Минные поля

    Материал навеян потоком противоречивой информации, которая идет с разных сторон и из разных источников. Я уже писал, что рассказам о войне, которые написаны не воевавшими товарищами, верить  совершенно нельзя, так как это выдумки, подчиненные текущему моменту. К сожалению, немного доверия и к обширной советской литературе на военную тему, вышедшей в период социализма, как развитого, так и неразвитого.  Дело в том, что они проходили жесточайшую цензуру и в итоге многие события часто излагались в соответствии с принятыми установками. Авторы, соответственно, это учитывали, и писали как надо, то есть и сами занимались самоцензурой. А, когда выходили за рамки, их поправляли. Трудно найти объективную картину и в западных источниках информации. Они, как правило, преуменьшают роль Восточного фронта и преувеличивают значение операций в Северной Африке и в Италии. Своя рубашка ближе к телу.
    Некоторые высказывания прорывались в рассказах реально отслуживших и оставшихся в живых. Нам читал лекции один из доцентов в институте, который был ветераном прошедшей войны. Воевал под Сталинградом. Очень уважаемый всеми был товарищ. Он нам на практических занятиях как-то между делом признался, что в атаки их бросали без какой-либо артподготовки. «Голым мясом и под пулеметы», как он тогда определил.  Тогда же он получил тяжелое ранение в челюсть. Ему повезло, товарищи его быстро доставили в медсанбат, остановили кровотечение, сделали операцию. Спасли и он остался жив, хотя след ранения был отчетливо виден на лице. Демобилизовали его сразу после такого тяжелого ранения.  Насчет минных полей он не говорил, а мы и не спрашивали.
    Далее рассмотрим одну из многих исторических загадок. В книге генерала Дуайта Эйзенхауэра “Крестовый поход в Европу”, посвященной действиям союзников во Второй мировой войне, он рассказывает о личной дружбе, которая у него сложилась в своё время с советским маршалом Георгием Константиновичем Жуковым. Жуков, как он пишет, был одним из самых выдающихся и успешных полководцев Советской Армии. Он возглавлял 1-й Белорусский фронт (примерно эквивалентный всей наступающей с запада союзной группе армий) вплоть до взятия Берлина. Дружба между союзниками была тогда тесная, и никто не предполагал что кошка пробежит между товарищами по борьбе с гитлеризмом и пробежит очень скоро. Личных встреч было несколько и, как понятно из текста, разговоры были часто за столом и после многочисленных тостов, то есть весьма откровенные.
    Теперь самое интересное. В английской версии этой книги  есть любопытный пассаж. Эйзенхауэр пишет, что в одной из бесед встал вопрос о том, как пришлось поступать с минными полями. Союзникам они причиняли массу неприятностей. Какие только хитроумные устройства их инженеры не придумывали. Но разминирование – это долгая и нудная операция и всегда большая задержка.  Эйзенхауэр был очень удивлен, узнав, что тактика Жукова заключалась в том, чтобы в ряде случаев пускать пехоту через минное поле, до попыток его очистить. В отечественной переводной версии этой книги этот пассаж отсутствует полностью.   
     "Крестовый поход в Европу", написанный Эйзенхауэром вскоре после войны, был опубликован издательством Doubleday в 1948 году. На странице 467 Эйзенхауэр описывает послевоенный полет самолета, который он совершил с Жуковым из Ленинграда в Берлин. Последний абзац на этой странице начинается:
“Чрезвычайно полезным для меня было его описание русского метода атаки через минные поля. Немецкие минные поля, вместе с оборонительными точками, были тактическими препятствиями, которые причинили нам [западным союзникам] много потерь и задержек. Прорываться через них всегда было делом кропотливым, хотя наши техники изобрели все мыслимые и немыслимые механические устройства для безопасного уничтожения мин. Маршал Жуков дал мне фактологическое изложение своей практики, которая была примерно такой: "мины бывают двух видов: одна-пехотная, а другая-противотанковая. Когда мы подходим к минному полю, наша пехота атакует точно так же, как если бы ее там не было. Потери, которые мы получаем от противопехотных мин, мы считаем не большими тех, которые мы получили бы от пулеметов и артиллерии, если бы немцы решили защищать этот конкретный район обычным составом, а не минными полями. Атакующая пехота не взрывает  противотанковые мины, так как они настроены на другую нагрузку, поэтому после того, как уцелевшие солдаты проникли на дальнюю сторону минного поля, они образуют плацдарм, огораживающий пересеченное поле, после чего саперы выходят на рубеж, целенаправленно снимают противотанковые мины и проделывают каналы, по которым может идти наша тяжелая техника”.
     Таким образом, это рассказ от первого лица видного западного военного лидера о личном разговоре, который он имел с Г.К. Жуковым в конкретном месте и в определенное время. У Эйзенхауэра не было причин придумывать эту историю. Во всяком случае, он указал в своей книге, насколько он лично уважал маршала Жукова и какими хорошими друзьями они являлись тогда, в 1945 году.
    Подводя итог, выскажу предположение, что Жуков тогда говорил Эйзенхауэру правду, но такое «разминирование» , полагаю, проводилось не всегда. Вероятно, в особых случаях, по стратегическим соображениям, когда, кровь из носу, нельзя было снижать темп наступления.  В других случаях, наверняка, проводилось обычное разминирование. Но психологически каково было бежать и думать: «Рванет или нет?».
Источники.
1. Tom Condray Quora Digest Did the Soviets in WW2 force soldiers to walk across minefields to clear them?
2. Eisenhower Dwight D.  ”Crusade In Europe”   Doubleday. 1948
3. https://archive.org/details/in.ernet.dli.2015.208955/page/n559


Рецензии
Если мы хотим узнать историю, то желательно узнавать её, возможно, ближе к тому, что было на самом деле. Не всегда и не во всём историческая реальность приятна для восприятия. Автор попытался разобраться в вопросе. Доводы достаточно убедительные. Ссылки на первоисточники присутствуют. Тема, несомненно, вызывает интерес.

Артём 100   01.05.2019 12:45     Заявить о нарушении