Вернуться! - 11

Предыдущая глава - http://proza.ru/2020/02/20/658

Иван в очередной раз сменил Улафа, и начал с большими усилиями грести, еле двигая ещё не отдохнувшими руками. Поднялась небольшая волна и лодку слегка закачало. Улаф, не справившись с усталостью и, поддавшись качке, задремал. Иван грёб изо всех сил, стараясь не закрыть слипающиеся глаза. Но в какой-то момент он потерял над собой контроль,  руки замерли в неоконченном движении, и отяжелевшие веки опустились сами собой. Усталость взяла своё.
Иван не знал, как долго продолжался его сон, но очнулся он от того, что вдруг намокли и стали замерзать ноги. Улаф, видимо, почувствовав то же самое, так же резко открыл глаза. Они одновременно посмотрели на дно лодки. Там вовсю плескалась вода, постоянно угрожающе поднимаясь. Заплаток на пробоине не было, видимо, у них закончился запас прочности, и их сорвало поднявшейся волной. Да, и затычка еле держалась, угрожая вот-вот вывалиться совсем.
Улаф схватил банку и начал быстро вычерпывать поступающую воду. Помогало это мало. Ему едва удалось установить какой-то баланс между прибывающей и выплёскиваемой водой. Необходимо было быстрее добраться до берега, иначе они могли утонуть так близко от родных мест Улафа. Оба работали, как угорелые. Иван уже видел небольшие домишки правильной геометрической формы и причал с несколькими рыбацкими судёнышками, катерами и небольшими баркасами. Людей видно не было. Да, и откуда? Не смотря на пробивающееся меж тучами солнце, совершенно обычного явления для круглосуточного полярного дня, стояла глубокая ночь.
Лодка, преодолевая начавшийся отлив, медленно продвигалась вперёд. Слишком медленно. А силы совсем иссякли. У людей в запасе было лишь упрямое желание выжить. Ноги сводило от холода, боль в ладонях нестерпимо жгла, голова, словно, падала с плеч, а сами плечи уже ничего не чувствовали кроме нестерпимой тяжести. В какой-то момент Улаф не выдержал и закричал.  Иван вздрогнул от неожиданности, но почти сразу с отчаянной,  неистовой силой присоединился к нему. Вода усилила эхо голосов, и понесла их крики к берегу. Они звали на помощь, не разбирая, на каком языке, звучали их слова: русский, норвежский, английский…
Наконец, из домов показались люди, видимо, разбуженные их жуткими криками. Одеваясь на ходу, к причалу бежали несколько человек. Они бросились к одному из катеров, взревел мотор, и катер устремился навстречу терпящим бедствие пловцам. Иван с Улафом уже бросили грести и только вычерпывали из лодки всё быстрее поступающую воду.
Катер подошёл, им помогли перебраться на борт, перебросили канат с лодки и привязали её к кормовому крюку. Улаф, видимо, узнав кого-то из спасших их мужчин, воскликнул: «Оле! …» Мужчина удивлённо всмотрелся в заросшего грязного и оборванного парня, и нерешительно произнёс: «Улаф?!» Они торопливо и радостно заговорили по-норвежски.

Катер причалил к берегу, им помогли выйти, и повели к одному из домов. Как оказалось позже, к дому Улафа, где его сначала испуганно и недоверчиво, а потом с бурной радостью встретила семья, давно похоронившая и оплакавшая своего кормильца. Ноги совсем не слушались, и передвигаться им помогали спасшие их мужчины. Они держали обоих спасённых под руки, а те еле передвигали застывшие и затёкшие ступни.
Позже оказалось, что ноги у обоих бедолаг были обморожены. Прибежала женщина в белом халате, видимо, сельская медсестра, что-то говорила, раздавая указания присутствующим, растирала им ноги неприятной на запах мазью. Их вымыли, накормили, напоили горячим травяным чаем и уложили спать. Уже засыпая, Иван увидел, как мать Улафа присела у кровати сына, крестясь и промокая платочком, бегущие из глаз слёзы.
На другой день в доме появились представители власти. Они задавали вопросы, на которые отвечал в основном Улаф, а Иван только кивал в тех случаях, когда что-то понимал. Официальные лица удовлетворились рассказом Улафа о шторме, спасении и жизни на острове, и парня оставили в покое, но к Ивану оставались другие вопросы. Он был чужой. И не просто чужой. Он был военный чужого государства, государства – противника.
Улаф, видимо, рассказал о том, как Иван спас его во время шторма, как заботился о нём, пока тот выздоравливал, и окружающие отнеслись к чужаку с уважением и явной благодарностью. Мать Улафа собрала ему кое-что из еды и целой одежды, когда Ивана увозили из посёлка. С Улафом они крепко обнялись на прощание, пожелав друг другу удачи.

Уже позже Иван узнал, что попал он на остров Магерёйя, знаменитый своим самым северным в Европе мысом Нордкап. А теперь его ждали месяцы жизни полу-заключённого,  с которым долго разбирались сначала гражданские, затем военные власти. Ему даже предложили политическое убежище в обмен на сведения о Российских подводных лодках, но Иван не соглашался ни на уговоры, ни на угрозы, ни на солидные денежные вознаграждения. Он твёрдо решил вернуться домой, и это возвращение оказалось и более долгим, и более сложным, чем жизнь на диком острове и трудное плавание на старой дырявой лодке.
Только  к декабрю, поняв, что от моряка ничего не добьёшься и, не видя причин удерживать его дольше,  Ивана, наконец, вернули на родину, передав Российским представителям военной прокуратуры. Здесь его снова ждали долгие и ещё более нудные разбирательства, допросы и чувство безнадёжности и несправедливости. Самым ужасным было то, что его семье никто даже не догадался сообщить, что он остался жив. А все его просьбы, связаться с родными, оставались безответными. Ивана долго держали в неведении относительно того, что его ждёт. Надежды на благополучный исход таяли, но видно, в то смутное время в стране никому не было до него дела, и никто не хотел принимать на себя ответственность за его дальнейшую судьбу.
В июне его неожиданно отпустили и, чего уж он совсем не ожидал, дали разрешение вернуться к прежнему месту службы в своей должности и том же звании. Неразбериха, царившая в стране и в армии, вопреки всякой логике помогла Ивану.
Через год и два месяца старпом наконец-то оказался у дверей своей квартиры.

Продолжение следует - http://proza.ru/2020/02/22/578


Рецензии
Очень волнительным получился этот момент, когда в лодке снова открылась течь. После стольких испытаний, в двух шагах от спасения! Это было очень волнительно. И настоящая радость спасения. Но конечно, теперь Ивану предстоит долгая волокита с властями.

Михаил Сидорович   01.03.2020 18:51     Заявить о нарушении
Михаил, спасибо. Чиновничья волокита может быть хуже чем любые опасности.
С уважением и теплом, Ирина

Ирина Борунова-Кукушкина   02.03.2020 00:32   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.