Брандахлыст

В нашем мире всё очень взаимосвязано, всё детерминировано. Тонкие нити объединяют такие, казалось бы, совершенно отдалённые события, что мы себе даже представить не можем и не можем предугадать как самое незначительное событие, произошедшее в одном месте Земного шара, может отразиться на его противоположной стороне. Фигурально выражаясь, если кто-либо чихнёт в Северном полушарии, то обязательно найдётся кто-нибудь в Южном, которого мы, скорее всего, не знаем, но который в тот момент непременно пожелает чихнувшему здоровья. В редких случаях, следуя, словно Тесей, по клубку путеводной нити Ариадны, удаётся выйти из “лабиринта Минотавра” и установить связь между событиями...
 
Вот, например, в далёкой Австралии в начале июня 1914 года случилось одному мальчугану, которому родители не купили мороженое, закапризничать, и он треснул палкой какую-то беспризорную собаку. А та в отместку укусила не убежавшего пацанёнка, а проходившего мимо солидного джентльмена, оказавшегося капитаном торгового судна. В результате, гружённое австралийской бараниной судно вышло в плавание с опозданием на пару дней. И в любимом студентами кафе в Сараево, главном городе австро-венгерской Боснии и Герцеговины, 28 июня того же года не оказалось зажаренных на гриле бараньих рёбрышек. Студенту Гавриле Принципу пришлось вместо любимого под барбекю соусом блюда съесть бифштекс из сомнительной говядины. Неудивительно, что у Гаврилы случилось сильное расстройство желудка; он зачастил в туалет и пропустил важные лекции, после чего обозлился на весь белый свет и, чтобы выместить свою злость, решил просто-напросто кого-нибудь убить. К несчастью, под руку ему подвернулся австрийский эрцгерцог Франц Фердинанд, убийство которого послужило формальным поводом для начала Первой мировой войны.

Кто знает, как бы всё обернулось, если бы пацанёнок не треснул собаку, та – не укусила капитана, и тому не пришлось бы задержаться дома из-за боязни инфекционной болезни. Судно бы вышло в плавание точно по расписанию, вовремя доставило бы в Сараево бараньи рёбрышки, и Гавриле Принципу не пришлось бы налегать на сомнительные бифштексы. Но кто сейчас будет винить того бедного мальчугана, который никоим образом не желал подобного развития событий?..
Конечно, описанная выше связь событий мирового масштаба чрезвычайная редкость, однако ситуации более мелких масштабов возникают в мире ежедневно, ежечасно, ежесекундно, только уловить логическую причинно-следственную связь между ними, проследить всю цепочку событий удаётся, как уже упоминалось, не всегда... Но недавно одну интересную историю распутать всё же удалось...

Задумывались ли вы, уважаемый Читатель, как хорошо вы знаете родной язык?.. Сколько слов в вашем обиходе? Минимальным словарём, достаточным для выражения любой мысли и всей гаммы чувств, обладала, как мы знаем, героиня романа “Двенадцать стульев” И.Ильфа и Е.Петрова Эллочка Щукина. В её словаре было всего тридцать слов. Примеров с меньшим количеством слов пока нет. Словарь племени Мумбо-Юмбо, по утверждению тех же авторитетных авторов, и то был в десять раз больше. Повседневный словарный запас нормального человека, без сомнения, ещё больше. Но, кроме количественного запаса, не менее важно знать точное значение слова, а не полагаться на интуитивные домыслы и возникающие ассоциации, иначе может произойти история, подобная однажды случившейся в нашем городе.

Владислав Дурилов – глава рядового, среднестатистического семейства, крупный и сильный мужчина тридцати лет от роду, работал мастером в литейном цеху. Работа в горячем цеху тяжёлая, поэтому организму Владислава ежедневно требовался плотный обед для компенсации затраченных калорий. В заводской столовке обычно кормили хорошо, но в тот день Владислав из-за производственной необходимости сумел выбраться туда лишь к концу обеда. Выбора блюд уже не было, а оставшиеся щи оказались слишком жидкими. За одним столом с ним обедал рабочий с его же участка, который, выловив в щах пару картошечек и кусок капусты, отодвинул тарелку с пустой жижей, сказав что такой брандахлыст он есть не будет.

Владислав это слово раньше не встречал, и оно звучанием очень ему понравилось. В общем, решил он взять новое словечко на вооружение. Придя домой голодным и от того злым, Владислав рассчитывал, что любимая жёнушка накормит его хорошим плотным обедом. Но не тут-то было! Жёнушке было не до обедов. Она весело провела время в обществе другого мужчины и толком не успела ничего приличного приготовить.
– Опять этот брандахлыст! – гневно рявкнул Владислав, мельком взглянув на стол и решив щегольнуть новым красивым словечком, услышанным в столовой.
Довольный подвернувшейся возможностью применить к месту понравившееся слово, он круто развернулся, хлопнул дверью так, что посуда в серванте задрожала, и ушёл. Надумал он по-нормальному выпить и закусить в небольшом уютном ресторанчике, в котором работала поваром школьная подружка его жены. Она-то уж его хорошенько накормит.

Как только Владислав вышёл, Анфиса, его жена, молодая дамочка двадцати семи годков, одновременно схватившись за сердце и телефон, позвонила Кондратию, своему любовнику, работающему пожарным. Когда Владислав парился в горячем цеху, Кондратий тушил любовный пожар у его жены. Анфиса была женщиной образованной, грамотной; она окончила профессионально-техническое училище и считала, что очень хорошо знает родной язык. Однако слово “брандахлыст” она услыхала впервые. Будучи не только грамотной, но и очень сообразительной, она стала размышлять, что муж этим хотел сказать. Анфиса ранее слыхала слова “брандспойт” и “брандмайор”. Кондратий частенько называл при ней брандмайором своего шефа.
– Анфисочка, – звонил он ей по телефону, – мой брандмайор только что куда-то смотался; у меня есть полчасика свободного времени. Как там твой бугай?.. На работе? Ну, так я к тебе живенько заскочу...

Анфиса понимала, что первая часть слова брандахлыст “бранд” как-то связана с горением, пожаром, а словом “хлыст”, или “хлыщ”, называют франта или прохвоста. Объединив две части слова, у неё получилось, что Владислав вычислил или кто-то нащебетал ему про её любовника – пожарного, франта. Анфиса не сомневалась, что Владислав должен был знать кто этот пожарный, поскольку один раз чуть было не застукал её с любовником, столкнувшись с ним в дверях квартиры. Но Кондратий – молодец, увидев перед собой огромную махину, не растерялся и сказал, что проверяет квартиры на предмет противопожарной безопасности. Владислав вроде бы поверил, но посмотрел на Кондратия оценивающе, можно сказать, очень как-то недоверчиво, косо. Тот, на его взгляд, выглядел для пожарного слишком интеллигентно. Потом, гуляя с мужем по своему району, они пару раз встречали Кондратия с женой; Владислав его запомнил и подозрительно на него посматривал.
 
Районная пожарная часть, где работал Кондратий, располагалась недалеко от их дома. И никаких сомнений, что Владислав, здоровенный бугай, бывший боксёр-тяжеловес, направился в пожарную часть, чтобы по-мужски разобраться с Кондратием, у Анфисы не было.
– Кондратушка, миленький, тебе нужно быстренько сматываться, – сказала она по телефону, нервно расхаживая по комнате, – мой бугай всё о нас знает. Пришёл домой злой, обедать не стал и каким-то неведомым мне образом почувствовал, что ты был здесь. Он выскочил из дому, как разъярённый бык, сильно хлопнув дверями, вся посуда в серванте чуть не разбилась. Нам конец! Он пошёл тебя убивать... Сперва убьёт тебя, а после вернётся и прикончит меня... Я это наверняка знаю.

Услыхав угрозу, Кондратий сразу же представил, как Владислав расправляется с ним: хватает за голову громадными ручищами и сворачивает напрочь шею, как какой-то безмозглой курице, или стукнет разок по голове своим огроменным, как молот, кулачищем, так что мозги сразу выпрыгнут наружу. Явственно прочувствовав, как голова делает полный оборот на триста шестьдесят градусов, Кондратий повертел шеей и немного успокоился, – с ней пока всё в порядке. Надолго ли?.. Надо взять ноги в руки и убегать – чем быстрее, тем лучше. Разъярённый бык с минуты на минуту может здесь появиться.

Лучше быть уволенным с плохой записью в трудовой книжке, чем убитым с хорошим большим некрологом и пышными похоронами, решил Кондратий, и, не поставив никого в известность, быстро покинул часть. Выскочив через заднюю дверь и пробежав задворками квартал, он обнаружил, что впопыхах не переоделся в цивильное. Разгуливать в таком виде по городу некрасиво, привлекает внимание и вызывает у прохожих недоумение. А Анфискин бугай, не застав его в части, выяснит у дежурного, с которым у Кондратия и так плохие отношения, что он куда-то делся, не поставив его в известность и даже не переодевшись. Бугай будет рыскать по городу и опрашивать прохожих не видали ли они человека в форме пожарного. Дежурный – ещё тот гад ползучий, поймёт по какой причине разъярённый бык его ищет и специально даст его домашний адрес.
 
Кондратий заскочил в парадное одного многоэтажного дома и позвонил по мобильнику Серафиме, своей жене. Серафима же, пока муж был на дежурстве, тоже время зря не теряла: весело проводила с соседом, молодым полицейским. Увидев высветившийся звонок от мужа, Серафима не на шутку встревожилась, в рабочее время он ей никогда не звонил.
– Симочка, – услыхала она взволнованный голос Кондратия, – спасай. Я убежал с работы. Времени для подробного объяснения сейчас у меня нет. Объясню потом. Мне нужны джинсы и рубашка. Один тип собирается меня убить. Я догадываюсь, по какой причине. Он меня с кем-то спутал, но, если он меня убьёт, как я потом смогу это ему объяснить и доказать. Принеси мне срочно то, что я тебя попросил, к многоэтажке с башней наверху. Ты знаешь какой... Я стою там в подъезде. Когда будешь выходить из дому, посмотри внимательно по сторонам – не крутится ли там здоровенный такой мужик, ну прямо настоящий бугай. Будешь идти – посматривай, чтобы никто за тобой не шпионил. Всё. Жду.

– Костик, – обратилась Серафима к полицейскому, – мой охламон где-то набедокурил и убежал с работы. Говорит, что кто-то собирается его убить.
– Ну, и пускай убивают, – улыбнулся Костик, – мне же лучше, не надо будет бояться неожиданного возвращения твоего придурка с работы.
– Ну, ты, Костик, прям дитя какое!.. А содержать меня тоже ты будешь?.. Твоя Глашка примет что ли меня второй женой?..
– Симка, ну ты что, шуток не понимаешь?.. Если бы Глашка не работала в ресторанчике и не таскала оттуда бифштексы и всякие закуски, мы бы и себя не прокормили. Знаешь, ведь какой контроль за полицейскими устроили, сейчас ни хрена, кроме зарплаты, не заработаешь, пистолетом уже никого не запугаешь. А тут ещё ты... Ладно, беги, спасай своего охламона. Нам с тобой и при нём неплохо... А вмешиваться не хочу – не при исполнении.
– Ладно, Костик, не скучай. Я скоро вернусь.

Серафима запихнула джинсы и рубашку в сумку, посмотрела в окно: не видно ли крутящегося рядом здоровенного мужика. Не увидев ничего подозрительного, она спустилась вниз, приоткрыла двери парадного, ещё раз внимательно осмотрелась и, прижимаясь к стеночке, выскользнула на улицу. Ей, конечно, не хотелось, чтобы милого кормильца Кондратушку убили.

Анфиса тоже не дремала. Предупредив Кондратия об опасности, она по-быстрому собрала все необходимые на первое время вещи – на то время, пока Владислава не арестуют за убийство Кондратия – в дорожную сумку, взяла документы и драгоценности и пошла, крадучись, к своей школьной подруге Глафире, жене молодого полицейского, любовника Серафимы – жены Кондратия, работавшей в ресторане, где уже сидел, ожидая выполнения заказа и попивая водочку, Владислав.

Серафима пропустила мимо ушей, в какой многоэтажке её поджидает дезертировавший с работы муженёк, и стала обходить все высотные здания подряд, пока не наткнулась на дрожащего от страха Кондратия. Тот вытащил из сумки джинсы и начал растёгивать форменные штаны, но тут, как назло, в здание вошли мужчина с женщиной и вызвали лифт. Чтобы не вызвать подозрений, Кондратий крепко обнял Серафиму, и вошедшие, приняв их за влюблённую парочку, перестали на них обращать внимание. Такая ситуация повторилась ещё пару раз, пока Кондратию удалось переодеться.

После переодевания любопытная Серафима не выпускала мужа, ожидая от него объяснений. Кондратий заливался соловьём, нёс всякую чушь про какого-то пожарного, по описанию якобы похожего на него, который наделал кучу карточных долгов. Серафима слушала мужа, развесив уши; она знала, что её муженёк в карты действительно играть не умеет и вовсе не пристрастен к каким-либо азартным играм.
А в это время Анфиса вошла с заднего входа в ресторанчик и попросила посудомойку позвать Глафиру, повара.
– Анфиска, зачем пришла? – спросила, подходя к подруге и вытирая руки о фартук, Глаша. – За своим что ли приглядываешь?..
– Глашуня, можно я пока посижу у вас в подсобке, а потом у тебя переночую? – ответила Анфиса, не обратив внимания на второй вопрос подруги. – У вас квартира большая. Твой-то не будет возражать?..

– То-то я смотрю, ты с сумкой. Поссорилась с мужиком что ли?..
– Да... он убить меня собрался, – сказала, всплакнув, Анфиса, чтобы вызвать у подруги жалость, – злющий заявился с работы и сразу выскочил, хлопнув дверью. Я знаю, он напьётся и придёт убивать меня. Он такой...
– Ладно, переночуешь, – успокоила её Глафира, – моего-то вообще ночью, может, дома не будет, кажись, дежурит. Поболтаем тогда спокойно... А почему вдруг твой Владислав обозлился?..

– Мне кажется, он стал подозревать меня в неверности. Думает, если я сейчас не работаю, сижу дома, то изменяю ему налево и направо. Обедать даже не стал, приплёл мне какого-то брандахлыста.
– Чего, чего? – насторожилась Глаша. – А что ты ему на обед дала?
– Понимаешь, Глашка, мяса дома не было, не успела купить, пришлось сварить постные щи. Получились пустоватые.
– Анфиска, ну-ка отогни чуток портьеру и взгляни, как твой муженёк за обе щеки наворачивает. Он сказал мне, что сегодня в заводской столовке толком не поел, пустые щи были, и дома – тоже. Эх ты, темень непроглядная! Брандахлыст – это слишком жидкая пища, а не любовник.

– Глашка, ну ты просто прелесть! – Анфиска обняла и расцеловала подругу. – Ты меня спасла. Постарайся задержать моего бугая минут на двадцать, пока я не приду домой и не разложу всё по полочкам.
Пулей выскочив из ресторана, Анфиса сразу же позвонила любовнику, который в это время плёл жене всякие небылицы.
– Кондратушка милый, тревога отменяется, – радостно сообщила Анфиса, – мой бугай просто был голоден, потому и зол. Он о нас ничего не знает...
– Да, Анатолий Степанович, я вас понял, – ответил Кондратий Анфисе, отворачиваясь от жены, – если вы утверждаете, что мне уже нечего и некого опасаться, то я сейчас же выйду на работу. До свиданья.

– Брандмайор звонил, – объяснил Кондратий жене, – говорит, что опасность миновала, там во всём разобрались... Пожарный, оказывается, из другой части и действительно немного похож на меня. Мне уже можно вернуться на работу.
С обратным переодеванием Кондратию повезло больше, в форму пожарного он переоблачился быстро, без всяких представлений влюблённой пары. Чмокнув на радостях жену, поскольку угроза для жизни миновала, он помчался в свою часть с надеждой, что его отсутствие никем не было замечено. Ему и здесь повезло: дежурный читал интересную книгу и не заметил отсутствия коллеги.

Когда Серафима ушла спасать своего муженька, молодой полицейский Костик вернулся в свою квартиру и, решив сделать приятное своей Глафирушке, стал гладить постельное бельё и рубашки. А Серафима, возвратясь, решила продолжить незаконченную любовную игру с Костиком. Она позвонила ему и попросила, чтобы он заглянул к ней на минутку. Костик к тому времени немного подостыл и стал готовиться к роли хорошего мужа и к вкусному ужину. Он уже настроился на любовные утехи с женой и по наивности понял соседку буквально, забыв, что женская минутка бывает и поболее часа. Он пошёл к соседке, не выключив даже утюга, собираясь непременно догладить всё бельё до прихода жёнушки с работы и получить от неё за это неимоверное сексуальное удовольствие. Но, придя к соседке, настрой на неё у него снова возобладал над ролью хорошего мужа; минутка, понятно, затянулась надолго и продолжалась бы неизвестно ещё сколько, если бы Костик утюг выключил. Но включённый утюг стоял рядом с журнальным столиком, на котором валялись газеты и журналы. Долго терпеть жару бумага не смогла и не стала, и загорелась. От газет пошло всё остальное.
 
Хорошо, что некий задумчивый прохожий прогуливался по улице вдоль домов, задрав голову вверх и считая пролетающих мимо ворон. Он заметил полыхающий в квартире огонь и вызвал пожарных. Тревожный сигнал пожарной машины, раздавшийся у дома, где проживали любовники, отрезвил их. Костик вспомнил о невыключенном утюге и рванул в свою квартиру. Комната полыхала, но к ней уже по пожарной лестнице подбирался с брандспойтом Кондратий. Он знал, кому принадлежит квартира, и имел некоторые основания подозревать молодого полицейского в симпатии к своей Серафимушке. Поэтому тушить в квартире огонь он не особенно торопился, хотел, чтобы она выгорела побольше. Но, в конце концов, затушить огонь ему всё же пришлось.

Бытовой пожар был небольшим – всего первого ранга сложности. В квартире Костика пострадала одна комната и мебель, но вода, которую запустил в комнату сверх всякой меры Кондратий, залила квартиру не только полицейского, но и этажом ниже, в которой проживал известный в городе хирург.

Хирург отдыхал перед ночным дежурством и был очень удивлён диким шумом и вознёй около дома. Когда комнату стало заливать и с потолка посыпалась штукатурка, он от удивления перешёл к активным действиям. Жена хирурга в это время отсутствовала, и ему пришлось на себе испытать всю тяжесть стихийного бедствия. Он подставлял под капающую воду вёдра и тазы, отжимал мокрые тряпки. В общем, вместо хорошего отдыха хирург за день сильно умаялся.

А во время его дежурства случилось непредвиденное: у вратаря местной футбольной команды на ладони образовался нарыв, и ему потребовалось сделать чепуховую процедуру, даже не операцию. Клуб боролся за выход в высшую лигу, и команде нельзя было проигрывать последнюю игру. Но из-за усталости хирурга чепуховая процедура прошла не совсем гладко, ладонь у вратаря здорово побаливала, и в решающем матче он не смог удержать в руках простенький мяч. Команда проиграла, и фанаты клуба так и не увидели её в высшей лиге. Вратаря, конечно же, освистали, хотя вины его в проигрыше не было.

Вот такие серьёзные события произошли в нашем городе из-за неправильного толкования слова “брандахлыст”. Что по сравнению с этим такое незначительное событие, как какое-то судно с австралийской бараниной вовремя не прибыло в Сараево?.. Война всё равно раньше или позже бы началась, а вот футбольная команда нашего города попасть в высшую лигу уже никогда не сможет, так как после поражения все игроки разбежались по другим клубам.


Рецензии
Юмора Вам не занимать.
Благодарю за визит.

Варакушка 5   18.05.2020 20:58     Заявить о нарушении
Благодарю за отклик.
С уважением,

Мотлевич Владимир   18.05.2020 22:54   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.