Чай с молоком

Заявка: мир, в котором чай - опаснейший наркотик.

Ричарду Гринфилду не повезло с фамилией. Вызывала ненужные ассоциации. Совсем не подходящая фамилия для копа из отдела по борьбе с чайной зависимостью. Несмотря на это маленькое недоразумение, копом Ричард был отличным. Знал, кого нужно прикормить, чтобы после поймать рыбу покрупнее. Поэтому в Курильне, главном притоне чаефилов и чаеманов, он был своим, знал всех завсегдатаев, был с ними на короткой ноге. А клиенты попадались знатные — один «золотой голос России» чего стоил. Крайне примечательный товарищ. Вечно поминал недобрым словом какого-то Филиппа да арии выводил для всех, кто был готов слушать. Таковых, к счастью, почти не находилось.

Сейчас, впрочем, Ричард направлялся в Курильню не развлечения ради, а по делу.

Англичанка — бледная дамочка в неизменно чёрных платьях с алыми губами — пропала уж с месяц как. Ричард чувствовал, что не к добру. Если предчувствие не обманывало, и Англичанку грохнули, допустим, те русские из банды «Принцесса Нури», начнётся полный беспредел. Многочисленные любовники погибшей гражданки перестреляют русских как собак, без жалости, без чести. И это плохо скажется на бруклинском микроклимате. А Ричард очень любил бруклинский микроклимат.

Своё имя Англичанка получила из-за любви к чаю с молоком. Да, и такие больные ублюдки встречались. Но Ричарду она нравилась — за словом в карман не лезла, умела себя держать, ножом-бабочкой владела в совершенстве. Бойкая девица. Без неё станет скучно.

В Курильне было тихо. Ещё не приползли офисные клерки после работы, уже уползли те, кому доза требовалась прямо с утра.

Из посетителей у стойки сидел лишь Винни Пух и цедил свой чай с мёдом. Он каким-то магическим образом всегда оказывался вне конфликтов и был удивительно слеп и глух к окружающему его криминальному миру. Спрашивать его об Англичанке было бессмысленно.

Ричард прошёл дальше. Сегодня ему было не до лекций о сортах мёда. Сегодня его мысли занимала красивая женщина. Возможно, мёртвая красивая женщина.

Сегодня он нуждался в информаторе.

Дракон сидел на своём излюбленном месте в углу, на циновке. В колбе пузырился его любимый жасминовый. Лицо Дракона закрывала тень, как и всегда. Говорили, что ему в перестрелке разнесли половину черепа. Врали, наверное.

— Англичанка пропала, — сказал Ричард, присаживаясь рядом.

— А тебе какая забота? — флегматично ответил Дракон, выдувая струйку дыма. — Одним преступным элементом меньше.

— Её покровители устроят в Бруклине кровавую баню.

Дракон помолчал.

— Возможно. И снова, тебе меньше работы.

— Окей, допустим, у меня есть личный интерес.

Дракон загадочно хмыкнул.

— Прогуляйся по пирсу, молодой человек. Может, девка решила рыбок покормить.

Ричард послушно поплёлся на пирс, хотя, конечно, он бы не нашёл труп Англичанки, даже если тело и сбросили в залив.

Вот ведь он дурак, повёлся на глупые загадки Дракона.

Погода стояла отвратнейшая. Ричард побродил, послушал чаек, продрог до костей. Решил зайти в кафе погреться.

Забегаловка была так себе — в стиле классических закусочных, с дешевым кофе, панкейками и беконом. Но на самои деле с липкими столами, грязным сортиром и грубыми официантками с голыми ляжками.

Зашёл Ричард. Звякнул колокольчик.

А там — она. В форме как из «Твин Пикса», такая знакомая, но такая чужая. Ей дарили бриллианты чайные магнаты из Индии, она купалась в деньгах. И теперь эта роскошная женщина работала официанткой? Да не смешите.

Ричард опешил.

Колокольчик снова звякнул. Сзади ещё кто-то зашёл.

Без привычных красных губ Англичанка выглядела совсем юной, бледной и какой-то даже маленькой.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Ричард.

— Я завязала, — сказала она. Губы её задрожали. Ей посвящали убийства, а у неё губёшки тряслись. Какая нелепость.

Ричард смотрел на неё, как дурак, и не мог вымолвить ни слова.

— Будете что-нибудь заказывать, детектив? — спросила она несмело.

— Кофе. Чёрный.

Она улыбнулась.

Кофе. Всё что угодно, кроме чая.


Рецензии