Реабилитация Геродота 8

Начало: http://www.proza.ru/2019/05/09/1729


Обсуждение результатов.

      Похоже, принятие реки Борисфен (Юж. Буг) за Гипанис, было глобальной ошибкой, которая и привела к дальнейшим попыткам обвинить Геродота в недостоверности и многочисленным неудачным попыткам реконструкции рек и расселения на их берегах древних племён. Ошибка эта настолько укоренилась, что вошла во все учебники географии и истории, в которых и поныне Борисфеном считается р. Днепр от истоков до устья. Современные попытки ряда исследователей изменить течения рек в прошлом для придумывания объяснения текстов античных учёных также не состоятельны, потому что не подтверждаются исследованиями геологов, геоморфологов и гидрологов. Никаких геологических катаклизмов в рассматриваемое время не наблюдалось.
       Предлагаемая идентификация рек на V – IV в. до н. эры и реконструкции расселения описанных Геродотом племён и народов в пределах Скифии – одна из многих [18–20], но отличается от предшествующих тем, что она базируется на синтезе географических, археологических и исторических знаний, причём, основной акцент сделан на палеогидрологии устьев рек, как наиболее изученных и освоенных водных объектах античности.
       Именно в устьях рек строили удобные порты для транспортировки товаров с материка к морю и далее в страны Европы и Азии [18]. Из-за относительной суровости климата Скифии и других препятствий (несудоходность речных порогов, дикость и воинственность населения и пр.) ранние колонисты, путешественники, географы и историки не могли проникнуть вглубь материка и о среднем течении и истоках рек знали лишь из рассказов и сказаний. Поэтому большие части речных систем оставались малоизученными, и их описания носят гипотетический характер, в отличие от морских устьев рек, хорошо освоенных древними мореходами и торговцами.
       В глубокой древности люди селились на берегах Днестровского, Днепровско-Бугского и Березанского лиманов [18] и их жизнь зависела от водного режима этих водоёмов, впадающих в них рек и моря. Греками осваивались морские торговые пути в северном Причерноморье, цивилизовывалось побережье (VII – V вв. до н.э.). Плотное заселение берегов Березанского и Бугского лиманов подтверждают археологические открытия (рис. 9, [18]). Вдоль побережья Днепровско-Бугского лимана, преимущественно в его северо-западной и западной частях, на берегах Березанского лимана были рассредоточены древние поселения Ольвийского города-государства. Следы таких поселений находят на о. Березань, Кинбурнской косе, в районе с. Парутино, г. Очакова и др. местах (рис. 9). В то же время, восточнее Бугского лимана, греческих поселений на побережье Днепровского лимана, как и в водотоках дельты или в низовьях Днепра, в рассматриваемый период не обнаружено.  Это свидетельствует о том, что территории восточнее Бугского лимана не были для них интересными, поскольку междуречье Ингула и Днепра представляло собой безводные ковыльные степи, служившие пастбищами для скифов-кочевников, а берега имели развитую овражно-балочную сеть, что делало их малопригодными для организации поселений из-за угрозы оползней, осыпей и обвалов [7, с. 23, 37]. Поселенцы хорошо знали места, где жили, и давали им названия. Невозможно предположить, что заселив Березанский лиман (раньше, чем Бугский), колонисты не дали имени ни ему, ни реке, на которой также найдены их поселения. При этом река Березань была полноводной, имела приток Чичиклею, а Березанский лиман был более узким, чем сейчас и, скорей всего, отождествлялся с устьем реки, как позднее и Днепровско-Бугский лиман. Поэтому неучесть эту реку при описании Скифии Геродот не мог, он и указал её как Гипанис (3-я река Скифии). И только значительно позже, когда водные ресурсы реки существенно уменьшились, поселения на побережье Березанского лимана пришли в упадок, а р. Днепр стала более известна, название Гипанис стали приписывать р. Юж. Буг.   
       Реконструкция длины хорошо изученной греками р. Гипанис (по описаниям Геродота, Витрувия Поллиона и др.) свидетельствует о том, что речь идёт о реке, размеры которой почти в три раза (9 дней плавания от истока до устья или менее 300 км) меньше современной длины р. Юж. Буг (806 км) и близки к суммарной длине рек Чичиклея и Березань, которые до перехвата притоком реки Юж. Буг р. Чичиклеи, произошедшего спустя несколько веков, были единой рекой [17]. Именно Гипанис (р. Березань) и есть "река большая между малыми" [1], т.е. между 7 малыми реками, сейчас – балками.
       Остров Березань в античные времена имел связь с материком, Днепровско-Бугский лиман простирался западнее, а Березанский лиман – южнее современного (рис. 3), поэтому р. Гипанис (сейчас Березанский лиман с р. Березань) впадала в тот же лиман (у Диона Хрисостома и Геродота – заводь), что и р. Борисфен (Юж. Буг). Район Березанского лимана, плотно заселённый греками (рис. 9), и р. Гипанис ими была досконально исследованы от истоков до устья, в отличии от р. Борисфен (Юж. Буг), по которому торговый путь шёл не к её истокам, а в центр Скифии, примерно по направлению г. Винница – г. Канев (в соответствии с направлением рек Синюха и Ингул). Геродот пишет [1], что истоки р. Борисфен ему неизвестны, что вполне объяснимо значительной протяжённостью этой реки.
       Таким образом, в пользу гипотезы о совпадении устьев современных и древних рек (известных по описанию Геродота) и о достоверности предлагаемой идентификации (рис. 3) свидетельствуют, кроме вышеописанных, следующие аргументы. Имеются чёткие указания большинства древних авторов на расположение Ольвии на правом берегу р. Борисфен (р. Юж. Буг), а не р. Гипанис (как называют эту реку до сих пор); нижнее течение р. Юж. Буг, включая Бугский лиман, производит впечатление крупной реки (1–6 км шириной), намного больше днепровских рукавов, которые представляли собой сложную гидрографическую сеть нешироких проток, озёр, болот и плавней на протяжении сотен километров от нижнего края дельты. Геоморфологические исследования в долине р. Юж. Буг свидетельствуют о том, что эта река 2–2,5 тыс. лет назад была значительно шире и многоводней современной [2–4, 11–12]. Так как уровень моря был ниже, водоносность рек больше, а лиман несколько уже (особенно в своём устье) и длиннее, вода Бугского и Днепровского лиманов была, очевидно, преснее, чем сейчас, когда её осолонению способствует низкий речной сток, повышение уровня моря и глубоководный судоходный канал, кардинально изменивший геоморфологию и гидрологию Днепровско-Бугского лимана. Поскольку раньше отсутствовала идентификации Бугского лимана, как водного объекта, полагали, что р. Борисфен (Юж. Буг) в устьевой части поворачивает на запад, принимает притоком р. Гипанис (р. Березань) и вскоре впадает в море (рис. 3). Это объясняет слова  Геродота: «…когда Борисфенес приближается к морю, с ним соединяется Гипанис, изливаясь в ту же самую заводь…» [1, 19]. Кинбурнская коса и Одесская банка (которая в те времена была мельче и, возможно, отдельными островками возвышалась над поверхностью воды), и образовывали указанную «заводь». Как показано на рис. 8, Бугский лиман и в более поздних географических и исторических источниках называли рекой Юж. Буг или ранее (по-славянски) – Бог, полагая, что это могучая река, почитая её «кормилицей» и придавая ей сакральное значение, как и греческие колонисты. По сведениям Геродота в устье р. Борисфен в больших количествах «осаждалась соль», что и происходит на Кинбурнской косе (точно напротив впадения Бугского лимана в Днепровский, в районе с. Геройское, ранее называемого Прогной, где издревле добывали соль).
       Гипанис у Геродота «река, судоходная с моря». В верхнем и среднем течении р. Гипанис была пресной, в нижнем – малопригодный для питья (это соответствует описаниям Геродота и Страбона), что характерно для рек Чичиклея–Березань и не свойственно было другим рекам. До сих пор минерализация воды р. Березань в 7–8 раз больше, чем р. Чичиклея. На всём протяжении эта река расположена в Скифии [19], в отличие от Юж. Буга.
       Река Пантикапа (в некоторых переводах «Рыбный Путь»), левый приток р. Борисфен, идентифицируется с р. Ингул, так как указанное Геродотом расстояние (3 дня пути от устья) совпадает именно с устьем р. Ингул. Вполне вероятно, что угри (у Геродота – бескостные рыбы “антакеи”), в изобилии водившиеся в реках Скифии, напрямую мигрировали к морю по заливным пойменным лугам этой реки, минуя быстрое течение и каменистые участки днепровских порогов. В летописях р. Ингул называют Великим Ингулом.
       Река Гипакирис (р. Ингулец), описанная Геродотом и др. авторами, имела значительные размеры, также текла с севера на юг, впадала в море у Каркинитиды (по другим источникам Каркиниты или Каркины) и сливалась с р. Герр, что кажется малообъяснимым. Тем не менее, учитывая сложность гидрографической сети в месте впадения р. Ингулец в р. Днепр (река впадает в Ингулецкий лиман) и вероятное наличие левого рукава р. Днепр (Гипакир у Геродота), впадающего в Каркинитский залив (рис. 3), не исключено, что древние авторы принимали р. Ингулец и этот рукав за единый водоток, впадающий в море, называя его Гипакирис–Гипакир. При наличии обратных течений, подпора со стороны р. Днепр и лимана, отклонения течения реки вправо под действием силы Кориолиса (что обусловливало поступление в половодье днепровско-лиманских вод в Ингулецкий, Бугский и даже Березанский лиманы), установить какая река является основной, а какая – притоком было затруднительно и в более позднее время. По-видимому, р. Гипакирис (Ингулец) в древности действительно могла впадать в Каркинитский залив, а затем была пе-рехвачена р. Днепр, проложившей своё русло в Днепровско-Бугский лиман. Сам же гидротопоним "Гипакир" (Ипокир) подсказывает нам, что речь идёт о водотоке, протекающем во владениях царских скифов, так как по-гречески "кир" ("кирос") означает "царь", "владыка", "господин". Возможно, оба водотока потому получили идентичные названия, что они располагались в пределах мест обитания царских скифов.
       Согласно древнегреческим источникам, седьмая река, Герр, вытекает из Борисфена, что объясняется следующим. Водный торговый путь из верхнего и среднего Днепра в г. Ольвию, очевидно, проходил с севера на юг, минуя труднопроходимые пороги и плавни нижнего Днепра (по притокам р. Юж. Буг или р. Ингул), поэтому «мощный северный поток» (Борисфен) мог отождествляться у древних с р. Днепр выше г. Канев и р. Юж. Буг ниже г. Первомайск, а нижнее течение Днепра, сильно отличное от типичного для рек среднего и верхнего, получило название – р. Герр. Причём, это не означает, что р. Юж. Буг непременно являлась рукавом р. Днепр или их водные системы соединялись (как полагают некоторые исследователи, уверовавшие в точность карт, представленных на рис. 6, 7, и в предположение Надеждина Н. [19] и сомневающиеся в выводах геологов и геоморфологов, отрицающих такую возможность), так как нередко перевозки между речными системами осуществляли «волоком» по проходным долинам или товары переправлялись сухопутным путём, а затем перегружались на суда. Очевидно поэтому произошло позднейшее отождествление верхнего и среднего течения р. Днепр и р. Юж. Буг в единый поток (Борисфен), что и послужило основанием для наименования всей р. Днепр Борисфеном. Отсюда и непонимание, почему Геродот пишет о том, что Борисфен делится на две части и в нижнем течении называется Герр (р. Днепр) и Борисфен (р. Юж. Буг). 
       По данным фундаментальных исследований Швеца Г.И. [5, 6] 2000–2500 лет назад отмечалась маловодная фаза основного многовекового цикла водности р. Днепр (с 1874 г. до н. э. по 722 г. н. э.), при этом сток реки был больше современного на 5–7 км3. Ниже г. Черкасс р. Днепр представляла собой комплекс «переплетённых» водотоков и водоёмов, глубина рукавов составляла 0,8–1,0 м, уменьшаясь в межень до 0,5 м, а многочисленные пороги делали реку несудоходной. Дельта реки располагалась несколько выше современной (рис. 3), по приближённым расчётам – в районе впадения р. Ингулец в Ингулецкий лиман. Эти многочисленные переплетённые рукава р. Днепр («геррон» по-древнегречески означает «плетёнка», «плетение», «переплетение»), с озёрами и старицами, заболоченные акватории от устья р. Ингулец, где тогда ещё преобладал озёрно-плавневый ландшафт без выраженных водотоков, более подходят под описание р. Герр. И в настоящее время ландшафт современной дельты р. Днепр представляет собой сложное переплетение водотоков [7, с. 30, рис. 1.9]. Впадали рукава р. Герр (Днепр) не с севера (как Борисфен), а с востока, там же, где и сейчас. Не исключено, что в связи с многорукавностью низовья р. Днепр и получили название «гирла», «жерела» («герры», «герр»» созвучно «Днепр» [20]).
       Наиболее близко к реальности и предлагаемой идентификации подошёл Надеждин Н. [19, с. 41–43], правильно заметив, что именно Юж. Буг в античности считался Борисфеном, также правильно указав месторасположения рек Пантикапа (Ингул) и Гипакирис (Ингулец). В то же время, Надеждин Н. р. Гипанис считает р. Тилигул, а Березанский лиман – одним из устьев Борисфена, что неверно, так как именно Березань–Чичиклея были плотно заселены и освоены греками [18], а не Тилигульский лиман, имеющий уже тогда не постоянную связь с морем. К тому же, геологические данные не подтверждают гипотезы о том, что р. Юж. Буг когда-либо была рукавом р. Днепр. Сомнения в том, что Юж. Буг – Гипанис ранее высказывал и французский учёный Ш. де Пейссонель в «Трактате о торговле на Черном море». Однако Надеждин Н. далее [19, с. 44] себе противоречит: «Само-собою разумеется, что приписывая Геродоту такой взгляд на Буг, я нисколько тем не отрицаю, что главным, настоящим Борисфеном, в смысле реки, был для него нынешний Днепр, в своём теперешнем русле». При этом, автор правильно предполагает, что мыс Гиполая («при слиянии Борисфенеса с Гипанисом» [1] расположен на мысе Очаковском (Очаковской косе, т.е. между Березанским и Бугским лиманами), забывая, что за Гипанис сам же принимает не Березанский, а Тилигульский лиман. Что же касается седьмой реки, Герра (Герроса) и здесь Надеждин правильно определяет, что это водоток, впадающий с востока в Днепровский лиман. Но, без всяких оснований он принимает за Герр р. Бузулук–рук. Кошевая, полагаясь в этом на «голос народа» [19, с. 55].
       Таким образом, геологический, геоморфологический, археологический и палеогидрологический анализ рассматриваемых рек показал, что в период жизни Геродота морские устья рек уже имели близкие к современным черты [2–9, 11, 12], никаких катастроф, особых изменений гидрографии речных систем в рассматриваемый период не происходило. Позднее, в IV–III вв. до н. э. берега начали подтапливаться морем, абрадировать, а Нижняя Ольвия затапливаться.

Продолжение:
http://www.proza.ru/2019/05/09/1755


Рецензии