ЧистО

В парикмахерской темно, сыро и душно. Это не подвал, но вид такой, что раньше здесь обязательно пытали, даже тех, кто соглашался подписать, рассказывал, как убил дедушку Сталина и признавал себя утопистом. Но это парикмахерская, и чтобы вы себе там не думали, здесь стригут. Стригут так, что мама твоя тебя не перестрижет, потому что дальше уже никак. Четыре парикмахерши на два зала, один мужской, один женский. Уборщица одна и волосы она путает. Париков не делают, шиньонов не знают, шампуней не признают. Чем лучше мыть детскую головенку? Мылом «Одуванчиковое». А мужской предмет для носки шапки типа «москвичка»? Мылом «Хвойное». Кстати, мужская шапка типа «москвичка», это, друзья, просто татарская песня времен застолья. Обычно каракулевая, по виду она напоминала папаху, но была узкая как пилотка и продавленная сверху так, что напоминала женский половой орган в банный день. Ну, а чем можно мыть женскую головку? Очаровательную, хорошенькую, а также уже перезрелый персик, можно сказать сухофрукт? Что придаст любой дамочке аромат и неотразимость крупного калибра? Конечно, шампунь «Яичный». Вы говорите, что шампуня в парикмахерской не признают? Так то ж «Яичный», это ж не шампунь, мама моя, это же универсальное средство – пятьдесят в одном! Тут вам и пятновыводитель, и средство против тараканов и клопов и прикормка для рыб, и приманка для мужчин. Последнее изобретение наших, тогда еще советских ученых, чтоб они все были глубоко за границей, там им, гадам-буржуям, жизнь упрощали.

Что я говорил? Да, я говорил за постричься. Мама моя всегда говорила, или папа это говорил? Короче, кто говорил уже не суть, но улица покатывалась со смеху, когда я говорил за Фимку-парикмахершу из нашей угловой цирюльни. Фимка была поваром, чего ей в те времена на кухне не сиделось? Во все времена повар в школьной столовой – самый главный человек на округу. А в Советском Союзе так это же вообще равнялось должности замминистра сельского хозяйства! И вот Фимка, этот замминистра по костям и филею, подает в отставку с поста повара школьной столовой, чем ввергает в панику окрестное население, бегавшее к Фимке на предмет «мяса и молока перехватить до вторника». Что делает эта святая женщина? Хотя кто видел ее, святость Фимкину? Но уйти с такого места, что добровольно взойти на крест! И это в советские времена, а что уж про сейчас говорить! Уходит эта монументальная женщина ста трех килограммовой красоты в парикмахерскую. Сердце ее туда позвало и чувство прекрасного, чтоб им всем троим пусто было. И Фимка стригла! Под ноль – 10 копеек, под канадку – стрижка машинная – 15 копеек, под канадку – стрижка машинно-ручная – 25 копеек, стрижка модельная с укладкой – рубль, но рубля Фимке никто не давал. То ли люди попомнили ей столовское предательство, то ли из чувства самосохранения остатков того прекрасного, до которого Фимка не дотянулась.

И вот в снежную, вьюжную, пургливую, в общем, в непогожий денек повел меня мой бабай (это по-вашему дедушка, а по-нашему вообще дау-ати), к Фимке под ножницы. Какие чувства питал мой ныне покойный дед к пышнотелой поварихе из угловой парикмахерской, я не застал. Я был мал, я такие чувства тогда не понимал, потому и застать за этим никого не мог. Ну, а что, играются взрослые. Один напрягся, другой вспотел, борьба, наверное. Только сквозь зубы и с причитаниями. Ну, а кому с Фимкой-то бороться захочется добровольно? Отсюда и причитания. Как вы думаете, сколько денег и времени понадобилось Фимке, чтобы из такой красоты, как я, сделать прекрасное в ее и моего деда представлении? Семь минут и пять копеек! Одной рукой Фима накрыла мне лоб, в другую крепко взяла машинку и, наблюдайте за мыслью, начала меня стричь. Думаете под ноль? Как бы не так! Думаете под канадку-стрижка-машинная? Ха! Держи карман шире. Результат был ошеломляющ. Дед улыбался и сверкал вставной челюстью. Гладил меня по голове и приговаривал:
-Зато хорошо, чистО.
Вот это самое чистО он и привел к матери моей, дай ей Бог денег, здоровья и удачи еще лет на сто. Матушка моя посмотрела и второпях зовет отца. А полюбоваться было есть на что! Абсолютно лысая ребенкина тыква, которая спереди таки увенчивалась облезлой челкой неровного кроя. Этакий ****атый треугольник, но не на том месте, если вы понимаете, о каком месте я говорю.

Таким хорошеньким, со своим чистО, я проходил еще минуты две. Мама моя взяла ситуацию и ножницы в свои руки, и челка отправилась на пол. Вот теперь было окончательно чистО. И бесплатно.


Рецензии