Глава 17. Правда

- Марк. Евгений в коме, ты знаешь да? Какие дальнейшие действия? Ты проверял вообще, подлинность информации? Может та особа соврала, дабы не лишаться, всего того, что они нажили? - спросил Хриплый, у мужчины сидевшего напротив. Марк, подняв глаза, отвлекаясь от газеты с утренними сводками, и с удивлением, решительно промолвил:
- Ты думаешь, я дурнее паровоза? Конечно! Все проверено. Перенервничал мужик, с кем не бывает. Только вот, что дальше делать? Хм.… Это большой вопрос. Нужно продумать передачу фирмы без его участия, но у нас терпит месяц. Я все эти пятнадцать лет ждал подобного, а уж месяц подождать не составит труда. Это мелочь. Пока не забивай мне голову возможностями, это и так все будет. Что мне с девочками делать, не знаю. Да и не ощущаю я ее как свою дочь вообще. Этот вопрос меня беспокоит сейчас, больше всего. Только из-за Елены, родной моей девочки, я буду стараться через силу проявлять небольшую заботу. И прямо сейчас пойду к ним, что бы перевести их обеих наверх. В теплую, уютную комнату. И побеспокоюсь об их чистоте, сытости и одежде.
- Смотри, только что бы это твое благородство, не вышло нам боком. Просто когда делаешь благородные поступки, не от чистых помыслов, и не от светлого сердца, заканчивается все печальным образом, - с беспокойством ответил Хриплый.
Марк пошел к горничной, проверить готовность комнаты. Поднявшись на второй этаж по винтовой черной лестнице, он прошел в конец длинного коридора, и зашел во вторую дверь, по левой стене. Перед его взором открылся вид на комнату, в которой было задумано держать девушек. Она была комфортно обустроена. Выложенный белыми плитами потолок. Бархатное покрытие стен, темно-вишневого цвета. Напольное покрытие, цвета светло-коричневого дерева, походило на паркетное. По центру самой дальней стены, было расположено пластиковое окно. По обеим сторонам от окна, стояли две небольшие прикроватные тумбы, древесного оттенка. На тумбах теплыми оттенками, освещали комнату два светильника бра. В комнате основного освещения - люстры, не было. Это помогало не создавать лишнего света.
Практически у самого входа в комнату, по левую руку, стоял деревянный стол, с приставленными к нему тремя стульями. И наконец, две железные кровати, образца семидесятых годов. Но, не смотря на это, матрацы лежали новые, ватные.
Мужчина, убедившись что, женщина устроила все с полным комфортом, пошел медленно спускаться вниз, в подвал. Спустившись к девушкам, он был разочарован. И снова, нотки отцовского ядрышка проснулись в его сердце. Оно забилось, в бешеном темпе. Подойдя к девушкам, он начал с некой заботой, диалог: - Так девушки! Хватит грустить. Сейчас я вас освобожу. Только без глупостей! Договоримся? А я вам взамен тепло, комфорт и уютную комнату. Мы с вами пойдем наверх, вас ждет горячий душ, теплый ужин и мягкая постель.
Девушки переглянулись, не ожидая такого исхода событий, и мирно кивнули. Мужчина высвободил руки и ноги девушек. Марк пошел в сторону лестницы, девушки проследовали за ним. Поднявшись на первый этаж, они увидели уютный коридор. Пройдя до конца коридора, девушки поднялись по винтовой лестнице. Сразу же после лестницы, они увидели длинный коридор, очень схожий с первым этажом. Так же, по правой стене, первую из двух дверь. Не открывая ее, Марк указал рукой на темно красную дверь и сказал: - Вот мадемуазели это ванная комната, в ней же туалет. Здесь вы можете спокойно помыться и справить свою нужду. Но это будет чуть позже, когда к вам поднимется горничная, и сопроводит вас в эту комнату. Я не могу вам на сто процентов доверять, поэтому горничная будет сидеть с вами в душе, и следить, что бы вы вдруг не сбежали.
После сказанного, Марк с девушками проследовали в самый конец коридора. Перед ними была лестница, ведущая на третий этаж. А по левой стене, дверь. Далее еще одна, но что находилось за всеми этими дверьми – загадка. Открыв первую дверь, одна из двух загадок была разгадана, они попали в комнату. Девушки были приятно удивлены. Перед ними распростерлось уютное пространство. Интерьер был оформлен в интересном стиле, но это придавало даже нотки красоты и блаженства. Мужчина, немного осмотревшись, сказал:
- Так же, спустя час, к вам поднимется женщина, не пугайтесь это наша горничная. Она вам принесет постельное белье, подушки, отменный горячий суп и второе, а затем кофейный напиток, с зефиром. Сопроводит вас в ванную комнату. После банных процедур, и вкусного ужина, вам предоставят одежду. До этого момента, можете накинуть халаты, висящие около стола, на стене. Вот и все, ждите горничную. Надеюсь, вы ко мне прислушаетесь, и будете себя хорошо вести, без всяких глупостей, - мужчина после недолгих объяснений вышел из комнаты, и запер дверь на ключ. Девушкам стало очень тепло от данной заботы.
 Ника немного посмотрев в сторону окна, спросила с некой заботой: - Не такой он уж и черствый оказался, Вик. Внешние данные обманчивы. Что ты думаешь на счет того, что он твой отец?
Все произошедшее очень сильно изменило Веронику. Она стала доброй, заботливой. И ни капли зависти не присутствовало в ее разуме. Она сочувствовала всем сердцем своей подруге. Став такой же, как и Виктория, она понимала, что теперь оказавшись на свободе, ни когда не причинит, ни малейшего зла, ни кому из своего окружения.
Виктория гневно посмотрела на Веронику, при этом с большой злостью, стиснув зубы, ответила: - Это издевательство, или что? Ты захотела опять притворно посочувствовать, и издеваться своими глупыми вопросами? Нет, я тебе больше не верю, и разговаривать с тобой не горю желанием. Ты мне всю жизнь сломала! Да! И психику!
Вероника опустила взгляд. Стыд охватил ее душу. Сразу после этого, Ника дрожащим голосом проговорила: - Я поменялась честно Вик. Дай мне время тебе это доказать своими поступками. Мы же с детства вместе, слышишь? - Вероника подняла глаза на Викторию, все так же ожидая милосердия от своей подруги. Вика, немного разозлившись, развела руками. Затем продолжила, дрожащим голосом: - Я не смогу поверить. Ты очень порвала мое доверие. И понадобится много времени, что бы опять тебе верить. Оно может растянуться сроком во всю жизнь. Ты понимаешь сама, чего ты натворила? Что ты сломала своими руками?
Тем временем ключ в замочной скважине повернулся, и в комнату вошла женщина, лет тридцати. На ней была не приметная одежда: белый фартук, из-под которого виднелось синее платье, с длинным рукавом. Стопы облечены в красные туфли. Ноги же в черные, с полным отсутствием лайкры, колготки. Увидев женщину, Виктория сказала:
- Ладно, я мыться пошла. Ты пока подумай над моими словами, - девушка развернулась и прошла в сопровождении горничной, в ванную комнату.
После того, как Нику закрыли в комнате, оставшись один на один сама с собой, ее настигло осознание жестокой реальности поступка. Она проклинала себя за все, что сделала. Понимая, что корень зла, в этой всей ситуации, находится именно в ее разуме. Затем девушка присела на пустой матрац, и продолжала смотреть в одну точку на потолок. Не моргая длительное время. Спустя некое время, вернувшись в ужасную реальность, медленно поднявшись с кровати, подошла к окну и смотрела на то, как звездочка одна за другой появляются на темном небе. Опустив взор все ниже увидела, как на деревья падало освещение от полной луны, создавая тем самым иллюзию страшной неизвестности мрачного леса. Вероника, полюбовавшись природой, осознала еще одну важную теорию, в этом ужасном заточении. Она стояла, опуская взгляд на деревья из окна, осознавая как же все то, что ее окружает прекрасно: этот ночной, довольно печальный лес. Луна, проникающая в окно, освещая все вокруг.
Весна - приятное явление природы. Вероника из-за лесных красот не заметила, как дверь в комнату отворилась, а затем закрылась.
Это в комнату после банных процедур вошла Виктория. Девушка была в шоке. Она первый раз заметила за своей жестокой подругой, наслаждение матушкой природой. Чем и была приятно удивлена. Подойдя ближе, она нежно положила свои ладони на плечи Вероники, затем сказала:
- Ник проследуй с горничной, удали с себя все тревоги. Я освободила ванную комнату. И не грусти, пожалуйста, я очень тебя прошу. А я постараюсь в ближайшее время что-нибудь придумать! И восстановить доверие! Обещаю... Ну, все иди! - Вероника резко бросилась в объятия подруге. Прижав ее израненное сердце так крепко к своему, что легким Виктории стало тяжело сокращаться. Ни сказав не слова, Вероника прошла в душ, следуя за женщиной. Дверь закрылась.
«Неужели, все что с нами произошло, изменило мою горе подругу. Правильно говорят, что когда жизнь подставляет подножку, да такую что потом больно падать, люди меняются. И в лучшую сторону. Надеюсь, она не будет больше так поступать, попробую ей в последний раз поверить. Если же…» - мысли девушки прервал ключ, вставленный в замочную скважину. Обернувшись, девушка увидела женщину лет сорока, одетую в домашний халат и тапочки. И халат и тапочки были бурого цвета. В руках у нее был поднос, заставленный четырьмя тарелками. Поставив его на стол, она удалилась, ни слова не сказав. Девушка как обезумевшая накинулась на еду. Съев все, до единой капли, она прилегла на ватный матрац. Закрыв глаза, сразу же уснула...
...Виктория увидела, что она сидит на сиденье в машине, схожей со скорой помощью. Напротив нее в положении лежа, расположена девушка на кушетке.
Ей было не больше девятнадцати лет. Измученное просившее о помощи, готовящееся родить тело, девушки напротив, было изнеможенно на столько, что даже врачам было жутко наблюдать, за всем происходящим. Красивые, небесного цвета глаза, заглядывали, будто в душу акушеру гинекологу. Сильно вцепившись руками в края кушетки, на которой она лежала, девушка закричала. Врач, женщина лет тридцати стояла рядом, и, взяв руку девушки, нежно обратилась к ней:
- Дыши девочка, дыши! Не зажимайся! Этим ты делаешь хуже в первую очередь ребенку. Не себе. Да и сказать если прямо, не тая, то ты можешь не выжить. Кого спасем, малышку? Или же тебя? У тебя есть родные?
Виктория пробовала спросить у врача, а так же у девушки, что же все-таки, происходит, и как она тут оказалась. Но объяснений не последовало. Увидев, что же происходит далее, она оторопела. Та девушка, которую видела Виктория, сквозь огромную боль, с большим возмущением, из последних сил, которые только остались, ответила:
- Как вы смеете такое у меня спрашивать? Конечно, малышку! Я тут кое-что написала на досуге, пока ходила последний триместр беременности. Сначала я вам опишу вкратце ситуацию. У меня нет родителей, папа умер от алкоголя, а мама была убита. Меня воспитывала бабушка, которая год назад скончалась. Я решила найти молодого человека, что бы родить от него. Мне не хотелось оставаться одной, да и детей я люблю. Забеременев, я узнала далее, что я родить смогу, но сама не выживу. Я решила, что у меня жизнь не сложилась, так хотя бы я подарю эту же самую жизнь, маленькому человечку. И молила господа, что бы он послал мне верного спутника, которому я смогу доверить свое чадо. Я вас умоляю, возьмите это письмо, и передайте моей дочурке в тот момент, когда ей исполниться чуть больше восемнадцати лет. Позаботьтесь о моей малышке, - горько заплакав, девушка дрожащей рукой, протянула смятый лист бумаги врачу.
Людмила, так звали врача анестезиолога, принимавшего роды в данный момент, содрогнулась от услышанного. Она торопливо взяла лист бумаги и убрала его себе в карман, медицинского халата. Пока они вели беседу, карета скорой помощи прибыла к входу в родильное отделение.
Виктория резко вскочила и закричала, пытаясь толкнуть врача, но рука прошла сквозь. Девушка оторопела. Ничего не понимая, она задумалась: «Как же так, я что умерла? Это моя душа да, сейчас наблюдает за всем происходящим?» - девушка вытянув руки посмотрела на них. Не было похоже на то, что она предположила.
- Может кто-то объяснит, наконец, что происходит? Где я? И что со мной? –но, все по-прежнему, будто не слышали ее. Увидев, что врач и медсестра повезли девушку на каталке в большой корпус, она проследовала за ними. Далее события разворачивались еще ужаснее, Виктория не ожидала всего этого.
Выкатив кушетку из лифта, в котором они поднялись на третий, операционный этаж, две барышни быстро побежали с кушеткой в операционную. Закатив ее в помещение, девушку в быстром темпе переложили на родильный стол. Врач понимая, что девушке осталось жить считанные минуты, сказала: - Ну что же Елена. Дышим глубже, начинаем тужиться, на счет три. Раз, два, три, - девушка истошно закричала, пытаясь тужиться от живота.
Все усилия были тщетны. Она перевела дыхание. Людмила сказала, так нежно, беспечно, излучая из себя последние лучи надежды: - Еще раз Леночка, ну же соберитесь. Пробуем, на счет три. Вдохните поглубже. Раз, два, три.
Виктория продолжала, с большим ужасом, наблюдать за всем происходящим. А девушка тем временем, собирая последние силы, в свой маленький, исхудавший кулачек, глубоко вдохнула. Пытаясь тужиться, закатив глаза, потеряла сознание. В эту же минуту ее сердце остановилось.
Виктория заплакала, сказав: - Да что же это? Она будет жить теть? Ну, скажи что будет! - Вика заплакала еще горестнее. Но, ответа на данный вопрос, она не услышала. Далее Виктория увидела, что врач сразу же заметив, что произошла остановка сердца, резко вскрикнула:
- Галина, дефибрилляторы сюда. Мы ее теряем, - в скором темпе в руках напарницы, оказалось оборудование. Собрав весь электрический разряд, Людмила прислонила  аппарат к груди рожавшей. Но сердце не забилось. Врач, прослезившись, умоляла: - Елена, нет. Ну же. Умоляю, ты нам нужна. Разряд! - дрожащей рукой врач пустила электрический разряд, сквозь грудную клетку, по всему телу. Но, все старания бессмысленны. Одному господу богу, была известна вся боль которую испытывала женщина. Ее бросало то в мороз, то в холод.  Пока врач отходила от глубокого шока, открылось кровотечение. Акушерка, находившаяся рядом заметив это, обратилась к врачу: - Людмила, кровь. Все бесполезно, мы ее потеряли, постараемся спасти малышку! - акушерка с мокрыми глазами закричала. Поняв что, действительно все старания напрасны, Людмила взяв скальпель, приступила к кесарево сечению. Поднеся холодное орудие к животу недвижимого тела. Разрезав нежную кожу, далее матку, женщина достала малышку. Девочка сразу же закричала. Обрезав пуповину, Людмила бережно, убрав тканью, остаток крови с малышки, взвесила, и отнесла на упокой.
Виктория, в состоянии шока, подошла к бездыханному телу молодой девушки, сказав при этом: - Живи! Нет! Зачем ты ушла в мир иной? Да что же происходит вообще?-  Стоило девушке договорить, как вся окружающая ее обстановка переменилась. Девушка оказалась у озера с водопадом. Эта красота, окружавшая ее вокруг, заворожила душу. Каждая капелька, упавшая с водопада, играла на клавишах души девушки. Недалече от Виктории сидела, полоща свои изящные стопы, в озере рядом с водопадом, та самая леди, которая погибла только что. Не осознавая, что же все-таки происходит, Виктория побежала в сторону прекрасной незнакомки. Приблизившись максимально близко, она ни слова не говоря, долгое время наслаждалась красотами природы. И необыкновенной девушкой, сидевшей купая свои женственные стопы.
Немного погодя, поймав на себе взгляд незнакомки, она спросила тревожным, дрожащим тоном: - Вы же, только что на моих глазах погибли? Как, это все получается? Я хочу объяснений! И зачем я здесь? Я же была в другом месте. И так резко, неожиданно все изменилось! – после произнесенного, Виктория немного растерялась. Тая в душе неизвестность, она ожидала ответа.
- Милая, только выслушай и не перебивай. Ты сама видела все своими очами. Я твоя мама. Только в физической оболочке, меня уже восемнадцать лет нет с вами. А в духовной, я всегда рядом. Я наблюдала за тобой все эти годы. Начиная с твоего рождения. Я узрела абсолютно все: как ты сказала первое слово, когда ты пошла сама ножкой. Находясь рядышком, я чувствовала вместе с тобой твои переживания, и каждый раз, когда ты падала морально, я помогала тебе с этим справиться. Я теперь твой Ангел Хранитель. И оберегаю тебя. Но ты только не плачь родная, и не переживай. Я в сновидениях уже, навещала твоего родного отца, и дала наставление, что бы он не обижал тебя. Ты натерпелась, я знаю! Но я приложу все усилия, что бы ты была счастлива. Только не огорчайся на своих приемных маму и папу. Врач, которую ты видела это твоя тетя, она и помогла тебе обрести семью. А Евгений приходиться ей братом. Попроси свою маму объяснить тебе все так, как есть! И пожалуйста, не держи на них зла. Они просто всем сердцем желали, что бы ты была счастлива, не ожидая того, что так все вскроется. Попроси у них письмо, которое я им отдавала много лет назад. Прочти! Обещай мне! А теперь мне пора! Я не могу надолго здесь задерживаться. Меня ждут! - Елена закончила. И в этот миг пошел дождь. Он падал на землю такими же крупными каплями, как слезы дочери и ее великодушного создателя - матери. Виктория, вытирая слезы рукавами своей кофты, закричала:
- Нет же, не оставляй меня прошу. Опять ты меня бросила. Мамочка! Милая! Родимая! Ты хотя бы не покидай меня так жестоко! Нет! - девушка проснулась от собственных криков, и от того, что Ника стояла рядом. Виктория ощущала как, ее взяли обеими руками за плечи, и что есть силы, раскачивали.
- Что с тобой Вика? Сон дурной явился? - Ника взбудоражено поинтересовалась, приобняв подругу.
- Ника, нет же. Сон великолепен, но и в тоже время, так печален! Приснилась мама! Боже, она так красива! Я точная ее копия.  Она мне во всем созналась! Все рассказала. А знаешь? Я не держу зла на Варвару и Евгения! Они дали мне все! Все! О чем только может мечтать обычная девушка. Спасли меня от детского дома, - на этом моменте Виктория успокоилась.
- Викусь, но почему ты так официально их называешь? Они же ни в чем не виноваты. Еще скажи, что этого подонка Марка, будешь считать в качестве папы? Не стыдно тебе? - Ника вздрогнула от таких разговоров. Но, успокоив девушку, Виктория продолжала:
- Да что ты! Он биологически содействовал, а не морально. И не поднял меня с нуля. Мои родители на всю жизнь останутся для меня родителями. И не важно, что не они меня зачали, и не Варя меня родила. Это не так важно, -Вика уверенно, успокоившись ответила. Она решительно сообразила поговорить со своей духовной матерью, стоит лишь ей оказаться на свободе.
- А ты уже поела? - с заботой спросила Вика.
- Да, я накинулась как сумасшедшая. Так прекрасно покушать после такого воздержания. Что делать будем дальше? У меня есть предложение устроить побег. Окна не закрыты, я проверяла. А второй этаж? Хм… Ой, я так думаю  не помеха. В самый раз скоро ночь, когда все посетят состояние глубокого сна, можно попробовать! - Ника с большим удовольствием предложила свою затею.
- Договорились сестренка! Ждем наступления ночи… - их разговор прервал знакомый шум ключа, издававшийся из замочной скважины. Это был Марк. Войдя в комнату, он держал в своих сильных, шершавых пальцах рук, два стаканчика с кофе.
- Ваше кофе с зефиром, барышни. Пейте и ложитесь на упокой. Утро вечера мудренее, как говориться! - мужчина мило улыбнулся, и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Девушки уселись на два пуфика стоявших напротив друг друга. Начав составлять план действий, они смотрели друг на друга с большой сестринской любовью. А луна все так же продолжала светить в окно, освещая прекрасные тела обеих девушек.


Рецензии