Глава 12. Место аварии

Ветер проходился своими волнами по обнаженным кронам деревьев. Осколки железа лежали на обочине, на дорожном полотне, практически везде, куда бы ни взглянул глаз человека. Полицейская машина припарковалась позади менее пострадавшего джипа. Выйдя из автомобиля, подполковник подошел к потерпевшему и начал диалог: - Добрый день товарищ. Я подполковник Зеленов Вениамин Сергеевич, - достав удостоверение из кармана куртки, он показал его пострадавшему: - Теперь в малейших подробностях опишите, что же все-таки здесь произошло. Водитель джипа с большим возмущением продолжил, бегая глазами и нервно размахивая руками: - Вот смотрите! Еду за дочерью в школу, и тут из-за вон того поворота вылетает, с большой скоростью на мерседесе, этот ополоумевший кретин. Я не успел среагировать, и получилось лобовое столкновение. Зачинщик госпитализирован в обездвиженном состоянии, группой скорой помощи. Что далее с ним произошло, мне к сожалению неизвестно, - недоуменно посмотрел пострадавший мужчина на полицейского.
- Понял. Отдохните пока! Я внесу в базу данных номер автомобиля, и узнаю о его владельце. Нужно сообщить в больницу, что бы узнали по личному делу, о его родных. Связаться с ними нужно. Оповестить о произошедшем. А затем мы с вами на месте зафиксируем положение машин. Составим протокол, и я вас отпущу. Но машину зачинщика, как вы говорите, придется отправить на стоянку. Позже подойду к вам, - поправив фуражку, Зеленов стремглав направился в свое авто. Уселся поудобнее на переднее сиденье. Немного посмотрев на место аварии сквозь лобовое стекло, он начал вводить номер пострадавшего мерседеса в бортовой компьютер, в базу данных. Рядом, на соседнем сиденье, сидел его напарник. Полный мужчина, ближе к сорока годам. С большими скулами, и синими как океан глазами, широкими губами. Звали его все-Вазген. Спросите вы, почему же Вазген? Потому что у мужчины были очень пухлые губы. Товарищ полицейский после недолгого поиска по базе данных, увидев как зовут зачинщика аварии, в сильном потрясении заохал: - Да ну… Неужели он. Самойлов Евгений Михайлович. Владелец двух крупных компаний. Хм… Сложно будет доказать его виновность. Вазген, звони в больницу, везут обычно, знаешь в какую. Сообщи им: Самойлов Евгений Михайлович. Первое февраля, тысячи девятьсот семьдесят четвертого года рождения. И пускай ищут амбулаторную карту. В наше время во всех больницах берут номера телефонов родных, и вносят в карту, мало ли чего случится, все же мы не вечны.
Напарник, выйдя из автомобиля, набрал номер районной больницы. Подождав пару секунд, он услышал дыхание в трубке, продолжив: - Доброго времени суток. Сегодня был оформлен вызов на место аварии. Так вот, зарегистрирован ли у вас такой вызов? Поступал ли мужчина в тяжелом состоянии?
- Подождите, позову Обухова Леонида. Он занимается такими вопросами, - воцарилось молчание. Тут же гробовую тишину прервал басовый, мужской голос: - Я вас слушаю. По какому вопросу вы беспокоите? Я что-то слышал, мне сказал врач, который с вами только что разговаривал. Да, к нам привезли два часа назад мужчину, в тяжелом состоянии. Он сейчас находится в коме. А что есть новости?
- Так точно, Самойлов Евгений Михайлович. Первое февраля, тысячи девятьсот семьдесят четвертого года рождения. Найдите номера близких, в амбулаторной карте. Сами знаете, что я вас учу. До связи. Держите в курсе событий. В случае летального исхода прошу сообщить по номеру с которого я вам звоню, – уныло ответил Вазген.
- Я вас понял, разберемся,- были слышны гудки. Вазген не понимал, почему вызвал такое удивление этот человек у его партнера. Мужчина даже малейшего представления не имел кто это, и что за фирмы под его влиянием. Он проследовал в машину к своему другу. Подойдя ближе, он увидел знак аварийной остановки, и то, что его напарник, сделав фото, зарисовывает схему происшествия.
- Тебе еще долго я смотрю. Интересно получается, что же должно произойти в рассудке у людей, что бы они решились, таким образом как этот виновник аварии, лишить жизни людей. А представляешь, если бы ему на встречу выезжал не один автомобиль, а два? А может и три! Это широкомасштабная авария получилась бы. А нам потом собирай с асфальта искореженные тела, – чувственно, с грустью, опустив глаза вниз, сказал Вазген. Подполковник, собирая фото с места аварии, усмехнулся над сказанным, и злостно добавил: - Сурийнов, что ты заладил? Может, не может! Какая теперь-то разница, на немного иной расклад событий. У нас сложная ситуация, из-за которой можем потерять звездочки на погонах. Это такая личность - наш преступник! Виновник в аварии. У него такие связи, что ты ничего не докажешь. Нет! Ну доказать сможешь, но сразу после этого тебя сократят, из-за загруженности в штатах. Сейчас думай что делать. И не откажешься никак. Беда… Понимаешь?
- Да, понял! - с тревогой ответил Вазген. Не задавая ни малейшего вопроса больше, начал осматривать внимательно автомобиль, на котором нету и живого места. Полностью вмятый капот у мерседеса. Вмятина заходила под лобовое, треснутое стекло. Два передних колеса вывернуло в другую сторону. Немного опущенный вниз, в салоне автомобиля, руль. Вазген прошел далее. Увидев вмятины на задних дверях иномарки, он пришел в ужас. Страшно было представить, в каком состоянии сейчас находится виновник. Сделав еще два шага вперед, он увидел, что задняя часть автомобиля в полном порядке.
Сотруднику надоело смотреть на искорёженные останки автомобиля. Он пошел не спеша, сложив в замок руки позади поясницы.
А тем временем, солнце светило ярко и ласкало своими теплыми лучами. Березы трепетно втягивали в себя каждый лучик света, как будто испытывали невыносимые переживания за Евгения. Простиралась извилистая, асфальтированная дорога. Легкий ветерок, просачивался сквозь каждую березку, каждую молекулу природы. И вроде бы ни чего не предвещало беды, но осколки, разбросанные по большому радиусу от автомобилей, говорили обратное. На месте аварии стоял мерседес, который был когда то великолепным автомобилем. Из-под остатков капота исходил легкий дымок. Потерпевший в аварии мужчина, ходил кругами, взявшись за голову, и не зная, что делать дальше, и кто возместит ущерб. А облака на весеннем небосводе все плыли, так медленно и беззаботно.


Рецензии