Радужные сказки. Последняя капля

       Красный рассвет реет над простыней моря. Его, знамя победившей жизни, взметнул новый день.
       Повязали головы алыми косынками горы заморского края. За его скалистым забором жил в давние времена воинственный народ. Им правил жестокий и алчный вождь. Долгие годы лелеял он заветную мечту – завоевать соседние приделы. Плодородные земли, населенные мирными хлебопашцами и рыбаками, соблазняли честолюбивого вождя.
       Из года в год совершал он кровопролитные походы. Безобидные соседи не могли дать отпора. Не по плечу им было противостоять с сохой и неводом закаленным в бесконечных битвах воинам. Гибли люди, пустели земли, а стесненный горами край по-прежнему хирел не у дел. Беспощадные воины не учились что-то созидать на покоренных ими землях. Не постигли они нехитрых премудростей пахарей. Пренебрегли секретами ремесленников.
       С каждым новым годом правления не достигшего своей цели вождя все громче роптали люди вокруг. Защитники соседних стран умирали на поле боя, проклиная его имя. Открыто возмущались его политикой стареющие раньше срока матери погибших. Умоляли небеса о справедливом возмездии вдовы и оставшиеся в девах невесты. Клялись отомстить ему чудом уцелевшие сироты.
       Презрев всеобщее негодование, одержимый мечтой вождь созвал войско в новый поход. На побережье пришлый народ основал город за высокой крепостной стеной. Ряды воинов были реже обычного. Многие пали в былых сражениях. Остальные устали от бранной жизни. Хотелось простого сытого покоя у домашнего очага. Но ослушаться тирана никто не посмел. С тоской оглядываясь на свои хижины, обреченные выполнять чужие приказы воины отправились в путь.
       Снегом на голову нагрянули под покровом ночи захватчики на сонный город. Доки в искусстве боя, раз за разом штурмовали они не ожидавшие напасти стены. С остервенением били тараном в скрипящие под натиском ворота. Упрямо карабкались вверх по веревочным лестницам. Вооруженные пращами, то и дело метали увесистые камни в застигнутых врасплох горожан на крепостной стене.
       Сойдясь в непримиримом противостоянии, три дня и три ночи мерились мужеством и упорством пришлые враги и отчаянные защитники города. Уже на исходе силы обеих сторон. Не раз теснили противника устоявшие перед его натиском горожане. Не раз готовы были сложить оружие и пойти восвояси захватчики. Но честолюбивый вождь снова и снова гнал их в атаку. Не по нутру ему было отступиться от кровожадной мечты в шаге от нее.
       Валились с ног изнуренные его волей воины. Уже не могли и не хотели слышать новый  истошный приказ идти в новый бой. Бессилие во всех смыслах этого слова взяло верх над страхом смерти от карающей за неповиновение руки вождя.
       Презренный войском, обнажив меч, ринулся тот в одиночку на стену еще не покоренной крепости. Занявший место отца совсем еще юный лучник пустил в него стрелу. В его первом бою ставшая орудием возмездия, она пронзила грудь неугомонного тирана.
       Упал тот бездыханный у неприступной стены. Никто не бросился ему на помощь. Никто не стремился его спасти. Один. Брошенный на произвол судьбы отступившим в смятении войском.
       Истекло кровью его сердце, ожесточенное за столько лет жаждой наживы и бойнями. Истлело оно в лютом пламени злобы и ненависти к порабощенным людям. Обуглилось в пренебрежении своим народом. Угасли в нем последние искры смирения и терпимости, не оставив ни шанса на спасение.
       Обратил умирающий взгляд к небу. Почему-то вспомнил себя мальчонкой рядом с матерью. Засосало под ложечкой. И толкнулась вдруг в скукоженном сердце последняя капля крови. Была она тщедушна по величине, но велика духом. Эта капля воскресила в вожде давно погребенным на дне его души чувства: беззаветную любовь к отчему дому, священный долг жить во благо людей, не оскверняя себя и память предков своих недостойными помыслами и поступками.


Рецензии