Часть 4. Гигиена. Личная гигиена UPD от 3. 06. 19

      Сборник полезной информации по 14-15вв, Франция, поскольку основой для этой идеи послужил роман Гюго "Собор Парижской Богоматери" и заинтересованность в достоверном изображении повседневной жизни той эпохи: что носили, что ели и т.д.
      Здесь я буду компилировать информацию обо всём, что может понадобиться для описания жизни в разных работах. Информацию и картинки буду брать из LiveJournal, Wikipedia и прочих открытых источников.

                ***

       Эпитет «средневековый» часто неправильно применяют для обозначения чего-то устаревшего, грязного, неудобного. Это в корне несправедливое мнение об эпохе Средневековья. В те времена искусство, красота, комфорт и возможность жить в чистоте были доступны довольно многим (по крайней мере тем, кто принадлежал к верхушке общества).

      Про мытьё говорить очень модно. Причем тут приводятся совершенно настоящие примеры — монахи, которые от излишка «святости» не мылись годами, Чарльз Говард, 11-й герцог Норфолк, который тоже от религиозности не мылся, чуть не умер и его отмыли слуги. А ещё любят вспоминать принцессу Изабеллу Клару Евгению (или: Исабель Клара Эухения), которая дала обет не менять белье, пока не будет одержана победа. И бедная Изабелла держала своё слово три года:
      «Принцесса Изабелла тоже была набожной и решительной, поэтому по легенде дала обет не менять белье, пока ее муж Альбрехт VII не возьмет осажденный им в 1601 году Остенде. Соблюдать обет ей пришлось три года, и это настолько впечатлило ее современников, которые считали, что подобное подвижничество ушло в прошлое вместе с Крестовыми походами, что в честь принцессы даже был назван новый цвет — «изабеллин» или «Изабелловый» (грязновато-белый с желтовато-розовым оттенком). Наряд такого цвета был даже в гардеробе престарелой английской королевы Елизаветы I.»
      Но опять-таки выводы делаются странные — отсутствие гигиены объявляется нормой. То, что речь во всех примерах о людях, которые дали обет не мыться, то есть видели в этом какой-то подвиг, подвижничество, не принимается во внимание.

      Как было на самом деле:
      ; рубашку она действительно не меняла, но «не менять рубашку» и «не мыться» — немного разные вещи, не так ли?
      ; если хождение месяцами в одном рубашке — это что-то вроде епитимьи, которую ревностная католичка сама на себя наложила, то в спокойной жизни это для нее дикость и рубашки она все же меняет.
      По свидетельствам, дошедшим с тех времен, в завоеванной Гранаде шли праздники, а Изабелла щеголяла чистой новой рубашкой и была каждый день умыта и чиста.

P.S.: инфанта Изабелла Клара Евгения, Исабель Клара Эухения и королева Изабелла I Кастильская — это разные люди! Между которыми более 100 лет!


      Изабелла I Кастильская, также Изабелла Католичка (исп. Isabel I la Cat;lica) (22 апреля 1451 — 26 ноября 1504) — королева Кастилии и Леона. Супруга Фердинанда II Арагонского
      Изабелла Клара Евгения, Исабель Клара Эухения (исп. Isabel Clara Eugenia de Austria; 12 августа 1566, Сеговия — 1 декабря 1633, Брюссель) — испанская инфанта, правительница испанских провинций Нидерландов.
      
      
***

      Каково же было отношение средневековых людей к общей гигиене тела, сиречь, к купаниям? Некоторые исследователи считают, что в норме было купаться не очень часто, как например, святой Финтан Клоненахский, который, как утверждали, в течение двадцати четырех лет принимал ванну только раз в году, перед Пасхой. Однако, подобные примеры могут происходить из обычного церковного аскетизма, когда церковники просто избегали чрезмерного купания точно так же, как они избегали прочих излишеств. Хотя люди того времени и принимали ванну, похоже, что делали они это реже, чем мы сегодня.

      Купание было важной частью жизни состоятельных людей, и существует много документальных свидетельств того, что в средневековых городах существовали общественные бани, устроенные наподобие древнеримских терм.

      Правда, в Средние века люди обычно не принимали ванну, а просто умывались и мыли руки в чаше. Такие же чаши можно видеть на живописных полотнах, изображающих купание младенца Иисуса. У главы дома обычно имелась личная чаша, наполнять которую из особого кувшина входило в обязанности одного из слуг.

      Мытье рук перед едой считалось особенно важной процедурой, и чем выше был статус лица, тем тщательнее она исполнялась. Однажды кардинал Уолси посмел окунуть пальцы в воду, в которой только что омыл руки король. Многие оценили его поступок как вопиющую дерзость. Пустячная, на первый взгляд, оплошность в итоге привела кардинала к падению.

      Впрочем, люди Средневековья не ограничивались мытьем рук. Ванна служила не только для гигиенических целей, но и для ритуального очищения. Воду использовали в обряде крещения; священники перед служением мессы тщательно мылись, рыцари перед посвящением принимали ванну.

      Особенно большое значение придавалось омовению при посвящении в рыцари Бани. В 1509 году, накануне коронации Генриха VIII, двадцать шесть претендентов на рыцарское звание «в доказательство чистоты своих помыслов и намерений» совершили ритуальное купание в лондонском Тауэре, после чего провели ночное бдение в замковой часовне.

      Как же проходило «рыцарское купание»? Слуга завешивал бортики деревянной бадьи простынями, вокруг раскладывал цветы и травы, на дно бадьи помещал кусок ткани, на которую рыцарь садился. Затем брал в одну руку чашу с горячим травяным настоем, а в другую — мягкую губку, которой тер тело своего господина.

      После мытья рыцаря обливали розовой водой, помогали ему выбраться из ванны на «подножную простыню», вытирали чистым полотенцем, надевали на него чулки, туфли, ночную сорочку и отправляли в постель. Если рыцарю требовалась «целебная» ванна (например после турнира), в воду добавляли алтей, просвирник, фенхель, ромашку и болиголов.

      Во дворцах у королей ванны были еще лучше: уже в 1351 году ванна английского короля была оборудована «двумя большими бронзовыми кранами для подачи горячей и холодной воды». Ванна Генриха VIII во дворце Хэмптон-Корт размещалась в одной из комнат башни Бейн-Тауэр.

      Ее наполняли из крана, вода в который поступала из источника по пятикилометровой свинцовой трубе. Сама ванна была деревянная, круглая, как бочка, но высотой вполовину меньше. Изнутри ее застилали холщовой простыней, чтобы король не занозил мягкое место.

      Итак, у короля имелась собственная ванная комната и личная ванна, но его подданные в основном посещали общественные бани. Вернувшиеся с Востока крестоносцы рассказывали о дарующих наслаждение турецких банях, в которых им довелось побывать, и уже в 1162 году в одном только лондонском районе Саутуорк открылось не менее восемнадцати общественных бань.

      Многочисленные общественные бани Лондона были сосредоточены на южном берегу Темзы, в Саутуорке — районе увеселительных заведений, игорных домов и арен медвежьей травли. Как только в бане все было готово к приему посетителей: вода согрета, пар напущен, — на улицу выпускали специально нанятых мальчишек, которые обегали город, громко созывая клиентов.

      В баню ходили многие, мужчины и женщины мылись вместе. Средневековый человек, если только род его занятий не предполагал уединения, отличался общительностью и предпочитал проводить время в компании.

      В самом деле, только богатые могли позволить себе собственную ванну. Остальному населению приходилось довольствоваться общественными банями, в которых должны были размещаться сотни людей. Купание в таких общественных банях не могло существенно улучшить положение вещей с чистотой, так как вода менялась редко, а людей ею пользовалось огромное количество. В результате, от человека, мягко говоря, попахивало. Запах приходилось чем-то забивать, например, букетиками цветов или трав, которые привязывали вокруг запястья, прикалывали к одежде и которые должны были противостоять неприятным запахам.

      Ванна представляла собой деревянную бадью, наполняющуюся водой, нагретой на очаге. Моющийся человек отгораживался от досужего взора балдахином или навесом. В более теплую погоду бадью выносили в сад замка, а когда наступали холода, ванна находилась около камина внутри замка. Лорды часто нанимали человека, чьей единственной обязанностью была подготовка ванны для всего семейства. Этот человек зачастую путешествовал с семьей. В некоторых замках были специально встроенные ванны. В Замке Лидса, в 1291, была создана ниша 23 на 17 футов, выложенная камнем, в которую вмещалось до 4 футов воды, налитой из озера, окружавшего замок. Там же была полочка для ванных принадлежностей, тальков для ванны и комната для переодеваний, располагавшаяся прямо над ванной. Редко, но все же встречаются замковые ванны, где по трубам пускали горячую и холодную воду. А некоторые лорды обзаводились ковриками для ванной, чтобы защитить ноги от холода.

      Умывальником служил таз, где отстаивалась вода, или каменная чаша, встроенная в стену. Она использовалась для мытья рук перед и после приема пищи. Некоторые умывальники были декоративно украшены и имели выходные отверстия в форме голов животных. Примеры замков с умывальниками — Goodrich и Conisbrough в Англии.В купальне или бане находились не только бадьи для мытья, но и паровая баня, для получения пара воду лили на раскаленные камни.

      Купальни и бани конечно были типичной принадлежностью замков высокой знати и находились как правило на первом этаже паласа или жилой башни, так как требовали большого количества воды. В замках простых рыцарей наоборот они обнаруживаются редко, да и то лишь на пороге Нового времени. Мыло, пусть даже и плохого качества, было обязательной принадлежностью, дорогое мыло научились варить уже в эпоху крестовых походов. Различные щетки, в том числе зубные, чистки для ногтей и ушей также относились к обязательному снаряжению и их существование прослеживается по источникам в отдельных замках.
      Ванны принимались в комнате, часто отдельной. Паровая ванна не обязательно подразумевала погружение. Например, в шести ваннах в Saint-Vivien в 1380 было три кровати и сиденья. Обстановка бани в пятнадцатом столетии на миниатюре Valerius Maximus включала в себя роскошные скатерти, картины на стенах и плиточный пол.
      
      
      Исторические подтверждения:

A bathhouse, the Wolfegg Housebook, c. 1475-1485.

http://s017.radikal.ru/i428/1608/bd/925bcc43d8e2.jpg
A woman is spied-on while bathing, Roman de Girart de Nevers (Biblioth;que Royale Albert ler MS 73, fol. 12r), c. 1460.

Albrechtsaltar — Die Geburt Mariens, 1438/39

Marienleben: Geburt Mariens. Meister des Marienlebens, 15th century.

http://s011.radikal.ru/i317/1608/2c/fee9e27d80ce.jpg
Акваманил (сосуд для воды), Германия, 1250 г.

Bath house, The Book of Valerius Maximus (BNF Arsenal 5196, fol. 372), 15th century.

Sergius Orata in his bath, Facta et dicta memorabilia (BNF Fr. 287, fol. 181), third quarter of the 15th century.
      
      
Общественная средневековая баня

      Что же представляла собой средневековая общественная баня? На многочисленных иллюстрациях мы видим огромное помещение с рядами одноместных ванн или больших, рассчитанных на нескольких человек, бадей. Воду, надо полагать, грели в печи — например, расположенной по соседству пекарни. Сами ванны для большего комфорта завешивали простынями; кроме того, простыни, соединенные наверху в виде палатки, превращали все сооружение в индивидуальную парильню. Раскаленные камни давали дополнительный жар, воду ароматизировали корицей, лакрицей, тмином и мятой. В XII веке Хильдегарда Бингенская предлагала добавлять в воду разные смеси трав — в зависимости от того, используют ли ее для ополаскивания волос, обливания камней в парильне, втирания в тело или собственно для принятия ванны. В парижских общественных банях XIII века сеанс в парильне стоил два денье, купание в ванне — вдвое дороже. Да, посещение бань было восхитительным занятием. На средневековых иллюстрациях купающиеся, сидя в своих бадьях, даже закусывают, — еда стоит на досках, пристроенных к бортикам ванны.

      Сами ванны для большего комфорта завешивали простынями; кроме того, простыни, соединенные наверху в виде палатки, превращали все сооружение в индивидуальную парильню. Раскаленные камни давали дополнительный жар, воду ароматизировали корицей, лакрицей, тмином и мятой.

      В XII веке Хильдегарда Бингенская предлагала добавлять в воду разные смеси трав — в зависимости от того, используют ли ее для ополаскивания волос, обливания камней в парильне, втирания в тело или собственно для принятия ванны. В парижских общественных банях XIII века сеанс в парильне стоил два денье, купание в ванне — вдвое дороже.

      Подтверждение этому факту мы находим в уставах банщиков Парижа:
      «Каждый, кто хочет быть банщиком в городе Париже, может им быть свободно, лишь бы работал по обычаям и кутюмам цеха, установленным всем цехом, которые таковы: никто, мужчина или женщина, не выкрикивает и не заставляет выкрикивать свои бани до того, как наступит день, из-за бедствий, которые могут случиться с теми, кто поднимается при этом крике, чтобы идти в бани; …не должен устраивать из своих домов днем и ночью публичных домов и держать там ночью прокаженных мужчин или женщин, бродяг и других опасных людей; …не должны затапливать баню в воскресенье или в праздничные дни, когда весь город празднует.
      Любой человек своему банщику платит за мытье 2 денье, а если он еще купается, он платит 4 денье; и поскольку иногда дрова и уголь бывают дороже, чем в другое время, и кто-нибудь пожалуется, парижский прево устанавливает подходящую умеренную цену соответственно времени по донесению и клятве добрых людей этого цеха, каковые условия банщики и банщицы обещались и поклялись выполнять твердо и постоянно, без нарушений. Каждый, кто нарушит в этом цехе что-нибудь из установленного, платит штраф 10 пар. су, из которых королю — 6 су, а остальные 4 — старшинам, охраняющим цех, за их труды».

      «Общественными банями типа римских терм западное Средневековье не пользовалось… И все же мы можем говорить о культуре бани в средние века, особенно в XIII–XIV вв., хотя она и не достигла, как в греко-римском античном мире, уровня «особой формы жизни» и отношение к ней, как и положение в обществе в целом, было противоречивым.» В богатых домах купались в лоханях.» (Филиппов Б и Ястребицкая А. в книге «Европейский мир Х-ХV вв»).
      Глашатай патрулировал улицы Парижа 13-го столетия, чтобы позвать людей к нагретым паровым ваннам и баням. [Riolan, Curieuses Recherches, p. 219].
      В Париже в 1292 году числилось 26 бань, полвека спустя в Нюрнберге — 9, Эрфурте — 10, Вене — 29, Вроцлаве — 12. Красочное описание дает Поджо Браччоли, сопровождавший Иоанна XXIII, лишенного в 1417 году папского престола, в поездке в Баден. По его записям, здесь действовало 30 роскошных бань, а для простолюдинов — два открытых бассейна.

      Вот описание эрфуртских бань XIII в.: «Бани в этом городе доставят вам истинное удовольствие. Если вам необходимо помыться и вы любите удобства, то можете входить туда спокойно. Вас примут любезно. Красивая молодая девушка как следует разотрет вас своими нежными ручками. Опытный брадобрей побреет вас, не уронив вам на лицо ни капельки пота. Утомившись ванной, вы найдете кровать, чтобы отдохнуть. Хорошенькая женщина, которая не причинит вам беспокойства, с видом девственным искусно расчешет вам волосы. Кто же не сорвет у нее поцелуй, если только захочет, поскольку она отнюдь не сопротивляется? А когда у вас потребуют платы, то хватит и одного денье».
      
      
      Исторические источники:

Memmo di Filippuccio — Scene d'amore profano, particolare, c. 1300.

Pagan customs — men and women at a meal and in bath, The City of God (The Hague, MMW, 10 A 11, fol. 69v), c. 1475-1480

A Bathhouse in Valerius Maximus' Facta et Dicta Memorabilia, 1470.


      Пожалуй, наиболее совершенная для своего времени водопроводная система существовала в монастырях. Монахи тоже любили мыться, но исключительно в кругу лиц своего пола и не в горячей, а в аскетически холодной воде. У кентерберийских монахов было пять отстойных резервуаров для очищения воды, которую использовали для питья, мытья посуды, на кухне, в пекарне, в пивоварне, в доме для посетителей. Вода также поступала в фонтанчики, струившиеся в чаши для мытья рук.

      В средневековых песнях и рассказах купание в ванне часто связано с эротикой. Отважному непоседе сэру Ланселоту разные дамочки, которых он спасал от неприятностей, частенько предлагали ванну или массаж. Как и его современный «коллега» Джеймс Бонд, мылся он, как правило, в компании прекрасной соблазнительницы.

      Не все общественные бани были респектабельными заведениями. Некий благонравный монах, посетивший общественные бани в 1390-е годы, не скрывал своего возмущения: «В ваннах сидят голые, с другими голыми, а что творится в темноте, об этом я лучше умолчу».

      К XVI веку репутация общественных бань была окончательно и бесповоротно запятнана, и слово «баня» стала синонимом борделя. На бани часто ссылались во время средневековых бракоразводных процессов: факт посещения одним из супругов bagnios мог служить доказательством его измены. К тому же, это привело к огромному распространению сифилиса; только тогда дело сдвинулось с мёртвой точки, хотя церковь и «толкала» к закрытию бань не одно десятилетие и даже век.

      Разумеется, в Средние века далеко не у каждого имелись средства на посещение общественных бань. Но всё же это было куда доступнее по сравнению с личной ванной: даже Святой Инквизиции ввиду дороговизны дерева приходилось экономить на сожжениях (дерева для сего действа требовалось очень много) и обходиться иными средствами и способами умерщвления.
      
      
«Да здравствует мыло душистое!..»

      Легенда гласит, что само слово soap (мыло) произошло от названия горы Сапо в древнем Риме, где совершались жертвоприношения богам. Животный жир, выделяющийся при сжигании жертвы, скапливался и смешивался с древесной золой костра. Таким образом изобретение мыла приписывается именно римлянам.
      О мыловарении упоминает также римский писатель и ученый Плиний Старший в своем основном трактате «Естественная история» в тридцати семи томах. Данный источник представляет собой энциклопедию естественных знаний античности, и упоминание в нем мыловарения однозначно говорит о том, что к тому времени его продукт стал неотъемлемой частью жизни римского населения.

      Начиная с IX века н.э., основным поставщиком мыла в Европе стал Марсель. Лишь с конца XIV века марсельское мыло уступило свое место в международной торговле венецианскому. Так же мыловарение активно развивалось в Италии, Греции и Испании.
      Одним «наследников» мыловаренных традиций южной Франции сейчас является компания L`Occitane. К примеру, у них есть мыло, изготовленное по средневековым рецептам. Если Вы докажете, что в Средние Века люди не мылись и всё это — враньё, Вы сможете сказочно разбогатеть. Как? Да очень просто — посудитесь с компанией L`Occitane на предмет того, что они вводят народ в заблуждение.
      В XV веке в Италии, в Севоне, начали впервые выпускать твердое мыло промышленным путем. При этом жиры соединялись не с золой, а с природной кальцинированной содой. Это значительно снижало себестоимость мыла, а, следовательно, перевело мыловарение его из разряда ремесленного производства в мануфактурное.
Начиная с XIV века, мыловарни стали появляться и в Германии. Для варки мыла использовали говяжье, баранье, свиное, лошадиное сало, костяной, китовый и рыбий жир, отходы жиров различных производств. Добавляли и растительные масла — льняное, хлопковое.
      И вот тут возникает закономерный вопрос: какого рожна это мыло производилось, если народы Европы тонули в грязи и чесались, не хуже дворняжек?! Производство ради производства — процесс, несомненно, захватывающий, но не настолько прибыльный, чтобы им так страдать в эпоху развитого феодализма.

      Кстати, именно во времена все той же ославленной как грязнуля королевы Изабеллы в Испании под патронажем короны стали производить и продавать в соседние страны
знаменитое и сейчас кастильское мыло. Мыло в Европе варили в каждой стране, но
использовали для этого животные жиры, поэтому оно получалось грубым и напоминало
современное хозяйственное. Попытки производить туалетное мыло были, но оно получалось жидким и пользовались им только в той местности, где его делали.


Бонус!

      Рецепт кастильского мыла:
      Для получения 58 фунтов мыла требуются:
      * 1 арроба (18,25 литра) оливкового масла
      * ; груза дров (груз равнялся одному-полутора м;)
      * 1 фанега (55,5 литра) золы
      * 1 фанега извести
Gonz;lez Jim;nez «Ordenanzas del concejo de C;rdoba» (1435)

      Так что на кастильское твердое мыло из оливкового масла был огромный спрос, и в
Кордове, например, оно стало одной из основных статей экспорта. Королевским указом даже был установлен максимум цены — 5 мараведи за фунт, чтобы избежать спекуляции. Для сравнения: мясо тогда стоило примерно 6 мараведи, а рыба в период подъема цен доходила до 9 мараведи за фунт. Чтобы был понятен порядок цен: судья в то время получал около 250 мараведи в день, а королевский чиновник до 400. Поэтому для людей состоятельных туалетное мыло было так же доступно, как и сейчас, ну, а простонародье пользовалось намного более дешевым хозяйственным из животных жиров.
      
      
Средневековый туалет

      Отличия в гигиене между современными людьми и людьми средневековья, конечно, разительные, и они накладывают свои особенности. Во-первых, водопровода как такового еще не было, и, когда «природа звала», люди и ходили, можно сказать, «на природу», то есть, пользовались туалетом на улице. Чаще всего это была просто хлипкая крытая постройка над отверстием в земле. В замках, монастырях и аббатствах это были узкие тесные комнатки для справления нужд. Справедливости ради нужно сказать, что эти внутренние уборные были размещены как можно дальше от остальных помещений и обычно имели двойные двери, чтобы удерживать неприятные запахи внутри.
      
      
      Исторические источники:

Уборная в замке Ипр. Примерно 1250 гг.

Уборная замка Peveril (постр. в 1066/68 годах), Дербишир, Англия.

      Плюс к этому, в каждой комнате под кроватью, на всякий случай, находились ночные горшки. Одна из самых «странных» профессий, которые происходили из подобного уклада жизни, была уборщик королевского туалета. Подобной чести, как правило, удостаивались сыновья знатных особ. В их обязанности входило оказание помощи королю, когда он собирался сделать свое дело, а также устранение результатов этого «дела».
      
      
***



      Ещё больше источников, что люди мылись. «Поехали!» ©.

      Раннее Средневековье (конец V — середина XI века)
      * Завоевавшие Италию лангобарды не только пользовались римскими банями, но и учиняли в них злодейства. До нас дошла история о том, как лангобардский вождь Хильмихий в 572 году был отравлен собственной женой Роземундой в Вероне по наущению византийского экзарха Лонгина. Известны и скандальные подробности:
      «Тут префект Лонгин стал просить Роземунду, чтобы она убила Хильмихия и вышла замуж за самого Лонгина. Послушавшись этого совета, она развела яд и после бани поднесла ему кубок. Отведав питьё, Хильмихий понял, что там был яд, и приказал Роземунде пригубить питьё — так они оба и умерли».
(Фредегар. Хроники длинноволосых королей. О королевстве лангобардов.)



      * Григорий Турский о монастыре святой Радегунды в Пуатье, VI век: «Новое здание бани сильно пахло известью, и, чтобы не повредить своему здоровью, монахини в ней не мылись. Поэтому госпожа Радегунда приказала монастырским слугам открыто пользоваться этой баней до того времени, пока окончательно не исчезнет всякий вредный запах. Баня была в пользовании слуг весь Великий пост и до Троицы. На это Хродехильда возразила: «И после того (посторонние) всё еще продолжали в ней мыться».
      Из чего делается однозначный вывод — в меровингской Галлии эпохи Тёмных веков не только пользовались общественными банями, но и строили новые. Эта конкретная баня содержалась при аббатстве и была предназначена для монахинь, но, пока не исчезнет неприятный запах, там могли мыться слуги — то есть простонародье.

      * Перенесёмся через Ла-Манш и дадим слово Бэде Достопочтенному, бенедиктинскому монаху и летописцу, жившему в VIII веке в Нортумбрии, в аббатстве Уирмут и Ярроу, и написавшему «Церковную историю народа англов». Запись датируется ориентировочно концом 720-х годов:
      «Есть в этой земле солёные источники, есть и горячие, вода которых используется в горячих банях, где моются раздельно, сообразно полу и возрасту. Вода эта становится тёплой, протекая через различные металлы, и не просто нагревается, а даже кипит».
      Бэда Достопочтенный ничего не путает — подразумеваются горячие и солёные источники в современном городе Бат, графство Сомерсет. Во времена Римской империи там уже был курорт, называвшийся Aquae Salis, традиция купания осталась и после эвакуации легионов из Британии.

      Высокое, или Классическое, Средневековье (середина XI — конец XIV века)
      ; В 1138 году анонимная хроника Gesta Stephani («Деяния Стефана»), повествующая о правлении английского короля Стефана (Этьена) I де Блуа, сообщает:
      «Здесь через сокрытые каналы вытекает вода, согретая не трудами иc стараниями рук человека, а из глубин земли. Она наполняет сосуд, расположенный посреди прекрасных комнат с арками, позволяя горожанам принимать прелестные тёплые ванны, приносящие здоровье, которые радуют глаз. Со всех концов Англии больные люди стекаются сюда, чтобы смыть заживляющей водой свои болезни».
      Купальни Бата действуют в течение всего Средневековья, их никто не запрещает и не закрывает, включая позднейшие эпохи и весьма консервативно настроенных пуритан Кромвеля. В Новое время воды Бата становятся знамениты чудесным исцелением королевы Марии Моденской от бесплодия, их посещал Уильям Шекспир, описавший источники в сонетах 153 и 154.

      * Аахен, в древние времена городишко Aquisgranum в провинции Бельгика, стоящий на стратегической римской трассе от Лугдунума (Лиона) до Колониа Клаудиа (Кёльн), во времена Рима не представлял собой ровным счётом ничего, достойного внимания. За одним исключением — там были горячие источники, примерно такие же, как и в Бате. Но вот появляется Карл Великий и устраивает в Аахене зимнюю резиденцию площадью 20 гектаров, возведя здесь грандиозный дворец-пфальц с собором, колонным атриумом, судебным залом и, разумеется, великолепно обустроенными купальнями прямо во дворе. Эйнхард не преминул сделать об этом запись в 22-й главе биографии вождя франков:
      «Любил он также купаться в горячих источниках и достиг большого совершенства в плаванье. Именно из любви к горячим ваннам построил он в Аахене дворец и проводил там все последние годы жизни. На купанья к источникам он приглашал не только сыновей, но и знать, друзей, а иногда телохранителей и всю свиту; случалось, что сто и более человек купались вместе».
      А уж если «сто и более человек» могли поместиться в бассейны, то можно себе представить масштаб сооружения. В Аахене до сих пор действуют 38 горячих источников, и курорт остается одним из самых популярных в Германии.

      Позднее Средневековье или Раннее Новое время (XIV–XVI века)
      * Для того чтобы оценить облик и нравы обитателей Бадена 1417 года, приведём обширную цитату о купальнях Бадена:
      «В гостиницах множество встроенных купален, предназначенных исключительно для её постояльцев. Количество этих купален, предназначенных как для единоличного, так и для общего использования, доходит обыкновенно до тридцати. Из них две купальни, предназначенные для общественного пользования, открыты с двух сторон, в них полагается погружаться плебеям и прочему мелкому люду. В эти простые бассейны кучей набиваются мужчины, женщины, юные мальчики и девочки, представляющие собой сборище местных простолюдинов.
      Купальни, располагающиеся в частных гостиницах, содержатся в куда большей чистоте и пристойности. Помещения для каждого пола здесь также разделены деревянными перегородками, непроницаемость которых опять же нарушена прорезанными в них окошками, позволяющими купальщикам и купальщицам совместно лакомиться лёгкими закусками, непринужденно болтать и гладить друг друга руками, что представляется их излюбленным времяпрепровождением.»
(Письмо Поджо Браччолини своему другу Никколо Никколи касательно баденских купален, 1417)



      * Выводы о свободе нравов в купальнях можно делать самостоятельно — и ведь среди этих людей, ведущих себя куда раскованнее, чем наши современники в аналогичной обстановке, не бегают инквизиторы с факелами, грозя немедленно спалить всех и каждого за эдакое распутство и непристойное поведение! Более того, в этом же письме Поджо мимоходом замечает:
      «Сюда же съезжаются монахи, аббаты, священники, которые, впрочем, ведут себя куда более развязно, чем прочие мужчины. Создаётся впечатление, будто они сбрасывают с себя священные обеты вместе с рясой и не испытывают ни малейшего замешательства, купаясь вместе с женщинами и вслед за ними расцвечивая свои шевелюры бантами из шёлковых лент».


Рецензии