помощи: «Есть ли в вагоне врач?». Юрий через открытые окна первым услышал, сразу бросился туда и увидел молодого человека без сознания. Выяснил у соседей детали и уверенно приступил к реанимации. Когда парень пришёл в себя, Юрий пояснил:
- Такая  ситуация для меня не редкость, за время службы я много чего повидал. Спасать людей – это моя профессия. Я и во сне стараюсь не расслабляться, быть готовым в любую минуту помочь. Зачем иначе государство учило меня?
Седой мужчина, переживший всё произошедшее с дрожью в руках, поделился  мнением:
- Я думаю, что как минимум восемьдесят процентов людей равнодушны к бедам других и даже рады, и больше того – не скрывают этой подлой радости. И только оставшиеся двадцать процентов - искренние, добрые, преданные. Но двадцать процентов - это только каждый пятый. С ним, пятым, можно и не столкнуться за всю жизнь.
 
И тут к великой радости все пассажиры увидели, что пейзаж за окном сдвинулся с места. Поехали. Маргарита сладко потянулась и закрыла глаза. Анна, глядя на мелькающие огни, размышляла:

«Мужчине совсем не нужно быть красивым. Внешняя мужская красота – это скорее минус, чем плюс. Не зря народная мудрость гласит: "С лица воду не пить".
Берёшь в руки крупный спелый гранат. Разламываешь его, и вырывается возглас восторга. Зёрна крупные, ярко-красные. Думаешь, как повезло. Но вдруг обнаруживается большой сектор, покрытый плесенью. Вот незадача. Как он там очутился? Когда произошло это перерождение? А плод казался таким гармоничным и качественным. Внешне никак нельзя было видеть эту червоточину. Только на деле. Точно так и с людьми.
Парень, мужчина может быть резким, может выпивать, может нагрубить, но в трудный момент он не станет думать о себе, он придёт и поможет. Он поступает так не специально для кого-то и не в каком-то исключительном случае. Это его нормальное поведение.  С таким можно в разведку. Он никогда не предаст и не продаст.
Земля держится только на них, а все остальные всего лишь присосались к её силе, мудрости, вечности и тянут одеяло на себя, драгоценного, сколько могут.
Вот Юрий надёжный, преданный, без червоточины. Прав был Сергей, сказав, что эта поездка будет для меня откровением. Как в воду глядел».

Во всех купе тоже думали и вспоминали. У каждого свой жизненный путь и опыт. Перед прибытием в Москву пассажиры воодушевились, переоделись, приготовились. Военные предстали в полном блеске формы и показались ещё красивее. В Юрии все увидели за эти дни не только внешнюю привлекательность, но и душевные качества, то, что бесценно в этом мире.

Прощались, как близкие друзья.
Военные помогли Наташе вынести на перрон её вещи и не потерять мальчиков, а сами вернулись за своим багажом. Юрий и Анна смотрели в окно. Вдруг из здания вокзала выбежал, видимо, муж Наташи Владимир. Как кинулся обнимать и целовать Наташу, потом сгрёб в охапку сыновей, целовал и тискал. Затем снова Наташу. Потом всех вместе. Он повернулся к окну, и Анна с Юрием увидели, что  слёзы радости лились у него потоком, глаза обезумели от счастья, губы прыгали в волнении, руки тряслись от пережитого восторга.

Анна даже прослезилась: «Вот такими и должны быть мужчины. Как повезло Наташе».
Юрий наклонился к самым глазам Анны, её слёзы тронули его, толкнувшись в сердце нежностью.
- Анечка, я люблю тебя. У меня в Москве квартира. С работой у тебя не будет никаких проблем. Выходи за меня замуж. - И уже шёпотом: люблю, люблю. 
Он увидел, как губы Анны раскрылись для ответа, она что-то говорила, но  пронзительный гудок соседнего поезда заглушил слова. Однако ему хватило доверчивых глаз, вспыхнувших румянцем щёк, трогательной улыбки, чтобы понять всё.

Выйдя из поезда, все разошлись: Владимир с Маргаритой направились в сторону вокзала. Он сказал красавице: «Ты мне понравилась. Приезжай ко мне жить. Жена была да не выдержала постоянных командировок и нашла другого, более приземлённого». И Маргарита не возразила. Очередной – у её ног. Жизнь продолжается.
 Юрий помогал Анне донести вещи до стоянки такси. Он решил проводить её до дома сестры. То единство душ, упавшее в их руки, как подарок с небес, - это навсегда.
Наташа в окружении сыновей ожидала мужа, переносившего вещи в машину, и махала Анне букетом цветов, с которым он приехал встречать любимую.

Через год двоюродная сестра, и правда, ехала на крестины первой дочери Юрия и Анны. Правда, села она не в поезд, а всего лишь в метро.
    
                *****         
     Вероника, защищая в Москве кандидатскую диссертацию, встретилась со школьной подругой и познакомилась с Юрием. До этого они с Аней только переписывались, что совсем не мало. Расстояние обычно разлучает людей, и бывшие друзья теряют друг друга, испытывая только горькое сожаление, что жизнь закручивает и захлёстывает. Настоящая дружба не гаснет от дождей и расстояний, а, напротив, цементируется.
      В то время у Вероники два сына-близнеца были уже студентами первого курса университета, а Юрий и Анна воспитывали дочку трёх лет и годовалого сыночка. По счастливым глазам, тёплому обращению чуткая Вероника поняла, как этим людям здорово вместе, и порадовалась за них.
      Юрий ушёл укладывать детей спать, а Анна и Вероника не могли наговориться. Когда рассказали, казалось, всё на свете, Вероника увидела сплющенную детьми шляпу.
      - Ой, Анечка, вспомнила одну историю, глядя на эту шляпку. Язык уже не ворочается, но ты всё равно послушай.

      Счастье. Приятное состояние. И даже волшебное, сказочное.
      Я три дня шила брючный костюм. Брючки из белого атласа блестящей стороной наверх, а жакет длинный, до щиколоток, приталенный, с отложным английским воротником, из этой же ткани, но на лице изделия - матовая сторона ткани. Когда я надела готовый комплект и увидела, что сидит идеально, ни прибавить ни убавить, я почувствовала, что это и есть миг счастья. И не надо «изобретать велосипед».

      Сыновьям девяти лет сшила чёрные брюки и тёмно-вишнёвые пиджаки, под которые надела белоснежные шёлковые рубашки с раскроенными  широкими рукавами, специально для бальных танцев, которыми они занимались.
      Ты же знаешь, я очень любила и люблю одеваться красиво и детей одевала, как кукол. Причём, и вязала им одежду сама.

      В тот весенний день мы с сыновьями собрались посетить вещевой базар, занимающий огромную площадь прямо под открытым небом. Мама – стройная, в новом костюме, в золотых украшениях, с приятным макияжем, с выражением спокойной радости на лице и сыночки – красавцы: кареглазые, с пухлыми губками и умными глазами. И снова - состояние счастья.

      Мы ходили по рядам, рассматривая товар. Вот подошли к прилавку с сумками. Продавщица взахлёб разговаривала с подругой, которая тоже ходила по базару и случайно встретила знакомую, продающую сумки.

      Я стала выбирать что-то по своему вкусу. Ведь надо рассмотреть сумку со всех сторон, обратить внимание на качество кожи, строчки, на замок и, наконец, на внутреннюю отделку, дно и число карманов.
      Открыла одну из сумок и, начав осматривать, увидела, что там лежит кошелёк, записная книжка, ключи, ещё что-то. Я в недоумении подняла глаза, не веря тому, что увидела, и, желая задать вопрос продавщице, приоткрыла рот.

      В этот момент та знакомая, стоявшая ко мне спиной метрах в двух, развернулась и увидела, что я... разглядываю содержимое её сумки. Как оказалось, встретив приятельницу, она поставила свою сумку на прилавок рядом с другими сумками для продажи и кинулась болтать.

      А я, ни сном ни духом не ведавшая об этом, "напала" именно на её сумку. Ситуация сложилась трагикомическая. Хозяйку сумки можно понять: она своими глазами увидела, как в её сумке роется какая-то дама. Цель такого действия обычно не подлежит сомнению.

      Меня тоже можно понять. Что делать в такой момент?
      В психологии есть тест на типы характера. На скамейке сидит мужчина, а шляпу положил рядом с собой. И вот на шляпу невзначай садится другой мужчина и сплющивает её в блин. Могут быть четыре типа реакции хозяина шляпы: он засмеётся, или заплачет, или затопает ногами, или покорно уйдёт.

      В моём случае женщина выхватила у меня сумку и сказала возмущённо - презрительно продавщице, даже не обратив внимания на наш приятный внешний вид и, главное, на несомненные для чуткого человека добро и  интеллект, исходящие от нас:
      - Смотри, ходят тут и залезают в чужие сумки.

      И счастье мгновенно улетело. Такое оно ранимое и нежное. Оно не может выносить обидных слов и нетактичных прикосновений, особенно, когда они не заслужены.
      Реакция всегда зависит от степени воспитанности. А можно было посмеяться, выслушав взаимные объяснения, и расстаться с хорошим настроением. И счастье поселилось бы в двух душах. И даже стало бы передаваться по цепочке. Но цепочку грубо разорвали.

      - Вероника, так ты рассказываешь душевно, что приятно слушать, - похвалил Юрий, стоящий в дверном проёме и слышавший историю.
      - Да, моя ты рукодельница, помню, как мы вязали, но ты меня перещеголяла. Вообще во всём. Я тобой горжусь, - прочувствованно заверила подругу Анна. -  Вероничка, я тебе в ответ подарю свою историю. Юрий, помнишь, сколько ты меня утешал, - обратилась Анна к присевшему на стул мужу. 
   
      Всегда-то мне не хватало времени. Да и рук я бы желала иметь побольше, хотя бы четыре.
      Я забежала в магазин купить себе халат. Залетела в отдел, видя только ряды с разноцветной продукцией швейной фабрики. Глазами уже на расстоянии выбирала самый красивый и самый нарядный. Подсознательно отметила, что какая-то женщина крупной комплекции толкнула меня в правый бок, а через два шага другая чуть не налетела на меня слева. Бывает. Я не скандалистка, кричать и ругаться никогда не буду.

      Довольно быстро выбрала, что хотела, заскочила в примерочную кабину и, довольная выбором, направилась к кассе.
      А там стояли две женщины, и одна навзрыд плакала. Правильнее сказать, кричала, рыдая: порезали сумку с только что полученной зарплатой и ключами от дома. Я подумала:
      - Вот растяпы.

      А ещё мысленно представила себя на месте той потерпевшей и однозначно ответила себе, что ни за что не стала бы так громко выражать отрицательные чувства. Это мне с детства внушила мама. Может, всплакнула бы, но одна, чтобы никто не видел.
      Тем временем раскрыла свою сумку, чтобы платить, но... кошелька нет. Я подняла подкладку - пусто. По сердцу пролетел неприятный холодок. Только разглядев сумку внимательно, обнаружила на задней стенке большой горизонтальный разрез. И сразу стало всё ясно.
      Чтобы поддержать этих женщин и себя, сказала, следуя своему воспитанию:
      - Ну, что теперь поделаешь? Уже ничего не воротишь.
      И пошла к выходу.

      Встала на остановке в ожидании своего автобуса. На душе скребли кошки. Жалко остаться и без халата, и без кошелька. Но ситуация необратимая. Надо просто принять, как факт. Обидно, нелепо, но жизнь-то продолжается.
      И тут увидела, что эти две пострадавшие в магазине женщины подошли ко мне. Они  спросили:
      - Автобус ждёте?
      Я спокойно ответила:
      - Да.
      Тогда они быстро встали лицом ко мне с двух сторон, схватили меня под руки и поволокли вглубь от остановки. Меня, как током, пронзило:
      - Да они думают, что это я резала сумки и хотят вернуть теперь свой кошелёк. Моя реакция без воплей показалась им странной.

      Я изо всех сил вырвалась и сунула им под нос свою пустую изрезанную сумку. Они не ожидали, развели в стороны руки и выпучили глаза.
      Тут подошёл мой автобус, я запрыгнула и не помнила, как доехала до дома: тряслись руки и ноги от возмущения, от дикой обиды, унижения неслыханного.
      Дома рассказала всё Юрию, и он долго не мог остановить поток моих слёз.
      На какую-то долю секунды даже показалось, что жизнь уже не продолжается.

      - Девчонки мои дорогие, душевные вы и умные, но, если сей же час не пойдёте спать, я возьму ремень. Пробовали в детстве? – посмеявшись, Юрий грозно надул щёки и сдвинул брови.
      Уже давненько Вероника заметила, что после того, как наболтаешься с подругой, огромное удовлетворение заполняет тело, словно наполнили пустой бак водой для полива цветов. Месяц, а то и два, это чувство сохраняется, после чего снова опустевший бак нужно наполнить.

      Вероника и Анна не прервали приятельских отношений, но рядом почти никогда во взрослой жизни не жили. Так уж сложилось. То время, когда были соседями, превратилось в прочный фундамент, на который в дальнейшем настраивались этажи взаимопонимания и крепких душевных отношений.

*Стихи подарил Сергей Лебедев-Полевской

http://www.proza.ru/2018/11/20/2185


Рецензии
Добрый вечер, Оля!

Ну, я как-то уже писал тебе по поводу этих «тормозных» попутчиков. Сейчас вот перечитываю, и вновь продолжаю диву даваться той дремучей неосведомлённости уже немало поживших на свете и далеко не юных мужчин в столь простых интимных вопросах по элементарной физиологии женского организма. Мне об этом было известно ещё с конца пятого класса школы. Но это мне, естественно. А вот в качестве ликбеза для неопытного молодого поколения, да и для порой немолодого тоже, лосей-мужчин, в принципе, достаточно, полезно и совсем не лишне и не мешает кое-что «этакое» познать или открыть для себя.
А про Анну, конечно, я всё помню. Один из первых мною прочитанных у тебя рассказов.
Вот в чём в чём, а в душевности изложения материала тебе не откажешь.

С симпатиями и сказочными пожеланиями,
Слава


Мореас Фрост   19.01.2019 20:47     Заявить о нарушении
Как говорится, сыт голодному не верит. Вот и тебе, Слава, не верится, что мужчины-лоси (первый раз слышу подобное сравнение) есть. Равно, как и мне не верится, что есть подобные тебе. Я допускаю, как уже когда-то писала, 2% на похожих на тебя. Остальной же мужской мир - "мои" из этой главы. Поэтому и пишу в надежде, что кто-то себя узнает и попытается изменить поведение. Хотя бы задумается.
Спасибо за внимание.

Ольга Гаинут   20.01.2019 13:55   Заявить о нарушении
Добрый вечер, Оля!
Вот как раз и нет! Наоборот, я не только верю, но и уверен, в природе преобладают именно тугие мужчины-«лоси», которым чужды чувственные и уважительные проявления в отношениях с женщинами. А учить их во взрослом возрасте проблематично, бессмысленно. Их уже не исправить. Будут только брать своё. Нужно либо родиться чувственным изначально, вот как в моём случае, либо с самых малых лет родителям воспитывать, прививать, культивировать в мальчиках уважение к девочке, девушке, женщине. Тогда лишь толк может быть. В противном случае всё их уважение и внимание сводится сначала к подёргиванию девочек за косички и шлепкам по мягким местам, а потом и более грубому притиранию и попиранию женского достоинства. И ничего уже не сделаешь с подобными извращенческими замашками у взрослого дитяти. Вот потом и страдает в итоге слабая половина человечества. Виноваты мама с папой прежде всего, ну, и улица тоже со своим грубым и неприкрытым культом насилия и порочного принципа стайности, где верховодят, как правило, отъявленные мерзавцы или садисты по натуре. А подобные мне слишком любят женскую половину человечества, боготворят её, чтобы сделать больно кому-то из женского сословия, и в мыслях даже не может угнездиться такого безобразия.
С прочными симпатиями и пожеланиями душевного комфорта,
Слава

Мореас Фрост   20.01.2019 22:57   Заявить о нарушении
Точно. А если и мама с папой не знают подобной материи? Тогда ребёнок пойдёт по их стопам. Я всегда утверждала, что главное то, что заложено до рождения. Воспитание, опыт, школа, улица привносят чуть-чуть.

Ольга Гаинут   20.01.2019 23:45   Заявить о нарушении
Правильно говоришь, по большому счёту, так и есть.
Из всех влияний на развитие детей улица - самый страшный учитель. Особенно сейчас.

Мореас Фрост   22.01.2019 21:12   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.