Ненавижу и люблю

    http://www.proza.ru/2020/02/26/1340

-Раиса Петровна, родненькая… Христом Богом… простите, вы же знаете, как все произошло, мне не оставили выбора, - опустилась на колени и рыдая в голос, не в силах произнести больше не слова. Врачиха, сжав губы и взяв написанную бумагу, направилась к выходу.  Мамаша схватила ее за подол халата, не отпуская.
Ниночка еще не понимала на сколько жесток мир, что из-за какой-то ерунды ее хотят бросить родные люди.
  Скрипнула дверь, помятый нетрезвый Владимир вошел в кабинет.
     -Сколько тебя ждать? -Зыркнул свинцовым взглядом на жену. -Подпиши все бумаги и валим отсюда? – Грубый голос заставил вздрогнуть ее, и та сжалась в комок.
       - Бедная женщина. С таким супругом не забалуешь. -Подумала умудренная опытом заведующая родильным отделением.
  -Да ты, вижу, передумала? -И повернул ее лицо с опухшими глазами к себе.-Тогда развод, и посмотрим, как без работы, квартиры и с двумя малолетними детьми проживешь? Людмила Николаевна не за чтобы не сделала этого, но идти было некуда, мать, сестра с ребенком и брат с беременной женой ютились в одной малометражной комнате барака без удобств.
        -Хорошо, хорошо я только вещи соберу, - и удалилась в палату, посмотрев в последний раз на девочку.
  -Владимир Иванович может с дочкой проститесь? Ведь жизнь в госучреждении не сахар. Никто не приголубит, не приласкает бедное дитя.
  -Долгие проводы, лишние слезы.-Отмахнулся он.
         -Изверг! Впервые, вижу, чтобы от здорового дитя отказывались. -Старая нянечка взяла младенца на руки, бросив на мужчину злой взгляд.
  -Какая она здоровая? -Обернулся папаша, остановившись. - Во всю рожу отметина, все ее сторониться будут и тыкать, смотри какая уродина идет. У нас у Суворовых в роду все нормальные рождались, не наша она и точка.
-Малышку пометил Бог, чтобы вы задумались о своей жизни. Неужто у вас души нет? 
  Взгляд его остановился на ребенке. Увидев милое создание, сердце екнуло, что-то человеческое проснулось внутри. Еще мгновение и он возьмет Ниночку на руки. Но, сжав зубы, пошел к выходу и столкнулся с вошедшим отцом.
  Иван Кузьмич, таща за руку сноху, и заслонив бежащую за ним медичку, запыхавшись, произнес:
«Начальница выписывай внучку, наша она. -И дав подзатыльник сыну, взял на руки мирно сопящую Нинку, рассматривая красное родимое пятно на лице малышки в форме креста. - ищь какая девка вырастет, отбоя от женихов не будет. Через силу, улыбнувшись. А сам подумал: «говоришь Вовка Бога нет, а вот он к тебе и явился». Медперсонал роддома улыбался, провожая семью домой, а руководительница рвала отказную.
Принеся домой новорожденную, пришедшие родственники только охали, пожимали плечами и выражали соболезнование родителям словно ребенок умер.
Свекровь съязвила тоже, как будто сноха была виновата во всех их бедах.
-Любимые жены сыновей рожают, а не этих уродин!
Удар мужа пришелся по лицу, щека горела.  Из глаз Марии Гавриловны брызнули слезы, она поняла, что натворила.
-Пошли все отсель! У Люды молоко может пропасть.  Взял на руки проснувшуюся девочку и выпроводил всех за дверь.
-Глянь, глянь! Она понимает… Малышка как будто осмысленно смотрела на него. Поцеловав внучку в лобик, отдал матери. Нинка сосала живительную влагу и наевшись отпрянула от груди, улыбаясь во сне.
Через месяц молодая мать, всхлипывая стояла у гроба, держа в руках запелёнатого ребенка. Горбатая старуха-знахарка, скрипя половицами, доплелась до нее. Пламя свечи, воткнутой в стакан с солью, затрепетало, хотя сквозняка нигде не было.
-Старые члены семьи уходят, а новые приходят. Кем она тебе приходится?
-Не знаю, свекор ее мамашкой называл. Покойная приходилась матерью Ивана Кузьмича, он недолюбливал ее, так как та продала его в детстве, чтобы спасти от голода старших детей.
-А что тогда ревешь?
-Жа-а-лко, человек же. - Протянула та.
-Опусти дочку к усопшей и повторяй за мной. -Бабка открыла одеяльце и, увидев милую мордашку малышки, заулыбалась беззубым ртом. Красное пятно, похожее на распятье, выделялось на лице девочки.
-Помоги нам ново приставленная Матрена, - и тыльной стороной руки покойной трижды обвела отметину, проговорив: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Аминь.» Затем достав из мешочка траву, и пожевав ее, приложила к пятну.
Родинка блекла с каждым днем и наконец совсем исчезла. Одной проблемой стало меньше. И все забылось как дурной сон.
Не смотря на дату рождения 13 августа никакой чертовщины с ребенком не происходило или по крайней мере так казалось. Нина рано стала разговаривать и вопросы сыпались как из рога изобилия, они закончились лишь тогда, когда та научилась читать. Людмила Николаевна чаще всего баловала старшую Лидочку, наряжая в новые платьица, а Нинке доставались поношенные сестрой вещи. Зато души в младшей не чаяли бабушка с дедушкой и сам отец, она была для них светлячком в их трудной жизни.
  Шустрая семилетняя егоза в трусиках и легких сандаликах, напевая песенку, бежала по тропинке домой.
  — Вот я тебе задам как меня не слушаться! Услышав голос деда, насторожилась, замедлив ход. Что же такого совершила, раз ее хотят хворостиной отходить? И сразу решила оправдаться, не ходила мол сегодня на железную дорогу камешки собирать, это соседский Петька туда бегал. Но, заметив, как старик крадется к белой кошке, лениво греющейся на солнце, поняла, что наказать хотят не ее, а Мурку.
  Иван Кузьмич схватил за шкирку пушистую бестию, та извивалась и пищала. Как могли ее царское персидское величество побеспокоить?
  -Ох-хо-хо, -покачал головой, - прости животина, - и засунул в мешок.
         -Наверно опять сметану стырила? Подумала Нинка. — Вот почему ее несколько дней не было, поди животом мучилась. Попугает и отпустит. Сделала было шаг, как застыла на месте от увиденного. Дед хладнокровно стал ударять мешок с содержимым об камень. Кошка орала поначалу, а потом затихла.

  Мурашки пробежались по телу девочки, сердце забарабанило.
  Прикусив губу, и ощутив соленый вкус крови, она добежала до изверга и, прыгнув на спину, стала дубасить кулачками.
 -Ненавижу! -Орала Нинка. -Живодер, ты больше мне не дедушка!
    Сняв с себя внучку, стал оправдываться: «Я не хотел убивать ее, поверь золотце мое. Но киска лишайная. Унес ее в лес, чтобы та нашла травку и полечилась, а она ослушалась и вернулась обратно, не оставив мне выбора …»
Малышка дрожащими руками открыла мешок, один глаз кошки вытек, а второй жалобно смотрел на Нинку как бы говоря «за что вы меня так, я ведь и мышей ловила и от болезней спасала?».
        -Жива! -Пронеслось в голове.
  -Не тронь, заразишься! -Закричал дед. Но внучку было уже не унять, прижав животное, она несла ее в сенцы. Решив полечить молочком, отворила дверь дома.
        Мария Гавриловна замешивала тесто для пирогов.
  - Что случилось, на тебе лица нет?
-Бабуль деда Ваня киску нашу чуть не убил из-за какого-то лишая?    
    -Боже! -Закрыла рот рукой бабушка, — вот, дырявая башка, забыла Ваню предупредить, что кошку побрила, когда та перемазалась клеем. Жалко бедняжку, не за что пострадала.
Кошка-пират вошла в комнату. Счастливее Нинки никого не было.
Ожила. И стала хлопать в ладоши. Бабушка на радостях не пожалела и сметаны для домашней любимицы, чтобы та быстрее выздоровела.


Рецензии