Петербург 2020. Зомби-апокалипсис. Глава XI

XI
Надя, надо что-то делать, - Олег сидел рядом на поребрике и гладил ушибленное колено. - Здесь оставаться опасно. Скоро соберутся зомби, или сюда придут эти уголовники. Неизвестно сколько они будут мародерничать. Девочки спать хотят, Паше, Ларисе, да и вам тоже поспать не мешало бы.
Это понятно, но где спрятаться? Вдруг эти, - я кивнула в сторону своего покинутого дома, который сиротливо стоял в квартале от нас и черным столбом дыма теперь напоминал пароход, уходящий в последнее плавание, - уже во всю ищут нас? Лучше всего найти машину и доехать до яхт-клуба.
Осталось дело за малым, найти машину, - съехидничал Олег.
Он огляделся. Мы сидели спиной к большому новому дому, выходящему фасадом на улицу Савушкина.
Можно выбить стекло на первом этаже и пройти внутрь, там кажется никого нет, - произнес он все потирая колено. - есть, конечно, риск, что в многоквартирном доме и зомби много, но они ведь все за закрытыми дверями сидят, а вероятность найти пустую квартиру здесь выше, чем в этих..., - он кивнул на близлежащие двух-трехэтажные дома.
Хорошо, давайте туда заберемся, найдем пустую квартиру, только как мы откроем дверь? - Лариса вопросительно смотрела на мужа. - Ты ведь не вор-домушник, и не, как их там зовут, “медвежатник”, кажется? - Лариса встала напротив и сверху вниз смотрела на нас. - Короче, Олежик, если нам повезет, то мы найдем машину и поедем на яхту прямо сейчас. Просто надо пройтись по этим маленьким домам и поискать ключи от машины. На яхте отоспимся.
У меня есть предложение получше, - ответил Олег, - давайте не поплывем, а полетим.
Что? - удивилась Лариса. - Как?
Поясни, Олег, я тоже не совсем понимаю.
Олег посмотрел на свои руки, покрутил кистями, разминая суставы.
Я же в институте пробовал пилотировать небольшой самолет. Меня друг, - Олег кивнул Ларисе, - помнишь Леху, который со мной в группе учился? Вот он на учебном самолете показывал мне как управлять. Я даже взлетал и садился под его руководством. Его отец служил каким-то начальником небольшого аэродрома в области.
Один раз взлетал и один раз садился, отлично! - Лариса с негодованием отвернулась.
Лариса, - успокоила я ее, - ведь: “и один раз садился”. Было бы хуже, если один раз взлетел и ни одного раза не сел. Я-то ведь на яхте плавала, но не рулила. Олег мне показывал, но плыть так далеко с таким капитаном как я, наверное более опасно, чем лететь с таким летчиком, как Олег?
Да, но на самолетике Атлантику не перелетишь. Нужен большой самолет с большим запасом керосина.
Но другого выхода у нас всё равно нет. Ну, то есть можно попробовать переплыть океан на нашей яхте, но это гораздо рискованнее, чем лететь. А где мы возьмем самолет? - по лицу Олега я поняла, что у него уже припасен ответ.
Военный аэродром в Песочном. Там разные самолеты есть. Мы с Павлом найдем в инете мануал по управлению…
На Савушкина со стороны Черной речки появилась небольшая группа зомби, направляющаяся к нам. Пришлось спешно сворачивать военный совет, будить девочек и идти к ближайшему двухэтажному дому. Павел катился впереди вглядываясь в окна.
Вот, - он показал рукой на дом, возле которого стояло несколько машин, а парадная дверь одной из квартир была приоткрыта. - Здесь, я думаю, зомби нет. И ключи от машин может есть.
Хорошо, я сейчас проверю и вернусь за вами, если все в порядке, - произнес Олег, снимая с плеча дробовик, - позову.
Толпа зомби тем временем все приближалась. Олег все не появлялся. Через минуту ожидания из дома раздался выстрел, через секунду еще один, причем из окна второго этажа, разбив стекло спиной, вылетел и шлепнулся на асфальт зомби с развороченной шеей. Голова, как гнилой арбуз, раскололась о камень, на который неудачно упал зомби. Труп замер мгновенно. Из разбитого окна выглянул Олег и подал знак, чтобы мы быстро заходили. Заведя внутрь девочек, Ларису и Павлика, я заперла входную дверь. С улицы послышался звук падающего тела. Олег выбросил наружу еще одного убитого зомби.
Минут через десять мимо наших окон прошла толпа мертвяков. Непонятно зачем они шли, но никто из проходящих зомби не отвлекся на нас даже тогда, когда мы осмелев, стали смотреть на них из окон. Они инстинктивно поворачивали головы в нашу сторону, чувствуя живые мозги, но шли дальше по направлению к “Старой деревне”, Дацану, влекомые какой-то неведомой организующей силой. Когда последние мертвецы, волоча свои конечности исчезли из виду, мы приступили к осмотру дома. Оказывается нам повезло, на чердаке в над туалетом Олег обнаружил большой бойлер полный воды, а в просторном зале первого этажа в одной из стен был устроен большой камин. В кладовой обнаружился запас отличных дубовых дров. Мы развели огонь и нагрели воду в большой кастрюле, которую поставили на решетку, используемую по видимому для жарки и копчения. Помыв детей и помывшись по очереди в ванной, мы с Ларисой сварили спагетти с тушенкой и накормили до отвала Олега и детей. На наше счастье хозяин дома был рыбаком и у него хранился немаленький запас удочек, консервов, макарон и круп, которые мы разделили на дневные рационы, получив запас провианта на неделю. Павлик, обыскав первый этаж, нашел ключи от Тойоты Прадо, стоящей под окнами и охотно отзывающейся миганием фар и коротким попискиванием на нажатие кнопки на брелоке с ключами. Несколько зомби скреблись во входную дверь. Олег не стрелял в них, чтобы не привлекать лишнего внимания других зомби и разных бандитов, которые могли орудовать поблизости. Теперь нам стало очевидно, что врагами могут быть не только мертвые, но и живые. В мире, где живых  людей осталось крайне мало, они по-прежнему представляли взаимную опасность. Воистину правы были древние римляне, которые вывели максиму “homo homini lupus est”, что значит “человек человеку волк”. Забаррикадировав входную дверь и зашторив окна первого этажа, мы отправились спать на второй этаж, где находились две маленькие спальни и ванная. Решеток на окнах не было, но стеклопакеты имели тройное остекление, почти не пропускающее звук. За два дня мы наконец смогли нормально выспаться. Сначала на “часах” стоял Олег, потом я. Дети и Лариса отсыпались, отходя от страшных потрясений всех предыдущих дней. Мы с Ларисой и девочками готовили еду, Олег через фильтр набирал воду из бойлера для готовки, а Павлик пытался с чудом спасенного ноутбука и спутникового телефона выйти в интернет, чтобы побольше узнать об аэродроме. Батареи почти сели, но он упрямо рылся на все еще доступных сайтах в поисках информации. Все находились при деле. За мелкими бытовыми заботами подзабылся страх и ужас окружающего. Весь день прошел в заботах и реабилитации после ночного нападения и бегства. Маскировка окон хорошо скрывала наше присутствие.
Вечером после ужина мы все собрались внизу в гостиной, чтобы обсудить план прорыва на аэродром, когда на улице послышались выстрелы. Олег осторожно выглянул наружу через узкую щель плотных штор и тут же отшатнулся. Прижав указательный палец к губам, он знаками стал показывать нам, чтобы мы тихо пошли наверх. Павлика занесли на руках, оставив коляску внизу, и посадили на пол. Все просто сидели молча, прислушиваясь к происходящему. Шепотом Олег объяснил, что стреляют из автоматического оружия как минимум двое, профессионально не длинными очередями, а короткими. Звуки выстрелов стали постепенно приближаться к дому, в котором мы прятались. Сначала замолк один автомат, потом другой, и сразу послышался крик, затем еще один и все смолкло. Олег бесшумно подошел к окну и посмотрел вниз. Также тихо вернувшись, он сообщил, что большая толпа зомби топчется рядом с домом, доедая тех двоих. Он сказал по-другому, чтобы не пугать дочек, но смысл нам был очевиден. Девочек положили спать в ванну, застелив ее одеялом, а сами, как цыгане расселись рядом на принесенном из гостиной ковре, и очень тихо продолжили обсуждение плана, который теперь усложнился из-за присутствия зомби под нашими дверями. Павлик сообщил, что по ЗСД до аэродрома ехать не так и далеко, и что основная проблема будет, естественно, со взлетом и посадкой, поскольку не поняты типы и модели самолетов, находящихся на аэродроме. Еще одна проблема, это мануал, который можно раздобыть в интернете, решив еще одну задачу - зарядка гаджетов. Периодически Олег вставал и отходил смотреть, что происходит на улице. Там все было без изменений. Зомби не уходили. Они стояли над двумя новыми, сильно обглоданными трупами, которые мерно и безмозгло возили из стороны в сторону своими пустыми черепами по окровавленному асфальту, и словно принюхиваясь смотрели на дом, в котором мы укрывались.
Каждый раз Олег возвращался, и на наш немой вопрос отрицательно мотал головой. Мы решили лечь спать. Олег с семьей в ванной, а я в коридоре.
Ночь прошла спокойно. Утром мы увидели, что осада снята, наверное зомби привлекли какие-то другие люди, более осязаемые что ли. Только двое новопреставленных все маялись на асфальте не в силах куда-нибудь двинуться. Неспешно позавтракав остатками вчерашнего ужина, мы обсудили план, которой состоял из одного пункта: по возможности без приключений доехать на машине через ЗСД до аэродрома. Все гаджеты Павлика, кроме дышащего на ладан смартфона, разрядились окончательно, поэтому продумывать подробнее как нам поднять в воздух самолет, если есть вообще такая возможность, или как, через какие пункты лететь, нам сейчас было без надобности. Имея опыт передвижения по городу на автомобиле, задача добраться до пункта назначения не казалась нам простой только потому, что от дома ушли зомби.
Быстро перенеся Павлика, Олег вернулся за девочками. Мы побежали за ним. Машина спокойно завелась и сыто заурчала. Вот только бензина в ней почти не оказалось. Уже сев на водительское сиденье и захлопнув дверь, Олег признал, что поступил опрометчиво, не проверив машину заранее. Бегать и искать бензин не рискуя привлечь внимание зомби, или, что еще хуже, каких-нибудь бандитов, теперь было нельзя, но выбора не оставалось.
Машина резво рванула с места. Дома, блестя мертвыми стеклами, замелькали хороводом, благосклонно пропуская нас между собой. У Дацана пестрая толпа зомби копошилась возле каменного забора, разрывая на части каких-то несчастных людей, которые еще были живы и кричали так, что стекла в машине дрожали. Справа проплыла советско-серая администрация, оранжево-желтая заправка, пошли многоэтажки. Впереди перед скопищем разноцветных машин, сгрудившихся перед и под громадой развязки ЗСД стояла небольшая толпа зомби. Увидя движущийся на них объект, зомби, повинуясь инстинкту, пошли навстречу, разворачиваясь по всей ширине проезжей части. Олег снизил скорость, и максимально приблизившись к корявой толпе, прыгнул через поребрик, объезжая ее справа по веселому зеленому газону. Все зомби, как железные опилки на листе бумаги, под которым водят магнитом, одновременно повернулись в нашем направлении. Все-таки очень противно ощущать себя жертвой, преследуемой таким мощным беспощадным, воистину бессмертным инстинктом. Машина проскочила мимо толпы, по счастью для нас никого не зацепив. Нам пришлось проехать и развернуться, чтобы заехать на ЗСД в сторону севера. Очень быстро мы доехали до городской помойки, возле которой съехали на Горское шоссе. Зомби по дороге попалось мало и вели они себя довольно спокойно, поэтому нам даже не пришлось нигде сильно замедляться.  Пробок как на въезде здесь не было, редкие машины стояли, лежали на нашем пути не перекрывая проезда.
Ворота на аэродром загораживал темно-зеленый бронетранспортер. Из-за задраенных люков слышалось, как копошатся мертвецы.  Я все еще не привыкла к мерзости мертвых звуков, которые обманывали самим своим наличием. Это походило на то, как в детстве старшие двоюродные братья дразнили меня, угощая кошачьей какашкой, завернутой в красивую конфетную обертку. Острое чувство разочарования, обиды, омерзения охватывало меня, после того как я разворачивала цветную обертку. То же происходило и сейчас. Каждый раз я надеялась на чудо, но получала насмешку в виде движущейся мертвой плоти. И сейчас в железной банке царапались мертвецы, силясь добраться до нас.
Машину пришлось оставить у ворот и к стоянке самолетов идти пешком. Только прошли мы чуть-чуть, как увидели, что невдалеке за воротами неподвижно стоит толпа зомби. Нам надо было придумать как ее обойти не привлекая к себе внимание. По серталовскому опыту я знала, что расстояние в сто метров является безопасным, но к этой группе пришлось бы приблизиться гораздо ближе, чтобы обойти. Поэтому мы решили подъехать по улице вдоль забора, и перебраться через него в месте самом близком к стоянке самолетов. Гугл-карта аэродрома на чудом еще не разрядившемся телефоне Павлика, это все что у нас осталось от цифровой эпохи двухмесячной давности.
Между забором и самолетами никого, точнее, ничего не было. Серебристые, крылатые, с пропеллерами и без, машины тихо стояли на своих местах, ожидая когда их создатели и повелители придут к ним, чтобы поднять их в небо. Они напомнили мне почему-то стаю бездомных собак, брошенных и забытых, которые ничего не умеют, кроме того, чтобы служить людям. Мысль о том, что мы ответственны не только за тех, кого приручили, но и создали, посетила меня в этот момент. Аналогии пронизывали остывающий, насыщенный хвойным духом воздух аэродрома. Конечно, нелепо говорить об аналогиях, витающих в атмосфере, но мои ощущения действительно вырисовывались из воздуха, попирая правила русского языка и здравый смысл.
Красивый, двухпопельный самолетик, - восхищенно произнесла одна из девочек.
Двухмоторный, а вообще: пропеллер, - сказал Олег, с улыбкой поправляя дочку.
Мы поднялись на борт небольшого самолета по приставной лесенке.
Слава Богу, зомби в самолете не оказалось. Внутри, как в брюхе курицы, ребрились дуги, между которыми вечерними сумерками лениво синели круглые окошечки. Поужинав мы уложили детей, а сами стали рассматривать карту аэродрома. Срочно требовалось найти генератор, чтобы зарядить гаджеты, с помощью которых  мы бы узнали как поднять самолет в воздух, а самое главное, как его посадить. Получалось так, что нам с Олегом надо идти к корпусам аэродрома, где находится инженерные боксы, в которых, в свою очередь, должен находиться хотя бы один электрогенератор. Собрав гаджеты в одну сумку, мы вышли на свежеющий вечерний воздух под аккомпанемент сверчков и голодных комаров. Несмотря на опасность встретить зомби, сидеть в самолете до рассвета значило просто усугублять и без того непростую ситуацию, поскольку еды и воды у нас было мало, а девочкам и Павлику была необходима долгая серьезная передышка. Мы не хотели оставаться в городе, где орудовали, как показала практика, банды живых мерзавцев, а искать в пригороде тихую гавань не хотелось, потому что мысль о более гуманном в прямом смысле слова Западе, согревала наши бесприютные души. Желание вырваться из зомбилэнда гнало нас вперед к ангарам, путь к которым преграждали толпы мертвого обслуживающего персонала, жаждущего наших мозгов.
Американским серебряным десятицентовником начала двадцатого века тусклая луна висела над взлетным полем, которая черненым аверсом подсвечивала дорожку еще не закапленную вечерней росой. Наш путь лежал назад к забору, а затем надо было пробираться по посадке к техническим боксам. Легкий ветерок шелестел темной, покрытой пылью листвой. Звуков присутствия зомби я не слышала. С удивлением я обратила внимание на растущие вокруг маслятся, подосиновики и подберезовики. Сейчас совершенно не нужные, они всё же радовали глаз, напоминая о недавнем прошлом.
Олег остановился и внимательно вгляделся. Что-то его смутило.
Надо немного сориентироваться. Не могу пока двигаться дальше. Давайте переждем - сказал он, и присел на корточки под обвисшей старой березой.
Нервное напряжение забирало много нашей энергии. У Олега ответственность перед семьей давила, наверное больше, чем моя перед мертвым, но бессмертным мужем, и пока далекими, но, думаю, гораздо более защищенными чем я  детьми и внуками.
Надо переждать, - повторил он устало.
Видимо чтобы скоротать время, Олег завел бессвязный, как мне показалось в начале, монолог.
- Две одинаковые человеческие фигурки, они ничем не отличаются? Найди миллион отличий. Понять мир можно только по действиям, поступкам. По-легкому жизнь прожить - это или сразу пасть, или при помощи водки, или другой жизнеотвлекающей гадости. Только жизнь  кончить таким образом совсем не легко, страх, который принуждает к такими-то обезболивающим, постоянно мучает выбравших этот путь неодолимо. И выходит, что путь мучений их длиннее, чем у тех, кто идет прямым путем безо всякой душевной анестезии.
- Шикарно, Олег, только объясни к чему весь этот бихевиористический пафос? Мы тут с тобой сейчас мировые проблемы должны решить?
- Я не понял что такое “бихеровистический”, - он улыбнулся, - но видимо что-то очень умное.
- Это направление в психологии, которое изучает поведение человека и человека по поведению.
- Понятно. Нет, - Олег продолжил мысль, - не мировые проблемы, но хочется чего-то глобального. Эти наши насущные проблемы выживания так перегружают мозг, что хочется немного отвлечься.
- Тогда давай поговорим… - я задумалась о чем можно поговорить, - об англосаксах, - назвала я первое, что пришло в голову.
Надо было ему дать поговорить о чем-нибудь постороннем, чтобы он хотя бы на на короткое время освободился от чувства ответственности, которое сильнейшим образом давило его.
- Действительно, давайте поговорим о британцах, которых не так сильно задела эта поганая эпидемия, - оживился Олег и посмотрел наверх. - Интернет все-таки великая штука.
С темой, видимо, я угадала. Тем временем луну ревниво загородила невесть откуда взявшаяся туча. Все сразу погрузилось в кромешную темноту. Такой привычный еще пару месяцев назад световой шум над городом напрочь отсутствовал. Где-то возле ворот послышался собачий лай. Одновременно злобно брехало не меньше пяти собак. Значит все зомбаки сейчас направятся туда, а мы, для надежности еще немного подождав, пойдем теперь напрямую к ангарам.
- Кто мог лучше всего рассказать о разнообразии мира, как не дети почившей в бозе морской империи? - Начал свою коротенькую сказку Олег. - Американцы только начали вылезать за пределы своего отечества, когда у детей Британии уже закончился “золотой век”. Отгремели Ватерлоо, Опиумные войны, подавление Восстания сипаев, канула в прошлое чайная монополия и Вест-Индийская компания, даже “Липтон”, “Шелл” и “Ллойд” отдали пальмы первенства молодым и агрессивным американским падчерицам. Седые английские старушки рассказывали своим внукам о прошлых славных временах, а они с помощью электрогитар и барабанов делились сокровенным знанием со своими друзьями, одноклассниками и земляками. Но оказалось, что эти, идущие из глубин генетических цепочек знания, интересны не только британцам, но и всему миру, включая ненавистных германцев и русских. Гитарные грифы, глобально заменили коралловые рифы, культура на время победила экономику, оседлав ее, как серфер использует волну для получения удовольствия и адреналина, так разнокалиберные метисы бывшей островной империи получали удовольствие и деньги от вербализации наследственных воспоминаний. Американцы, продукт смешения морской и континентальной европейской цивилизации, не могли рассказать миру о чувствах, рождаемых и подпитываемых соленым ветром и хищными волнами океанов…
- А тебе нравится Британия.
- Мне нравится Талассократия, то есть морская держава, империя, - тут же пояснил Олег.
- У нас сегодня прямо какой-то обмен специальными терминами, - я встала, потому что  ноги затекли от долгого сидения на корточках.
- В детстве несколько раз читал “Остров сокровищ”, “Робинзон Крузо”, - Олег тоже встал, - да и вообще люблю смотреть и читать про английских пиратов. Даже в романе Жюля Верна “20 тысяч лье под водой” мои симпатии всегда были на стороне англичан, хотя “Наутилус”, это конечно шедеврально. С детьми у нас любимый фильм “Пираты Карибского моря”. Все серии по десять раз пересмотрели.
- Поэтому ты так хотел плыть на яхте?
- Отчасти. Конечно не для встречи с пиратами...
- Теперь полетим.
- Это даже лучше, если там гораздо больше живых людей.
- Причем здесь количество людей? - Удивилась я.
- Идти неподготовленными через океан слишком авантюрно. Не менее авантюрно, чем лететь, но гораздо, гораздо быстрее, и в конечном счете безопаснее. Я ведь очень сильно опасался как раз пиратов. По логике вещей, самое безопасное место вдалеке от суши, и люди, естественно, должны стремиться на корабли, но никто не может гарантировать, что эти люди не бандиты и пираты. Даже если они раньше были приличные люди, теперь многие из них, чтобы выжить вынуждены грабить и убивать себе подобных. Короче, хорошо, что мы полетим. Пойдемте?
Чернильная темнота, словно сплошная стена окружала нас. Мы встали и осторожно пошли по направлению к ангарам. Меня не покидало чувство, что мы движемся по дну черного-черного озера. Даже ощущение сопротивления воды было полным. Я, как маленькая девочка, держала за руку Олега, чтобы не потеряться.
- Пошли.


Рецензии