Военное лето 1982 года

Военное лето 1982 года

После сокрушительного поражения во Вьетнаме в апреле 1975 года американцы усиленно искали методы и средства реванша. Ползучая, гибридная третья мировая война, развязанная Третьим Карфагеном заполыхала практически по всем континентам, исключая, правда, страну ленивых медведей – коал.
Тактические приёмы гибридной войны разрабатывались и оттачивались пиндосами и, конечно, англичанами при каждом удобном случае. Особый интерес в этом отношении представляет десятилетний период с 1975 по 1985 год, в настоящее время весьма мало исследованный.
В семидесятых завершилась аргентино-чилийская война, потом в регионе снова резко обострилась обстановка, и опять в центре событий оказалась Аргентина. В 1982 году она вступила в освободительную войну против второй по величине масонской державы – Англии.
Для англичан явилось полной неожиданностью успешное использование аргентинскими летчиками французских противокорабельных ракет «экзосет». Даже при том, что к началу конфликта поставки учебно-тренировочного оборудования, ракет и самолетов полностью осуществлены не были. Англичане считали, что без помощи французских специалистов аргентинские летчики не смогут применить эти ракеты. Видимо, из-за такой недооценки противника англичане не подготовились к противоракетной обороне. Поэтому атаки аргентинской авиации были почти всегда успешными.
Англичан вышибли с Мальвинских островов в апреле 1982 года. У обычного читателя практически нет доступной информации об этом. По сему, позволим себе здесь остановиться подробнее. Сначала была инициатива командования ВМС Аргентины о военном решении «Мальвинского вопроса». С конкретным планом захвата Мальвинского архипелага, острова Южная Георгия и Южных Сандвичевых островов в середине 1981 г. выступил командующий ВМС Аргентины адмирал Жорже Анайя. Резко против подобных действий возражали военно-воздушные силы (ВВС) Аргентины в лице бригадного генерала ВВС Лами Дозо. Он не без оснований утверждал, что аргентинская авиация не сможет завоевать даже частичного господства в небе над Мальвинами. Дотянуться же до других территорий она не в состоянии. В такой ситуации планируемые действия - авантюра. Но командующий сухопутными войсками и президент Аргентины, генерал Леопольдо Гальтиери поддержал флот.
В результате, 15 декабря 1981 года адмирал Анайя вылетел в главную базу ВМС Аргентины Пуэрто-Бельграно, где начал практически осуществлять свой план.
Следует отметить, что дальнейшие события подтвердили правоту Дозо. Однако и план Анайя зимой 1981-1982 г. не выглядел авантюрой. Он был достаточно обоснован и вполне выполним. Кроме того, в случае успеха автоматически решались многие проблемы стоявшие перед Аргентиной. Во-первых, Аргентина окончательно бы решила спор о принадлежности Мальвинского архипелага в свою пользу. Во-вторых, аргентинское руководство получило бы дополнительные козыри в решении территориальных вопросов с соседями (прежде всего с Чили). В-третьих, резко повысился бы в аргентинском обществе престиж военных, особенно ВМС. В-четвертых, возросли бы ассигнования на флот, что позволяло завершить программу его коренной модернизации.
А самое главное, страна, располагающая суверенитетом на Мальвинские острова, автоматически приобретает и суверенитет на территориальный сектор в Антарктике. С этих островов можно контролировать судоходство на пространстве от Южной Америки до Южной Африки. Кроме того, там обнаружены крупные залежи различных полезных ископаемых. Запасы нефти превышают запасы Северного моря в 13 раз. Еще в середине XIX века британский губернатор Муди писал: «Географическое положение островов так удобно... что преимущества, которые они могут дать для мореплавания в этих водах, всегда поражали тех, кто обращал на это внимание».
Преодолевая ожесточенное сопротивление противника, отважные аргентинские десантники, под командованием капитана Гринчо, менее, чем за час боя с момента высадки овладели столицей островов и полностью подавили врага! Остатки вражеского гарнизона капитулировали. Фотографии поверженных ниц англичан и их солдат с поднятыми руками обошли все мировые газеты и журналы того времени.
В бою героически погиб командовавший боем капитан Гринчо - единственный павший в тот день аргентинский воин. Правда, еще за несколько дней до этого отличились подводные пловцы-разведчики и диверсанты из подразделения ВВС Аргентины под командованием капитана Сергея Давыдова, которые скрытно проникли на обороняемые военные объекты британцев и уведомляли аргентинцев о каждом движении противника. Высадившийся с кораблей и самолётов аргентинский Экспедиционный корпус численностью около 10 000 человек был оснащен управляемыми по проводам ПТУРС Cobra 2000, приборами ночного видения, современными франко-немецкими ЗРК Roland, штурмовиками FMA IA-58 Pucara и Aermacchi МB 326G и МB339.
Не сумев предсказать вторжение аргентинцев на Фолклендские острова в апреле 1982 года, МИ-6 сильно подмочила свою репутацию в глазах английского правительства. Чтобы избежать повторения подобной ошибки, МИ-6 бросила в этот регион дополнительные ресурсы, вдвое увеличив свою агентурную сеть в Буэнос-Айресе, настроив новых постов подслушивания в чилийских Андах, чтобы на раннем этапе узнавать обо всех перемещениях аргентинской авиации, и открыла новую точку в составе одного человека в Уругвае. Эти усилия обеспечили непрерывный поток информации. Одно из сообщений вызвало особый интерес в Штабе военной разведки Уайтхолла. Аргентинцы разрабатывали новую секретную морскую мину в пластмассовом корпусе с электронным устройством, отличающим по шумам английские суда от аргентинских. Традиционными средствами минообнаружения эту мину было трудно отследить. Но, как оказалось, главная опасность случилась для английских кораблей от аргентинской авиации.
Через три дня после начала боевых действий, из Портсмута, для возвращения Великобритании Фолклендских островов вышел британский экспедиционный корпус - проводить «Операцию корпорация». Стремясь к созданию подавляющего превосходства в силах и средствах, англичане отправили в Южную Атлантику до половины боеготовых кораблей и судов от общей численности своих ВМС.
Организационно они сводились в 317-е оперативное соединение. С 30 апреля англичане ввели полную морскую и воздушную блокаду Мальвин. К островам было, стянуло две трети королевского флота - 78 боевых и вспомогательных кораблей, свыше 18 тысяч солдат и матросов. Им противостояли 10 тысяч аргентинцев.
Одиннадцатого мая «Харриеры» атаковали и потопили аргентинское рыболовное судно, хладнокровно расстреливая команду, спасавшуюся на плотах и надувных лодках. Английские бомбежки и обстрелы с моря имели целью Байя Сорро на острове Гран Мальвине и Пуэрто Дарвин на Соледаде.
ВСЕ корабли английских ВМС были оснащены ядерными зарядами. По промышленному центру Аргентины - городу Кордоба британцы планировали нанести ядерный удар в случае неудачного для Великобритании исхода войны.
А, тем временем, предпринимались отчаянные попытки разрешения проблемы дипломатическими способами. В течение почти месяца боестолкновений не происходило, а в это время британский экспедиционный корпус продолжал двигаться к Фолклендским островам. Его темп движения, казалось, указывал больше на дипломатические способы разрешения конфликта, чем на серьезные военные намерения Британии. Но как писал известный специалист по военным вопросам, профессор Королевского колледжа в Лондоне Лоренс Фридмэн, хотя война не объявлялась, это была настоящая война.
Весь мир следил за указанными событиями с большим любопытством и волнением.
Для наблюдения за обстановкой в Южной Атлантике Советский Союз начал выводить в космос специальные спутники разведки.
Первые советские спутники для наблюдения района конфликта были выведены в космос 31 марта - за два дня до высадки аргентинцев. Это были: «Космос-1345» и «Космос-1346» и их основной задачей было, соответственно, перехват излучения РЛС, прослушивание и запись сообщений радиосвязных средств. 2 апреля был выведен в космос спутник фоторазведки «Космос-1347». Он должен был сбрасывать возвращаемые капсулы с отснятыми фотопленками при каждом пролете над определенной точкой СССР. Между 16 и 23 апреля, для замены уже выработавших ресурс и продолжения наблюдения, были запущены спутники серии «Космос» - 1350, 1351, 1352, 1353. А 29 апреля был запущен специализированный спутник наблюдения за океаном «Космос-1355».
Затем, СССР вывел в космос и другие спутники серии «Космос» (-1356, 1357, 1364, 1366, 1367, 1369 и т.д.) с единственной целью контроля ситуации на Мальвинских островах. Некоторые из этих спутников могли определять координаты всех кораблей в Южной Атлантике и делать фотографии, которые немедленно передавались на русские наземные станции для анализа. СССР, особо интересуясь применением РЭБ и тактическими операциями, вывел в космос несколько спутников на орбиты, которые позволяли им проходить над Мальвинскими островами с интервалом двадцать минут. Одним из них был «Космос-1372», предназначавшийся для наблюдения за океаном  был оснащен РЛС с питанием от ядерной силовой установки; другими были «Космос-1370» - для фоторазведки, «Молния» - для обеспечения связи. Позднее, с борта космической станции «Салют-7» был запущен дополнительный связной спутник.
Также в район конфликта было переброшено и несколько самолетов Ту-95РЦ,  кораблей разведки, замаскированных под рыболовецкие траулеры для непрерывного наблюдения за британским экспедиционным корпусом. Самый большой самолет советских ВВС - Ту-95, производился в нескольких модификациях. Одна из них - Ту-95РЦ, использовалась для ведения разведки и наблюдения на море. Базировались Ту-95, помимо СССР, на авиабазах Кубы, Гвинеи, Анголы, Сомали и Вьетнама. Это давало возможность стратегическому командованию СССР эффективно контролировать практически любую точку земного шара. Обычно для наблюдения за Южной Атлантикой Ту-95РЦ действовали с контролируемой кубинцами военной авиабазы в Анголе.
 А в 1982 году в сверхсекретное авиационное подразделение Северного флота, базировавшееся в поселке Федотово близ Вологды, поступили задания на рейды над пустынными акваториями Южной Атлантики.
Георгий Бульбенков возглавлял разведку одного из «федотовских» авиаполков, а позднее служил на той же должности в созданной там же авиадивизии. Британскую армаду ему пришлось и провожать, и встречать. Когда её корабли шли к будущей зоне океанских сражений, нужно было выяснить, какое оружие имеется у них на борту, нет ли атомного: «Мы британцев по Южной Атлантике от Бискайского залива вели, как только их армада собралась и на Фолкленды пошла. Летали из Анголы и прослеживали весь путь. Каких только ухищрений с их стороны не было. Вроде обыкновенный сухогруз идет, с уровня волн ничего не разобрать, а мы отчетливо видим, что палуба истребителями-бомбардировщиками «Харриер» заставлена. Они по бокам грузы разместили, прикрыв свои самолеты, а на носу площадку оборудовали. Всего-то и дел откатить туда самолет и в небо! «Харриеры» же вертикального взлета, им разгоняться не нужно… До сих пор интересно, попадали эти сведения от нас к аргентинцам или нет? Когда наш Ту-95РЦ барражировал над авианосцем «Гермес», получавшим топливо с корабля сопровождения у самого острова Святой Елены, с земли, на которой закончил свои дни Наполеон, поднялся британский «Фантом», постарался заслонить от взглядов и объективов происходившее среди пустынных волн.
Сверху видно все, так что любые детали конструкции и вооружения попадали в объектив. А в придачу к наблюдению и фотосъемке – радиотехническое слежение, при котором все, что корабли излучают со своих антенн в эфир, прослушивается и записывается, потом расшифровывается и анализируется!..
После штурма островов, который аргентинцы сдержать не смогли, эскадра двинулись назад, и пришлось снова рассматривать тот же «Гермес», поскольку поступали сообщения, что в авианосец угодили аргентинские ракеты и возможен затяжной ремонт.
В одном из тех полетов командир экипажа говорит мне, как бы не сшибли нас, мы же в такой гнилой угол Атлантики забрались, что никто не отыщет, связи нет, а океан все проглотит! – рассказывал Георгий Бульбенков. – Я отвечаю ему: мы же разведчики, давай поближе… Вроде бы, какая нам разница, потрепали аргентинцы «Гермес» или нет, но авианосец, что английский, что американский, – это носитель ядерного резерва. Один он не ходит, обычно целая АМГ, то бишь авианосно-многоцелевая группа в океане. Мы их всегда находили раньше, чем они нас. Обычно перед авианосцем разведывательный корабль выдвигали, чтобы он самолет отыскал прежде, чем мы авианосец засечем. Бывало, едва ли не на бреющем полете шли, чтобы под зону слежения локатора поднырнуть...»
А с «Гермесом» интересно получилось. Великобритания продала его Индии, и авианосец под другим названием теперь участвует в учениях вместе с нашими кораблями.
1 мая Мальвинский конфликт вступил в новую фазу. Британская подводная лодка потопила аргентинский крейсер «Генерал Бельграно». Крейсер был учебным кораблём и находился вне объявленной англичанами запретной зоны боевых действий.
Крейсер «Генерал Бельграно» был единственным аргентинским кораблём, способным потопить авианосец. Пасмурная погода и десятиметровые волны затрудняли поиск покинувшей крейсер команды, тем более что культурные британцы также напали на аргентинские спасательные суда. Спасено было 777 человек из 1100 экипажа. Американцы позднее не скрывали, что англичанам очень помогла их разведывательная информация.
Пока две державы разного калибра сводили счеты, в непосредственной близости от ударов из-под воды и с воздуха мирно добывали арктических креветок советские рыболовецкие траулеры. Все они приняли сигнал бедствия с борта потопленного британской субмариной аргентинского крейсера «Генерал Бельграно», но отправиться к указанным в радиограмме «SOS» координатам мешало объявление англичанами двухсотмильной зоны боевых действий.
С траулеров ушли радиограммы в Минрыбхоз СССР, его руководство связалось с МИДом. Потом последовали переговоры с Форин оффисом, занявшие около суток. Наконец, разрешение было получено, и несколько советских судов двинулись от острова Новая Скоттия и острова Мордвинова, близ которых велся промысел криля, к водам над затонувшим крейсером. Быстрее других к месту торпедирования подошел севастопольский БМРТ «Белокаменск».
«Надежд у нас почти не было, – припомнил бывший технолог траулера, кандидат биологических наук Василий Терентьев, – температура воды не поднималась выше семи градусов, суточное промедление должно было наверняка сгубить уцелевших после торпедирования. Так и оказалось…»
Рыбаки смогли высмотреть среди волн только пятерых аргентинцев в красных спасательных жилетах. Никто из них признаков жизни не подавал. Лица моряков были обезображены клювами чаек, птицы расклевали им глаза и губы. Тела убрали в морозильную камеру и еще несколько часов бороздили океан, пока из Москвы не пришел приказ прекратить поиски и отправиться в ближайший порт Аргентины. Сойти на берег, впрочем, Москва не разрешила. Трупы перегрузили на борт подошедшего катера и потом наблюдали в бинокли с рейда, как причал заполнили едва ли не все жители городка Рио Гальегас.
Вот рассказ участника событий старшего лейтенанта Александра Беликова: Я был назначен на крейсер «Генерал Бельграно», где нас было 1100 человек. Это был почти целый плавающий городок, со своими кухнями, пекарнями, мясными, прачечными, дортуарами... На нашем крейсере было 20 орудий, из них 5 дальнобойных, которые имели возможность стрелять на 18 километров расстояния. Когда в апреле 1982 года началась Мальвинская война, мы, молодые офицеры аргентинского Военно-Морского Флота, находились как раз на учебных занятиях на нашем крейсере.
Все мы знали, что в океане поблизости находится английский военный флот и советские рыболовные суда.
Несмотря на огромный риск, служба на крейсере велась безупречно. Команда старалась выполнять точнейшим образом, - как никогда,- все свои обязанности.
В четыре часа пополудни 2-го мая 1982 года послышался страшный взрыв, всколыхнувший весь крейсер. Враг выпустил торпеду, которая попала в машинное отделение нашего корабля. Разумеется, все находившиеся там были убиты.
Но случилось еще большее несчастье: над машинным отделением был кубрик, где в тот момент спали матросы, закончившие свою вахту. Более 300 человек погибло! Они взлетели в воздух и были разорваны на части.
Судно начало наполняться водой и давать крен. Сразу же произошел новый взрыв от пущенной из английской подводной лодки второй торпеды. Нос крейсера оказался отрезанным, как ножом, от остального корпуса корабля. Мы стали тонуть, и капитан Бонсо дал приказ оставить крейсер. Каждый из нас знал свое место на спасательном плоту. Каждый имел в рюкзаке запас воды на четыре дня, электрический фонарик, небольшой запас еды и несколько теплых вещей.
Отвязать плоты от судна, которое уже больше и больше кренилось, было очень трудно. Но с этой задачей мы справились, и вскоре все, кто остался в живых, включая раненных, попали на них. Все старались отплыть от судна возможно дальше, так как мы опасались, что при погружении в воду крейсер сделает глубокую воронку и затянет нас на дно океана. Слава Богу, этого не случилось.
Последними покинули судно капитан Бонсо и я, так как я как раз отбывал вахту и следовал за ним... Мы погрузились в ледяную воду. Поначалу, от пережитого страха и опасности, я даже не почувствовал холода, хотя вода имела около 2-х градусов температуры по Цельсию. Я доплыл до плота, но не мог на него взобраться. У меня уже не было сил, все члены окоченели. Меня втащили на плот мои моряки. На плоту моей первой целью было обсохнуть и как-то согреться. Страшный холод пронизывал нас всех. Мы знали, что ни есть, ни пить в первый день не имеем права.
Считалось, что для первых 24 –х часов необходимый запас калорий у нас сохранился еще с времени пребывания на крейсере. Наша дальнейшая судьба была нам совершенно неизвестна...
На нашем плоту оказался унтер-офицер водолаз сербского происхождения по фамилии Топанич. Ни секунды не колеблясь, он нырнул в море и стал вылавливать утопающих и помогать им добраться до плотов. Внезапно он исчез в волнах. Какой же ужас испытала группа моряков, когда на одном из плотов, который находился уже в 700 метрах от места катастрофы, вдруг заметили, что из воды высунулась черная рука, а за ней показалась и черная голова какого-то существа! Это был наш смелый водолаз, который пробыл в ледяной воде больше часа.
К страшному нашему горю, около девяти часов вечера, когда температура воздуха упала до 20-ти градусов ниже нуля, поднялся сильнейший шторм. Ветер вздымал волны шестиметровой высоты. Наш плот, как ничтожную щепку, то подбрасывало вверх, то стремительно ввергало вниз. Такой качки представить себе невозможно! Мы все оценили прелести морской болезни...
Я судорожно сжимал в руке особый нож, которым должен был прорезать крышу плота, в том случае, если нас перевернет вверх ногами.
Когда рассвело, мы увидели себя совершенно одинокими. Вокруг ни души! Ни одного плота! Перед нами лишь разбушевавшийся океан, покрытый белой морской пеной после ночной бури.
Что делать? Разве смогут нас найти? Неужели суждено нам всем погибнуть в этой бушующей стихии?
Проходили часы...
Холод и отчаяние охватили всех нас.
Вдруг послышался звук работающего мотора самолета. И пилот нас заметил! Аргентинский противолодочный «Нептун» приветствовал нас, качая крыльями. Зажёгся луч надежды. Может быть, в скором времени пошлют за нами какое-нибудь судно? Действительно, часа три спустя, мы увидели на горизонте корабль, который приближался к нам на всех парах. С радостью мы начали махать и кричать. Даже пустили несколько зажигательных ракет. Но, увы!.. Судно быстро промчалось мимо нас, лишь загудев в знак приветствия!
Почему они нас не спасли? Как они могли оставить нас погибать? Мы все были еще так молоды, нам так хотелось жить!
Перед нами встала угроза смерти. Смерти в ледяных волнах океана. Боже, спаси рабов Твоих! Оставалось лишь молиться и уповать на милость Господа.
Однако через пару часов нас, наконец, подобрал аргентинский буксир-тральщик «Гурручага», рассчитанный максимум на 60 человек экипажа. А на нём нас оказалось 400!
Впоследствии мы узнали, что не подобравшее нас судно не могло остановиться, ни даже убавить хода, из-за технической неисправности. Но зато оно дало о нас знать.
По прибытии на материк нас всех проверяли врачи и многих отправили в госпиталя.»
Англичане, в кровавой злобе, свойственной британскому льву и американским ястребам, бросили на маленькую армию Аргентины колоссальные силы, стремясь подавить ее волю к победе, пытаясь запугать отважных бойцов. Но не тут-то было!!! Не склонив головы в битве с численно превосходящим противником, аргентинские бойцы с честью выдержали испытание. Навечно останется в памяти народной подвиг экипажей подводных лодок Санта-Фе и Сан-Луис, дизельных лодок, постройки сороковых годов! Санта-Фе ТРОЁ СУТОК вела неравный бой с пятью надводными кораблями Великобритании и двумя ядерными подлодками.
Закидываемая сотнями глубинных бомб и гранат, поливаемая сверху огнем с вертолетов, подвергаясь торпедным и ракетным обстрелам, Санта-Фе отказалась капитулировать в безнадежном положении. Будучи поврежденной, с полузатопленными отсеками, лодка поднялась на поверхность, и под огнем британских вертолетов продолжала сражение на поверхности. В архивах сохранились слова ошарашенного британского летчика: - «Они подняли белый флаг! Ну, наконец-то... Ой, это не белый флаг, это аргентинский, они опять по нам стреляют, это не люди, это дьяволы морские!!!» Горящая, полуразбитая лодка выбросилась на камни, но врагу не покорилась. А Сан-Луис? Пять раз за семь дней лодка атаковала британские конвои!!! На ее счету тяжело поврежденная атомная подлодка противника, один эсминец и, по всей видимости, один транспорт! И каждый раз британцы бросали на Сан-Луис всю мощь своего флота и авиации. ТРИЖДЫ объявлялось об ее потоплении, и трижды героическая лодка снова атаковала противника!
Весьма показательно с правовой точки зрения то обстоятельство, что операции аргентинских подводников проводились в объявленной правительством Великобритании 200-мильной зоне войны, тогда как британские подводники осуществляли свои акции и в территориальных водах Аргентины, нарушая тем самым международные договора о морских границах. При этом, с развитием конфликта, англичане действовали все более бесцеремонно. На аргентинское побережье с английских ДЭПЛ, высаживались разведывательно-диверсионные группы.
Особой славой покрыли себя аргентинские летчики-южноморцы.
Боевые действия аргентинской авиации были сильно осложнены отсутствием хорошей разведки, небольшим радиусом полёта штурмовиков и малочисленностью подготовленного лётного состава. Боевые столкновения с английскими «Харриерами» происходили достаточно часто. Личный состав аргентинских летчиков редел. Наибольшие потери аргентинские ВВС понесли от зенитных ракет (45 самолетов), 31 самолет потеряли в воздушных боях, 30 — на аэродромах.
Командующий ВВС Аргентины Лами Дозо официально передал британцам, что, если английские корабли не отойдут от островов, против них будет предпринята массированная атака с применением авиации.
Действия 2-й эскадрильи в ходе войны можно считать образцом использования ограниченных сил и средств: аргентинцы смогли добиться заметных успехов и почти не понесли при этом потерь, причем противник у них был самый серьезный, не папуасы на пирогах. 2-я эскадрилья располагала пятью «Супер Этандарами», для вооружения которых имелось всего 5 ПКР. Личный состав насчитывал 12 офицеров, в т. ч. 10 летчиков, 86 унтер-офицеров и рядовых. Командовал ими капитан-де-корбета X. Коломбо.
Из 10 вылетов 4 оказались полностью и 2 - частично успешными. Из 5 выпущенных ракет достоверно поразили цели две и предположительно - еще две. При этом стоимость лишь одних вертолетов, уничтоженных на «Атлантик Конвейере», значительно превысила стоимость всех пяти АМ39.
По английским данным, самолеты «Супер этандар» произвели 26 боевых вылетов, в ходе которых 1 самолет был сбит и 1 получил повреждения.
Рассмотрим поближе один из первых боевых вылетов. Погода была отвратительная, снег сменялся дождем и туманом, но уже на следующий день после гибели крейсера «Генерал Бельграно» пара «Этандаров» отправилась на поиск кораблей неприятеля. Жажда праведной мести переполняла сердца пилотов. Правда, в этот день успех не сопутствовал аргентинцам: комэск Коломбо не смог сконтактироваться с танкером КС-130Н - пришлось вернуться на базу.
4 мая в 9:45 по местному времени капитан третьего ранга Аугусто Бедакаррац и лейтенант флота Армандо Майора стартовали с базы Рио Гранде на «Этандарах» с бортовыми номерами «02» и «03». На высоте 40-50 метров, соблюдая радиомолчание, они дважды дозаправились и вышли в район сосредоточения британского флота, обнаруженного в 10:30 патрульным самолетом «Нептун».
«Подскочив» до 150 метров, летчики включили РЛС. На экранах светились две цели - эсминец УРО HMS «Шеффилд» и ракетный фрегат HMS «Плимут». Разность курсовых углов составляла 40 градусов, и «Этандары» разделились.
На бортовых часах 11:04, а на «Шеффилде» еще не видят противника. Корабль ведет радиопереговоры с Лондоном, и его радары выключены, чтобы устранить помехи спутниковой системе связи «Скайнет». На дистанции 46 км РЛС «Этандара» захватила цель, а когда до нее оставалось 37 километров, капитан третьего ранга Бедакаррац нажал на кнопку «пуск».
А уже на следующий день телеэкраны всего мира облетели сенсационные кадры – «Экзосет» кометой несется над самой водой и поражает новейший британский эсминец проекта «42». На корабле загорелись магниево-алюминиевые надстройки, команда не смогла справиться с пожаром и была вынуждена оставить корабль. «Плимут» оказался осмотрительнее. На нем вовремя заметили опасность и дезориентировали «свою» ракету, выбросив облако дипольных отражателей. Резкий разворот и снижение до высоты 30 метров позволили аргентинским пилотам быстро уйти из зоны огня английских ЗРК.
По иронии судьбы на «Шеффилде» находился командный пункт противовоздушной обороны всего оперативного соединения, его гибель оказалась звонкой пощечиной британскому Адмиралтейству. Кроме того, на дно Атлантики отправилась, как минимум, одна ядерная боеголовка.
Чисто рекламной оказалась попытка уничтожить «Супер-Этандары» с помощью коммандос из спецподразделения SAS. Этой акции придавалось огромное пропагандистское значение, вероятно поэтому она так широко обсуждалась. Правда, о результатах британские газеты писали как-то странно: «сасовцы» нашли секретную аргентинскую авиабазу, чуть ли не подземный аэродром, проникли на ее территорию и «...подорвали один, а может быть, и больше «Супер-Этандар»». Аргентинская сторона лишь ограничилась нотой чилийскому правительству, на чью территорию якобы были высажены диверсанты.
Острова Южной Георгии три дня - с 22 по 25 апреля штурмовали с моря 3 эсминца (с 20 вертолетами). Оборонялась горстка аргентинцев в 100 бойцов. Обстрелы корабельной артиллерией, вертолетные налеты, рейды... Потом высадилась 1000 британских десантников. У аргентинцев было 40 десантников, 60 морских пехотинцев и экипаж подлодки Санта Фе (воюющий гаечными ключами). 3 британских вертолета было сбито, уничтожено 5 десантных лодок.
В те дни каждый аргентинский летчик мечтал лишь об одном - потопить вражеский авианосец. Это стало бы блестящей победой и настоящей катастрофой для британской эскадры, но прорваться в центр ордера, конечно, было невероятно трудно. Задача еще более усложнилась, когда дряхлые, готовые буквально рассыпаться в воздухе «Нептуны» перестали летать на задания. Их последний боевой вылет состоялся 15 мая. Функции воздушной разведки и целеуказания окончательно взяли на себя не оснащенные спецаппаратурой транспортные самолеты С-130 «Геркулес» и пассажирские лайнеры аргентинских авиалиний. В связи с этим увеличилось время пребывания ракетоносцев в зоне поиска, а, следовательно, и риск быть обнаруженными патрулирующими «Харриерами».
Тем не менее, «Этандары» продолжали поиск врага. Вылеты 17 и 23 мая закончились безрезультатно. Летчики, опасаясь охранявших периметр «Харриеров», шли на бреющем, и не включали РЛС, надеясь обнаружить корабли визуально.
Аргентинские летчики практиковали смену маршрутов полета к цели, осуществляли подход к островам с различных направлений (чаще с юга), однако возможности для широкого маневра у них были ограничены. Рубежи дальнего радиолокационного дозора аргентинские летчики преодолевали, как правило, на малых высотах с привлечением демонстративных групп, которые часто связывали либо боем, либо преследованием английские истребители. Для наведения своих самолетов на цель аргентинцы использовали береговую РЛС AN/TPS-43, обеспечивающую обнаружение воздушных целей на дальностях до 400 км.
Для преодоления ПВО аргентинцы использовали такой прием, как массирование самолетов, с целью перенасыщения обстановки за пределы возможностей средств ПВО. Это  наглядно показал удар по фрегату «Ардент».
Для увеличения радиуса действий своей авиации в самом начале конфликта аргентинское командование организовало дежурство самолета-заправщика КС-130 в воздухе.
У аргентинцев имелись: четырехмоторные реактивные авиалайнеры Boeing 707, модернизированные для ведения электронного наблюдения и морской разведки; самолет берегового патрулирования Lockheed P-2V Neptune, самолеты Grumman S2F Tracker и Gates Learjet 35А - все американского производства.
С 1 мая по 19 июня они выполнили 466 полетов на воздушную разведку, налетав при этом более 2200 часов. В интересах скрытности эти полеты осуществлялись с выключенной бортовой РЛС, на предельно малых высотах (до 15 метров). С выходом в район нахождения английских кораблей самолет-разведчик резко набирал высоту до 150 метров, кратковременно включал бортовую РЛС и после засечки целей снова снижался.
Главной целью аргентинских лётчиков были крупные авианесущие английские корабли.
Их обнаружение и атака были успешными только при напряжении всех сил и использовании неожиданных приёмов. Атака организовывалась с восточной стороны, откуда меньше всего ожидали удара англичане. Для этого аргентинские лётчики уходили очень далеко на восток над океаном.
Проводя одну из операций, скрытно дозаправившись от танкера КС-130, аргентинские пилоты вышли в район в ста милях северо-восточное Пуэрто Архентино, где береговая РЛС AN/TSF-43F обнаружила корабли англичан. В пятом часу пополудни на расстоянии 80 км от расчетной точки пилоты засекли большую группу судов. Крупную цель окружали эсминцы и фрегаты. Вот он, авианосец!
Цель идентифицирована как HMS «Гермес». Подход в район самолеты осуществляли на высоте 40 — 50 метров со скоростью 900 км/час. На часах 16:32, дистанция 48 километров - атака! Ракеты устремились к своим жертвам, которые уже заметили опасность. Эфир содрогнулся бурей радиопомех, над морем взвился фейерверк стартующих ложных целей, дипольных отражателей и тепловых ловушек, но зенитные комплексы не успели отразить удар. Вынырнув из сверкающего облака станиолевых полосок, ракеты «растерялись», их головки потеряли цель, и они легли в галс. И тут совсем рядом, в каких-то 5-6 км оказалась новая жертва - контейнеровоз «Атлантик Конвейер».
Удар, взрыв, пожар - и огромное судно пошло ко дну, унося с собой 6 средних и 3 тяжелых транспортных вертолета, а также несколько сот тонн продовольствия, снаряжения и боеприпасов, предназначенных для экспедиционных сил. На борту «Атлантика» погибло 12 человек. Аргентинцы заявили, что транспорт и был главной целью заранее спланированной акции, и что именно его искали два «Геркулеса», один из которых и навел «Этандары».
Аргентинцам очень помогла мобильная РЛС AN/TPS-43 компании Westinghouse, которая была размещена на позиции названной «Сэппер Хилл». Британцы предприняли несколько атак на эту РЛС, однажды даже использовав противолокационную ракету AGM-45 Shrike, запущенную с дальнего бомбардировщика Vulcan. Однако все эти атаки были неудачны, и РЛС эффективно работала до самого окончания войны.
Последний, двенадцатый боевой вылет 2-й эскадрильи состоялся 30 мая. В этот день был задуман комбинированный удар по авианосцу HMS «Инвинсибл». Планировалась атака с разных направлений - аргентинцы поняли, что система управления британских зенитных ракетных комплексов не справляется в этом случае с обильным потоком информации от радаров и блокирует передачу команд огневым средствам.
Стартовала пара «Супер-Этандаров» с бортовыми номерами «05» и «02». У них была одна (последняя!) ракета на двоих. «Двойка» должна была подстраховать машину ведущего, если на ней откажет локатор. Вторая, отвлекающая, группа состояла из восьми «Скайхоков», каждый из которых нес по три пятисотфунтовые бомбы. Самолеты нашли противника и, несмотря на то, что тоже были обнаружены, пошли в атаку. Их летчики уже видели главную цель - авианосец «Инвинсибл».
«Скайхоки» разделились. Первая четверка ринулась в атаку, вызывая на себя огонь всех кораблей охранения. Тем временем остальные скрытно выходили на исходные рубежи для нанесения решающего удара.
Пилот «нольпятого» «Этандара» Алехандро Франциско четко выполнил заход. Оставляя за собой жирный дымный след, ракета вырвалась из-под крыла и понеслась вперед, а пара ракетоносцев, отстрелявшись, вышла из боя. На земле они доложили об уничтожении цели.
«Этандары» отвлекли на себя основное внимание, и британские зенитчики едва не прозевали атаку второй четверки «Скайхоков». Несколько бомб попало в авианосец, корабль сильно накренился и загорелся.
А на следующий день аргентинские газеты с небывалой помпой возвестили о его гибели.
8 июня, аргентинские ВВС предприняли еще одну серию ожесточенных налетов на британские корабли и войска в районе Порт Стэнли, что заставило британцев задержаться с оккупацией столицы островов. Во время этих налетов, два десантных корабля – «Сэр Тристан» и «Сэр Галлахард» были сильно повреждены аргентинским самолетом, среди пытавшихся высадиться десантников было множество убитых.
Флагманский эсминец «Шеффилд» и эсминец «Ковентри», крупнейший транспорт «Атлантик Конвейер» и авианосец «Инвинсибл», десантные корабли «Сэр Галлахард» и «Сэр Ланселот» - а также многие другие корабли англичан либо нашли свою могилу в холодных водах антарктики, либо были тяжело повреждены отважными пилотами-аргентинцами.
55 аргентинских летчиков пали смертью храбрых в сражениях с империей. Всего было сбито 62 аргентинских самолета, но 8 английских кораблей было потоплено, а 21 поврежден, из них 15 серьезно. 34 английских самолета и вертолета были уничтожены аргентинскими средствами ПВО.

Мира современного картина -
Сильным – всё, а прочим – ничего…
Грохот над Пуэрто Архентино:
Бьёт по «Харриерам» ПВО.
Но, пусть ветер потемнел от гари –
Смертью, англичанин, не грози:
С чётками в руках поют «Розарий»
Ангелы с солдатами в грязи.
Силы света много попустили…
Но сегодня пекло задрожит:
Кавалькадой рыцарей Кастильи
Над волнами мчатся «Миражи».
Зимний шторм стал зноем Палестины,
В мире теплохладные – не все…
Как за Гроб Господень, за Мальвины
Копьями разили «Экзосет».
И пускай неверующим мнится,
Что весь мир у золота в плену –
Умирать умели аргентинцы,
Как умели наши на Дону!
От земли, где взрывы скалы рушат
И ликует атлантистский ад,
Примет паладинов Своих души
Богоматерь Донья Соледад
И введет в Сыновние покои,
Где ни смерти, ни печали нет,
Где Эспаньи и Руси герои
Облекут пришедших в белый свет.

С американского острова Вознесения английские стратегические бомбардировщики «Вулкан» наносили удары по аргентинским аэродромам, но и эти удары не сломили волю аргентинцев. Известно донесение с английского бомбардировщика: «Бомбежка закончена, все на земле горит, их взлетная полоса перепахана, больше не взлетят!! А через полчаса удивленный возглас ведущего следующей группы: - Боже, четыре их истребителя взлетают с этой полосы, как они умудряются? Это невероятно!! Они за полчаса починили полосу! Как?»
В ночь на 3 июня был осуществлен очередной противорадиолокационный вылет английского самолета «Вулкан», закончившийся плачевно. Из-за повреждения системы заправки в воздухе, «Вулкан» был вынужден приземлиться на территории Бразилии, где он был секвестирован до 11 июля. Имевшаяся на его вооружении ракета была конфискована.
А на островах разворачивалась кровавая драма. Командующий аргентинским экспедиционным корпусом оказался гнилой пустышкой. Сражаться с англичанами он не умел и не пожелал, предпочтя хорошо оплаченную игру в поддавки. Преспокойно допустил высадку английского десанта. Инициативу упустил сразу же. Боевой дух аргентинских войск поддержать ему понятное дело не удалось. Да он и не хотел этого. Зато раздувался от спеси и надменности, разговаривая с подчинёнными.
Плохо обученные аргентинские солдаты, видя неудачи одну за другой, стремительно теряли боеспособность. Офицеры сражались стойко, но их было мало. Англичане наседали, используя преимущество в инициативе боя, корабельную поддержку и хорошую разведку.
В последнем сухопутном бою за овладение последними высотами Мальвин пали 140 аргентинских пехотинцев и 60 британцев...
Англичане очень опасались, что Советский Союз поможет Аргентине оружием. Они предполагали, что на островах есть русские. Радиоперехват неоднократно доносил, что общение ведётся на русском языке. Спецподразделениям SAS было особо указано на выявление и уничтожение русских в первую очередь. Пассивная тактика командующего аргентинскими войсками привела к сдаче гарнизона. Не обошлось в этом деле без предательства высших офицеров армии Аргентины.
Оставшуюся без боеприпасов 2-ю эскадрилью «Супер этандеров» аргентинцы скрытно перебросили на тихий аэродром подальше от войны. Бросать на штурмовку войск такую технику было бы уже слишком.
Всего в боях за архипелаг пали 675 (или около) аргентинцев и около 500 британцев.

ПИСЬМО ЛЕЙТЕНАНТА ЭСТЕВЕСА
ПАВШЕГО В БОЮ ЗА МАЛЬВИНЫ В 1982 ГОДУ

Эта весточка в папины руки,
Пролетев над волной, попадёт,
Когда выстрел английской базуки
Уничтожит уж мой пулемёт…
Я останусь лежать, остывая,
В мешанине замшелых камней
И завоет, меня заметая,
Ледяная метель всё сильней.
Это дух мой к тебе обратился:
Я тебе благодарен, отец,
Что в семье аргентинской родился,
Где прославлены честь и Творец.
Также я благодарен безмерно
На холодном, святом рубеже,
Что уменье быть смелым и верным
Ты привил моей юной душе.
Я солдат, с детских игр до могилы,
Жаль, что вряд ли прочту твой ответ…
Здесь противник найдёт Фермопилы,
Где туман закрывает хребет.
Приближаются взрывов раскаты…
Как тебя бы хотелось обнять!
Дарвин-Хилл и наш полк двадцать пятый
Не позволят неправду сказать.

А вот что писал Николай Леонидович Казанцев:
«Измлада я мечтал попасть в русскую историю, а угодил в аргентинскую…
Более века Аргентина не вступала в войну, а когда 2-го апреля 1982 года ввязалась, то не более ни менее как против Коварного Альбиона, пользовавшегося поддержкой всего НАТО.
Кто же мог подумать, что из сотен аргентинских журналистов единственным военным корреспондентом на Мальвинских островах окажется родившийся в австрийском лагере Парш русский белый эмигрант?! А произошло именно так. Судьба? Случайность? Робость прирожденных местных журналистов, предпочитавших незавидную долю «тыловых крыс»?
После десанта аргентинских Вооруженных Cил на Мальвинах, - незаконно оккупированных Англией с 1835 года, - буэносайресские репортеры прилетали на острова, наспех делали интервью и в тот же день сломя голову возвращались восвояси, на мaтерик, несмотря на уговоры остаться. И так продолжалось до предпоследних дней апреля, когда английский флот установил блокаду архипелага.
Правда транспортные самолеты аргентинской военной авиации pегулярно прорывали блокаду, да вот журналистов на них уже больше не пускали.
Меня же «томительно звонкий голос войны» всегда манил и пьянил. Поэтому, как зацепился на островах в качестве корреспондента аргентинского телевидения (и буэносайресского еженедельника «Сиете Диас», в котором помещал свой «военный дневник»), так и неотлучно подвизался там, где клубился воздух войны и почётной смерти, не веря своему везению.
Впрочем главная причинa моей удачи пожалуй гнездилась в моем всегдашнeм, навязчивом мечтании побывать на настоящей крупномасштабной войне. Известно же, что достаточно сильные желания непременно исполняются. На ловца-то зверь бежит…
К тому времени я уже нюхал пороху в гражданских войнах в Никарагуа и Сальвадоре, но это были не те бои. Я же грезил попасть на войну «высокой интенсивности» для проверки собственных ощущений: не дрогну ли; достоин ли своего отца. Да и в стремлении попасть на войну сказывались, видать, гены. Меня не приняли на аргентинскую военную службу как уроженца Австрии: я oказался первым штатским в дворянской служилой военной семье, сражавшейся за Россию, по крайней мере, с времён Ивана Грозного. И об этом сокрушался. Но, вот, мне безумно повезло… И войну я встретил с прямолинейной горячностью; моя душа была к ней давно готова. Ей было весело среди солдат.
Надо сказать, что в обстановке тогдашней Холодной Войны ходило много кривотолков о возможном военном вмешательстве «русских», то бишь Советского Союза, на стороне аргентинцев: ведь фактически НAТО в полном составе было поднято на ноги дабы проучить нахальных нарушителей Ялтинского соглашения.
Меся грязь по траншеям архипелага, я слушал постоянные вопросы аргентинских офицеров: «Ну, как там, русские нам помогут?»
B то время я еще не знал, что буэносайресские братья, скауты белой Организации Российских Юных Разведчиков, Александр и Михаил Беликовы, офицеры аргентинского флота, тоже находились на театре военных действий.
Советское правительство и Фидель Кастро предлагали Аргентине свою помощь, но председатель военной хунты, генерал Гальтиери, её oтклонил, понимая что если таковую принять, в войну вступят США. Тем не менее, у аргентинцев оказалось на руках известное количество советского оружия.
К примеру, мне довелось держать ракету земля-воздух САМ-7, которой начальник радиометристов майор Сильва мечтал подбить какой-нибудь из наседавших английских самолетов Си Харриер. Правда, ракеты были получены не от СССР, а от перуанцев. Но всё равно этот факт подливал масла в огонь догадок о возможной помощи «русских» аргентинцам.
А пуще прочего, как потом выяснилось, эту версию подпитывало в глазах англичан… мое присутствие на Мальвинских островах!
Поясню. После благополучного возвращения на материк я узнал, что когда в мальвинскую столицу вошли английские командосы SАS (Special Air Service), они всюду искали «мистера Казанцева».
Я долго ломал голову, отчего бы такой интерес к моей скромной персоне? Наконец, офицер аргентинской военной разведки открыл мне загадку.
Дело в том, что во время осады, когда я устанавливал радиосвязь с семьей, то говорил, естественно, по-русски. А с британского флота подслушивали абсолютно все разговоры. И, наткнувшись на чистую русскую речь, там решили, что ею в осажденном аргентинском гарнизоне мог владеть только агент Кремля. Они, естественно, подумали, что мои слова были наверно закодированы, и что когда я говорил, например: «Как дети? Учатся прилежно?», сие могло означать нечто вроде: «Пора прислать МИГи на подмогу». Бог спас. Легко вообразить, сколько надавал бы мне тумаков английский спецназ, пока бы не убедился, что я не агент Кремля, а гражданин не отмеченного на картах государства Зарубежная Русь!
Это была во многих отношениях моя война. Сознавая правоту аргентинцев в конфликте, я полностью разделял их идеалы и стремления. Кроме того, как белый эмигрант, я испытывал чувство признательности к приютившей нас стране и неприязни к британскому истеблишменту.
По прибытии на острова, мой телеоператор и я обратились к аргентинскому военному губернатору с просьбой зачислить нас добровольцами и снабдить оружием для участия в обороне архипелага.
Нам было наотрез отказано. А майор Доглиоли, адъютант генерала Менендеса, не преминул еще и подтрунить: «Если только вам, штатским, дадут оружие, то я зароюсь под землю и не вылезу оттуда до окончания войны».
Однако мне удалось - таки вложить свою свинцовую лепту в Мальвинскую войну. В одном из последних сражений, когда англичане уже окружили аргентинскую цитадель, а мы с телеоператором снимали на кинокамеру артиллерийскую дуэль между батареями подполковника Бальса и уже угнездившимися на горе Лонгдон английскими пушками, старший лейтенант Луис Кабальеро допустил меня к орудию: 105-миллиметровой пушке Ото Мелара.
И я яростно стрелял из неё по англичанам. Эти моменты моего боевого крещения были счастливейшими в моей жизни. Едкий запах пороха, оглушительный рёв пушки, одобрительные крики новобранцев – всё это ввергло меня в солдатскую нирвану. Я блаженствовал. Никогда – ни до, ни после - мой организм не качал столько адреналина… Да и вообще вся война была для меня захватывающим приключением, волнительным временем, когда от счастья спирается дыхание. Временем довольно-таки опасным, но безумно увлекательным. Почти каждый день я был под обстрелом, мёрз и промокал наравне с солдатами, делил ними радости и печали, помогал, чем мог, в частности, доставая им еду.
Несколько лет спустя, в 1995-ом году, Мартин Бальса, став генерал-лейтенантом и главнокомандующим аргентинской армии, наградил меня, в память того боя, орденом «За Выдающиеся Заслуги».  Я ведь не был просто-напросто объективным репортером (если вообще такая вещь как «объективность» существует в природе), а чувствовал аргентинцев своими братьями по оружию, полностью разделял их стремление вернуть себе Мальвинские острова. Хотя, разумеется, ни на секунду не скрывал перед ними своей русскости. Рассказывал им о Белом Движении, делился надеждами на освобождение России от коммунизма, сетовал, что юнкера не изучают в местных военных училищах опыт русских полководцев. Пытался втолковать, что для успеха обороны нужны суворовские «быстрота, глазомер, натиск», а не пассивность и неподвижность, проявляемая – не в пример аргентинским летчикам - военным губернатором архипелага, генералом Менендесом.
В голове пронесся образ отца, офицера Русского Корпуса, окончившего Королевскую Военную Академию в Югославии по специальности противоаэропланная артиллерия.
Пытался переводить офицерам отдельные стихи Гумилева, тоже писавшего, кстати, свой «военный дневник» во дни Первой Мировой войны, (вышедший много десятилетий спустя под заглавием «Записки кавалериста»).
Я ходил по окопам и дотам, имея в карманах моей трофейной английской куртки книжечки вождя акмеизма (регенсбургского эмигрантского издания 1947 года, с предисловием Вячеслава Завалишина). И в какой-то крошечной, скромнейшей доле тоже чувствовал себя причастным к «конквистадорам в панцыре железном».
Гумилевскими не побоюсь назвать чудеса храбрости, творимые аргентинскими летчиками, - не уступавшие по своей лихости и доблести героизму Белых Армий и Русского Корпуса на Балканах.
Авиаторы поистине стали для английского флота «вихрем грозовым и бурей и огнем».
Подумать только! На своих допотопных истребителях «Скайхоук», модели 50-х годов, эти крылатые витязи бесстрашно налетали на могущественную английскую эскадру, состоявшую из кораблей модели 80-х и непрестанно выводили из строя и топили эти усовершенствованные фрегаты – последнее слово военной технологии.
Причем, долетев до эскадры на бреющем полете, у них для собственно атаки оставалось горючего всего лишь на несколько минут. Не успей они расправиться с фрегатом за этот огрызок времени, не вернуться им уже на свои базы на материке, - даже если удастся выскользнуть невредимыми, - а утонуть в ледяном Южно-Атлантическом океане.
Английские суда их встречали ураганным огнем, эдаким защитным ершом, и тем не менее удалые пилоты ухищрялись таранить их бомбами, притом подлетая так низко и так близко, что иногда задевали их мачты.
Однако они отнюдь не были самоубийцами-камикадзе. Их отвага определялась глубиной их христианской веры. Они сражались, как это только могут делать люди, свято верящие в загробную жизнь. Не было ничего более летального для английского флота, нежели только что исповедовавшийся и причастившийся аргентинский летчик: он не боялся ничего на свете. Многие из них одарили меня своей дружбой: нет, и никогда не будет для меня высшей чести!
Немудрено, что трепетно переживая их эпопею, война мне еще острее представилась как священнодействие:

И воистину светло и свято
Дело величавое войны
Серафимы ясны и крылаты
За плечами воинов видны.

Война эта перевернула всю мою жизнь. После неё, меня настырно преследовали пришедшие к власти левые, обвиняя в милитаризме и куче прочих грехов и вынудив, в конце концов, искать работу за пределами Аргентины. Но я бы и вновь на неё отправился!
Я написал о ней две книги: «Мальвины огнём и кровью» (1982) и «Страсти по Мальвинам» (2007). Я проводил параллель между генералами Куропаткиным и Менендесом, упоминая о летчике-истребителе Первой Мировой войны Петре Нестерове…
И на контр-обложке обеих книг – вызывающее подчеркивание, что являюсь внуком офицеров Царской Армии. Как написала мне эмигрантская общественная деятельница Ксения Прокопович, после выпуска первой книги: «это Вам пользы не принесет…»
Однако, слава Богу, никогда в жизни не занимался я мимикрией с намерением не раздражать господствующую в аргентинских журналистических и около-культурных кругах левую интеллигенцию. Не раз из-за этого лишался работы. Но верил и верю, - как начертал сыновьям в посвящении моей новой книги:
«Жизнь дана нам не для успеха, а для служения: Богу, отечеству, ближнему».Самое важное - не достижение успеха, признания, победы, а стояние с честью.
И в этом смысле Мальвинская война, когда малая, миролюбивая Аргентина фактически сражалась против сил всего НАТО, войдет в Историю в одной обойме с такими достойными восхищения поражениями как спартанские Фермопилы, сербское Косово Поле, французская Вандея и героический Севастополь.
Я покинул архипелаг на 74-й день войны, в ночь с 13 на 14 июня, накануне сдачи аргентинского гарнизона, на борту транспортного Геркулеса С-130, капитан которого, Виктор Боршерт, решил не отдавать свой самолет врагу. Мы вылетели с уже окруженного англичанами аэродрома, освещаемого вспышками бенгальских огней противника, под грохот перестрелки.
Вдогонку с самолета Харриер в нас запустили ракету, но волею Божьей промахнулись.
Мы летели, пригнувшись к океану, чтобы уйти от радаров, и морская пена омывала кабину Геркулеса. От напряжения нервы были готовы лопнуть (у моего телеоператора случился микро-инфаркт), пока, наконец, бравый капитан Боршерт не вывел нас из зоны риска. Члены экипажа Геркулеса и шестеро десятков его пассажиров, - не пожелавших сдаться в плен военнослужащих, - по сей день собираются на «асадо» (аргентинское национальное мясное яство) в годовщину дерзкого перелёта, отмечая как бы свой новый день рождения».
Когда бои войны 1982 года закончились, все пять «Супер-Этандаров» были выставлены на всеобщее обозрение. На борту «ноль-второго» были нанесены изображения «Шеффилда» и «Инвинсибла», на «тройке» - «Шеффилда» и «Атлантик Конвейера»; контур потопленного контейнеровоза украшал нос борта «04», а «ноль-пятый» красовался силуэтом «Инвинсибла».
Теперь перенесёмся в восточное полушарие. В четверг 3 июня 1982 года израильский посол в Великобритании Шломо Аргов вышел после званого обеда из отеля «Дорчестер» в Лондоне. Его поджидал палестинец, который выстрелил и тяжело ранил посла в голову. Официальный Тель-Авив решил, что в этой ситуации он не может более оставаться равнодушным.
4 июня 1982 года израильская авиация нанесла ракетно-бомбовые удары по объектам ООП в районе Бейрута и по всему Ливану. ООП немедленно ответила, обстреляв из артиллерии и РСЗО израильские поселения в Северной Галилее.
Очередной крупный конфликт на Ближнем Востоке становился неизбежным.
На ливанской границе Израиль сконцентрировал 11 дивизий, объединенных в три армейских корпуса. Каждому корпусу была выделена своя зона ответственности или направление: Западным направлением командовал генерал-лейтенант Екутиель Адам, Центральным направлением - генерал-лейтенант Ури Симхони, Восточным направлением - генерал-лейтенант Януш Бен-Галь. Кроме того, на Голанских высотах, в непосредственной близости от Дамаска, были развернуты две дивизии под командованием генерал-лейтенанта Моше Бар-Кохба. В составе бронетанковых дивизий было 1200 танков. Общее командование операцией было возложено на начальника Генштаба генерал-полковника Р. Эйтана и командующего Северным военным округом генерал-лейтенанта А. Дрори.
Израилю противостояла армия Сирии. Главным военным советником - советником министра обороны Сирии был генерал-полковник Г. Яшкин. Ему подчинялись заместители по ВВС - генерал-лейтенант В. Соколов, ПВО - генерал-лейтенант К. Бабенко, РЭБ – генерал-майор Ю. Ульченко.
Начальник Генерального штаба ВС СССР Маршал Советского Союза Н.В. Огарков поставил Яшкину конкретную задачу - создать в сирийских ВС организованный, знающий, работоспособный, дисциплинированный коллектив военных советников. На этой основе в самое короткие сроки развернуть современную оргштатную структуру с учетом боевых возможностей поступающей в Сирию нашей военной техники, разработать новые формы и способы ведения боевых действий с конкретным противником.
Около тысячи советских офицеров находились на всех звеньях управления сирийскими войсками – от батарей и рот до министерства обороны Сирии.
Интерес представляют некоторые факты биографий президента CAP и министра обороны.
X. Асад родился в 1930 году в небольшом городе на северо-западе страны, недалеко от Латакии. Он был старшим сыном в большой крестьянской семье, общественно-политической деятельностью увлекся еще в школе. В одно время с обретением Сирией независимости вступил в БААС (Партия арабского социалистического возрождения). В 1955 году X. Асад поступил в военно-воздушное училище. Трудолюбие и талант сделали его лучшим пилотом страны. Летное мастерство он совершенствовал в Советском Союзе, в авиационном учебном центре под Фрунзе. В 1963 году организованная X. Асадом подпольная группа военных помогла партии БААС взять власть. Осторожный и прагматичный лидер, умеющий балансировать на грани, X. Асад снискал уважение в партии и народе.
Министр обороны Сирии М. Тлас окончил танковый колледж, служил и воевал в Египте. Будучи командиром танкового батальона, познакомился с X. Асадом. Они сошлись во взглядах, вместе участвовали в политической борьбе. В 1970 году Тлас сыграл одну из важных ролей в отстранении от власти прежнего главы государства. В 1972 году он получил звание корпусного генерала, стал министром обороны, первым заместителем главнокомандующего. М. Тлас учился в Советском Союзе, окончил Военную академию Генерального штаба. М. Тлас человек всесторонне образованный и, несомненно, одаренный, автор нескольких поэтических сборников, художник-портретист, прекрасный фотограф, признанный в Сирии специалист по усовершенствованию фотокамер.
6 июня в 11.00 крупные подразделения бронетанковых войск Израиля пересекли ливанскую границу. Началась варварская захватническая операция Израиля с издевательским названием «Мир Галилее».
Разработанный израильским генеральным штабом план боевых действий предусматривал в максимально короткие сроки выход израильских частей на подступы к Бейруту.
В долине Бекаа, через которую пролегал кратчайший путь к Дамаску, наступала танковая дивизия Израиля. Она была усилена подразделениями «Нахал» (военизированные молодежные формирования). Противостоящие ей военизированные палестинские формирования остановить ее, естественно, не могли.
Учитывая складывающуюся обстановку, сирийское командование выдвинуло сюда три передовых отряда по одному танковому батальону от 91-й танковой бригады на заблаговременно оборудованные в инженерном отношении рубежи. Каждый батальон был усилен ротой автоматчиков из полка спецназа и прикрывался зенитно-ракетными комплексами «Оса». Передовые отряды с подобными средствами усиления были выдвинуты и на центральном участке оборонительной полосы. Главные силы сирийской группировки в Ливане: три дивизии в первом эшелоне и две - во втором к началу войны находились в запасных районах. В полосе обороны были оставлены только ограниченные силы. При этом широко использовались ложные цели: надувные, закамуфлированные под цвет местности танки, орудия, зенитно-ракетные комплексы, покрытые металлизированной краской и снабженные термоизлучателями. Благодаря этому огневой удар израильских войск перед форсированием реки Захрани 8 июня не достиг реальной цели. А вот воздушный десант и переправившиеся на противоположный берег реки передовые отряды противника встретили организованный отпор. Враг был остановлен, а в некоторых местах отброшен на исходные рубежи.
7 июня в воздушном бою над Бейрутом были сбиты по одному F-16 и МиГ-23. Три МиГ-23МФ (лётчики Халляк, Сайд и Мерза) атаковали группу F-16A. Капитан Мерза  сбил один F-16 (по докладу летчика, он сбил два F-16A, но эта информация не подтверждена), однако при выходе из атаки сирийский самолёт сам был подбит ракетой и лётчик катапультировался. В подтверждение победы Мерза принес в расположение своей части парашют израильского пилота.
1-я сирийская бронетанковая дивизия на момент начала боевых действий находилась на территории Сирии в районе ливанской границы, 8-го июня она была введена в Ливан и размещена в долине Бекаа, на хребте Антиливан (к востоку от Бекаа).
С 8 июня развернулись активные воздушные бои. В 8:00 эскадрилья МиГ-21бис отражала налет А-4 «Скайхок» на позиции сирийской 85-ой отдельной моторизованной бригады к юго-востоку от Бейрута и сбила два из них, при этом F-15, прикрывавшие «Скайхоки», сбили два МиГа. В 12.00 произошел воздушный бой над Марджаюн.
В 16:00 пара МиГ-23МФ встретилась с F-16. Майор Хау на дистанции семь километров сбил ракетой Р-23 неприятельский самолёт.
Утром, 9 июля, четыре израильские танковые дивизии вышли на рубеж фронта от побережья до района Гармон. На центральном направлении, против наступавшей 162-ой израильской бронетанковой дивизии была развернута 51-я отдельная танковая бригада сирийцев и усиленный полк спецназа. Если в воздухе тактическое преимущество было частично на стороне Израиля, то тот же природный рельеф на земле играл на стороне сирийцев. Сирийское командование разместило танки в деревнях, ущельях, минировало узкие горные дороги, устраивало артиллерийские засады. Не стоит забывать и то, что главный военный советник в Сирии Г.П. Яшкин был танкистом.
Израильтяне предприняли «психическую» атаку, стремясь овладеть важнейшей стратегической коммуникацией - шоссе Бейрут - Дамаск. Однако это наступление было отражено с большими потерями с израильской стороны. По танковым колоннам группы Варди  впервые в этой войне были применены истребители бомбардировщики МиГ-23БН.
Восьмерка майора Муниба выполняла выход на цель на высоте 100 метров. В первом заходе не удалось израсходовать все бомбы, и командир принял решение повторить атаку, в результате внезапность была утрачена и пять из восьми самолетов были сбиты. Израильтяне потеряли 20 танков и 2 роты мотопехоты. Налет также выявил, что все пространство над Ливаном просматривается и прослушивается Израилем с трех сторон: с Голанских высот, с воздушных командных пунктов и самолетов ДРЛО (дальнего радиолокационного обнаружения и управления), курсирующих над севером Израиля и над морем.
По состоянию на июнь 1982 года из сирийских частей, находившихся в Ливане, машины Т-72 имела только 81-я танковая бригада 3-й танковой дивизии. Ее командующий бригадный генерал Ф. Шафик по собственной инициативе выдвинул свое соединение из второго эшелона и нанес мощный контрудар. Орудия израильских новейших «Меркав» оказались не в силах пробить броню Т-72. После боя сирийские экипажи насчитывали до 10 вмятин на лобовой броне, и ни одного пробития. По словам участника тех событий офицера сирийской армии Мазина Фаури, на его глазах Т-72 одним выстрелом осколочно-фугасным снарядом (бронебойно-подкалиберные и кумулятивные в тот момент уже закончились) «снимал» башню с израильского танка «Меркава». Еще один сирийский танкист, учившийся в нашей бронетанковой академии, также подтвердил высокую живучесть Т-72 на поле боя: после того как завершился бой, он, увидев на броне своего Т-72 лишь отметины от бронебойно-подкалиберных снарядов израильтян, стал целовать броню своей машины, как любимую женщину.
Лобовая броня «семьдесятдвоек» оказалась не по зубам и наиболее мощному западному противотанковому ракетному комплексу TOW. По утверждениям представителей сирийского командования, в боях лета 1982 года не был потерян ни один танк Т-72.
В то же время при стрельбе на дистанциях около 1500 метров слабая броня «Меркав» пробивалась насквозь. Так, по свидетельству очевидцев, при попадании снаряда из пушки Т-72 на дистанции 1200 метров башня «Меркавы» срывалась с погона. Всего в первые дни сражения было уничтожено 160 израильских танков и ни одного сирийского Т-72!
Основными противниками сирийских танкистов были танки МАГАХ-3 (М48А3, модернизированные в Израиле до уровня М48А5), МАГАХ-5 (М48А5) и МАГАХ-6А (М60А1). Причем все эти машины оснащались комплектами навесной динамической защиты «Блэзер». Были ими оборудованы и танки «Шот-Каль» («Центурионы» с дизелями), также воевавшие в Ливане.
Защита же сирийских Т-72 примерно соответствовала советскому «объекту 172М» образца 1974 года, то есть 410 мм броневой стали по башне и 305 мм по корпусу, приведенных к вертикали. Таким образом, исходя из лобовой брони корпуса, можно говорить, что на дистанции огневого боя свыше 1500 м танк Т-72 был неуязвим для 105-мм бронебойно-подкалиберных снарядов при условии их попадания в лобовую проекцию корпуса и башни. Так что сирийскому танкисту действительно было за что целовать броню Т-72.
Одно из наиболее значимых событий в операции «Мир Галилее» с военной точки зрения произошло 9 июня 1982 года.
К этому времени сирийские войска выдвинулись из запасных районов и заняли заранее оборудованные оборонительные полосы. С рассветом четыре танковые дивизии Израиля при поддержке артиллерии и авиации на фронте более 100 км - от побережья Средиземного моря до горных районов Гармон - двинулись в наступление. Столкнулись в противоборстве самые мощные на Ближнем Востоке вооруженные силы. С обеих сторон в сражении участвовало: более 200 тысяч человек личного состава (без учета палестинцев), около 3000 танков и БМП, свыше 300 орудий и минометов, около 900 самолетов. По донесениям советских военных советников командиров корпусов, дивизий, бригад, сирийские войска сражались в целом хорошо.
Накануне - 8 июня 1982 года Рональд Рейган выступил в британском парламенте. В этой речи он наиболее полно изложил свою антикоммунистическую доктрину и объявил «крестовый поход за свободу»:
       «Мы приближаемся к концу кровавого столетия, зачумленного ужасным политическим изобретением — тоталитаризмом... От Щецина на Балтике до Варны на Черном море у режимов, образованных тоталитаризмом, было 30 лет, чтобы установить собственную легитимность. Но ни один из них не рискнул до сих пор провести свободные выборы. Режимы, насаждаемые штыками, корней не дают...
       Мы унаследовали сложный мир... Сейчас есть такие угрозы нашей свободе и... самому нашему существованию, которые прошлые поколения не могли себе даже представить.
       Первая — угроза глобальной войны... Не вам мне говорить, что ядерное оружие может... если не полностью уничтожить человечество, то, без всякого сомнения, уничтожить цивилизацию, какой мы ее знаем сейчас...
       Угрозу свободе человека представляют и огромные полномочия, которыми обладает современное государство. История учит нас... к чему приводит чрезмерная власть: политический контроль получает превосходство над свободным экономическим ростом; тайная полиция, бессмысленная бюрократия — все объединяются для подавления индивидуального совершенства и личной свободы...
       Каким же должен быть наш курс? Должна ли цивилизация погибнуть?.. Должна ли свобода засохнуть в тихом, умертвляющем приспособлении к тоталитарному злу?
       Как бы иронично это ни звучало, но Карл Маркс был прав. Мы наблюдаем сейчас революционный кризис, кризис, в котором требования экономического порядка вступили в прямое противоречие с требованиями порядка политического. Но кризис происходит не на свободном немарксистском Западе, а в вотчине марксизма-ленинизма — в Советском Союзе. Это Советский Союз идет против течения истории, отказывая своим гражданам в человеческой свободе и человеческом достоинстве. Он, кроме того, испытывает серьезные экономические трудности... Наши вооруженные силы обращены на Восток, чтобы не допустить возможного вторжения. Советские войска тоже обращены на Восток, чтобы не допустить бегства собственного народа...
       Председатель Брежнев неоднократно подчеркивал, что соревнование идей и систем должно продолжаться и что это совершенно согласуется с разрядкой... Мы просим только, чтобы эти системы жили в соответствии со своими конституциями, уважали свои законы и выполняли международные обязательства, которые они на себя взяли...
       В то же время мы приглашаем Советский Союз рассмотреть вопрос о том, как соревнование идей и ценностей, которое они обязались поддержать, может проводиться на мирной и взаимной основе. Например, я готов предложить президенту Брежневу выступить перед американским народом по нашему телевидению, если он предоставит мне такую же возможность выступить перед советским народом. Кроме того, мы предлагаем сделать так, чтобы группы наших журналистов периодически появлялись на телевидении друг друга для обсуждения важных событий...
       То, о чем я сейчас говорю — это план... на длительную перспективу, марш свободы и демократии, который оставит марксизм-ленинизм на свалке истории точно так же, как он оставил там другие тирании, которые душили свободу и сковывали самовыражение народа...
       Я всегда удивлялся стеснительности некоторых из нас в том, что касалось поддержки идеалов, сделавших так много для облегчения судьбы человека в нашем небезупречном мире. Это нежелание использовать огромные ресурсы, находящиеся в нашем распоряжении, напоминает мне историю о старушке, чей дом был разрушен (во время бомбардировки Лондона). Спасатели обнаружили бутылку бренди... Сама старушка была в полубессознательном состоянии, и один из рабочих вынул пробку, чтобы дать ей немного бренди. Она тут же пришла в себя: «Ну-ка, ну-ка положите на место! Это у меня на крайний случай».
       Крайний случай наступил. Давайте же перестанем колебаться. Давайте воспользуемся нашей мощью... Давайте начнем крестовый поход за свободу...»
Поскольку израильтяне, получившие карт-бланш на любые военные действия от Рейгана, решили выбить сирийские войска в Ливане из двадцатипятимильной зоны от израильской границы, Тель-Авиву необходимо было добиться господства в воздухе. Этому препятствовали зенитные ракетные и радиотехнические подразделения, размещенные сирийцами в долине Бекаа за год до операции «Мир Галилее».
По Ливану проходят два высокогорных хребта (горы Ливана, достигающие высот 2-2,5 тысяч метров к югу от Бейрута, и горы анти-Ливана, достигающие высоты 3 тыс. м у горы Хермон). Эти горные хребты разделяют страну на 4 параллельные зоны, тянущиеся с севера на юг, прибрежную равнину, хребет гор Ливана, долину Бекаа и хребет анти-Ливана, по которому проходит граница между Ливаном и Сирией. Река Литани пересекает значительную часть Ливана с востока на запад, начинаясь в районе долины Бекаа и впадая в Средиземное море. Над югом долины Бекаа и подступами к Израилю господствуют высоты Бофора - 800-900 метров у излучины реки Литани. Горные районы мало подходят для развертывания подразделений РТВ. Возможности по маневру также предельно ограничены. Дороги в Ливане узкие и находились (на июнь 1982 года) в плохом состоянии. На вооружении ЗРВ САР находились советские ЗРК С-75, С-125 и «Квадрат».
1973-й стал годом первого большого успеха, когда  комплексами «Квадрат» было уничтожено около половины самолетов, потерянных ВВС Израиля. В первый же день боев египетские и сирийские средства ПВО сбили 30 израильских самолетов (в их числе и «Фантомы»). При этом 40% из них, в том числе и действующих на малых высотах, было уничтожено ЗРК «Квадрат». Только в период с 6-го по 24 октября комплексами этого типа было сбито, с расходом 95 ракет, 64 израильских самолета, а в период с 8 марта по 30 мая 1974 года для уничтожения шестерки самолетов было израсходовано всего восемь ЗУР.
Применявшийся в прошлом способ уклонения от ракет ЗРК С-75 против новых комплексов успеха не принес. Один из советских участников тех событий вспоминал, что внезапное применение ЗРК «Квадрат» в одном из боев привело к поражению шести израильских самолетов. Морально-психологическое воздействие от увиденного было настолько сильным, что летчик седьмого самолета катапультировался, не ожидая участи предыдущих.
По мнению зарубежных военных специалистов, в том числе и из США, новый ЗРК, по своим боевым возможностям превосходивший американский «Усовершенствованный Хок», значительно снизил эффективность боевых действий израильской авиации, использовавшей самолеты производства Соединенных Штатов и других стран НАТО.
Группировка радиотехнических войск Сирии в июне 1982 года имела на вооружении более 100 радиолокационных станций советского производства разработки 1950-60-х годов: П-35, П-37, П-14, П-14Ф, П-12, П-15; радиовысотомеры: ПРВ-11, ПРВ-13. С 1982 года в войска противовоздушной обороны Дамаска стали поставляться РЛС П-40, П-19 и радиовысотомер ПРВ-16.
На группировку радиотехнических войск Сирии возлагались следующие задачи:
- ведение радиолокационной разведки с целью вскрытия начала внезапного нападения воздушного противника;
- радиолокационное обеспечение органов боевого управления главного командования вооруженных сил, частей ВВС и ПВО для своевременного приведения в высшие степени боевой готовности; целераспределения (целеуказания) (наведения) частям зенитных ракетных войск и авиации для боевого управления;
- радиолокационное обеспечение полетов авиации ВВС;
- оказание помощи органам управления воздушным движением за соблюдением порядка использования воздушного пространства.
Для выполнения указанных задач созданная группировка радиотехнических войск имела в своем составе два отдельных радиотехнических батальона по десять радиолокационных рот (радиолокационных постов) в каждом. Радиолокационные посты группировки были развернуты в Северном и Южном районах страны, а также вокруг крупных административно-политических и экономических центров страны.
Командные пункты отдельных радиотехнических батальонов, выполнявшие роль разведывательно-информационных центров, были развернуты на двух центральных командных пунктах: ЦКП-1 Дамаск (10 радиолокационных постов Южного района страны) и ЦКП-2 Хомс (10 радиолокационных постов Северного района страны).
Расстояния между радиолокационными постами составляли от 80-100 до 200 километров.
Пространственные характеристики трехдиапазонного радиолокационного поля (удаление рубежей обнаружения, высота нижней границы сплошного радиолокационного поля, высота верхней границы сплошного радиолокационного поля, коэффициент перекрытия радиолокационного поля), созданного группировкой радиотехнических войск до начала боевых действий составляли:
- высота нижней границы сплошного радиолокационного поля: над территорией Сирии, в приморском районе и по линии развода войск с Израилем - 500 м;
- по границе с Ливаном - 500 м;
- над территорией Ливана - 2000 м (с развертыванием в 1981 г. в населенных пунктах Хильда и Райяк (Ливан) радиолокационных постов в приморском районе и долине Бекаа лишь в отдельных секторах - 200-500 м;
- по границе с Турцией - 1000-3000 м;
- по границе с Ираком - 3000 м;
- высота верхней границы сплошного радиолокационного поля над территорией Сирии - 25000 м;
- глубина радиолокационного поля (удаление рубежей обнаружения) за сирийско-израильской границей составляла 50-150 км, что позволяло в безпомеховой обстановке обнаруживать ударные, барражирующие и группы обеспечения, беспилотные летательные аппараты практически при взлете с аэродромов с набором высоты 500-1000 м и уверенно сопровождать на всем маршруте полета;
- коэффициент перекрытия радиолокационного поля — 2-3.
На высотах 100-200 м радиолокационное поле носило только очаговый характер.
Потенциальные информационные возможности группировки радиотехнических войск Северного и Южного районов страны в неавтоматизированном режиме поставляли 150-200 целей.
При децентрализованном неавтоматизированном способе выдачи радиолокационной информации, используемой в системе управления боевыми средствами авиации, зенитных ракетных войск для целераспределения, целеуказания (наведения), ее качество (точность, дискретность, достоверность, полнота, время запаздывания) удовлетворяло предъявляемым требованиям. Оно определялось в целом достаточно высокими характеристиками (в первую очередь, точностными) выдаваемой информации радиолокационными станциями, находившимися на вооружении радиолокационных постов.
При централизованном неавтоматизированном способе выдачи радиолокационной информации (оповещение), на командные пункты авиационных бригад, Главный пост наведения (ГПН) и пункты наведения (ПН) авиации, командные пункты зенитных ракетных бригад с ЦКП Северного и Южного районов страны точность (величина среднеквадратической ошибки) информации составляла 6-10 км, а время ее запаздывания достигало 6-8 минут.
Радиолокационное обеспечение, система связи и средства отображения позволяли осуществить наведение одновременно 24 самолетов-истребителей (групп) на 24 воздушные цели, в том числе 5 наведений с использованием автоматизированной системы управления «Воздух-1П».
Помехоустойчивость созданной группировки радиотехнических войск Сирии определялась, в первую очередь, индивидуальной помехозащищенностью стоящих на вооружении ее радиолокационных станций. На этот показатель оказывали влияние размещение РЛС в боевом порядке группировки (удаление от зон барражирования специальных постановщиков помех, мест расположения наземных центров постановки помех, постановщиков активных шумовых помех в составе ударных групп авиации). Разумеется, на помехоустойчивость группировки оказывали существенное влияние возможности перечисленных средств по созданию максимальных уровней спектральных плотностей мощности АШП.
Из парка радиолокационных станций, находившихся в группировке РЛС П-35, П-37, ПРВ-11 - могли использоваться только в безпомеховой обстановке. Кроме того, применение последних в условиях гористого рельефа, существенно ограничивало пространственные возможности этих РЛС из-за отсутствия или низкой эффективности аппаратуры СДЦ.
РЛС П-14Ф - имела высокую индивидуальную помехозащищенность, однако недостаточно грамотное размещение указанных РЛС вблизи горных массивов, интенсивность отражений от которых достигала 60-70 дБ (и превышала все разумные для рассматриваемого периода пределы по подавлению мешающих сигналов и селекции на их фоне движущихся целей), фактически сводило на нет преимущества в помехозащищенности указанной РЛС.
РЛС П-15 - по уровню своей индивидуальной помехозащищенности была способна обеспечить ведение радиолокационной разведки и выдачу радиолокационной информации на малых высотах в условиях применения активных шумовых помех слабой и средней интенсивности в отдельных секторах (направлениях).
Накануне проведения массированных ударов израильская авиация, учитывая опасность двух развернутых в Ливане радиолокационных постов в населенных пунктах Хильда и Райяк и находящихся на направлении главного удара, уничтожила эти посты. 8 июня в 14.50 - РЛП и ПН Хильда. 9 июня в 14.40 - РЛП Райяк.
Направленные для восстановления РЛП в н.п. Райяк две РЛС П-15 утром 10 июня были атакованы на марше израильской авиацией. Одна РЛС была уничтожена, другая получила средние повреждения.
Неожиданным для командования сирийских вооруженных сил, да и советских военных специалистов явилось комплексирование Израилем средств РЭБ: подвижные и стационарные центры РЭБ на Голанских высотах, специальные постановщики активных помех «Боинг-707», «Арава», разведывательно-ударные самолеты типа «Уайлд-Уизл», аэростаты-постановщики пассивных помех, беспилотные летательные аппараты РЭБ.
Помимо этого, были отмечены умелые и расчетливые приемы их использования, что позволило израильской стороне получить решающее преимущество и взять группировку сирийских ПВО как бы в «помеховые клещи».
За 4-5 минут до начала первого массированного удара 9 июня 1982 года в 14.00 были созданы интенсивные активные шумовые помехи радиолокационными средствами обнаружения и сопровождения. Помимо этого, израильтяне поставили мощные дискретные помехи для усложнения воздушной обстановки и имитации ложных направлений полета ударной авиации.
Для радиолокационных постов первой линии группировки РТВ Сирии (находившихся на направлении главных ударов израильской авиации) уровни спектральных плотностей мощностей помех составляли до 200-300 Вт/МГц в сантиметровом и дециметровом диапазонах и 150-200 Вт/МГц в метровом диапазоне.
Это привело к снижению пространственных характеристик радиолокационного поля на 75-90% в сантиметровом и дециметровом диапазонах и на 50-75% - в метровом диапазоне.
Радиолокационные станции сантиметрового и дециметрового диапазонов были подавлены почти вкруговую, а для РЛС метрового диапазона секторы эффективного подавления составляли 45-50 град.
Для радиолокационных постов, находившихся в глубине боевых порядков группировки РТВ, воздействие активных шумовых помех было менее эффективно. Однако и для них снижение пространственных возможностей РЛС составляло: до 40-60% в сантиметровом и дециметровом диапазонах волн, секторы эффективного подавления достигали 20-25 град; 30-40 град - в метровом диапазоне волн, секторы эффективного подавления достигали 10-15 град.
Фактически в результате воздействия активных шумовых помех были полностью подавлены радиолокационные средства (РЛС П-35, П-12, ПРВ-13) на ГПН Мардж-эс-Султан и радиолокационные посты в населенных пунктах Душейер, Кисуа (РЛП и ПН) и Мадар.
На радиолокационных постах, находившихся на удалении более 100 км от района боевых действий, активными шумовыми помехами (средней интенсивности) подавлялись лишь отдельные секторы (секторы эффективного подавления - 10-25 град), а вне их обнаружение и проводка целей были возможны.
Интенсивное радиоэлектронное подавление радиолокационных средств группировки радиотехнических войск на главных направлениях ударов израильской авиации привело практически к потере сирийцами радиолокационного поля.
Это трехдиапазонное радиолокационное поле, создаваемое с учетом географических особенностей района боевых действий - его ограниченными размерами не в состоянии было «держать удар» столь высоких уровней спектральных плотностей мощностей помех, созданных израильской стороной, хотя радиотехнические подразделения делали все возможное для выполнения боевой задачи.
Радиолокационное обеспечение боевых действий зенитных ракетных войск из-за отсутствия прямых каналов связи для передачи радиолокационной информации на КП зрбр и зрдн с радиолокационных постов организовано не было. Оно осуществлялось, в основном, с помощью автономных средств разведки и целеуказания, что значительно снижало возможности зенитных ракетных дивизионов по ведению самостоятельных боевых действий по внезапно появляющимся целям.
Подавление и уничтожение наземных и воздушных поставщиков помех не производились.
В результате 9 июня 1982 года в 14.00 военно-воздушные силы Израиля подвергли позиции ЗРВ и РТВ внезапным ракетно-бомбовым ударам. Всего за два часа было полностью уничтожено 19 зрдн. Еще 4 зрдн были серьезно повреждены. Тяжелые потери понесли и подразделения РТВ. Было это так.
В 4 часа утра практически одновременно с началом сухопутного наступления на позиции палестинцев на востоке долины Бекаа большие группы израильских самолетов начали совершать демонстративные полеты у границы ответственности сирийских ЗРК. Примерно, начиная с 10:00 в зону действия ПВО было послано большое количество БПЛА BQM-34, «Мастиф».
В воздух были подняты почти все самолеты тактической разведки, ДРЛО, радиотехнической разведки и воздушные командные пункты. В 13:00 по фронту до 200 км самолетами были выброшены облака дипольных отражателей (пассивные помехи РЛС).
В 13.50 средствами разведки сирийской группировки ПВО «Феда» своевременно был вскрыт подъем авиации Израиля с аэродромов и её сосредоточение в воздухе над сушей и над морем от Цура до Триполи.
В 14:02 – 14:10 по каждой позиции и командному пункту сирийской ПВО были нанесены удары 2-3 ракетами «земля-земля» «Зеев» и «Иври».
В 14:20-14:22 более 100 ударных самолетов нанесли удар противорадилокационными ракетами «Шрайк» и «Стандарт», а также управляемыми бомбами «Уоллай-2» по пунктам управления и наведения системы ПВО, по 2-6 самолетов на каждый пункт, еще через 20 минут до 80 самолетов нанесли удар шариковыми бомбами по позициям зенитных ракет. Атака продолжалась до 14.35.
В район атаки были вызваны сирийские истребители, в результате их появления часть израильских самолётов позорно бежала, не выполнив задания.
В 14:40 был выведен из строя радиолокационный пункт Райяк. Сирия утратила систему управления авиацией в долине Бекаа.
После первого удара израильтянами были проведены разведывательные полёты с целью определения ущерба, нанесённого сирийской ПВО.
Убедившись, что многие батареи ПВО небоеспособны, в 15:45 израильтяне нанесли второй удар по пусковым установкам ракет и наземным силам, размещённым в этом районе. Эта атака продолжалась 30 минут, в ней были применены фугасные и кассетные бомбы.
Прикрытие системы ПВО было поручено эскадрилье МиГ-23МФ. Размещенные в горах ЗРК имели узкие углы обзора и РЛС МиГов, по идее, должны были компенсировать этот недостаток. В условиях сильных помех и двукратного численного превосходства противника сирийцы на МиГах-23МФ в этот день сбили 2 F-16 - пары Диба и Сайда, Нахаза и Зена, потеряв 4 МиГа-23МФ - летчики Диб, Нахаз, Софи, Ясин.
На других участках военных действий сирийцы потеряли 2 МиГа-23МС и 6 МиГов-21МФ. Всего 12 самолетов. Еще 7 самолетов было потеряно сирийцами утром до начала ударов по системе ПВО «Феда».
9 июня Израиль официально заявил об уничтожении в воздушных боях 22 сирийских самолетов. Сирийцы заявили об уничтожении 26 самолетов противника.
Г.П. Яшкин — главный военный советник в вооружённых силах Сирии, командующий группой советских военных специалистов в Сирии свидетельствует:
«Все приемники сирийских комплексов подавлялись помехами очень высокой плотности во всем диапазоне частот. И чтобы с ними бороться, надо было не менее, чем в 20-30 раз ослабить их мощность. К сожалению, таких возможностей сирийцы не имели. Не имели их и мы. Средства радиоэлектронной разведки и помех ВС САР в то время не могли обеспечить ни нарушение управления войсками и оружием противника, ни даже минимальную защиту своих самолетов, ЗРК и других своих сил и средств ПВО только по одной причине - ограниченного частотного диапазона подавления.
В этой войне израильтяне создали хорошо действующую и оснащенную современной техникой систему РЭБ. Средства РЭБ были установлены даже на танках, кораблях, не говоря уж о боевых самолетах, и тем более специальных, таких как «Боинг-707», С-97 «Хокай», «Фантом» (АФ-4джи).
Комплексное и массированное применение средств РЭБ, ракет и управляемых бомб с оптико-электронными и радиолокационными головками самонаведения явилось решающим условием успеха Израиля по подавлению сирийской группировки средств ПВО в Ливане и завоевания господства авиации в воздухе. Опыт показал, что без современной автоматизированной системы управления, устойчивой помехозащищенности радиолокационных средств и средств связи, создания необходимого радиолокационного поля для самолетов управлять современной авиацией и средствами ПВО невозможно».
В наземном сражении успехи Израиля были существенно скромнее.  В центре 162-я танковая дивизия натолкнулась на упорное сопротивление 51-ой отдельной танковой бригады, оснащенной танками Т-62, занявшей хорошо подготовленную оборону к западу от Долины Бекаа. На западе израильские подразделения начали окружение Бейрута и предприняли попытку отрезать город от шоссе Бейрут – Дамаск.
После подавления системы ПВО примерно в 17:00 израильские 90-я и 252-я дивизии начали наступление против остатков 1-ой сирийской танковой дивизии, а также против передовых подразделений 3-ей танковой дивизии в долине Бекаа.
Наступление развивалось медленно из-за упорного сопротивления сирийских танковых войск. В ночь с 8-ого на 9-ое июня части 162-ой дивизии в горах Шуф и оперативной группы Варди армии Израиля, обходя Джезин, окружили 76-ю и 91-ю танковые бригады 1-ой танковой дивизии Сирии к югу от озера Карун. Сирийцы оказывали отчаянное сопротивление. Это серьезно затормозило продвижение войск.
К 12:00 положение сирийских бригад ухудшилось. Кончалось топливо и боеприпасы. На помощь им с территории Сирии были брошены элитные части 1-ой танковой дивизии, вооруженной в том числе и танками Т-72. Они нанесли удар севернее Рашайа. Сирийцы охарактеризовали в своей печати этот удар как «самое мощное танковое сражение в ходе войны». Израильтяне потеряли множество танков М-60, сирийские 76-я и 91-я бригады вырвались из окружения, с потерей более 200 танков. Лишившись топлива и боеприпасов, сирийцам пришлось оставить 90 совершенно целых танка Т-62, экипажи которых сбежали. Дивизию отвели в тыл на территорию Сирии для перевооружения танками Т-55 из резерва. После этого части сирийской 1-ой танковой дивизии продолжили движение к Захле.
162-я дивизия израильтян продолжила наступление от озера Карун и достигла друзского поселения Эйн-Зхальта в горах Шуф, в 15 км к югу от шоссе Бейрут-Дамаск. Там она была атакована подоспевшими на подмогу сирийским спецназом из состава 58-й механизированной бригады 3 танковой дивизии. В 9:30 развернулся встречный танковый бой с участием Т-62 и М-60. Израильтянам с потерями пришлось отступить к селению Барук.
ГРУ Генштаба Советского Союза вскрыло расположение основного и вспомогательного командного пункта израильских войск.
В 12:30 сирийская истребительно-бомбардировочная авиация силами 6 МиГов-23БН нанесла удар по штабу израильской группировки в селении Самахийя, погибло несколько высших офицеров. На этом направлении наступление израильтян полностью захлебнулось, и части 162-ой дивизии вели бой за Эйн-Зхальт до вечера 9-ого июня.
К вечеру, инициатива стала переходить к сирийским войскам. Сирийцам удалось остановить продвижение израильских войск на линии Эйн-Зхальта – Султан-Якуб – Янта. Поздно вечером под руководством советников сирийцы нанесли мощный артиллерийский контрудар.
Группа наших советников под руководством Г.П. Яшкина настаивала на контрударе во фланг 162-ой танковой дивизии израильтян силами двух отдельных бригад, уверенная в успехе. Действительно, остановленные израильские войска в случае подхода подкреплений с территории Сирии оказывались в крайне тяжелом положении и могли попасть в окружение. Для компенсации понесенных потерь в ночь на 10 июня на территорию Ливана были введены 82-я смешанная зенитно-ракетная бригада и три зенитно-артиллерийских полка. Казалось расплата не за горами, но в дело снова вмешались американцы. Рано утром 10 июня в Дамаск прибыл американский эмиссар Хабиб, а после обеда и госсекретарь США Шульц. Сирийцы завиляли задами и трусливо отложили контрудар.
Пока шли переговоры, утром 10-ого июня 162-я израильская дивизия прорвала оборону 51-ой сирийской бригады. Группа «Варди», 90-я и 252-я дивизии наступали вдоль берегов реки Литани. Для ударов по ним посылались четверка и пара МиГ-23БН. Оснащенные бомбовыми кассетами, они нанесли ощутимый урон живой силе и технике.
В 16:30 10-ого июня всего через 1 час после отлета американских эмиссаров Хабиба и Шульца из Дамаска, даже не дождавшись информации от них, Израиль начал вторую фазу операции «Арцав-19» по подавлению системы ПВО Сирии в Ливане. Всю первую половину дня, пока шли наземные сражения, беспилотные летательные аппараты и тактические разведчики выявляли позиции стоящих на месте комплексов ПВО только что введенной в Ливан 82-ой смешанной зенитно-ракетной бригады. Очевидное участие в операции высших американских дипломатов привело к тому, что детали второй фазы операции «Арцав-19» не опубликованы в Израиле до сих пор.
Приведу воспоминания Яшкина Г.П.
«Операцию по подавлению ЗРК израильтянам удалось провести только на узком участке - в полосе ответственности 82-й смешанной зенитно-ракетной бригады, а по постановке помех они задели и девять дивизионов ЗРК, сосредоточенных в горных районах Касьюн и Барук на территории Сирии.
   Операция по подавлению ЗРК в Ливане (долина Бекаа) развивалась следующим образом.
   Первое. Была создана группа радиоэлектронного обеспечения удара. В эту группу входили беспилотные самолеты - разведчики типа «Скаут» (Израиль) и «Файерби» (США). Летая на над позициями ЗРК САМ-6, они вели прямую телевизионную трансляцию изображения на командный пункт. Получая такую наглядную информацию, израильское командование принимало безошибочные решения на нанесение ракетных ударов. Кроме того, эти же беспилотные самолеты ставили помехи. Они засекали рабочие частоты РЛС и аппаратуры наведения сирийских ракетных комплексов. Более того, играя роль «приманки», вызывая на себя огонь сирийских ЗРК, самолеты - разведчики отводили его от боевых самолетов.
   В группу радиолокационного обеспечения и самолеты раннего предупреждения «Хокай». Их функции: засечка и контроль активности действий сирийских самолетов. Самолеты РЭБ «Боинг-707» и вертолеты типа «53с» непрерывно летая над северными районами Палестины и взаимодействуя с наземными установками РЭБ, прослушивали радиосети сирийских ВВС и ПВО и забивали их помехами. Пеленгуя работающие сирийские РЛС, они уточняли их координаты и передавали на оперативный (командный) пункт, что способствовало нанесению точных ударов.
   Второе. Были созданы три группы удара.
   Первая группа - наземные пусковые установки ракет класса «земля-земля» типа «Стандарт Арм». Эти установки действовали с вершин горного района Гармон, господствующего над позициями сирийских войск ПВО.
   Кроме наземных ракетных установок в уничтожении ЗРК участвовала дальнобойная артиллерия, установки реактивной артиллерии, при этом использовались шариковые и кассетные боеприпасы, обладающие способностью наводиться на цель (особенно на конечном этапе) с помощью инфракрасного и лазерного луча.
   В группу второго удара входили истребители-бомбардировщики «Фантом», оснащенные ракетами «Стандарт Арм», «Шрайк», «Мейверик». «Фантомы» уничтожали оставшиеся РЛС и пусковые установки, причем с дальностей, превышающих радиус действия сирийских зенитных ракет средней дальности (с рубежа 60-80км).
   Это были самолеты, предназначенные для подавления системы ПВО. На них были установлены специальные двигатели, которые не оставляли за собой следа конденсата, что затрудняло визуальное обнаружение самолета. Они были оснащены системой РЭБ под кодовым названием «ФР-38». Эта система принимает частоты РЛС противника и автоматически ставит против них помехи. 52 антенны, установленные по всему фюзеляжу самолета, обеспечивают устойчивый прием сигналов РЛС. Были на самолетах и другие новшества.
   Группа третьего удара состояла из истребителей «Кфир» и Ф-15, которые завершили уничтожение оставшихся пусковых установок нанесением обычных бомбовых ударов.
   Во время проведения той операции 10 июня в небе Ливана произошел крупный воздушный бой. С обеих сторон в нем участвовало около 350 самолетов. В этом бою Сирия потеряла 22 самолета (4 МиГ-23МФ, 8 МиГ-23МС, 10 МиГ-21бис). Израильтяне потеряли 10 самолетов. В целом с 6 по 11 июня ВВС Сирии в воздушных боях сбили 23 и потеряли 47 самолетов. Зенитно-ракетными бригадами в небе над Ливаном и частично над Сирией уничтожено 35 воздушных целей, из них 27 самолетов.
   Таким образом, за неделю войны сирийцы средствами ЗРК и силами ВВС сбили 58 воздушных целей. Из них: самолетов -50, беспилотных аппаратов - 8. Сами сирийцы потеряли 47 самолетов, сбитых в воздушных боях, и 20 - зенитными ракетами противника.
   В этих боях напряженно и слаженно работали Центральный командный пункт ВВС и ПВО под руководством дивизионных генералов Омара Сунуфа, Али Маляхафаджи, Али Салеха. Со знанием дела осуществляли управление радиотехническими частями и частями РЭБ генералы Самир Атайя, Салах Эдвин Ашрам. Но в силу слабой технической оснащенности эти части не смогли в полную меру обеспечить возложенные на них задачи. Они делали из невозможного возможное.
   На ЦКП ВВС и ПВО, как и на других пунктах управления, в боевых порядках сирийских войск и на огневых позициях в Ливане вместе с сирийцами неутомимо и самоотверженно трудились наши советские люди. С авиаторами - офицеры под руководством генералов В.Соколова и Н.Глаголева. У планшетистов, пультов, приборов управления ЗРК - советники, руководимые генералом К.Бабенко.
   В целом, подготовка сирийских генералов и офицеров была не плохая, но на этом этапе они нуждались в конкретной помощи. Дело в том, что наши средства управления стали поступать в Сирию только за полтора месяца до начала войны и АСУ сирийцы просто освоить не успели. Да и не только АСУ. Помощь требовалась и на совмещенных, еще не полностью развернутых, дивизионных, бригадных пунктах управления ПВО и ВВС. И сирийское командование с большой благодарностью отмечало работу полковников В.Рослякова, Н.Макарова, И.Ковалева, А.Русских, Е.Ионесяна и других. Все они награждены сирийскими и советскими орденами.
   Особой благодарности заслужили, конечно же, те, кто был под огнем - на позициях дивизионов ЗРК, на станциях наведения «Сурн», «Унк», «Унз». Они показали образцы мастерства и отваги, свои примером помогли сирийцам выстоять и выполнить все боевые задачи. Это майор В.Зенин, старшие лейтенанты А.Сергеев, Н.Бурчаков, А.Данильчук, Н.Давыдов, подполковники Ю.Ушанов, Ю.Лысенков, В.Пащенко, майор С.Ильченко, старшие лейтенанты С.Пьянков, В.Борисов и другие. Многие из них отмечены государственными наградами».
Боевое применение группировки радиотехнических войск Сирии в ливанском конфликте подтвердило возросшую роль радиотехнических войск в системе противовоздушной обороны страны, как основного источника радиолокационной информации, от которого определяющим образом зависит качество управления, а значит и успех боевых действий с авиацией и беспилотными средствами противника.
В совокупности элементов, составляющих содержание боевого применения, нет мелочей, однако основу их составляют используемые технические средства, объединенные в единую информационную систему, функционально увязанную с действиями огневых средств (зенитных ракетных войск и авиации).
Одновременно с воздушным ударом израильтяне развернули крупные танковые наступления в направлении Бейрута и шоссе Бейрут – Дамаск. Вероломство американцев на какое-то время поколебало волю Асада. Чаша весов качнулась в сторону израильтян.
Сирийцы отвели армейские комплексы ПВО из долины Бекаа вглубь территории Ливана. Лишившись прикрытия с воздуха, 1-я бронетанковая дивизия отошла к шоссе Бейрут–Дамаск. Полностью утратив управление ударной авиацией, сирийцы посылали крупные группы легких вертолетов, оснащенных ПТУР, на поиск и уничтожение израильской бронетехники. Так прорвавшаяся далеко на север 252-я дивизия остановилась перед взорванным мостом. В 15.30 она была атакована вертолётами «Газель» на узком участке у высоты 1794, к северу от Шаба. Израильтяне понесли серьезные потери и отложили атаку до наступления темноты.
90-я дивизия и оперативная группа «Пелед» преследовали вырвавшуюся из окружения 91-ю бригаду сирийцев, и вышли к сирийско-ливанской границе. Здесь они были остановлены силами 21-ой механизированной бригады 3-ей танковой дивизии сирийцев. Основные подразделения 3-ей танковой дивизии все еще находились на марше из Дамаска. Эта хорошо обученная дивизия, в подготовке которой принимали активное участие наши советники, вообще сыграла решающую роль на первом этапе войны.
К вечеру, инициатива стала переходить к сирийским войскам. Сирийцам удалось остановить продвижение израильских войск на линии Эйн-Зхальта – Султан-Якуб – Янта. Поздно вечером под руководством советников сирийцы нанесли мощный артиллерийский контрудар.
Газета «Правда» 10 июня 1982 года поместила следующую статью: «Эскалация клеветы».
В ней говорилось: «...Весь мир Рейган поделил на две части. Одна — это «тоталитарные силы», которые, по словам президента США, несут вину за все конфликты и невзгоды человечества. Им американский президент противопоставляет «силы свободы», к которым относит прежде всего «немарксистский Запад» и в первую очередь США... Он утверждает, что кризис происходит не на Западе и не в США, а в той части мира, где власть находится в руках народа. Ему, возглавляющему администрацию миллионеров, не дано понять, что такое власть народа.
       Президент США говорит, что над миром нависла угроза глобальной войны. Но он умалчивает, что причиной этого является курс империализма, прежде всего американского, который развязал безудержную гонку вооружений, делает ставку в международных отношениях на политику силы.
       По Рейгану, военная мощь США остается единственным «предварительным условием мира». Разве не об этом свидетельствуют его слова: «Давайте же перестанем колебаться! Давайте воспользуемся нашей мощью!..»
       Рейган обращается с лицемерной просьбой, чтобы государства с противоположными социально-политическими системами начали жить в соответствии с собственными концепциями, руководствуясь своими собственными законами и выполняя взятые на себя международные обязательства...
       Приходится только удивляться той манере, в которой президент США произносит свои речи. Грубый антисоветизм давно присущ Рейгану и его ближайшему окружению. Но, всему же есть предел, особенно когда человек наделяется полномочиями главы государства.»
11 июля сухопутные войска Израиля атаковали в направлении шоссе Бейрут – Дамаск.
Однако они были разбиты наголову с огромными потерями. Снова отличились Т-72 из состава 3-й танковой дивизии. В результате израильские танковые части были отброшены от шоссе на 20 км и фактически разгромлены, сожжено 49 «Меркав». Израильский фронт оказался перед угрозой развала.
Интерес представляет оценка итогов первой фазы конфликта главным военным советником в Сирии Г.П. Яшкиным. Вот шифрограмма, направленная им Д.Ф. Устинову 12 июня 1982 г. по итогам первой фазы конфликта:
«По различным источникам, а иногда и от лиц, которые были далеки от реально происходящих событий, делаются выводы о каком-то поражении и даже полном разгроме сирийских вооружённых сил в Ливане при отражении израильской агрессии. С такими выводами и сообщениями согласиться нельзя.
Во-первых, такие заключения полностью смыкаются с желанием США и всей мировой иудейской мафии: дискредитировать советское оружие, наше оперативное искусство и тактику, создать желаемый для них на этом этапе «миф о непобедимости».
Во-вторых, это не соответствует действительности. Сирийские вооружённые силы, как Вам известно, в активные боевые действия вступили только 9 июня 1982 года, когда израильтяне перенесли боевые действия в зону их ответственности, т.е. на четвёртый день войны. Четырём танковым дивизиям и двум отдельным бригадам израильских войск нанесено серьёзное поражение. К утру 11 июня сирийские войска полностью овладели инициативой и стали организованно контратаковать. На дамасском направлении провели артиллерийскую контрподготовку по району сосредоточения прибывшей 14-й танковой дивизии противника и сорвали её ввод в сражение. Сирийскими войсками была отражена в Ливане и психическая атака, предпринятая с целью прорыва обороны в долине Бекаа и захвата автомагистрали Бейрут – Дамаск. Именно эта сложившаяся обстановка – переход инициативы в руки сирийцев – испугала США. Они поняли, что на этом этапе могут потерять свою «булаву» в лице Израиля на Ближнем Востоке и предприняли политический и дипломатический нажим, обман и шантаж, чтобы заставить руководство Сирии дать согласие на прекращение огня.
В-третьих, советское оружие и боевая техника при умелом их использовании показали свою надёжность перед новейшей американо-израильской, а наши танки, особенно Т-72 и Т-62, – полное превосходство.
В-четвёртых, сирийские соединения и части, принявшие участие в боевых действиях, не только не потеряли свою боевую способность, а наоборот, окрепли, уверовав в свою силу, убедились в надёжности и превосходстве советского оружия в их руках. Прочно продолжают удерживать в Ливане занимаемые ими оборонительные рубежи на час прекращения огня, совершенствуют их в инженерном отношении и готовы к отражению атак противника в случае возобновления военных действий. Оперативно-стратегическое руководство осуществлялось и продолжается при помощи наших советников при центральном аппарате министерства обороны Сирии. Верховный главнокомандующий – президент X. Асад и министр обороны Сирийской Арабской Республики М. Тлас работают в тесном контакте с нами. Решения по военным вопросам вырабатываются совместно.
В-пятых, ВВС и ПВО, части РЭБ, радио- и радиотехнические подразделения, оснащённые нашей техникой, делали и делают все возможное для выполнения задач. Но надо признать: наша техника уступает технике США и Израиля. В этих видах ВС, родах войск и спецвойсках ВС САР много уязвимых мест, о чем я Вам докладывал раньше и подробно доложат с прибытием в Москву Л.И. Горшков – заместитель начальника ВПК при Совете Министров СССР и первый заместитель главкома ПВО страны генерал-полковник Е.С. Юрасов.
Яшкин. 12 июня 1982 г.»
А вот, что сказал по итогам шести дней войны начальник Генерального Штаба маршал Н.В. Огарков:
«– Вся беда в том, что у нас нет политики на Ближнем Востоке. Еще Бисмарк говорил, что любая политика лучше политики колебаний. Ведь что происходит сейчас в Ливане? Если говорить коротко, то наши друзья (палестинцы, – прим. автора) терпят поражение, а мы сидим сложа руки и все обсуждаем, что делать.
Я не согласен с позицией МИДа активно взять на себя процесс мирного урегулирования этого конфликта и тем самым спасти наших друзей от разгрома. В сложившихся условиях – это проявление слабости и оно едва ли укрепит наши позиции в мире. Но я могу понять вашу логику – это хоть и плохая, но политика.
Что нужно сделать конкретно? Надо создать в Сирии наши базы ВВС и ВМФ, разместить там наши ЗРК для их защиты, иными словами, разместить в Сирии советские войска».
Использование неядерного высокоточного оружия, постоянная связь между разведкой, командованием и средствами поражения, мобильность и оперативность — такова сегодня тактика, применяемая любой современной армией. В особенности этим гордятся американцы и весь блок НАТО до кучи, а на самом деле все вышеописанное даже на Западе до сих пор называется «доктриной Огаркова» — по имени советского маршала, Николая Васильевича Огаркова, начальника Генерального штаба Советской Армии.
Николай Васильевич очень хорошо понимал смысл, методы и тактические приёмы ведения гибридной войны, и пути её перерастания в войну уже другого типа – с применением больших масс войск на достаточно широком ТВД.
Серьезный конфликт между Востоком и Западом, не обязательно будет включать в себя применение ядерного оружия. Мировая война может начаться и вестись в течение определенного периода времени с использованием только обычных вооружений. Экспансия таких военных операций с обычным вооружением может в своей эскалации привести к глобальной ядерной войне. Николай Васильевич подчёркивал, что советская стратегия основана на том, что СССР не применит ядерное оружие первым.
Он сдержанно оценивал перспективы применения тактического ядерного оружия на поле боя, полагая, что если ядерное оружие и будет использоваться, то не на фронте, а для удара по тылам противника и уничтожения общегосударственных центров управления, крупных военных заводов, складов, коммуникаций. То есть, в стратегических целях. А на поле боя, скорее всего, будет использоваться неядерное оружие.
Эта концепция была официально принята на заседании Совета обороны СССР в июле 1969 года. Советское руководство приняло самый осторожный вариант: приказ на ответный ядерный удар может быть отдан только после того, как на территории СССР или его союзников взорвется первая атомная бомба.
Советская военная доктрина, в отличие от американской, предполагала, что СССР не будет использовать ядерное оружие первым. Это было принципиально.
Статья Н.В. Огаркова «Военная стратегия», опубликованная в 7 томе Советской военной энциклопедии (сентябрь 1979), была его первым обширным публичным обсуждением возможной природы будущей мировой войны. В соответствии с установившимися принципами военной доктрины Советской Армии, он описывает такую войну, как решающее столкновение двух противоположных социально-экономических систем мира, которое будет глобальным по масштабам, и в которое будут вовлечены многомиллионные армии коалиций. Огарков утверждает, что такая война будет проходить без компромиссов, и вестись всеми военными, экономическими, и духовными силами воюющих стран. Николай Васильевич подчёркивает, что мировая ядерная война должна быть относительно короткой, но при этом допускает, что она может стать и затяжной, благодаря огромным военным и экономическим ресурсам, находящимся в распоряжении воюющих сторон. Советский Союз и его союзники, продолжает маршал, будут иметь определенные преимущества в такой войне, определяемые справедливыми целями и передовой природой социалистической системы. Эти преимущества, утверждает он, создают объективные возможности достижения победы, однако требуют выполнения своевременной и всесторонней подготовки страны и ее вооруженных сил. Поэтому победа в ядерной войне вполне возможна для Советского Союза.
Качество управления войсками выделялось Огарковым, как решающий фактор достижения победы в неизбежной схватке.
Первый вариант новой системы управления войсками под руководством Огаркова был создан к началу 60-х, тогда же он был им опробован на учениях Белорусского военного округа. Но это было только начало. Появление компьютерной техники — нашей, отечественной, — вывело идеи Николая Васильевича на качественно новый уровень. К концу 70-х годов они оформились в полевую Автоматизированную систему управления войсками фронта (АСУВ) «Маневр». Минский НИИ средств автоматизации НПО «Агат» воплотил ее  на основе советских процессоров, которые тогда значительно превосходили аналоги от американской компании IBM, а в 1981 году новинку испытали на учениях «Запад-81».
Грандиозные маневры: войска трех военных округов, авиация, флот. Размах действия сравним с крупнейшими операциями Великой Отечественной войны. Запад был не на шутку перепуган, многие посчитали учения репетицией Третьей мировой войны. Впоследствии, когда после развала СССР один из экземпляров «Маневра» попал в руки американцев, те с ужасом выяснили, что при использовании данной системы СССР мог наголову разгромить НАТО безо всякого атомного оружия всего за три дня, имея страны Варшавского договора только в качестве проводников, снабженцев и извозчиков. Эффективность действий войск, плотность огня и его точность возрастали в 3-5 раз.
Реорганизация всей Советской Армии на основе «Маневров» и принципах «доктрины Огаркова» давала колоссальные преимущества. Причем не только на поле боя. Концепция мобильных сил, всегда готовых к переброске в нужное место, меняла саму структуру армии, ее количественный состав, а также вела к серьезным реформам в оборонной промышленности, да и в экономике в целом. Вместо многомиллионной громады планировалось создать значительно более компактную, но предельно насыщенную современной техникой и высококвалифицированными специалистами структуру. Не нужно будет «штамповать» тысячи и тысячи новых танков и «бэтээров», кормить, одевать и обувать миллионы солдат, строить новые казармы и военные городки. С экстенсивного пути развития армия должна была свернуть на интенсивный.
Основной фокус работы Николая Васильевича по созданию новой военной доктрины Советской Армии  лежал на военно-технической стороне. В День Победы 9 мая 1982 года в статье, опубликованной в газете Известия, он писал: «Военно-техническая сторона советской военной доктрины определяет конкретные пути достижения целей и задач, установленных социально-политической ее частью... Она устанавливает, что в случае агрессии, наши вооруженные силы будут не просто пассивно защищаться, и проводить исключительно оборонные операции, но решительно нанесут сокрушительный удар по агрессору, доведя его до полного уничтожения, как это имело место в случае Великой Отечественной войны».
Указывая на появление высокоэффективных новых средств обычного вооружения и на исследования в области оружия, основанного на новых физических принципах, особенно связанного с проведением военных действий в космосе, Николай Васильевич подчёркивает, что такое развитие не может не повлиять на характер вероятной войны, а также на формы и методы ее ведения.
14 июня 1982 года ничем не отличалось от других дней того лета. Разве что это был понедельник, как известно, день тяжелый. В многочисленных военных гарнизонах, разбросанных по просторам нашей необъятной страны, жизнь текла в привычном ритме: на Камчатке военнослужащие возвращались с обеда, а на западных границах солдаты еще досматривали последние сны.
Сигнал учебной тревоги прозвучал, как ему и полагалось, неожиданно и мгновенно привел в движение гигантскую военную машину, именовавшуюся Вооруженными силами СССР. Солдаты и офицеры спешно занимали свои рабочие места, как это было предписано приказами, включали аппаратуру, прогревали моторы танков и самолетов, получали указания из вышестоящих штабов.
Согласно легенде учений, необдуманные, а часто и провокационные действия США и их союзников по блоку НАТО привели к резкому обострению отношений между двумя противоборствующими системами. Попытки советских дипломатов нормализовать ситуацию ни к чему не привели. Более того, в Центральной Европе на линии, разделявшей армии потенциальных противников, произошли вооруженные столкновения, которые еще более накалили обстановку. С каждым часом стороны все ближе и ближе приближались к тому моменту, когда решить конфликт мирными способами будет уже невозможно.
Первым перейти Рубикон решил президент США, отдавший приказ своим вооруженным силам начать полномасштабные военные действия против СССР. В этих условиях руководство нашей страны приняло решение о нанесении упреждающего ядерного удара по территории США и других стран - членов НАТО.
Этот удар и стал апофеозом тех учений. Его нанесли в пятницу, 18 июня. В течение всего семи часов (отсюда и пошло столь полюбившееся всем неофициальное наименование учений) в Советском Союзе были запущены: три космических ракеты-носителя, две межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования, одна баллистическая ракета морского базирования, одна баллистическая ракета средней дальности, две противоракеты.
Хроника того дня впечатляет. Первой, в 6 часов (время приводится по Гринвичу), с одной из площадок 4-го Государственного испытательного межвидового полигона Министерства обороны СССР («Капустин Яр») стартовала баллистическая ракета средней дальности «Пионер» (15Ж45). Спустя четверть часа учебная головная часть ракеты успешно поразила цель в районе полигона «Эмба» в Казахстане.
Затем с борта атомной ракетной подводной лодки «К-92» (проект 667БД), находившейся в погруженном состоянии в Баренцевом море, была запущена баллистическая ракета морского базирования Р-29М (РСМ-50, ЗМ40), боеголовка которой поразила цель на полигоне «Кура» на Камчатке.
Вслед за ними из шахтных пусковых установок в районе 5-го научно-исследовательского испытательного полигона Министерства обороны СССР (космодром «Байконур») стартовали две межконтинентальные баллистические ракеты УР-100 (15А35). Их головные части были успешно перехвачены двумя противоракетами А-350Р, стартовавшими с полигона «Сары-Шаган» в Казахстане.
В 11 часов 4 минуты с 90-й площадки космодрома «Байконур» стартовала ракета-носитель «Циклон-2» (11К69), которая вывела на околоземную орбиту спутник-перехватчик «Космос-1379» (ИС-П «Уран»). На втором витке он попытался перехватить цель, роль которой играл спутник-мишень «Космос-1378» (ИС-М «Лира»), имитировавший американский навигационный спутник типа «Транзит».
Перехват был неудачен - «Космосу-1379» не удалось подойти к мишени на нужное расстояние, и он был взорван, не причинив ущерб противнику.
В 11 часов 58 минут со 2-й пусковой установки 132-й площадки 53-го научно-исследовательского испытательного полигона Министерства обороны СССР (космодром «Плесецк») была запущена ракета-носитель «Космос-ЗМ» (11К65М) с навигационным спутником «Космос-1380» на борту. Этот пуск, так же как и полет спутника-перехватчика «Космос-1379», был неудачен - космический аппарат вышел на нерасчетную орбиту и уже через девять суток, 27 июня, сгорел в плотных слоях земной атмосферы.
В 13 часов с 6-й пусковой установки 31-й площадки космодрома «Байконур» стартовала ракета-носитель «Союз-У» (11А511У), которая вывела на орбиту фоторазведывательный спутник «Космос-1381» («Зенит-6»). Это единственный космический старт того дня, который прошел успешно, - разведчик полностью выполнил свою задачу и после 13-суточного полета, 1 июля, спускаемый аппарат благополучно приземлился на территории СССР.
Кроме того, в этот интервал состоялись пуски нескольких крылатых ракет с борта стратегических бомбардировщиков Ту-95 и Ту-160, а также с кораблей Военно-морского флота СССР, оперативно-тактических ракет наземного базирования, зенитных ракет. И еще многое другое случилось в тот день, что в прямом и переносном смысле встряхнуло нашу планету.
Особо следует сказать о радиоразведывательном флоте СССР, который насчитывал 62 корабля. Вот только один эпизод его деятельности. В районе Восточного Средиземноморья в 70-е годы вне пределов видимости с берегов Израиля постоянно курсировали с виду ничем не примечательные три советских корабля — «Кавказ», «Крым» и «Юрий Гагарин». Днем и ночью они патрулировали побережье Израиля. Не имея на своем борту никакого вооружения, корабли были буквально нашпигованы электронным оборудованием, а в состав экипажей входили специалисты-электронщики и эксперты по внешней политике Израиля. Единственной их целью являлось ведение радиоразведки против этой страны. Радиоразведывательные корабли СССР фиксировали радиопереговоры и телефонные разговоры на всей территории Израиля. Несмотря на то, что советские эксперты, находившиеся на кораблях-разведчиках, могли самостоятельно анализировать перехватываемую информацию, большая ее часть отправлялась в Москву. Контакт с ней поддерживался круглосуточно, в том числе и с помощью спутниковой связи. По мнению израильских экспертов, радиоразведывательные корабли СССР были оснащены специальным оборудованием, которое могло вывести из строя всю систему связи Израиля. (После развала СССР корабли в 1996! году безжалостно уничтожили украинские националисты).
Как бы там ни было, но военная разведка в поединке с США сумела добиться значительных успехов. И одной из самых успешных операций следует считать получение материалов о том, что результаты проведенных американцами 10 июня 1984 г. в Тихом океане испытаний ракеты-перехватчика, созданной в рамках программы СОИ, являются фальсификацией. Тогда в рамках глобальной программы дезинформации, проводимой Пентагоном и направленной на то, чтобы Советский Союз потратил несколько миллиардов рублей на создание несуществующей в США системы противоракетной обороны, американцы установили на ракету-мишень радиомаяк, который и позволил ракете-перехватчику успешно поразить цель. Однако ГРУ раскрыло обман. По словам бывшего заместителя начальника ГРУ генерала Георгия Михайлова, в день запуска ракеты-перехватчика в акватории Тихого океана находилось несколько советских судов, отслеживавших информацию об этих испытаниях. По возвращении кораблей во Владивосток и обработки полученных сведений в техническом управлении ГРУ, военной разведке стало ясно, что испытания ракеты были специально подстроены.
Руководители США и других стран НАТО испытали настоящий шок от той мощи, которая была им продемонстрирована.
Яшкин Г.П. так вспоминал о тех временах:
««Перемирие», достигнутое 11 июня 1982 года, просуществовало недолго. Израильтяне использовали его для перегруппировки своих сил в Ливане, США и их союзники - для сосредоточения своих флотов у побережья Ливана. 18 июля израильтяне нарушили перемирие. В небе Ливана вновь разгорелись бои, на земле - ожесточенные танковые сражения. Но успех вновь не сопутствовал Израилю. Это признает даже бывший министр обороны Шарон. В журнале «Намахане» он писал: «Бои с сирийцами в направлении дороги Дамаск - Бейрут были упорными и кровавыми. К сожалению, и на сей раз нам не удалось достигнуть желаемых результатов».
И здесь сыграли важную роль не только упорство сирийских пехотинцев, артиллеристов, танкистов, не только навыки, приобретенные командным составом в быстром сосредоточении сил и средств на угрожаемых участках. Многое значило умелое инженерное оборудование позиций. Должен признаться, что нашим советникам непросто было этого добиться. Сирийские офицеры говорили: зачем тратить силы, зарываться в землю, если достигнуто перемирие? Позже, познав в боях роль инженерного оборудования местности, они искренне благодарили нас.
В ходе боевых действий хорошо зарекомендовали себя подвижные противотанковые подразделения, вооруженные противотанковыми управляемыми ракетами (ПТУР) «фагот». История их появления в сирийских механизированных бригадах такова. В один из первых дней войны советник при командующем сирийскими войсками в Ливане генерал-майор М.П. Носенко завел речь о подвижном противотанковом резерве.
«Идея хорошая, Михаил Петрович, но из чего его создать?» - спросил я.
«Подойдут наши ПТУР «фагот». Я их возможности хорошо знаю. Машины же для их установки подберем здесь», - ответил М.П. Носенко.
При очередном докладе в Москву я поделился этой идеей с первым заместителем министра обороны СССР Маршалом Советского Союза С.Л. Соколовым. Он поддержал наше предложение. Буквально на второй день специальными авиарейсами в Сирию были доставлены 120 ПТУР «Фагот» и по шесть комплектов боеприпасов к ним. В мехбригадах 1-й и 3-й танковых дивизий и во вновь созданной 10-й механизированной дивизии сформировали подвижные противотанковые взводы на машинах-вездеходах. За несколько дней боев они уничтожили более 150 танков противника. Только одна 21-я мехбригада 3-й танковой дивизии в боях на подступах в Дамасскому плато уничтожила 59 боевых машин.
Хотелось бы привести и другие примеры умелых действий наших советников и специалистов, их мужества и доблести.
В боях за удержание шоссейной дороги Бейрут - Дамаск и на подступах к Дамасскому плато обстановка иногда складывалась так, что им приходилось браться за оружие. 20 июля мне пришлось поволноваться за генерал-майора М.П. Носенко. В тыл сирийских войск противник высадил тактический десант. Часть его просочилась в направлении пункта управления М.П. Носенко. Группа управления в составе пяти советских и трех сирийских офицеров, а также двух экипажей радиостанций вступила в схватку. Около часа она отражала натиск, пока не подошла танковая рота. Общими усилиями противник был уничтожен. В этой схватке погибли два наших сержанта и два сирийских офицера. Получил ранение и М.П. Носенко.
В ходе боев случалось всякое. Военному советнику при командире 10-й механизированной дивизии генерал-майору В.В. Губкину пришлось временно принять командование соединением. Дивизия получила задачу занять полосу обороны в горных районах Алей. В ходе рекогносцировки командир дивизии бригадный генерал Эт-Дин Акла заболел. Перед эвакуацией в госпиталь он попросил генерала Губкина завершить работу. Командирам частей приказал беспрекословно выполнять указания советника. Дивизия своевременно заняла полосу обороны, оборудовала ее в инженерном отношении. Затем успешно отразила все атаки противника.
На помощь израильтянам пришли американцы. На ливанское побережье они высадили морских пехотинцев, а часть сил ввели в Западный Бейрут. В сложившейся обстановке СССР необходимо было сделать для Сирии нечто большее. В конце октября 1982 г. посол В.И.Юхин и я, главный военный советник, были вызваны в Москву. После наших докладов о сложившейся обстановке в Москву пригласили сирийское руководство, и в нашей совместной деятельности наступил новый этап.
В начале января 1983г. в Сирию прибыл зенитно-ракетный полк дальнего действия с советским военным персоналом под командованием полковника Баса. Он пробыл недолго, его заменил полковник С.Б. Покровский. Полк сосредоточился в районе Думейра (40 км западнее Дамаска) и сразу встал на боевое дежурство. Вскоре прибыли и другие воинские части: технический полк, он расположился в Зеленой Гуте: вертолетная эскадрилья РЭБ, подразделения РЭБ наземного базирования; в начале февраля - еще зенитный полка дальнего действия под командованием полковника И.И.Тетерева. Полк занял позиции в 5 км. Восточнее города Хомса. Прибыли новые АСУ; новые войсковые ЗРК «Оса-Ока» для укомплектования смешанных бригад при общевойсковых дивизиях; самолеты МиГ-25 и МиГ-23МЛД с новыми бортовыми локаторами, способными сопровождать 4-6 целей и автоматически осуществлять по ним пуски ракет; новые ракеты и бомбы объемного взрыва и боеприпасы повышенной мощности…
   Увеличен был состав советников и специалистов, введена должность заместителя главного военного советника, им стал генерал-майор М.Колесов. При моем штабе, начиная с 1983г., находилась оперативная группа управления от военно-морской эскадры. На Ливано-Сирийском направлении она взаимодействовала с сирийскими вооруженными силами, особенно с истребительной авиацией и с зенитными ракетными полками дальнего действия.
США это пришлось не по душе. И опять силовые приемы и ультиматумы: сирийские войска должны покинуть Ливан.
Ультиматум отвергнут.
В декабре началась морская блокада побережья Ливана объединенными силами (США, Англии, Франции, Италии). Корабельная артиллерия во взаимодействии с бомбардировочной авиацией стала наносить массированные удары по национально-патриотическим силам Ливана и сирийским войскам, занимающим оборону в горных районах Санины, прикрывающим автомагистраль Дамаск - Бейрут, а также по сирийским войскам, оборонявшимся в долине Бекаа.
Сирийцы нанесли ряд ответных ударов по корабельной группировке США. Начали действовать против палубной авиации. За шесть суток ракетчики сбили девять американских самолетов, в т.ч. пять А-6, три Ф-14, один Ф-4, кроме того, четыре израильских и два французских палубных «Супер-этандера». В воздушных боях на МиГ-23МЛД сирийцы сбили четыре израильских самолета (три Ф-15 и один Ф-4), не потеряв ни одного своего.
   Перед блокадой американцы применили массированно беспилотные самолеты-разведчики «Файерби» над сирийскими войсками в Ливане, а также над советскими ЗРК в Сирии. Дивизионами непосредственного прикрытия - «Оса» было сбито: 202 зрп - пять беспилотных самолетов, а 231-м полком - шесть. 202 зрп пуском одной ракеты сбил на дальности 190 км самолет раннего предупреждения «Хокай».
И полеты самолетов США и Израиля прекратились.
Об эффективности действий сирийской ПВО на этом этапе заговорила и пресса США. В одном из источников было написано: «Американские искусственные спутники Земли и самолеты, оснащенные самым современным электронным оборудованием, посылали огромное количество помех в небо Матна (провинция Ливана Джабель), но сирийские ракеты смогли преодолеть их с большой легкостью и поразить все цели». И еще: «Дамаск готов теперь к любой неожиданности. Уничтожение американских самолетов и пленение американского летчика Роберта Гутмана, удары по корабельной группировке, заставившие американцев и их союзников отступить к берегам Кипра, является не только военной, но и политической победой. Х Асад не мог бы отдать приказ на ответные действия, если бы не опирался на твердую уверенность в успехе».
Министр обороны США Каспар Уайнбергер стал угрожать линкором «Нью-Джерси». Однако сирийский военный министр М.Тлас заявил: «Сбившие американские самолеты могут потопить и американские корабли. Всякие запреты перестают действовать, когда речь идет о жизни и чести Родины». Всем стало ясно, что Сирия 1983 года уже не та Сирия, что была в конце 70-х годов. Она могла отвергать любые угрозы».
Мировой еврейской мафии стало абсолютно ясно, что военным путём с Советским Союзом справиться невозможно. Был активирован план «Перестройка», главным действующим лицом которого являлся ставленник США Андропов, а потом выпестованный им Горбачёв. Массовое предательство генералитета и равнодушие к судьбе страны большинства граждан привело к кровавой вакханалии 90-х.

Литература:
 
1. Яков Боровой. А. Шарон. М. Терра: 2007;
2. Виктор Марковский. Горячий июнь 82 г. журнал «Мир оружия» № 3 / 2006 г;
3. В. Ильин. «МиГ-23 на Ближнем Востоке»;
4. П. Моисеенко, В. Тарасов, «МИР ГАЛИЛЕЕ» – РАЗГРОМ ДЛЯ РТВ;
5. А. Соколов. Арабо-Израильские войны. ВКО;
6. В.К. Бабич. «Истребители МиГ-23 в Ливанской войне»;
7. В.К. Бабич. «Впервые в истории воздушных войн»;
8. О.А.Гриневский. Сценарий для третьей мировой войны: Как Израиль чуть не стал ее причиной;
9. «Вестник ПВО», №4, 1988;


Рецензии
А еще в 1982 году был Афганистан.
АСУВ Маневр испытывался в Прикарпатье и Белоруссии, но "за речку" он не попал.....
Да и он не панацея, особенно когда нет общей идеи.

Андрей Бухаров   20.05.2020 10:29     Заявить о нарушении
Когда нет общей идеи, крах неизбежен.

Алексей Николаевич Крылов   20.05.2020 11:06   Заявить о нарушении
См. Девальвация идеалов

Андрей Бухаров   20.05.2020 11:50   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.