То, чего нет, и то, что имею

«То, чего нет, и то, что имею»
Георгий выходит в центр. Садится на стул. Опускает голову, сжимает волосы.
Появляется Первый Некто. Сначала он шагает вокруг размышляющего Георгия.
А затем обстановка меняется. Первый Некто садится на второй стул, а между ним и Георгием расположился стол. Первый Некто с интересом смотрит за Георгием. Взгляд того опущен.
Первый Некто: Егора-кун, скажи, а ты знал, что Земля имеет форму шара?
Георгий молчит. Даже не обращает внимания.
Первый Некто: Егора-кун, скажи, а ты знал, что у людей есть язык?
Георгий молчит. Даже не обращает внимания.
Первый Некто: Егора-кун, скажи, а ты знал, что у людей есть мозги, чтобы пользоваться языком?
Георгий молчит. Даже не обращает внимания.
Первый Некто: А ещё у них есть уши, чтобы слышать, как им задают вопросы. А ещё у них есть глаза, чтобы видеть собеседника. А ещё у них есть сердце, чтобы чувствовать к собеседнику эмпатию.
Георгий смотрит в стол, но всё же отвечает...
Георгий: И что ты хочешь этим сказать? У меня и мозги есть – поверь. И глаза есть, и уши – я тебя и слышу, и вижу. И сердце есть, просто вместо эмпатии я испытываю апатию по отношению к тебе. У меня нет времени разговаривать с тобой.
Первый Некто: Значит, выходит, что у тебя нет времени разговаривать вообще ни с кем.
Георгий: С чего ты это взял? (отворачивает взгляд, проявляет эмоциональный аутизм)
Первый Некто: Потому что я – всё, что у тебя есть для разговора.
Георгий: Нет, я могу создать ещё. Могу сотворить бесконечное число таких, как ты. И с каждым я смогу говорить, если будет время. 
Первый Некто: Тогда никакой разницы нет.
Георгий: Ну, это ты так думаешь. А вдруг всё не так, как кажется на первый взгляд?
Первый Некто: К примеру, ты?
Георгий перемещает взгляд на Первого Некто.
Георгий: Что?
Первый Некто: На первый взгляд ты кажешься абсолютно нормальным человеком, но это же мне только кажется. Ннн, верно?
Со спины Георгия заходит Второй Некто.
Второй Некто: Не надо так категорично. Наш Егора-кун не сможет смириться с такой категоричностью.
Первый Некто: Это точно. Он вообще ни с чем не может смириться.
Георгий: Почему вы так решили?
Второй Некто: Слышал? Он и вопросы рациональные задавать может?
Первый Некто: Удивительное дело, да?
Второй Некто: Ха! Ещё бы!
Георгий: Я могу смириться со многими вещами в этом мире. Я же смирился со смертью Харуки-сан. И со смертью Юки-чан. И со смертью Ичиро-куна. И даже со своей собственной сме...
Появляется Третий Некто. Он более резок, чем первые двое.
Третий Некто: Заткнись! Ничего не говори!
Второй Некто: Ты, что, совсем глупый? Не понимаешь, что такие речи только нагнетают?
Первый Некто: К слову, нам как-то пофиг на то, что там у тебя в сердечке. Главное для нас сейчас – то, что в башке. Ведь если б не башка – была б нам секир башка. 
Все трое смеются.
Георгий: Не знаю, что может быть не так с моей головой. Она же на месте. Значит, всё хорошо? Да? Да? Верно? Что молчите? Неужели я где-то ошибся? Ну тут-то... тут-то не мог же...
Первый Некто: Аж зевать захотелось.
Второй Некто: Н-да-а!
Третий Некто подошёл к Георгию сзади и схватил того за шею.
Третий Некто: Помнишь, как мы посвящали поэмы людям, которых больше нет? Которые исчезли из твоей жизни.
Первый Некто: И которых никогда в ней не было. Ты это хотел сказать, дружище?
Третий Некто: Тут уж как хочешь думай, дружище. У меня нет такой памяти, как у тебя. Может, ложные воспоминания и сохранились.
Первый Некто: Хах, но я-то давно прозрел. Я-то знаю, что не так.
Георгий: А что не так?
Первый Некто гордо молчит и ухмыляется, смотря на Георгия.
Георгий: Скажи, пожалуйста.
Первый Некто: Друг, отпусти его шею. А то от кислородного голодания ещё тупеет станет.
Третий Некто отходит и кивает.
Георгий: У вас какие-то особенные критерии оценивания, глупый человек или нет?
Георгий оглядывает их. Они переглядываются и смеются. Георгий не понимает, почему они смеются.
Второй Некто: Да, у нас они особенные, но что до тебя... н-да... Разве ты человек?
Георгий: Но тело же человеческое. Что во мне может быть нечеловеческого?
Третий Некто: Да, ребята. Тяжёлый случай нам попался! Наш подопечный, видимо, не знает, что человека от недочеловека отличает только его голова.
Георгий щупает свою голову.
Георгий: Голова в порядке. Я – человек?
Первый Некто: Ха-ха, только Егора-кун мог сказать такую глупость с таким невинным лицом.
Третий Некто: Глупость? Ты мягко выражаешься!
Первый Некто: Ну а как ещё? Сказать по-научному – он не поймёт, мы только спровоцируем его на размышления. Сказать слишком резко или грубо – он побежит плакаться в жилетку к белокурой валькирии.
Третий Некто: О не-е-ет. Не сейчас. Не на этот раз.
Второй Некто: На этот раз ты никуда не убежишь, Егора-кун. Мы будем делать с тобой всё, что захотим.
Георгий: А что вы захотите? У вас не так много вариантов.
Первый Некто: Вы всё слышали, товарищи. Сворачиваемся. Нас раскрыли.
Обстановка меняется. Стулья и стол исчезают. Первый Некто и Второй Некто сидят на лавке по бокам, Георгий – посередине. Третий Некто встал за ним и обнял, повиснув на шее.
Георгий: То, что существовало, и то, чего никогда не было. Мои воспоминания. Сон. Что же это могло быть?
Третий Некто: Забудь об этом, дурачок. Сейчас нет целого мира. Есть только ты и мы в твоём сознании.
Георгий: Целого мира нет. Есть только я, вы и моё сознание.
Второй Некто: И твои мысли. Только твои мысли.
Георгий: Мысли... я не хочу мысли... Их слишком много. Я чувствую, как слабею под их гнётом.
Первый Некто: Забавно, но ты продолжаешь пытаться избавиться от них.
Второй Некто: И от нас!
Первый Некто: Но мысли навязчивы. Мысли навязчивы, а внешний мир... обманчив. Тебе абсолютно некуда деваться. Ты безнадёжен.
Георгий: Выходит, это конец?
Третий Некто: Можно и так сказать. Потеряв баланс между ними и нами, ты обрёк себя на полное уничтожение.
Георгий: «Между ними и»... Боги, я ничего не помню! Что же это? Что-то было. Многое было. Но я ничего не помню.
Первый Некто: Успокойся, Егора-кун. Не пытайся ничего вспомнить. Мы помним это за тебя, тебе не нужны больше никакие воспоминания. У тебя остались только мысли.
Второй Некто: А в остальном ты пуст, как и всегда.
Георгий: «Всегда»? Я, что, и вправду... был пуст... всегда?
Все трое покивали, ухмыляясь.
Георгий: Не нужны воспоминания... не нужно ничего... остались только мысли... Немногое осталось.
Первый Некто: Пойми нас правильно: если ты изгонишь из сознания все навязчивые мысли, то ты окончательно убьёшь себя.
Третий Некто: Не забывай: «мыслю – следовательно, существую». Если ты перестанешь мыслить – ты перестанешь существовать.
Георгий: Мысли приносят мне дискомфорт. На что мне такое... болезненное существование?
Второй Некто: А, грош ему цена!
Первый Некто: Вот-вот!
Георгий: Тогда зачем мне... существовать? Дышать, видеть, чувствовать? Чувства приносят боль... глаза видят только чёрные и белые цвета... уши слышат только плохое... язык ранит других людей... Пальцы же устремляются к чему-то грязному и пошлому... Они грязны, и ни одна вода не смоет с них грязь... А внутри меня... Чрево... нутро... Омерзительно. Грязно. Чрево постоянно болит... Ротовая полость постоянно болит... источает дурной запах... На что мне жить в таком несовершенном теле? Почему нельзя просто взять и уничтожить его, освободить душу из-под власти этого болезненного тела?
Первый Некто: Потому что адекватные люди о таком не помышляют.
Георгий: Я повторюсь: пребывание в столь несовершенном, омерзительном и больном теле вредно, опасно и болезненно. Если человек, которого вы считаете адекватным, спокойно живёт с этим, то я не могу уже говорить об его адекватности. Разве не вполне нормально желать вырваться из тела?
Третий Некто: А по чём тебе знать, что ты – не есть само это тело?
Георгий: Люди говорят, что у меня есть тело и душа. Если тело несовершенно, то...
Третий Некто: Душа ещё более не совершенна, ведь в столь, как ты сказал, омерзительном теле ей не зачем и негде совершенствовать себя.
Первый Некто: Даже если она совершенствуется, то весь опыт сохраняется в памяти. А память находится в мозге.
Георгий: Ясно. Выходит, даже освобождение из тела бесполезно.
Второй Некто: Вот и расслабься. Дай нам помучить тебя.
Георгий: Тогда существование человека ещё более бессмысленно, раз ни тело, ни душа не нужны. Нет, они нужны для того, чтобы человек существовал, но зачем людям так существовать? Это ведь заканчивается ничем. Так?
Третий Некто: Подожди, ты... нас спрашиваешь?
Георгий: Вы сами сказали, что храните мои воспоминания. Есть ли в них что-нибудь, связанное с вопросом?
Первый Некто: Есть, но оно нам ни к чему.
Георгий: Почему?
Третий Некто: Нам... помешали.
Трое исчезают. Обстановка меняется. Вновь один стул. Вновь Георгий, смотрящий в пустоту.
На сцену выходит Четвёртый Некто. Он встаёт правее от стула Георгия, за его спиной. 
Четвёртый Некто:  Знаешь, ты слишком строг к себе.
Георгий молчит. Даже не обращает внимания.
Четвёртый Некто: Ну давай, взбодрись! Всё не так плохо, чёрт возьми.
Георгий молчит. Даже не обращает внимания.
Четвёртый Некто:  Егора-кун. Ну Егора-кун. Соберись, дружище. День ещё не закончился. За окном солнце – ярче чем обычно. Вокруг – полно народу. Не ставь нас в такое неловкое положение, пожалуйста. Вставай.
Георгий молчит. Даже не обращает внимания.
Четвёртый Некто:  Боже, и с чего ты так залёг-то, а? Шёл по коридору, как ни в чём не бывало, и тут на пол падаешь... Что за шуточки такие?
Георгий: Данилка, скажи, а я похож на человека?
Четвёртый Некто:  В смысле «похож»? Ха! В смысле, «похож»! Ты человек. Чё за вопросы дурацкие? А ну соберись. Слушай, ну реально перед людьми неловко. Ты ж прям посреди коридора улёгся.
Георгий: Улёгся? Но я же сижу.
Четвёртый Некто:  Всё бывает, дружище. Сидишь, так сиди. А, нет-нет-нет, вставай давай! Слушай, урок скоро. Вставай давай. На нас все косо смотрят.
Георгий: Я не могу.
Четвёртый Некто:  Э?
Георгий: Я не могу встать. Хочу, но не могу. Бессмысленно кричать на меня.
Четвёртый Некто:  И как нам вывести тебя из этого состояния?
Георгий: Что-то хорошее. Дай мне вспомнить что-то хорошее. Уверен: это меня взбодрит.
Четвёртый Некто: Эм... ну... позитивчик нужен, да?
Георгий: Дай мне спрыгнуть.
Четвёртый Некто: А? Чего?
Георгий встаёт на стул.
Георгий: Просто... дай... мне... уйти.
Четвёртый Некто: П-погоди-ка. Куда намылился? Дурак, что ли? А ну стоять! Куда это ты уходить собрался?
Георгий: В своё Ничто, конечно же. А куда мне ещё собираться?
Четвёртый Некто: Дзин-чи! Дзин-чи, блин!
Георгий: Что?
Четвёртый Некто:  Ух! Хорошо, это тебя замедлило. Но это не «что». Это «кто».
Георгий: Это кто?
Четвёртый Некто:  Да ты, что, не помнишь?
Георгий: Мне незачем помнить то, чего никогда не было.
Четвёртый Некто:  Но ты же помнишь. Взять ту же Харуку-сан! Её же... это... её же никогда не было. А ты вот берёшь и помнишь её. Ещё и любить умудряешься, почившую-то.
Георгий: Так, стоять.
Георгий сел.
Георгий: Дзин-чи, говоришь?
Четвёртый Некто:  Ну да, а что? Ой, то есть... Говорю, говорю! Говорю, конечно! Ты только вспомни её взгляд, её улыбку, её волосы... Ну! Разве тебя не покрывают лучи позитивного солнца, когда ты думаешь о ней?
Георгий: Почему ты так обо мне беспокоишься?
Четвёртый Некто:  Как «почему»? Да ты... да я... Вот непруха-то, а!
Георгий: А-а? Что такое?
Четвёртый Некто:  Да ты представляешь, меня собака укусила! Своя же! Родная, блин! А-ха! Родная, блин!
Георгий подпрыгнул со стула. Его голос становится более выразительнее. На лице показывается гнев и огонь.
Георгий: А что ж ты сразу-то не сказал, идиот? Я же говорил: эти псины опасны. Сегодня она укусила тебя, а завтра уже идёт со своими братьями-собаками обращать людей в рабство и захватывать мир!
Четвёртый Некто:  Ну, ну! Точно, блин! Точно говоришь! Нет, ну прикинь! Родная, собака-то! Самый близкий пёсик за руку цапнул! (тяжело дышит) Ты... только... не уходи... Пожалуйста. Куда ж я без тебя... против собачей революции-то... Ох! Кааапец!
Георгий: Ты прав! Нам нужно предотвратить восстание собак! Пошли! Нам надо показать этим псинам, где их место. Но для начала... Дзин-чи офигенна?
Четвёртый Некто улыбается и кивает.
Четвёртый Некто:  Дзин-чи офигенна.
Георгий: Да! нет в мире ничего офигеннее Дзин-чи. Она – наше Дао и наш Дзэн!
Четвёртый Некто:  Да! Дзин-чи – наше всё. Точнее... твоё всё, но мне не пофиг.
Георгий: Ун, ун! Что ж, мы убедились в офигенности Дзин-чи, теперь пойдём воевать против собачьего ада!!!
Четвёртый Некто:  Пойдём-пойдём. Наконец-то, ты встал. А почему ада?
Георгий: Потому что рай уже занят кошками. Кошачий рай.
Четвёртый Некто:  А, понял! А-ХА-ХА-ХА! Ну тогда пошли. И собакенам люлей навешаем, и в кошачий рай попадём!
Георгий: О-о-о-о, на это я буду надеяться, дружище!
Уводит Четвёртого Некто со сцены.
Георгий: На это я буду надеяться!
КОНЕЦ!
08.01.2020
5:30


Рецензии