Ак-Бору

                Ак-Бору

   Правда, не правда, было ли, не было – обо всем знает только река. Она и поведала мне эту историю.

1 глава
    Как правило, слишком восторженные приветствия Ак-Бору воспринимал с подозрением. Вот и сейчас, недоверчиво придирчивым взглядом он осматривал толпу. Его сопровождали всадники, которые также настороженно поглядывали на проявление бурной радости. Огромный кортеж въехал в роскошную царскую резиденцию. Встреча царственной семьи вызвала бурю эмоций со стороны глазеющей публики. Внимание Ак-Бору привлекла девочка. Она стояла в стороне от семьи царя и немного смущенно поглядывала на волнующую встречу. Ак-Бору даже успел подумать, что девушка случайно оказалась на террасе вместе с семьей Великого полководца.  Но в это время Куруш подошел к ней и обнял. Счастливые глаза и крепкие объятья больше не оставляли сомнения – это одна из дочерей Царя царей. Юная красавица отличалась от своих сестер, обладавших яркой красотой, унаследованной от родителей. Она же будто была окутана покрывалом, скрывающим ее от посторонних, любопытных глаз. Еще не девушка, но уже и не ребенок, цветок, лепестки которого, только пытаются вытянуть свои крылышки из крепких объятий бутона. Он уже никого не видел кроме нее и едва расслышал, что ему пытался сказать распорядитель дворца.
   -Вы хан Ак-Бору? Я покажу, где вы можете разместиться со своими людьми.
Поприветствовав свой народ, Царь вместе с семьей удалился во дворец.  Постепенно все стали расходиться. Ак-Бору еще раз бросил взгляд на дверь, скрывшую от него стройный силуэт девочки, привлекшей его внимание. Своенравный конь под ним храпел, вставал на дыбы и рвался в галоп. Ак-Бору играючи сдерживал своего коня.
   -Вы меня понимаете?
Ак-Бору рассеяно обернулся на говорившего.
   -Да, я тебя слышал.

   Ак-Бору с досадой поглядывал на резиденцию Царя царей. Он точно знал, почему выделил девушку из всех сестер. Она казалась трогательной и беззащитной, и ему захотелось оградить ее от всех бед, обнять, согреть своим теплом.  Впервые он испытал такое чувство. Ему казалось, что он давно знает ее и даже слышит ее дыхание и биение сердца. Это было удивительно и странно. В последнее время его больше привлекали страстные, яркие женщины и надо сказать, он никогда не был обделен их вниманием. Когда, впервые услышал о великом завоевателе и непревзойденном в истории правителе, он решил увидеть его своими глазами и перенять не только его полководческий опыт, но и опыт управления огромной державой. Царь царей принял его благосклонно. А потом были многочисленные походы, где в разных странах, после кровопролитных сражений, он встретил много прекрасных светлооких дев, мгновенно окружавших его своей любовью. Проведя в походах несколько лет, он намеревался вернуться домой, где его возвращения ожидают родственники, предвкушая предстоящую свадьбу. Он должен взять в жены дочь знатного хана, причем именно родители девочки настаивают на скорой свадьбе. На самом деле, девочка в течении семи лет будет просто проживать в доме его родителей на правах дочери, пока не повзрослеет. Все это время ее должны воспитывать и обучать традициям семьи Кагана. После этого, так называемого брака, он имеет право взять себе вторую жену и наложниц, но в будущем именно эту девочку, как первую жену он должен объявить своей Хатун. В этом браке его кое-что не устраивало, девочка приходилась племянницей его матери. Это обстоятельство противоречило его взглядам на жизнь. Все его существо протестовало против этого брака и вызывало недоумение. Более того, он был возмущен этим соглашением родителей. В данном случае его желание никто не посчитал нужным узнать, будто он незрелый юнец и не в состоянии выбрать себе жену сам. Дочь Куруша тоже еще очень юная. Но к ней у него особое отношение – она, не ведая того сама, приковала к себе его взгляд и заставила услышать свое дыхание. Это было восхитительно и невероятно, учитывая его неукротимый нрав. Он уже готов был стать ее покровителем и рабом одновременно.

   На следующий день, по случаю побед и присоединения других царств, к великой иранской империи, был устроен грандиозный праздник, где присутствовали все дети Царя царей.  Здесь были самые влиятельные,  знатные особы Ирана, отважные полководцы и воины, а также цари и представители завоеванных стран. Столько блеска серебра и золота не видывал мир. На огромных подносах к ногам царя несли драгоценные камни и жемчуга, сосуды необыкновенной красоты, золотые ювелирные украшения и инкрустированное золотом оружие. Как прекрасные дивные птицы появились танцовщицы и завладели вниманием публики. Царь царей, улыбаясь, тихонько переговаривался то со своей прекрасной женой, то с детьми.  Ак-Бору пытался отвлечься, но его взгляд помимо воли оборачивался на девушку. Она была так прекрасна, что ему с трудом удавалось перевести свое внимание на происходящее в пиршественном зале.  Снова и снова он оборачивался в ее сторону. Ее сестра сияли как звезды в безоблачном небе, она же будто была прикрыта тонкой белой вуалью или находилась так далеко в звездной дали, что  не все могли ее разглядеть. Он даже порадовался, что видит ее один. Как она держит головку, как нежно улыбается, когда разговаривает с близкими. Все вызывало в его сердце волнение и трепет. Вдруг до него дошло, что он погружается в этот водоворот любви окончательно и бесповоротно. Он уже не сможет уехать от нее! Но как звать тебя мой свет?

   Она заметила этого воина еще на площади и почему-то испугалась. На нем был странный головной убор, который совсем не походил на шлем иранских воинов. Скорее это была густо красная, почти бордовая шапка из войлока, расшитая золотыми пластинами. С длинными опущенными отворотами, она напоминала беркута и сразу бросалась в глаза. На лобной части красовалась покрытое золотом изображение головы оскалившегося волка. Вся его одежда, также расшитая золотом, сильно отличалась от распространенной на ее родине. Он был чужестранцем, весь его облик кричал об этом. В окружении своих воинов он напоминал бесстрашного хищника. Конь под ним обеспокоенно храпел и поднимался на дыбы. Она прочитала много книг, но ни разу, никто из известных ей авторов не упоминал о таком народе. Почувствовав, что на нее кто-то смотрит, лишь однажды она невольно обернулась. Это снова был он. В течении праздника она еще долго чувствовала его пристальный взгляд, буквально принуждающий ее обернуться. В конце концов, это сильно измотало ее, и она тихонько покинула тронный зал. Только войдя в свои покои, она взяла в руки книгу, чтобы отвлечься. Но чтение не принесло успокоения. Она приложила руку к сердцу, чтобы унять волнение. Почему он так смотрит на нее, почему это так сильно пугает ее? Он не был уродлив, напротив, он был красив, очень высок и строен.  Почему же она так боится его?
В комнату вошла царица.
   -Адария, ты почему ушла так рано? Тебе нездоровится? Царь забеспокоился, заметив твой уход.
   -Нет, матушка, со мной все в порядке. Я немного устала от гомона людей и от громкой музыки.
   -Ты становишься взрослой и тебе надо привыкать к таким праздникам, - мягко произнесла Кассандан, привлекая ее к себе,  - там много молодых знатных людей, которые могут заинтересовать тебя или ты привлечешь их внимание.
   -Но я пока совсем не думала об этом, - смущенно ответила Адария.
   -Конечно, не думала, и никто не говорит о скором замужестве. Отдыхай, для первого раза и этого достаточно. Ты и правда еще совсем ребенок.
   -Карима, позаботься о царевне! - позвала она служанку.
Потом поцеловала девочку и отправилась в пиршественный зал.

   На следующий день сестрицы рассказывали, что произошло во время праздника. Они звонко смеялись, вспоминая интересные моменты. Подперев щеку, лежа на кровати, Адария смеялась вместе с ними. Среди них она была средней. Ее родила другая жена царя, которая умерла вскоре после тяжелых родов. Девочка осталась на попечении Кассандан, которая заботилась о ней, как о родной. Наряду с сестрами, Адария получила блестящее образование и ни в чем не нуждалась. Особенно она любила читать, это было ее слабостью. С книжными героями она отправлялась в далекие диковинные страны, видела прекрасных, отважных дев и благородных царевичей. Потом, она любила рассказывать все эти истории сестрам, которые с удовольствием слушали ее. Царь царей иногда с грустью поглядывал на дочь – уж очень сильно она становилась похожа на мать. Мечтательность и ожидание чуда Адария унаследовала от своей матери. От него ей достались только глаза. Он всегда жалел, что не может больше времени проводить со своими детьми, но, глядя на Адарию, его сердце сжималось от боли. Тоненькая как кипарис, хрупкая - она казалась самой слабой и беззащитной. Хотя, все дети Куруша, включая девочек, имели навыки владения оружием: прекрасно управлялись луком и стрелами, кинжалом и великолепно держались в седле. Царь царей не часто бывал в кругу семьи, но, когда это случалось, счастью не было предела.
   Прошло немного времени, и все вошло в обычное русло. Адария успокоилась и забыла о молодом человеке, встревожившем ее милое, юное сердечко. Она не привыкла к такому пристальному вниманию. Ее вполне устраивало оставаться в тени сестер. Увидев семью Куруша, взоры всех мгновенно приковывались к родным дочерям и сыновьям Кассандан. Все были статными и очень красивыми. Многие принимали Адарию за компаньонку в  играх царевен. Мало кто знал настоящее происхождение девчушки.  Но в кругу семьи ее любили и не обижали.
Теперь, она снова гуляла в саду, мечтательно поглядывая на причудливые облака, читала книги и занималась с преподавателями вместе с сестрами.

   Царь с вельможами и семьей разместился на верхней смотровой площадке. Човган был его любимой забавой. На поле всадники пытались забить мяч в ворота противника. Адария сначала не хотела идти, но царица настояла. Сейчас, она увлеченно следила за игрой и нисколько не пожалела, что оказалась здесь. Это соревнование и правда увлекло ее. Когда одна из команд одержала победу, раздались возгласы одобрения.
   -Ак-Бору, а ты не хочешь принять участие в играх? – вдруг раздался голос Царя,
 - неужели так тихо отсидишься в сторонке? Боишься моих соколов? Что-то не похоже на тебя?
   В среднем ряду поднялся мужчина, обернулся к Царю царей, склонился. На лице появилась ослепительная, обезоруживающая улыбка. Адария во все глаза смотрела на молодого человека. Ак-Бору! Значит твое имя Ак-Бору? Сейчас он уже не казался ей таким далеким и страшным. Открытая улыбка и эти милые ямочки на щеках вдруг преобразили его облик и ее представление о нем.
   -Я не очень знаком с правилами этой игры, но не откажусь размяться.
   Вместе с ним вышли еще три игрока из его сопровождения. Стремительно взлетев на своих коней, они с ходу начали игру. Адария не следила за игрой, за счетом – ее взгляд неотступно следовал за Ак-Бору. Это был вихрь! Он стремительно носился по полю, не давая никому приблизиться к своим воротам. Возле ворот противника, напротив, беспрестанно поднимались клубы пыли и борьба. Вырванная копытами лошадей трава вместе с землей разлеталась во все стороны. Больше всех досталось зрителям в первых рядах. Соперники едва поспевали за этим ураганом, растерянно поглядывая на царя. Все понимали, что в этой игре правила полностью отсутствуют. Это даже отдаленно не напоминало човган. Когда игра закончилась, выяснилось, что новички победили. Царь хохотал, публика ликовала.
   Ак-Бору бросил счастливый взгляд на Адарию, в полной уверенности, что сейчас никто не обратит на это внимание. Его счастью не было предела – она, наконец, заметила его!

   После игры Царь пригласил к себе Ак-Бору.
   -Ну что ж, хан, думаю, пришло время. Тебе пора отправляться в путь. За твою службу и отвагу дарую тебе девятнадцать чистокровных жеребцов и мешок золотых. Награда достойна такого храбреца.
Ак-Бору нахмурился, но промолчал.
   -Чем недоволен, полагаешь, не велика награда? – спросил Царь, пристально глядя на молодого человека.
   -Не надо награду, отдай за меня свою дочь.
Царь вскочил.
   -Не переходи эту черту! – угрожающе произнес он, - я сразу заметил с кого ты не сводишь взгляд!  Даже и думать забудь! Ей едва исполнилось четырнадцать!
Ак-Бору хмуро наклонил голову.
   -Не гневайся. Я люблю ее. Без нее никуда не уеду. Если не отдашь, увезу. Прошу не доводи до этого.
   -Да ты кочевник, смотрю, совсем спятил! Забыл, с кем говоришь?! Наглец!
   -Тогда, я украду ее! – бросил напоследок Ак-Бору и направился к выходу.
   -Только попробуй необузданный степняк,  в тот же миг лишишься головы! – крикнул Царь вслед, - совсем не знаком с правилами приличия! Дикарь!
Царь тяжело дышал, наглость молодого человека вывела из себя всегда владеющего сильной выдержкой и проницательностью полководца.
   -Эй, кто здесь?! – немного подумав, позвал он.
В комнату вошел привратник.
   -Не спускайте с него глаз! Следите, чтобы он близко не приблизился к Адарии. Иначе ответите мне своей жизнью!
   Пытаясь погасить гнев и взять себя в руки, Куруш направился к жене.

   Адария взволнованно ходила по саду. Отчего-то было неспокойно на сердце. Она несколько раз глубоко вздохнула: почему я так волнуюсь, ведь ничего не произошло? Она вернулась в свою комнату, присела на кровать. Ей казалось, что вокруг нее сгущаются тучи. Что-то не давало спокойно дышать. Вошла служанка Карима, принесла поднос с фруктами и сладостями.
   -Что с вами моя милая госпожа, на вас лица нет?
   -Карима, я не знаю, что со мной происходит. Я сильно волнуюсь, но ведь никакой причины нет? Я дома, окружена любовью и заботой близких.
Карима вздохнула, ласково посмотрела на девушку. Она находилась возле нее почти с рождения и готова была отдать за нее жизнь.
   -Чтобы не случилось, я всегда буду рядом с вами. Не нужно ничего бояться.

   Царица практически столкнулась с мужем в дверях.
   -Я только что узнала! Как посмел какой-то кочевник из неведомой страны, о которой мы даже ничего не знаем, просить руки нашей дочери?! Никогда не дам на это согласие! – воскликнула она.
   -Успокойся дорогая, об этом не может быть и речи, хотя бы потому-что Адария еще совсем ребенок, - произнес Куруш.
   -Даже если не ребенок, я категорически против! – возбужденно произнесла Кассандан, - я вырастила ее и в ответе за будущее этой девочки перед ее матерью! Я обещала Кассии, что Адария выйдет замуж по любви и достанется хорошему человеку, который будет заботиться о ней и оберегать от всех невзгод и печалей!
   При упоминании о второй жене Царь тяжело вздохнул. Это был спонтанный брак. Все произошло быстро и без согласия Царицы. Ее просто поставили перед, уже случившимся, фактом. Когда он случайно увидел стройную и нежную девушку, его поразил удивительный разрез и цвет ее глаз. Это была зелень глубокого омута, в который сразу захотелось окунуться. Нежная кожа и длинные черные косы влекли к себе. Тогда, его позабавила схожесть имен, и хотелось посмотреть на реакцию Кассандан, с которой он поссорился перед самым походом. Как потом выяснилось, это была всего лишь кратковременная влюбленность. Кассия всегда находилась в тени Царицы. Но через девять месяцев родилась прелестная девочка, которая сразу покорила сердца всех домочадцев. После смерти второй жены все как-то быстро забыли об ее существовании. Он чувствовал свою вину и перед Кассандан и перед Кассией. Адарию он любил и никогда бы не подвергнул ее жизнь опасности, отдав замуж за первого встречного. Куруш нахмурился, вспомнив Ак-Бору.

   Ак-Бору долго бродил по городу, пытаясь убить время. Уезжать на родину он не спешил, полностью игнорируя приказ Царя царей. Вернувшись в гостевой дом, он по обыкновению разулся и устроился на большой тахте. Что делать, как встретиться с девушкой? Он до сих пор не знал, как ее звать. В разговоре с Царем ни разу не промелькнуло ее имя. Это обескураживало и злило его. С другой стороны, он поражался выдержке Царя – его уже давно могли выдворить восвояси, но до сих пор к нему никто не пришел с требованием убираться. В комнату вошел Тегу, младший брат. Ему было шестнадцать. Он легко мог расположить к себе кого угодно и без всяких проблем вступал в разговор с малознакомыми людьми. Но Ак-Бору недолюбливал своих братьев. Уже много раз ему рассказывали, что те давно сговорились против него и пытаются занять его место. Он не выпускал их из виду, но и не шел на сближение. Брать в этот поход младшего брата, он не собирался, но отец настоял – мальчику нужен опыт, а с кем он его приобретет, как не со старшим братом, наследником каганата. Вот и сейчас, только Тегу появился в дверях, Ак-Бору бросил на него недовольный взгляд. Друг детства Майрат, с которым молодой хан вырос и доверял как самому себе, тоже с недоверием посмотрел в сторону юноши.
   -Брат, я все узнал: имя царевны Адария!
   Ак-Бору оживился. Адария, какое нежное и в то же время глубокое имя! Оно звучит как полноводная река.
   -Быстро рассказывай все что знаешь. Есть ли какая-то возможность встретиться с ней?
   -Есть – царские дочери не затворницы, они свободно перемещаются по дворцу, в случае необходимости выходят в город. Правда, рядом с ними всегда дворцовая стража.
   -Это не проблема, - ветрено произнес Ак-Бору, - для меня важно познакомится с ней, поговорить. Мне показалось, она боится меня.
   -Хан, это не самая хорошая затея, стоит ли так рисковать. Зачем тебе конфликт с самим Царем. Это всего лишь девушка, которых в твоей жизни будет много, - недовольно произнес Майрат.
   Ак-Бору пристально посмотрел на товарища.
   -То, что моя любимая дочь Царя царей немного все усложняет, но совсем не пугает меня! Мне никто не нужен кроме Адарии!
   Майрат изменился в лице. Разговор наводил на него тоску.
   -У нас тоже много красивых девушек и ты мог бы сначала присмотреться к ним, - нехотя произнес он, - а здесь ты можешь навлечь на себя гнев Царя. Мы далеко от дома и в случае чего, помощи не от кого ждать!
   -Ты мой преданный друг! С детства я доверял тебе свои тайны, и ты всегда понимал меня! Тогда что с тобой теперь? Неужели все дело в Гуанте? Ты с самого начала знал мое отношение к этому сговору родителей!
   -Причем здесь Гуанте? Дело не в ней, ты перестал доверять мне и то, что я говорю, пропускаешь мимо ушей, - ответил Майрат.
   -Как только я сказал, что мне нравится эта девушка, ты изменился. Только я завожу разговор о ней, ты недовольно ворчишь или отмалчиваешься! В таком случае, хочу, чтобы ты знал - я сам буду решать на ком мне жениться! Ничье одобрение для этого мне не нужно! 
   -Делай, что хочешь, - проворчал Майрат, - если ты считаешь что будешь счастлив с ней, я больше вмешиваться не буду.
   -Да, лучше не вмешивайся!
   Тегул выслушал перепалку друзей. Когда они замолчали, продолжил:
   -Скоро состоится большой праздник, который продлится несколько дней. Говорят, перед этим девушки обязательно отправятся на базар. Во всяком случае, так было всегда. Как ты уже видел, там много всякого люда. Возможно, тебе удастся встретиться с ней, хотя бы издалека, а может даже получится поговорить.
   В это время во дворе послышался шум. Ак-Бору выглянул в окно и  усмехнулся, вот и дождался – во двор гостевого дома вводили жеребцов, сказочной красоты. Дверь отворилась, в комнату вошел посланец из резиденции Царя царей, положил на стол мешок золотых. За ним в комнату проскользнул брат  Майрата, Мурай, который отличался свирепым нравом. Когда-то Мурай был веселым парнем, но однажды, во время одного из многочисленных походов, его лицо обезобразил страшный шрам, который изменил не только его облик, но вселил ненависть и злобу в его сердце. В сражении он был беспощаден. К сожалению, в жизни он также был свиреп с людьми, поэтому все его побаивались. Ак-Бору ценил его за мужество и преданность. 
   -Царь царей Куруш желает вам счастливого пути, - произнес посланец, - он надеется, что вы отправитесь в дорогу сегодня же.
   -Передайте Царю царей, что я приехал сюда сам и не за наградой. Я принимал участие в походах по своей воле и уеду, когда захочу. А сейчас, верните это золото и этих царственных коней тому, кому они по праву больше подходят. А меня вполне устроит моя скромная лошадка.
   Майрат с ужасом посмотрел на хана, как на безумного. Ак-Бору больше не слышал его слов. Очередной разговор так же закончился ссорой. Вот и сейчас, зачем отказался от награды, тем более, лошади им и правда нужны – впереди предстоял долгий путь.
   Тегул, напротив, восторженно обернулся к старшему брату – так разговаривать с самим Царем царей не решился бы никто!

   -Он осмелился вернуть мою награду?! Каков наглец! – воскликнул Куруш, выслушав гонца, - и что мне с ним теперь делать?
   -Может казнить…, - неуверенно произнес, присутствующий при этом вельможа, потом добавил, - в назидание другим.
   -Не в моих правилах казнить детей других правителей. У меня тоже есть сыновья, и я не знаю, как бы они повели себя на его месте. Да и за что? За то, что он любит мою дочь? Нелепее причины я еще не видел! Другое дело, что я никогда не отдам за него свою дочь. Следите за каждым его шагом!

   С приближением праздника Ак-Бору все чаще стал выходить на прогулку по городу. Заметив, что товарищ по детским и юношеским играм не хочет понять его чувства, он перестал досаждать того разговорами и решил брать с собой младшего брата. Ну что ж, Майрата можно понять. Мало кому понравится, что обрученный с младшей сестрой друг, хочет взять в жены другую девушку. Зато Тегу, как никогда сейчас был ему нужен.  Он мог мгновенно оценить ситуацию, все разузнать и сообщить нужные ему сведения. Похоже, братишке понравился этот большой город. Он быстро в нем освоился, в отличии от старшего брата. Вдруг Ак-Бору напрягся – он заметил брата, который стоя у одного из рядов, осторожно подавал ему знаки рукой. Ак-Бору стал рассматривать приближающихся к нему людей. Вот пожилой мужчина остановился возле прилавка с золотыми украшениями, вот две женщины рассматривают тонкую ткань. Он уже перевел взгляд на следующую группу молоденьких девушек, как задумался и снова вернулся к двум женщинам. Одеты они были очень просто. Одна из них оказалась женщиной зрелого возраста, другая совсем еще молоденькая девушка. Адария! Сердце взволнованно забилось. Еще никогда она не была так близко! Длинные, черные как смоль косы, необыкновенные черные глаза. Лишь взглянув в них, можно было заметить глубокий зеленый оттенок. Он подошел к прилавку и сделал вид, что тоже рассматривает ткань.
   Адария увидела шелк небесного цвета и забыла обо всем. Вообще-то она пришла сюда с Каримой для того, чтобы купить подарок матушке. До прилавка с украшениями она не дошла совсем немного. Вот и хорошо, она возьмет в подарок именно этот шелк. Вдруг она увидела мужскую руку, которая прикоснулась к тому же товару. Длинные пальцы лишь скользнули по ткани, но она сразу увидела на кисти руки изображение белого завывающего волка. Ей даже показалось, что она услышала этот вой. Адария вздрогнула и посмотрела на мужчину. Рука еще была на ткани, но глаза ласково смотрели на нее. Ак-Бору?! Она растерялась. Его облик снова испугал ее.
   -Я так рад, что встретил вас, - проникновенно произнес он.
Она смутилась, покраснела и опустила голову, не зная, что ответить. К нему сразу подошла дворцовая стража, взяла под руки и увела. Он даже не сопротивлялся, счастливо улыбаясь, спокойно пошел вместе с ними.

   Царь сидел на троне и молча, взирал на Ак-Бору.
   -Ты что творишь? – наконец заговорил он, - ты же храбрый воин, я сразу выделил тебя из всех. Мне бы хотелось иметь такого в бессмертных войсках. Зачем ты хочешь испортить наше расставание своим безумным упрямством? Я сказал тебе не приближаться к моей дочери.
   -Я не уеду без Адарии, - ответил Ак-Бору, - без нее моя жизнь будет пуста и бессмысленна. Раз так, возьми мою жизнь сейчас, сопротивляться не буду.
   -Ты взрослый мужчина, а рассуждаешь как мальчишка. Хорошо, давай поговорим! Каждый отец хочет знать, счастлива ли его дочь. По этой причине старается устроить ее жизнь, выдав замуж поближе. Ты еще молод, своих детей нет, поэтому не понимаешь переживаний отца.
   -Да, я молод, и многое мне еще предстоит узнать. Сейчас я знаю, что хочу быть только с Адарией.
   -Да ты с ней даже не говорил, не знаешь ее, как ты можешь утверждать это?
   -Тогда позволь нам познакомиться, узнать друг друга лучше, чтобы она не пугалась при моем появлении? – воскликнул Ак-Бору.
   -Как ты не понимаешь, она еще ребенок! О чем ты собираешься с ней говорить, если мы даже не сообщили ей о твоих намерениях? То, что тебе рисует твое воображение, ей даже в голову не приходит! Она еще с куклами играет!
   -Я найду, что ей сказать! – упрямо стоял на своем хан.
   -А теперь слушай, что я тебе скажу: сейчас мне некогда заниматься тобой, поэтому тебя посадят под стражу! У нас большой праздник и я не хочу  испортить его Адарии, ограничив ее передвижение стенами дворца! На твое благоразумие надеяться не приходится! А ты подумай над моими словами!
   -Уведите его в дальнее крыло и заприте!  - приказал он страже.

   В комнате Адария приложила руки к пылающим щекам. Он стоял так близко, она даже слышала его дыхание. Его голос, улыбка запали в сердце. Он стал первым мужчиной, который так просто заговорил с ней, а потом его увели. Внезапно  появилось чувство вины. Что теперь с ним будет? Ничего плохого не произошло, он даже не притронулся к ней, но она вдруг поняла, что как-то причастна к этому. Все произошло из-за нее, но это неправильно!
   Вошла Царица. Адария подняла на нее встревоженный взгляд.
   -Матушка, на базаре арестовали мужчину, который подошел ко мне, но он даже не прикоснулся ко мне…, - начала она.
   -Успокойся милая, его арестовали не только из-за того, что он подошел к тебе. Этот наглец осмелился просить тебя в жены у самого Царя царей.
Девушка отшатнулась, испуганно посмотрела на Кассандан.
   -Меня в жены?! Матушка, но я не хочу уходить из дома! – потрясенно воскликнула Адария.
   Девушка обняла царицу.
   -Ну что ты, разве я позволю такое. Царь сильно разгневан его выходкой. Скорее всего, после праздника этого наглеца выпроводят далеко за пределы империи.
   В глазах Адарии показались слезы. Сейчас она не могла объяснить почему расстроилась – из-за того что испугалась, или из-за того, что больше не увидит Ак-Бору. Кажется и от того и от другого. Она вдруг вспомнила его счастливую улыбку, когда он подошел к ней. Кассандан ласково подняла лицо дочери, внимательно посмотрела ей в глаза, вытерла покатившиеся слезы.
   -Я отпущу тебя только тогда, когда буду уверена, что мужчина достоин тебя и самое главное – что ты любишь его. 

   Увидев, что старшего брата стражники увели во дворец, Тегул сначала, растерялся. Потом немного поразмыслив, принял решение. Надо немедленно отправляться домой, сообщить о случившемся отцу, а кроме него самого никто не сможет объяснить Кагану, что на самом деле произошло с его старшим сыном. Майрат не должен ничего заподозрить! Тегул не любил ни его, ни его звероподобного братца. Пусть думают, что я ошиваюсь, где-то в городе. Недолго думая, он тихонько вывел своего жеребца из конюшен, по пути взял с собой припасы и отправился в дорогу. Чтобы не привлекать внимание, вторую лошадь он оставил. Две недели он был в пути. Дома его никто не ждал – он свалился как снег на голову. Сначала он решил навестить мать и только потом отправиться в резиденцию Кагана, хотя сейчас, после роскошных резиденций иранского Царя царей, назвать это резиденцией было трудно. Скорее, это была хорошо укрепленная, крепость, вокруг которой и  расположился большой город – Хан-Алтай. На территории крепости располагался большой дворец, несколько малых дворцов и пара летних аилов. В одном из них сейчас и находилась его мать, вторая жена Кагана. Она была еще молода, Тегул был ее единственным ребенком. Едва обняв мать, он увидел вошедшего в аил отца.
   -Что случилось? Почему ты один, где твой старший брат, где все?
Тегу поклонился отцу.
   -Этот разговор только для вас, - произнес он.
Каган нахмурил брови. Глазами приказал младшей жене выйти. Присел на подушки, немного помолчал.
   -Так и есть, что-то случилось. Рассказывай!
Выслушав внимательно сына, Каган долго молчал, потом ударил кулаком по столу.
   -Почему он такой бестолковый и упрямый?! Какая вообще была надобность отправляться на край света? Но он захотел увидеть великого современника! А теперь еще и влюбился в его дочь!  – воскликнул он, - хорошо, влюбился, сообщи мне! Кто так поступает в подобных ситуациях? Это не сопливая девчонка из бедного аила, а дочь самого Царя царей! Правильно сделал Куруш! Пусть теперь посидит, пока еще что-то не натворил!
   К вечеру в резиденцию Кагана собрались все его братья. Узнав, что произошло, все единодушно приняли решение – как и положено в такой ситуации, надо вести дары и просить иранского Царя отдать свою дочь за Ак-Бору. Что из этого получится, никто не знал и даже не хотел думать. В крайнем случае, надо задобрить царя, чтобы хотя бы отпустил хана Ак-Бору.

   Праздник прошел мимо Ак-Бору. Он всем сердцем рвался к Адарии, хотел увидеть ее, прикоснуться к ее нежным пальчикам, но выбраться отсюда было невозможно. Сначала он отнесся к своему заточению довольно легкомысленно, полагая, что легко найдет способ покинуть свою темницу, но все оказалось не так как он предполагал. Не только у двери, но и за окнами дежурили стражники. Хотя назвать условия пребывания узника суровыми, было бы несправедливо. В помещении, где он находился, была маленькая комната с  водопроводом, где он мог привести себя в порядок. Его хорошо кормили, на столе постоянно стояли фрукты и сладости, спал он на мягкой тахте и укрывался шелковыми одеялами. Ему даже вино принесли по случаю праздника, от которого он отказался. Применять насилие он не хотел, все-таки это приказ отца девушки, которую он хочет взять в жены.

   Адария теперь часто думала о Ак-Бору. Она еще не была готова уйти из дома, но уже поняла, что он ей очень нравится. Что такое любовь она еще не понимала. Ей хотелось увидеть, узнать его. Всем уже было известно, что ее хотят взять в жены. Сестра часто прибегали и долго секретничали с ней, рассказывали, что он находится во дворце и что его охраняют в одной из дальних комнат. Адария больше молчала, не задавала вопросов, не интересовалась, как долго он пробудет под стражей. Она пока не знала и не понимала, чем все это закончится. Будущее все больше пугало ее своей неопределенностью.
   Царь вошел к дочери. Он хорошо представлял ее волнение. Узнав от царицы, что девочка напугана, он захотел успокоить ее, приласкать.
   -Адария, доченька, в течении праздника, я ни разу не увидел твою милую улыбку. Ты всегда так ждешь этот праздник. А в этот раз даже не порадовалась со всеми. Успокойся, я никогда не отдам тебя замуж без твоего согласия.
Девушка обняла отца. В это время в комнату заглянул сановник.
   -Владыка мира, прости меня, что отвлекаю тебя. Пришел караван с востока. Его сопровождают знатные люди тех краев. Они привезли послание от тамошнего царя и просят о встрече с тобой.
   -Хм, неужели это не потерпит да завтра?
Сановник склонил голову.
   -Интересно…, пусть их пропустят, - проговорил Царь царей.
Куруш еще раз обнял дочь, погладил ее косы и отправился в приемный зал.

   Он только занял место на троне, как дверь распахнулась и в зал стали вносить множество связок соболей и горностаев, подносы с самоцветами и золотыми украшениями, оружие в золотой оправе, серебряные бочки с медом. Потом возле ног Царя положили большой сосуд с нефритом. Затем внесли десять тигровых и двадцать медвежьих шкур. Сначала Царь удивленно приподнял брови, потом усмехнулся. В зал вошли двое уже довольно взрослых мужчин и юноша. Лицо молодого человека показалось Курушу знакомым. Все склонились перед Царем царей.
   -Царь, прости нас за настойчивость. Наш Каган просил передать тебе послание, - заговорил один из гостей.
Сановник сам принял послание и передал Царю, который открыв  и посмотрев на рунические символы, отдал чтецу для оглашения.
   «Живи долго Царь царей Куруш! Мне стало известно, что мой старший сын Ак-Бору находится у тебя под стражей. Что ж, на твоем месте и я поступил бы так. Мой сын горяч и своенравен, прости ему молодость. Он полюбил твою дочь и не хочет возвращаться домой без нее. Если ты отдашь ее моему сыну, я приму ее, как дочь и она станет его Хатун или как у вас говорят, Царица. Она будет окружена любовью и заботой всей моей большой семьи. Я – Каган алтайского каганата Ак-Алтын, обещаю это тебе!»
   Царь какое-то время разглядывал гостей, потом заговорил:
   -Я так понимаю, вы близкие родственники вашего Кагана?
   -Да, мы его младшие братья, - ответил один из гостей.
   -А тебя я вспомнил, - сказал Царь, обращаясь к Тегулу, - ты брат Ак-Бору и состоишь в его окружении. Кажется твое имя Тегу. Похоже, дело принимает серьезный оборот. Хорошо – я отпущу Ак-Бору, позволю ему встретиться с моей дочерью, пусть поговорят. Но, если она не захочет, или испугается его, я принуждать ее не буду. Ак-Бору же должен будет без промедления покинуть пределы моей империи!
   -Так и поступим, - согласились гости.

   Ак-Бору лежал на тахте и смотрел в потолок. Праздник уже давно прошел. За окном зацвели гранатовые и персиковые деревья, распространяя в воздухе волшебный аромат. Это еще больше настраивало его на необдуманные поступки. Отказываться от Адарии он и не думал. Пребывание в «темнице» ему надоело, но Царь, похоже, забыл о его существовании. Сегодня ему не принесли обед. Из-за этого настроение ухудшилось еще больше. Они что, решили заморить его голодом?! Он подошел к двери, несколько раз ударил кулаком.
   -Эй, где моя еда? – крикнул он.
   В это самое время дверь открылась.
   -Выходи, жених, - хмуро проговорил стражник, - надоело уже возиться с тобой.
   «Жених?» Ак-Бору удивленно посмотрел вокруг – что изменилось за то время, пока он находился в «заточении»?
   -Я могу идти? – спросил он.
   -Да, иди. Через неделю Царь царей будет ждать тебя в летнем саду.

   В гостевом доме Ак-Бору увидел своих ближайших родственников, что привело его в крайнее удивление.
   -Что вы здесь делаете? – спросил он.
   -Тебя освобождаем, - ответил один их ханов, - а если получится и сватаем за тебя царскую дочь.
   -Что?! Как вы узнали? – воскликнул Ак-Бору.
   Тегул вышел вперед.
   -Прости брат, но когда тебя взяли под стражу, я сразу отправился домой и рассказал все отцу.
   -Зачем ты это сделал, кто тебя просил?!  Куруш и так собирался меня отпустить!
   – закричал Ак-Бору, - теперь отец думает, что я не способен решить свои проблемы сам! Он и так считает, что мне рано доверять серьезные дела. Ни разу не поставил меня командовать армией, а теперь и вовсе будет думать, что я разбалованный мальчика, которого заботят только собственные прихоти!
   -Прости, - тихо произнес Тегу, - но зато теперь, Царь царей позволит тебе встретиться с Адарией. Потом, если она согласится, он не будет препятствовать.
   Ак-Бору не поверил своим ушам.
   -Он согласился на мою встречу с Адарией?!
   -Это согласие стоило нам очень дорого! – произнес один из его старших родственников, - по сути, ничего еще неизвестно, девушка может отказаться. Главное тебя отпустили.
   -Так это значит, что через неделю я смогу встретиться…, - уже предвкушая встречу, счастливо произнес Ак-Бору.
   -Да, похоже, - ответил Тегу, - брат ты меня прости…, но…,
   -Что еще? – сердито взглянув на младшего брата, произнес Хан.
   -Ты не надевай шапку. Кажется, она боится тебя из-за нее. В ней ты кажешься свирепым хищником, который сейчас же накинется и разорвет свою добычу.
Ак-Бору сверкнул глазами в сторону младшего брата.
   -Быстро ты забыл, что означают родовые обереги. Посмотрел мир и проникся чужими нравами?
   Тегу понуро опустил голову, Ак-Бору отправился приводить себя в порядок в ближайшую баню.

   Узнав, что Царь хочет позволить кочевнику встретиться с Адарией, Царица не стала противиться и ссориться с ним - она отправилась к оракулу! Она почти не сомневалась – этот союз не принесет девочке счастья! Узнав от Кассандан дату и время рождения девушки, а также краткие сведения о месте рождения и статусном происхождении Ак-Бору, оракул принялся за вычисления. Царице надо было подождать несколько дней.
   Адарию никто не поставил в известность, что скоро состоится ее встреча с кочевником. Царица наотрез отказалась принимать в этом участие. Немного поразмыслив, Царь принялся за дело сам - он рассчитывал на внезапность и на полное отсутствие понятий хорошего тона у Ак-Бору. Его одежда и дикие привычки в разговоре могут напугать девочку.  В таком случае, Царь сразу остановит это знакомство, и никто уже не посмеет упрекнуть его, что он не сдержал свое слово. Он просто постоит в стороне и понаблюдает за встречей издалека, а в нужный момент вмешается. Но, когда пришел этот день, и Царь увидел вошедшего в сад Ак-Бору, то невольно открыл рот.
   -Ах ты змей! Шкуру сбросил?! – возмущенно проговорил он.
   Кочевник сейчас больше напоминал сказочного принца. Волосы были аккуратно собраны. Его облик излучал благонравие. Он полностью сменил свой варварский гардероб на одежду иранской высшей знати и обворожительно улыбался.
Адария вошла в сад, чтобы полюбоваться цветением деревьев. Отец сказал, что хочет поговорить с ней и просил подождать его здесь. Она присела на качели. Воздух пропитался весенним ароматом. Вдруг возле фонтана она увидела незнакомого мужчину. Как он оказался здесь, кто его пропустил? Он огляделся, заметив ее, направился к ней. Когда он подошел ближе, Адария тихонько ахнула. Сначала, она его не узнала. Но когда он улыбнулся, растерялась. Ак-Бору! Но, он был совершенно другой! Будто на ее глазах свершилось чудо, и она оказалась в сказке – к ней шел герой из ее сказок! 
   -Добрый день, моя радость, - ласково проговорил Ак-Бору.
   -Здравствуйте, - ответила Адария.
   -Я так давно хотел встретиться с вами. Я Ак-Бору. Адария, я знаю, нам не дадут долго говорить, но от вашего слова сейчас зависит моя жизнь, мое счастье. Вы согласны встретиться со мной снова?
   -Да, я согласна, - ответила девушка и улыбнулась.
Подошел Царь, недовольно оглядел Ак-Бору.
   -Доченька, ты иди к себе, а мне надо поговорить с этим молодым человеком, - сказал он.
   -Хорошо, - сказала Адария.
   К ней подошла служанка и вместе они направились в женскую половину.
   -Смотрю, ты время даром не терял. Тщательно все продумал и хорошо подготовился! – произнес Царь.
   -Я сделаю все, чтобы Адария была счастлива со мной! Я положу к ее ногам свою жизнь! Прошу, не противьтесь нашему счастью, позвольте нам встретиться снова.
   -Я не глухой, слышал – она согласилась, - задумчиво проговорил Куруш, - я еще подумаю, потом дам ответ.
   Лицо Ак-Бору осветила радость, и он склонился перед Царем царей. Это  «еще подумаю» - было равносильно согласию!

   После ухода Ак-Бору, Царь еще долго оставался в саду. Он хотел побыть один. Жизнь не стоит на месте, все движется и постоянно меняется. Мы все странствуем в этом мире: мечемся, суетимся, беспрестанно что-то ищем. Постоянно находимся в поисках призрачного счастья. Покорив полмира, он так и не почувствовал удовлетворения. Оказывается счастье нельзя взять в руки – оно постоянно ускользает, а вместо этого появляется разочарование. Оказывается не это главное. Прожив большую часть своей жизни, он понял - счастье это любимая женщина, дети, дом. Сколько бы жен у него не было, какой бы молодостью и красотой они не обладали, его взгляд все время оборачивался к Кассандан. Однажды он отдал ей свое сердце, и она подарила ему красивых умных детей. Кассандан осталась единственной любовью в его жизни. Он был безмерно благодарен ей. Она, не раздумывая, приняла его крохотную дочь от другой женщины и воспитала вместе со своими детьми. Поэтому в эту резиденцию он не приводил больше других своих жен. Они конечно у него были, но жили в других городах. Здесь обитает его семья, его единственная любовь. Здесь его гнездо!
   Куруш вспомнил свою молодость. Наверно на месте Ак-Бору, он тоже поступил бы также. Но любит ли Ак-Бору его дочь на самом деле, как долго продлится его чувство? Или это просто упрямство? Куруш усмехнулся, вспомнив кочевника. Надо же, даже снял свою дикую шапку и сменил одежду, только бы произвести на нее благоприятное впечатление! До этого, никто не смог убедить его переменить свои привычки хотя бы на время пребывания в Иране. Куруш не сомневался, что Ак-Бору защитит его дочь и никому не даст в обиду, но это пока – пока он любит ее. Что если в его жизни появится другая женщина? Как он поступит с Адарией? Она окажется так далеко от дома – кто ей поможет?! Царь не думал о себе – он невечный, и возраст все чаще об этом напоминал. Как братья узнают, что стало с их сестрой? Камбиз уже поклялся, что никогда не оставит сестер и найдет для них достойных мужей. Но Адария, она будет очень далеко! Как он узнает о ее беде? Если сейчас, позволить Ак-Бору встречаться с Адарией, он совсем заморочит ей голову. А может…, если Адария узнает Ак-Бору ближе, она увидит его недостатки и не захочет больше его видеть? Ведь между ними пропасть – они живут в разных мирах! Их разделяют обычаи, взгляды на жизнь, иные обряды. Адария хоть еще и маленькая, но далеко не глупая. Она все поймет. Хорошо, так и поступим – пусть встретятся еще пару раз!

   Кассандан только вернулась от оракула, расстроено посмотрела в окно. Как она и предполагала союз с Ак-Бору принесет Адарии много слез и обид. Более того, все может обернуться для нее лишениями и нищетой.  Как все это сказать девочке? Услышав о предсказании оракула, Царь лишь махнул рукой – никакой свадьбы не будет, не стоило беспокоить оракула.  Он еще не знает, что Адария светится от счастья, ожидая новой встречи с человеком, который принесет ей только беды! Кажется, этот дикарь уже сумел очаровать ее. Хорошо, она понаблюдает, к чему все это приведет, а потом поговорит с Ак-Бору. Он уже не мальчик, должен понимать. Насколько ей известно, они тоже прислушиваются к своим оракулам.

   Ак-Бору не чувствовал под собой земли – он летал от счастья. Адария его мечта, его счастье и она очень скоро будет принадлежать ему – теперь он в этом нисколько не сомневался. Если надо, он будет одеваться как иранец, будет разговаривать на их диалекте, это для него не сложно. За время походов он изучил язык и ознакомился с обычаями жителей этой страны. Ради того, чтобы стать ближе к ней он готов на все. Сегодня Царь позволил ему присутствовать на конной прогулке его старших дочерей. Там же будут его сыновья. Ак-Бору хорошо сознавал – никто не позволит ему остаться с Адарией наедине, но это уже было что-то. Пусть так, зато он узнает свою любимую с другой стороны.
   Когда он прибыл на своем скакуне к небольшой роще за царской резиденцией, там уже находились два старших брата Адарии. Они придирчиво оглядели Ак-Бору. Иранцы вообще много внимания уделяли своему внешнему облику и требовали это от других. Он обратил на это внимание сразу, когда присоединился со своим отрядом к войскам Царя царей в Вавилоне. На этот раз Ак-Бору мало чем отличался от них. Он поприветствовал царевичей как полагается. Они вежливо приняли его приветствие, но и только. Единственно кто удосужился внимания молодых людей так это его конь. Оба отметили его стать. Показались две юные всадницы в сопровождении трех воинов. Адария великолепно держалась в седле, это было так удивительно, учитывая ее юный возраст и нежную натуру. Ак-Бору не мог отвести от нее глаз, но многочисленные иранские правила требовали быть сдержаннее. У себя на родине, он бы уже давно держал понравившуюся девушку в своих объятиях! Здесь приходилось подчиняться местным обычаям. Увидев его, Адария едва заметно улыбнулась и кивнула головой. Вся группа двинулась в сторону реки. Сначала все перебрасывались лишь короткими фразами, но постепенно разговор оживился, послышались добрые подшучивания и даже смех одного из братьев. Вдруг лошадь Адарии встала на дыбы, вырвалась вперед и понеслась в открытую долину. Сразу никто ничего не понял, решив, что младшая сестра захотела посостязаться. Такое бывало и раньше. Но лошадь все быстрее прибавляла скорость и уже неслась в сторону крутого берега. Пока до всех дошло что произошло, Ак-Бору уже летел на своем скакуне следом за обезумевшей лошадью. Он хотел крикнуть Адарии, чтобы она вынула ноги из стремени, но она, похоже, сама знала, что надо делать в такой ситуации. Буквально подлетев к ней стремя в стремя, он притянул ее к себе. В следующее мгновение, у самой кромки обрыва, лошадь резко развернулась и помчалась вдаль. Но Адарии уже ничего не угрожало – она была в объятиях Ак-Бору. К ним присоединились остальные всадники. У всех были обеспокоенные лица. Камбиз усадил сестру впереди себя.
   -Ты быстро среагировал, благодарю тебя. Если бы не ты, даже не знаю, что бы произошло. Не хочу об этом думать, - взволнованно обратился он к Ак-Бору.
   -Адария ваша сестра, а для меня моя жизнь. Не благодарите меня, мне это не нужно, - стараясь унять волнение, ответил Ак-Бору.
   Адария испуганно посмотрела на Ак-Бору – она только сейчас поняла что произошло.
   -Прогулка закончилась, отправляемся домой, -  довольно резко произнес Камбиз.
   Так и не успев толком покататься, все вернулись в резиденцию. Ак-Бору отправился к себе в гостевой дом.

   Дома все окружили ее, спрашивали, как она себя чувствует, сильно ли испугалась. Сразу она даже не почувствовала страх, все пришло потом. Сейчас ее знобило.
   -Со мной все в порядке, - наконец произнесла она и вдруг расплакалась.
   -Наконец заговорила! Я думала, больше не услышу твой голос, - произнесла
   Царица, - теперь все будет хорошо. Оставьте ее. Карима,  приготовь горячего чая и уложи Адарию в постель.      
   Немного успокоившись, Адария уснула. Ночью она проснулась в сильном волнении. Ей приснилось, что где-то в горах Ак-Бору стоит на коленях, рыдает и громко зовет ее по имени. Она вдруг вспомнила, как крепко он прижал ее к себе, как услышала его сердцебиение и ощутила его горячее дыхание. Сейчас она поняла, что пойдет за ним куда угодно, даже на край света.

   На следующий день Царь послал гонца за Ак-Бору. После всего что произошло, он не спал всю ночь, думал. Утром поговорил с Царицей и принял решение. Если судьба приготовила для Адарии столько бедствий – их не избежать даже в отцовском доме. Они с Кассандан не всегда смогут быть рядом с детьми, чтобы уберечь их от ошибок и лишений. А раз так - пусть во время тяжелых жизненных испытаний рядом с Адарией будет тот, кто любит ее. Увидев Ак-Бору, он снова задумался.
   -Приветствую тебя Царь царей! – заговорил Ак-Бору, - Я знаю, что хочешь сказать – не благодари меня. Я люблю Адарию и никогда не допущу, чтобы с ней что-то случилось.
   -Я говорил с Царицей, мы не будем препятствовать твоему союзу с моей дочерью, - спокойно заговорил Куруш.
   Лицо Ак-Бору просияло, он хотел что-то сказать, но Царь продолжил:
   -Я отдаю тебе свою дочь. Но, знай, если она прольет из-за тебя, хоть одну слезинку, ты до конца жизни будешь раскаиваться, что заставил ее страдать. Ты на себе почувствуешь мои переживания, узнаешь, что такое отцовское сердце и даже умирать будешь с этой болью.
   -Вы никогда не пожалеете, что отдали мне свою дочь! – воскликнул счастливый Ак-Бору, - она будет счастлива со мной!
   -Что ж, посмотрим, будущее проверит на прочность твои слова и твою любовь, - проговорил Куруш, - а теперь ступай к Царице, она хочет поговорить с тобой.

   Кассандан впервые увидела Ак-Бору так близко. Конечно, она и раньше видела его. Чтобы не заметить этого кочевника, нужно было быть совершенно слепой. В своем одеянии он резко отличался от всех. Она придирчиво оглядела его с ног до головы.  Сейчас, он произвел на нее благоприятное впечатление. Был предельно вежлив, встал перед ней на колено.
   -Мне известно, что вы хотите взять в жены мою дочь, - произнесла она.
   -Это правда, я люблю Адарию и никогда не обижу. Вы можете верить мне, я сдержу свое слово, чтобы ни случилось в нашей жизни! – взволнованно произнес Ак-Бору.
   -Хотелось бы в это верить. Но сначала, хочу, чтобы вы знали: Адарию родила не я, но это не значит, что мне безразлична ее судьба. Ее родила вторая жена Царя царей. Она умерла, а девочка стала для меня родной. Я чувствую ответственность за ее будущее, отдавая ее вам в жены. Я не знаю, как сложится ваша жизнь, но вы должны поклясться, что не позволите Адарии страдать и бедствовать.
   -Я клянусь небом и духами всех моих предков – Адария никогда ни в чем не будет нуждаться! Моя любовь станет ее защитой и опорой во всем! Она будет единственной моей женой!
   -Мне нелегко далось это решение, поэтому у меня есть одно условие, - сказала Кассандан.
   -Говорите, я готов на все!
   -После свадьбы, вы должны будете пожить здесь какое-то время. Я должна убедиться, что вы любите Адарию.
   Ак-Бору ненадолго задумался, потом произнес:
   -Хорошо, пусть будет так!
   Царица отвернулась в сторону окна, тяжело вздохнула, снова обернулась к Ак-Бору.
   -Тогда будем готовиться к свадебному обряду.

   После проведения основной церемонии, которая проходила по иранским правилам, невесту увели в покои для молодых. Ак-Бору проводил ее взглядом, потом бросил взгляд на собравшихся гостей. Все восхваляли красоту невесты. Здесь присутствовали важные сановники, вельможи и государственные деятели страны. Со стороны Ак-Бору были младшие братья его отца, Тегул, а также его двоюродные братья Майрат и Мурай. Гостям разнесли еду. В это время к Ак-Бору подошли женщины, и повели к его юной жене. Он уже не видел, как Мурай жадно набросился на еду, что Майрат напротив не притронулся к ней. Но на это никто даже не обратил внимания. Все были заняты разговорами и восхвалением детей Царя царей и Царицы.

   Адария немного испуганно поглядывала на дверь, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Карима надела на нее легкую одежду из нежного шелка. В комнату вошел Ак-Бору, Карима сразу направилась к выходу. Адария прижала руки к груди, будто хотела прикрыть ее. Он подошел к ней очень близко, вдохнул запах ее волос, ласково провел рукой по ее нежной груди. Адария вздрогнула от его прикосновения. Он поднял ее на руки и положил на кровать, нежно поцеловал, провел пальцами по губам.
   -Не бойся, - прошептал он, - моей любви так много, но я буду дарить ее тебе частями, постепенно. Впереди у нас долгая жизнь, мы все успеем. Главное сейчас, доверься мне, я не сделаю тебе больно….

   Утром он смотрел, как она спит, уткнувшись в его руку. Голубые тени под глазами и легкий румянец на щеках напоминал о прошедшей ночи любви. Теперь, она на самом деле, стала его жизнью, его радостью с которой он пройдет весь этот непростой путь. Он почувствовал ответственность за нее, и это принесло ему непередаваемые ощущения восторга.
   Адария потянулась, открыла глаза. Увидев, что Ак-Бору влюбленными глазами разглядывает ее, она стала натягивать на себя одеяло. Ей захотелось провалиться сквозь землю. При свете дня, все, что он делал с ней ночью, вызвало в ней крайнее смущение. Он рассмеялся и привлек ее к себе. Она спрятала лицо в его груди. Вдруг он снова стал жадно целовать ее.
   Для нее Ак-Бору заполонил собой весь мир, отодвинув на второй план всех, кто раньше был ей дорог. Он подарил ей себя, а она доверила ему свою жизнь и свое счастье.

   Увидев, что дочь в надежных руках, Царь отбыл в Вавилон.
Вместе с караваном отправилась на Алтай часть отряда Ак-Бору, в том числе Мурай. Ак-Бору сам предложил ему присоединиться к каравану, который вез в обратный путь пряности шелка, ковры и оружие, вместе с новой технологией его изготовления. Он полагался на опыт и храбрость Мурая. Время было неспокойное – самая пора, когда мосагеты совершали набеги на аулы и грабили караваны. С Ак-Бору осталось лишь десять человек, включая Тегула.
   Шло время, с каждым днем становилось все холоднее и очевиднее расставание. Ак-Бору торопился – на его родине зима наступала рано и была холодной и продолжительной.       
   Всем на удивление Ак-Бору оказался любящим, заботливым мужем. Адария не сводила с него влюбленных глаз. Они гуляли по городу, она читала ему об удивительных странах и героях, он рассказывал ей сказки и легенды своего народа, пытался учить ее своему языку. Иногда они отправлялись на конные прогулки. Но прежде, он сам проверял готовность лошади к выездке, ехал рядом с Адарией, слегка придерживая страховочный повод в своих руках.
    Прошло уже несколько месяцев, и, наблюдая за молодой парой, Царица перестала беспокоиться. Она убедилась, что Ак-Бору на самом деле любит Адарию! Надо сказать, он был безупречным мужем и если не возьмет других жен, Адария будет счастлива с ним. Ну что ж, иногда ошибаются и оракулы. Кассандан вдруг остановила взгляд на Адарии – она светилась от счастья и… Царица охнула – как она до сих пор не обратила на это внимания? Адария поправилась! Она сразу велела пригласить ее к себе.
   -Адария, как ты себя чувствуешь: может, кружится голова, или тебя подташнивает? – спросила она.
   Адария улыбнулась.
   -Нет, матушка, ничего такого нет. Почему вы спрашиваете об этом?
   -Я хочу показать тебя нашему лекарю.
   -Но я хорошо себя чувствую, я не болею.
   -Конечно, не болеешь. А давно ли у тебя были эти дни?
   Адария задумалась, затем неуверенно произнесла:
   -Да…, давно, еще до свадьбы. Но я подумала, что так должно быть, когда выходишь замуж.
   Кассандан улыбнулась.
   -Конечно, так должно быть, но это значит, что скоро у вас с Ак-Бору будет ребенок.
   Девушка растерялась.
   -Ребенок? Скоро у нас с Ак-Бору будет ребенок? – взволнованно и вместе испуганно произнесла она
   -Успокойся, тебе нельзя волноваться. Давай сделаем так – пусть сначала тебя осмотрит лекарь и если он подтвердит это, мы подумаем что делать.
   -Что вы имеете в виду?
   -Вы не сможете уехать раньше весны.

   Адария никогда не думала об этом! Ей даже в голову не приходила мысль, что она может так скоро стать мамой. Когда дворцовый лекарь подтвердил, что она ждет ребенка, она совсем растерялась. Она вошла в комнату и присела на кровать. Вдруг представила, что рядом с ней лежит маленький мальчик, улыбается  и тянет к ней ручки. Ее захотелось взять его на руки, обнять, поцеловать его ручки, ножки. Она приложила руку к животу. Я всегда буду с тобой и никому не дам в обиду. В это время вошел Ак-Бору.
   -Для чего Царица звала тебя к себе? – поинтересовался он, - это какой-то секрет?
   -Нет, это не тот секрет, который надо скрывать от вас. Я…, скоро у нас будет ребенок, - улыбаясь, мягко произнесла Адария.
   Ак-Бору на мгновение потерял дар речи. Он хотел ребенка, но думал, что это произойдет чуть позже, когда Адария немного повзрослеет и окрепнет. Он оберегал ее, но похоже в первую ночь потерял контроль над собой и это произошло. Увидев смятение в глазах мужа, Адария заволновалась, - похоже, он вовсе не рад? Вдруг Ак-Бору подбежал, подхватил ее на руки.
   -У меня будет ребенок! Ты подаришь мне сына! Какое счастье – я скоро стану отцом! Я буду обнимать и целовать его, я сам буду заниматься с ним, когда он подрастет!
   Его радости не было предела: он, то беспрестанно целовал Адарию, то ее живот, то снова брал на руки и кружил по комнате.
   -А потом я подарю ему самого лучшего скакуна и своими руками посажу своего сына в седло! – не унимался Ак-Бору.
   Адария не сдержала улыбку.
   -Вы так счастливы, что я боюсь обмануть ваши ожидания. Но если родиться девочка? – робко спросила она.
   Ак-Бору удивленно посмотрел на жену.
   -Девочка? Конечно, я тоже буду ее любить! Но первый у нас родится сын! Я в этом совершенно уверен!

    Теперь, узнав новость о скором появлении ребенка, Ак-Бору заторопился домой – малыш должен родиться на Алтае, на земле своих предков! Пока еще Адария в состоянии перенести дорогу, надо отправляться в путь. Царице с трудом удалось уговорить его подождать до весны. Правда в этом была большая заслуга Царя, который решил провести эту зиму рядом с Царицей и детьми. Ак-Бору отправил гонца в Каганат, к отцу, с сообщением, что задержится с молодой женой до весны. Причину указывать не стал, так как не хотел прогневать Богиню мать, которая любит тишину. Даже во дворце никто не говорил на эту тему, боясь сглазить беременную женщину и ее будущего ребенка.

   Осень наступила дождливая и слякотная. Адария без каких-либо проблем переносила беременность, совсем не чувствовала тяжести, а когда сквозь тучи прорывалось солнце, даже отправлялась с мужем на прогулку. Несмотря на серые тучи, дни стояли теплые. Даже не верилось, что со дня на день наступит зима.
До счастливого дня появления младенца оставалось полтора месяца, когда прибыл гонец с Алтая. Каган заболел и просил сына вернуться на родину. Он хотел увидеть невестку перед смертью. Ак-Бору даже передернуло от этих строчек. Что за нелепость – Каган крепок и еще достаточно молод. Он никогда не жаловался на здоровье. Похоже это просто упрямство! Неужели отец не понимает, почему сын отложил поездку до весны? Это так на него не похоже – обычно он читает между строк. Но Ак-Бору должен подчиниться, проигнорировать послание он не мог. Вдруг все что написано, правда! В таком случае, он обязан быть рядом с отцом. Он старший сын и приемник Кагана. Но как оставить Адарию? Почему отец настаивает на ее приезде? Он не хотел расставаться с ней, но это было самое разумное решение. Брать ее в такую дорогу, да еще зимой было безумием! Если бы он был один, то добрался бы в течении двух недель, но его жена беременна. На дорогу может уйти около месяца и это не предел. В дороге все может случиться. Его не пугали дикие, разбойничьи племена мосагетов – с наступлением холодов, они не рисковали уходить далеко от своих привычных мест обитания. Его беспокоило здоровье Адарии. Если в дороге она заболеет, или начнутся роды - что тогда делать?
Когда вошла Адария, он в который раз перечитывал послание.
   -Что случилось? – спросила Адария.
   -Отец болен, переживает, что не увидит тебя. 
   -Тогда надо ехать, - просто решила все его проблемы Адария, - нам надо поторопиться.
   -Ты меня удивляешь – ты не можешь отправиться в дорогу в твоем положении!
   -В каком моем положении? Со мной все в порядке, я хорошо себя чувствую. Уверена, я без проблем доберусь до вашей родины и встречусь с вашими родителями.
   Ак-Бору влюбленными глазами взглянул на жену.
   -Нет, как бы мне не хотелось всегда быть рядом с тобой, но ты должна остаться на время здесь. Я вернусь, как только все улажу с отцом.
   Она подошла к нему и крепко обняла. На глазах показались слезы.
   -Я не отпущу вас одного! Мне почему-то кажется, что как только вы уедите, мы больше не увидимся никогда. Не оставляйте меня.
   Ак-Бору тяжело вздохнул, посадил ее себе на колени.
   -Хорошо, мы поедем вместе.
   Почему он так быстро сдался? Да потому-что он сам не хотел с ней расставаться и просто искал для этого предлог! Ак-Бору усмехнулся своим мыслям.

   Останавливать Ак-Бору в подобной ситуации никто не решился. Все знали - ему  и так нелегко дался этот выбор. К длительному пути подготовили паланкин, который сначала хотели водрузить на верблюда, но от этой затеи пришлось отказаться из-за Адарии. Она категорически отказалась ехать таким образом.
   -Меня укачает в нем в самом начале пути, - заявила она, - я лучше отправлюсь верхом на лошади. Мне так будет привычней.
   Но поскольку это было далеко не «лучшим» вариантом, подготовили колесницу, в которой закрепили паланкин, обили стенки коврами, разложили подушки и одеяла. В назначенный день все вышли проводить молодую семью. Адария была одета в специально сшитый для этого длинный теплый кафтан, отороченный мехом, с теплым капюшоном. В паланкине уже лежали меховые рукавицы. Все было сделано для того, чтобы она не замерзла и не заболела в пути. Караван был готов к отправлению. Сопроводить Адарию к ее новому дому взялась Карима, которая и должна была принять роды. К всадникам Ак-Бору присоединились проверенные люди Царя царей. Доставив царевну к дому мужа, они должны были возвратиться назад.
Тогда, никто не задумывался, надолго ли они расстаются. Первым к Адарии и Ак-Бору подошел Царь царей. Он крепко обнял дочь, поцеловал, затем обратился к хану:
   -Когда я согласился отдать тебе свою дочь, я все сказал. Надеюсь, ты запомнил мои слова.  Сейчас мне нечего тебе сказать. Береги ее.
   -Да, я помню каждое слово. Не беспокойтесь за дочь. Я очень люблю ее и никогда не обижу.
   К Адарии подошла Царица, что-то достала из расшитого мешочка.
   -Этот оберег перед смертью оставила твоя родная мать Кассия. Тогда она сказала, чтобы я дала его тебе, когда ты будешь уходить в дом мужа.
   Она надела оберег на шею девушки, поцеловала. Адария заплакала.
   -Нет ничего на свете сильнее, чем любовь родной матери. Даже если ее уже давно нет в живых, она охранит тебя от бед, - сказала Царица.
   Затем подошла к Ак-Бору.
   -Не знаю, что вас ждет. Мы сделали что могли. Сколько не ограждай детей от бед, судьба все равно сделает по-своему. Сохрани любовь в своем сердце, и она защитит Адарию.
   -Благодарю вас за то, что больше не сомневаетесь во мне, - ответил Ак-Бору.
   Братья и сестра тоже простились  с Адарией. Камбиз произнес:
   -Сестренка, ты должна помнить, чтобы не случилось в твоей жизни, в моем доме ты всегда найдешь теплый кров и защиту.
   Ак-Бору помог жене устроиться в паланкине, укутал одеялами, поцеловал ее заплаканное лицо. Когда он ветром взлетел в седло и махнул рукой, караван двинулся в путь. Сейчас уже не было никакого сказочного царевича – он снова стал кочевником из далекой горной страны.
   -Храни вас Небо, - произнесла Кассандан вслед.

    Глава 2

   В начале пути Адария плакала и ничего не замечала. Иногда Ак-Бору присоединялся к ней и прижимал к себе, закутав в свой кафтан. Он тихонько ее успокаивал, целовал, старался отвлечь от грустных мыслей. Сначала их окружала унылая, серая действительность. Постепенно степи перешли в горы. На ночь остановились, разожгли костры. После еды легли отдыхать. Не спали только дозорные, но среди ночи их тоже должны были сменить, чтобы и они отдохнули. Адария спала рядом с мужем в паланкине. Остальные в шатрах. Первую ночь Ак-Бору практически не спал. Рядом с ним лежала его беременная жена, его сердце разрывалось от боли, от того что он вынужден был сорвать ее с места в таком положении. Но ребенок шевелился и уже требовал к себе его внимания. Ак-Бору улыбнулся. Не стоит сомневаться в том что уже свершилось. Они вместе, поэтому дорога не будет тяжелой.
   На следующий день выглянуло солнце и все не казалось уже таким грустным. Адария успокоилась и с интересом наблюдала происходящее за окном. Она впервые находилась так далеко от дома, поэтому все притягивало ее взгляд. Теперь рядом с ней была Карима, она следила, чтобы царевна не снимала шубу и не простудилась. Все остальные дни стояла теплая безветренная погода. Казалось, будто сама мать-земля удерживает зиму, чтобы дать им спокойно добраться до дома. Ак-Бору благодарил духов, за помощь в пути. Иногда, Адария выходила из паланкина и немного шла пешком, взяв мужа за руку. Он следил, чтобы она не промочила ноги, и когда видел большую лужу, брал ее на руки и нес до тех пор, пока не находил сухой участок земли. Когда Ак-Бору присоединялся к сопровождавшему отряду, рядом с ней непременно появлялся Тегул. Он рассказывал смешные истории, если надо, приносил воды, выполнял все ее просьбы и поручения. Ей было легко с ним. Тегу был всего на два года старше ее. Совсем по-другому обстояли дела с Майратом. Адария уже знала, что он племянник матери Ак-Бору, и старалась найти с ним общий язык. Но разговор не клеился, хотя он тоже старался ей угодить. Однажды даже отправился в аул, который они уже проехали, чтобы привезти ей молока. Адария была очень ему признательна. Ак-Бору тоже отметил его старания найти контакт с его женой.
   Когда караван достиг гор Алтая, Адария поняла, почему муж так любит свою родину. Живописные долины, множество рек и стремительных горных речушек, тысячи водопадов – все это привело ее в восторг. А деревья? Они были такие огромные! Конечно, в Иране тоже были высокие тополя и кипарисы, но эти исполины вызвали восхищение в ее юном сердце. Теперь она точно знала, что тоже полюбит эту землю, проживет с Ак-Бору всю жизнь, родит ему много детей и состарится в этой стране вместе с ним!
Когда они миновали один из перевалов, Ак-Бору отправил Тегу вперед в резиденцию Кагана, чтобы узнать, как там дела и действительно ли все настолько плохо с отцом. Караван поднимался все выше в горы. Адария почувствовала, что у нее стало закладывать уши, хотела сказать об этом мужу, как дорога свернула, и они оказались в красивой долине. Их окружали пики гор, покрытые белоснежными шапками, склоны которых поросли красивыми деревьями. Адария еще не знала, как они называются. Она выглянула из паланкина, к ней подъехал Ак-Бору.
   -Эта долина священная для нашего народа, как и вот эта река, вдоль которой мы едем. Предания рассказывают, что где-то здесь есть переход в верхний мир. Шаманы и жрецы приходят сюда, чтобы поговорить с духами. Мы уже совсем близко от дома, осталось два дня пути.
   Адария хотела что-то спросить, как совсем рядом с ее лицом пролетела стрела, вторая вонзилась в створку паланкина. Ак-Бору закрыл ее собой, выхватил лук и направил в сторону, откуда она прилетела. Несколько человек, сопровождавших караван, были мертвы. Все окружили паланкин. Из леса на них уже неслась целая волна мосагетов. Это было понятно по их крикам и гиканью. Ак-Бору стрелял без остановки. Его стрелы поражали врагов. Когда бандиты оказались близко, он вынул свой кривой меч, все приготовились к схватке. Завязался не равный бой, караван сразу разграбили и разметали остатки, по всей долине. Воин из иранского сопровождения успел крикнуть Ак-Бору:
   -Хан, забирай царевну и увози ее! Им нужен караван!
   -Прикройте нас! – прокричал в ответ Ак-Бору.
   Когда он посадил Адарию на коня, очередная стрела вонзилась ей в плечо.
Все нападение произошло настолько внезапно, что Адария даже не успела испугаться. Когда Ак-Бору протянул к ней руку, она сразу поняла что надо делать. Но вдруг почувствовала резкую боль, в груди стало мокро, и она потеряла сознание.
Увидев стрелу в груди любимой, Ак-Бору закричал от отчаяния. Аргамак понял своего хозяина без команды и помчался в сторону дома. Никогда еще его конь не был так стремителен. Он несся как ветер, не касаясь копытами земли. Он будто почувствовал, что сейчас несет на себе  драгоценную ношу и поэтому боялся причинить ей вред. Сначала за ним погнались несколько всадников, но потом кто-то крикнул на гортанном языке, и они отстали.
   Ак-Бору приостановил коня, его любимой требовалась помощь. Вдруг из-за поворота показались всадники. Навстречу ему двигался большой отряд во главе с одним из его братьев. Ак-Бору узнал его по манере держаться в седле. Для них все происходящее в долине было как на ладони. Быстро оценив обстановку, все бросились на помощь тем, кто еще был жив и пытался задержать бандитов. Брат остановился возле Ак-Бору, помог ему снять Адарию.
   -Бекташи, что происходит? Как они оказались на нашей земле?!
   -Я сам ничего не понимаю! Мы выехали тебе навстречу сразу, как только прибыл Тегу! Ты зачем привез невестку? Я же написал тебе оставить ее на время там?
Ак-Бору наклонился к Адарии.
   -Надо вынуть стрелу и обработать рану, - сказал он, - Адария прошу тебя, открой глаза. Рана не смертельная, сейчас тебе станет легче. Ты же умница, потерпи немного.
   Бекташи достал из тулупа  баночку с мазью от ран. Когда Ак-Бору стал разрезать на Адарии верх кафтана, он отвернулся. Вынув стрелу и перевязав рану, Ак-Бору завернул жену в свой тулуп. В этот момент она снова застонала, открыла глаза, вдруг закричала.
   -У нее начались роды! – догадался Ак-Бору и нервно огляделся по сторонам.
   Бекташи понял что, брат ищет укрытие.
   -Мы привезли юрту, в которой вы могли бы разместиться, пока жизнь не наладиться, но времени устанавливать ее, похоже нет. Здесь недалеко есть небольшая пещера!
   Ак-Бору с женой на руках, пошел следом за братом. Пещера и правда была небольшая.
   -Посмотри, вместе с Адарией была служанка, - крикнул он брату.
В долине гулял только холодный пронизывающий ветер, и лишь трупы людей напоминали о недавнем нападении. Вдали всадники Бекташи и оставшиеся в живых воины сопровождавшие караван, догоняли остатки разбойной банды. Среди разбросанных вещей Адарии трудно было что-то разглядеть.
   -Я никого не вижу, - ответил Бекташи.
   Адария снова закричала.
   -Хорошо, я сам помогу своему ребенку прийти в этот мир, - решительно сказал Ак-Бору, - принеси воды. Мне надо отмыть руки от крови.

   Адария недолго мучилась. Она была здоровой молодой девушкой. Ак-Бору принял на руки своего ребенка, перерезал пуповину.
   -Сын! Адария, у нас родился Сын! -  воскликнул он, - я назову его Ак-Барс!
Она облегченно улыбнулась, будто услышала его и снова закрыла глаза.
счастью Ак-Бору не было предела. Чувства захлестнули его – он стал отцом! Он совсем забыл о том, что только что произошло – все ушло на второй план. Бекташи уже спустился в долину, собрал уцелевшие вещи Адарии и ткань, в которую можно было завернуть младенца. Ребенок не кричал, не плакал, только в самые первые мгновения появления на свет, он издал возмущенный возглас, будто кто-то потревожил его сон. Ему было так тепло и сладко в утробе мамы, а теперь стало неуютно и холодно. Ак-Бору завернул сына в несколько слоев теплой шерстяной ткани, сам переодел Адарию, завернул в свой тулуп, улыбнулся, вспомнив, небольшой изящный кинжал в потайном кармане в голенище ее маленьких сапог. Бесстрашная моя. Она оставалась в полубессознательном состоянии. Лишь однажды она открыла глаза, но совсем не надолго. 
   -Любимая, как ты себя чувствуешь, ты можешь говорить?
   -Я безумно устала, - прошептала Адария и закрыла глаза.
   -Хорошо, поспи, - сказал он, положил сына к ней и дополнительно обоих укутал одеялом.

   Ак-Бору, наконец, смог оценить ситуацию. Только сейчас он обратил внимание, что Бекташи не снимает платок с подбородка, вспомнил, что и все остальные его всадники были с такими же платками.
   -Рассказывай, что случилось, как отец? -  спросил он.
   -Вчера вечером отец покинул нас и присоединился к предкам, - ответил Бекташи.
   -Отец умер?! Почему? Что здесь происходит?!
   -На нашу землю пришла смерть. Неизвестная болезнь уничтожает людей целыми кланами. Все началось еще в конце лета, после прихода очередного каравана с востока. Такое чувство, что ветер разносит эпидемию по нашему краю. Долго никто не мог понять причину и что на самом деле происходит. Я написал тебе, чтобы ты не брал с собой невестку. Отец много ездил, заходил в бедные аилы, поэтому заразился. Ты знаешь, он был сильным человеком и был уверен в своем здоровье. Но в этот раз болезнь его не пощадила.
   -Надеюсь, догадались остановить все караванные сообщения с востоком? – спросил Ак-Бору.
   Бекташи удивленно посмотрел на старшего брата.
   -Нет?! Вы до сих пор это не сделали?!– воскликнул Ак-Бору, - ты же все знаешь, как мог упустить это?
   -Когда отец заболел, я был занят только им.
   -Я так понимаю, смерть обошла твой край? 
   -Мой удел находится далеко от Алтая, но не смотря на все меры предосторожности, смерть не обошла и мой край. Сейчас, когда везде болезнь стала затихать у меня она в самом разгаре. Когда отец слег, приказал всем не покидать пределы своего ханства, но это не помогло. Кому-то удается справиться с заболеванием, кому-то нет. Те, у кого здоровье покрепче возвращаются к нормальной жизни, но таких мало.
   -Тегу поехал к отцу. Он с тобой? – спросил Ак-Бору.
   -Нет, сейчас он не со мной. Его мать умерла три дня назад. Он остался возле нее. Наша мама тоже болела, но хвала небу все обошлось. Слабая еще, но жива. Сейчас эпидемия пошла на спад. Кто переболел, кто умер – узнаем весной.
   -Бедный Тегу, вмиг осиротел. Надо поддержать его, у него есть старшие братья. Ты говоришь, что написал мне не брать с собой Адарию, но я получил послание, в котором отец требует привезти ее, чтобы увидеть перед смертью, - подозрительно глядя на брата, произнес Ак-Бору.
   -Не было такого послания! Отец уже не мог писать, писал я сам и такого там, точно не было! – ответил Бекташи.
   Ак-Бору посмотрел вокруг. Снова с недоверием посмотрел на брата.
   -У меня такое чувство, что за моей спиной кто-то плетет козни! Интересно, кто стоит за всем этим?!
   -Хочешь снова обвинить во всем меня?! Я не знаю! Ты бы присмотрелся к племянникам нашей матери!
   -Майрат храбро защищал Адарию!
   -Да, наверно защищал, что ему оставалось! А где Мурай?!
   -Кстати, где Мурай? Разве он не с тобой?
   -Нет, не со мной! Его давно никто не видел! Сказали, что заболел! Поскорее бы сдох этот ублюдок! Ты же ничего не знаешь! Когда ты женился, хан Майсур поднял такой скандал, кричал, что Каган нарушил обещание и потерял его доверие. Угрожал настроить против нас все ханства каганата.  Наша мать даже перестала разговаривать с ним!  Почему ты не веришь нам?! Никто из братьев никогда не покушался на твое место! Думаешь, большая радость нести эту чашу, тем более сейчас, когда целостность каганата трещит по швам! Да мы с тобой и разговариваем то впервые как братья!
   Вернулись преследователи мосагетов.
   -Что там? – спросил Ак-Бору.
   -Мы разбили их, осталось несколько человек, которые разбежались в разные стороны.
   -Похоже, им стало известно, что на нашей земле эпидемия, поэтому осмелели, раз предприняли такую дальнюю вылазку, - задумчиво произнес Ак-Бору.
   -Ты старший сын Кагана и его приемник. Только ты можешь провести обряд погребения. Все ждут тебя, надо ехать, - сказал Бекташи.
   -Я не могу оставить раненую жену и маленького сына в этой долине. Здесь слишком опасно, а везти домой, где все пропитано смертью, еще страшней. Не такого приема я ожидал, - ответил Ак-Бору.
   -Мы можем установить юрту  вниз по течению реки. Ты о нем знаешь. Место там тихое и не такое ветреное, как здесь в долине, - сказал Бекташи, - оставим с ней несколько человек, на всякий случай. Кстати, надо оставить того кого она знает и доверяет. А то, когда она проснется, испугается, увидев незнакомые лица.
   Ак-Бору посмотрел в сторону спешившегося Майрата. Из всего его отряда уцелел только он и еще два воина из его личного сопровождения, которых Адария ни разу даже не видела. Они всегда находились в голове каравана, иногда отрывались далеко вперед, осматривая путь.
   -Я должен быть рядом с тобой, - сказал Майрат, - у меня приказ Кагана охранять тебя. Я …,
   -Ты останешься с Адарией! Я доверяю тебе самое дорогое, жену и сына, - не дал ему договорить Ак-Бору, - скажешь ей, что я скоро вернусь и заберу ее и сына.
   -Хорошо, я сделаю, как ты сказал, - вдруг согласился Майрат.
   Бекташи был прав. Ак-Бору знал об этом укромном месте. Когда-то  давно он приезжал сюда с отцом. Небольшая полянка на берегу реки скрытая от глаз посторонних деревьями, кустарником и отвесным склоном горы. Здесь он мог на время спрятать жену. Они быстро установили юрту. Устлали ее коврами и матрасами, внесли туда собранные вещи Адарии, развели огонь. Воздух быстро нагрелся. Во сне Адария прижала младенца к груди. Ак-Бору поцеловал жену и сына.
   -Я уеду совсем ненадолго. Потерпи, так будет лучше для тебя и нашего сына.
   Он взял младенца на руки, поцеловал.
   -Твое имя Ак-Барс - сказал он, - ты вырастешь большим и станешь сильным, бесстрашным воином.
   Он снова положил его рядом с Адарией. Немного подумав, снял с себя родовой амулет, завернул в черную тряпочку золотой кулон и положил в пеленку к младенцу.
   -Пусть духи наших предков всегда охраняют тебя от бед.
   Перед тем, как выйти, Ак-Бору оглянулся. Почему-то защемило сердце. Он никогда не расставался с Адарией. Сейчас, она казалась такой маленькой и беззащитной. Уехала за ним из родного дома, а сейчас остается одна где-то на краю земли с младенцем, что она почувствует, когда проснется и не увидит его рядом?
   -Приготовь еду. Как только проснется моя Хатун, накорми ее! - отдал он распоряжение Майрату и взлетел на своего жеребца, - позаботься о ней в мое отсутствие. Отвечаешь за мою семью головой!
   Майрат вздрогнул от слов «моя Хатун». Эти слова сейчас прозвучали, как молния, которая ударила в большое сильное дерево и вмиг сожгла его.

   После тяжелого дня, все расположились на отдых. Вечер предполагал стать спокойным. В дозоре оставили оставшихся в живых воинов-следопытов из сопровождения Ак-Бору. Майрат подбросил в очаг дрова и вышел на улицу. Оглядевшись, он направился в сторону скалы.
   -Майрат? - окликнул его дозорный, - ты куда?
   -Хочу посмотреть, не осталось ли чего от каравана. Там была хорошая  утварь. Пусть царевна поест из домашней посуды.
   -Хорошо, только будь осторожен. Как только заметишь чужих, дай знак.
   Майрат обогнул скалу и направился дальше в долину. Там его уже ожидала группа всадников. Их было человек пятнадцать. Вместе с ними был его младший брат Мурай. Увидев брата, он спрыгнул с коня, подошел ближе.
   -Где тебя носит, сколько можно ждать? Видать хорошо спрятал Ак-Бору свою девку, даже найти не можем! Отец приказал сегодня же покончить с этим, - Мурай перешел на шепот, - Этим я сказал, что ее муж хочет избавиться от нее, что опротивела ему.
   -Хорошая сказка, пусть так. Но почему такая спешка, что стряслось?
   -Каган умер. Со дня на день, Ак-Бору наследует каганат и объявит эту девчонку своей Хатун! – раздраженно проговорил Мурай.
   -Тогда понятно, почему он сломя голову умчался с Бекташи. А мне даже  слова не сказал, - ревностно произнес Майрат, затем уже обратился к главарю мосагетов, - все легли спать, в дозоре только два человека. Первыми пойдем мы с братом. Как только уберем дозорных, дальше вы. Я не смогу убивать своих. Потом убейте девчонку.
   Мурай усмехнулся. Практически бесшумно они подошли к временной стоянке.
   -Кто там? – спросил дозорный, - Майрат, это ты?
   -Да, это я, - послышался знакомый голос.
   Вместе с Майратом появился Мурай.
   -Мурай, как ты здесь оказался? – спросил страж.
   -Да вот хотел увидеть брата, - произнес Мурай, - хан сказал, как его найти.
   -Тогда понятно.
   Мурай обернулся назад, потом, подошел ближе, как бы желая поприветствовать знакомого, стремительно достал нож и вонзил ему глубоко  в сердце. То же самое было проделано с другим дозорным. Не встречая сопротивления, мосагеты, подобно шакалам проникли в шатер, где отдыхали после сражения воины и спящих всех перерезали.
   
   Адария долго не могла прийти в себя. Она, то просыпалась, то снова куда-то проваливалась. Голова кружилась, ей казалось, что ее все время куда-то переносят. Она никак не могла сосредоточить свои мысли и понять где же она находится. Постоянно болело плечо, а потом резкая боль в низу живота.  Она на какое-то мгновение увидела Ак-Бору, он что-то прошептал ей и куда-то исчез. Когда наконец, открыла глаза, то обнаружила, что лежит на матрасах в каком-то странном шатре. Посреди него горел огонь. Плечо было перевязано и почти не болело. Адария поняла причину своего состояния. Скорее всего, Ак-Бору обработал рану целебной мазью, в состав которой входит растение с сильным обезболивающим свойством. Этому обучал царевен дворцовый лекарь. Очень хотелось пить. Вдруг рядом с ней кто-то шевельнулся и закряхтел. Она приподнялась, рядом лежал младенец! Она улыбнулась, вспомнив  радостный возглас Ак-Бору «Адария, у меня родился сын!», вытерла покатившиеся слезы. Здравствуй, твоя мамочка рядом. Маленький мой, я так тебя люблю.  Она взяла его на руки и приложила к груди. Сначала было непривычно и странно, но когда малыш распробовал молоко и прильнул к соску, все стало на место. Адария улыбнулась. Но, где же твой отец? Он ни разу не сказал, как хочет назвать тебя. Боялся сглазить. Хорошо, мой свет, скоро он придет к нам, и мы все узнаем от него самого.
   Рядом с ней никого не было, вокруг стояла непривычная тишина.   Она хотела встать, чтобы оглядеться, как вдруг услышала шаги снаружи. Она хотела уже позвать, как за стеной раздались голоса.
   -Мы же договаривались! Почему вы опять не тронули ее? Надо было сделать это еще там, в долине?! Вы получили в вознаграждение богатый караван, но условие не выполнили!
   Адария с трудом вникла в суть разговора. Она плохо знала язык. Когда она пыталась разговаривать с мужем на его языке, он начинал смеяться и все обучение заканчивалось.
   -Потому что меня никто не предупредил, что она беременна! – ответил низкий голос, - и сейчас, вы хотите, чтобы я убил только что родившую женщину и младенца? Я не собираюсь навлекать на себя гнев Богини матери! Если хотели убить, почему сами не убили, побоялись?
   -Короче, забирайте, и дело кончено! – раздраженно вступил в разговор  кто-то еще, - нечего ждать!
   В шатер вошел мужчина со страшным шрамом на лице и направился к ней. Адария прижала ребенка к груди и отшатнулась к стене. Он грубо схватил ее, буквально выволок на улицу и швырнул к ногам коня. Адария не устояла на ногах и упала вместе с ребенком на колени.
   -Майрат, что происходит? – испуганно воскликнула Адария, - кто эти люди, где мой муж, Ак-Бору?
   -Он уже не твой муж, - спокойно ответил Майрат, - сама виновата. Не надо было рожать раньше времени. После того, как он помог тебе во время родов, ты опротивела ему и стала вызывать отвращение. Он  велел избавиться и от тебя и от этого щенка.
   -Это не правда! Ак-Бору любит меня и никогда бы не сделал этого! – воскликнула она.
   -Правда, не правда, надо кончать с этим! Зачем ехала сюда? Кто тебя звал? – мужчина со шрамом навис над ней, - увезите ее как можно дальше, а потом можете бросить, сама подохнет где-нибудь вместе со своим щенком!
   Мужчина в мохнатой шапке долго, пристально смотрел на юную мать, потом произнес:
   -Хорошо, я заберу ее.
   -Атаман, зачем она нам? – возмущенно заговорила молодая всадница, - только задерживать будет! Нам еще надо догнать основной отряд! Духи сердятся, погода меняется, того и гляди пойдет снег! Пусть сами избавляются от нее как хотят!
   -Закрой рот! Мы не дома! Здесь я решаю, что делать! – грозно ответил, судя по всему, главарь банды.
   Вдруг он заговорил на другом языке, обращаясь только к своим. Язык напоминал иранский, но это был другой диалект, поэтому Адария поняла, о чем идет речь.
   -Слишком уж упорно они пытаются избавиться от нее. Посмотри на этого урода: если сейчас мы оставим эту девушку здесь, они убьют и ее и младенца. Этим мы еще больше прогневаем Богиню. А ее покровительство нам не помешает.
   Адарию водрузили на его скакуна, который нетерпеливо рвался в дорогу.
Майрат вынес из юрты большой узел с какими-то вещами.
   -На, возьми. Это все что я могу для тебя сделать, - произнес он, не глядя ей в глаза. 
   Бандиты хмуро наблюдали за происходящим. Сейчас, их было четверо. У всех злые глаза и обветренные, загоревшие лица. Маленькая группа всадников уже направилась вверх по долине. Вдруг атаман, резко развернулся, на полном скаку подлетел к Майрату и ударил мечом по ноге. Брызнула кровь, Майрат взвыл, упал на землю и схватился за ногу.
   -Ах ты, сука! – закричал он.
   -Это тебе на память обо мне и привет от Богини матери!   
   Бандит вдруг брезгливо усмехнулся и бросил на землю мешочек золотых.
   -А это передай своему хану, пусть на эти золотые накупит побрякушек для новой жены! Эту девочку я купил! – сказал он, пришпорил коня и во весь опор помчался догонять соплеменников, которые уже почти скрылись за очередным горным склоном.
   Мурай подбежал к брату.
   -Ничего, потерпи, так даже лучше. Этим мы сможем отвести подозрение от тебя.

       3 глава

   За что? Что я сделала не так?! Адария не могла поверить в происходящее, глаза были сухими, слезы клокотали где-то в горле. Ее трясло то ли от холода, то ли от страха. Сейчас это не имело значения. Навстречу дул ледяной пронизывающий ветер. Она забыла про раненое плечо, про боль - ее пугало, что малыш заболеет, и она не сможет спасти его. Теперь все изменилось! Сейчас ее не страшила та участь, что уготовила ей судьба, она думала только о своем крошечном сыне!

   Ночью на привале Ак-Бору даже не прилег, сна не было. Отчего-то было тревожно на сердце. Надо как можно скорее добраться до дома, проститься с отцом, проводить его в иной мир и сразу после этого отправиться к Адарии и сыну. Он уже жалел, что оставил ее. На следующий день до самого дома он гнал своего жеребца без остановки. Едва поприветствовав мать, он принялся за похороны. Вместе с Каганом хоронили его младшую жену, мать Тегула. К погребению были подготовлены все жертвенные животные, а также одежда, скарб и всякая золотая утварь, которой бывший правитель пользовался при жизни. Ак-Бору уже провел полагающий при этом ритуал, после всего подошел к уже забальзамированному телу отца.
   -Прости, я даже не успел поблагодарить тебя за то, что помог мне жениться на Адарии. Она очень хорошая, ты никогда не пожалеешь об этом и тебе не будет стыдно за нее, где бы ты не был. Адария станет послушной невесткой и достойной Хатун. Но сейчас, я не могу долго скорбеть о твоем уходе. Я беспокоюсь о жене и сыне. Ты должен меня понять, - тихо произнес он.
   Как он не старался ускорить процесс, жрецы с завываниями обращались к духам всех трех миров в положенное время, а шаманы безостановочно продолжали бить в бубны. Отовсюду раздавалось горловое пение, а в воздухе распространялся дым от костров. Ак-Бору совсем извелся и отправил к Адарии Тегула. Каждый день он с нетерпением ожидал известий о любимой, но когда тот возвратился, только увидев его, Ак-Бору похолодел. Тегул с рыданиями упал перед ним на колени.
   -Брат прости меня за эти слова, лучше бы мне умереть, чем принести тебе такую страшную весть.
   -Что с Адарией?! Где мой сын?! – закричал Ак-Бору.
   -Все наши воины убиты, Майрат тяжело ранен. Говорит, невестку вместе с твоим сыном увезли мосагеты.
   Больше Ак-Бору ничего не слышал, он вскочил на коня и как был, без верхней одежды помчался в долину. За ним отправились Тегу и Бекташи, оставив завершение ритуала на третьего сына Кагана, Бектимура. Известие всех потрясло.
Путь в два дня, Ак-Бору преодолел за сутки. От усталости конь храпел и покрылся потной пеной. Достигнув священной долины, он спрыгнул с коня и побежал к месту, где оставил свою семью. Юрта была открыта всем ветрам. Разбросанные одеяла, подушки, даже его тулуп, в который он заботливо завернул жену с младенцем, все было на месте, только Адарии и сына не было. В отчаянии он закричал и упал на пол. Следом вошли Бекташи и Тегу.
   -Брат, возьми себя в руки, надо что-то делать, - не зная как его успокоить, скупо произнес Бекташи.
   Ак-Бору вскочил, выхватил меч.
   -Да! Надо что-то делать! Где, где этот ублюдок?!
   -Ты о ком? – спросил Бекташи.
   Ак-Бору выскочил на улицу и как ястреб стал оглядываться по сторонам. К нему волоча ногу, шел Майрат. Ак-Бору подбежал к нему и занес  меч.
   -Я оставил под твою защиту мою жену, я сказал защищать ее! Я доверил тебе самое дорогое – жену и сына! Все погибли! Почему ты еще жив?! – закричал Ак-Бору.
   Майрат сжался, спрятал голову в плечи.
   -Они напали ночью, их было много. Я защищал ее как мог, - стал оправдываться он, - как мне доказать тебе свою преданность. Мне что, надо было для этого умереть?
   -Да!! Ты должен был умереть! Ты должен был защитить мою Адарию! Она верила тебе, старалась найти с тобой общий язык! Ты с самого начала был против нее, ты не хотел, чтобы я женился на ней, а теперь ты отказался защитить ее! Ее и моего сына! Не могу тебя больше видеть, умри!!
   Блеснуло лезвие меча и уже зависло над шеей Майрата, но в последний миг Бекташи выбил оружие из рук брата и этим спас жизнь Майрату. На шее осталась только кровоточащая рана.
   -Подожди брат, убить его мы всегда успеем.
   С помощью Тегу он оттащил взбешенного Ак-Бору в сторону и тихо заговорил:
   -Я не верю, что он просто не захотел ее защитить. Дело в чем-то еще. Надо будет во всем разобраться. Я сам займусь этим.
   В бессильной ярости Ак-Бору снова закричал. Он рыдал и кричал до тех пор, пока не сорвал голос. Наконец затих, слышно было только его тяжелое дыхание и биение сердца, потом поднялся, с ненавистью посмотрел на бывшего друга. Подъехали люди Ак-Бору, привезли одежду.
   -Оденься Каган. Мы все готовы к дальней дороге. Что скажешь то и сделаем.
   -В какую сторону они направились?! – обратился к Майрату Бекташи.
   -Было темно, кажется на юг, в сторону Поднебесной, - промямлил Майрат.
   Он был бледен и напуган. Майрат всегда считал себя умнее Ак-Бору и полагал, что знает его лучше, чем он сам себя. То, что секунду назад он мог лишиться головы, потрясло его. Сейчас Хан показал свою настоящую волчью сущность и напрасно отец полагает, что будет легко манипулировать им как зятем.
Все существо Ак-Бору наполнилось яростью, он был зол и переполнен решимости.
   -Я не доверяю этому гаду! Сегодня он жив, только благодаря Бекташи! – прохрипел он, - Тегу, возвращайся назад. По всем ханствам каганата разошли вестников. Если увидят молодую девушку с младенцем, пусть сразу сообщат Бектимуру.
   Тегу вскочил в седло.
   -А вы сейчас куда?
   -На запад! Кочевые племена мосагетов обитают на западе! Они не могли далеко увести Адарию. Она только родила. С маленьким ребенком она станет для них помехой.
   В это время из-за склона горы показались несколько всадников. Приглядевшись, все узнали Мурая.
   -Что происходит? – прикинулся Мурай.
   -Забирай эту падаль, и проваливайте с моих глаз, чтобы я никогда больше не видел и не слышал о вашем семействе! – в неистовом гневе с хрипом произнес Ак-Бору. 
   Майрат от унижения и злости чуть не сломал зубы, Мурай с усмешкой посмотрел вслед Ак-Бору и его отряду.

   Они объехали все ханства, расположенные к западу от столицы, расспросили практически всех, кто мог видеть разбойную банду мосагетов. Пастухи, запозднившиеся кочевья, одинокие охотники и рыбаки все были остановлены и опрошены. Но никто даже не слышал о банде мосагетов. Всех удивляло, что в это время года они смогли пробраться так далеко от родных мест.
   -Если кто-то в разговоре обмолвится о молодой девушке с младенцем на руках, сразу сообщите мне лично. Я щедро отблагодарю того, кто поможет мне найти мою жену.
   Когда люди узнавали, кто перед ними, удивлялись, как сам Каган мог потерять свою молодую жену. Все знали, что он не так давно женился и сочувствовали ему.
Ак-Бору следовал все дальше и дальше. Небо все плотнее затягивало черными тучами. Сначала капли были едва заметными, но потом пошел сильный дождь. С каждым шагом передвигаться становилось все труднее. Копыта лошадей вязли в грязи. Дождь перешел в мокрый снег. Видимость ограничилась до предела.
   -Брат, остановись! – крикнул Бекташи, - надо возвращаться!
Ак-Бору игнорировал доводы братьев и ничего не хотел слышать о возвращении в крепость. Он продолжал упорно двигаться вперед.
   -Возвращайтесь! Я не вернусь, пока не найду жену и сына! – крикнул он.
   Конь под ним споткнулся, увяз в грязи и повалился на бок. Ак-Бору освободился от стремян и пошел пешком, по колено, проваливаясь в грязи. Одежда на нем промокла и отяжелела, обувь быстро раскисла, но он будто не замечал этого. Все едва поспевали за ним. Наконец Тегул и Бекташи догнали его.
   -Ты же видишь, сейчас поиски ни к чему не приведут. Давай вернемся домой. Мы займемся этим сразу, как только все утихнет.
   -Оставьте меня, - закричал Ак-Бору, - вы что, совсем не понимаете?! Как я могу сидеть в тепле, есть, спать на мягких подушках, когда моя жена и сын на улице!
   Ак-Бору снова зарыдал.
   -Моя Адария оказалась одна на чужбине, я даже до дома ее не довез! Она только родила, мне даже представить трудно, насколько она напугана!
   Братья стали тянуть его назад. Он стал вырываться, упал в грязь и громко закричал:
   -А-А-А,  Адария, где же ты?!!

   Весь первый день Адария провела в седле впереди главаря мосагетов. Младенец всю дорогу молчал, она даже подумала, что погубила его. К вечеру она едва держалась.  Уже поздно ночью добрались до одинокого деревянного дома. Во дворе под навесом на привязи стояли распряженные лошади. Едва живую ее опустили на землю, и повели в юрту, покрытую грубым войлоком. Там оказалось несколько мужчин и две женщины. Собравшись в тесный круг, мужчины тихо о чем-то переговаривались между собой, молодая женщина потерянным взглядом смотрела в пустоту, вторая, средних лет, обернулась на юную мать. Адария прислушалась к дыханию сына, оказывается все это время, он крепко спал. Она развязала узел, нашла большую ткань, порвала ее на несколько частей. Ей еще никогда не приходилось пеленать детей, но сейчас, раздумывать над этим, не было времени. Только приподняв край использованной пеленки, она увидела черную тряпочку. Сначала Адария хотела ее отбросить в сторону, но когда взяла в руку, почувствовала что-то твердое и положила в карман. Надо будет потом посмотреть что это. Она быстро завернула сына в чистую пеленку, приложила к груди и сверху снова укутала своим уже свободным кафтаном. Отвернувшись к стене, стала кормить младенца.
   -Как звать ребеночка? – услышала она за спиной женский голос.
   Адария растерялась. Она об этом совсем забыла.
   -Еще не назвала? Ребенку надо дать имя сразу, как только он родился. Духи любят порядок. Раз пришел в этот мир, значит должен получить имя и благословение предков.
   Имя должен дать отец. Ак-Бору  ни разу не обмолвился при ней как хочет назвать сына - ни до рождения, ни после. Адария немного подумала.
   -Моего сына зовут Полат, - тихо произнесла она.
   -«Сильный», это хорошо, имя определяет будущее человека и его судьбу, - улыбнулась женщина, - нас всех, кто здесь находится, отвезут на невольничий рынок и продадут. Но ты не бойся, ты справишься.
   В сарай вошел мужчина и принес ей глубокую посудину с едой.
   -Атаман велел тебе поесть, - грубо сказал он.
   Адария только сейчас вспомнила, что давно не ела, и что у нее пересохло во рту. Она посмотрела на мужчину, только хотела сказать и осеклась. Имеет ли она право о чем-то просить этого человека? Но он, похоже, сам все понял.
   -Сейчас принесу, - сказал он и ушел.
   Через некоторое время он принес кувшин молока. Адария поела и после трудного дня заснула, прижав к себе сына. Ночью она проснулась, поежилась от холода. Сон не шел. Она осмотрела юрту, очаг почти погас, остановила взгляд на входной двери. Ее сердце отказывалось верить, что Ак-Бору так внезапно ее разлюбил – это никак не могло быть правдой! Он любит ее и обязательно догонит этих мосагетов. Ей все казалось, что сейчас дверь откроется и войдет муж, заберет ее отсюда, согреет в своих объятьях, а потом всю ночь будет целовать и обнимать ее. Вдруг она вздрогнула - где-то совсем близко раздался волчий вой.

   Рано утром всех разбудили, дали поесть и посадили в крытую повозку. К вчерашним мосагетам присоединились и другие. Теперь это был довольно большой отряд. Адарию трясло от холода. Младенец будто чувствовал, что происходит не ладное. Он не плакал, только когда ему было не комфортно, кряхтел. В первый день она не задумывалась, в каком направлении ее везут, в голове звучали только слова Майрата «ты опротивела ему, ты стала вызывать отвращение. Он велел избавиться от тебя». Сегодня она проснулась с мыслью, что все это ложь и была уверена, что сможет выбраться из этой ситуации. Ей только нужно знать, где сейчас она находится и куда держат путь мосагеты. А еще она должна увидеть солнце. Но небо заволокло черными тучами, которые опускались все ниже и уже местами касались поверхности земли. Стало темно как ночью. Дорога то поднималась вверх, то опускалась вниз, за эти дни они миновали несколько перевалов. Хотя назвать это дорогой было очень трудно. На самом деле они передвигались по бездорожью. Повозку сильно трясло. Иногда казалось, что она вот, вот опрокинется и сорвется в пропасть. Одной рукой Адария придерживала младенца, другой крепко вцепилась в перекладину. Рука совсем закоченела и от напряжения и от холода. Наконец повозка съехала в сторону и остановилась у жилья. Здесь был большой навес для лошадей, имелось что-то вроде загона для скота и стояли две юрты. Немного в стороне под большим деревом приютился глинобитный домик. Сначала Адарию завели в одну из юрт с остальными невольниками. Она уже хотела заняться сыном, как вошел, один из бандитов и отвел ее в постройку.
   -Атаман приказал оставить тебя здесь, - произнес он и ушел.
   Здесь хранилось сено, и было сравнительно тепло. Похоже, у мосагетов имелись тайные стоянки вдоль всего пути. Сразу ей принесли еду и молоко. Она поела, покормила ребенка и заснула, зарывшись в сено.
   Ночью она проснулась от громких голосов. Двое мужчин выясняли отношения. Рядом с ними стояла женщина, которая, не вмешиваясь, рассматривала сеновал. Когда спор стал заходить слишком далеко и вот, вот мог закончиться дракой, она встала между ними.
   -Хватит уже, мне это надоело! Не доказывай ничего! Я уже сказала, кто сегодня останется со мной на ночь! – властно произнесла молодая женщина, потом посмотрела в угол, где находилась Адария с сыном, усмехнулась, - если на то пошло, я здесь не одна.
   Мужчина обернулся и стал вглядываться в темноту. Адария не сразу поняла, в чем дело. Только когда он приблизился и стал руками раскидывать сено, она поняла что происходит. Крепко обняв сына, она стала отодвигаться к стене. Он схватил ее за ногу, Адария достала кинжал и приставила к его горлу. Бандит вдруг расхохотался.
   -А ты ничего, сразу и не скажешь!
   Мужчина легко отобрал у нее кинжал и с усмешкой уронил его на пол, потом грубо выхватил ребенка и бросил в охапку сена. Младенец громко закричал. Адария стала вырываться к сыну. Когда он разорвал на ней верх платья, дверь распахнулась, и в дом вошел атаман. Посветив себе факелом и оценив уже знакомую ситуацию, он выбросил огонь на улицу и решительно направился к своему соплеменнику. После непродолжительной борьбы, главарь банды оттащил его от Адарии.
   -Он тебя не тронул? – сразу спросил он.
   Адария только отрицательно помотала головой. Она беззвучно плакала: обидно всхлипывала, губы тряслись, но глаза оставались сухими.  Схватив плачущего ребенка, она крепко прижала его к себе.
   -Да он даже не успел прикоснуться к ней, щенок всех распугал, - брезгливо произнесла женщина, - все желание отбил.
   -По закону, я могу выбрать любую рабыню, если захочу! – озлобившись, закричал бандит, - ты не имел право вмешиваться в это!
   Он выхватил свой длинный нож и накинулся на атамана. Тот, не раздумывая, ударил кинжалом ему в грудь.
   -Что ты сделал?! – закричала женщина, - ты зачем убил его?! Зачем она тебе, что собираешься с ней делать?! Почему ты так носишься с ней?!
   -Я не знаю, чем она не угодила своему господину, сейчас я вижу только маленькую, напуганную девочку! У меня тоже есть дочь и если она окажется в такой же ситуации, пусть возле нее будет тот, кто пожалеет ее!
   Когда все вышли, Адария подобрала свой кинжал, снова спрятала его, успокоила сына. До самого утра она не сомкнула глаз все думала о своем нынешнем положении. Только сейчас да нее дошло, что она осталась одна на всем белом свете, ощутила себя брошенной и поняла насколько стала беззащитной. Именно этот случай заставил ее впервые усомниться в любви Ак-Бору и поверить, что он на самом деле отказался от нее.
   Утром к ней подошла та самая женщина и потребовала, чтобы она сняла все свои украшения. Адария не стала противиться – сняла все кольца, браслеты, ожерелья и протянула ей.
   -А это что? – спросила женщина, разглядывая оберег, который надела на Адарию перед отъездом Кассандан.
   Видимо когда Адария снимала золотое ожерелье, он нечаянно оказался снаружи. Мосагетка уже хотела взять оберег в руку, но тут вмешался главарь банды.
   -Тебе и правда нужна эта серебряная безделушка? Никак не успокоишься?
   Та усмехнулась.
   -Да не такая это безделушка, как кажется. Ну да ладно, пусть оставит себе.
   Она снова придирчиво оглядела Адарию.
   -Ну что смотришь? Снимай серьги! – приказала мосагетка, - неужели забыла о них?
   Адария и правда забыла. Серьги были неотъемлемой частью ее жизни, она и представить не могла себя без них. Юная мать хотела уже возразить, но сын закряхтел, и боясь ему навредить, она не посмела ослушаться. Сняв с себя все драгоценности, она села в повозку. К ней подошел атаман.
   -Это был ее друг, и она потребовала заплатить за его смерть. Единственное, что я мог отстоять, это твой кинжал. Сохрани его, но не вздумай больше использовать оружие в такой ситуации. Сама все равно не справишься, только больше раззадоришь мужчину.
   Она снова прижала к себе сына. Пошел снег. Укрыться от него было некуда. Ветер все усиливался. Атаман передал ей большой, грубо выделанный, овчинный тулуп. Адария завернулась в него целиком и после бессонной ночи, задремала. Она так устала от дороги, что ей стало все равно, куда ее везут, лишь бы куда-нибудь уже добраться. Она проснулась от того что повозка остановилась. Адария огляделась – похоже, их привезли на невольничий рынок. Погода становилась все хуже и видимо мосагеты решили поскорее избавиться от рабов. Вокруг были люди, которые сразу приблизились и стали рассматривать невольников. Было холодно и, судя по всему, всем хотелось быстро покончить с торгами. Публика оказалась разношерстная, все говорили на разных языках, но преобладало одно наречие. Адария не знала язык жителей Поднебесной, но видела и слышала их говор. Похоже, они находятся где-то на севере этой страны. Всех быстро раскупили и увезли куда-то дальше по наезженной дороге. Ее никто не захотел покупать, ссылаясь на то, что она маленькая и слабая, да еще и с младенцем. Всем нужны были сильные работники. Чтобы не задерживаться в пути, атаман решил бросить повозку и посадить Адарию впереди себя. Она была легкая и маленькая, он просто закутает ее и дело решенное. Когда они были готовы и уже собрались двинуться в путь, чуть ли не под копыта его коня подошла старая женщина:
   -Погоди! Послушай, у меня нет денег. Оставь девочку, ведь не довезешь – погибнет в дороге. А мне нужна помощница.
   Атаман недоверчиво оглядел старуху.
   -Может ты не заметила, она не одна. С ней младенец.
   Старуха немного подумала.
   -Ничего, это даже хорошо. А то мы со стариком совсем закисли от одиночества.
   Атаман снял Адарию с коня, отвязал от седла ее узел с вещами.
   -Я думал довести тебя до Нуджикета и оставить у одного знакомого. Город достаточно большой. Там тебе было бы легче поднять малыша. Но, похоже, старуха права, с каждым днем становится все холоднее, того гляди начнется метель – не перенесешь ты дорогу.
   Адария благодарно посмотрела на него.
   -Интересная ты, вроде ничего не говоришь, а все понятно. Глаза у тебя говорящие, - скупо улыбнулся он.
   -Благодарю вас за все, - тихо произнесла Адария.
   Напоследок он протянул ей тот самый овчинный тулуп.
   -Возьми, пригодится еще и тебе, и твоему малышу.
   Кони уже нетерпеливо били копытами и рвались в дорогу.  Он вскочил в седло и, избавившись от груза, разбойная банда мосагетов с гиканьем умчалась на запад.
   Адария подумала, что теперь ей придется идти пешком. Откуда пришла старая женщина, она не заметила, среди покупателей ее тоже не было. Но они повернули совсем в другую  сторону, и она увидела маленькую повозку и рядом с ней старика. Селение оказалось сразу за склоном. Закрытое от ветров и скрытое от глаз случайных разбойников оно расположилось у небольшой речки. Дом стариков стоял на самой окраине, с другой стороны селения. Это было маленькое глинобитное строение. Судя по всему, жители этого селения не были кочевниками. Когда они вошли в дом, Адария, наконец, ощутила тепло, в доме горел очаг. Она осмотрелась. Заметив ее взгляд, старуха повела ее в маленькую комнатку, в которой находился низкий деревянный топчан, покрытый матрасом и сверху застеленный  старым полинявшим ковром.
   -Отдохни, умаялась наверно в дороге с младенцем, - сочувственно проговорила старая женщина.
   Адария положила сына на топчан, стала развязывать свой узел, чтобы сменить пеленки.
   -Погоди, это все надо согреть. Я найду, во что завернуть ребеночка, - остановила ее женщина.
   Она открыла сундук и достала ткань. Быстро порвала ее на несколько кусков, сама завернула младенца и взяла его на руки.
   -Бабушка, вы взяли меня для того, чтобы я помогала вам, но я ничего не умею, - сказала Адария.
   Женщина улыбнулась.
   -Я это поняла. Такие косы разве бывают у девушки из простой семьи? Не беспокойся об этом, я всему тебя научу. А там – как распорядится небо, так и будет. Ты пока корми ребенка, а я соберу на стол и согрею воды, чтобы искупать младенца, да и тебе надо помыться. Как звать сына?
   -Полат, - ответила Адария.
   В дом вошел старик, что-то сказал жене. Она достала большой таз и отдала мужу.
   -Дед будет резать овцу. В нашем роду есть такое поверье - если со снегом в дом приходит женщина с младенцем,  значит, боги одарили нас своим расположением. 

             Глава 3
   Ак-Бору  остановился у входа своей резиденции. Ему было тяжело переступить порог дома, сознавая, что он, Каган потерял свою семью.   Братья тоже остановились и с беспокойством, посмотрели на него. После той ужасной истерики, они старались не досаждать ему разговорами. Ак-Бору мужественно держался, но всю обратную дорогу молчал, время от времени задумчиво оборачиваясь на запад. Всем показалось, что перед ними осталась только его оболочка, а душа унеслась к жене и сыну. Наконец он шагнул в дом. Увидев, что сын возвратился без жены, его мать, бывшая Хатун Адалет,  заголосила:
   -Где же ты белая лебедь, где ты мой маленький жеребеночек? Кто накормит и напоит вас? Лучше бы я ушла вместе с мужем, только бы не знать этого горя! Не успела взять тебя на руки…
   -Мать, прекрати вой! – закричал Ак-Бору, - Адария жива! Она дочь великого человека и никогда не позволит, чтобы с нашим сыном что-то случилось! Я найду их, чтобы мне это не стоило! Только она войдет в этот дом как моя жена, только Адария моя Хатун!
   Мать осеклась на полуслове. Он резко развернулся и ушел к себе. Как только сын скрылся в своих покоях, женщина тихонько заскулила.  Вечером, Ак-Бору едва прикоснулся к еде и лег. Тегу заглянул к брату в комнату и подумав, что он, наконец, заснул, решил его не беспокоить. Он чувствовал свою вину в произошедшем несчастье. Если бы на месте Майрата был он, такого бы не произошло. Ему было до боли жаль старшего брата. Никогда еще ему не приходилось видеть его в таком отчаянном состоянии. Все решили лишний раз не заводить разговор на эту болезненную тему. Надо было, чтобы Ак-Бору пришел в себя после потрясения, принял это горе и начал здраво мыслить. Все понимали его, и готовы были принять участие в поисках, сразу, как только закончится снег. Как назло за окном поднялась, небывалая для этих мест, метель. Она завывала и ломилась в окна. Ак-Бору вдруг привиделась Адария. Она прижимала ребенка к груди, плакала, обидно всхлипывала, потому-что он оставил ее одну. Раздетый он выскочил на улицу, лихорадочно стал отвязывать своего коня. За ним выбежали братья и его окружение. Все стали тянуть его в дом, но он  вырвался. Сильный ветер сбил его с ног. Тегу накинул на его плечи тулуп, но он сбросил его в снег.
   -Отпустите, отпустите меня! Я должен найти Адарию! Она умрет, если я сейчас не найду ее! Она замерзнет!
   -Ак-Бору, брат, успокойся! Мы обязательно найдем невестку, только надо подождать до весны, - пытался успокоить его Бекташи.
   -Нет! Нет! Весной будет поздно! Я должен сейчас же отправиться в путь!
   -Хорошо! Не весной, пусть метель стихнет, и мы сразу соберем лучших воинов в дорогу, - согласился Бектимур.
   От отчаяния и злости на себя за собственное бессилие, за невозможность немедленно приняться за поиски любимой, Ак-Бору опустился на колени и снова закричал. Уткнувшись лицом в снег, он долго рыдал. Потом резко поднялся, стал вглядываться в разбушевавшееся небо.
   -Духи моих предков! – закричал он в темноту, - защитите мою жену, придайте ей сил и мужества! Сохраните жизнь моему маленькому сыну! Прошу вас! Духи всех трех миров, если я прогневал вас, накажите меня, заберите мою жизнь, но не отказывайте в покровительстве моей жене и сыну! Богиня мать защити свою дочь, пусть добрые люди откроют для нее свое сердце! Пусть не оставят на улице мою Адарию и моего сына!

   Утром бабка повела Адарию доить корову.
   -Мать должна знать, как накормить свое дитя, - тихонько приговаривала она, - сегодня ты попробуешь подоить корову, а потом я научу тебя делать айран и сыр. Ты научишься взбивать масло и делать самсу. У меня лучшая самса в округе. Никто не умеет готовить такую, а тебе я передам секрет.
   Увидев корову, Адария испугалась. Но немного подумав, все-таки подошла к ней и погладила морду. Чтобы вырастить сына, она должна всему научиться. Спрятав свой страх, она села возле коровы сама. Старая женщина подсказала, как правильно взяться за вымя. Дальше все пошло само собой.
   Вечером ей стало совсем плохо. Старики забеспокоились. Когда старая Фатиха осмотрела ее, ужаснулась. Оказывается, девушка ранена, и рана стала гноиться.
   -Что ж ты ничего не сказала? - запричитала она, - надо быстро обработать рану!
   -Я сама забыла о ней. Там, в кармане кафтана есть баночка с целебной  мазью.
 Но от нее у меня начинает кружиться голова.
   -Я посмотрю, что это за мазь, - сказала Фатиха.
   Понюхав содержимое баночки, женщина удивилась.
   -Откуда она у тебя? Такое могут позволить себе только очень знатные люди.
   -Наверно это от мужа. Я обнаружила ее, когда прятала туда черный сверток. Он еще там?
   Адария поднялась. Она только сейчас вспомнила, что положила в карман сверток.
   Ей захотелось посмотреть что это. Фатиха подала ей тряпицу. Когда Адария развернула ее, совсем растерялась. Это был золотой оберег ее мужа, с изображением головы волка. Он оставил его в пеленке малыша, значит, беспокоился за него! Тогда зачем велел избавиться от них?! Все запуталось еще больше. Она снова завернула оберег и надела на сына. Даже если Ак-Бору разлюбил ее, пусть этот оберег станет защитой для ее маленького Полата.
   Женщина не стала ни о чем расспрашивать Адарию и, несмотря на ее возражения, обработала плечо этой мазью. Наутро Адария чувствовала себя лучше, голова не кружилась, плечо больше не болело, и она взялась помогать хозяйке. 
   Все последующие дни, Адария узнавала для себя что-то новое. Она ходила на речку за водой, убирала дом, готовила  и стирала. А потом научилась делать айран, брынзу и взбивать масло. Но самое главное – она научилась разводить огонь. Сначала она сильно уставала, но постепенно привыкла и быстро стала справляться с домашней работой. Когда она была занята, за ребенком присматривала бабушка Фатиха. Она нянчилась с ним как с собственным внуком. Даже дедушка Ибрагим иногда брал его на руки и сидел с ним, пока жена помогала Адарии. Он никогда не обращался к Адарии напрямую. Если что-то хотел сказать, передавал через жену – таков был обычай в этом клане. Полат уже подрос. Его ножки и ручки стали пухленькими, а сам он становился, все сильнее похож на своего отца. Только завидев свою маму, он начинал радоваться, тянул к ней ручки. Она обнимала и целовала его. Рядом с сыном Адария никогда не печалилась, он видел только ее счастливое лицо. Полат не должен знать о горестях, выпавших на ее долю. Она сумеет защитить его от напастей. Только бы Ак-Бору опомнился и поскорее начал ее искать. В ее сердце еще теплилась надежда. Она винила во всем тяжелую зиму. Вот станет тепло и приедет муж. А пока надо подождать. Адария никому не рассказывала о себе. Кто поверит работнице в потрепанном кафтане, что она дочь великого завоевателя и жена хана. Отвечала на вопросы односложно или отмалчивалась. Адария была благодарна людям, что дали ей кров, но и они не знали, что с ней приключилось.  Она совсем не представляла свою жизнь без Ак-Бору, поэтому будущее видела только с ним.

   Как только стихла метель, Ак-Бору собрал небольшой отряд и направился на юг, в сторону Поднебесной. Бекташи удалось убедить брата, что, скорее всего тогда, Майрат сказал правду. Он был сильно напуган, и времени, что-либо придумывать у него не было. Ак-Бору согласился сначала объехать ближайшие города и селения Поднебесной и если никаких результатов не будет, продолжить поиски на западе. После метели снег уплотнился, поэтому лошади двигались без особых проблем. Чем южнее они продвигались, тем меньше снега лежало на земле. Они преодолели несколько перевалов и вышли за пределы Алтайского каганата. На всем протяжении пути они практически не встретили людей.
   -Я слышал, где-то здесь невольничий рынок, - приостановив коня, произнес Бекташи, - возможно, в теплое время года он как раз на этом месте.
   Ак-Бору ничего не ответил, но стал внимательно осматривать местность.
   -Странно, здесь нет ни одного селения или зимовки. Что послужило для выбора именно этого места для торговли рабами? – проговорил он.
   -Кто знает. Возможно, мосагетам  и разбойным людям удобнее здесь избавляться от своего груза и отправляться дальше.
   Ак-Бору посмотрел вдаль. Здесь гористая местность чередовалась с долинами, иногда переходила в степи. Они решили ехать по наезженной дороге. Появилось первое селение. Прямо на въезде им встретился согнутый старик, который рассказал, что как раз перед морозами один его знакомый купил нескольких рабов у мосагетов. Ак-Бору воспрянул духом, в глазах засветилась надежда.
   -Как найти этого человека? – спросил Бекташи.
   -Его звать Турсун. Он живет в соседнем селении. Там у него большие поля. Вот на них то и нужны работники. Но туда добраться не просто. Вам нужно проехать через места, где орудуют банды. Это сбежавшие невольники, придется либо договариваться с ними, либо вступить в схватку.
   Ак-Бору сейчас не был настроен воевать. Ему нужно найти жену и сына, а потом он подумает над этим.
   -Другого пути нет? – спросил он.
   -Если хотите быстро добраться, нет. Ну а если есть время, вам нужно будет сделать большой крюк. Там непроходимые места, никаких дорог нет.
   -Покажи ближний путь, - сказал Ак-Бору.
   Через каких-нибудь нескольких сотен метров они въехали в лощину и сразу получили предупреждение в виде прилетевшей стрелы, которая упала прямо у копыт коня Тегу. На возвышенности появились бандиты.
   -Кто у вас главный?! Плати за проезд! – услышали они требование.
   Ак-Бору бросил мешок серебра.
   -Какой ты сговорчивый, - удивился один из них, - видно торопишься?
   -Мне нужно в соседнее селение!
   -Что так? Вижу вы не из этих мест! Что забыли здесь, что ищете? Я знаю в этом селении всех.
   -Мне нужен некий Турсун, - сказал Ак-Бору, - зимой он купил нескольких рабов у мосагетов. Хочу поговорить с ними.
   Наступила тишина, ему долго никто не отвечал. Через некоторое время к ним спустились несколько человек.
   -Мало кто хочет поговорить с разбойником. Видно не от хорошей жизни зимой отправился в дорогу. Это один их тех, купленных рабов. Он сбежал от хозяина и присоединился к нам.
   Ак-Бору внимательно посмотрел на мужчину, потом на свое сопровождение. Тегу понял, в чем дело и оставил его наедине с бандитом, который в свою очередь тоже с интересом разглядывал Кагана.
   -Я понял, кого ты ищешь, - сказал он, - девчонку? Что, мосагеты украли? Жена?
Все сразу поняли – девочка не из простых.
   Ак-Бору закрыл глаза, тяжело вздохнул.
   -Ты видел, кто ее купил и куда повезли?
   -Не купил ее никто. Слабая она, да еще с младенцем, кому нужна обуза. Я только видел, что главарь банды посадил ее на своего коня. Похоже, решил забрать с собой. Больше ничего сказать не могу.
   -Как она держалась? Перед этим она была ранена, как чувствовала себя, что с младенцем? – тихо спросил Ак-Бору.
   -В первый день ее поместили к нам. С младенцем возилась, что еще сказать, прятала его в кафтане от холода. Да ты не переживай, ее хорошо кормили. Мосагеты боятся Богиню – не обидят.
   -Видно не так боятся, раз пошли на это, - проговорил подошедший Бекташи.
   -Вот это и странно, - согласился бандит, - мы все об этом подумали. А сын у тебя молодец, серьезный воин будет. За всю дорогу ни разу не заплакал. Лишь однажды ночью громко закричал, но потом сразу успокоился.
   У Ак-Бору слезы навернулись на глаза. Он был так рад хоть что-то  услышать о своем маленьком сыне, да еще с таким одобрением. И неважно кто произнес эти слова: бывший раб или добрый человек. Ему хотелось взять его на руки, прижать к сердцу, обнять жену и больше никогда не расставаться с ними. Если бы тогда он мог знать, что случится такое?!
   После разговора, они двинулись в обратный путь.
   -Значит, мосагеты увезли невестку с собой, - произнес Тегу, - но начался сильный снег, а потом метель. Вполне вероятно, что они могли оставить ее в каком-то кочевье или ближайшем селении.
   -Главное Адария и мой сын живы! – сказал Ак-Бору, - не знаю, сколько на это потребуется времени, но я найду их!
   Снова пошел снег и уже припорошил их следы. Они вновь подъехали к тому месту, где находился невольничий рынок. Остановились, немного постояли и направились в сторону запада.

   Весь месяц, практически не слезая с коней, они объезжали селения и кочевья, но поиски оказались тщетными. Наступила ранняя весна. Ак-Бору стал чернее тучи. На него было страшно смотреть. Он практически не прикасался к еде. Лишь иногда с неохотой что-то брал в рот, в основном пил воду. В одном кочевье, ему сказали, что видели пришлую женщину с ребенком и даже указали, где он может ее найти. Он с надеждой отправился туда, но выяснилось, что это другая женщина с пятилетним сыном. После этого он замкнулся, перестал разговаривать, на вопросы не отвечал. Чем дальше они продвигались, тем мрачнее он становился. Однажды на привале Тегу хотел осторожно высказать свое предположение:
   -А что если…
   -Я даже думать об этом не хочу! – взорвался Ак-Бору, - но даже если они увезли ее с собой, я заберу ее! Она моя! Кроме Адарии ни одна женщина, не переступит порог моего дома!
   -Но всем известно как живут мосагеты – у них все общее и женщины тоже, - произнес Бекташи.
   -И что! В чем ее вина?! В том, что она слабая девочка, что не может защитить себя?! Или в том, что я взрослый мужчина не уберег жену и своего сына?!
   -Хорошо, успокойся, я всего лишь хотел узнать, как ты сам отнесешься к этому, если это так, - сказал Бекташи, - не надо исключать ничего и быть ко всему готовым. Лично мы в любом случае примем ее, как твою жену и если понадобится, всегда защитим.
   Все замолчали. Ак-Бору больше не проронил ни слова. Надо было возвращаться. Он хорошо понимал, что в это время года они не смогут переправиться через большую реку, расположенную на его пути. Она протекала как раз между царством Харлуг и территорией влияния мосагетов. Где-то был брод или мост, но никто не знал где именно. Возможно, мосагеты используют паром, но тщательно это скрывают. Издавна с царством Харлуг у Алтайского каганата были плохие отношения. Для того чтобы найти переправу, ему нужна помощь Царя Харлуга, а он навряд ли пойдет ему навстречу, после войны, произошедшей не так давно, еще в правление его отца. Это царство было сравнительно небольшим, но располагалось на очень выгодной позиции – через него проходили торговые пути, и рядом протекала большая река. Оно давно стояло у Ак-Бору поперек горла. Если бы ни та поддержка согдийцев, царство Харлуг, вместе со своей столицей, с хорошо укрепленной крепостью Нуджикет уже бы давно принадлежало алтайскому каганату. Он еще вернется к этому! Сейчас у него другая забота, он должен найти жену и сына.
   Ранней весной к Царю Кадиру в Нуджикет был отправлен гонец с грамотой, вся суть которой состояла в том, что Каган желает знать место переправы через реку Яксарт. Ак-Бору не хотел, чтобы враг знал о его беде и насмехался над ним, поэтому объяснений не было. Недолго думая, Царь дал категоричный ответ – нет! И в этом не было ничего удивительного, поскольку Каган не просил, а требовал оказать ему помощь, предварительно даже не посчитав нужным поприветствовать его. Ак-Бору разозлился и в бешенстве чуть не убил гонца. Начать военные действия он не мог - его войска значительно поредели во время эпидемии. А если быть совершенно точным, никакой армии не было. Это были разрозненные малочисленные отряды с воинами, которые едва держались на ногах после перенесенной болезни. Тех, кого эпидемия не затронула было не так много.
   -Будем пробираться маленькими группами, в обход этого царства. Я еще припомню ему  этот отказ! Старик будет ползать передо мной на коленях, и умолять, чтобы пощадил его жалкую, никчемную жизнь! – сквозь зубы, угрожающе произнес Ак-Бору.

   С приходом весны, Адария с надеждой поглядывала на дорогу. Она много работала. Ей уже не было трудно, она привыкла и чувствовала себя хозяйкой в этом доме. Никто ее не принуждал и не заставлял что-то делать сверх ее сил. Она не голодала, ее сын был накормлен, в ее положении это было главным. Со временем ее руки огрубели, лицо обветрилось. Зимой она прятала свои косы под большим теплым бабкиным платком, но сейчас пришлось их заплести в одну косу и несколько раз завернуть, чтобы не мешали в работе. Вечером вместе с Фатихой, она пряла пряжу, а потом вязала сыну носочки и штанишки. Старая женщина рассказывала о своей жизни. Адария молча слушала. Когда-то у них со стариком было трое детей. В доме было шумно. Но потом дочка вышла замуж за красивого, статного воина и уехала с ним в Поднебесную. Больше они ничего о ней не слышали, жива она или мертва, никто теперь им не скажет. Сыновья тоже отправились искать счастье в далекие страны. Так и остались они одни. Теперь с появлением в их жизни Адарии и Полата, жизнь в доме преобразилась, наполнилась радостью.
   Наступило лето, а потом снова пришла осень. Вскоре малыш начал ползать, а зимой сделал первые шаги. Когда это произошло, Адария подхватила его на руки и долго целовала его ручки и ножки. Он смеялся и снова пытался стать на ножки. Это была уже вторая ее зима в этой деревне. Тогда же произошло событие, которое заставило всех жителей обратить на нее внимание. Однажды ночью на деревню напали волки. У кого утащили одну овцу, у кого две, три. Не пострадало только хозяйство Фатихи и Ибрагима, и это несмотря на то, что домик расположен на окраине. Пошел разговор, что это Адария принесла в их дом достаток, потому что боги благословили их за то, что они дали ей кров. Для Адарии это время стало мукой, она даже на улицу не могла спокойно выйти. В дом зачастили сваты. Но старик остановил этот поток женихов.
   -Мы не можем заставить Адарию, мы для нее не родители. Если она не хочет, так тому и быть. Не надо лишний раз тревожить девушку, ей и так досталось!
   Слово мужчины имеет вес. Все успокоились. Но не только это стало причиной такого внимания. Адария расцвела. Она повзрослела, даже немного вытянулась и уже не казалась маленькой девочкой. Скромная, работящая, красивая девушка  - кто откажется от такой. Время летело, а мужа все не было. Однажды Адария не сдержалась и спросила Фатиху:
   -Бабушка, эта селение далеко от резиденции алтайского каганата?
   Женщина внимательно посмотрела на нее, потом произнесла:
   -Совсем близко. Два, три дня пути зимой. Летом и того меньше.
   Адария была благодарна ей, что больше ни о чем не спросила. Она чуть не расплакалась от обиды. Это же так близко! Оказывается, Ак-Бору совсем не ищет ее! Напрасно она надеялась. Выходит, все, что сказал Майрат – правда! Раз так, она не прольет ни слезинки! Но слезы помимо ее воли клокотали где-то в горле.  Куда ей теперь идти? Она даже мысли не допускала о возвращении к отцу – об этом не могло быть и речи! Она вышла замуж и уехала из дома. Ее проводила вся семья. Теперь у нее другая жизнь. С Ак-Бору их пути разошлись, она не станет унижаться и просить его принять хотя бы ее сына. Он отказался от Полата, когда велел избавиться от его матери. Ему не нужен сын, которого родила она!
   Весь день она думала, что ей делать. Почему-то в голове снова и снова звучали слова мосагета «Я думал довезти тебя до Нуджикета и оставить там…».  Она ничего не знала об этом городе, но поняла, что он расположен по пути следования мосагетов, где-то на западе. Пока Адария не представляла, как оставит этих старых людей, которые открыли ей свою душу, и решила ничего не менять. К тому же она привыкла к ним и к этому скромному маленькому жилищу. Для того чтобы отправиться в дорогу, нужны деньги, чтобы купить лошадь или на крайний случай, хотя бы ослика, а у нее их нет. На этом она успокоилась и обрадовалась, что нашла  себе повод остаться.

   Ак-Бору злился на весь свет. Весь год прошел в напрасных метаниях и безуспешных поисках переправы  через Яксарт. Досталось всем. Он безумно страдал и скучал за жену и сына, но никак не мог их найти. Его каганат тяжело переживал последствия предыдущей зимы. Люди только стали забывать страдания связанные со страшной эпидемией, унесшей много жизней. Всех надо было кормить. Тогда были предприняты первые набеги на соседние с каганатом ханства и царства. Хорошо обученные отряды нападали ночью и отнимали все ценное, а также скот и главное лошадей. На какое-то время разграбленные территории оставляли в покое, а потом, все повторялось. Он не сжигал дома и кочевья, не убивал людей, если они не оказывали ему сопротивление, ему нужно было вернуться сюда снова, чтобы получить желаемое. Все стали говорить, что беда превратила Кагана Ак-Бору в волка. Результат не замедлил ждать. Поскольку соседние ханства, хоть и незначительно, но тоже пострадали от эпидемии, уже следующим летом к нему потекли гонцы и послы от правителей сопредельных земель. Люди были согласны платить дань, только бы их не мучили внезапными набегами, а кто-то сразу изъявил желание войти в состав его каганата. Ак-Бору потребовал ежегодно отправлять к нему молодых крепких мужчин для пополнения войска, а за это он немного уменьшит дань тем, кто согласится на его условия.
   Но  никакие дела не могли отвлечь его мысли от жены и сына. За несколько дней до дня рождения сына и похищения жены, впервые без сопровождения он отправился в священную долину и пробыл там весь месяц. Он хотел побыть один, наедине со своей бедой. Никто не стал его тревожить. Вернулся он задумчивый, хмурый, но относительно спокойный. Все подумали, что он, наконец, принял эту беду. Но как оказалось, это было кратковременное затишье. Он уже не кричал и не рыдал, теперь это выражалось по-другому. Иногда ему казалось, что Адария где-то совсем рядом. Он прислушивался к каждому плачу младенца. В каждом маленьком мальчике он видел своего сына, причем иногда, это доводило его до очередной истерики. Он мог вскочить среди ночи  и умчаться в неизвестном направлении, долго где-то блуждал, потом возвращался домой злой и истощенный, ложился на кровать и долго ни с кем не разговаривал. Однажды после такого возвращения к нему подошел Тегу. Он еще ничего не успел сказать, как раздался хриплый голос Ак-Бору:
   -Уходи. Не могу тебя видеть. Ты был рядом, когда я был счастлив, ты знал Адарию и теперь видишь как мне плохо. Мне тяжело видеть тебя, уйди с моих глаз.
Тегу встал на колени, поклонился брату.
   -Прости меня, если мое присутствие причиняет тебе боль. Я не знал этого, больше ты меня не увидишь,  - только и произнес он.
 
   Дни быстро сменяли друг друга. Адария радовалась маленьким достижениям сына. Он уже произнес первые слова. Наступила новая осень и пришла беда – скончался дедушка Ибрагим. Адария сильно плакала, за это время он стал для нее родным дедушкой. После похорон в дом пришел взрослый мужчина вдовец и заявил, что забирает Адарию в жены. Адария отказалась, но он даже не обратил внимания на ее слова. Тогда бабушка сказала:
   -У нас горе. Девушка плачет, она и так много пережила. Подожди до весны, пусть расцветет гранат, к тому времени она успокоится, тогда и заберешь.
   Он согласился подождать. Адария испуганно посмотрела на Фатиху.
   -Бабушка, вы отдадите нас этому человеку? Но я не пойду за него, мне это не нужно!
   Старая женщина ласково посмотрела на нее.
   -Ну что ты. Сейчас мы остались одни, кто будет слушать одиноких женщин. Я всего лишь хочу оттянуть время. Не знаю, что произошло у тебя с мужем, может, стоит вернуться к нему, а я подскажу как добраться туда?
   -Нет, - резко ответила Адария, -  он отказался от нас. Да и как после всего я приду к нему, если он даже своего маленького сына не пожалел! Я готова вынести нищету и лишения, но, ни за что не стану унижаться перед ним!
   Женщина подумала.
   -Куда же ты пойдешь?
   -Бабушка, где находится Нуджикет? – спросила Адария.
   -Далеко. С маленьким ребенком тебе не дойти, - уверено произнесла Фатиха.
   -Я смогу, - сказала Адария, потом взяла сына на руки, - мы дойдем. Я больше ни за кого не выйду замуж и никогда не подпущу к себе мужчину!
   Увидев такую решимость, женщина произнесла:
   -Тогда будем собирать вас в дорогу. Весной, чуть потеплеет, и отправитесь в путь.

4 глава

   Ханство Бекташи находилось на северо-западе каганата. В густых лесах его края водилась пушнина, а горы были богаты железной рудой и самоцветами. Из-за суровых зим, люди давно перешли к оседлой жизни. Хотя также как в остальной части каганата занимались скотоводством и разведением племенных жеребцов. Неожиданно для всех, после долгого разговора с братом, Бекташи вернулся в свой удел. Так получилось, что он женился раньше Ак-Бору, когда тот странствовал по далеким странам и участвовал в чужих  походах. Теперь дома Бекташи всегда ждала жена, а также маленькая дочка. Он был рад возможности побыть в кругу семьи. К тому же, сейчас у него появилось время напрямую заняться Майратом и Мураем. Если с Мураем все было ясно - он  никогда не был человеком, даже без шрама, то Майрат всегда вызывал у него какое-то странное чувство брезгливости, хотя внешне он на всех производил благоприятное впечатление. Он был как уж и как лис одновременно. В любой ситуации он умел остаться хорошим для всех. Даже если он убивал человека, то убиенный перед смертью даже жалел Майрата, поскольку его, хорошего человека заставили это сделать, а он сам очень сочувствует своей жертве и никогда бы этого не сделал. Он лгал настолько гладко, что даже сам верил в свою ложь. Бекташи откровенно не любил его и даже не пытался это скрыть. Майрат и Мурай хоть и приходились ему двоюродными братьями, на самом деле никогда таковыми не были. С самого детства они крутились только возле Ак-Бору, настраивая его против родных младших братьев. Следствием этого были бесконечные драки. Повзрослев, Ак-Бору приблизил к себе только Майрата и Мурая. Он как завороженный верил в их искреннюю дружбу. Не зря говорит старинная мудрость: самый злейший твой враг, твой лучший друг, которому ты открыл свою душу. Нельзя никому доверять абсолютно. Хан Майсур, отец Майрата и Мурая, тоже был дядей только для Ак-Бору. Такое разделение племянников стало сильно напрягать Бекташи с того момента, как он почувствовал себя взрослым. Еще тогда, он понял, что добром это не закончится.
   Только возвратившись домой, он отправил в резиденцию хана Майсура лазутчика. Ему нужно узнать, что замышляет хан на этот раз. Бекташи нисколько не сомневался, что разграбление каравана и увоз Адарии, дело рук дядюшки и его старших сыновей. Но никаких доказательств на это у него нет. Сначала они затаились, но скоро уже два года, как Ак-Бору остался женатым вдовцом. Он Каган и долго оставаться в двойственном положении не сможет. От него потребуют, чтобы он выбрал жену. Посмотрим, кто первый начнет действовать.
   Вернулся разведчик. Сведения оказались скудными. Хан Майсур успел женить старших сыновей. Правда, Мурай взял сразу две жены, а потом еще одну. За два года все успели родить ему детей. Майрат после ранения долго не мог оправиться, думали, умрет, но потом встал. Ходит с помощью палки. Похоже, останется хромым на всю жизнь. Тоже женился, не так давно родился сын. Постоянно собираются в доме своего отца и долго о чем-то говорят. Вероятно, что-то замышляют.
   Бекташи задумался. Конечно, замышляют. Выжидают, когда подрастет Гуанте. Тогда и начнется атака. Вспомнят про сговор отцов и про то, что Каган Ак-Бору по закону уже давно должен быть женат. Еще и всех жрецов и шаманов подключат! Что-то еще он упускает, но что? Он обернулся к лазутчику:
   -Не спускайте с них глаз, следите за каждым их шагом и обо всем докладывайте мне лично!

   Хан Майсур в который раз собрал своих сыновей.
   -Как стремительно из волчонка он превратился в матерого волка! – с досадой проговорил он, - я думал Ак-Бору так и останется щенком, который,  при виде хозяина сразу подставляет живот и виляет хвостиком. Мне даже в голову не приходило, что он так долго будет страдать из-за этой девки! Он же бабник! Передо мной будто совершенно другой человек! Что с ним происходит? Я уже несколько раз изменил свои планы!
   -Что вы имеете в виду? – спросил Мурай.
   -Когда он стал биться в истерике, я хотел объявить его сумасшедшим, но он вдруг стал действовать, вести малые войны и легко заполучил поддержку всего каганата. Мне всегда казалось, что я хорошо его знаю. 
   -Я вам говорил, что из этого ничего не выйдет. Не так-то просто выбить Ак-Бору из седла, - тихо заметил Майрат.
   -Выйдет! Гуанте подрастет и надо ее подготовить. Моя дочь красавица, а он любит смазливых девчонок. Надо потерпеть годик, другой. Она должна будет покорить его сердце, причем так, чтобы он не мог обойтись без нее! Вы этим и займетесь!
   Майрат, бросил пристальный взгляд на младшего брата, тот усмехнулся. Не обращая внимания на присутствие сыновей в комнате, Майсур продолжил говорить вслух, хотя и так было очевидно, что он больше говорит сам с собой.
   -Решил создать большое войско, хорошо! Нам это на руку! Я слышал он отправил от себя проныру Тегу и этого вездесущего Бекташи. Похоже, чем-то не угодили. Этот момент упускать нельзя, иначе воспользуются другие! Постарайтесь снова втереться в его доверие, и заполучить все ключевые должности, а когда Гуанте станет его женой, мы все возьмем в свои руки.

   Ак-Бору стало известно, что в царстве Харлуг зима выдалась суровая. Морозы даже сковали льдом Яксарт и теперь по нему можно пройти пешком. Он уже хотел собрать отряд, чтобы отправиться к мосагетам самому, но Бектимур остановил его.
   -Не стоит привлекать к себе внимание. Если туда отправишься ты, скорее всего мы ничего не узнаем, только нарвемся на столкновение. А если об этом узнает царь Харлуга, еще и претензии выставит, устроит скандал или заставит заплатить, за вторжение на территорию его царства. Отправим туда двух людей, хорошо владеющих языком мосагетов, чтобы не возможно было отличить. Пусть ходят по кочевьям, как нищие бродяги, прислушаются к разговорам. Осторожно наводят тему. Может так удастся узнать, на самом ли деле невестка у мосагетов. Может она вовсе не у них. Лично я считаю, что они оставили ее где-то по пути, еще задолго до переправы.
Ак-Бору задумался, долго молчал. Ему самому хотелось отправиться за женой и сыном. Но слова Бектимура, что Адария не у мосагетов, где-то успокоила его. Бектимур был прав, надо отправить лазутчиков, пусть сначала все разузнают. 
   -Хорошо, пусть будет так, как ты сказал.
   Разведчики отсутствовали полтора месяца, по возвращении, сразу пришли к Ак-Бору, который с нетерпением ожидал новостей. 
   -Не буду рассказывать подробности. Зима там и правда выдалась суровая. Мы сразу договорились между собой, где и когда встретимся на обратном пути. Прежде чем что-то узнать, многое пришлось увидеть. Чужих они не привечают, но мне удалось наткнуться на мосагета, который приносил вашей жене еду. Заговорили о суровой зиме, о женщинах, как тяжело им в походах, он поддержал разговор. Рассказал, как однажды везли совсем юную девушку, которая только родила. Все жалели ее…
   -И что?! Где она?! – нетерпеливо перебил его Ак-Бору.
   -Сказал, не смогли ее продать, было холодно, она бы все равно умерла в дороге, и они оставили ее какой-то старухе, где-то здесь, на одном из перевалов.
   Ак-Бору тут же оседлал коня и отправился обыскивать все аилы и селения расположенные на перевалах. С ним отправился большой отряд всадников. Теперь они  обшарили на своем пути каждый дом, попутно обнаружили тайные стоянки мосагетов и уничтожили смотрителей, сожгли все припасы и корма, лошади и скот были угнаны в каганат. Но Адарию так и не нашли. Зато теперь Ак-Бору был уверен, что с ней все в порядке, и он обязательно ее найдет!   

   Снег только подтаял. Днем солнце прогревало воздух настолько, что казалось, минуя весну, наступило лето. Ночи же снова напоминали, что на дворе еще начало весны. С наступлением тепла, Адария все сильнее волновалась. Дорога ее  звала и пугала своей неизвестностью. Но еще больше она переживала за Фатиху. Как она останется без нее, как переживет ее уход.  За два года, они с Полатом стали для этой старой женщины семьей. Если бы не настойчивые напоминания жениха, Адария может так и осталась бы в этом селении, рядом с Фатихой, но с наступлением весны, он стал часто приходить и наблюдать за ней, будто почувствовал, что невеста может сбежать.
   Они навязали носочков для Полата, сшили ему пару штанишек, рубашек и теплый кафтанчик. Адария связала для сына шапочку напоминающую шапку его отца – пусть будет как талисман. Для Адарии Фатиха сама сшила теплое платье и шаровары. Это одеяние было простым и удобным. Косы Адария отрезала. В дороге они будут мешать ей, и ухаживать за ними будет сложно. Они сложили в котомку необходимые вещи, а также все для разведения огня, нож, небольшой котелок, для приготовления пищи, самодельные ложки. Когда все было готово, Фатиха вспомнила, что не упаковали овчинный тулуп. Адария не хотела брать его с собой, но женщина настояла. Ночью может быть прохладно, а Полат еще совсем маленький, пригодится. Сама туго свернула его, связала веревкой и положила в уже большой узел. Осмотрев все еще раз, она приделала к нему две ручки, чтобы Адария могла нести его за спиной. Ведь на руках у нее будет Полат.
   -Людей не бойся, - наставляла перед дорогой Адарию старая Фатиха, - припасов не хватит. Полат еще маленький, за одно лето не дойдете. Заходи в кочевья, предлагай отработать за еду. В богатые кочевья заходи только в крайнем случае, когда нечем будет кормить ребенка. Чем богаче человек, тем жаднее. Будь осторожна, по наезженной дороге не иди, лучше по тропинке, придерживаясь направления. Ты девушка видная, красивая, как бы, не было беды. Если захочешь наняться на временную работу, притворись горбатой. Таких легче нанимают и меньше обращают внимания. Кажется, все сказала. Может моя болтовня не пригодится. Посмотришь по обстоятельствам. Буду просить небо, чтобы все у тебя сложилось хорошо: и дорога и будущее.
   -Бабушка, а как же вы? – спросила Адария.
   -За меня не беспокойся, я уже старая. Мне недолго осталось. Я прожила эти два года только благодаря вам с Полатом. Хоть на старости лет понянчилась с внуком. Полат для нас стал родным, ты уж не обижайся, что говорю так. Да и ты стала для нас со стариком нашей девочкой.
   -Вы тоже стали для меня родными, - всхлипнув, тихо произнесла Адария.
 
   Деревья еще не расцвели, но воздух наполнился весенним теплом. Еще затемно в слезах, Адария распрощалась со старой женщиной, и взяв сына на руки, отправилась в дорогу. Когда они отошли на достаточно большое расстояние, она оглянулась. Фатиха стояла у дома и смотрела ей вслед. Увидев, что Адария оглянулась, она вытерла слезы и помахала ей рукой.

   Пока не рассвело, Адария ни разу не остановилась. Она пошла по лесной тропинке, которая, как сказала старая женщина, тоже выведет ее к наезженной дороге, только с другой стороны селения. Полат сразу заснул на ее руках. Очень скоро она почувствовала усталость, но остановиться не решилась. Надо уйти как можно дальше и тогда сделать привал. Немного подумав, она отошла в сторону от тропы и пошла в том же направлении, стараясь ее не потерять. Этому была причина. Она обратила внимание, что мосагеты старались двигаться какими-то тропами и очень редко по дороге. В лесу могли быть разбойники, которые вероятнее всего знают об этих тропинках. А так у нее хотя бы будет возможность спрятаться. Взошло солнце, проснулся Полат и попросился на ножки. Адария отпустила его на  землю и взяла за ручку. Продвижение практически остановилось. Она снова взяла его на руки, но он хотел идти сам.
   -Радость моя, если мы будем идти с такой скоростью, к зиме нам придется вернуться к бабушке Фатихе, - улыбнулась она.
   Они остановились, для того чтобы поесть и передохнуть. Ребенок восторженно осматривал лес. Он открывал для себя мир. Деревья только распустили листочки, но птицы уже весело щебетали на  ветках и строили гнезда. Отдохнув, Адария снова двинулась в путь. Ее груз стал немного легче, да и в лесу с восходом солнца стало веселее.  Так делая остановки, и разговаривая с сыном, она дошли да горной речки. Солнце клонилось к горизонту, и Адария стала готовиться к первой ночевке на улице. Из веток она соорудила нечто похожее на шалаш и расстелила в нем тулуп, потом разожгла костер. Накормив ребенка, она уложила его спать в шалаше, и сама прилегла рядом с ним. Ночь прошла спокойно. Утром, умывшись и приведя себя в порядок, Адария стала думать о том стоит ли переходить реку. Тропинку она потеряла еще вчера вечером. Немного поразмыслив, решила идти по направлению реки. Через несколько метров она снова увидела тропу и поняла, что поступила правильно. Так день за днем она все шла и шла. С каждым днем запасов еды становилось все меньше, а узел легче. На очередном привале, она выбрала ветку, достала свой кинжал и стала сооружать лук. Она сплела из своих, отрезанных волос тетиву и натянула ее на лук, предварительно сделав засечки по краям. Фактически это было игрушечное оружие, но с остро наточенным концом, маленькие стрелы из веточек стали угрозой для зайцев. Полат внимательно наблюдал за каждым движением своей мамы. Когда она натянула тетиву, направив ее на зверька, он радостно рассмеялся и спугнул добычу. Первый раз Адария промахнулась, потом сказала сыну, что надо посидеть тихо и когда мама добудет зайчика, она сделает ему такую же игрушку. Следующая стрела мгновенно поразила зверька. Адария разожгла костер, обработав тушку, она нанизала кусочки на длинную палку и установила над огнем. После еды они легли спать. Рано утром, пока ребенок спал, Адария смастерила ему маленький лук со стрелами. Малыш ей поверил, обещание надо выполнять! Детской радости не было предела. Он немедленно захотел надеть его на себя. Адария приделала к луку веревочку и надела сыну через плечо, улыбнулась. Мой воин, мой защитник! Вдруг ее осенило: и правда, мой защитник! Только благодаря сыну, ее не изнасиловали! Она опустилась возле него на колени и крепко обняла. Адария не удержалась, смастерила сыну маленький деревянный кинжал и положила ему за пояс. Она не стала выбрасывать шкурку, в дороге может еще пригодиться, поэтому хорошо просушила ее и положила в свой узел.
   Так, делая привалы, спускаясь вдоль речки, они вышли в предгорье. За время путешествия Адария немного похудела, но о себе ей некогда было думать, она больше беспокоилась о сыне. За время путешествия, они не встретили ни одно кочевье. Ей надо было чем-то кормить ребенка. Мясо это хорошо, но Полат совсем маленький - нужен и хлеб, и молоко, и брынза. Остатками провизии она накормила сына. Теперь надо искать людей и она решила выйти на наезженную дорогу, которая по всему должна находиться где-то рядом. Проделав еще немалый путь, обогнув склон горы, она увидела несколько юрт. Адария поблагодарила небо и направилась к ним.
Только приблизившись, Адария поняла, что это кочевье богатых людей. Вдали паслась большая отара овец и верблюды. Собаки лениво виляли хвостом, не проявляя к незнакомке никакой агрессии. Она нерешительно остановилась возле юрты, из которой раздавались голоса, и только подняла руку, чтобы постучать, как дверца открылась, и вышел высокий молодой мужчина. Адария ничего не успела сказать. Он как-то странно посмотрел на нее, заглянул внутрь.
   -Здесь путница с ребенком, покорми ее, - сказал он кому-то, наверно жене.
   Затем мужчина подошел к красивой пегой лошади и уехал в сторону пастбища. Вышла красивая, приятная женщина.
   -Заходи, - пригласила она.
   Адария уже сделала шаг, заглянула внутрь и остановилась. В юрте было красиво и чисто. У стены аккуратно сложенные одеяла и толстые матрасы. У низенького стола, облокотившись на подушки, расположились пожилые люди и маленькие дети. Вероятнее всего это родители мужчины, что уехал на пастбище.
   -Входи дочка, не стесняйся, - произнес мужчина.
   Адария вдруг поняла, что не может войти в этот дом. На это у нее были веские причины. За эти дни одежда и обувь на ней запылилась, она сама давно нормально не мылась, разве что окуналась в речке, когда шла вдоль нее. Она даже представить не могла, как сядет за стол в таком виде. Но главное было даже не в этом - если они сейчас спросят ее откуда она и что с ней приключилось, она не сможет промолчать, расплачется и все расскажет этим людям. Скорее всего, они не поверят ей или что еще хуже начнут жалеть. Это было для нее невыносимо.
   -Благодарю, но мы поедим здесь на улице, - сказала она.
   Хозяйка вынесла маленький стульчик и положила на него поднос с едой. Позже принесла брынзу, вяленое мясо и молоко.
   -Это возьмешь с собой, - сказала она, заворачивая все в платок, - останься, переночуй у нас, отдохни с сыном. Он еще совсем маленький у тебя, наверно устал.
   -Вы очень добры к нам, но мы пойдем, - ответила Адария. 
   Немного отдохнув, она взяла сына за ручку и пошла дальше. Женщина долго смотрела им вслед. Они уже давно скрылись за поворотом, когда вернулся ее муж.
   -Где девушка? – спросил он.
   -Ушла.
   -Зачем отпустили? Надо было задержать. Каган уже давно ищет жену с сыном. По всем описаниям, эта женщина она и есть. Да и мальчик, на нее совсем не похож, наверно от отца больше перенял.
   -Но она сама не захотела остаться. К тому же, она идет не в каганат а в обратную сторону и, судя по всему, знает куда именно, - проговорила женщина.
   -Это и правда странно, - задумчиво произнес мужчина.
   Адария не знала, что сделав крюк, вышла на территорию каганата своего мужа. Она не знала, что он давно ищет ее и страдает, из-за того, что не может найти. Если бы она осталась хотя бы на ночь у этих людей, то уже утром на следующий день Ак-Бору примчался бы за ней, потому что молодой хозяин этого дома, увидев ее, собирался отправиться к нему и сообщить, что в его дом пришла путница с мальчиком, одного возраста с потерянным сыном Кагана. И тогда все могло быть иначе! Она ничего этого не знала, а то, что ей было известно, толкало ее прочь из этого края. Она была еще такая молодая и поверила в ту глупость, что наговорил ей Майрат.

   Совершенно неожиданно для себя Адария вышла на дорогу. Сначала она растерялась, но подумав, взяла сына на руки и пошла вдоль нее. Изредка мимо нее проезжали повозки, с впряженным осликом. По грузу можно было определить, что это земледельцы. На нее никто не обращал внимания и Адария успокоилась. Такие как она в то время не были редкостью. Поэтому Ак-Бору не мог так быстро найти свою семью. Это была эпоха, когда перемешивались народы и расы. Будто огромный циклон срывал человеческую массу с места и заставлял перемещаться по направлению ветра. А поскольку ветер дует в разные стороны, люди тоже двигались за ним, метались по свету и искали неведомо что.
   -Куда направляешься? – услышала она позади себя.
   Адария оглянулась. В старенькой повозке сидели мужчина и женщина средних лет. Подросток управлял повозкой.
   -Растерялась, садись, сколько сможем, подвезем, - предложили ей.
   Повозка остановилась. Адария села и посадила сына себе на колени.
   -Благодарю вас, - сказала она, - мы правда устали идти пешком.
   -Далеко идешь?
   -В Нуджикет.
   Мальчик присвистнул.
   -Далеко. Издалека наверно идешь, совсем вымоталась, - сочувственно произнесла женщина.
   Адария никогда не лгала, но сейчас, все произошло само собой.
   -С Алтая. Два года назад умер муж, после его смерти стало трудно, решила вернуться к родным.
   Понимание людей ее потрясло, оказывается, она практически сказала правду.
   -Да, многих тогда забрала смерть. Эпидемия у вас мало кого пощадила. Ничего не расстраивайся. Ты молодая, вон какая красавица, еще и замуж выйдешь. Родители не оставят в беде.
   Она только сейчас узнала об эпидемии. А вдруг Ак-Бору и правда умер? Даже не смотря на то, что он отказался от нее, она не желала ему смерти. Он был отцом ее сына. Вдруг подумала, что все это глупости, Ак-Бору жив! Она чувствовала, что с ним все в порядке. Бросив нежный взгляд на сына, ей вдруг стало грустно. Сыночек заснул у нее на руках, от тряски его головка болталась. Она прижала ее к груди. Ты единственный мужчина в моей жизни. Я сделаю все, чтобы ты стал самым сильным и прославленным воином! Никто не посмеет поднять на тебя руку.

   Так, изо дня в день, она шла все дальше. Иногда ее подвозили, все сочувствовали ей, кто-то предлагал поесть с ними, кто-то давал с собой брынзу, хлеб, вяленое мясо. Иногда завидев реку, Адария отходила от дороги, чтобы привести себя и сына в порядок, помыться, постирать одежду. Она берегла кусок самодельного мыла, поэтому расходовала его очень экономно. Лето было жаркое и вода в реках практически горячая. Там и ночевали, разведя костер. Потом снова возвращалась к дороге. Месяцы сменяли друг друга, впереди замаячила осень. За прошедшее время Полат вытянулся, штанишки стали ему коротки, а обувка маленькой. Дни еще были теплые, но ночи становились все холоднее. Она достала заячьи шкурки, проделала в ней, где нужно, дырочки и вдела в них веревочки,  и таким образом смастерила сыну обувь. Главное, чтобы не мерзли ножки. Он все больше старался идти пешком, не позволяя маме брать его на руки.
   -Я большой! – коверкая слова, заявил он.
   Долгое время на дороге не было путников. Однажды Адария заметила вдали селение, с виноградными полями и садами. На окраине стояло одинокое глинобитное строение. Она только стала подходить к дому, как вышла женщина и натравила на Адарию собак. За ней вышли остальные домочадцы.
   -Уходи блудница! Даже не смей приближаться! – закричала она.
   Адария прикрыла сына собой. Оскалив зубы, псы долго лаяли, но так и не осмелились напасть на нее, потом вернулись к своим хозяевам. Адария пошла прочь от этого дома. Нет, она не осуждала их – мало ли что произошло в их жизни. Ту ночь они заночевали в стогу сена. Ночь была холодной. Адария спала плохо, все боялась, что сын замерзнет, поэтому старалась согреть его своим теплом. Вдруг ей послышалось, движение – вокруг стога кто-то ходил. Она испугалась, что сено принадлежит тем людям  и стала осторожно разгребать сено, чтобы оглядеться. Вдруг Адария увидела перед собой волчью морду. Глаза смотрели прямо на нее. Сначала она подумала, что это большая собака, но волк отошел в сторону, постоял и вдруг завыл. Вокруг раздалось ответное завывание. Потом все прекратилось. До утра Адария не сомкнула глаз. Ранним утром, еще до восхода солнца, она разбудила сына, и они тронулись в путь. С этой ночи, в течении всего пути, они часто слышали вой волков. Дошло до того, что если на одном из привалов они не слышали их, Полат оглядывался и спрашивал, куда подевались волки. Иногда Адарии казалось, что стая преследует ее и когда-нибудь настигнет свою добычу. 
   Тогда она снова вернулась на дорогу. Полат за лето подрос и стал задавать много вопросов. Адария всегда рассказывала ему много сказок, но сейчас решила, что пора сыну узнать о героях прошлого и разных странах. Часто рассказывала сыну о своем отце. Малыш с интересом слушал, что-то переспрашивал. За время проживания в доме стариков, она хорошо изучила местный язык и разговаривала с сыном на обоих  - и на своем родном и на языке алтайцев. Поэтому мальчик без  проблем усвоил оба. Обычно, когда приближались всадники, она заблаговременно уходила с дороги и пережидала в кустарнике. Но в этот раз она не заметила их приближение, разговаривая с сыном и думая о своем. Они не были похожи на алтайцев, ни одеждой, ни шлемами.  Взяв в руку игрушечный кинжал, в воинственной позе, рядом с Адарией стоял ее маленький защитник. Всадники остановились.
   -Откуда такой славный воин? – рассмеялся один, - куда держите путь?
   -В Нуджикет.
   -Нам не совсем туда, но немного подвезем. Все не пешком идти.
   Ехали довольно долго, останавливались, отдыхали, принимали пищу. Конечно, приглашали к еде Адарию с сыном. Каждый старался дать лучший кусок мальчику. На одном из перекрестков, они свернули в сторону. Напоследок распрощались с Полатом, с которым возились всю дорогу, и который покорил их сердца своей непосредственностью, затем обратились к Адарии:
   -Иди прямо по дороге. До Нуджикета уже не так далеко. Но если не встретишь попутную повозку, до холодов не доберешься. Лучше где-то перезимовать. На пути должно быть большое селение. Если придешь туда, значит идешь правильно. От него до Нуджикета несколько дней пешком.
   Адария была благодарна им за совет. Она даже не предполагала, что уже прошла большую часть пути. Долго еще смотрела всадникам вслед. Бабушка Фатиха была права, не надо бояться людей – много плохих людей на свете, но хороших больше. Кому как не ей это знать. Даже среди разбойников мосагетов, нашелся тот, кто не оставил ее в беде.
   За месяцы скитаний, она сильно похудела, лицо загорело, кожа обветрилась. Платье, что сшила ей бабушка Фатиха, давно полиняло под солнцем и болталось на ней, как балахон. Она смело шла по дороге – беспокоиться было не о чем. Уже давно никто не воспринимал ее как женщину. Когда еды оставалось совсем мало, она отдавала все сыну. От осознания, что сын накормлен, она успокаивалась и собственный голод притуплялся. Даже Полат заметил эти изменения в маме. В очередной раз, когда она протянула ему последний кусок вяленого мяса, он разделил его и протянул половину ей.
   -Мамочка ты такая худенькая, кушай, мне хватит, - сказал он.
   Тогда, Адария поняла, что ее сын рано повзрослел и уже стал маленьким мужчиной. 

   Возможно, она добралась бы в Нуджикет до наступления холодов, но помешали осенние дожди. В предгорной равнине, увидев кочевье, она свернула с дороги и направилась к нему. Собаки ее не пугали, во что бы то ни стало, она должна найти укрытие для сына от непогоды. Постучала в дверцу юрты. Вышла уже не молодая беременная женщина.
   -Пожалуйста, позвольте моему сыну посидеть у вас, пока не закончится дождь, если можно покормите его, я все отработаю, - сказала Адария.
   Женщина с интересом оглядела ее с ног до головы.
   -«Спрячьте от дождя сына, покормите сына» - улыбнувшись, передразнила она Адарию, - а сама что воздухом питаешься и под дождем не мокнешь? Заходи!
   В доме  играли дети. Два мальчика и девочка. Она была постарше, поэтому присматривала за младшими. Женщина протянула Адарии во что переодеться.
   -Если ты не против, я это выброшу, - сказала она, показывая на ее одежду, - для зимы оно не годится, а до весны что-нибудь придумаем. И для сына твоего что-нибудь подберем. Куда тебе идти с маленьким ребенком, на зиму глядя. Оставайся, мне тяжело сейчас справляться с хозяйством, поможешь, а как потеплеет, пойдешь дальше. Скоро муж пригонит скот и поставит вторую юрту. Там и остановишься.
Адария согласилась.

   После очередной поездки, не давшей никаких результатов, Ак-Бору  вернулся домой. Когда он направлялся к себе, прямо перед ним в покои матери проскользнула молоденькая девушка. У самого входа она приостановилась, и прежде чем скрыться за дверью, бросила на него игривый взгляд. Он постоял и тоже направился к матери. Девушка крутилась возле бывшей Хатун.
   -Тетушка, я так соскучилась за вас, можно я побуду здесь еще, - обнимая хозяйку, ласково произнесла она.
   -Конечно, можешь, - ответила женщина, - и мне будет не так тоскливо и в доме станет веселее.
   -Матушка, кто это? Что здесь происходит?! – раздался гневный голос Ак-Бору.
   Женщина вздрогнула, увидев сына.
   -Это племянница, Гуанте. Она решила меня проведать. Разве это запрещено?
   -Пусть немедленно убирается из моего дома! – закричал Ак-Бору, - никто не переступит порог этой резиденции кроме моей Адарии! Только она – моя Хатун! 
   -Прошло уже три года. Пора принять, что Адария умерла. Тебе нужно взять жену и успокоиться, - произнесла женщина и сразу пожалела об этом.
   Ак-Бору пришел в ярость.
   -Если вы матушка решили, что имеете право вмешиваться в мою жизнь и указывать на ком мне жениться, то лучше было бы для вас умереть вместе с отцом! Вы знаете закон! Если эта девчонка сейчас же не покинет мой дом, я отправлю вас к вашему брату вместе с ней! И после этого никто не посмеет меня осудить – я должен был это сделать сразу, после смерти отца!
   Даже не отдохнув с дороги, он снова оседлал коня и уехал в неизвестном направлении.
   В комнату вошли слуги, и взяв девушку за руки, вывели из резиденции Кагана. Старая Адалет, сильно испугалась – Ак-Бору был более чем убедителен. Он и правда мог это сделать. Она всю жизнь прожила в этом доме, родила здесь сыновей и на старости лет стать приживалкой в доме брата не хотела. После этого случая, она решила не вмешиваться ни во что, на какие бы хитрости не толкал ее старший брат.

   С этого дня все стали намекать Кагану, что ему пора взять жену – этого требовал закон. Красавиц вокруг много, только выбери. Ак-Бору не хотел об этом даже слышать и всякий разговор на эту тему приводил его в крайнее раздражение. Однажды к нему пришел старший жрец.
   -На твоем троне есть место для Хатун. А ты всегда восседаешь один, это не правильно, - начал он, - люди не видели твою жену, не знают, был ли на самом деле сын, о котором ты так тоскуешь. Может это все игра твоего воображения?
   Ак-Бору долго пристально смотрел жрецу в глаза, потом вдруг расхохотался.
   -Молодец хан Майсур! Даже не сомневался, что он это сделает! Только он, похоже, не в курсе, что Адария не дочь обычного вельможи, она дочь Царя великой империи и если понадобится, я достану доказательства своей женитьбы, но не возьму другую жену! Ты жрец, должен бояться духов и богов, а предлагаешь мне посадить на трон рядом с собой какую-то женщину при живой Хатун?!
   Жрец опустил голову.
   -Что будешь делать дальше? Не знаешь что ответить? – усмехнулся Ак-Бору, - похоже, Майсур сделал духам богатые подношения! Хочешь объявить меня сумасшедшим? Не боишься, что с каждым днем моя армия становится все сильнее, и при малейшем движении воздуха с твоей стороны мои люди сотрут с лица земли все твои храмы и жертвенники?
   -Я не буду отказываться, да, хан Майсур, сделал хорошие жертвоприношения, но и ты Каган должен соблюдать закон. Если не хочешь жениться во второй раз, найди и представь всему миру свою Хатун.
   -Даже не сомневайся, я это сделаю! – угрожающе закончил разговор Ак-Бору.
   Вечером к Кагану пришел Бектимур.
   -Брат, все это время мы только и делали, что мчались неведомо куда, в попытке найти твою семью. Но никому не пришло в голову обратиться к шаману. Может он хотя бы скажет, жива невестка или нет.
   Ак-Бору тяжело вздохнул. Уже много раз он думал об этом, но снова и снова отказывался от этой затеи. Он боялся узнать, что его любимой нет в живых. Тогда вся его дальнейшая жизнь будет лишена смысла. Сейчас он живет надеждой, а если и ее отнимут, то лучше сразу умереть.
   -Я подумаю над этим, - сказал он.
   Через неделю Ак-Бору позвал к себе брата.
   -Пусть это будет шаман, которого не знает никто, и чтобы он тоже не знал кто я. Когда найдешь, сообщи мне.
   Прошел месяц, прежде чем Бектимур сообщил, что на окраине каганата нашел никому неизвестного очень сильного шамана. Решили ехать только вдвоем. Оба переоделись в обычных воинов низшего ранга и тайком отправились в дорогу.
Шаман ничего не стал спрашивать, сразу согласился помочь. Увидев Ак-Бору, он долго смотрел на него, потом произнес:
   -Как не прячь беркута под перьями петуха, клюв все равно видно. Не знаю кто ты, но видно птица очень высокого полета.
   Каган усмехнулся.
   -Что скажешь?
   -Не торопись, надо камлать.
   Аил шамана наполнился дымом и какими-то звуками. Это последнее что почувствовал Ак-Бору – он провалился в глубокий сон. Когда пришел в себя, рядом сидел шаман и чем-то дымил.
   -Скажу одно – я не вижу твою семью среди мертвых, - сообщил он.
   -Что это значит? Они живы?
   -Живы, но это трудно назвать жизнью. Мучается твоя жена, живет только ради сына. Если с ним что-то случится, сразу умрет. Не гневайся, но это все, что я увидел.
   Отблагодарив хозяина, Ак-Бору отправился в обратную дорогу. В течении всего пути он молчал. Он не мог представить свою жену рабыней. Она была подобна редкому цветку, и только ему удалось сорвать его. Он должен был оберегать и холить этот цветок, а получается, он сам обрек его на погибель. Где ты  любимая, что за старуха забрала тебя? Его успокаивала только одна мысль – Адария и сын живы!

   Всю зиму Адария работала на новых хозяев. Она многое умела, чему-то научилась уже здесь. В семье Фатихи и Ибрагима она чувствовала себя родной, поэтому работа не была ей в тягость. Тут она была наемной работницей. Семья была не богатая. Хозяйка отдала Полату старые вещи после своих детей, но с обувью  и у них была проблема, поэтому он редко выходил на улицу. Близилась весна, и надо было что-то делать. Адария спросила у хозяйки большую иглу и снова сшила ему обувь из заячьих шкурок, сверху продела веревочки и завязала. Ее огорчало, что дети не играли с ее сыном. Наверно так было принято в этой семье. Как бы там не было, но за зиму и Адария и Полат немного поправились и набрались сил. Как потеплело, они собрались в дорогу. Хозяин вызвался довезти их до большого селения, что стояло на их пути, запряг в повозку ослика, и они снова отправились в путь. Возле горной речки он остановился и высадил их. Дорога проходила по дну. На телеге или верхом можно было спокойно пересечь ее, но в раннюю весну  перейти реку босиком было безумием. Адария растерялась, но мужчина успокоил ее:
   -С правой стороны от дороги есть навесной мост, сразу за теми деревьями.
   Она поблагодарила его и взяв сына за руку направилась к мосту. Селение располагалось по обеим сторонам реки. Оно и правда было большим. Адария не собиралась задерживаться здесь надолго, ей надо было только заработать деньги на обувь сыну. Ее вдохновляло, что до города осталось совсем немного, они уже столько прошли. Что ее ждет в городе, она представляла очень смутно. Она была молода  и верила в справедливость. После стольких испытаний небо обязательно вознаградит ее! Адария смело шагнула на мостик. Только когда он стал раскачиваться, она поняла, что не переносит высоту. У нее закружилась голова. Но на нее смотрел сын. Она переборола свой страх и тихонько перешла мост. Теперь осталось найти работу. Адария вспомнила слова Фатихи, о том, что на работу, легче берут горбатых и хромых, поговорила с сыном, чтобы не задавал лишние вопросы.
   -Мамочка, а зачем это нужно? – спросил Полат.
   -Ты ничего не спрашивай, так нужно. Я немного согнусь и буду прихрамывать. Это ненадолго. Как только заработаем тебе на сапожки сразу уйдем.
   К сожалению не все получилось, так как хотела Адария. В селении жил богатый человек, на которого все работали. У него было большое хозяйство и работников тоже было много. Адария не вызывала впечатления сильной женщины, еще и увечная. Куда ее пристроить хозяин не знал. Тогда она решила использовать секрет, который ей передала Фатиха.
   -Я умею готовить вкусную самсу, - нерешительно произнесла она.
   -Ты умеешь делать самсу? – недоверчиво вступила в разговор его жена, - попробуй, удиви нас. Если понравится, наймем тебя на работу и заплатим хорошо, а если нет за ложь, получишь десять ударов плеткой. 
   Адария немного подумала и согласилась. Сыну уже три с половиной года, а у него никогда не было нормальной обуви. Ей так хотелось красиво его одеть.
Самса понравилась. С раннего утра, каждый день она делала самсу и сама носила ее на рынок, который находился на другом берегу речки, отдавала ее продавцу и возвращалась назад. Покупателей на самсу нашлось много: проезжие путники, всадники, да и жителям селения она понравилась.  По возвращению Адарию ждала другая работа. Весь день она трудилась, не отказывалась ни от какой работы, в надежде поскорее заработать и уйти дальше. Через месяц она спросила у хозяйки деньги, но та даже слушать об этом не захотела.
   -Ты со своим ублюдком больше съела, чем заработала, - заявила она.
   Теперь на ночь ее с сыном стали запирать в сарае. Адария даже не заметила когда стала рабыней. Все лето за ней следили, чтобы не сбежала. Кормили очень плохо. Несколько раз она пыталась уйти, но ее возвращали и  обращались все хуже и хуже. Адария снова сильно похудела от тяжелой работы. Ей уже необязательно было сутулиться – под тяжестью работы, она и так постоянно находилась в согнутом состоянии. Только ночью, она могла  выпрямить свою спину. Теперь в ней трудно было признать красавицу, что жила у Фатихи и Ибрагима. Она с горечью смотрела на своего сына, он снова подрос. Штанишки стали короткими, все лето он проходил босиком. Та обувь, что она сшила ему весной, уже никуда не годилась. Ей пришлось все распороть, продеть веревочки и снова завязать. Она порадовалась, что не отрезала шкурку, когда шила, а всего лишь завернула ее внутрь. О себе она даже не думала. Платье давно превратилось в лохмотья. Единственная вещь, которая у нее осталась как память о доме, был ее кинжал. Она очень боялась его потерять, поэтому прятала под платьем на поясе, чтобы никто не забрал. С Полатом местные дети не играли. Когда в первый раз он вышел к мальчишкам, они отобрали у него все его игрушечное оружие и обозвали сыном блудницы. Он бросился на обидчика. Тогда, Адария едва успела вытащить  сына из драки, и он отделался синяками и ссадинами. Если бы она опоздала совсем немного, его бы убили. Он выглядел старше своих сверстников, потому что был рослым ребенком. По этой причине все мальчишки  постоянно задирали его, считая его ровней. После происшествия с дракой, в течении всего дня Адария не спускала с сына глаз. Поздно ночью она практически валилась с ног. Даже в дороге ей не было настолько трудно! Однажды, когда она несла лоток с самсой на рынок, к ней подбежал Полат:
   -Мамочка, я хочу кушать.
   Адария потихоньку достала самсу и дала сыну. Он только надкусил ее, как к нему подошел хозяин и выбил самсу из рук. Стоявшие рядом собаки сразу набросились на еду.
   -Ах ты мерзавка! – закричал он, ударив ее по лицу, - щенка своего подкармливаешь?
   Адария схватилась за покрасневшую щеку. Никогда в жизни ее никто не бил! Полат прижался к ноге матери.
   -Не бей мою маму, - закричал он.
   Хозяин попытался схватить его, но Адария заслонила сына собой.
   -Что вы делаете? Ему всего лишь три с половиной года! – воскликнула она, - вы не вправе поднимать руку ни на меня, ни на моего сына! Я не ваша рабыня!
   -Вздумала перечить мне? Я не собираюсь кормить этого бездельника! Завтра же пойдет на пастбище с пастухом! Пусть с детства знает, как достается хлеб!

  5 глава

   Большое войско требует больших вложений и поскольку оно у Кагана состояло из конницы, еще и кормов. Постоянное передвижение залог того, что лошади будут накормлены, а успех в военных операциях – это оплата и удовлетворение амбиций воинов. С некоторых пор в его каганате стали чеканить золотые монеты с изображением барса, в честь его потерянного сына, Ак-Барса, что придало ему самому уверенности, что его сын Ак-Барс жив! Как и предполагалось, Ак-Бору начал военные действия, чтобы присоединить к алтайскому каганату восточные и южные ханства, а также пополнить казну податями присоединенных территорий. Он сделал несколько маневров в восточном направлении, присоединил к каганату восточные ханства, обложил их данью и направился на юг. Эти территории были ему знакомы. Поднебесной не было дело до отдаленных северных земель, где распоряжались банды беглых рабов и заезжих банд мосагетов работорговцев. Возможно, они и не считали своими эти громадные пустынные территории. А еще он хотел уничтожить невольничий рынок, на котором оказалась его жена с маленьким сыном. Чтобы о нем никогда никто не упоминал. Без особого сопротивления он захватил, можно сказать, нейтральные земли, и обложив их данью, повернул назад. Они уже были близко от того места, где когда-то был рынок рабов, как Ак-Бору остановил взгляд на едва заметной колее. Свернув от основной дороги, вдоль речки она вела куда-то за склон горы. Ак-Бору повернул коня и помчался в направлении обнаруженной дороги. Бектимур отправился за ним. Сразу за склоном они увидели горное селение. В тот первый раз, когда он был здесь зимой с Бекташи и Тегу, они не смогли обнаружить это село, потому что дорога была скрыта под снегом! Сердце бешено забилось. Почему-то он был уверен, что его жена и сын здесь! Первый же остановленный житель рассказал, что да была такая девушка, и звали ее Адария. Ак-Бору потребовал немедленно подсказать, где ее найти. Но мужчина пожал плечами:
   -Ушла она, вместе с ребенком и ушла. Уже два года прошло с тех пор. Как старый Ибрагим умер, весной и ушла. А жаль красавица была, тут один вдовец вздумал жениться на ней, она видно испугалась и ушла.
   -Мне известно, что ее забрала к себе старуха, - произнес Ак-Бору, - могу я поговорить с ней?
   -Нет, померла она. Как Адария ушла, так и померла. Любили они девушку и мальчика, как родные им стали. Старик вперед помер. А Фатиха не пережила расставания с Адарией.
   В голове у Ак-Бору все смешалось. Адария жива, но куда она пошла?
   -В каком направлении она пошла?
   Мужчина показал в сторону леса.
   -У нас одно направление, мы по той дороге, откуда вы приехали, не ходим, там можно встретить разбойных людей. Думаю, по тропинке через лес. А куда точно не знаю.   
   Взяв с собой Бектимура и еще двух людей, Ак-Бору отправился по следу жены. Он уже изучил карту и понял, что по дороге можно добраться гораздо быстрее, но он должен знать, как шла Адария и куда могла свернуть. Они быстро преодолели расстояние, которое Адария с маленьким ребенком шла несколько дней и вышли к летнему кочевью. Когда хозяева увидели его и поняли, зачем он здесь – сильно расстроились, что отпустили девушку. Рассказали, что она шла в противоположную сторону от каганата, и именно это обстоятельство сильно смутило их. Ак-Бору это тоже ввело в ступор. Адария хорошо разбиралась в расположении светила и звезд – она не могла ошибиться?! Дальше он двигался практически по ее следу.

   Как Адария не просила, рано утром, хозяин отправил Полата вместе со старым пастухом за реку на пастбище. Мальчик впервые оказался оторван от мамы и очень беспокоился, что она будет без него плакать. Ему еще не было и четырех лет, все было для него ново. Отара овец оказалась большой. Несколько собак бегали за овцами, подгоняя их со всех сторон в кучу и не давая отстать. До полудня старик был возле отары, но потом вдруг куда-то исчез. Полат и не заметил, как он ушел. В определенное время овцы сами направились к реке на водопой. У кромки воды они стали толкаться и давить друг друга. Речка была быстрая и унесла несколько овец. Мальчик стоял на берегу и не знал что делать. После водопоя, немного полежав, отара стала пастись, уходя все дальше и дальше в сторону гор. Мальчик просто двигался следом за ней. Он и не заметил, как стемнело. Отара остановилась возле горного перевала. Полат знал, что ночью мама всегда разжигала костер, но он не умел этого делать, да у него и не было с собой ничего для его разведения. Целый день он ничего не ел. Осень не самое хорошее время для ночевки в горах – с каждым часом становилось все холоднее. Он прижался к большой собаке. Последние лучи солнца озарили горизонт. Вдруг он увидел, что со стороны перевала прямо на него несутся всадники. Ему показалось, что они летят как большие птицы. Полат поднялся и с замиранием в сердце стал наблюдать за ними. Они остановились возле него. Ребенок затаил дыхание.
   -Мальчик, где пастух? – спросил один из них.
   Полат сразу выделил его среди других. Он показался ему, чуть ли не волшебным героем из маминых сказок. Он сразу полюбил его и захотел стать точно таким, как этот большой сильный дяденька. А еще ему понравилась его шапка! На ней был волк!
   -Дедушка ушел. Здесь только я, овечки и собаки, - по-детски ответил малыш, потом с замиранием в сердце спросил - дяденька, ты волк?
   -Да, я волк, только тебя я не обижу, - улыбаясь, ответил всадник.
   Ак-Бору бросил взгляд на отару, на мальчика, потом на сопровождавших его воинов.
   -Остановимся на ночь здесь, - сказал он, - похоже селение недалеко. Ночью все равно нам никто ничего не скажет.
   Все спешились.
   -Ты почему сидишь без огня, не замерз? Как ты один справляешься с такой большой отарой? – снова обратился к мальчику Ак-Бору.
   Полат был потрясен, что такой важный человек завел с ним беседу и  задает ему вопросы, как взрослому мужчине. Никогда еще посторонние люди не уделяли ему столько внимания и не проявляли столько интереса!
   -Когда дедушка ушел, овечки совсем перестали слушаться, - взахлеб стал рассказывать он, - а у речки, они стали толкаться и несколько овечек утонуло. А я не знал что делать.
   Мальчик пожал плечами. Тем временем, остальные мужчины достали свои припасы и разложили прямо на траве.
   -Ты наверно голоден?
   -Ну, даже не знаю, мама не разрешает мне разговаривать с чужими людьми и кушать с ними, - мальчик снова пожал плечами, немного подумал, - да, я очень хочу кушать.
   -Зарежьте овцу, - приказал мужчина.
   Полат понял, что среди всех он самый главный. Пока остальные занимались овцой, мужчина присел на траву и задумался. Преисполненный важности момента, Полат немного посидел рядом с ним, потом походил возле остальных мужчин, посмотрел, как быстро они зарезали овцу и ловко разделали тушу. Не решаясь подойти, мальчик долго разглядывал черного жеребца, наконец, осмелился и протянул к нему руку.
   -Хочешь поездить? – спросил его Ак-Бору.
   -Да, - восторженно произнес Полат.
   Глазки ребенка загорелись от счастья. Ак-Бору посадил его в седло.
   -Не страшно? Держись за луку седла и обними коня ножками. Ты должен почувствовать его, срастись с ним и стать единым целым.
   Повод он взял в свои руки и повел коня за собой, потом сам взлетел в седло. Восхищенный происходящим Полат, не мог отвести взгляд от него и его руки – на ней тоже был волк! Он сидел впереди этого человека и захлебывался от счастья. Это было непередаваемое, еще не знакомое ему  ощущение. Он чувствовал дыхание этого чужого мужчины, его сердцебиение и отчего-то понял, что он намного сильнее мамы. До этого дня он знал только ее. Она всегда закрывала от него все плохое. Для него она всегда была самой красивой и сильной. Но сейчас, впервые за свою недолгую жизнь, он  подумал о своем отце.  Если он есть, пусть будет точно таким, как этот дяденька! Он не почувствовал холода, ветра, что дул ему в лицо – все это было неважно! Главное, что сейчас, рядом с ним сидит сильный дяденька волк! Когда они вернулись, Ак-Бору спросил:
   -Первый раз сел на коня?
   -Да, - прошептал Полат.
   -Молодец! – похвалил его Ак-Бору, - хорошо сидел в седле! Будешь отличным наездником! А почему отец до сих пор не посадил тебя в седло?
   От похвалы и от восторга Полат чуть не поперхнулся воздухом и промолчал. Да он и не знал, что ответить такому важному человеку. Но мужчина больше ничего не сказал и обратился к сопровождавшим его людям:
   -Ну что там, готово?
   Чуть позже, все сели прямо на землю принялись за еду. Ак-Бору посмотрел на мальчика, выбрал самый лучший кусок мяса и дал ему.
   -Ешь, за день наверно сильно проголодался. Ешь хорошо.
   Полат поднял на него глазки. Сейчас, в них можно было увидеть все, что творилось в его маленькой восторженной душе. Сам Ак-Бору лишь прикоснулся к еде, все смотрел, как ест мальчик. Потом все легли спать. Плотно поев мяса, брынзу и хлеб, Полат запил все водой и заснул рядом с Ак-Бору, прижавшись к его горячему, сильному телу, как кутенок. Каган снял кафтан и укрыл ребенка. Его взгляд задержался на черной нитке, что выскользнула из его тонкой рубашки. Обычно родители на такие одевают обереги. Осторожно, чтобы не разбудить ребенка, Ак-Бору пальцами взялся за скрученную, черную нить, чтобы рассмотреть, но со стороны отары залаяли собаки. Он укрыл ребенка и обернулся в сторону отары.
   -Соберите овец! Наверно это лисы или волки.
   Ак-Бору снова сел и задумался о своей беде. Вспомнил, как оставил в пеленке сына свой оберег. Нашла ли его Адария? Не потерялся ли он где-то в пути? Встреча с этим ребенком, заставила его снова вспомнить сына. Он сильно скучал за него и часто представлял себе, каким он мог сейчас стать. Возможно таким же, как этот пастушок. Только этот мальчик кажется немного постарше его Ак-Барса. Где ты сейчас, сынок?
   -Лисы бегают за зайцами, - сообщил Бектимур, - ты бы отдохнул. С самого начала пути даже не задремал.
   Ак-Бору прилег рядом с мальчиком и сразу заснул. Лишь один раз он проснулся среди ночи, когда мальчик положил свою ножку ему на живот и обнял ручками. Рано утром, он тихонько встал, стараясь не разбудить ребенка. Но как только он поднялся, Полат открыл глазки. Он никогда не просыпался без маминой улыбки и ее ласковых слов: «доброе утро мой свет». Как бы ей не было тяжело, глядя на него, она всегда  улыбалась, показывая этим, что все в порядке. Этим утром возле него оказался посторонний дяденька, но почему-то он не почувствовал страха рядом с ним. Напротив, от него исходило какое-то тепло и Полат почувствовал себя рядом с ним в безопасности.
   Ак-Бору уже подошел к своему коню. Полат протянул ему кафтан.
   -Дяденька волк, ты забыл свой кафтан.
   Каган печально улыбнулся. Ему было до боли в сердце жалко расставаться с этим мальчиком.
   -Благодарю тебя мой друг. Больше не оставайся один на пастбище, хорошо?
   -Хорошо! – ответил Полат.
   -Возьми вот этот золотой и скажи отцу, чтобы купил тебе теплую одежду, - произнес Ак-Бору и протянул ребенку золотую монету, с изображением барса.
   Они взлетели на своих коней и помчались дальше. Полат восторженно смотрел им вслед. Отъехав на довольно большое расстояние, Ак-Бору вдруг остановил коня и оглянулся. Сжав ладошки в кулачки, мальчик смотрел им вслед. Худенький, еще совсем маленький, ветхая, тонкая рубашка и короткие штанишки, в какой-то странной обуви, обдуваемый холодным, осенним ветром, он вызывал у него безумное чувство боли кровоточащей раны. Увидев, что он обернулся, мальчик поднял руки и помахал ему, потом передернулся от холода и прижал кулачки к груди. Поборов свое чувство, Ак-Бору махнул ему на прощанье и полетел дальше.
   Они въехали в селение, когда в небе только появились первые лучи солнца. Но уже в это время все были на ногах и заняты делом. Кто-то молол зерно, кто-то собирал сено. Где-то в кузнице работал кузнец. Какая-то сутулая, хромая женщина с большим лотком направлялась к навесному мосту. Ак-Бору остановился возле молодого мужчины, который внимательно наблюдал за увечной женщиной с лотком.
   -В это селение не заходила молодая, красивая девушка с мальчиком? Если она еще здесь подскажи мне, где она. Я щедро награжу.
   Мужчина пожал плечами.
   -Я не так давно вернулся домой. Если и проходила, мне об этом не известно.
   Вдруг он задумался, посмотрел в сторону женщины с лотком, направлявшейся к мосту.
   -Молодая, красивая, пришлая девушка у нас в селении – нет, не слышал о такой.
Все бы знали о ней.
   Ак-Бору с досады пришпорил коня и поехал дальше.

   Адария всю ночь не спала. Она боялась за сына – только бы с ним ничего не случилось! С утра была сама не своя от беспокойства и бессонной ночи. Провозившись возле тандыра, и немного задержав выпечку, она услышала кучу оскорблений от хозяев. У самого моста, она подвернула ногу и вдруг услышала за спиной топот копыт и чей-то низкий хриплый голос. Когда она обернулась, всадники тронулись в путь. Она увидела их только со спины, но сразу поняла, что это алтайцы. Как они здесь оказались?
   -Ах ты уродина! Смотреть не на что, кожа да кости, а все туда же! На мужиков заглядываешься?! – закричал на нее хозяин, - быстро иди на рынок! Из-за того, что ты бездельничаешь и пялишься на всадников, мы терпим убытки!
Она снова направилась к мосту. Впервые за все время она пришла в отчаяние от своего положения. Как выбраться из этого рабства, она не знала. Неужели ей суждено умереть на этой работе, а сын так и проведет свою жизнь среди этих людей?!
   Адария уже практически перешла мост, как больная нога зацепилась за доску и потеряв равновесие вместе с лотком, она упала в реку, которая понесла ее вниз по течению. Река хоть и была не глубокая, но очень холодная и быстрая. Адария пыталась выбраться, но ее относило все дальше и дальше и как щепку больно било о камни. Наконец едва живая, она выбралась на берег и отдышавшись, пошла назад. Оказывается, река успела отнести ее далеко от селения. Она долго шла через лес. Пока шла, сильно замерзла и продрогла. Она еще не вошла в хозяйский двор, как услышала звонкий голосок своего сына.
   -Дяденька,  я не виноват, они сами упали в речку!
   -Ублюдок, ты посмел растерять моих овец?! Я вытрясу из тебя твою никчемную душу!
   Адария вбежала во двор и увидела то, что боялась больше всего. Ее маленького сына, как преступника привязали к доске, и хозяин уже занес над ним палку. Адария как львица бросилась на обидчика.
   -Не смей трогать моего сына! – закричала она.
   Она с силой оттолкнула его от своего ребенка и стала развязывать малышу руки.
   -Мамочка, я ничего не сделал, овечки сами толкали друг друга в реку! – испуганно закричал Полат.
   Адария быстро развязала сына и спрятала за своей спиной.
   -Я знаю, что ты ничего не сделал. Ты всего лишь маленький ребенок. А эти люди от жадности совсем потеряли человеческий облик. Их и людьми назвать нельзя!
   Не ожидавший такого напора, мужчина какое-то время потрясенно смотрел на нее. Она уже хотела пойти прочь из этого дома, но хозяин подскочил к ней.
   -Ах, ты шлюха! Ты на меня руку подняла?!
   -Мне ничего от вас не нужно! Мы уходим! Вы нас не купили и не имеете права задерживать!
   -Не имею права? А ну привяжите ее к дереву, я покажу этой мерзавке какие у меня права!
   Двое мужчин скрутили ей руки и поволокли к стоящему неподалеку тополю.
   -Сыночек беги отсюда! – закричала Адария, - мальчик мой, беги подальше из этого села!
   Полат сначала растерянно смотрел на маму, потом, увидев, что к нему направился здоровенный парень, бросился на улицу. Парень кинулся было за ним, но ему преградила дорогу молодая женщина.
   -Что, хочешь выслужиться перед хозяином? Ладно, мать замучили, еще и ребенка хотите убить? Не смей трогать мальчика!
   Адария не кричала, она даже не стонала. Стиснув зубы, она терпела боль. Ее спина горела от ударов плетки. Десять,…, двенадцать,… наверно ее забили бы до смерти, но вмешался хозяйский сын. В его обязанность входило присматривать за Адарией. Услышав со двора крики, он бросился на улицу и встал между отцом и его жертвой.
   -Вы что, совсем озверели? – крикнул он, -  сколько не смотрю, не понимаю, что она вам сделала? Не нравится, отпустите, зачем мучаете женщину?!
   -Так ты осмелился перечить мне, своему отцу? – еще больше разошелся хозяин.
   Он хотел оттолкнуть сына и снова ударить Адарию, но сын выхватил плетку из его рук и сломал. Потом подошел к Адарии и развязал ее.
   -Иди, забудь, все что здесь было, - произнес он, - и постарайся больше ни к кому не наниматься на работу. Кто знает, что за человек это будет.
   Он вынес из сарая ее вещи. Адария уже направилась к выходу, но к ней подбежала хозяйка и бросила ей под ноги тулуп.
   -Забери свой вонючий, грязный тулуп, чтобы ничего больше не напоминало о тебе! – истерично выкрикнула она.
   Адария еле дошла до окраины села, стала оглядываться по сторонам.
   -Сыночек мой, радость моя, где ты? – позвала она.
   Из крайнего дома выбежал испуганный Полат и сразу прижался к ней, за ним вышла женщина.
   -Зайди, отдохни, потом пойдешь дальше, - предложила она.
   -Нет, - тяжело дыша, произнесла Адария, - благодарю, что позаботились о моем сыне. За что он так, зачем он это сделал, я ничего не понимаю?
   -Они всегда так делают. Сына твоего хотел забить до смерти, чтобы тебя сломить, и чтобы навсегда осталась здесь и безропотно работала на них.
   Адария опустилась на колени перед сыном и крепко обняла.
   -Прости меня мой мальчик. Я не думала, что так будет. Если бы знала, не задержалась бы в этом селении.
   Взяв сына на руки, Адария уже направилась в сторону леса, но женщина окликнула ее:
   -Погоди, я сейчас.
   Вскоре она вышла с каким-то большим вылинявшим платком и небольшим узелком.
   -У тебя все платье на спине разорвано, накинь платок. А это возьми с собой, хоть поедите в дороге.
   Теперь Адария не хотела видеть людей. Вместе с сыном она углублялась все дальше в лес, и ей было все равно, куда их приведет эта лесная тропинка. Сначала она не чувствовала боли. Но чем дальше они уходили от селения, тем сильнее болела спина. Она стала искать, где бы  на время остановиться и передохнуть. Как раненая волчица, ищет логово, чтобы зализать раны, так и Адария сейчас высматривала для себя и своего ребенка укромное место. Шли весь день. Она уже давно сошла с тропинки. К вечеру Адария заметила углубление в скале и сразу направилась туда. Она огляделась - от дождя и ветра укрыться можно, расстелила тулуп и посадила сына.
   -Посиди здесь и никуда не уходи, а я соберу сухие ветки для костра. По пути, совсем недалеко от этого места я видела саксаул. Он горит долго и отдает много тепла.
   Но Полат категорически отказался остаться.
   -Мамочка, я больше никогда не оставлю тебя одну, я пойду с тобой  и помогу тебе.
   Адария посмотрела на сына и крепко прижала его к груди. Теперь, она ни за что не расстанется с ним. Вместе они собрали сухие ветки и дрова. Адария разожгла огонь и вдруг почувствовала, что дрожит. Только не это! За все время скитаний, ни она, ни Полат, ни разу не заболели. Будто обоих кто-то оберегал. Адария поднялась, она не имеет права болеть! Надо дойти до речки и набрать воды. Поискала в мешке маленький котелок и взяв сына за руку, пошла искать реку. Чтобы ее найти им пришлось спуститься вниз от тропинки и обойти огромные валуны, которые появились здесь после обвала. Адария присела у реки и только сейчас подумала, что сын всю ночь находился на пастбище и его надо умыть, а также умыться самой и как-то обработать спину. Уже осень, но вдоль тропинки, кажется, она видела подорожник. На обратном пути, она собрала листья, и они вернулись в свое временное убежище. Она накормила сына и уложила его спать, сама прилегла рядом. Ее знобило, голова кружилась, и она решила, что обработает свои раны завтра. Но сна не было, все было как в тумане, ей постоянно казалось, что ее малыш мерзнет. Вдруг поднялась, подбросила дрова в огонь, потрогала свой лоб. Жара не было. Похоже, все пережитое за эти годы отозвалось таким вот приступом. Она должна продержаться и не потерять сознание. Иначе ее ребенок погибнет.
Утром Полат проснулся от того, что мама разговаривала во сне и крепко держала его за руку.
   -Мамочка, ты заболела? – испуганно спросил он.
   Адария открыла глаза, улыбнулась, обняла сына. Потом достала еду и накормила его. 
   -Мне надо немного отдохнуть, прежде чем мы снова отправимся в дорогу, - сказала она.
   Он обнял ее, она крепко прижала сына к груди.
   -Мамочка, ты хотела приложить к ранкам листочки, - напомнил Полат, - давай я помогу тебе.
   Адария и правда совсем забыла об этом. Она размяла листья подорожника и сделала кашицу, но как сама не пыталась, приложить к спине не смогла. Она не знала, как сейчас выглядит ее спина, может там гнойные раны. Ей совсем не хотелось, чтобы малыш увидел это и испугался, поэтому она улыбнулась и сказала:
   -Уже не больно. Ты садись рядом со мной, а я немного полежу.
   Как только Адария легла на живот, ее сознание снова стало путать сон с реальностью. Она увидела большого белого волка, который возник на пороге пещеры, потом все закрыло туманом, и из тумана к ней вышел Ак-Бору. Увидев его, она обрадовалась и уже бросилась к нему, но он вдруг исчез и на месте где только что стоял ее муж, снова появился волк.
   Сначала Полат не хотел спать, но потом прилег рядом с мамой, пригрелся и заснул. Когда проснулся возле огня сидел высокий красивый мужчина и подбрасывал дрова в огонь. Он был в золотом шлеме и в золотых доспехах.
   -Ты кто? – удивился Полат.
   -Я твой дедушка, отец твоей мамы. Иди ко мне, я обниму тебя, - ответил мужчина.
   -Дедушка? Я не знал, что у меня есть дедушка. Мама мне не говорила.
   Полат нерешительно подошел к нему. Мужчина поцеловал его взлохмаченную сном головку и посадил себе на колени.
   -Твоя мама еще такая молодая и глупенькая, поэтому ничего и не рассказала тебе. Моя маленькая гордая малышка. Она даже не догадывается, как все ее любят. Вам не надо больше  ничего бояться, теперь, я буду рядом с вами до тех пор, пока буду нужен. А сейчас, возьми эту зеленую кашицу и тихонько приложи к маминым ранкам на спине.
   Полат снял платок со спины мамочки и испугался. Раны воспалились и местами покрылись гноем.
   -Ты мужчина, ты воин и не должен ничего бояться, - сказал дедушка, - тебе еще не раз придется обрабатывать раны и себе и другим.
   Мальчик взял кашицу и мужественно стал прикладывать ее к ранам. Потом снова накрыл мамину спину платком.
   -Дедушка, я все сделал. Я уже воин? – спросил Полат дедушку.
   Дедушка улыбнулся и поцеловал ребенка.
   -Ты настоящий храбрый мужчина и ты молодец! Ты мамин защитник, а теперь ложись спать, а я еще посижу у костра и прослежу, чтобы он не потух.
   Полат снова послушно лег рядом с мамой и заснул. Когда он  проснулся, в пещере уже никого не было, только в костре весело потрескивали сухие полена. Кто-то сломал толстые ветки, которые не смогла сломать мама, и аккуратно сложил у стены.
   -Дедушка? – неуверенно позвал он.
   Он ушел? Полат расстроился, он уже обрадовался, что теперь с ними будет дедушка. Если бы все увидели, какой он сильный, уже никто не осмелился бы обидеть его маму. Но почему дедушка так быстро ушел? Полат растерянно посмотрел по сторонам, выглянул из пещеры и задумался. А может, это было во сне и на самом деле никого не было? Даже если так, дедушка сказал, что он мамин защитник! Полат подошел к маме, которая что-то говорила во сне и кого-то звала, погладил волосы. Ему показалось, что она хочет пить.
   -Мамочка, я сейчас принесу тебе воды.
   Но в котелке воды не было. Мальчик немного подумал и пошел к реке. Здесь совсем близко, он только наберет воды и сразу вернется. Дорогу он помнил, поэтому без особого труда достигнул речки и набрал воды. На обратном пути он решил собрать те же листочки – вдруг еще понадобятся. Быстро собрав в ладошку несколько листьев подорожника, он услышал за своей спиной угрожающее рычание. Полат резко обернулся. В нескольких шагах от него стоял леопард. Малыш схватил первую попавшуюся палку.
   -Я мужчина! Я воин! – крикнул он.
   Леопард принял охотничью стойку.
   -Но я еще мальчик! Я маленький, и я тебя боюсь! – закричал Полат и бросился за большой валун.
   В тот же миг сверху на леопарда набросился белый волк. Молнией он пронесся над головой мальчика. Два хищника вцепились зубами друг в друга. Полат выглянул из-за валуна, чтобы посмотреть, чем закончится битва.  Ему даже в голову не пришло, что надо бежать к маме. Он был уверен, что это и есть дяденька волк и сейчас он здесь, чтобы спасти его! Клубок шерсти, из которого раздавалось рычание обоих хищников, недолго катался по земле. В конце концов, сильно раненый леопард, поковылял в сторону, волоча за собой ногу и оставляя следы крови. Полат подумал, что сейчас, волк превратится в дяденьку и ни за что не хотел пропустить такой важный момент. Но волк стал зализывать раненую лапу. Полат подошел к нему и обнял за шею.
   -Я знал, что ты самый сильный и теперь я еще больше тебя люблю, - произнес он, доверчиво прижимаясь к дикому зверю.
   Хищник, вероятно, не ожидал такой наглости и беспечности от человеческого детеныша. Полное отсутствие страха у ребенка вызвало у него шок, и он лишь зарычал, оскалив зубы.
   -Я тебя не боюсь, - улыбаясь, сказал Полат и снова обнял волка.
   Вдруг волк подтолкнул его в сторону пещеры. Полат вспомнил, что ходил за водой, но котелок снова был пуст и валялся возле валуна.
   -Я только воды наберу и вернусь, - сказал мальчик и побежал к реке.
   Когда он вернулся волк сидел на том же месте. Вместе с ребенком он дошел до пещеры, заглянул внутрь и лег у самого входа. Полат подбежал к маме. Она больше не разговаривала во сне и кажется, спокойно спала. Дрова в костре едва тлели и Полат, почувствовав сейчас себя самым главным в этой пещере, подбросил в него сухие веточки, важно сел на тот же камень, на котором сидел дедушка в золотых доспехах и стал смотреть на языки пламени.
   Треск огня заставил Адарию открыть глаза. Ее маленький сынок сидел на камне и совсем как взрослый смотрел на огонь. Кого-то он ей сейчас напомнил, но кого именно она не могла вспомнить. Она улыбнулась.
   -Светик мой, иди ко мне, - позвала она.
   Услышав ее голос, Полат обрадовался и подбежал к ней.
   -Мамочка, хорошо, что ты проснулась, а то я уже соскучился. Ты все спишь и спишь.
   Адария обняла сына.
   -Я долго спала?
   -Весь день. Но солнышко еще не спряталось. Я хотел пойти собрать веточки, для костра, но наверно дедушка сам принес. Смотри сколько их, нам больше не понадобится ломать толстые ветки. Он все сделал сам.
   Адария посмотрела в сторону, где накануне положила дрова, они и правда были уже сломаны и аккуратно сложены в углу. Она потрогала лоб сына, потом себе.
   -Малыш, какой дедушка? Ты о ком говоришь, кто-то приходил пока я спала?
   -Да, приходил, он был большой и сильный. У него был настоящий меч, а еще кинжал! Он сказал, что ты его доченька! – восторженно стал рассказывать Полат, - а потом, я пошел за водой, а дяденька волк спас меня от леопарда.
   Из всего рассказа Адария услышала только то, что на ее сына напал хищник, и кто-то его спас. Она испуганно посмотрела на сына.
   -Ты один ходил на реку за водой?! – в ужасе спросила она.
   -Да, - ответил Полат, очень довольный собой, - мамочка, ты только не сердись, я подумал, что ты хочешь пить.
   Она прижала его головку к груди.
   -Как я могу сердиться на тебя. Только больше никогда так не делай, - сказала она, - благодарю вас небеса, что защитили моего сына!
   Немного подумав, Адария пришла к выводу, что, пережив столько потрясений, ее сын стал путать сон с реальностью. Обняв друг друга они сидели так до тех пор, пока в пещеру не заглянула волчья морда.
   -Мамочка, ты не бойся, это дяденька волк! Он добрый, когда я остался один на пастбище, он накормил меня и дал золотую денежку! Теперь мы сможем купить тебе платье, а то твое совсем старое и порванное.
   Адария крепко обняла сына и отошла подальше от входа, но волк положил на порог какую-то тушку и ушел.
   -Я же говорил, видишь, он принес нам покушать! – радостно воскликнул Полат.
   Оставив сына у стены, она осторожно подошла к выходу из пещеры и увидела тушку зайца. Девушка оглянулась на сына, он удовлетворенно махнул головкой. Ей ничего не оставалось, как разделать тушку и зажарить ее над огнем.
   На следующий день небо затянуло черными тучами, и Адария не решилась отправиться в дорогу. Далеко ли до Нуджикета она не знала. Если начнется дождь, им негде будет укрыться от непогоды. Останавливаться и просить людей позволить ей с сыном переждать дождь, она больше не хотела. Предварительно она осмотрелась – волков поблизости не было. Взяв сына за руку, она вышла из пещеры и отправилась собирать дрова. Возвратившись, Адария снова сделала лук и стрелы. После полудня они пошли охотиться за дичью. Подстрелив двух куропаток и зайца, они вернулись в свое убежище. Раны на спине затягивались. Каждый раз при наклоне она чувствовала боль, поэтому все время старалась ровно держать спину. При этом гордо вскидывала голову и делала глубокий вздох, стараясь не застонать от боли, чтобы больше не пугать сына своей беспомощностью. Вечером, когда они поели, и уже собрались укладываться на ночлег, Полат пошарил в кармане своих штанишек и достал золотую монету.
   -Мамочка возьми, - сказал он, - а то я потеряю.
   Адария удивленно посмотрела на сына, взяла монету и долго разглядывала ее в свете от костра. Она не поверила ни одному слову из рассказа своего сына, приняв все за детские фантазии.
   -Откуда это у тебя? – спросила она.
   -Я же тебе говорил, мне ее дал дяденька волк, - снова пояснил маме ребенок.
   Адария помолчала, потом сказала:
   -Кто бы ни дал тебе эту золотую монету, пусть небо наградит его. Сейчас, нам понадобятся эти деньги.
   Весь следующий день они не выходили их пещеры – шел сильный дождь. Обняв друг друга, они строили планы и думали, какое применение найти этим деньгам.

   Покинув селение, Ак-Бору потерял след жены. Ни в одном ауле и не в одном селении не слышали и не помнили о пришлой девушке с ребенком по описанным приметам. Отправляться открыто в Нуджикет было рискованно – к алтайцам в Харлуге относились враждебно. Вероятно, поэтому все настороженно поглядывали на всадников из алтайской элиты и плохо шли на контакт. Но он все-таки решился. Предварительно переодевшись в одежду обычных путников и поменяв сбрую на своих конях, они въехали в город с восточной стороны. У реки стояла большая, хорошо укрепленная крепость, в которой в основном проживала высшая элита города. Большой дворец Царя резко выделялся на фоне остальных построек. Сам город расположился вокруг крепости, а также вдоль берегов реки и утопал в садах и тоже был обнесен стеной. За пределами города были видны обработанные поля. Хорошо устроился Царь Кадир.
   Ак-Бору криво усмехнулся своим мыслям и обратился к одному из всадников сопровождавших его.
   -Узнай, где находится невольничий рынок. По возможности спрашивай у прохожих о молодой девушке с маленьким мальчиком. Коня оставь, иди пешком, так меньше будешь привлекать внимание.
   Сам Ак-Бору направился на базар. Народу здесь много и можно нечаянно завести разговор. Сначала они шли вдоль рядов со всевозможными фруктами, виноградом и сладостями. Потом перешли в торговые ряды с тканями. Ак-Бору вспомнил свою первую встречу с Адарией, как впервые заговорил с ней. У него больно защемило в груди, и он вообще отошел в сторону от рядов. Бектимур с остальными пошел дальше. Вдруг внимание Ак-Бору привлек высокий сухощавый старик. Он тоже стоял в стороне и внимательно наблюдал за происходящим на базаре. Никаких отличительных регалий на нем не было, единственно, что заметил Ак-Бору это добротный плащ, накинутый на плечи  поверх обычных доспехов. Но даже без знаков отличия весь его облик: гордо
посаженная голова, орлиный взгляд, осанка – говорили о породе и высоком происхождении.  На базаре шла бойкая торговля, покупателей и продавцов было много. Увидев старика, люди кланялись ему и быстро шли дальше по своим делам. Иногда кто-то подходил и заговаривал с ним, тогда он внимательно выслушивал и коротко давал ответ. Посматривая на оживленных торговцев и покупателей, он не стоял на месте, а потихоньку передвигался к выходу. Старик, хотя стариком назвать его можно было еще с натяжкой, вызвал у Ак-Бору неосознанное чувство уважения. Наверно один из вельмож Кадира, только успел он подумать, но в это время к нему подошел Бектимур.
   -Внимательно смотри Каган, - тихо произнес он, - запомни этого старика.
   -Кто это?
   -Царь Харлуга, Кадир, - ответил Бектимур.
   Ак-Бору снова посмотрел на старика. Тот как раз проходил мимо него. Лишь скользнув взглядом по Ак-Бору и его спутникам, он пошел дальше. Следом за ним, взяв под уздцы лошадей, шли два молодых воина. В глаза сразу бросилось их мужество и стать. Ак-Бору остановил взгляд на одном из них. Он был очень красив. Почему-то у него это вызвало чувство раздражения. 
Наконец, вернулся его разведчик, посланный к невольничьему рынку, отрицательно помотал головой.
   -Все расскажу на обратном пути, - тихо произнес он.

   Сидя у костра, уже далеко за городом, они вели разговор.
   -Царь Кадир не любит торговцев людьми, поэтому невольничий рынок находится за городом, с его западной стороны. Запретить торговлю рабами он не может, потому-что все соседние царства поддерживают ее. Но условие все-таки поставил – в Харлуге действует ряд правил при торговле невольниками. Никто не может торговать коренными жителями Харлуга. Для этого они должны говорить на местном диалекте, этого достаточно, чтобы отпустить такого невольника. Запрещено торговать семьей и тем более разделять ее. Если на рынок рабов попадает женщина с ребенком, не важно, мальчик это или девочка, ее должны отпустить. Эти же правила действуют на всей территории царства.
   -Из этого следует, что моя Адария в любом случае не попала бы в рабство в этом городе. Это уже хорошо! – воодушевленно заговорил Ак-Бору, выслушав разведчика, - теперь нам надо ее отыскать.
   -Город достаточно большой, будем заглядывать в каждый дом? – спросил Бектимур.
   Ак-Бору сверкнул глазами в его сторону.
   -Если понадобится, будем!
   Все замолчали, только треск огня, нарушал внезапно наступившую тишину.
   Требование Кагана вызвало у всех недоумение.
   -Почему Царь Кадир был на базаре, неужели что-то заподозрил? – решил разрядить обстановку кто-то из воинов.
   -Царь Харлуга одинок. После гибели сына, не пережив горя умерла его жена, и он остался совсем один. Наверно поэтому иногда ходит по городу. Жители знают о его беде и редко тревожат разговорами. На базар он заходит, чтобы узнать о потребностях населения своего царства, - рассказал Бектимур, - надо сказать у меня он вызвал впечатление неглупого человека.
   Даже не повернув головы, лишь глазами Ак-Бору посмотрел на брата.
   -Издалека, кажется, что у всех все хорошо. Но на деле оказывается у каждого своя беда, - проговорил один из воинов.
   Все опять замолчали. Пора было устраиваться на ночлег. 
   -У меня все не идет из головы тот мальчик, - вдруг заговорил Ак-Бору, - так и стоит перед глазами. Вся душа изболелась за него.
   -Да, жалко ребенка, - произнес Бектимур, - забьют теперь до смерти.
   -За что?! – воскликнул Ак-Бору
   -В реке овцы утонули. Хозяин за это шкуру снимет с него. Как звать его ты спросил?
   -Нет, да и зачем? – сказал Ак-Бору, - он сказал, что был со своим дедушкой.
   -Как зачем?! Ты ищешь жену и сына! Какой дедушка?! Он маленький мальчик, для него все пожилые люди, дедушки и бабушки! Разве родной дедушка оставил бы своего внука одного с огромной отарой на ночь в горах?! Ты что не заметил, во что был одет этот мальчик?! Скорее всего, это сын какой-нибудь бедной женщины, а может и вовсе сирота!
   Ак-Бору растерянно поднял голову на младшего брата.
   -Ты хочешь сказать, что это мог быть мой Ак-Барс? Но по годам он немного старше моего сына, он выглядит лет на пять…,
   -Интересно, в кого бы мог быть рослым твой сын?! Ты тоже не маленький! Откуда ты знаешь, сколько ему лет, если даже не спросил его об этом?! Ведь так! Прошло около четырех лет, а ты так и представляешь своего Ак-Барса младенцем?! Брат, твой сын уже ножками ходит! Ты провозился с мальчиком весь вечер и ничего не спросил! Ты узнал кто его мать?! Если бы я знал, что так будет, я бы сам с ним поговорил! Даже у меня сердце екнуло, когда я увидел этого ребенка!
   -Адария никогда бы не отпустила сына одного на пастбище! – закричал Ак-Бору, пытаясь найти себе оправдание, - мой сын не может быть пастухом и она это знает!
   -Я заметил, у мальчика на шее был какой-то оберег завернутый в черную тряпочку, - как бы невзначай  произнес кто-то из воинов, - наверно дорогая вещица, раз спрятали.
   При этих словах глаза Ак-Бору расширились, и он кинулся к своему коню, взлетел на него как ветер и унесся в ночь.

   На следующее утро из-за туч выглянуло солнце и, взяв сына на руки, Адария пошла по тропинке вниз, придерживаясь течения реки. Теперь ее узел стал намного легче – она оставила тулуп в пещере. Пусть останется в логове волков, в благодарность, что не тронули ее и сына. Через несколько сот метров лес закончился и перед ее взором предстал город Нуджикет. Он расположился в предгорной равнине и в осеннем золоте листвы показался Адарии очень красивым и уютным. Расстояние от злополучного села до города по тропинке оказалось намного короче. Но спуск к дороге был круче. Вероятно поэтому, местные жители редко ею пользовались, предпочитая добираться до города по окружной, наезженной дороге. Прежде чем войти в город, Адария решила сполоснуться в речке, которая стремительно неслась вниз в долину, чтобы влиться в одну из рек, протекающих по городу. День стоял теплый, но вода оказалась холодной. Чувствовалось дыхание осени. Сначала она умыла сына, купать его она не решилась. Потом оставив его постеречь сохнущее под солнцем платье, сама вошла в воду. Платье едва подсохло, но Адария оделась, на плечи снова накинула платок, крепко завязав концы на спине. Когда они передохнули и перекусили остатками еды, снова отправились в путь. До города в тот день они так и не добрались. Пришлось заночевать прямо на улице возле деревьев. Прежде чем скрыться за горизонт, солнце окрасило небо в золотистый цвет. Обняв сына, Адария прислонилась к стволу дерева и ненадолго вздремнула. Она обратила внимание, что больше не слышит волчий вой и успокоилась. На следующий день лишь к полудню им удалось войти в город. Ей надо было одеть сына, поэтому она сразу направилась на базар. Когда они пошли вдоль рядов, чтобы найти нужный товар, прохожие оглядывались им вслед и качали головой. Увидев детские сапожки, Адария остановилась.
   -У вас есть сапожки на моего сына? – спросила она.
   -Проходи, проходи мимо, - сказал торговец, махнув рукой, - не задерживай покупателей.
   -Но я тоже покупатель, - сказала Адария.
   -А платить, кто будет? Откуда у такой нищенки деньги?! Уходи! – уже прикрикнул он.
   Адария достала золотую монету.
   -У меня есть чем заплатить! – сказала Адария.
   Продавец вдруг выхватил у нее монету и закричал:
   -Воровка! Украла деньги и решила одеть своего оборванца?!
   Вокруг стали собираться люди. Адария гордо вскинула голову.
   -Отдайте деньги! Я не воровка! Как вы можете так называть человека, если совсем не знаете его?
   Она уже протянула руку, чтобы забрать деньги, но в этот самый миг он ее ударил. Полат вдруг закричал, воинственно выставил вперед свой деревянный кинжал и загородил маму.
   -Не бей мою маму! Не подходите! Я убью вас всех, если ударите мою маму!
   -Ах ты оборванец! Что мать, что сын, не зря говорят яблоня от яблони…, - продавец на полуслове запнулся, увидев приближающего старика.
   -Царь, сам Царь, - послышалось вокруг.

   Увидев собирающуюся толпу, Царь Кадир хотел было пройти мимо – мало ли что не поделили торговцы. Но когда раздался звонкий голосок ребенка, он сразу направился к скоплению людей. То, что он увидел, заставило его старое  сердце дрогнуть. Маленький, оборванный, можно сказать босой мальчик загородил своим хрупким тельцем такую же истощенную, бедную девушку, которая стояла с гордо поднятой головой царицы, так не вязавшейся с ее настоящим положением и нищенской одеждой.
   -Что здесь происходит? – спросил он.
   -Вот эта бродяжка, украла деньги и пришла ко мне покупать своему ублюдку сапоги, - начал торговец.
   Царь подошел к мальчику.
   -Откуда у нас появился такой славный батыр? Как тебя звать? – спросил он.
   Полат оглянулся на свою маму и прижался к ней.
   -Моя мама не воровка! Эту денюжку мне дал дяденька волк! – в отчаянии снова выкрикнул он.
   -Отдай деньги девчонке! – приказал Царь.
   Торговец не осмелился перечить и отдал деньги Адарии.
   -Так, как имя такого славного защитника? Чей ты сын? – снова обратился Царь к Полату.
   -Я Полат, мою маму звать Адария, - ответил ребенок.
   Царь многозначительно посмотрел на девушку и взял мальчика на руки.
   -Поехали домой Полат, - просто сказал Царь Кадир и посадил его на своего коня.
   Полат испуганно оглянулся на маму, растерянно наблюдавшую за происходящим.
   -Посади девушку к себе, - обратился Царь к одному из своих помощников.
   Молодой человек посадил ее впереди себя, и все направились в сторону крепости.

   Ее завели в большую, светлую комнату, в которой было все необходимое для молодой девушки. Глядя на нее, старая служанка вытерла навернувшиеся слезы.
   -Я сейчас приготовлю для тебя ванну, - сказала она.
   -А куда царь забрал моего сына?  - обеспокоенно спросила Адария.
   -За мальчика не волнуйся. Если царь привел его в крепость, значит,  сам займется его воспитанием. После гибели сына, он впервые взял на руки ребенка и заговорил с ним. Он проследит, чтобы его выкупали и накормили. Твоему сыну повезло – он оказался в надежных руках. А ты пока отдохни.
   Она присела на маленький стульчик, не решаясь прикоснуться к чистым одеялам даже руками, снова оглядела комнату. Ей не верилось, что сейчас она искупается в ванной, а ночью будет спать на чистой постели. Когда служанка пригласила ее мыться, Адария отказалась от помощи. Ей не хотелось, чтобы кто-то видел ее исхудавшее, побитое плеткой, тело.
   Ванна оказалась большая, почти такая же, какая была у нее дома в Иране. Сначала она взяла в руки масла и бальзамы, вдохнула исходящий от них аромат, будто хотела вспомнить что-то далекое. Мылась она долго, затем закуталась в большое полотенце и немного посидела на маленьком пуфике. Натереть свое тело бальзамами она не смогла, не хватило сил. Рядом на столике лежали приготовленные для нее одежды. Когда она почти оделась, вошла служанка и помогла ей расчесать уже сильно отросшие волосы и собрать их локонами на затылке. Адария боялась посмотреть в зеркало, но женское любопытство взяло вверх. В  последнее время она видела свое отражение только в реке, и сейчас ей очень захотелось увидеть себя в новом наряде. В зеркале она увидела истощенное, уставшее лицо. Худобу тела скрыло платье с шароварами и длинный сюртук, подвязанный широким поясом. У комнаты, ее уже ожидал молодой человек, который привез ее в крепость.  Увидев Адарию, он удивленно оглядел ее – теперь ее гордая посадка головы вовсе не смотрелась нелепо. Только усталый взгляд и исхудавшее лицо говорили о перенесенных страданиях.
   -Царь Кадир хочет с тобой поговорить, - сказал он.
   Адария пошла за ним к Царю. Царь сидел, судя по всему в гостевой комнате.  Стол на низких ножках был накрыт для ужина. Увидев ее, Царь не выразил никакого удивления, а просто показал на ближайшее рядом с собой, место.
   -Присаживайся дочка, - сказал он, - поешь с нами. Полат уже поел - не волнуйся за него. Сейчас его выкупают, оденут и приведут к тебе.
   Адария не стала задавать вопросы для чего она здесь, что должна делать. Сейчас
у нее не было сил на это, и она приняла приглашение. Двое молодых людей тоже сели за стол. Когда трапеза завершилась, молодые люди по знаку Царя вышли из комнаты.
   -Как звать тебя? Откуда ты, кто твой отец? – спросил Царь.
   -Мое имя Адария. После всего, что со мной произошло,  об отце я даже думать не смею, не то, что произносить его имя вслух, - ответила девушка.
   -Тогда, расскажи мне, что с тобой приключилось, какая беда вытолкнула тебя на улицу? – спросил он, - я уже долго живу на этом свете и голова моя давно покрыта сединой. Я в состоянии отличить девушку благородного происхождения от обычной нищей попрошайки, каких на свете много. Такими именем, как твое – не называют простолюдинок.
   Адария подняла на него глаза, полные слез.
   -Прошу вас не спрашивайте меня об этом сейчас. Я вам очень благодарна, что не оставили нас с сыном на растерзание толпы. Я обязательно все расскажу вам, только не торопите меня.
   -Хорошо, успокойся, я не буду больше спрашивать, - сказал Царь.
   -Вы помогли мне, чем я могу отблагодарить вас, что я должна делать в этой крепости? – спросила Адария.
   -В ближайшие месяцы ты должна хорошо высыпаться и много кушать,  - скупо улыбнулся Царь, - а там посмотрим. Что ты умеешь делать?
   -Я умею все! Но я не хочу больше, чтобы мой сын видел меня слабой и беспомощной! Я умею ездить верхом, хорошо владею кинжалом, метко стреляю из лука. Прошу вас помогите мне стать сильной! Помогите сделать так, чтобы мой сын гордился мной!
   Царь внимательно посмотрел на нее. В это время служанка ввела в комнату Полата. На нем был красивый кафтанчик, штанишки заправлены в сапожки. В этой одежде он выглядел как маленький принц. Увидев маму, он бросился к ней:
   -Мама, мамочка, посмотри, у меня есть сапожки! Мои сапожки! Теперь моим ножкам тепло, и тебе не надо больше переживать, что я замерзну!
   Он радовался и притопывал ножками, подпрыгивал, стучал каблучками по полу. Увидев его, лицо Царя Кадира просветлело, и он счастливо улыбнулся. Потом Полат посмотрел на Царя, вдруг что-то вспомнил и подбежал к нему.
   -Дедушка, ты не заберешь у меня сапожки, когда мы уйдем? –  обеспокоенно спросил он.
   Царь посадил его себе на колени.
   -Вы больше никуда не пойдете. Я ни за что не расстанусь с тобой, - сказал
Кадир, - не знаю, где вы скитались, но сейчас вы дома и вам незачем куда-то идти. 
   -Мамочка мы пришли? Мы шли к дедушке, ты это знала? – сыпал вопросами Полат, вызывая у всех присутствующих улыбку, а у некоторых даже слезы.
   -Да сыночек, похоже, мы и правда пришли, - сквозь слезы произнесла Адария.

   Земля промокла от дождя. Комья грязи летели из под копыт в разные стороны. Когда Ак-Бору въехал в селение, была еще ночь. На улице не было ни одного случайного прохожего. Он стал нервно озираться вокруг. Всю дорогу он гнал коня, как сумасшедший. Бектимур нагнал его только в селении. Остальные друг за другом подъехали позже.
   -Ну, зачем ты помчался, на ночь глядя? Что мы сейчас здесь узнаем?
   Ак-Бору тяжело дышал, он никак не мог сосредоточить свои мысли. Почему-то он вспомнил женщину с лотком, она хромала и шла к мосту. Она не могла быть местной жительницей. Слишком ветхой было ее платье, а на ногах разорванные сапоги, подошва которых грубо была соединена с верхом. Почему он не остановил ее, почему не посчитал нужным увидеть ее лицо?! Ведь сразу понял, что это чья-то работница! Потому что она была сутулой? Что-то подсказывало ему, что она связана с тем мальчиком. Почему он так поверхностно, не внимательно отнесся к мальчику, если сердце кровоточило, глядя на него?!
   -Едем на пастбище! – сказал он.
   Отара в этот раз находилась ближе к селу. Они с трудом нашли старого пастуха, разбудили. Старик долго ничего не мог понять со сна. Когда до него дошло, что от него хотят, принялся рассказывать.
   -Да, жалко мальчишку, хозяин хотел избавиться от него. У нас по закону Царя женщину с ребенком нельзя делать рабыней. А так все было бы по закону.
   -Зачем она нужна была твоему хозяину? – спросил Ак-Бору.
   -Она самсу пекла лучше всех, секрет знала, но никому не говорила. Вот они и решили оставить ее у себя, чтобы всю жизнь на них работала. Да только замучили совсем.
   -Как звали ее? Где она сейчас? – спросил Бектимур.
   -Как звали, не знаю. Да никто не знал, она никому не назвала свое имя. Хозяева звали ее мерзавкой, иногда между собой, блудницей. Упала она в реку и утонула, а мальчика хозяин забил до смерти, - сказал старик, - а зачем она вам?  Может и лучше что так все случилось. Горбунья она была. Только мучилась бы всю жизнь. 
   Все переглянулись.
   -Лжешь! – зло проговорил Ак-Бору, - не верю ни одному слову!
   -Вы спросите у людей, все скажут, - сонно проговорил старик.
   Деньги сделали свое дело, теперь все хотели помочь проезжим путникам. Но разговор с жителями села еще больше все запутал. Кто-то рассказывал, что мальчика забил хозяин, кто-то это отрицал. Некоторые говорили, что женщина была безобразной горбатой, старухой, противники заявляли, что зрелой женщиной. Одни говорили, что она пекла пирожки, другие с полной ответственностью утверждали, что самсу, причем, иногда это доходило до ругани. Ак-Бору никак не мог связать свою жену с пирожками и самсой и тем более, что она была безобразна. По этой причине он категорически отказывался верить, что Адария могла быть в этом селении. Сейчас он хотел найти мальчика. Даже если это не его сын, он заберет его и усыновит. Он почему-то не сомневался, что как только найдет этого мальчика, каким-то чудесным образом сразу найдет свою жену и сына. Адария поймет его и примет этого ребенка, потому что его нельзя не полюбить. В конце концов, кто-то заикнулся, что после того как хозяин избил эту несчастную женщину, она вместе с сыном пошла в сторону леса.
   -В этом лесу люди видели леопарда. А недавно появилась большая волчья стая. Не думаю, что они выжили, слишком опасен этот путь, поэтому никто туда не ходит, - произнес мужчина. 
   Тропинка была едва заметная. Похоже, по ней давно никто не ходил. Продвигаться верхом было неудобно, поэтому лошадей оставили с одним из воинов. Все разбрелись по лесу. Ак-Бору пытался представить, как могла повести себя в подобной ситуации эта женщина. Но у него ничего не получилось. В одном месте он увидел логово, возле которого расположилась на отдых волчья стая. Волчата катались сытыми животами по жухлым осенним листьям и игриво задирали друг друга. Большой белый волк лежал на валуне. Увидев приближающегося Ак-Бору, он с подозрением обернулся в его сторону,  оскалил зубы и зарычал.
   -Ты думаешь, я тебя боюсь? – сказал Ак-Бору, - я такой же волк, как и ты. Только твоя семья рядом с тобой, а я свою потерял. Не верю, что ты мог убить маленького мальчика.
   Волк успокоился, будто понял, что ему сказали. Ак-Бору присел рядом с ним, положил руку ему на шею. Немного посидел, думая, что делать дальше.
   -Ничего, я тебя не побеспокою, оставайся, - сказал он и пошел дальше.
Когда перед ним снова предстал город, к нему присоединились остальные.
   -В лесу никого нет. Судя по всему эту тропу редко используют. Что будем делать? – спросил Бектимур, - возвращаемся домой?
   -Да, но сначала, я хочу встретиться кое с кем!

   Ак-Бору въехал в село и у первого встречного спросил, где он может найти человека, который поднял руку на мальчика. Он был в таком бешенстве, что никто не осмелился ему отказать, поэтому сразу указали на коренастого мужчину, стоявшего у молотилки. Выхватив плетку, без всякого предупреждения, он ударил мужчину по лицу. Тот взвыл. Следующий удар пришелся по шее. Конец плетки обернулся вокруг нее. В этот миг Ак-Бору дернул плетку на себя, и мужчина упал на землю. Он сделал попытку встать, и тут же попал в аркан, который мгновенно затянулся, потому что на всем скаку Ак-Бору понесся на другой берег реки. Он протащил его по каменистому дну реки, и дальше по мокрой земле до самого перевала, где также резко остановил коня. 
   -Благодари небеса, что не я твой хозяин, иначе бы снес твою баранью голову и скормил псам! – зло проговорил Ак-Бору, бросив аркан на землю, - только узнаю, что ты измываешься над несчастными женщинами или ударил хоть одного ребенка, я сам приеду к твоему Царю и скажу, что ты нарушаешь его указ!
Мужчина едва шевельнулся. Ак-Бору плюнул в его сторону и поскакал дальше. Все последовали за ним. Выпустив злость наружу, Ак-Бору не почувствовал облегчения как это бывает, напротив, ему захотелось убивать, и он уже пожалел, что сразу не отправил на тот свет этого гада.

   Адария уложила сына спать рядом с собой. Впервые за эти годы она уложила своего сына в мягкую постель. Намаявшись за последние дни, Полат сразу заснул. Она укрыла его, легла рядом и тоже заснула. Под утро Адария проснулась от того, что ее сын что-то бессвязно говорил, кого-то звал. Она потрогала его и ужаснулась, у него был жар.
   -Сыночек, маленький мой, прошу тебя, открой глазки, - заплакала Адария.
Слезы, наконец, нашли выход, и уже невозможно было их остановить. Услышав ее рыдания, вошла старая служанка.
   -Что случилось? – спросила она.
   Прижав сына к груди, Адария не могла произнести ни слова. Женщина потрогала лоб ребенка и быстро вышла. Через некоторое время в комнату вошел лекарь, уговорил Адарию дать ему осмотреть сына.
   -Он никогда не болел, с самого рождения Полат был здоровым ребенком, - всхлипывая, еле произнесла Адария.
   Осмотрев мальчика, лекарь ушел. В комнате осталась только старая женщина.
   -Успокойся, ты должна быть сильной, - ласково сказала она.
   Снова пришел лекарь и дал мальчику какое-то зелье. Полат сразу вырвал его. Он никогда не пил лекарства и его организм отреагировал мгновенно. Какое-то время он еще бредил, а потом затих. Головка безжизненно лежала на подушках, дыхание едва прослушивалось. Адария вспомнила, как накануне он радовался сапожкам и снова расплакалась. Он даже не успел их поносить!
   -Наверно нам с тобой не суждено жить на этом свете, поэтому мы столько мучились. Когда от нас отказался твой отец, я стала жить только для тебя. Но я оказалась беспомощной мамой и не смогла обеспечить тебе ту жизнь, которую мог дать тебе твой отец. Если так распорядилась судьба, я уйду с тобой. Без тебя меня ничто не держит в этом мире.
   Она легла рядом с сыном и обняла его. Что было потом, она практически не помнит. Кто-то ходил вокруг них, что-то делали с Полатом. Так продолжалось очень долго. Она не хотела жить и открывать глаза, ей тоже было незачем. Она не хотела видеть свет, потому что в нем не было смысла. Теперь ей было все равно: если сейчас их выбросят из крепости, так тому и быть. Это жить все хотят во дворцах, умереть можно и на улице. 
   В комнату вошел Царь.
   -Когда это случилось, почему сразу не доложили мне?
   -Все произошло ночью. Как только я узнал, что мальчик заболел, я сразу пришел, - сказал лекарь, - у него сильный жар. Все зависит от его организма, но у него он сильно ослаблен. Поэтому, скорее всего…,
   -Никаких «поэтому»! Этот ребенок не должен умереть! Вы обязаны сделать все, чтобы поднять его на ноги! – произнес Царь.
   Адария так и лежала возле сына, ни на что не реагируя. Когда лекарь захотел осмотреть ее тоже, то сразу обратил внимание на кровяные пятна на рубашке, которая прилипла к спине. Увиденное потрясло его. Вся спина девушки была исполосована ударами плетки. В нескольких местах кожа была разорвана в кровь и покрылась гноем. Но большее беспокойство вызвал шрам в области позвоночника. Вероятно, он причинял девушке невыносимую боль. Как эта хрупкая еще девочка справлялась с ней все это время, вызвало у него недоумение. Надо немедленно поставить в известность Царя. Ведь в Харлуге действовал закон не позволяющий брать женщин с детьми в рабство. Обработав все раны, он сразу отправился с докладом к Царю. Кадир пришел в ярость, узнав, что Адарию кто-то избил. Но чтобы что-то узнать, надо дождаться выздоровления девушки. Два дня ничего не менялось. Все беспокоились. Однажды Царь вошел в комнату, долго смотрел на Полата, потом на маленький клубок, в который свернулась Адария возле сына. Она была еще совсем девочка, которую сильно обидели в ее еще такой короткой  жизни. Кто это сделал?
   -Всевышний! – произнес Кадир, - неужели ты привел этих детей в мой дом только для того, чтобы умереть? Прошу тебя, прояви свою милость, верни их мне, а я буду заботиться о них как о своих родных детях!
   Однажды Адария почувствовала легкое прикосновение к лицу. Она открыла глаза. Это была маленькая ладошка ее сына, глазки смотрели на нее.
   -Мамочка, - тихо прошептал он.
   Впервые с рождения сына она расплакалась при его пробуждении. 
   -Радость моя, свет мой, как я люблю тебя,  - улыбаясь, сквозь слезы произнесла она.
   А потом были долгие дни выздоровления. Лекари всегда находились рядом. В крепости появились новые целители и какие-то монахи с востока. Царь буквально пылинки сдувал с Полата, следил, чтобы мальчик не замерз и не оказался на сквозняке. Приставил к нему кучу слуг и воспитателей. Адария не отходила от сына. Наступила зима. Она хоть и была здесь непродолжительная, но иногда и в эти края приходили суровые морозы. После того как Адария покинула отчий дом, она впервые была окружена заботой, а ее сын всеобщей любовью. Теперь ей не нужно было беспокоиться о том, чем накормить сына и во что его обуть. Сейчас, и Полат и она были одеты и накормлены. Она немного поправилась и взорам всех предстала молодая, красивая, цветущая девушка.
   Немного окрепнув, Адария пошла к Царю. Теперь после всего, что он сделал для нее и сына, она решила рассказать ему, хотя бы часть того, что с ней произошло. Она не стала говорить ему об отце, о том, откуда она – это уже было в прошлом, упомянув лишь о состоятельных родителях, о том, что вышла замуж за хана Ак-Бору, и что он отказался от нее и сына. Не стоит ссылаться на свое происхождение и всем твердить о нем, когда жизнь то и дело ставит тебя в узкие рамки безысходности. Значит, она должна сама выстроить свою жизнь и обеспечить будущее своему сыну. Выслушав ее, Кадир долго молчал.
   -Уже несколько лет, как после смерти отца Ак-Бору наследовал каганат, - начал он, - я никогда не видел его, но не думаю, что он настолько глуп, чтобы отказаться от юной жены с младенцем на руках. Как я понял, он сам помог появиться на свет своему сыну. Причина отказа неубедительная! Все это слишком странно. Он вез тебя домой, в дороге оберегал тебя, а потом продал мосагетам? Мне мало что известно о его сердечных делах, я даже не знаю, женат ли он сейчас, поэтому ничего не могу сообщить тебе на этот счет. У Царства Харлуг с каганатом не лучшие отношения и я не собираюсь его выгораживать. Но то, что ты рассказала, лично у меня вызывает подозрение. Сейчас, его войско расширяет границы алтайского каганата, и он поглощен военными походами. Я не хочу вмешиваться, но может, будет лучше, если мы сообщим ему, что вы находитесь здесь?
   После стольких лет услышав о муже, Адария разволновалась.
   -Нет, не надо. Я бы никогда не поверила, что Ак-Бору способен на такое, если бы мне сказал об этом кто-то другой. Но человек, которому он поручил от меня избавиться, был его близким другом и двоюродным братом. Я знаю, что он доверял ему как самому себе. Майрату ничего не оставалось, как выполнить приказ. А потом, если бы он хотел, то уже давно нашел нас. Мы два года находились в двух днях пути от его резиденции. Тогда я еще надеялась и ждала, а сейчас не хочу! Не хочу, и не буду навязывать ему себя и своего ребенка! Я стала не нужна ему когда была милой ухоженной девочкой. Сильно сомневаюсь, что увидев меня сейчас, он захочет  быть со мной. Если я снова узнаю, что он небрежно отзывается обо мне или о моем сыне – я этого не переживу, я просто умру! Прошу вас не делайте этого! 
   -Хорошо, пусть будет так, как ты хочешь, - вздохнув, согласился Царь, - может ты и права. А теперь насчет твоего желания стать сильной: я поговорил со своим помощником  Искандером, чтобы занялся с тобой обучением. Он согласился. Но ты еще не совсем окрепла. Весной как потеплеет, сразу приступите к тренировкам и разминкам.

   Ранней весной в горное селение был отправлен один из помощников Царя. По возвращении он сообщил, что виновник скончался после побоев какого-то проезжего алтайского всадника. Царь усмехнулся:
   -Видно и его вывел из себя. Ну что ж, смерть поджидала этого негодяя в любом случае. Отправьте по всем селениям, аулам и городам Харлуга глашатаев, чтобы зачитали мой указ:
   «Каждый, кто убил ребенка, чтобы превратить его отца или мать в раба, или в рабыню, будет прилюдно казнен! В назидание другим его тело  провезут по всем селениям и городам, а потом бросят на съедение диких птиц и животных без права захоронения!»
   Кадир задумался. Как ни старайся уберечь слабых и беззащитных, негодяй всегда найдет лазейку сделать по своему. Не зря говорят – палка о двух концах. У каждого указа и закона всегда найдется обратная, неприглядная сторона.

   Всю зиму Ак-Бору провел в седле, продвигаясь все дальше на восток. Осенние поиски Адарии, окончившиеся провалом, сильно повлияли на его характер. Он мог без всякой причины наброситься на невинного человека. А за малый проступок, сразу убить. Рядом с ним был только Бектимур, который ничего не мог поделать в этой ситуации. После того как он, не сдержался и высказал старшему брату, да еще в присутствии посторонних, свое негативное мнение в отношении поисков Адарии, Ак-Бору перестал разговаривать с ним и советоваться. Теперь он весь представлял собой один большой нерв. Его сердце кровоточило от безысходности и отчаяния. Когда обнаружился след Адарии, он уже был уверен, что вот, вот найдет ее и сына. Но все его ожидания закончились крахом. В Нуджикете никаких следов ее пребывания не оказалось. Куда она могла направиться? К отцу?! Она не дойдет, погибнет в пути вместе с сыном! К югу от Нуджикета за перевалом есть большой город, Чач. И он принял решение весной отправиться туда, взяв с собой лишь одного человека из своей охраны.
   Но и эти поиски окончились провалом. Чем дальше он продвигался на юг, тем становилось очевиднее, что поиски в этом направлении ошибочны. Даже только что отчеканенные золотые с барсом на оттиске не помогали – никто не видел такой женщины, какую он описывал. Безрезультатно объехав соседние с Чачем города, злой и хмурый он вернулся в орду.
   Всю осень он никуда не выезжал из крепости, почти все время провалялся в постели, отвернувшись к стене. Лишь в январе, за несколько дней до рождения Ак-Барса, он, наконец, встал и один отправился в священную долину, взяв с собой камус. Долго он сидел на склоне горы и все играл и играл на музыкальном инструменте. Таинственные звуки вместе с его слезами лились в пространство и  ветром уносились вдаль. Всем своим сердцем он хотел быть с любимой, где бы она сейчас не находилась. Соседние вершины слушали его горестную мелодию и откликались тихим дуновением ветра.

   Всю лето Адария училась держать в руках меч. Искандер восхитился ее умением держаться в седле и меткостью. Ему легко было обучать эту девушку. Она уже имела навыки владения оружием и понимала его с полуслова. 
-Твоя рука должна быть тверда как метал и в буквальном смысле слиться с мечом. От тебя требуется направить его на врага, а дальше он все сделает за тебя сам. Никогда не отвлекайся во время сражения. Твое внимание должно быть сосредоточено только на том, что делается вокруг тебя. Не позволяй врагу перехитрить себя.
Искандер взял меч и провел своей сильной ладонью по его широкой плоской поверхности.
   -Меч не зря сконструирован таким образом. Тот, кто его создал великий человек, хотя никто не знает его имени. Рассекая воздух в обороте, он способен сохранить силы своему владельцу и спасти его от случайных ударов со стороны. Главное никогда не расслабляйся до окончания сражения и не выпускай меч из руки.
   Адария внимательно слушала своего наставника. Вскоре она уже хорошо владела мечом. Но когда мосагеты переходили Яксарт и нападали на мирных жителей Харлуга, ее не брали с собой, аргументирую это ее неопытностью и слабой подготовкой. Искандер явно оберегал ее от опасности. Ему нравилось проводить время с этой девушкой. Она ему нравилась все больше, и он все чаще сопровождал ее в поездках по городу. Если ей нужно было выехать на базар или к мастеру ювелиру, он непременно был возле нее. Теперь, в этой прекрасной всаднице трудно было узнать ту нищую измученную девушку с базара, которую так отчаянно бросился защищать маленький мальчик в ветхой одежде.
   Осенью Адария с удовольствием включилась в процесс подготовки к зиме. Она многому научилась у бабушки Фатихи, и с радостью делилась своим небольшим, но иногда очень ценным опытом. Они сушили фрукты и овощи, ягоды и виноград. Коптили и вялили мясо, жарили и заливали бараньим жиром птицу. Она не боялась находиться среди слуг, вместе с ними смеялась и шутила. Искандер издалека наблюдал за ней, иногда тоже подключался к делу. Сердце Царя Кадира радовалось, глядя на нее. С приходом Адарии и Полата в его дом, жизнь в крепости изменилась и наполнилась детским смехом и смыслом.

6 глава

   Время неумолимо и жестоко, оно не щадит ни чьи судьбы. С каждым годом Ак-Бору было все труднее отражать нападки жрецов и шаманов. Все требовали, чтобы он женился и представил всем свою Хатун. Он категорически отвергал предложения ханов и беков. Каждый считал, что именно его дочь достойна стать его женой. Однажды к нему пришел Бекташи.
   -Брат, я тебя понимаю, ты любишь Адарию, и постоянно ведешь ее поиски. Но для того, чтобы все успокоились, возьми вторую жену. Пусть это будет не ханская дочь, чтобы к тебе не было никаких требований от ее родственников. Выбери любую девушку из среднего сословия, и тебя оставят в покое!
   -Я не хочу никакую другую женщину! – крикнул Ак-Бору, - я уже сказал и если понадобится, повторю много раз: никто не войдет в покои Хатун! Они принадлежат только Адарии!
   -Я согласен с тобой! Не объявляй молодую жену Хатун. Это всего лишь хитрость. Взяв девушку из среднего сословия в жены, ты протянешь время, а ханы не захотят видеть эту женщину рядом с тобой на троне. Ты же имеешь право больше не жениться. Думаю, на этом все успокоятся.
   Ак-Бору сверкнул глазами в сторону брата и вышел. Прошло несколько месяцев со дня этого разговора. Однажды ему захотелось увидеть место, где когда-то давно он оставил Адарию с сыном. С момента похищения  он ни разу не зашел сюда. Когда он повернул за склон, то увидел белую юрту. Это сильно его удивило. Белая юрта это признак высшего сословия. Кто осмелился установить здесь свой очаг, когда всем известно, что он дорожит этим местом? Вдруг он услышал плач младенца. Сердце Ак-Бору бешено забилось. Он все сознавал, прошло много лет и это не может быть Ак-Барс, но волнение помимо воли охватило все его существо. Он вошел в юрту. На мягких подушках сидела молодая женщина. Рядом сидел мужчина. Услышав, что кто-то открыл дверцу, он оглянулся. Ак-Бору растерянно остановился. Это был его младший брат Тегу. Увидев Кагана, он склонился.
   -Прости, наверно тебе неприятно видеть меня здесь, но я хотел почтить место, где ты оставил Адарию с сыном. Если ты скажешь, я покину эту долину.
   Ак-Бору подошел к женщине и протянул руки  к младенцу. Она передала его Кагану. Он улыбнулся:
   -Кто, мальчик или девочка?
   -Сын, - ответил Тегу.
   -Я не знал, что ты женился. Выбери в моем табуне лучшего скакуна для своего сына. Это мой первый подарок племяннику.
   Молодая женщина быстро накрыла стол. Ак-Бору немного посидел в тихом кругу семьи младшего брата. Перед уходом произнес:
   -Мне не хватает тебя. Возвращайся в крепость. И матери будет веселее, и в доме не так тоскливо. Она сильно скучает по тебе.

   После возвращения Тегу, в доме сразу почувствовалось оживление и изменения к лучшему. Настроение у всех улучшилось. Даже Ак-Бору стал чаще улыбаться, глядя на младенца. Переживания сына, не прошли бесследно для Адалет – в ее волосах появилась седина. Но увидев Тегу и молодую невестку, женщина обрадовалась.  Теперь она с удовольствием возилась с внуком, счастливо обнимая молодую невестку и младшего сына покойного Кагана.
 
   Жизнь постоянно навязывает свои  правила и условия. Время монотонно двигалось вперед. Дни, недели, месяцы, годы – все приходило с первыми рассеянными лучами солнца и бесследно исчезало в прошлом с наступлением ночи. С ними уходила жизнь. Ак-Бору что-то делал, куда-то спешил, завоевывал земли, но удовлетворения от этого так и не получил. В последнее время он все чаще ловил себя на мысли, что не видит смысла в своем существовании. Братья давно женились, обзавелись детьми. У Тегу уже подрос старший сын и родился еще один. Только он неприкаянно мотался по жизни. Человеческая природа требовала  свое и причиняла ему новые страдания. Ак-Бору сопротивлялся, но иногда это становилось невыносимо. Ему не хватало воздуха, он все чаще выходил по ночам на улицу и ложился прямо на землю. Тегу с болью смотрел на старшего брата, ведь он младше, а уже женился и завел семью, тогда как Ак-Бору страдает от одиночества.
   Как-то в начале лета Ак-Бору велел поставить аил у ручья неподалеку от своей резиденции. Иногда у него сильно болела голова, и ему будто не  хватало воздуха. Именно этим объяснялось его желание побыть наедине с собой. За лето боли на самом деле прошли и он почувствовал себя лучше. Но к  осени произошло то, что изменило всю его жизнь.
   Однажды ночью он проснулся от того, что пришел в сильное возбуждение. У его ног сидела женщина. В свете едва горевшего факела, он не разглядел ее, приняв за шлюху. Остановить ее и свои желания не хватило сил, и в какой-то момент он бросил женщину на кровать и грубо овладел. На протяжении ночи он делал с ней все что хотел. Наутро он ненавидел себя за то, что не сдержался и поддался влечению низменных инстинктов и пороков. После удовлетворения своих потребностей он сразу столкнул женщину ногой на пол. Самое отвратительное было в том, что шлюха оказалась невинной, но для невинной девицы она была слишком опытной и осведомленной по части доставления удовольствия самому привередливому мужчине.
   -Убирайся, – прохрипел он.
   -Господин, не прогоняйте меня! Вы наверно не помните меня, я Гуанте. Все эти годы я любила вас, и ждала, когда вы заметите меня, - разрыдалась она.
   -Гуанте?! – с отвращением выкрикнул он, - кто привез тебя сюда, братья?! Как ты попала на территорию крепости?! Немедленно пошла прочь!
   Он грубо схватил ее за руку и потащил к выходу. Валяясь на полу и целуя ему ноги, она стала громко рыдать.
   -Кому я теперь такая нужна, не гоните меня, до конца жизни я буду  предано служить вам! - испуганно закричала Гуанте.
   Он выкинул ее за порог. Ее рыдания и стенания разбудили всех.
   Возле аила появилась испуганная Адалет.
   -Сын, успокойся, не делай этого. Это настроит всех против тебя и навлечет  беду на всю нашу семью, - произнесла она, пытаясь его успокоить.
   -Ты знала! Ты все знала! Это все было подстроено! Я никогда не женюсь на шлюхе, ею уже попользовались и подбросили мне! – закричал Ак-Бору.
   -Почему ты не веришь мне? В чем моя вина? Я не видела ее с того момента как ты выпроводил ее из крепости несколько лет назад, а старшего брата и того больше, - стала оправдываться женщина.
   Подбежал Тегу. Ак-Бору был в ярости.
   -Брат успокойся, причем здесь мама? Так и правда нельзя. Я только догадываюсь, что на самом деле произошло. Похоже, ее намеренно подложили тебе в постель. Теперь уже поздно. Давай зайдем в дом и спокойно все обсудим.
   Они вошли в аил. Гуанте так и осталась валяться на улице и кричать о своей погубленной молодости.
   -По закону ты теперь обязан взять ее в жены. О том какая она, знаешь только ты, и теперь мало кто в это поверит. Ведь она ханская дочь. Пойдут разговоры, что ты ее испортил и не хочешь отвечать за свои поступки, потому что не в себе. Но, насколько я знаю, через год ты можешь вернуть ее в дом отца, если она не забеременеет после этой ночи. Надо посоветоваться с  Бекташи.
   Ак-Бору рвал и метал, брать в жены Гуанте – он категорически отказывался! К полудню собрались все братья, и увели его во дворец. Гуанте кто-то завел в аил и оставил одну.
   Посовещавшись, все братья пришли к одному – Каган должен взять Гуанте в жены. Но только как вторую жену! Если через девять месяцев она не родит, он вернет ее в дом отца.
   Никакого торжества по случаю женитьбы Кагана не было. Приехали родители невесты и братья. Ак-Бору был зол и на всех бросал взгляды разъяренного быка. За столом разговор не клеился. Все родственники Ак-Бору дали понять хану Майсуру, что прекрасно обо всем осведомлены. Бывшая Хатун вообще не пожелала их видеть и не вышла из своих покоев. Она была оскорблена произошедшим до глубины души и не хотела больше видеть старшего брата. Гуанте как невестку после слов сына, она не приняла.
   Майрат вышел по нужде на улицу и случайно подслушал разговор воинов входящих в стражу крепости Кагана.
   -Слышал, что хозяин чуть не выкинул эту девицу на улицу, говорят, он готов был ее убить, - сказал один.
   -Зря не убил! Я сам присутствовал во время скандала. За такое я бы точно убил! Товар оказался порченным! Это я о Гуанте, дочери хана Майсура! – достаточно громко произнес другой.
   Вокруг стали собираться любители сплетен. Когда Майрат прошел мимо, кто-то плюнул ему вслед. Раздались смешки и намеки, что это кто-то из братьев попользовался сестрой.

   На обратном пути хан Майсур искренне недоумевал, чем Гуанте не угодила Кагану, ведь его дочь красавица каких нет.
   -Если бы к красоте еще добавить ума, - сказал Майрат, - в детстве это было не так заметно и казалось забавным. А сейчас все, что она говорит или делает, ничего кроме раздражения не вызывает. Если Ак-Бору не убьет ее в ближайшее время, будет уже хорошо.
   -Вся эта шелуха молодости скоро пройдет. Ваша мать тоже была такой до замужества. Но со временем приобрела разум и опыт в жизни. Теперь все женщины едут к ней за советом. Гуанте вся в нее. Она сумеет найти ключик к сердцу Ак-Бору, - произнес Майсур.
   -Сильно сомневаюсь в этом  - с сомнением проговорил Майрат.
   -Ничего, как только наша Гуанте родит ему сына, он сразу успокоится, - самонадеянно произнес Мурай.
   Проводив отца до города, братья направились в свои уделы. Только отъехав, Майрат достал плетку и ударил младшего брата.
   -Ты что совсем озверел? – закричал Мурай, - уже на своих бросаешься?
   -Ты зачем это сделал?! Зачем ты тронул сестру?! – закричал Майрат.
   -Ак-Бору не обратит на это внимание, - усмехнувшись, произнес Мурай.
   -Ты что, за дурака его принимаешь?! В крепости все об этом только и говорят! Вся столица гудит! Она полдня провалялась, как грязная шлюха на улице, пока они решали, что с ней делать! Ты хоть понимаешь, на какую жизнь ты обрек свою сестру?! До конца ее жизни Ак-Бору будет вытирать о нее ноги, причем в грязных сапогах! Тебе что своих жен не хватает?!
   -Ладно, дело житейское. Она красавица, я не сдержался. Отец просил научить ее всему, вот поэтому все так и получилось, - примирительно произнес Мурай.
   -У тебя три жены! Это они должны были этим заняться! Тебя это никаким образом не касалось!
   С досады Майрат плюнул на землю, отвернулся от брата и повернул коня в сторону своего домой.

   Через две недели, после этого события Ак-Бору привел в дом юную миловидную девушку и представил всем как третью жену. Она была из бедного аила, и звали ее Раима. Он сразу предупредил ее, чтобы ни на что не рассчитывала и никаких претензий ему в будущем не предъявляла, что любит он только первую жену Адарию и Хатун для него всегда будет только Адария. Девушка согласилась со всеми условиями - она слышала о его большой любви, о которой в народе уже слагали песни, и рада была угодить своему господину. Теперь он много времени проводил со своей младшей женой. Гуанте для него с той ночи перестала существовать. Но, ни Адалет, ни братья, ни близкие родственники не приняли Раиму как невестку. Слишком спонтанным и непредсказуемым показался всем этот союз.
   К сожалению, не все получилось так, как думали братья Ак-Бору. Каган был сильным, страстным мужчиной, и та ночь не прошла даром. Уже через пять месяцев всем стало известно, что Гуанте ждет ребенка. Ак-Бору пришел в отчаяние, от мысли, что теперь до конца жизни ему придется жить с этой женщиной. Гуанте уже гордо подняла голову, но Раима тоже обрадовала мужа сообщением о скором появлении ребенка. Это привело Гуанте в отчаяние, а Ак-Бору в благостное расположение духа.

7 глава

   Шли годы. Полат повзрослел и уже великолепно держался в седле. Ему исполнилось девять лет. Монахи из Поднебесной обучали его боевому искусству. С каждым днем он становился сильнее, а его мастерство все лучше. Искандер тоже много времени проводил с мальчиком и практически заменил ему отца. Царь гордился Полатом и уже давно считал его своим внуком. Дни в жизни Адарии теперь пролетали в частых сражениях с бандами мосагетов и стычках с северными кочевыми племенами, которые в последнее время вели себя особенно дерзко. Скрежет и лязг метала, кровь, разрубленные тела и головы в первое время преследовали ее слух и снились во сне, но постепенно она привыкла даже к этому. Она превратилась в храбрую сильную воительницу. Но один недостаток напоминал, что она женщина и это сильно смущало ее – после каждого сражения ее рвало. Многие ее успокаивали, что со временем это пройдет, но шли годы, а все повторялось. Полат гордился своей мамой, которая пристально следила за его успехами и радовалась вместе с ним. Очень часто возле Адарии можно было увидеть Искандера. Она воспринимала его как надежного друга, что нельзя было сказать о нем. Он полюбил ее всем сердцем и готов был жениться на ней хоть сейчас. Однажды он пришел к Царю Кадиру и сообщил, что хочет сделать Адарии предложение.
   -Почему же не сообщишь об этом ей? – спросил Кадир, - я буду рад, если именно ты станешь мужем Адарии. Она мне как дочь.
   -Я должен убедиться, что Каган не питает к ней чувств. Отправьте меня с посольством к Ак-Бору. Я хочу сообщить ему, что Адария с Полатом находятся здесь в Нуджикете. Если он скажет, что она не нужна ему, я возьму эту девушку в жены без промедления. Но прежде чем это сделать я должен быть уверен, что не нарушаю чьи-то клятвы и обеты.
   -Адария будет против этого, - тихо заметил Кадир.
   -Не надо ничего ей говорить. Если он отмахнется от нее, я все скрою  от нее. А если вдруг, захочет вернуть ее, тогда мы будем вынуждены сообщить ей об этом, и пусть она сама решает, как поступить.
   -Что ж, поступок достоин уважения, - сказал Царь, - ты храбрый воин и благородный человек. Я никогда не сомневался в тебе.

   Они только въехали на территорию каганата, как сразу встретили глашатая, который во всеуслышание объявлял народу радостную новость: любимая жена Кагана родила ему сына первенца. Ради такого счастливого случая Каган Ак-Бору устроил большой пир.
   -Может сразу повернуть назад, - предложил Искандеру один из охранников посольства.
   -Нет, я должен с ним поговорить лично. Между нами не должно быть недомолвок и недопонимания, - ответил Искандер.
   Чем меньше оставалось до резиденции Кагана, тем больше всадников и паланкинов встречалось им по пути следования. Все направлялись в крепость, с дарами для новорожденного. У ворот их остановили.
   -Я от Царя Харлуга, мое имя Искандер. Хочу поговорить с вашим Каганом, - сказал Искандер.
   -Ждите! – приказал страж.
   Не прошло и получаса, как страж вернулся.
   -Каган отказывается принять вас, уходите! – передал ответ воин.
   -Передайте своему хозяину, что я не уйду, пока он не поговорит со мной! – стоял на своем Искандер.
   Страж подошел к нему.
   -У Кагана праздник, много гостей, не раздражайте его ненужными разговорами.
   -Что ж я подожду, когда праздник закончится, - ответил Искандер.
   Они отъехали в сторону и расположились на отдых после дальнего пути. К вечеру, везде установили факелы: на крепостных стенах и бойницах, на подъездных дорогах и воротах – все говорило о большом радостном событии в каганате. Ночью в крепости стало светло как днем. Множество огней осветили всю столицу Хан-Алтай.
Тегул выехал из крепости и уже проехал мимо путников расположившихся вокруг костра, но вдруг обернулся. Ему показалось странным, что гости остались на улице.
   -Вы кто, - спросил он.
   -Мы из Нуджикета, - ответил Искандер, - мне необходимо встретиться и поговорить с твоим Каганом, лично. 
   -А почему вы здесь?
   -Нам отказали во въезде.
   Тегу задумался.
   -Я сейчас попробую с ним поговорить.
   Ак-Бору сидел среди гостей и принимал поздравления. Неподалеку от него гордо восседал хан Майсур, рядом с ним сидели его сыновья Майрат и Мурай. По лицу Ак-Бору трудно было определить его настроение. Оно было непроницаемо. Тегу подошел к нему и попросил выйти для разговора.
   -Тебе известно, что за воротами посольство от Царя Харлуга? – спросил он.
   -Да, пусть убираются! – резко ответил Ак-Бору.
   -Брат, ты помнишь, чтобы когда-нибудь к нам приезжало посольство от Царя Кадира? Если они здесь, значит, случилось что-то очень важное. Поговори с ними.
   -Когда я просил Царя Кадира помочь мне отыскать переправу через Яксарт - он отказал мне! Мне не интересно, что он хочет мне сообщить! Пусть убираются!
   -Посол настаивает на личной встрече. Поговори с ним. Он говорит это очень важно и для тебя тоже!
   -Я сказал нет! Узнал, о моих успехах и решил наладить дружеские отношения? Мне это не нужно! Так и передай этому послу! Никакого разговора не будет! Все, не уговаривай!
   Тегу вернулся к Искандеру и передал категоричный ответ Кагана, затем отправился дальше, по своим делам. 
   Ак-Бору вернулся к гостям. Прошло не так много времени после его возвращения, праздник был в самом разгаре. В центр пиршественного зала вышли танцовщицы. Гости направили на них заинтересованные взгляды, заиграла музыка. В это время в зал буквально влетел Тегу, растолкал всех, в бешенстве подошел прямо к брату и перевернул стол, за которым он сидел. Все шарахнулись в стороны, танцовщицы сразу разбежались. Бектимур бросился к Тегу и попытался вывести его из зала, но тот вырвался.
   -Ты что творишь?! – крикнул Каган.
   -Значит, у тебя родился первенец?! – закричал Тегу, - я этого не знал, прости, что испортил тебе такое радостное событие!
   -Ты пьян?  – удивленно спросил Ак-Бору, - когда успел? Иди, проспись!
   -Быстро же ты забыл о своем первом сыне Ак-Барсе и о своей любви?! – угрожающе произнес Тегу, - я не пьян, нечему мне радоваться и напиваться. «Любимая жена Кагана родила ему первенца» кричит глашатай по всему краю. Не твой ли приказ он выполняет?!
   Ак-Бору вскочил, выхватил меч.
   -Кто посмел! – гневным взором он оглядел гостей, остановил взгляд на хане Майсуре, - найдите мне этого глашатая! Немедленно схватите и приведите его ко мне! Сейчас, перед всем миром я узнаю, кто стоит за этим!
   -Да не надо его ловить, он здесь! – громко произнес Тегу, - введите его!
   Страж бросил связанного глашатая в ноги Кагана. Ак-Бору схватил его за ворот.
   -Ты кто такой?! Кто твой хозяин?! От кого ты получил этот приказ?! Это я тебе приказал кричать о великой радости, что моя шлюха родила мне первенца?! – брезгливо выкрикнул Ак-Бору.
   Лицо хана Майсура передернулось и побагровело, все обернулись к нему, стали перешептываться, кто-то хихикнул.
   Глашатай в испуге стал озираться по сторонам, взгляд замер на хане Майсуре. Его трясло от ужаса, он только открыл рот, как Мурай подошел к нему со спины Ак-Бору и стремительно провел лезвием меча по горлу, брызнула кровь. Все ахнули.
   -Что спрашивать этого негодяя? Он посмел разгневать Кагана во время праздника! Смерть самое меньшее для него, - как ни в чем небывало, произнес он, вытирая лезвие меча о свой кафтан.
   -Ты зачем это сделал?! – закричал Каган и набросился на Мурая.
   Мурай сразу бросил меч на пол, давая этим понять, что не будет драться с ним, и встал на колени.
   -Прости мою поспешность Каган, я хотел как лучше, - примирительно произнес он.
   В бешенстве Ак-Бору окинул всех взглядом и покинул зал. На этом праздник по случаю рождения второго сына Кагана завершился. 
   Он и так не хотел устраивать это торжество! Но все как сговорились – стали его поздравлять и присылать подарки для новорожденного. За две недели он так и не зашел к Гуанте. Ему было тяжело признать, что этот ребенок от женщины, которую он презирает, будет расти рядом с ним. Тогда как его обожаемый сын Ак-Барс рожденный его любимой Адарией где-то странствует и не знает его отцовской любви. Второго сына он назвал Икрамом, даже не взглянув на него ни разу. С одной стороны он жалел этого ни в чем не повинного младенца, которому не повезло с матерью. С другой стороны не хотел видеть ни второго сына, ни его пустоголовую мать. Наблюдая за ней в течении этих девяти месяцев, он понял, что она полная дура. После родов, как полагается, он отправил ей подарки. Так она сразу решила, что может претендовать на большее и заявила, что хочет занять покои Хатун и даже отправилась в его резиденцию вместе с младенцем. Ее быстро повернули обратно, но она прямо на улице закатила истерику. Если так будет продолжаться, когда-нибудь он отправит ее к отцу. Все зло идет от хана Майсура и его сыновей. И происшествие с глашатаем тоже исходит от них! Не зря Мурай так быстро избавился от него. Ничего, всему свое время. Ты хан Майсур будешь наблюдать, как вокруг тебя трясется земля и гибнет весь твой род! Тогда я не пощажу никого, ни старика ни младенца. А когда сдохнешь ты, тебя и хоронить будет некому, будешь гнить на поверхности земли как падаль!
   Вскоре Раима родила девочку. Ак-Бору был действительно рад ее появлению. Увидев малышку, он почувствовал умиротворение. Только после этого он вошел во дворец Гуанте и наконец, взял сына на руки.

   Царь Кадир и не думал, что в таком волнении будет  ожидать возвращения Искандера. Если Ак-Бору захочет вернуть свою жену, жизнь в крепости снова станет унылой и серой. Он сильно привязался к Полату и уже не мог представить свою жизнь без него. С другой стороны Ак-Бору муж Адарии и отец мальчика и имеет на это право. Почему-то он был уверен именно в таком исходе – то, что рассказала Адария, казалось ему нелепой ошибкой. У женщины схватки могут начаться даже в седле, и мужья, довольно часто принимают участие в родах. Скорее всего, мосагеты увезли ее, надеясь на выкуп, а Ак-Бору ищет ее. Он вспомнил, что несколько лет назад, Каган искал переправу через Яксарт. Ему тогда пришлось отказать в помощи из-за грубого обращения, потому что причину автор письма не посчитал нужным указать. Потом слышал, что все лето алтайские всадники сами искали брод. Он тогда велел не трогать их, мало ли что стряслось у Ак-Бору. 
   Вернулся Искандер, и сообщил, что Каган доволен своей жизнью и закатил пир по случаю рождения сына. А еще у него есть и младшая жена, которая тоже скоро должна родить. Но больше всего Царя Кадира возмутило, что Ак-Бору отправил по всему краю глашатаев возвестить всем, что его любимая жена родила первенца. Это известие вывело его из себя. 
   -Что это за мужчина?! У него совсем нет чувств к этому ребенку?! Он вообще забыл о его существовании?! Тогда можно сделать только один вывод – он никогда не любил Адарию! Хорошо, так даже лучше, Полат станет моим сыном! Я никому не дам в обиду ни эту девушку, ни мальчика!
   Во время разговора они даже не заметили, что Адария стоит в дверях и все слышит. Только когда она упала, они обернулись. Искандер отнес ее в комнату. Когда она пришла в сознание у нее  началась истерика. Она рыдала так, что Царь Кадир тоже заплакал.
   -Прости меня девочка. Ты просила не делать этого, но мне надо было знать, как он относится к тебе. Я думал, что он любит тебя и ищет. Ведь тебя невозможно не любить. А раз так, то этот мужчина не достоин тебя, поплачь и забудь. Начни свою жизнь заново. Ты еще так молода и прекрасна. А за Полата, не беспокойся, свою жизнь я посвящу ему. Он будет прославленным батыром, и слава о нем разнесется по миру.
   -Я все могу стерпеть и унижение, и нищету, но услышать, что муж называет второго своего ребенка первенцем, невыносимо. Для матери лучше умереть, чем узнать такое. Ведь он сам помог Полату прийти в этот мир, первый взял его на руки. Неужели его сердце уже тогда отвернулось от моего малыша? И все только потому, что он мой сын? Сын опротивевшей женщины? Он и так с самого младенчества не видел и не знал отцовской любви. За что он так с ним?! В чем его вина?! Пусть ненавидит меня, пусть презирает, но отнять даже первенство рождения у своего сына – я не понимаю! Да что со мной не так?
   Искандер совсем расстроился, почувствовав себя виноватым. Это он настоял на злополучной поездке к Кагану и сейчас сильно пожалел об этом. Пришел Полат и крепко обнял ее.
   -Мамочка, не плач, он мне не нужен! Когда я вырасту, я убью этого человека, за то, что он предал тебя, - решительно произнес он.
Адария улыбнулась сквозь слезы.
   -Не надо сыночек, пусть живет, как хочет и с кем хочет. Пусть любит своих жен и их детей. А мы не будем больше думать о нем и постараемся все забыть, как страшный сон.
   Она лишь на миг успокоилась и снова разрыдалась. Весь месяц она проплакала, будто прощалась с последней надеждой. Много горьких, соленых слез пролила она тогда по Ак-Бору. Когда, наконец, успокоилась и вышла из комнаты, все увидели холодные безжизненные глаза.  Она долго сидела на террасе и смотрела в сторону алтайского Каганата, словно окаменела, потом резко обернулась и обвела всех взглядом.
   -Не беспокойтесь, все в порядке. Я больше не буду лить слезы из-за этого человека, - сказала она и обняла сына, - теперь я на самом деле поняла, что не нужна ему. До этого, где-то в глубине души я все надеялась и ждала, а сейчас я освободила свое сердце от ненужного хлама.
   Потом посмотрела на Искандера.
   -Спасибо вам, вы мой самый преданный и лучший друг. Вы все сделали правильно, - произнесла она.
   Он хотел ей что-то сказать, но она остановила его.
   -Не сейчас, я давно все поняла. Мы поговорим тогда, когда я буду к этому готова.
   В начале осени с северо-востока на царство Харлуг стали делать разрушительные набеги многочисленные войска алтайского каганата. Как им удавалось пересечь огромные пустынные территории, никто не знал. Лишь разрозненные родовые кланы вели там кочевой образ жизни, следуя за стадами верблюдов. Они то и сообщили о набегах Царю Харлуга. Отдельные  отряды алтайцев будто прощупывали оборону с этого направления. Адария приняла активное участие в отражении противника. В этих сражениях она отвлеклась от своей обиды на Ак-Бору и возненавидела его за то, что он наносит урон царству в котором она живет. Однажды после сражения она отошла в сторону – ей снова стало плохо. Тонкая серебряная цепочка с амулетом выскользнула из доспехов. Искандер никогда не видел на ней это украшение и заинтересовался. Ничего не спрашивая, он лишь скользнул по амулету глазами. Как только они вернулись в Нуджикет, он сразу направился к Царю Кадиру.
   -Господин, вы не обращали внимания на оберег Адарии? – спросил он.
   -У Адарии есть оберег? Нет, я даже не видел его. А в чем проблема, многие носят обереги, родители надевают на своих детей обереги, чтобы уберечь от беды. Даже этот Каган, похоже, оставил своему сыну оберег. Только зачем, если с самого начала мальчик был ему не нужен. Все это сильно удивляет меня до сих пор.
   -Да, я все это знаю, и у меня есть оберег, и у Полата. Но, у Адарии ваш, родовой оберег! – сказал Искандер.
Царь даже встал, настолько он был потрясен сообщением.
-Пригласи ко мне Адарию! Немедленно! – нетерпеливо приказал он.
   Когда вошла Адария, он подошел к ней и внимательно стал ее оглядывать. Она не поняла, что происходит и попыталась отойти назад, но он взял ее за плечи.
   -Девочка, покажи мне свой оберег, - тихо попросил он.
   Она не осмелилась ослушаться и достала оберег, что надела на нее Кассандан.
   -Откуда он у тебя? – заметно волнуясь, спросил Кадир.
   -Его дала мне перед отъездом из дома моя матушка. Она вырастила и воспитала меня, но оберег принадлежал моей родной матери, той, что родила меня, а потом умерла.
   -Как звали ее, ты знаешь ее имя? - еле слышно спросил Царь.
   -Конечно, ее имя Кассия, - ответила девушка, ничего не понимая.
   Царь заплакал и обнял Адарию.
   -Сердце почувствовало, а глаза не увидели. Ты дочь Куруша и моей Кассии. Все эти годы вы были  рядом со мной, а я ничего не знал о вас. Родная моя, внучка, это Кассия, твоя мама привела тебя домой, это она привела меня в тот день на базар, чтобы я позаботился о вас.
   Наконец поняв, в чем дело, Адария разрыдалась в объятиях своего деда.
   -Почему же ты сразу ничего мне рассказала? Где мой правнук, дайте мне обнять его. Теперь я никому не отдам его, даже если придут с мечом и будут требовать.
Слуги привели Полата. Когда ему сообщили, что Царь Кадир его родной прадедушка, он обнял его и весь день до самой ночи не отходил.
   По случаю великой радости Царь устроил пир, на который были приглашены гости из соседних царств. В присутствии всех  гостей и своих поданных, Царь объявил Адарию Царицей Харлуга и надел ей на голову царскую диадему, что сильно смутило ее. Полат  стал ее приемником. Все радовались за них и поздравляли Царя с обретением внучки и правнука. Все восхищались образованностью и красотой девушки. Кадир с гордостью смотрел по сторонам, сидя вместе с Полатом за пиршественным столом – в его внучке и правнуке течет кровь Великого человека, Великого завоевателя Куруша второго! Теперь Адария на самом деле обрела свой дом, и покидать его ей было незачем. Она, наконец, пришла домой!
   Только теперь Адария узнала, что живет в комнате своей матери, а также, почему все лекари в крепости из Поднебесной. Оказывается, женой Царя Кадира была одна из многочисленных принцесс императорского дома Поднебесной. Она очень сильно переживала разлуку с дочерью после ее замужества, а когда погиб сын, в войне с каганатом Алтая, даже не успевший создать свою семью, царица и вовсе слегла, а потом умерла от тоски.
   Царь долго не решался рассказать Адарии, о том, что Кассандан заболела и умерла, узнав, что Ак-Бору не уберег свою молодую жену. Куруш долго горевал о смерти жены и исчезновению дочери. Несколько лет назад он тоже  покинул этот мир. Когда Кадир поведал об этом Адарии, она долго была безутешна. Теперь, все что произошло с ней, не казалось таким уж страшным по сравнению с этим горем.
   Два года их никто не беспокоил набегами и не угрожал нашествиями царству Харлуг. Это было счастливое время для всех. Радость и горе, сменяя друг друга, наконец, привнесли в жизнь Адарии счастье. Это произошло, когда ей исполнилось двадцать шесть. Искандер предложил ей свое сердце и жизнь. Она согласилась стать его женой. Она полюбила его всей страстью молодой, цветущей женщины и подарила ему свою любовь, он отдавался ей без остатка. С Искандером, Адария забыла о предательстве первого мужа и свою любовь к нему. Теперь ей казалось, что все ее чувства к Ак-Бору были фантазией наивной, мечтательной девочки, придумавшей себе героя, который на самом деле оказался обычным человеком со всеми пороками и недостатками. С Искандером она узнала настоящее большое чувство, которое переполнило ее сердце. Это была  любовь двух молодых, красивых людей, чувства которых были осознанными и полными. Когда вместе они проезжали по городу все любовались ими. Свадьба должна была состояться в конце лета, и город с  нетерпением ожидал это событие. Но весной пришли известия, что с северо-востока снова начались набеги алтайцев на царство Харлуг. Они грабили, угоняли лошадей, верблюдов, а также молодых женщин и сильных мужчин. Собрав свой скарб, люди вереницей двинулись в сторону Нуджикета из ограбленных территорий. Никто не хотел потерять свою семью или оказаться в рабстве. Страстно поцеловав невесту, Искандер во главе войска отправился отражать врага. Перед отъездом он долго  говорил с Адарией. Она хотела отправиться с ним, но он запретил ей даже думать об этом, убедив, что очень скоро вернется. Несколько дней не было никаких известий, потом приехал вестник и сообщил, что набеги прекратились, но войско задержится еще на месяц.  Царь Кадир не вел войны ни с кем, напротив, у него со всеми были добрососедские отношения. Но к защите своего царства он всегда имел сильное войско, способное отразить натиск даже очень сильного  противника. Еще через две недели все узнали, что состоялось сражение, и враг был изгнан далеко за пределы Харлуга, но во время боя погиб Искандер и его тело везут в Нуджикет. Адария сначала не поверила и долго потрясенно смотрела на гонца, принесшего эту страшную весть. Потом вскочила на своего коня и отправилась навстречу войску. Как он мог уйти и оставить ее, ведь он знает, как сильно она любит его! День был жаркий, и солнечный. Она уже увидела отряд всадников. Но они просто стояли посреди открытой степи. Почему они остановились? Кто-то увидел ее и направился ей навстречу.
   -Царица Адария мы хотели привезти тело вам, но слишком жарко и мы решили, что будет лучше….
   Она едва расслышала что он ей сказал, слезла с коня, и растолкав всех, увидела маленький холмик, в который был воткнут меч, а на рукоять одет шлем Искандера. Адария закричала и упала на свежевырытую землю. Весна была в самом разгаре и вокруг цвели тюльпаны. Ярким красным ковром, пролитой крови, они покрыли всю степь. Им не было дела до того, что в этот день здесь был похоронен бесстрашный воин, который погиб в бою, храбро защищая свою землю. Тогда, Адария заковала свое сердце в броню, а ключик выбросила в океан. Она не хотела больше любви. Слишком много разочарований и боли принесло ей это чувство. Она очень сильно жалела, что Искандер не подарил ей ребенка, который сейчас, мог стать для нее утешением в горе и его продолжением. Теперь, она будет жить только для сына и ради его будущего.
8 глава

   Весной по приказу Кагана, войска Бекташи снова сделали несколько маневров в сторону царства Харлуг. Отдельными набегами, они пытались убедить Царя Кадира, что основной удар будет нанесен именно с этого направления, и заставить его отправить основное войско на северо-восток. Тогда Ак-Бору не применяя усилий, войдет в город Нуджикет и захватит крепость. Но внезапно Ак-Бору отложил наступление на  неопределенный срок. Он почувствовал странное недомогание и жуткую усталость, а еще его остановило счастливое событие: Раима ждала очередного ребенка. Ему не хотелось оставлять ее, он надеялся, что она родит ему сына. Но также ему стало известно, что Гуанте устроила Раиме скандал, узнав, что она снова беременна. Ак-Бору пригрозил, что если с младшей женой или с дочерью что-то случится, он разбираться не будет и сам отправит ее к предкам. Скандала в доме он не потерпит! Гуанте испугалась и затихла. Хотя в последнее время, он уже не так категорично относился к ней и довольно часто заходил в ее покои. Она преданно смотрела ему в глаза и старалась во всем угодить своему господину. И он смирился с ролью мужа этой, далеко не умной, но красивой женщины.
   Но Гуанте затихла не только потому, что испугалась угроз мужа, она тоже узнала, что ждет ребенка. Рожать много детей Кагану она не собиралась, достаточно того, что она родила ему сына. Но главное она хорошо поняла, Каган не рад рождению ее детей. Даже появление сына не смягчило его сердце, и он почти месяц не заходил к ней после его рождения, а потом и вовсе забыл о ней и ее сыне. Больше двух лет он не замечал ее. Ну а раз мужу не нужны дети от нее, пусть так и будет. Снова чувствовать себя брошенной после родов она не хотела, поэтому решила во чтобы, то ни стало избавиться от этой беременности. Когда служанка узнала, что хочет сделать ее госпожа, сильно испугалась.
   -А если узнает Каган?
   -Если ты не скажешь, никто не узнает! – уверенно произнесла Гуанте, - рождение детей отнимает у женщины здоровье и красоту, а ненужные мужу дети тем более. Я хочу быть красивой Хатун! Когда-нибудь это все равно произойдет, и ради этого я должна постараться сохранить хотя бы то, чем одарила меня богиня мать!
   -Но вы можете снова забеременеть, а избавление от ребенка тоже не всегда заканчивается хорошо.
   Гуанте задумалась.
   -Я об этом не подумала. Я слышала, что если пить одно зелье, можно вообще не тревожиться о беременности.
   Сказано, сделано. Гуанте избавилась от нежелательной беременности и потребовала старую женщину найти человека, который может изготовить ей это зелье. Когда служанка принесла ей пузырек, то сразу предупредила:
   -Средство очень сильное. Принимать нужно только несколько капель один раз в сутки во время этих дней.
   Гуанте попробовала, немного глотнула. Средство оказалось приятным на вкус.
   -Пусть каждый месяц готовит мне это средство, только пузырек должен быть больше, - потребовала она, - мне надо принимать его каждый день.
   -Но госпожа…, - попыталась остановить ее женщина.
   -Я сама знаю, что мне делать! Каган силен, и если так пойдет дальше, я буду рожать ему детей каждый год, как эта дура Раима. Только в отличии от нее, я все это время буду проводить в полном одиночестве, проливая слезы. Я молода и красива и не хочу постареть раньше времени, как моя мать.
   Служанка только покачала головой. Что ей делать, она подневольная и должна слушаться свою молодую хозяйку. Женщина была нянькой Гуанте и с раннего детства терпела ее капризы. Она хорошо знала, если та что-то задумала, все равно сделает по-своему.
 
   Жизнь стирает память и лица, а еще притупляет боль. Он не забыл Адарию и Ак-Барса, но чем больше уходило времени с того дня, как он потерял их, тем острее было чувство, что они остались где там, очень далеко в прошлом. Все это причиняло ему боль, поэтому он совсем остановил ее поиски. Тот год Раима снова родила ему девочку, а через два еще одну. Его дети подрастали. Один год сменял другой и однажды, когда Гуанте в очередной раз заговорила о том, чтобы он подумал о будущем Икрама и представил ее всем как свою Хатун, он не стал затыкать ей рот, а  промолчал. Его виски посеребрила седина. Жизнь беспощадна и однажды он умрет. Икрам его сын и должен наследовать Каганат. Но если он не назовет его мать Хатун, этого не произойдет. Гуанте справится с этой ролью. В конце концов, она дочь Хана и хорошо знает все традиции и правила: что надо делать в определенных ситуациях и что кому говорить. Этого было достаточно даже для ее ума.
   Тогда же в народе пошла молва о молодом воине призраке. Говорили, что он может появиться внезапно и также исчезнуть. Он все знает обо всех и будто даже кому-то сказал, что уже скоро, то время, когда он накажет тех, кто обидел его мать, а имя его Полат батыр. Услышав сказки об этом воине, Ак-Бору лишь криво усмехнулся.
   -Хотелось бы встретить этого всезнайку на поле боя, - сказал он.
   -Я тоже слышал о Полат батыре, - рассмеялся Бекташи, - не могу утверждать, но думаю, знаю, о ком идет речь. Насколько мне известно, сына Царицы Харлуга тоже звать Полат. Говорят, юноша статен и красив как бог, хотя еще и очень молод. Дочери царей всех соседних царств сохнут о нем. С раннего детства с ним занимались боевым искусством монахи из Поднебесной. Он фантастически владеет оружием. Враг на самом деле достойный и опасный.
   -Не слышал, что Царь Кадир женился, - удивился Ак-Бору, - да еще и сын родился у этого старика?
   -Однажды Кадир устроил большой пир и пригласил на него всех царей  и знатных вельмож. В присутствии всего мира надел на голову красивой девушки корону и объявил Царицей. Тогда все только и говорили об ее красоте и уме. Вероятно, он и тебя хотел пригласить, но ты тогда не принял посла.
   Ак-Бору недовольно посмотрел на брата. Умеет он укусить и при этом улыбнуться.
   -Немудрено, что умна, раз сумела убедить старика объявить себя Царицей. А тебе не кажется, что парень по возрасту не может быть сыном Кадира? После приезда посла прошло всего лет семь, не больше.
   Бекташи пожал плечами.
   -Возможно она и не жена ему вовсе, а дочь. А может долго была наложницей, - предположил Бекташи.
   -И кто же так обидел Царицу Харлуга, что сын готов мстить за это? Кто эта женщина? – спросил Ак-Бору.
   -Не знаю, всякое говорят – что правда, что вымысел, трудно разобрать. Люди любят приврать, также как с Полат батыром.
   Упомянув сына Царицы Харлуга, Ак-Бору велел привести Икрама. Ему не так давно исполнилось семь. Он был в том возрасте, когда мальчишки ищут для себя героя. Мальчик поприветствовал дядю и подошел к отцу. Ак-Бору посадил его себе на колени. В дверях появилась Гуанте.
   -Ты зачем пришла? – спросил Ак-Бору, - я тебя не звал.
   Гуанте опустила голову и присела у порога.
   Не обращая больше на нее внимания, Ак-Бору все свое внимание направил на сына, поинтересовался меткостью его стрельбы из лука и как он справляется с кинжалом. Мальчик стал восторженно рассказывать о своих успехах.
   -Когда ты вырастешь, на кого хочешь быть похожим? – поинтересовался Бекташи.
   -Я буду как Полат батыр! – даже не раздумывая, ответил Икрам, - Я буду такой же сильный и храбрый как он!
   Ак-Бору лишь усмехнулся. Бекташи рассмеялся.
   -Молодое поколение уже сделало свой выбор.
   -Глупый мальчишка! Кто такой Полат батыр, всего лишь сын какой-то царицы! –  заговорила Гуанте, - ты должен был сказать, что хочешь стать похожим на отца! Совсем забыл, о чем я тебе говорила.
   Мальчик смутился.
   -Но матушка, мне нравится Полат батыр. Все говорят, что он красивый и смелый и никого не боится, даже один может отправиться в дорогу и справиться с целой бандой.
   Ак-Бору обернулся к жене.
   -Женщина, никогда не навязывай моему сыну свое глупое мнение. У каждого поколения свои герои. Не велика радость для семилетнего мальчика стремится быть похожим на седого, уставшего от этой жизни, отца.
   Он поцеловал сына и отправил к матери. Проводив его взглядом, Ак-Бору снова вернулся к разговору о Харлуге.
   -Как-то Майрат упомянул, что при столкновении с нашими войсками, погиб какой-то важный полководец, правая рука Царя Кадира. Говорят, эта Царица до сих пор тоскуют о нем. Выходит, что она не жена Кадиру. Тогда кто?
   -Почему Каган так заинтересовался этой женщиной? – Бекташи со скрытой улыбкой посмотрел на брата.
   -Не знаю, говорят она красавица. Когда приду в Нуджикет, убью ее сына, а саму Царицу сделаю своей рабыней.
   Бекташи ничего не ответил, только пристально посмотрел на брата и покачал головой.

   Вскоре после этого разговора произошло событие, которое снова перевернуло всю жизнь Ак-Бору с ног на голову. А может и наоборот. Он находился с братьями в своей резиденции. Не было только Тегула. В последнее время он мало разговаривал с Каганом и все чаще заговаривал о том, что хочет иметь свой удел. Ак-Бору категорически отказывался отпускать от себя младшего брата. Он чувствовал ответственность за него и его семью. Тегу был горяч и в силу своего характера мог наделать много глупостей. А еще он привык к нему. С десяти лет Тегу находился рядом с ним. Когда-то отец заставил Ак-Бору взять его с собой в поход, и это определило всю жизнь обоих братьев.  Даже, несмотря на резкий, бескомпромиссный характер младшего брата, Ак-Бору терпел все его выходки и уже не мыслил свою жизнь вдали от него. Тегу не скрывал, своего раздражения при виде Гуанте и ее братьев, которые снова стали появляться в столице и все чаще, их можно было увидеть у Кагана за обедом. Но еще больше его раздражала Раима. Казалось, не было в мире человека, которого бы он ненавидел и презирал больше чем ее. Бекташи только стал рассказывать о последних новостях, как в комнату влетел Тегу и сходу налетел на старшего брата.
   -Выдели мне удел, и я не буду больше беспокоить тебя! – вдруг закричал он.
   -Тебя кто укусил? – прикрикнул Ак-Бору, - врываешься и начинаешь кричать без всякой причины!
   -Хочешь объявить Гуанте, Хатун? Пожалуйста, только без меня! Я никогда не приму ее как Хатун!
   -Не забывайся, она моя жена и мать моего сына! – грозно сдвинул брови Ак-Бору.
   Бекташи не вмешиваясь, смотрел на происходящее. Тегу сейчас осмелился заговорить о том, на что не решились они с Бектимуром.
   -Почему ты прекратил поиски Адарии и своего сына, молчишь? Хочешь, скажу почему? Да потому что ты никогда ее не любил! Если бы это было не так, ты и сейчас бы вел поиски! Все твои крики и страдания были только прикрытием твоего лицемерия! Как ты можешь кого-то назвать Хатун, если ты не похоронил первую жену Адарию и ее сына?! Ты не видел ее мертвого тела, ты не видел мертвым своего первого сына и наследника каганата Ак-Барса!!
   При этих словах, Ак-Бору вскочил.
   -Не смей!! Ты не имеешь права даже думать об этом!! – закричал он.
   Его левая рука стала заметно дрожать, лицо покрылось багровыми пятнами.
   -Но тебя это сильно не беспокоит! Ты уже считаешь их мертвыми, и готов перешагнуть через их тела только бы угодить своей «любимой жене». При живой первой жене и сыне ты решил посадить возле себя на троне  женщину, брат которой не захотел защитить твою любимую! Если бы ты на самом деле любил Адарию, ты никогда бы этого не позволил!
   -Я люблю Адарию! Я искал ее много лет!
   -Кого ты искал?! Скажи мне, кого ты искал? Красивую царскую дочь в царственных одеждах?! Какой ты ее представлял, какой хотел увидеть? Адария в царских украшениях, с младенцем на руках идет по пыльной дороге?! Такой ты хотел ее встретить? Я уверен, украшения у нее сняли еще мосагеты, хорошо, если не забрали теплый кафтан! Ты вышел на ее след, почему не продолжил поиски дальше? Да я бы перевернул все селение вверх дном, вернулся на твоем месте  снова в Нуджикет и заново расспросил всех торговцев на базаре! Ты искал ее, но чем ближе приближался к цели, и чем больше узнавал, сколько бед она пережила, тем меньше тебе хотелось ее увидеть. Бедную измученную ты не хотел ее видеть, такая Адария была тебе не нужна! Она прошла долгий путь с маленьким еще мальчиком. Ее одежда могла превратиться в прах! Скорее всего, ей нечем было накормить ребенка в дороге! Ты сам сказал, в первом кочевье она подошла к юрте. Почему она к ней подошла, ты хоть раз задумался над этим?! Может потому что хотела попросить милостыню?! Потому что ей нужно было накормить твоего сына?! Это тебя не смутило?!
   Ак-Бору трясло, он, наконец, осознал, то, в чем боялся признаться себе все эти годы. Тегу сейчас говорит ту правду, которую он сам от себя старался скрыть под вымышленными предлогами! Все так, он не хотел увидеть Адарию измученной и нищей. Почему? Да потому что боялся разлюбить, поэтому и прекратил ее искать! Ак-Бору схватился за голову.
   -Ты не любил ее никогда, а если и любил, то боялся разлюбить при виде ее нищеты и беспомощности, в которой она оказалась по твоей вине и по вине твоих преданных дружков, с которыми в последнее время ты все чаще сидишь за столом и вместе с ними принимаешь пищу! Тогда как твоя жена и сын, возможно, сейчас голодают! - все, что накопилось за долгие годы, Тегу беспощадно вываливал на старшего брата, - тебе не нужна бедная измученная тяжелым трудом Адария! Ты лучше будешь жить с безродной, безграмотной шлюхой, и любить рожденных ею детей, чем приведешь в дом истощенную в дороге несчастную жену и мальчика, который возможно уже вырос где-то на улице! Твой сын, сын Кагана Алтая Ак-Барс – нищий, босоногий мальчишка! И таким он стал по твоей вине, из-за твоего бездействия! Но тебе до этого нет дела! Ты создал себе прекрасный образ и прикрываешься им, как щитом, от проблемы, которая не рассосалась сама по себе! Я не хочу больше быть твоим  братом! Если не дашь мне удел, заберу семью и уйду в северные земли, только чтобы находиться подальше от тебя и твоих угодливых сук, которых ты называешь своими женами! Раньше люди слагали о твоей любви песни, а сейчас все пожимают плечами и говорят: ничто не вечно, также как и любовь Ак-Бору!
   Высказав все, что было накоплено на сердце, Тегу развернулся и вышел, хлопнув дверью. Ак-Бору хотел что-то крикнуть, остановить его, но вдруг стал задыхаться, будто в комнате закончился воздух, затем схватился за грудь и рухнул на пол.
Бекташи бросился к нему, Бектимур побежал за лекарем. Поднялась суета. В крепости все забегали и запричитали.
   Узнав, что с Ак-Бору случился приступ, Тегу стал собирать вещи. Старая Адалет встала в дверях:
   -Никуда не отпущу! Не смей уходить, не поговорив со старшим  братом!
   -Не хочу больше с ним разговаривать. Я и так много наговорил, - угрюмо ответил Тегу.
   -Какой ты еще мальчик, разве можно все вот так высказывать. Вроде уже взрослый мужчина, а все не можешь понять, что надо быть хитрее. Думаешь, Бекташи и Бектимур не думают, так же как ты? Им тоже это не нравится, но они выжидают удобный момент.
   -Мама, я знал Адарию, я видел ее беременной! Она на два года младше меня! Как мне не переживать за нее и ее ребенка, которого Ак-Бору предал?
   -Да не предал он ни Адарию, ни сына. В его сердце только она. Любит он ее.
   -Только в последние годы, его любовь превратилась в невидимку. Я уверен, он давно забыл о ней, это больно и обидно за Адарию, которая бросила родителей, отчий дом, полный радости и счастья и отправилась за ним на край света! – произнес Тегу, - а он предал ее любовь и наслаждается жизнью!
   Через несколько дней к Тегу пришел Бекташи.
   -Ак-Бору пришел в сознание, тебя зовет. Только не вздумай ничего доказывать ему. Он очень плох.
   Когда он вошел к брату, тот лежал на кровати бледный как мертвец. Опухшее лицо и синие разводы вокруг глаз, говорили о недавно перенесенном приступе. Он хотел поднять руку, но лишь с трудом пошевелил пальцами.
   -Подойти, - наконец еле прохрипел он.
   Тегу скорее понял, чем услышал, подошел ближе. Ак-Бору глазами показал на рядом стоящий стульчик. Когда Тегу присел, он закрыл глаза. Бекташи догадался, что им с Бектимуром надо выйти. Тегу пробыл у старшего брата довольно долго. О чем они говорили, никому не известно. Возможно, Тегу просто просидел рядом с ним все это время.  После этого разговора он быстро собрался в дорогу. Когда Тегу уже был в седле, к нему подошел Бекташи.
   -Когда вернешься, прежде чем встретишься с Ак-Бору, зайди ко мне!
   -Хорошо! – буркнул в ответ Тегу.
   Он уже повернул коня к воротам, выходящим в сторону запада, как вдруг удивленно обернулся к Бекташи и остановился. Тот еще стоял на плацу и смотрел на гарцующего скакуна Тегу. Бекташи едва заметно улыбнулся и махнул головой. Тегу снова пришпорил коня и уехал в неизвестном направлении.
     Продолжение следует.





 


 



   

   
 
 
       




      
 
   

   
   



 
 
 
 
      
 


 
   



   


 
   
 


   

 


 

   
   



 


 
   

 
 
 
   
   
 
 



 
      
 









   
      


 
 





   
 

 
 
 



 

 

   






 





 
 

   
      




    

 

 


    




   


 

 
 
 
 



   
          


 

       



 


   


Рецензии