Не кажи гоп

        Рыбалка – это ритуал. Это не просто вылов хладнокровной особи из водной чреды. Это!.. Что уж там говорить?! Рыбаком надо родиться или стать им с тонким пониманием сути процесса, что не каждому дано.
        Ещё на заре поиска места в жизни я назвался рыбаком и поехал в деревню утвердиться в этом качестве… Деревня – моя Родина, там мои предки, там помнят меня, любят. Приняли радушно. Бабушка собрала стол, дед поставил миску мёда и под рюмочку засиделись в разговорах – кто, что, когда, зачем.
        Вечером накопал червей у коровника и забрался на сеновал. А как забрезжил рассвет, с ним поднялся и я. Иду с удочкой к озеру и балдею. Тишина, только птички верещат в небесах. Лепота российской глубинки не опороченная цивилизацией. На хрена мне берег турецкий? И Африка мне не нужна!
         Снаряжён был основательно, но жена (провокатор) сунула в рюкзак тушёнку с макаронами. Скоро понял, что она лучше видит моё предназначение.  Сколько сидел на озере, столько и ел макароны по-флотски.  Рыба тоже червячка съедала, но на крючок насаживаться никак не хотела. Только одна дурашка чуть не стала жертвой моего настырного сиденья у воды.
         Сначала поплавок задёргался, потом заюлил на поверхности воды, а как нырнул в глубину, я подсёк и начал вытягивать добычу наверх. Тут уж я сполна прочувствовал рыбацкую эйфорию.  От волнения в зобу дыханье спёрло, сердце зачастило, выпрыгнет вот-вот.
        А рыба не сдаёт позиции, упирается, тянет на глубину. Подумалось, там не менее килограмма! А вдруг на два кило?! А может быть она вообще гигантского размера?!.. Увы, провокатором оказался маленький ёрш. Он отчаянно извивался на леске и своего добился. Сорвался с крючка и булькнул в воду, только его и видели. Что делать?.. Нырять следом не стал. Вздохнул, чертыхнулся, подумалось – знать не судьба.
        Домой приехал ни с чем. Успокоился, увлёкся сочинительством, интернетом и пивом. Я не рыбак. Хотя суть рыбалки мне понятна и теоретически знаю, что этот процесс разнообразный. Кроме удочки есть снасти солидные, с ними одному уже не управиться. Если с удочкой единолично сидят в тишине, то с бреднем вся компания лезет в воду, становится петлёй и сознательно шумит, загоняя рыбу в сеть.
        Друзья собрались на рыбалку именно с бреднем, ну и я по старой памяти с ними. Ехали весело в предвкушении костра, ухи, баек, брезентового уюта. Прибыли на заходе солнца. Поставили палатку. Сварили макароны с тушёнкой, освятили прибытие рюмашкой. Подумалось – завтра я реабилитирую себя.
         И надо же такому случиться, погода за ночь испортилась вдрызг! Рыбалка откладывалась, идиотов голышом сигать в реку не оказалось. А вот кое-что с собой у нас было, даже лишнего, и это мы осознали потом. Ветер упёрто ломится в палатку, шумит в кустах, волну гонит на берег, а мы во хмелю в брезентовом мешке. Маемся, ушицы бы сейчас. Увы. Где уж там. Пусть не сводит умы... Вдруг!
        С косьбы шли мужики и положили глаз на бредень, разложенный на берегу. Вежливо постучали в палатку. Состоялось экспресс знакомство – кто, откуда и зачем. Разговорились. Мужики посетовали на погоду, и без элегантного подхода, бесцеремонно в лоб: – Продайте бредень.
       Покоробило нас не предложение, покоробил акцент. Какие рассуждения могли быть о деньгах, если на похмелье нам хочется ухи?! – Продать не продадим, но обменяем на ведро рыбы.
       Наши головы не соображали, а мужики были себе на уме: – А побродить вашей сеткой?
        Мы были великодушны: – Валяйте! – И через часок у палатки стояло ведро полное рыбы.
        Сердце не камень, волонтёров пожалели, задрогшим подали по соточке и по конфетке на закусь. Они выпили, закусили, вытерли губы, довольно вздохнули и заторопились. Бредень смотали, погрузили на плечи и по ветру ушли навсегда. Без реверанса, даже кепкой не помахали!
        Уху мы сварили, и засобирались тоже домой, ибо рыбалка изжила себя по сути. Разговоров не было, шутки кончились. История складывалась наиглупейшая, поэтому договорились как рыба молчать.
         Прошли годы. Жил в обречённом сознании – я не рыбак, хотя друзья рыбаки были. Они как-то позвали, и я согласился ещё раз выбраться на речные просторы.
        Люди мне известные, уважаю их в целом, включая гопы, синяки на левой руке. Посинеешь тут, если доказательно лупят себя по одному, заветному месту. Якобы, вот ТАКУЮ рыбину в прошлом году! Вот ТАКУЮ в прошлом месяце! Вот ТАКУЮ на прошлой неделе и такую именно собираюсь вытащить сейчас.
         Расселись по берегу рядком, закинули удочки в воду. Тишина.  Хорошо-то как! Только птички верещат, рыба нет-нет всплеснётся, да комары над ухом зудят. В ожидании клёва вполголоса травили рыбацкие байки. Верь – не верь, но всё так оно именно и было.
        Сосед слева вспомнил cвою историю: – Сижу во сне как сейчас с удочкой. Подходит вся из себя красавица Саманта Фокс. Деликатно, не пугая рыбу, начинает медленно раздеваться. Скидает с себя буквально всё. Садится рядом, отмахивается от комаров, гладит выпуклости и шепчет в истоме: – Вася, ну ты как?! – Рассказчик поджёг сигарету и в раскурке примолк. Я возбудился, оживали не рыбацкие, другие наклонности. Поторопил рассказчика: – Ну и как ты, Вася?
       Рассказчик очнулся: – Я-то?! Мне было не до Саманты. Упёрся глазами на поплавок и не зря. Хар-р-рошего окунишку выловил тогда… Тс-с! Клюёт!
        Он подсёк и вытягивает хар-р-ошего окунька. Именно окунька. Это надо же?! Сон в руку!
        Логично ждать теперь похотливую Саманту Фокс. Уж я бы не пялил глаза на поплавок. Я бы удочку с червями в реку к чёртовой матери!
         А сосед справа покосился на окуня и разговор продолжил: – Мне довелось на Волге с берега вытянуть вот такого (!) леща! – И лупанул себя по руке по нужному месту. Сосед слева уважительно выслушал и встрял: – Это ещё подлёщик, а вот у нас (!) на Дону... Я с пониманием относился к байкам, и, хош – не хош, мне тоже надо встревать. Я же на рыбалке с удочкой, не с пальцем в носу.
        Вспомнить было что – ерша-то я чуть не выловил, а сам процесс вообще, как вчера. И не крестясь, на дрожжах фантазий безоглядно заявил: – Я однажды тоже с берега на червячка поймал вот такую (!) рыбину.
         Мозги завихрились от смелости и лупанул себя выше локтя.  Но тут вспомнил про старенькую маму, про жену, про детей, которые беспредельно мне верят. От вранья смутился, почесал руку в том самом месте, пояснил: – Комар, блин, укусил! – но одиссею продолжил:
         – Так вот, ёршик это оказался. С мизинец. Совсем молоденький. Но тако-о-ой шустрый!  – Уже понял, что говорю не то, не так, даже без намёка. Забыл про маму, про детей и ляпнул: – Съел я его!
          Мужики переглянулись, а мне стыдно стало, что я такой большой обидел такую маленькую рыбку… Все сосредоточились на поплавках. А чо на них смотреть?! И что это за рыбалка – один окунишка и ни одной Саманты?!
        Даже гоп кажу, а всё равно я не пригодный для рыбалки человек.



                               


Рецензии