В высоком небе

Жил в Самаре польский купец Янош Тышек, родом из Кракова. Жену его звали Барбара, детей у них не было. Жили супруги в дружбе и согласии, наблюдая из окон своего дома облака. И герань, стоявшая в горшках на подоконнике, цвела для них круглый год.
Но вот пришла к супругам старость, заболела Барбара и умерла. Остался Янош Тышек безутешным вдовцом.
Поляков, покинувших свою родину по самым разным причинам, в Самаре к тому времени целая община собралась. Решили поляки сложиться и построить костёл, сообразно своей католической вере. Получили разрешение у городского главы и построили.
Вышел костёл, построенный в Самаре, хоть куда. Такой красоты и в польских городах не часто увидишь! Янош Тышек, бывший в своей юности атеистом, а в зрелые годы веривший больше на словах, стал храм Божий посещать. Ему, старику, покрывающая светом молитва нужнее всего теперь была.
Всё чаще и чаще стал вспоминать Янош Тышек своё детство. Оно ведь для всякого человека – абрикосовый рай. С мрачными и загадочными средневековыми замками, с земляками-героями, разбившими в освободительной Грюнвальдской битве хвалёных рыцарей Тевтонского ордена. С белыми аистами, гнездящимися на островерхих крышах домов. Ох уж, эти аисты… Подобных им птиц в православной купеческой Самаре не было и в помине!
«Непременно уеду к аистам, в свой родной Краков», – много раз обещал себе Янош Тышек, но всё откладывал. Привычки, друзья, неплохо налаженная торговля – груз, способный надолго задержать и самого решительного человека.
И вот однажды – о дважды два пять! – прилетел в Самару белый аист. Уселся на цинковую крышу костёла, огляделся и стал чистить свои уставшие в полёте крылья. А после окончания вечерней службы, когда Янош Тышек выходил из костёла, уронил ему под ноги перо…
В ту ночь Янош Тышек так и не смог уснуть. В своём беспланетном одиночестве он мял в руках пуховитое перо аиста и плакал. «Ведь это перо, возможно, побывало и в родном Кракове!» – повторял про себя старый купец.
Ранним утром, придя к костёлу, Янош Тышек попросил аиста, который по-прежнему сидел на крыше, принести ему новую весточку с родины. Любую – на родине ведь и молчаливые камни говорят!
На сыроватом волжском закате аист принёс ему листок. Янош Тышек сразу же догадался – листок был со старого тополя, росшего возле окон его родительского дома в Кракове!
В том, что аист был волшебный, Янош Тышек уже не сомневался. Иначе как бы он появился здесь, в Самаре, которая никогда не видела таких птиц? Поэтому на следующее же утро Янош Тышек попросил аиста принести ему и сам родительский дом. Уж больно ему хотелось, после стольких лет разлуки, побывать в нём!
Легче, чем ветер косматит траву, аист исполнил его просьбу. А когда были принесены в Самару не только улица его детства, но и весь родной Краков, Янош Тышек превратился вдруг... в аиста!
Он взмыл в лёгкие пересветные небеса, купаясь в тёплом дыхании милых сердцу земель, чтобы с орлиной высоты увидеть всю Польшу. И рядом с ним летела его жена Барбара – белый волшебный аист, некогда объявившийся на крыше польского костёла в Самаре!
С тех самых пор ежегодно, возвращаясь из тёплых южных стран в Краков и держа курс по звёздам, два белых аиста – Барбара и Янош – непременно залетают и в Самару. Такой огромный крюк вроде бы ни к чему, но что же делать? Неодолимая сила тянет их всякий раз на восток!
Лишь несколько волнующих сердце минут покружат аисты в небе над Самарой, в которой они прожили когда-то почти всю свою жизнь, и уж потом летят в Краков, который роднее.


Сказы и байки Жигулей


Рецензии