Глава 16. Кома

Вот уже Варвара поднималась по ступеням в больницу. Дорога до нее казалась необъяснимо долгой. Измученная, мыслями и переживаниями, она прошла в холл. Подойдя к охраннику, женщина спросила: - Мужчина, можно у вас узнать? У меня муж… - ком образовался в горле, пересилив его, она продолжала: - Самойлов Евгений Михайлович, есть такой? Он поступил к вам сегодня в реанимацию. Мне бы увидеть его сейчас, это мой муж, - женщина зарыдала, так горько, что охранник не спрашивая ни слова, провел Варвару к дверям ординаторской, на второй этаж.
- Вам сюда нужно. Леонид Викторович врач, заведующий этими делами. Он вам все объяснит. Главное представьтесь и скажите к кому вы, - мужчина не стал продолжать. Он удалился так быстро, что женщина даже не заметила его уход. Постучавшись аккуратно в дверь, услышала мужской голос: - Да. Пройдите. - отвечал голос из-за дверей.
Женщина медленным шагом зашла в кабинет: - Добрый день, уже наверное вечер, но это сейчас не столь важно. К вам сегодня поступил Самойлов Евгений Михайлович, я его жена… - не успев договорить, ее перебил врач: - Я Обухов Леонид Викторович, лечащий врач вашего мужа. Значит вы его жена? Так. Смотрите. Ситуация крайне тяжелая, было лобовое столкновение. Мужчина в коме. Спасти его может только чудо, очень сильно поврежден мозг. Весь удар пришелся на голову. Если он и придет в себя, то только в виде овоща. После того, как он очнется, ему поможет только операция. Но об этом говорить пока рано. В реанимацию вам нельзя, а вот посмотреть за дверьми можно. Только это душераздирающее зрелище. Вы уверены, что готовы за этим наблюдать? - спросил с заботой мужчина.
- Что вы такое говорите вообще. Это мой любимый муж, я готова даже ночевать здесь, в отделении, лишь бы он пришел в себя. Проводите меня, я хочу его увидеть. Немедленно отведите меня к нему! Я требую! - женщина злостным тоном приказала.
- Да, конечно девушка. Вы так не переживайте. Я понимаю все! Как вам сейчас тяжело, - мужчина не говоря больше не слова, указал кивком головы на двери и они направились на четвертый этаж, к реанимационному блоку. Пока они шли, царило молчание. Дойдя до дверей реанимации, женщине было страшно заглядывать сквозь стеклянные двери. Немного поколебавшись, она собралась с силами и посмотрела через стекло. Ее тело обдало морозом, и настигло большое разочарование. Леонид не стал дольше задерживаться. Ушел. Оставив женщину наедине с душещипательным зрелищем, и своими мыслями. Увидев своего мужа в недвижимом состоянии, с разбитым лицом и с повязкой на голове, ее немного затрясло. Далее она увидела маску на лице любимого, и аппарат. Несколько трубок ведущих под простынку, которой он был накрыт. По ее щекам катились слезы, такие большие, что походили на градины.
Трясущимися руками, она пыталась стереть слезы с глаз, но все старания были напрасны. Жалея о всем том, что она сделала для мужа. Варвара хотела вечность стоять за дверью и молить бога о спасении своего любимого человека. Упав на колени, перед дверьми она зарыдала. И шепотом начала произносить слова, с большой досадой: «Господи, милый любимый. Что же я наделала? Не надо было мне заводить этот злополучный разговор. Я сама во всем виновата!» - сразу после произнесенного, она встала на ноги, и положила ладонь на стекло двери, со словами: «Боже! Милый ты так близко, а в то же время и так далеко. Прости, молю, меня. Прости за все. Я тебя вытащу, обещаю. Буду регулярно всем святым молиться о твоем спасении, только не умирай! - женщина еще пуще прежнего заплакала.
Немного постояв, сквозь мутный рассудок, она услышала телефонный звонок. Не понимая долгое время, что ей звонят, она стояла, с приложенной ладонью к стеклянной двери и молилась. Спустя несколько секунд, немного очнувшись, она на автомате достала телефон и взяла трубку.
- Что же это Варя, так не делается. Мой человек уже половину часа сидит в кафе, а из вас с твоим благоверным ни кто не удосужился приехать. Что же! Мы убиваем вашу дочь? Или же продаю ее? Как тебе такие два варианта? Выбирай который больше по душе, - смех раздался из телефонной трубки.
- Нет, стой! Погоди же! Мой муж попал в автокатастрофу. Без его участия я не могу подписать документы! Бумаги готовы. Я не знаю что делать. Не верите, можете приехать в больницу и убедиться во всем сами. Нужно что-то решать, – женщина, скрывая всю горечь, дабы не показаться слабой, ответила.
- Вот это разворот событий конечно. Ну что же, даю вам месяц. Как хочешь, выводи его из состояния овоща. Если через месяц не будет фирмы, ваша дочь уедет далеко, и на долго. И в результате покончит жизнь суицидом. Я сам свяжусь с вами по истечении назначенного срока. Молись что бы он пришел в себя детка, - на этом разговор закончился.
Душа девушки вышла из тела на мгновение после услышанного, напоминая полет шмеля. Такой же неожиданный и быстрый. И в то же время в груди все болело, и разрывалось от горечи и переживаний на части. Мурашки бежали по спине. В ее зеленых глазах было столько ненависти и разочарования. Она ненавидела мир, небеса, вселенную. Проклинала всех и всё. Это солнце что светит, так приятно прогревая тело. Этот ветер, который так нежно обдувал город, за окном больницы. А в первую очередь проклинала разговор, начатый ею же. Если бы не эта злополучная беседа, то все обернулось бы иначе. Женщина пыталась успокоиться, но все попытки были так же несчастны, как и ее душевное состояние. А в реанимации по-прежнему лежало искореженное, недвижимое тело ее родного мужчины. На аппарате бежала прерывистая строка, означавшая жизнь в этом бренном теле.


Рецензии