Кончина мира пророчества-3

До сих пор хранится такое предание о судьбе этого города.

В 13-е лето царствования своего захотел император Константин построить город во имя свое. Прибыв в Византию, Константин увидел на том месте семь гор и много глушиц (низменных мест. – Ред.), залитых водой. Тогда царь повелел рыть горы и наполнять землей низменные места, выравнивать, ставить там каменные столбы, делать своды. Царь приказал размерить место на три угла, в каждую сторону по семи верст, так чтобы городу находиться между двух морей – Черным и Мраморным.

Когда производилось это размерение, внезапно выполз из норы змей и пополз по месту, где происходила работа. Но вдруг свыше спустился быстро орел, схватил змея, поднялся с ним на воздух и скрылся на несколько времени из глаз. Наконец змей, обвившись вокруг орла, одолел его и пал с ним вместе на землю, на то же самое место, откуда был поднят орлом. Тогда прибежали люди, убили змея и освободили орла. Видя это, царь пришел в ужас и, созвав книжников и мудрецов, просил их объяснить это знамение. Они же, поразмыслив, сказали царю: «Место это наречется Седмихолмием и прославится и возвеличится во всей вселенной паче иных градов. Но так как оно стоит между двумя морями, то будет биемо морскими волнами и поколебимо будет, то есть будет доступно нападению врагов и поколеблется. Орел есть знамение христианское, а змей – знамение басурманское. И так как змей одолел орла, то это означает, что басурмане впоследствии одолеют христиан; но так как христиане убили змея и освободили орла, то это предзнаменует, что напоследок христиане одолеют басурманство и возьмут Седмихолмие и в нем воцарятся».

Услышав это пророчество, царь смутился и повелел записать слова этих мудрецов.

Царь Константин вознамерился распространить и украсить новый город так, чтобы он во всем мог сравниться с Римом. Он воздвиг крепкие и высокие стены, соорудил множество различных зданий и палат, украсил все мрамором и камнем, так что всякое строение, блистая великолепием, высотой и огромностью, удивляло вселенную.

Город получился значительных размеров. Только окружность его составляла 18 итальянских миль, или 36 верст.

Со временем Константинополь превратился в величайшую и сильнейшую столицу Восточной, то есть Греческой, монархии. Он был совершенным междустением, или соединением Азии с Европой. Сей царствующий град стал местом христианской славы.

«Воистину тот человек не погрешит, иже Константинополь ключом вселенной, средоточием царств и сердцем всех частей света назовет, – писал в XVIII в. путешественник В. Г. Барский. – Сей единый град совершенно того достоин, дабы разделенной вере Христовой паки в нем соединиться… дабы христианские цари, многими областями владычествующие, престол свой по-прежнему тамо возымели, науки, яко в крепком забрале, без упадка процветали, и всему христианству полезные законы из него, яко из главного источника, к познанию славы и величия имени Иисуса Христа, неоскудно бы проистекали».

Главной святыней города был храм Святой Софии, который воздвиг греческий царь Иустиниан и посвятил его Премудрости Божией. Стены этого храма как внутри, так и снаружи были из мрамора белого, червленого и других редких камней. Паперти же, окружавшие его, построены были также из разноцветных камней. Тяжесть всего здания поддерживалась великим множеством столбов. Широта и долгота храма были удивительны, самый же верх его возвышался на ружейный выстрел.

Знатные люди города, чтобы оставить после себя достойную память, воздвигали или славную обитель, или дивное здание. Это благое дело поощрялось царями и царицами константинопольскими, которые в свою очередь тоже старались обогатить и украсить город: одни собирали святыни, относящиеся к земной жизни Спасителя и Божией Матери, привозили святые мощи, иконы; другие строили дома, созидали православные обители и храмы. Так наполнялся город преславными и дивными вещами, что некогда блаженный Андрей Критский, взирая на град, восклицал: «Воистину город сей выше слова и разума есть!»

В XV в. Магомет, султан турецкий, став повелителем всей Фракии, вознамерился овладеть и самим Константинополем. Предвидя грядущую опасность, греческий царь Константин отправил своих послов к султану для выяснения причин приготовления к брани, но посольство оказалось безуспешным, султан отослал греческих послов обратно в Константинополь.

Греческий государь был очень обеспокоен, так как ему предстояло малое ополчение, притом не обученное воинскому искусству, противопоставить столь великой армии, какова была турецкая. Он обратился за помощью в Рим и в другие королевства, но получил отказ. Итак, оставленное всеми Греческое царство вынуждено было собственными силами защищать свою свободу, а царь Константин решил до последней капли крови защищать свой престол.

В лето от сотворения света 6961, а от Рождества Христова 1453, Магомет, собрав многочисленное ополчение, с удивительной скоростью приблизился к Константинополю. Царь Константин выступил против неприятелей, но, уступив превосходящей силе своих врагов, вынужден был, оставив поле боя в полную их волю, с немалым уроном возвратиться в город. Мусульмане, поразив греков, окружили Константинополь.

Константин, его супруга и патриарх со всем собором и прочими гражданами, смирив себя бдением и постом, беспрестанно обходя святые церкви, просили со слезами Бога о ниспослании им помощи.

Мусульмане беспрерывно атаковали город, не давая грекам, с особенной храбростью защищавшим стены своего Отечества, даже малой передышки.

Ночью, 11 мая 1453 г., во время осады города турками, к несказанному отчаянию греков, последовало знамение над храмом Святой Софии: вдруг весь град озарился величайшим светом. Устрашившись, греки, не зная причины сего света, думали, что агаряне отовсюду зажгли город. Они созывали на помощь прочих граждан, которые, стекаясь на глас своих соотечественников, смотрели с удивлением на исходящее из верхних окон храма Святой Софии пламя, которое, окружив церковную выю, пребывало в одинаковом положении долгое время. Потом, соединившись воедино, пламя через несколько минут переменилось в неизреченный свет, который, поднявшись на высоту, достиг самых небес, и те, разверзшись, приняли в себя этот свет, чем и окончилось это знамение.

Греки же со слезами взывали к Богу: «Господи, помилуй нас!» – ибо они уразумели через бывшее знамение о том наказании Божием, каковое, по многим пророчествам, должно последовать.

Патриарх увещевал греческого царя Константина с царицей покинуть город, разъясняя бывшее над Святой Софией знамение так: «Давно известно о пророчествах, предвещавших гибель сему граду и обитавшим в нем. Свет, озаривший Константинополь, и пламя, исходившее из окон великой церкви, не что иное значат, как благодать Пресвятого Духа, действующая с прежними светильниками вселенной, архиереями и благочестивыми царями, также и Ангел, от Бога поставленный еще при великом царе Иустиниане на хранение церкви и града, в прошедшую ночь взяты на небо, а потом и сама милость Божия и Его к нам щедроты уже оставили нас. Ибо Господь Бог хочет за грехи, какими мы оскорбляли Его благость, предать град сей и нас самих врагам нашим».

В ночь на 28 мая 1453 г., по разбиении греками турецкого ополчения, к несказанному удивлению как греков, так и мусульман, город покрылся густой и непроницаемой тьмою, из середины которой упали на землю багровые капли, величиной с воловье око, и, пребыв на ней долгое время, напоследок исчезли. Патриарх, зная, что это знамение означало погибель граду и наказание за грехи живущим в нем, которое в скором времени, по определению Божию, должно последовать, вновь стал увещевать государя покинуть город. Царь же, намеренный пострадать вместе с народом за веру и Отечество, с прискорбием удалился.

Когда же об этом знамении было возвещено Магомету, султану турецкому, то он собрал мудрецов, чтобы они объяснили ему значение этого знамения. Мудрецы разъяснили султану, что тьма, покрывшая град, предзнаменует его погибель. Ободренный ответом, Магомет не только истребил из сердца своего боязнь, препятствующую ему продолжать войну, но повелел своему воинству приготовиться к большей войне.

Скорейшему разрушению цареградских стен способствовал грек, именем Гертук, который, убежав из города и представ пред султаном Магометом, возвестил ему о слабейших местах городских стен, которые после и указал сарацинам. По взятии города, когда узнал Магомет, что Гертук, с давнего времени пользовавшись особенными благодеяниями царя Константина, напоследок стал изменником, то повелел его четвертовать; так этот нечестивый грек за свое коварное вероломство и гнусную измену восприял достойнейшее наказание.

Константинополь был взят турками в лето миробытия 6961, в 29-й день мая. Царь Константин, героически защищавший город, пал на поле брани на 49-м году своей жизни.

Агаряне, убив греческого государя, совершенно овладели городом и, расхищая его, произвели ужаснейшие опустошения, разорили православные храмы. В храме Святой Софии все было разграблено: святые иконы были разломаны, украшения с них сняты, священные сосуды и вся церковная утварь расхищены, буквально за час храм лишился всякого украшения, и в нем остались одни голые стены.

Магомет овладел близлежащими городами, перенес престол Турецкого царства из Андрианополя в Константинополь, где, утвердив свой скипетр, воссел на престоле, знаменитейшем паче всех престолов под солнцем.

И сбылось тогда, по воле Творца вселенной, предсказанное древними мужами, что Константин первым обновит скипетр самодержавия в Царьграде, также в царствование Константиново разорится этот город за то, что греки, утопая в беззакониях и предавшись гордости, раздражили Всеблагого Бога. А потому злодейство их превратило оный престол в ничто. Вот сколь велика сила греховного жала и столь много творит зла законопреступление и гордость! Горе тебе, Седмохолмный граде, что еще тобою и по сие время иноплеменные обладают народы.

И до сего времени существует между турками пророчество, которому они верят и страшатся его. В этом пророчестве говорится: так как Константинополь начался и кончился Константином, то снова он же должен Константином начаться, то есть что в Константинополе, по взятии его христианами, первый государь будет именоваться Константином. Был даже указ Порты, которым строго запрещено грекам давать своим детям при Святом Крещении имя Константин. Таким запрещением турки желали уничтожить в греческом народе воспоминание о греческих императорах Константине I и Константине XII, из которых при первом начался Константинополь, а при втором – кончился.


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера


Рецензии