Портреты Шекспира заговорили. 1

Из книги "По следам тайн Шекспира"


        Шекспировский вопрос и портреты Шекспира


Шекспировский вопрос – вопрос о том, кто создавал книги, подписанные именем Шекспир – возник в результате противоречия между величием духа шекспировских произведений и низменным характером скудных фактов о том человеке, кого прежде считали их автором.
Наибольшее ощущение несоответствия вызвали три факта: 1) примитивное завещание, 2) неграмотные подписи на нём, не похожие на то, как написано имя Шекспир (Shakespeare) на книгах драматурга, наконец, 3) разительное несходство человека, изображённого на памятнике Шекспиру в церкви Святой Троицы в Стратфорде-на-Эйвоне, и портрета Шекспира в посмертном издании сочинений – Первом Фолио (и книга и памятник появились в один и тот же год – 1623). Первоначально различие изображений было ещё сильнее. Менее чем через 50 лет после смерти стартфордского коммерсанта Уильяма Шакспера (1564-1616) его памятник был зарисован и опубликован в книге краеведа Уильяма Дагдейла (1656). Впоследствии бюст на памятнике подвергался переделкам, но всё же не стал похож на портрет Шекспира в Первом Фолио.
 
Четвёртое обстоятельство, заставляющее поднимать шекспировский вопрос, следует из представлений о том, каким характером обладал человек с биографией стратфордца. Его занятия ростовщичеством, спекуляцией зерном, скупка участков у своих земляков, что вынуждало их платить ему арендную плату, привлечение одного из них к суду за неуплату скромного кредита заставили подозревать  характер стяжателя, человека, во что бы то ни стало стремящегося к материальной выгоде, и в этом качестве обыкновенного в кругах представителей бизнеса, но никак не писателя, щедро делящегося своим талантом, необыкновенного.

Мир поклонников шекспировского творчества раскололся на стратфордианцев и сторонников версии о том, что Шекспиром был другой человек.
Многие писатели, основываясь на личном опыте и знании биографий художников слова, полагали, что совместить постоянный труд писателя и успешность в коммерческой профессии невозможно. Эту точку зрения отчасти разделяли психологи. Следовательно, нужно искать Автора, который скрыл себя за живой маской Уильяма Шакспера. Поиски приводили к версиям, предлагавшим различных «кандидатов» – Фрэнсиса Бэкона, Эдуарда де Вера 17-го графа Оксфорда, поэта Кристофера Марло и др.

В настоящее время шекспировский вопрос стал достоянием широкой общественности, во многом потому, что накопились новые данные. Люди, ранее не подозревавшие о существовании проблемы, потому что им со школьной скамьи внушали предположения о Шекспире как утверждённую истину, ознакомились с данными, попавшими в публичное пространство, и это изменило их мировоззрение.  Отчасти это произошло из-за фильма «Аноним» режиссёра Роланда Эммериха (2011). К сожалению, в фильме были не только фантазии (что допустимо в игровой картине), но и много исторических ошибок.

Сейчас в шекспировском вопросе царит хаос. Энтузиасты активно изучают биографии людей, уже более ста лет «подозреваемых» в том, что кто-то из них писал под именем Шекспир, и выдвигают всё больше новых кандидатур. Учёные академического направления поддерживают традиционный взгляд не столько из-за истины, в которой нельзя быть уверенным (мало данных), сколько для того, чтобы сдержать хаос.
Появилась тенденция смешать  традиционную версию об авторе-спекулянте и новые нестратфордианские идеи. В последнее академическое издание Шекспира включили пьесы Кристофера Марло как соавтора Шекспира. Мол, сходство творческих почерков обоих драматургов так велико, что невозможно провести резкую  границу. И можно сделать уступку нестратфордианцам, которых раньше обвиняли в культурном вандализме. Этот подход, конечно, затрудняет поиски автора «Гамлета» и других лучших произведений того, кто подписывался именем «Шекспир», и возвращает исследователей в неизвестность, которая царила в конце 17 века.
Отсюда понятно, что особую роль приобретают методы доказательств авторства. Они должны быть не только филологическими, то есть основываться не единственно на анализе текстов. Поиск документов и рукописей – это верный путь, но он пока не дал результатов, или, опять-таки, их слишком мало. Следует обратиться к визуальным образам Шекспира.


          Основные аргументы версии «Шекспир – Ратленд»


                Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты (Пословица)


В постсоветском пространстве в последнее десятилетие благодаря книге И.М. Гилилова «Игра об Уильяме Шекспире, или Тайна Великого Феникса» (первое издание  – 1997 год),  версия «Шекспир – 5-й граф Ратленд» получила особое доверие.

Книга И.М. Гилилова  сыграла роль культурного взрыва. Это основательное скрупулёзное исследование не было рассчитано на сенсацию, но надо учесть важное обстоятельство – шекспировский вопрос в обществе был неизвестен.

Надо сказать, версия «Шекспир – Ратленд» была популярной в России сто лет назад, до 1917 года.

Тому есть особые причины. В России сильна роль поэтов и писателей – «пророков». В силу исключительного давления власти на общество, оно находило выразителей своих чаяний в литераторах, которые получали особую миссию – говорить о самом главном, о смысле жизни и о вере, о боли и страданиях людей, о справедливости и пути к лучшему, о будущем. Такие люди не могли жить благополучно и накапливать состояние. Они подвергали свою жизнь риску. Поэтому не случайно Лермонтов высказал мысль: «Что без страданий жизнь поэта, и что без бури океан?», а Достоевский говорил молодому литератору, что для того, чтобы хорошо писать, нужно страдать. Писатель, выражающий пророческие идеи справедливости (а Шекспир таковым был), в русском сознании сравнивается с Пушкиным, Лермонтовым, Достоевским, чья жизнь столкнулась с политикой и чьё существование было трагическим. Эту мысль выразил Владимир Высоцкий: «Кто кончил жизнь трагически, тот истинный поэт».

Отсюда следует, что в предполагаемой биографии величайшего писателя земного  шара русское сознание ищет трагический конфликт с властью и с жизнью. В этом отношении Роджер Мэннерс, 5-й граф Ратленд –  самый вероятный «кандидат».

Напомним факты –  аргументы в пользу авторства 5-го графа Ратленда.

В 1596 году молодой граф отправился в Италию, где учился в университете города Падуя. Его однокашниками по университету были студенты из Дании, имена которых попали в трагедию «Гамлет»  – Розенкранц и Гильденстерн. В то время среди студентов Падуанского университета Ратленд был единственным англичанином.

Более половины пьес Шекспира связаны с изображением высших кругов общества и проблемой верховной власти в государстве. Происходя из королевского рода и, следовательно, обладая правом на престол (хотя из благоразумия не предъявлял таких претензий), Ратленд входил в придворный круг и был хорошо осведомлён о тайных пружинах государственной политики.

В 1596 году Шакспер обратился в Геральдическую коллегию для того, чтобы получить дворянское звание. Мать Шакспера, урождённая Арден, происходила из дворянского рода. После ожесточённых прений комиссия вынесла положительное решение – Шаксперу дали титул дворянина и разрешили иметь герб. На эскизе герба был нарисован сокол, держащий копьё, стоящий верхом на щите. Председателем Геральдической комиссии был граф Эссекс, а ходатайствовал за Шакспера граф Ратленд.

При обдумывании проблемы, кто был Шекспиром, нельзя не обратить внимание на фигуру Роберта Деверё, 2-го графа Эссекса (1565, по другим данным 1567, – 1601).

 Шекспироведы конца 19 – начала – 20 века считали его прототипом Гамлета. Письма Эссекса друзьям часто были исполнены меланхолии и раздумий о сущности бытия.
Роберт Деверё был сыном Уолтера Деверё и Летиции Ноллис, внучатой племянницы королевы Елизаветы.  За победы в Ирландии Уолтер Деверё в 1572 году получил титул 1-го графа Эссекса. А в 1576 году он скончался при невыясненных обстоятельствах.

 Роберт стал 2-м графом Эссексом. Ему было 11 (или 9?) лет. Второй граф Эссекс, когда он подрос, был представлен ко двору и вскоре получил первую придворную должность – шталмейстера (мастер конюшен). В его обязанности входило  организовывать увеселения, в том числе контролировать представления театра.

Согласно легенде, первая встреча Эссекса с королевой произошла раньше. Роберт Деверё, будучи знатным ребенком-сиротой, опекался бароном Берли. Королева протянула маленькому Роберту руку для поцелуя. Но он её укусил. А Роберт Сесил, сын барона Берли, подобострастно поцеловал руку монархини.

Вряд ли эта история правдива. Но интересно то, что сирота Роберт Эссекс в ней изображён малышом. Бывший товарищ Роберта Деверё по детским играм Роберт Сесил в 1598 году стал государственным секретарём, уже будучи новым фаворитом королевы и врагом Эссекса.

Эссекс был другом Ратленда и в какой-то мере покровителем, потому что был старше и обладал большим влиянием. Эссекс окончил университет в Кембридже в 1581 году и с тех пор покровительствовал университету, участвуя в его различных мероприятиях. Так, он присутствовал на  церемонии вручения дипломов магистров выпускникам в тот год, когда университет оканчивал Ратленд. Студенты устроили театральное представление в честь окончания университета, в котором одну из ролей играл Ратленд, а сценарий написал Бэкон.

Перед поездкой Ратленда в Италию Эссекс вместе с Бэконом писал ему наставления наподобие тех, которые Полоний давал Лаэрту.

Несмотря на меланхолические настроения, в делах Эссекс проявлял решительность и отвагу. Вскоре после того, как молодой граф стал фаворитом королевы и получил первую должность при дворе, он предпринял расследование причин смерти отца, в своё время тяжело им пережитой. Произвели эксгумацию тела. Однако ничего определённого установить не удалось.

После того, как мать Эссекса вышла замуж за графа Лейстера, первого фаворита королевы, Эссекс под его командованием стал участвовать в военных кампаниях в Европе.

Став маршалом, Эссекс одерживал победы в войнах, которые вела Англия. До нас дошёл рассказ о том, что во время совещания, как вести войну в Ирландии, королева возразила плану Эссекса и нанесла ему пощёчину. А он схватился за эфес шпаги. Королева в ярости велела ему покинуть кабинет. Эссекс, выйдя за дверь, якобы сделал ехидное замечание о худобе королевы, назвав её «скелет».

Понятно, что такого не могло быть. Граф был порывист по характеру, но глупцом он не был. Всё, кроме пощёчины, является сплетней. Ясно, что у графа появились сильные противники, которые стремились поссорить его с монархиней.

В 1590 Эссекс женился на Фрэнсис Сидни, вдове поэта Сидни и дочери бывшего канцлера Фрэнсиса Уолсингема. Уолсингем был известен тем, что с помощью провокаций вовлёк королеву Шотландскую Марию Стюарт в заговор против Елизаветы. Разоблачение заговора привело к тому, что Мария Стюарт была казнена.

Брак Эссекса был неожиданным для Елизаветы, которая разгневалась на своего фаворита и  перестала ему покровительствовать, но в то время ещё не причиняла ему ущерба.

Во время войны в Ирландии в 1599 году Эссекс вынужден был заключить перемирие с командующим ирландской армии графом Тироном, так как в английской армии началась эпидемия тифа. Разрешение на перемирие королева не давала. Эссекс стремительно возвращается в Лондон, чтобы объясниться с монархиней.

Согласно легенде, он явился в покои королевы прямо с корабля, в военном мундире не переодевшись в камзол, принятый для дворцовых церемоний, и без приглашения вошёл в королевскую опочивальню. Королева сделала вид, что согласна с его решением, и приняла его милостиво, но затаила злость.

Через несколько дней Эссекса обвинили в предательстве и пособничестве католикам. Назначили суд. Эссекс должен был выслушивать обвинения на коленях. Ему объявили прощение. Но он был лишён денежных доходов (налогов от продажи сладких вин) и  предан домашнему аресту.

Высказывали предположение (и это повторяется почти во всех жизнеописаниях мятежного графа), что королева была разгневана на бывшего фаворита за то, что он вошёл к ней утром в дорожном мундире (Вальтер Скотт даже полагал, что в грязных сапогах) и застал её, когда она ещё не окончила гримироваться. Здесь отголоски сплетен и клеветы. Вспоминается высказывание психолога Уильяма Джеймса: «Мы не любим других за то зло, которое мы им причинили». В данном случае невзлюбили  Эссекса  власть предержащие, увидев в нём человека, обладавшего самостоятельностью мышления и оттого посчитавшие его противником.

Размышление подсказывает, что подоплёка осуждения графа была вовсе не в недовольстве королевы его невежливостью. Эссекс торопился, а это значит, что на него был послан донос, и граф хотел до поступления бумаги во дворец объяснить Елизавете свою позицию. Нарушение дресс-кода и порядка аудиенции не было большой провинностью для того, кто пользовался милостями её величества.
 
В военном походе в Ирландию вместе с Эссексом участвовал Ратленд в чине полковника пехоты. В этой кампании Эссекс возвёл своего друга в звание рыцаря. Ратленду пришлось возвратиться в Лондон значительно раньше Эссекса, потому что он отправился на войну без разрешения королевы. Однако этот его проступок не заслужил наказания.

Последующие интриги привели к тому, что через год Эссекс поднял мятеж против королевы и своих противников, главным из которых был Роберт Сесил.  Мятежный граф Эссекс был казнён.

 С его смертью связана ещё одна легенда. Якобы королева, расставаясь со своим фаворитом, подарила ему драгоценный перстень, сказав, что если ему потребуется её помощь, пусть передаст ей это кольцо. Предчувствуя гибель, Эссекс отдал кольцо придворной даме с тем, чтобы она передала его королеве. Но дама из ревности не стала передавать кольцо монархине.

На этот сюжет композитор  Г. Доницетти написал оперу («Roberto Devereux»).

Понятно, что в политике всё сложнее. Даже если бы кольцо было передано, решение королевы устранить бывшего фаворита осталось бы неизменным – потому что причина была вовсе не в любви и ревности. Верно то, что граф Эссекс был человеком гордым и пощады просить бы не стал, хотя монархиня весьма этого желала. Эссекс признался в обвинениях и взял на себя вину своих соратников, чтобы облегчить их участь.
 
Популярность этого человека была велика. С его именем сплетались легенды о Робин Гуде. Его называли "Солнце Англии". Но всё же симпатии народа к Эссексу были не настолько значительны, чтобы народные толпы поддержали восстание.

Шекспир  в хронике «Генрих V» прозрачно намекает на  Эссекса: «Представьте полководца королевы Вернувшимся –  и дай Бог, чтоб скорее Вернулся он! –  подняв ирландский бунт На острие меча, – кто усидел бы Тогда из наших мирных граждан дома, не устремился бы ему навстречу?» (пер. Анны Ганзен).

Если такой значительный человек, политик и государственный деятель, входил в круг друзей Шекспира, то следует искать Шекспира среди ближайших друзей и единомышленников Эссекса. Таким другом был Ратленд.

Ещё одним другом Ратленда был Генри Ризли, 3-й граф Саутгемптон (1573-1624). Граф Саутгемптон упоминается в канонических биографиях Шекспира в качестве покровителя Барда, потому что Саутгемптону были посвящены две поэмы Шекспира – «Венера и Адонис» и «Лукреция». Однако в богатой документами биографии Саутгемптона никаких данных о его общении с Шекспиром или Шакспером нет.

Один из первых шекспироведов Николас Роу в начале 18 века записал легенду, рассказанную ему стратфордцами, о том, что Саутгемптон в 1599 году передал Шаксперу сумму в 1000 фунтов. Шекспироведы прежнего поколения полагали, что это была плата за стихи Шекспира. Но такие суммы за литературное творчество авторам не платили даже при успешной продаже книг. Это могла быть плата за сокрытие тайны  псевдонима Шекспир и тайны заговорщиков круга Эссекса. Деньги, полученные от Саутгемптона, стратфордец пустил в дело и стал скупщиком  недвижимости.

 Во время восстания Эссекса Саутгемптон и Ратленд присоединились к нему с вооружёнными отрядами сторонников. Саутгемптон пережил тюремное заключение.

Исследователи творчества Шекспира отмечают, что, именно с 1601 года в творчестве поэта наблюдается резкий перелом в сторону трагического мироощущения. В 1603 году была впервые опубликована трагедия «Гамлет». В биографиях других кандидатов на авторство, кроме Ратленда,  в это время не было трагических поворотов.

После смерти королевы Елизаветы в 1603 году на трон пришёл король Иаков VI Шотландский, сын Марии Стюарт, став королём Великобритании Иаковом I. Уцелевшие повстанцы были реабилитированы и приближены ко двору.

Король назначил Ратленда главой делегации, посланной в Данию по случаю рождения наследника датского престола. В 1604 году вышло второе, увеличенное издание «Гамлета», где появились детали, относящиеся ко дворцу датского короля.
 
 В 1613 году, после смерти пятого графа, в замок Бельвуар к Фрэнсису Мэннерсу, шестому графу Ратленду, приходили актёры Шакспер и Бербедж, получившие заказ на изготовление эмблемы (импрессы), о чём была сделана запись дворецкого. Это единственное документальное упоминание связи Шакспера с миром аристократии и высших  кругов Англии. Оно относится к резиденции графов Ратленд – замку Бельвуар. Отсюда следует, что Шакспер был знаком с пятым графом и выполнял его поручения.
(Дополнение-2019. В 1613 году во время премьеры пьесы "Генрих VIII" возник пожар в театре "Глобус". Театр полностью сгорел. Актёр Шакспер покинул Лондон и переселился  в родной Стратфорд, где, как всем известно, скончался в 1616 году 23 апреля. В этот период, в течение трёх лет, он, как утверждают шекспироведы-стратфордианцы, не писал пьес. Шекспироведы пытаются объяснить причину молчания по-разному. Однако если знать, что Роджер Мэннерс пятый граф Ратленд скончался в 1612 году и если учесть, что граф - предполагаемый Автор шекспировских пьес, то "молчание" можно объяснить смертью настоящего Автора.)

В замке Бельвуар на потолке была роспись, изображающая похищение Юпитером нимфы Ио. Об этой картине говорится в комедии «Укрощение строптивой».

В библиотеке замка Бельвуар хранилась книга писателя Бельфоре «Трагическая история принца Гамлета», послужившая основой сюжета трагедии «Гамлет».

Исследователь русского зарубежья Пётр Пороховщиков обнаружил в замке Бельвуар рукопись песни из комедии  «Двенадцатая ночь», написанную рукой Ратленда. Это был вариант текста, отличающийся от опубликованного.

И. М. Гилилов совершил несколько научных открытий. Гилилов предположил, что перу Шекспира принадлежали оригинальные прозаические книги, вышедшие при жизни Великого Барда. Гилилову удалось идентифицировать по крайней мере одну из них как написанную Шекспиром. Также Гилилов открыл, что сборник стихотворений «Жертва любви», оплакивающий смерть неких выдающихся поэтов, рассказывает о Шекспире-Ратленде и его супруге, поэтессе Елизавете Сидни. Доказательства Гилилов нашёл в творчестве современников Барда, намекавших на его личность, и в истории публикации книг Шекспира. Часть из них выходила с фальшивыми датами, с подменой обложек и титульных листов, были хитрости при регистрации и прохождении цензуры. Доказательствами непростой истории сокрытия авторства Ратленда под псевдонимом Шекспир послужили  для исследователя изображения – эмблемы, иллюстрации и водяные знаки.

Гилилов идентифицировал известную искусствоведам живописную миниатюру – портрет молодого человека под деревом – как прижизненный портрет Ратленда-Шекспира.

Тем не менее даже этих весомых доказательств недостаточно для того, чтобы окончательно утвердиться в знании, что под псевдонимом Шекспир писал  граф Ратленд.Но у меня появилось новое доказательство, что Шекспир это Ратленд. Если у читателя хватит терпения прочесть продолжение моего очерка, он об этом доказательстве узнает. Будет ли это доказательство весомым или маловажным аргументом, зависит от читающих.


Рецензии