Ода Нобунага и вассал его Хидэёси

«Ода Нобунага и вассал его Хидэёси»
Рассказчик: Клинок Запада – Ода Нобунага – взрастил семя войны в направлении Киото. Об этом его попросил Асикага Ёсиаки, который жаждал стать сёгуном в стране Ямато. Однако... когда Ода всё же сделал Асикагу сёгуном, захватив Киото, Ёсиаки не было дозволено свободно управлять страной, ибо Нобунага обманул его и поставил перед фактом: «Либо ты будешь играть по-моему, либо перережу весь твой род». Задетый такой наглостью Асикага Ёсиаки воззвал к своим союзникам – родам Адзаи, Асакура и могучему роду юго-запада Такэда. Вместе они собрали антинобунагскую коалицию и объявили войну роду Ода. И пока враги готовили для Нобунаги страшную смерть, сам Ода как-то не сильно волновался об этом.
Нобунага сидит, скрестив ноги, на дзабутоне перед столиком и смотрит в него. За сёдзи появляется Тоётоми Хидэёси.
Хидэёси (из-за сёдзи):  Это я, господин. Вы звали меня?
Нобунага: О, Хидэёси! Что за вопросы такие? Если ты здесь, значит, звал! Прекрати тратить моё время столь бессмысленными репликами, болван!!!
Рассказчик: Самурай за раздвижной дверью – Киносита Хидэёси, который позже примет фамилию Тоётоми. Родился в крестьянской семье в провинции Овари. В молодые годы, желая стать самураем, он нанимался на службу к нескольким военачальникам, пока окончательно не присоединился к будущему властителю Овари — Оде Нобунаге. Последний возвысил Хидэёси до ранга генерала за его блестящий ум и преданность. Однако никто не мог избежать скверного характера Нобунаги – ни император, ни сёгун, ни союзники, ни фавориты. Нобунага обожал дразнить Хидэёси разными обидными прозвищами, постоянно провоцировал его. Но Хидэёси держался, и Нобунага признавал его.
Хидэёси (из-за сёдзи):  Эм, господин... Могу я войти?
Нобунага: Хидэёси, ты – чёрная ворона!
Хидэёси (из-за сёдзи):  Ам?.. Интересно знать, почему.
Нобунага:  На то есть лишь одна причина: ты вновь и вновь роняешь мечи на ноги этому сопляку, Акэти!
Хидэёси (из-за сёдзи):  Господин, этому сопляку уже 24 года, и он уже давно как самурай.
Нобунага:  Тебе вообще без разницы, на кого мечи бросать, да?
Хидэёси (из-за сёдзи):  Так, я понял... Вы снова за своё, господин. Но хочу поинтересоваться: а почему именно чёрная ворона?
Нобунага:  Ха! Да потому что я ненавижу чёрный! Просто на дух не переношу любые тёмные тона и оттенки чёрного. А чёрно-белый или серый – и того, пугают меня. Хидэёси, деревянная ты голова!
Хидэёси (из-за сёдзи):  Так вы... разрешите мне войти?
Нобунага:  Да заходи, заходи уже! Надоел, ей-богу, спрашивать!
Хидэёси заходит в комнату и кланяется. Он проходит к другой стороне стола и садится в позу сейдза.
Нобунага:  А ты чёй-то такой наряженный, Хидэёси? На свиданку, что ль, собрался? (Хидэёси кивает) А куда так рано? Ещё солнце даже не в зените, у нас – точнее, у тебя! – дел по горло...
Хидэёси: Мы с Акэти, как Вам уже известно, отполировали мечи в крепости... Собственно, именно там и произошло утреннее происшествие.
Нобунага:  Знаю-знаю! Ты, торопыга усатая, куда так рвался, что уронил связку тяжеленных тати на ногу сопляку Акэти?
Хидэёси: Я торопился в мастерскую. Вы приказали мастеру починить Ваши гэта, но он заболел. Я решил сделать их сам, чтобы Вы точно отпустили меня на свидание. После того, как я починил гэта, я отправился в конюшню, покормил Вашего жеребца – Табимару.
Нобунага:  Знаю-знаю! И спасибо ему за то, что дал тебе по спине, чёрная ворона Хидэёси!
Хидэёси: Я хочу заявить сразу, чтобы не было недопонимания, господин: я встал к её хвосту спиной, потому что меня отвлекли проходящие мимо стражники гарнизона. У них был ко мне вопрос, вот я и проворонил момент.
Нобунага:  Знаю-знаю! А затем ты пошёл в гарнизон с больной спиной и распорядился о смене караула. Нет, ну всё сделал до обеда. Красавчик, Хидэёси!
Хидэёси: Боюсь признаться, но перед тем, как мне донесли о том, что Вы меня вызываете, я уже шёл к месту встречи.
Нобунага:  Хидэёси! Молодчик!
Хидэёси: Ч-ч-что?
Нобунага:  Господин важнее той красавицы, к которой у тебя чувства?! Рад это слышать, чёрт возьми!
Хидэёси: Но, господин, если бы я не пришёл в течение пяти минут, Вы бы снесли мне голову.
Нобунага:  Да без вопросов!
Хидэёси: Похоронили бы меня заживо прямо в стенах новостроящегося замка на границе с Этидзэном.
Нобунага:  Ваще без вопросов!
Хидэёси: Боги, как Вы жестоки, господин! Я же Вам – всё.
Нобунага:  Ах ты блоха механическая!
Хидэёси: А? Что на этот раз, господин?
Нобунага:  Нет, ну ты посмотри на него, а!
Хидэёси: Ам?..
Нобунага:  Скачет и скачет с темы на тему! Я из-за твоих бессмысленных реплик уже даже забыл, зачем именно вызывал тебя! Стыдно должно быть! Стыдно!
Хидэёси: Простите, господин.
Нобунага:  Для начала... Эй! Девоньки! А можно нам сакэ да рису немножко?
В комнату заходят три служанки. Одна – расставляет чарки для сакэ и наливает из кувшина, вторая – раскладывает приборы, третья – ставит чашки с рисом. А пока они всё раскладывают, звучит голос рассказчика.
Рассказчик: Учитывая то, что сакэ – это рисовая водка, употреблять её с рисом было чем-то... чем-то из ряда вон выходящим. Даже Хидэёси понимал это, поэтому с такой болью и выдержкой наблюдал за счастливым лицом своего господина, чей взгляд был направлен на красоту служанок. И вот, когда те ушли... Нобунага решил проявить и свои светлые стороны.
Нобунага:  Киносита, как же задрал меня уже своей непоколебимой гордостью, собака ты некрещёная! 
Хидэёси: Ч-ч?!..
Нобунага:  Чего такое? Бог войны Хачиман уши тебе отрезал за непослушание?! 
Хидэёси показывает гримасу удивления, но затем берёт себя в руки и криво улыбается.
Хидэёси: Г-г-г-г-господин, а могу я услышать причину того, что Вы назвали меня собакой некрещёной?
Нобунага:  Нэ-нэ, ну что за балбес!
Хидэёси: Но я, правда, не понимаю Вашей претензии к моей «непоколебимой гордости».
Нобунага:  Я всегда говорил тебе, Хидэёси, что никогда на свете не будет других причин, почему я злюсь на тебя! Просто я неимоверно обожаю видеть твоё недоумение каждый раз, как застаю тебя врасплох! А-ха-ха-ха-ха-ха!
Хидэёси: Ну да... наверное...
Нобунага смеётся, потихоньку выпивая из чарки сакэ, а потом сам берётся за кувшин сакэ, чтобы налить ещё. Он хочет налить сначала Хидэёси, но видит, что у него в чарке уже есть сакэ, берёт и выливает его в сторону с недовольным лицом, а уже затем наливает опять, потом – себе. Он серьёзен.
Нобунага:  Кхе-кхе... Киносита Хидэёси!
Нобунага замолкает. Хидэёси с подозрением следит за каждым его тяжким вздохом, и даже хочет пробудить своего повелителя от витания в облаках, но Ода сам с грохотом ставит бутылку на стол и почти с криком произносит...
Нобунага:  Люблю я тебя, Хидэёси! Брат ты мне по жизни!
Хидэёси: Господин... эм... потише...
Нобунага:  А что «потише»? Это мой замок! Моя цитадель! Кто мне что скажет, Хидэёси?
Хидэёси: Люди могут что-то не то подумать.
Нобунага:  Пусть только попробуют! Я их думалки с корнем вырву и засуну в одно место тайное! Хорошенькое такое местечко, откуда нет выхода!
Хидэёси: Господин, прошу Вас... успокойтесь. Если хотите что-то сказать – говорите.
Нобунага:  Я опять сегодня шуганул Акэти.
Рассказчик: Акэти Мицухидэ – один из самых преданных вассалов Оды Нобунаги, над которым тот часто издевался и почти никогда не сдерживался. Хотя Нобунага и любил Акэти, он очень часто бил его за малейшие проступки. Это повелось ещё с детства Акэти, когда тот прислуживал уже зрелому на вид, но всё такому же юному в душе, Нобунаге.
 Хидэёси: Бедняга. Вы его загоняли уже.
Нобунага резко выставляет перед Хидэёси палец и гневно выкрикивает...
Нобунага:  Заткнись! И без тебя знаю. Но я не могу ничего с собой поделать. Он ничем не привлекает, кроме своей преданности, да и в той я, если честно, сомневаюсь.
Хидэёси: Он ещё зелёный, господин.
Нобунага:  Зелёный, но зато не цветной, а-ха-ха-ха!
Хидэёси (с серьёзным лицом): Смешно, господин.
Нобунага (показывает кукиш):  О, как! О, какой каламбур! А-ха-ха-ха!
Хидэёси тоскливо наклоняет голову в сторону. Нобунага, замечая это, бьёт по столу и громко...
Нобунага:  Этот сопляк в бою неистов. Но я всегда рад дать ему люлей во время тренировок!
Хидэёси:  Вы сравнили себя с юным буси – Акэти? М-да-а, господин...
Нобунага:  Обожаю твою серьёзную рожу!
Хидэёси чуть хмыкает и улыбается.
Хидэёси:  Это точно. Нравится же Вам смеяться в одного.
Нобунага:  Так вот, к теме разговора... (поднимает чарку, Хидэёси суетливо берёт свою) Хидэёси, я всем в этом княжестве могу показать, где раки зимуют. Всем. И ты не исключение.
Хидэёси:  О боги... опять Вы...
Нобунага:  А ну цыц, собака! 
Хидэёси:  Приказ понял.
Нобунага:  Так вот... о чём это я? А, я могу дать люлей каждому в Овари. И я никого не боюсь, потому что я великий и никем не превзойдённый Ода Нобунага! Но, чёрт вас дери, вы – мои любимцы. Ты, Хидэёси, и Ранмару с Акэти. Я вас просто обожаю. Вас и чёрта Сибату. Вы делаете меня счастливым. Вот хочется кому-то мечом башку снести, но вижу ваши лица, и, понимаешь, гнев на милость сменяется. Хочется какому-нибудь крестьянину или монаху монетку подкинуть или чарку другую сакэ налить.
Хидэёси:  Хм.
Нобунага:  Что? Ты сомневаешься неужто?!
Хидэёси:  Нет, господин. Для меня честь услышать от Вас подобное... Раз так уже в сороковой.
Нобунага:  Каждому из наших отдал бы я замок, да деревню. Но вот ублюдки вы, товарищи. Можете ведь в любой момент кинжал под ребро засунуть.
Хидэёси:  А Иэясу из рода Мацудайра? Он не Ваш любимец?
Нобунага:  Мотоясу-то? Ну, он мне не паж и не фаворит. Скорее всего, он мой единственный оставшийся друг на всей нашей земле.
Хидэёси:  А Нагамаса из рода Адзаи? Он ведь родственник как-никак.
Нобунага:  Родственник, Хидэёси. Родственник, но не друг.
Нобунага погрустнел.
Рассказчик: Мацудайра Мотоясу... Мотоясу - имя, данное бывшим сюзереном Иэясу, Имагавой Ёсимото. После войн с Одой Мацудайра Мотоясу принял имя Иэясу, однако Нобунага с издёвкой продолжает называть его именем Мотоясу, как упоминание о том, что Иэясу сражался на стороне своих бывших хозяев из рода Имагава против Нобунаги. Сейчас Мацудайра Иэясу известен как Токугава Иэясу – будущий воин, который получит титул Великий Клинок Востока. Как-то однажды юного Иэясу взял в заложники род Ода, именно тогда он и познакомился с юным Нобунагой. С тех пор их дружба крепка, как сталь меча. Что же до упомянутого Нагамасы из рода Адзаи, то он приходился Нобунаге родственником и другом дома Ода. Однако здесь всё не так однозначно, как кажется.
Хидэёси:  Не грустите, господин. Великому и непревзойдённому Оде из Овари не нужны друзья. Ему куда лучше с товарищами.
Нобунага вновь веселеет.
Нобунага:  Подхалим усатый!
Хидэёси растягивает искреннюю улыбку. Он скромно кивает. А Нобунага...
Нобунага:  Давай выпьем за вашу преданность моему делу!
Хидэёси:  Вам, господин!
Они чокаются.
Хидэёси:  За преданность вам!
Нобунага:  Выпьем за вас, товарищи мои! И за пышную грудь милашки Кицуно!
Хидэёси поперхнулся.
Нобунага:  Что? В чём дело, Хидэёси? О-о-о, только не говори, что ты...
Хидэёси кашляет. Кашляет и кивает. Нобунага озарённо подпрыгивает на ноги и с хитрой улыбкой подходит к Хидэёси и сзади обхватывает его руками. Давит на него. Хидэёси приходит в себя и Нобунага отходит от него.
Нобунага:  А вроде бы девчоночка она неплохая. Как раз для тебя. (кивает) Рад за тебя, Хидэёси. Слушай, а зачем тебе, старому, какие-то свидания? Давай я прикажу ей выйти за тебя? Это было бы здорово. Если бы мой достойный вассал, наконец-то, покончил со своей холостякской жизнью, может, и я б...
Хидэёси:  ...Господин, блин!, чтоб вас жаба съела! У меня уже есть жена!
Нобунага:  Правда?! Чёт я не припоминаю никакой такой жены! Ты, что же, врать мне вздумал, Хидэёси?!!!
Хидэёси:  ЭТО ВООБЩЕ-ТО ВЫ СТАЛИ ИНИЦИАТОРОМ НАШЕЙ СВАДЬБЫ!!!
Нобунага:  Не помню, и всё тут!!! Не помню – значит, не было!!!
Хидэёси:  Из песни слов не выкинешь!!!
Нобунага:  Что ты орёшь на меня, Хидэёси? По шапке получить захотел?
Хидэёси:  Эм... Давайте лучше пить, господин.
Нобунага:  Давай, давай. А пока пьём, я поговорю с тобой по поводу моих планов касательно похода на клан Асакура.
Хидэёси:  Я с удовольствием поеду с Вами, господин.
Нобунага:  Да. Конечно! Это не обсуждается. Но нам нужно ещё многое обсудить. Это будет последняя война Асакуры.
Хидэёси:  Вы... эм... планируете уничтожить их?
Нобунага:  Полностью. Искоренить их в Этидзэне, окончательно со всем разобраться. Расчленить их силы и разбить окончательно. Не пощадить никого: ни их уродливых женщин, ни их тупоголовых детей! Сожгу все их замки, не оставлю ни единого упоминания о них!
Хидэёси:  Но зачем? Асакуры опасны для нас, с этим всё ясно. Но почему сейчас?
Нобунага:  Асикага. Сёгун Асикага посажен был мною в Киото, чтобы управлять страной. Он всей своей наивной душонкой мечтал о самодержавной власти над всеми нами, но я не дал ему никакой свободы. Обиженка и слюнтяй Ёсиаки ни за что не простит мне этого.
Хидэёси:  О, так вы думаете, Асакура?..
Нобунага:  Я не думаю, а знаю, Хидэёси. Почувствую разницу.
Хидэёси:  Вас понял.
Нобунага:  Короче, Асакура – отличный союзник для сёгуна, и всё начнётся именно с них. Если я не ошибаюсь, сейчас во главе войск клана Асакура встал некий Ёсикагэ, и этот мужик, я тебя заверю, точно не в то время стал главой рода.
Хидэёси:  Вы ни шанса не дадите ему, верно?
Нобунага:  Он бывалый. Единственный сын в семье Асакуры Такакагэ. У него тоже были тёрки с монахами, так что в чём-то мы похожи.
Рассказчик: У Нобунаги с буддизмом были очень натянутые отношения. Он рационально не признавал авторитета ни богов, ни бодхисатв. А монахи, то и дело восставали, подстрекая других верующих против дома Ода. В будущей войне могущественные монастыри Энряку-дзи и Хонган-дзи окажут поддержку врагам Нобунаги, за что Нобунага сожжёт оба монастыря, потому монахи будут называть его «Врагом Будды». За суровый нрав, а особенно за сожжение храма Энряку-дзи, который был одним из древнейших буддийских центров страны, его ещё называли «Демон-повелитель Шестого Неба».   
Хидэёси:  У рода Асакура сейчас нет союзников. Вы можете призвать на войну своих родственников из рода Адзаи и идти в Этидзэн.
Нобунага:  НЕ РЕШАЙ ЗА МЕНЯ, собака!
Хидэёси:  Прошу извинить.
Нобунага:  Я сам знаю, что мне делать! И я знаю, что род Адзаи что-то мутит с сёгуном. Более того, Адзаи являются традиционными союзниками рода Асакура.
Хидэёси:  Господин, это нерационально. Род Адзаи не может выбирать между нами и Асакурой. Вы можете спровоцировать их биться против Вас.
Нобунага:  Да-а-а! Да, Хидэёси! Именно это я и могу сделать.
Хидэёси:  Вы?.. Вы, что, и вправду хотите?..
Нобунага:  ...Это моё решение, Хидэёси. И ответственность за него буду нести только я.
Хидэёси:  Я верю Вам. Я верю в Вас, господин.
Нобунага:  Тогда чего мы до сих пор не напрягли своё седалище? Давай сделаем это, Хидэёси! Разобьём этих зайцев одним взмахом меча!
Хидэёси:  Отрубим им уши?
Нобунага:  И головы!
Оба смеются.
Рассказчик: Так и началась долгая война Оды Нобунаги против антинобунагской коалиции. Как он и ожидал, род Адзаи предал его и вступил в войну на стороне рода Асакура. Войска Оды и Токугавы встретились с армиями Асакуры и Адзаи у реки Анэгава 9 августа 1570. Это был первый успешный бой Оды Нобунаги против армий антинобунагской коалиции. Закончился победой союзников и обусловил упадок военной мощи родов Адзаи и Асакура. Но, увы, это было только начало кровавой сечи во имя цели объединения страны Ямато под знаменем рода Ода.
Рассказчик: Ода Нобунага боится всего, но он не боится сражаться со страхами. Он дальновиден и мудр, хотя всегда показывает себя странным и агрессивно рвущимся напролом. Борясь со своими страхами, Ода Нобунага начинает не бояться, казалось, ничего. Ему ни указ ни боги, ни правители. На протяжении всей жизни он воевал с монастырями и буддами, консерваторами и либералами, с водой и воздухом. Он желает подчинить себе всё, что есть в мире. Таков великий и непревзойдённый Ода Нобунага, единственно боящийся лишь одного на всём белом свете – предательства.
Крик Нобунаги: Акэти! Грёбанный Акэти!!! Не прощу! Ни за что не прощу тебя, ублюдок!!!
Рассказчик: После того, как одолел все силы антинобунагской коалиции, Нобунага начал готовить кампанию против западнояпонского рода Мори, потому остановился в Киото, в храме Хонно-дзи. Он собирался лично возглавить войска, часть которых уже вела затяжные бои с противником. На подмогу им были высланы силы военачальника Акэти Мицухидэ. Однако ночью 2 июня войска, посланные на помощь, вместо выступления на фронт прибыли в Киото и окружили храм Хонно-дзи, где находился Нобунага со своей свитой и сыном, Нобутадой. Солдаты Акэти Мицухидэ взяли храм штурмом, и Нобунага, охраняемый только небольшим числом телохранителей и слуг из числа свиты, проиграл битву и был вынужден совершить сэппуку. В десять часов ближе к полуночи, когда часы уже изо всех сил хотели пробить 3 июня и новый день, Нобунага вспорол себе живот, написав предсмертное стихотворение о надежде на лучшее будущее Японии. Даже при смерти он отшучивался. Когда армия мятежников напала на ставку Нобунаги в Хонно-дзи, Ода Нобутада отступил к замку Нидзё, где несколько часов оборонялся от атак врага. Не имея достаточно войск, чтобы продолжать оборону, Нобутада был вынужден сделать сэппуку, чтобы не попасть в плен. Вот так и закончилась эта бесконечная пора сражений для Оды Нобунаги. Для великого и никем ещё не превзойдённого Оды Нобунаги...

























КОНЕЦ
09.01.2020
4:18


Рецензии