Деревенская жизнь

Этот дом стоял на краю полуопустевшей деревни. Проживал в ней, а, вернее, коротал дни, отпущенные сверху, одинокий мужичок. Мужчин в деревне было мало, все были женатые, а этот так, сам по себе.

Бывали дни, когда он слонялся по деревне, были – когда никто его не видел. Если его не было видно, значит он, запершись в своей берлоге, пил горькую. Любитель он бы до этого русского десерта: закупал бутылок 10 водки, нехитрую закусь и всё, его нет,  и дела ему до других тоже нет.

Но мужичок он хоть и был уже поживший, попивший, но всё же мужичок. А молодок, которые томились без мужской ласки,  было хоть отбавляй. На любой мужской вкус и ч…можно было найти девку, ещё до «тридцатника».

Была очень бойкая Юлька, рыжая бестия, тощая, шустрая, такая и по голове стукнет, от неё станется. А стукнуть-то  и некого, вот дожились!

Серая мышка Настя говорила тихо, часами могла наблюдать за звёздами, птичками, кузнечиками и мечтать о городах, молодых мужчинах, красивой одежде, но все мечты так и оставались только мечтами: ну, кому такие серые нужны, в городах всяких полно!

Галя, молодая вдовица, отличалась тем, что могла выслушать и утешить. С ней часто общался этот мужичок, рассказывал о своей загубленной деревенской жизни: а ведь какой красавец был в молодости, девки бегали, по очереди звали на сеновал. А сейчас?...

Так как по возрасту, своему бабскому положению они были равны, то часто собирались вместе, брали в магазине бутылку, закуску и вели свои бабские разговоры.

Все разговоры в конце-концов сводились к секесу (как говорили у них  деревне). А где это секес? Свободный один да , и тот не при делах. Думали – думали, да надумали, а что, если мужичка изнасильничать?!. Женщин же мужики… это самое , без их желания и их хотения. Вот пусть и отдувается сейчас один за весь мужской род…

 Подумали, а может и не плохо, что мужичок запил?! С таким будет легче договориться, ведь голодная русская баба по своей природе может самоудовлетвориться даже от мысли, что где-то вот рядом храпит существо мужского пола.

Первой, по старшинству, знакомству, опыту пошла Галя. Дверь дома была закрыта, замка на  двери не было – видать хозяин дома.

-Ну, что, Ванька, открывай! Принесла тебе поесть, сидишь, поди, голодный!
Услышав знакомый голос, хозяин, шаркая ногами поперся открывать дверь. Вид его желал лучшего: оброс щетиной, опух, майка вылезла из штанов. Но какое дело до его внешнего вида, главное, что мужик!
Галя села напротив него, подперев руку,  и любовно наблюдала, как еда с таким трудом проходила в его изголодавшийся организм. Насытившись, мужичок крякнул и спросил:
-Галька, а чего ты пришла-то?
-Вань, дело у меня к тебе есть. Ты же знаешь, что я – вдова, давно живу без мужа. Пока трезвый ты был,  стеснялась тебя спросить, а сейчас вот решилась: «Тебе ещё женщины нравятся?»
-Галь нравятся. Так скажу. Ты не гляди на меня, что я не молодой, но вижу,  Юлька, баба бойкая, такая сама всё сделает, в рот возьмёт и на меня вскочит. Ха-ха. Как подумаю иной раз, аж так вздыбится у меня, как у молодого.
-А чего, ей-то не сказал?
-А вдруг откажет? Вас, баб, пойди – пойми. Ещё обидится?!
-А кто-нибудь ещё нравится?
-Наська, молодая, такая задумчивая, наверное, всё только представляет. Думаю, у неё там (при дамах неудобно говорить) уж совсем узко, а у меня там много. Вот и боюсь сказать. Её, если только пальцем там пощекотать! Как думаешь, позволит она мне там полизать, вот так? И он показал достаточно неприличный жест. Галю это даже смутило.

Но ты, Галька, думаю тоже не прочь! Сама разговор начала. А ну, снимай трусы да покажи, что у тебя там.
-Ваня, я трусы-то сниму, да ты, поди , неделю не мылся. Хоть таз воды принеси да помой себе там. Я хоть и безмужняя женщина, но грязи не хочу.
-Сейчас и таз тебе будет, и вода. Всё, как в лучших домах Парижа и ЛандОна…
Пошаркал Ванька на кухню, взял таз, налил воду и осторожно понёс это в комнату.
-Ну, чего, Галька, что просила, всё принёс. Показывай, что имеешь. Галя расстегнула халат. Крепкое тело как жаром обдало пьяницу. Он даже рявкнул что-то примерно понятное.

-Увидел, сейчас помой меня. Вначале груди, потом – внизу.
-А чего тебя мыть-то, ты вроде не грязная?
-Ваня, а мне этого хочется, чтобы мужские руки погладили меня там.
Ваня, взяв пригоршню воды вылил её на грудь, потом опять взял воду и окатил этой водой вторую грудь.
-Ну, чего, дождик тебя оросил, а счас садись в таз. Я посмотрю, как твоя п… будет плавать.

Галя села в таз, правда, бока её пышной женской части в тазу не уместились, но самая чувствительная часть, почувствовав  воду, внимание мужчины, стала набухать. Галя и сидела бы так, блаженствовала, но Ваня посмотрел-посмотрел,  да и спустил треники.

Там было очень даже ничего.
-Вишь, какой красавец, уже смотрит на тебя. Думал, что он  забыл, как бабы выглядят, но, видимо, нет.

-Вань, ты меня прости, но я женщина брезгливая, вначале тебя помою. Она действительно была очень брезгливая, чистоплотная, поэтому минут 5 намывала всё, что относилось к местам вожделения, а потом так резко не удержалась и взяла в рот. Ваня от неожиданности застонал, вспомнил, что такое женская ласка. Стонать-то он стонал, но Галя поняла, что доводить до конца удовольствие не стоит, кто знает, сможет ли он второй раз возбудиться?

Она села на диван,  поставив на диван ноги , раздвинула их и в такой позе застыла. Ваня засмотрелся на интимную женскую красоту, но она не дала ему опомниться: «Полижи там!».
 
Что делать, пришлось ему опуститься на колени и прикоснуться  языком до мягкой, возбужденной, влажной п… Он лизал усердно, как ученик, но в какой-то момент завалил Галю, забрался на неё и вошёл. Обласканный женской влагой его дружок скакал, дергался, старался попасть в ритм Галиных подмахиваний.
-Галька, больше сил нет. Такой п… у меня вовек не было. Сейчас, поди, кончу, ты тоже уж поторопись.
Галя, услышав ласковые слова о своей дамочке, тоже получала кайф и просила:  «Ванечка, ты поглубже войди, я ведь тебе вся открылась. Милый, хороший, сладкий….а…а…а….
Оба легли на спины и ещё кайфовали минут 10.
Наконец Галя спросила: «Как? Тебе понравилось?»
-Да, что скажу. У меня, конечно, баб много не было, но твоя манька мне понравилась. Мы с тобой по размеру подходим и по прыжкам. Ха-ха.
Как и было договорено, на следующий день в гости к мужику пожаловала рыжая Юлька. Баба она была бойкая, молодая и похотливая, заявилась на каблуках и в короткой юбке. Чтобы долго не вести светских бесед с порога сказала:
-Ванька, я ведь знаю, что ты вчера с Галькой кувыркался.  Оказывается, ты ещё мужик?! Хочешь и меня попробовать?
-А чего не хотеть, если сама пришла?
-У тебя музыка есть? Включай! Заиграла музыка. Юлька повернулась спиной, оперлась руками об пол.

 Ваня обалдел: на ней не было трусов, а только густой лес из волос. Как и многим русским мужикам, ему нравились такие заросли, в которых могла пошариться огромная мужская рука.
Ваня не растерялся, подошёл к Юле и запустил свою руку на лобок. Рука ласково гладила лобок, а губы всё открывались и открывались. Вот уже показалась влага. Он рукой гладил лобок, а кончик языка водил по распахнутой пещерке.
-Ванька, ложись, а я на тебя.
-А тебе не страшно, он ведь у меня не маленький.
-Вижу, но и у меня не узкая. Ты давай работай, а не болтай. Весь пыл свой в дело пускай, а не на болтовню.
С Юлькой было легко и просто, она сама залезла, сама помахивала, рукой ласкала соски Вани.

Он стонал, кряхтел и своим видом чуть ли не молил, чтобы она его не заездила.
Юлька же дорвалась до мужского органа, он как влитой вошёл в неё. Она прыгала и думала, чего она в этой деревне забыла. В городе, поди, томится такой же, как она, её пара. Ведь недаром же Господь создал каждой твари по паре. Где-то и её пара сейчас есть. От трения, красоты развивающихся рыжих волос, Ванька  временами отключался. Как же ему сладко было с женскими мягкими, влажными кисками. И чего он раньше глушил свою человеческую сущность! Сущность-то ещё ого-го…
Наскакавшись вдоволь, Юлька слезла. Она решила на вкус попробовать Ванькин прибор…
Бог любит троицу. Вот троица и пожаловала ублажать мужичка.
Третьей пришла сказочная Настя. Настя своим видом напоминала какую-то сказочную героиню. Кого именно, Иван не помнил, сказки читал давно, но эта явно была не как все.
Она нерешительно зашла, опустив глаза и сжав плечи. Ваня тоже смутился, хотя прекрасно понимал, зачем она здесь.
С Настей было всё иначе. Она хотела внимания, хотела, чтобы он говорил ей приятные слова, гладил ножки, целовал ручки. Всё это Иван и делал. Куда деваться? А потом Настя спросила: «Хочешь посмотреть на меня?»
-Конечно, а зачем ещё ты пришла?
Даже такое, вроде бы грубое обращение, не вывело Настю из состояния сказки.
Она начала по очереди снимать с себя одежду, аккуратно складывая её на стул. Ваня не торопился, а куда? Все равно в конце-концов все раздвигают ножки и впускают мужское достоинство в себя. В этом их женское предназначение…
Через некоторое время в деревне образовалась новая ячейка – Галя + Ваня, Юля и Настя уехали «на города» искать своих Ванек-встанек, чем они хуже городских….
25/05/2012


Рецензии
Почти "Баня" Толстого. Наверное так и есть, судя по шуткам и прибауткам сельских женщин, которые я бывало слышал в детстве. А вот городские по-другому http://www.proza.ru/2018/10/02/783. Вдохновения Вам

Владимир Шаповал   23.08.2019 17:52     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.