Расследование на троих. Дом с привидениями. 16. 1

      Глава. 16. "Ищите и обрящете..."

     Парком это место можно было назвать с большой-большой натяжкой - скорее, непроходимые джунгли, в которые не ступала нога человека. В некоторых местах трава скрывала всех трех с головой. Это были высокие и сочные стебли неизвестного вида, подвида и царства. Единственное, что было совершенно точно ясно: идти сквозь них было совершенно невозможно без какого-нибудь мачете или, на худой конец, ножа.

    - Ну, и как мы тут пойдем? - возмущенно вопросила Лёля, конкретно ни к кому не обращаясь.

   Долли и Йоня, раздвигая руками стебли в стороны, упрямо пошли вперед, продираясь сквозь густую растительность. Лёле ничего другого не оставалось, как последовать их примеру.

    - Двигаемся вон к тому дереву, - крикнула Долли, продолжая сражаться с зарослями.

    - Вот гнойный аппендицит, - проворчала Йоня, обрезавшись об острый край травинки. - Надо было пробираться к воротам. От ворот всегда делали подъездную дорогу прямо к дому. По ней было бы легче идти.

    - Ты можешь еще вернуться, - невинно предложила Лёля.

     Йоня ничего не ответила, и они продолжили свой путь. Иногда, когда становилось совсем невмоготу, останавливались и садились прямо на землю, подогнув под себя высокие плотные стебли. В такие минуты Лёля постоянно выкапывала откуда-то из глубины разноколиберные разноцветные цветочки: примулы, гиацинты, вербену.

    - Ух, ты! - всякий раз удивлялась она. - Какие живучие! А колокольчики-то здесь, прям, рождественские колокола, а не колокольчики!

     Присмотревшись, Долли и Йоня тоже начинали видеть этот цветочный мир, скрывающийся в зарослях: то здесь, то там встречались нежные сиреневые головки иван-чая, фонтанчики флоксов и свечки люпинов. Жужжали пчелы, летали бабочки, бегали вездесущие муравьи.

    Постепенно перебираясь от дерева к дереву, они проделали часть пути, когда почувствовали, что начинают подниматься на холм. Здесь трава была все еще достаточно густой, но уже не такой высокой. Иногда под ногами они чувствовали камни, плотно оплетенные корнями и поросшие мхом. Вполне вероятно, здесь когда-то была насыпана дорожка.

    - А хорошо тут! - неожиданно сказала Йоня во время одного из привалов, откинувшись на спину. - Воздух-то какой, девочки! Вот так бы лежала и смотрела на облака - и ничего больше в жизни не надо...

     Долли и Лёля последовали ее примеру и улеглись рядом, глядя в небо, по которому бежали мягкие пушистые облака.

    Лёля покусывала травинку и думала о Поле... о его синих, словно это высокое небо глазах...

    - Она надела свой желтенький капор
    И самый зеленый и свежий наряд.
   Дул южный ветер, чуть дождик капал,
   И она кланялась всем подряд.
   Подставила солнышку нежные щечки,
   Кокетливо плечиком повела...
   И тихо сказала своей соседке:
  "Зима ушла..." - неожиданно продекламировала Долли.

   - Сама сочинила? - Лёля приподнялась на локте и восхищенно посмотрела на подругу.

    Та рассмеялась:

    - Это Милн! Тот, что Винни-Пуха написал! Просто про Винни-Пуха все знают, а у него столько всего было: и сказки, и романы, а стихов сколько!  Хороших, разных... Вот мне что-то этот на ум пришел... Так захотелось прочесть...

    - Она читала мне его, когда я умерла... - внезапно услышали они и вскочили на ноги.

   Йоня осталась лежать на земле. Это сказала она, но голос ее... Он был каким-то чужим, страшным, как будто донесся откуда-то издалека, из какого-то глубокого колодца. Она продолжала смотреть вверх, но глаза ее были неподвижны, как будто уставились в одну точку, какие-то неживые, пустые и далекие, словно она смотрела не вдаль, а разглядывала что-то внутри себя.

    - Йоня, Йоня! - Долли наклонилась к ней и потрясла ее за плечо.

    - А? Что? - та села и удивленно посмотрела на испуганные лица подруг. - Я, вроде, как задремала немного... Что-то случилось? - она недоуменно переводила взгляд с одной на другую.

   - Ты сейчас сказала... - неуверенно начала Лёля. - Сказала... - она с мольбой посмотрела на Долли.

    - Так, пора двигаться, а то мы до вечера отсюда не выберемся! - скомандовала Долли. - Давайте, давайте! Вперед.

    И она устремилась вверх по холму. Йоня, не раздумывая, двинулась следом, Лёля замыкала процессию.

     Вскоре они добрались до вершины холма и увидели обгоревшие развалины. Полуразрушенные, черные от копоти стены, кое-где поросшие травой. Остовы столбов, некогда подпиравших портик. Чувствовалось, что когда-то это был довольно большой и, вероятно, красивый дом.

      Долли остановилась и огляделась по сторонам.

      - Дай-ка мне  план, - не поворачивая головы к Йоне, попросила она.

     Та не шелохнулась. Она, молча, смотрела на обгоревшие останки дома, взгляд ее постепенно стекленел и вновь, казалось, обращался внутрь себя. Внезапно она развернулась и пошла куда-то мимо Долли и дома.

     - Йоня! - одновременно окликнули ее Долли и Лёля, но она, казалось, не слышала их. Шаг ее становился все более и более уверенным, как будто она точно знала, куда ей идти. Сначала они шли за ней, потом им пришлось бежать, чтобы не упустить ее из вида.

      Она прошла мимо длинной череды яблонь, затем вдоль какой-то поросшей мхом полуразрушенной кирпичной стены. Повернула направо и скрылась из глаз. Долли и Лёля еще поднажали и вскоре тоже свернули за угол. Со всего размаха они влетели в сказочный мир роз - несколько измельчавших, но источающих пленительный аромат: алых, желтых, белых, розовых и пурпурных. Если бы не Йоня, которая все продолжала упорно двигаться дальше, они бы с удовольствием остановились здесь, чтобы полюбоваться этими прекрасными растениями и вдохнуть их божественный аромат, но Йоня, не обращая внимания на колючки, которые обдирали ее руки, цеплялись за одежду и обувь, продиралась сквозь розовые кусты, даже не заботясь о том, чтобы обойти их. Долли и Лёля все-таки решили не двигаться напролом, и это несколько замедлило их передвижение. Они старательно обходили кусты, стараясь не ломать их и прятать руки от острых толстых шипов.

    - Помнишь, в первую ночь я видела сон? - спросила Лёля, отцепляя рукав кофты от розового куста. - Я рассказывала тебе... Он был про женщину, которая ходила среди роз и плакала... Так вот. Мне кажется, я видела именно эти розы...

    Долли вздрогнула. Едва вдохнув этот сладкий дурманящий аромат, она не переставала думать, где она могла его слышать. А ведь в ту ночь ей тоже снился сон, и там были розы... Эти розы! Теперь она ни чуточки не сомневалась в этом. Значит, они были на верном пути.

     Голова Йони, меж тем, скрылась где-то среди тисовых зарослей позади розария.

     Продравшись следом сквозь вечнозеленые ветви этих двухметровых великанов, Долли и Лёля нашли свою подругу стоящей на коленях среди травы. Возвышающиеся со всех четырех сторон тисы пропускали сюда слишком мало солнца и света, поэтому трава здесь не была такой высокой и сочной, как повсюду. Они опустились рядом и увидели, как она старательно очищала от земли два старых потрескавшихся замшелых камня. Надписи на камнях почти стерлись, но им с трудом удалось прочитать:

  Джон Карри (5 января 1918 - 6 июня 1924)
  Джейн Карри (1 февраля 1919 - 6 июня 1924)

       Лёля вскрикнула и вскочила на ноги.

     - Дети! - закричала она. - Здесь убили детей! Здесь убили детей!!!

    Она рыдала, и слезы фонтаном брызгали у нее из глаз. Это была истерика. Долли никак не могла успокоить ее, а Йоня все также безучастно ко всему продолжала тереть шершавую поверхность камней, пытаясь то ли очистить их от земли, то ли придать им былой блеск и красоту. Долли металась от одной к другой, не зная, что делать. Наконец, она решила, что две чокнутые подруги для нее слишком много и, что есть силы, ударила Лёлю по щеке. Та громко всхлипнула, подавившись очередным воплем, и успокоилась. Слезы продолжали катиться по ее щекам, она судорожно всхлипывала, но уже не кричала и вновь вернула себе способность кое-как мыслить.

     - Ширли не могла предположить такого варианта... - сквозь всхлипы проговорила она.

    - Прекрати дурить! - отмахнулась от нее Долли. - Дети, вообще-то, могли умереть по вполне естественным причинам - столько разных болезней свирепствовали тогда: испанский грипп, дифтерия... да мало ли еще что!

    - В один день?.. - снова всхлипнула Лёля.

    - А почему бы и нет?

    - А Йоня?

    - Что "Йоня"?

    - Почему она так странно себя ведет?

    - Почему это странно? Вот... камешек решила почистить... Йоня-я-я, - тихонько позвала Долли, та вздрогнула, как будто только что очнулась от сна и, перевернувшись села на землю.

    - Ой... - только и сказала она, увидев над собой обеспокоенные лица подруг, потом с изумлением огляделась по сторонам.

   - Куда это мы забрели? - поинтересовалась она.

   - Ты что же, ничего не помнишь? - с подозрением в голосе спросила Лёля.

   - А что я должна помнить? - в свою очередь с вызовом спросила Йоня.

   - Да хоть что-нибудь! - рассердилась Лёля. - Сначала ты каким-то загробным голосом говоришь: "Когда я умерла..." , потом несешься, как чумная, к этим могилам...

   - Каким могилам?! - Йоня в ужасе вскочила и начала осматривать землю. Увидев могильные камни, она побледнела и схватилась за голову.

      Чувствуя, что надвигается очередная истерика, Долли решила взять все под свой контроль.

    - Так, девочки! Срочно выбираемся отсюда! - скомандовала она. - Всем надо сесть, успокоиться, собраться с мыслями и спокойно поговорить. Но не здесь.

      Она схватила в охапку пошатывающуюся Йоню и поволокла ее сквозь заросли тиса, уже практически успокоившаяся, но все еще озадаченная Лёля последовала за ними.

     Они выбрались из розария,  прошли вдоль кирпичной стены и, миновав стройные ряды яблонь, вновь вышли к развалинам дома. Там, отыскав местечко почище, они уселись на камнях и перевели дух. Никому не хотелось говорить. Мысли, словно теннисные мячики, носились в головах. Наконец, Йоня, решившись на что-то открыла свою драгоценную сумку, с которой никогда не расставалась и извлекла из ее глубин плоскую металлическую фляжку.

    - Думаю, нам это сейчас никак не помешает, - проговорила она, протягивая фляжку подругам.

     Те, молча, приложились и, сделав по глотку, почувствовали, как спокойствие и  мужество потекли по их жилам. "Вот сейчас доберутся до мозга, - подумала Долли. - И можно будет встать и отправиться на подвиги". Быстрее всего волшебное снадобье Йони подействовало на Лёлю. Уже после второго глотка она вскочила с места и предложила немедленно отыскать вход в подвал пока у них еще есть силы, а солнце еще не село за горизонт.

    Они поднялись и сквозь зияющий обгорелый провал вошли в здание. Изнутри оно выглядело ничуть не лучше, чем снаружи, но кто-то здесь уже старательно потрудился, значительно облегчив им задачу: крыша была разобрана, все балки перекрытия, рухнувшие вниз, убраны, так что тут было все еще достаточно светло и не надо было бояться, что что-нибудь вот-вот свалится им на головы. Существовала опасность провалиться вниз, но неглубоко: сквозь обгорелые проплешины в полу ясно виднелась кирпичная кладка фундамента. Бесформенная обугленная куча в углу когда-то была диваном - черные кольца пружин, словно иглы кудрявого ежика, торчали из нее. Налетающие время от времени порывы ветра гоняли обгорелые куски бумаги, те рассыпались при первом же прикосновении. Стараясь не ступать по валяющимся повсюду осколкам стекла, подруги медленно проходили комнату за комнатой, пока не добрались туда, что прежде было кухней - огромная черная воронка от взорвавшейся газовой плиты и разбросанные веером покореженные закопченные металлические предметы, в которых еще можно было угадать останки кухонной утвари, ясно говорили об этом.

    - Где-то здесь должен быть спуск в подвал, - предупредила Йоня. - Будьте внимательны!

     Она включила заранее припасенный большой электрический фонарь и стала освещать все углы и стены, до которых не добирался дневной свет. Долли и Лёля ходили следом и старательно вглядывались во все, что казалось им подозрительным и хоть как-то могло походить на вход в подвал. Наконец, в луче фонаря показались ступени, ведущие вниз. Все трое издали победный клич и начали спускаться по узкой каменной лестнице.

        Когда они оказались внизу, Йоня развернула план, присланный Себиллой Голан.

      - Так,.. вот лестница - здесь крест. Напротив должны быть ступени, ведущие к люку...

       Все трое удивленно посмотрели по сторонам, а потом взглянули друг на друга: люк был. Сквозь зеленые стебли растений, разросшихся повсюду вокруг дома ясно просматривался голубой кусок неба с плывущими по нему облаками, но вместо лестницы торчали лишь обгорелые головешки.

      - Наверное, она была деревянная, - предположила Лёля, - и сгорела во время пожара.

      - Не суть, - отмахнулась Йоня. - Для нас эта лестница не играет никакой роли, просто как ориентир. Нам нужно развернуться и идти совсем в противоположную сторону.

     Они повернулись спиной к люку и пошли мимо лестницы, что привела их вниз, мимо сваленных в кучу покореженных металлических стеллажей и труб. Обгорелые клочки бумаги, устилавшие весь пол подвала шуршали и рассыпались в прах. Но вот луч фонаря Йони высветил впереди кирпичную кладку, она повернула его вправо и они увидели узкий проход. Метров через сто он привел их к небольшой нише, похожей на кладовку. Здесь были свалены неподдающиеся идентификации останки мебели, погибшей, скорее всего, еще до пожара - от них воняло гнилью и сыростью.

     - С прискорбием должна доложить вам, ваша светлость, - Йоня отвесила дурашливый поклон перед Лёлей. - Но нам туда.

     - Туда, так туда, - вздохнула Лёля и, включив свой фонарик на телефоне, первая вошла в кладовую.


Рецензии
Жутковато!

Ульяна Кукушкина   15.06.2020 14:54     Заявить о нарушении