Тайна старого лесничества

Дачи ни у кого из четверых друзей не было, и они отправились провести длинные майские выходные в брошенном деревенском доме.
Ехать сначала хотели на джипе, принадлежавшем одному из компании, но в дальнейшем, ближе к делу, мнения разделились. Двое утверждали, что на джипе надёжнее и быстрее, но двое говорили, что на электричке интереснее и романтичнее. Наконец на общем совете решили плюнуть на комфорт и ехать электричкой. Точнее двумя электричками, с пересадкой. И ещё потом пятнадцать километров по жаре с сумками.
Дорога неожиданно оказалась не обременительной. Поезда шли без задержек, а жара не так уж сильно донимала, больше донимали насекомые – огромные слепни чуть ли не в три пальца длиной. Они кружили над головами шагающих по грунтовой дороге путников, норовя не просто куснуть чтобы напиться крови, а попасть именно в глаз или, лучше всего, в рот. Парни защищались от них чем могли, на подходе к пункту назначения у каждого в руке было по здоровенному венику из нарванной по пути зелени, которым они размахивали при каждом подлёте этих тварей как японские ниндзя в гонконгских боевиках размахивают своими нунчаками.
Деревня Дорохово Тверской области встретила ребят зияющими провалами выбитых окон больших, но до крайности старых и разваливающихся деревянных построек, дату появления многих из которых запросто можно было отнести к XIX веку, и оглушающей тишиной. Жилых домов здесь осталось совсем немного и они ютились ближе к лесу. А на въезде вдоль дороги одна за другой выстроились в ряд давным-давно брошенные жильцами развалюхи. Походив мимо них, друзья заприметили лучше всего сохранившееся жилище и решили в нём остановиться, но перед этим побродить по лесу.
*  *  *
В лесу было прохладно и на удивление мало мусора. Хорошая, живительная атмосфера благотворно влияла на настроение, и первокурсники расшалились. Они бегали друг за другом, взбирались на деревья, кидались палками и шишками, в общем вели себя скорее как первоклашки, нежели студенты престижного столичного ВУЗа.
Один из них Сергей Парамонов увлёкся и залез в чащу, скрывшись из виду у остальных. Продравшись сквозь заросли, он выбрался на светлую живописную опушку на краю которой стоял большой деревянный добротный двухэтажный дом. Сергей сразу понял, что это собственность лесничества. Он подошёл ближе, заглянул в окна и увидел, что дом, как и большинство деревенских, тоже является брошенным, не смотря на массивный висячий замок на двери. Сквозь покрытые пылью окна была видна скудная обстановка: стол без скатерти на котором валялось несколько папок для бумаг, два ободранных стула, старый книжный шкаф. Сергей потрогал замок и неожиданно одна из его дужек отскочила вверх. Он был наброшен, но не заперт, в дом можно было войти.
Сергей приоткрыл дверь, потом, подумав, захлопнул и бросился обратно к своим спутникам.
Его друзья отдыхали от беготни, развалясь под соснами. Валёк с Костиком дымили сигаретами, некурящий Женька прозванный «Душа» за свою широкую натуру сидел, точнее полулежал напротив них, обнюхивал пальцы, перепачканные в смоле и так блаженно улыбался, будто это была изысканная восточная смирна, а не обыкновенные выделения обыкновенной русской сосны.
- Слышьте чо. Я нам хату нашёл. – приосанился Сергей. - Настоящую, а не эту засранную развалину, которая в деревне.
- В смысле? – Женька повернулся, попутно пытаясь вытереть липкую руку о древесный ствол, отчего только ещё больше её испачкал.
- В прямом. Там дом стоит на поляне. Лесничество. Ну лесничий там жил, работал. А сейчас нет никого. Давно, судя по всему. Хата целая, стёкла не разбитые. Айда устраиваться.
Валёк с Костиком подскочили и помчались в сторону, откуда вернулся Сергей. Их моментально воодушевила идея провести выходные не в неуютном заброшенном строении без окон да толком и без дверей, где бродят сквозняки и гадят бездомные собаки, а в нормальном доме, к тому же стоящем в лесу, в стороне от остального людского жилья.
- Ты правда что ли? – недоверчиво покосился на Сергея Женька. Тот кивнул и они последовали за своими приятелями, с чертыханиями пробирающимися сквозь густую и царапающуюся лесную поросль.
Внутри дом полностью соответствовал ожиданиям. От него веяло крепостью и надёжностью. Все окна целы, печь в полной исправности, крепкая непрохудившаяся крыша, стены без щелей. В таком жилище можно было спокойно оставаться зимовать. Правда электричества в нём не было, хотя проводка с выключателями наличествовала. Просто никто за всё время не удосужился провести ответвление от общедеревенской электросети и изба лесничего так и осталась неподключенной. Отчего хозяин так и не позаботился об этой первоочередной вещи оставалось загадкой.
Парни радостно побросали сумки и разбрелись в разные стороны осматривать помещения. Сергей первым делом забрался на второй этаж и забил там самую дальнюю комнату. Чем-то она сразу его привлекла. Она была невелика, но доставляла ощущение какого-то уюта и чистоты, несмотря на некоторый беспорядок. В углу у кровати была пришпилена к стене маленькая бумажная иконка Богородицы с младенцем Спасителем. Посреди верхней террасы, залитой солнцем, стоял лёгкий плетёный стол с двумя табуретками около него. Под окном у стены находился деревянный топчан, покрытый рваным матрасом, в свою очередь покрытый какими-то бурыми и жёлтыми пятнами. Впечатление он производил не очень приятное и Сергей его сразу вынес на улицу, бросив подальше с намерением донести до помойки, когда они будут уезжать.
Ночевать на втором этаже больше никто не захотел. Валёк с Костиком заняли нижнюю террасу, потому что там много воздуха, хотя кроватей там и не было, но была одна старая раскладушка, а Евгений расположился в центральной комнате, которая должна была служить гостиной.
Весь остаток дня они убирались, мыли полы, протирали стёкла, вытирали пыль с остававшейся мебели и подоконников. Наводили порядок на крошечной кухне и разбирались с барахлом, обнаруженном в шкафах. Во второй половине дня собирали дрова для печки и просто гуляли по лесу, изучая окрестности.
*  *  *
Незаметно спустились сумерки. Ребята собрались в большой комнате, поставили чайник и завалили стол съестными припасами из своих рюкзаков. Тут было даже несколько бутылок и банок пива, но пить его отчего-то никому не хотелось. В центр поставили большую керосиновую лампу, которая ярко освещала стол с его содержимым. На стены ложились блики, в углах комнаты сгустился сумрак.
- Интересно, тут волки водятся? – ни с того ни с сего спросил Валёк, расправившись со своим пайком. Все рассмеялись, он тоже.
- А также медведи, кабаны и дикие сайгаки. – добавил Женька. – Ночью будем их приманивать, отстреливать, и заготавливать вяленое мясо! Снимать шкуры и делать на этом бешеные барыши. Мы же охотники-первопроходцы, бл…
- Шутки шутками, а я в кладовке ружьё нашёл. Сломанное правда. – произнёс Костик.
- Видел я его, там от ружья приклад один – ответил Сергей.
В комнате стало хорошо слышно, что за окном пошёл дождь, вскоре перешедший в ливень. Струи воды агрессивно колотили по поверхности стёкол, словно просясь внутрь. Парни сидели не разговаривая, наслаждаясь отдыхом и уютом тёплого и надёжного жилища.
Внезапно за окном прогремел раскат и одновременно с ним раздался громкий стук в дверь. Ребята переглянулись, изобразив на своих лицах крайнее удивление, но никто не поднялся, чтобы подойти к двери, которая, кстати, была просто плотно прикрыта, но не заперта.
- Грибники припозднившиеся? – негромким голосом нарушил молчание Сергей. Его предположение было встречено скептическим хмыканьем.
Валёк с Костиком подошли к окну и принялись вглядываться в темноту, пытаясь различить за пеленой ливня, кто может находиться на пороге их убежища.
- Ничего не видать – отрапортовал Костик. – Вроде тень какая-то прошла от крыльца в сторону деревьев. И всё.
- Пойду-ка я запру нас на всякий случай – Сергей поднялся и пошёл закрывать дверь. Как только он вставил толстую дужку здоровенного замка в петли и защёлкнул его ключом, в дверь снова громко постучали. Она даже задрожала от прилагаемых к ней снаружи усилий.
- Ну кто там шастает на ночь глядя? – рявкнул он, перепуганный от неожиданности и неуместности потенциальных визитёров. Ответом ему послужил новый стук. Сергей быстро вернулся в комнату.
- Бл.., Жень, выгляни в окно, у тебя зрение хорошее, посмотри, кто там шаро…тся. – Он исподлобья посмотрел на Женьку, который во весь рот ухмылялся над его испугом. Женька отворил одну из ставней, высунул голову наружу, помотал ею в разные стороны и громко крикнул:
- Кто там? Кто там к нам пришёл?
Сверкнула молния, в небе протяжно громыхнуло и косые струи ливня застучали по полу, свободно проникая в комнату через открытое окно.
- Закрывай давай! – Валёк замахал руками. – Сейчас весь дом зальёшь, потом плесень выводить замучаешься!
- А ты тут жить что ли собрался? – Женька ещё раз поводил носом в разные стороны, высунувшись наружу до пояса, потом всунулся обратно и со стуком захлопнул ставню, закрыв её на крючок. Валёк хотел ответить, что в таком доме и пожить не грех, но в этот момент в стекло постучали, да так громко и настойчиво, что все четверо студентов чуть не подпрыгнули.
- Что за катавасия, кто к нам рвётся, сейчас пойду да накостыляю! – взревел Сергей, нервы которого уже были достаточно взвинчены. Женька успокаивающе ткнул товарища кулаком в плечо.
- Не кипятись. Ну, подшучивает кто-то из местных. Видели наверно, как мы тут устраивались, теперь будут колобродить, доставать, чтобы мы вышли из себя. Плевать на них. Ну, если уж вконец достанут, можно выйти, поговорить по-хорошему, сказать, что мы тут ненадолго, попросить, чтобы не мешали…
- Эээ, кто это?! – завопили Костик с Вальком, указывая пальцами на соседнее окно, в него было чётко видно чьё-то бледное лицо на фоне дождливой темноты. Лицо не имело шеи и плеч под собой, просто ровный белый овал с трудно просматривающимися из-за непогоды чертами. Оно подержалось ещё несколько секунд на виду, будто специально, чтобы его зафиксировали, не приняв за галлюцинацию, и скрылось во тьму. Женька рассмеялся.
- Я же говорю, провоцируют нас, прикалываются, чтобы мы перепугались. Маски всякие у них… Не обращать внимания, да и всё. Скоро им самим надоест под дождём там прыгать…
Под окном раздался глухой звук как будто кто-то с близкого расстояния бросил в стену кирпич. В дверь раздался одиночный удар по своему характеру наводящий на мысль, что это какая-то птица во время полёта на полной скорости в неё врезалась. Только понятно, птицы не летают на такой высоте на скорости, да ещё во время грозы. Ребята сели за стол и не сговариваясь принялись вслушиваться. Наверху заскрипели доски, будто бы кто-то прошёл из угла в угол.
- Просаживается. – Буркнул Женька.
- Чего? – поднял голову Костик.
- Ну, дом просаживается. От того и скрипит.
- Ты в своём уме? Дому лет пятьдесят, а то и больше. Это новые дома просаживаются, а этот уже должен был отскрипеть своё до того, как твои папа с мамой на свет появились – раздражённо высказался Сергей. Никто не возразил.
 - Чё, так и будем сидеть? Ждать гостей незваных? – Валёк зевнул. – Мне спать охота, я, пожалуй, уже на боковую.
От встал из-за стола и прошёл на террасу.
- Ты там аккуратней. – То ли в шутку, то ли всерьёз напутствовал его Сергей. – Если будут ломиться бери топор, он за спинкой кровати. И лопаты там в уголке стоят.
- Привидения топора не боятся… – сквозь новый зевок отозвался Валентин и отправился укладываться.
*  *  *
Друзья разлили чай по пластиковым стаканам. Костик включил на своём айфоне какой-то энергичный клип, поставил девайс на стол, прислонив к чайнику и отправился подбросить в печку дровишек. Когда он вернулся, изрядно пошерудив в жерле печи кочергой и притушив подошвой выпавшие из неё на пол угольки, Женька с Сергеем сидели за столом друг напротив друга сцепившись руками, отодвинув к краям посуду и снедь. Ни с того ни с сего им приспичило устроить армрестлинг. Дождь за окном немного стих, потом снова принялся барабанить едва ли не с удвоенной силой. Костик постоял перед столом, глядя на соревнование, но руки друзей за пять минут не сдвинулись ни на сантиметр, продолжая находиться в одной точке и только подрагивая от напряжения. Костик принялся вглядываться в тёмное дождливое пространство, подойдя к окну так близко, что его нос уткнулся в прохладное стекло и сплющился, превратясь в подобие свиного пятака.
За его спиной раздался стук костяшек пальцев, соприкоснувшихся со столешницей и протяжный вздох проигравшего. Женька как всегда после долгой напряжённой борьбы уложил руку Сергея, крепко придавив своей. Костик отвернулся от окна, чтобы поздравить победителя, но встретился с двумя удивлёнными взглядами, которые были направлены мимо него как раз в ту точку, в которую он всматривался пять секунд назад. Костик развернулся обратно к окну и увидел, что неподалёку, метрах в ста пятидесяти полыхает сосна, видимо подожжённая молнией, причём горит хорошо, огнём объята вся крона и половина ствола.
- Мама дорогая, пожар. – выдохнул он. – Только что ведь не было ничего…
- Лесной пожар, что характерно – заметил Сергей и тоже подошёл к окну. Дождь лил как из ведра, но на горящее дерево это не влияло. Наконец оно с хрустом переломилось, взметнув вверх кучу мгновенно погасших искр. На месте падения были заметны небольшие огненные всполохи, но через пять минут они прекратились. Возгорание было потушено естественными причинами.
 - Ну чё, спать пойдём? – ещё немного постояв у окна спросил Сергей.
- Да пора уже – взглянув на часы подтвердил Женька. – Половина первого уже. Завтра лучше пораньше встанем, на озеро сходим…
Они потушили лампу и разошлись по своим кроватям. Сергей поднялся наверх, подсвечивая себе путь фонариком от смартфона и долго ходил по второму этажу, о чём-то размышляя, прежде чем улечься. Да и после этого ему не спалось. В голову лезли всякие ненужные мысли. За окном дождь совсем утих, гроза отправилась дальше в сторону Москвы. Через двадцать минут после многих неуспешных попыток ни о чём не думать и уснуть, Сергей поднялся с кровати и подошёл к окну. Небо было чистым, он залюбовался на звёзды. Была приблизительно половина второго ночи.
Вдруг он понял, что на самом пределе восприятия ему слышится какой-то низкий гул исходящий, кажется из самих стен и сопровождаемый некоей едва заметной вибрацией. Как будто он находится внутри огромного трансформатора. Сергей помотал головой, предполагая, что гул и вибрация являются плодом воображения его собственного перевозбудившегося сознания. Гул никуда не делся. Он зажал уши ладонями, думая, что и в этом случае гул никуда не пропадёт, но как раз при зажатых ушах ничего похожего слышно не было, а вот мелкая вибрация всего строения продолжала ощущаться. Сергею стало тревожно, он возвратился на кровать и снова попытался уснуть.
*  *  *
Через минуту в доме началась такая жесть, что студенты вспоминали об этой своей ночёвке до конца жизни не иначе как с содроганием, но мы оставим их в этой мирной мизансцене, поставив воспроизведение на паузу, чтобы вернуться к ним спустя некоторое время и взглянуть на происходящее более пристальным взглядом. А пока послушайте альбом группы «Jefferson Starship» под названием «Red Octopus», который был выпущен в 1975 году. Он есть на «Яндекс-музыке».
*  *  *
Беспокойное течение мыслей Сергея Парамонова, то смотревшего на звёзды, то пытающегося погрузиться в сон и мирный уже давно наступивший сон троих его друзей, лежавших на террасе (один на раскладушке, другой на импровизированном матрасе из двух курток и старых штанов) и в комнате первого этажа прервал громкий стук из подвала. Во время обустройства и уборки в доме Костик с Вальком открыли дверь в подвал и сунули туда свои головы. На них пахнуло холодом, сумраком и запахом подгнившей картошки. В этом сумраке они не увидели ничего интересного для себя, кроме нескольких старых мешков, очевидно с картошкой, которые были свалены в кучу у дальней стены. Костик с Вальком захлопнули дверь, решив, что спускаться туда незачем. И вот теперь в эту дверь яростно стучали изнутри. Из совершенно пустого подвала.
Сергей подскочил как ошпаренный, бросился вниз, перепрыгивая через довольно крутые ступени, второпях чуть не запутавшись в собственных ногах и чуть не сломав себе шею. Он пулей промчался мимо заворочавшихся на террасе приятелей и влетел в комнату к Женьке. Тот был уже на ногах и искал вокруг себя что-то, что могло сойти за оружие. Сергей понимающе огляделся, потом махнул рукой и взял со стола хлебный нож. Женька взял двухкилограммовую болванку от старых навесных гантелей, которая валялась у него под кроватью, свидетельствуя о том, что прежним хозяевам дома были не чужды силовые гимнастические упражнения. Один с кухонным ножом, другой с болванкой они подошли к двери в подвал, сотрясавшейся и трепетавшей под градом ударов. Между сериями ударов слышалось царапание как бы звериных когтей и утробное рычание. Сергей вытер вспотевшие руки о штаны и крепче сжал рукоятку своего нехитрого оружия.
С террасы в дверной проём просунулась всклокоченная голова Валька с заспанным лицом.
- Чё это вы тут делаете? – протирая глаза спросил он, не решив ещё, стоит ему пугаться грохота, доносящегося снизу или не стоит.
В этот момент после очередной серии сильнейших ударов, подвальная дверь вылетела и из квадратного отверстия, распространяя удушливый трупный запах, в комнату вылезли четыре ужасного вида мертвеца с пустыми глазницами, оскаленными ртами и в полуистлевшей одежде на разлагающихся телах. С утробным рёвом они бросились на друзей, которых уже как ветром сдуло. Побросав своё несерьёзное оружие они отступили на террасу и придвинули два больших деревянных поддона из-под кирпичей к дверям, положив на них тумбочку, большое зеркало, все стулья, которые были и ещё несколько найденных в пределах видимости громоздких предметов.
Мертвецы с рычанием бились в закрытые двери и царапали их своими звериными когтями.
Ничего не понимающий Костик, из-под которого выдернули раскладушку, чтобы сделать её частью баррикад, тупо хлопал глазами и открывал рот то ли для того чтобы возмутиться, то ли для того чтобы что-то спросить, но поскольку он встал в самый центр помещения, по которому в панике бегали три его друга, в поисках предметов способных укрепить оборону, то Костика просто сбили с ног и он упал, больно ударившись головой и коленом.
- А полегче нельзя?! – обиженно выкрикнул он.
- Тебе сейчас кишки выпустят и будет легче сразу всем! – заорал Сергей на бегу, хотя бежать-то уже было некуда и незачем – вещи, которые можно было бы добавить для укрепления баррикад закончились. Костик поднял непонимающий взгляд на друзей, потом застыл, услышав нечеловеческие звуки за закрытыми дверьми.
- Кто это? – пока он ждал ответа пульс его ускорялся и на лице всё более и более отчётливо проступал ужас.
- Мертвяки. – спокойно ответил Женька. – Настоящие. Попадёшь к ним – сам таким станешь.
Это было ошибочное мнение. Мертвецы из подвала хоть и выглядели как классические представители племени типичных зомби, но своими укусами никого не могли превратить в собственные подобия. Они просто убивали своих жертв путём разрывания когтями и зубами с силой, превосходящей человеческие во много раз.
- А откуда они? – У Костика застучали зубы, стыдясь этого он рукой начал слегка прижимать нижнюю челюсть к верхней. Но рука тоже тряслась. И на лбу проступил пот.
- Из подвала. Что-то вы там с Валентином не доглядели. – также спокойно ответил Женька. – Да, Валентин?! – гаркнул он с интонацией, как будто требовал подтверждения от встревоженного и молчаливого Валька. - Да ты не дрейфь, Костян, их там всего четверо… По одному на брата…
Костик громко выпустил газы, смутился, но отчего-то именно это неожиданное и банальное проявление метеоризма его успокоило, как будто внутри распрямилась какая-то пружина и стало не страшно. Точнее, страшно, но не до паники. Паника испарилась, словно покинула его организм вместе с газообразными продуктами жизнедеятельности кишечника. Он деловито начал оглядываться по сторонам и соображать, чем ещё можно помочь им всем в этой ни с того ни с сего свалившейся на них беде. Потом он вспомнил, что в угловом шкафчике, который в данный момент являлся центром заградительных сооружений, сотрясавшихся под ударами извне, лежит упаковка парафиновых свечей. Он достал свечи и зажёг четыре штуки, расставив по углам комнаты. Стало светлее и как-то спокойнее.
- Прямо как ритуал. Вызывание мёртвых. Пентаграммы по центру не хватает. – Покачал головой Женька. Мертвецы за дверью взревели, словно услышали его слова.
Сергей поднялся по лестнице в свою комнату. Он хотел немного успокоиться, привести мозги в порядок и сконцентрироваться на том, как лучше всего действовать, когда их импровизированная защита, преграждающая путь нечисти будет сломлена. То, что она не выдержит до утра было ясно. Из оружия там, где они находились, присутствовали только лопаты. Он вспомнил, что в его комнате стоит большой ящик с инструментами. Что там есть? Молоток, отвёртки, рубанок и конечно же пила. Он схватил пилу с молотком и вернулся вниз.
- Мне в туалет надо. По большому. – мрачно сообщил Костик. Женька добродушно заржал.
- Нам всем надо, полезли на крышу, - он подмигнул, - мертвецов кирпичами закидывать.
- Кирпичами? – Валька навострил уши. – во дворе большая куча битого кирпича, может правда пригодится, в бою все средства хороши…
- Во двор выйдешь, а там тебя ещё пара таких дохлых поджидает. – отозвался Женька. Надо аккуратно как-то… Разведать что ли сначала…
Двери затрещали под новой волной натиска и баррикада пошатнулась. Ребята отпрыгнули в сторону лестницы. Ещё несколько ударов, для которых использовались как руки с ногами, так и собственные головы и мертвецы прорвали оборону, разбросав предметы, составлявшие её по всему помещению. Раздался звон разбиваемых стёкол. На террасу ворвался свежий ветер, принося с собой запах мокрой листвы и хвои.
После недолгого и к счастью некровопролитного боя четырём друзьям пришлось отступить на второй этаж, ценой неимоверных усилий им удалось сломать за собой лестницу, выломав все ступени одну за другой. Хорошо, что проход возле лестницы был довольно узким и можно было вдвоём отбиваться от мертвецов, пока другие двое ломают ступени. Сергей с Женькой как более изворотливые почти не получили ранений, зато Валька с Костиком сильно покусали. Костика даже пришлось отбивать, когда его извивающимся и орущим телом завладели ожившие трупы. Одному Сергей отрубил руку, а второму Женька смог отпилить голову, благо мёртвая плоть хорошо поддавалась острому полотну пилы. Мертвецы остались, порыкивая, бродить внизу, а ребята сидели наверху, думая, как им покинуть это проклятое место. Валёк с Костиком потирали укусы, пытаясь перевязать тряпками самые глубокие из них. Костик сильно раскис, воображая, что с минуты на минуту превратится в такого же зомби, как и те, что остались на первом этаже. Сергей пнул его в бок ногой и приказал не паниковать, молиться и надеяться на лучшее. Костик с тихим скулением отполз в угол и там обречённо притих.
На рассвете мертвецы убрались в подвал, а ребята кое как спустились вниз и убежали.
В чём смысл этого незначительного эпизода из жизни четверых студентов московского ВУЗа? Автор не знает сам, единственное, что автор может сказать, это что черты лиц и строение тела каждого из мертвецов соответствовало чертам лиц и строению тела каждого из ребят. Таким образом можно сказать, что приезжие студенты столкнулись со своей мёртвой ипостасью каждый. Со своей ветхой падшей природой, о которой не имели ни малейшего представления. Если бы они были в курсе, что данные четыре мертвеца – это они сами, в некотором смысле, то есть это тёмные, плохие стороны их личностей, то, пожалуй, они испугались бы поменьше и даже может быть вернулись некоторое время спустя, чтобы уничтожить нечисть. Но им ничего не было известно о таких тонкостях духовной жизни и они просто покинули место судьбоносной встречи с собственной падшей природой, чтобы продолжать привычную жизнь, которая у них с тех пор уже перестала быть привычной.
*  *  *
Когда молодые люди вернулись по домам, то сначала они договорились никому не рассказывать о том, что с ними произошло, чтобы не нарваться на вполне справедливые насмешки. Но примерно через полтора месяца Женька проговорился своему младшему брату, у которого в Твери жила знакомая. Брат рассказал всё родителям, те конечно же не поверили, но не торопились насмехаться и решили расспросить самого Женьку, отец которого был таможенником, повидал на своём веку много чего и серьёзно относился ко всему необыкновенному, что нарушает привычный ход жизни. К тому же он прекрасно знал, что воспитанный им сын не станет сочинять такие идиотские, примитивные истории. Раз уж рассказал, значит что-то было. И Женькин отец Павел Иванович Жапризо (их семья имела французские корни) решил разузнать досконально, что именно произошло с его сыном и однокурсниками его сына под Тверью.
Поездка в Дорохово и настойчивые расспросы всех оставшихся жителей деревни кого удалось найти и с кем удалось пообщаться пролили свет на это дело.
Оказалось, что лесником местного лесничества, служил проживавший в этом доме гениальный учёный-изобретатель. В 80-е годы его идеи ещё не вызывали доверия у официальной науки, а после развала СССР они перестали вызывать не только доверие, но и какой-либо интерес. Всем стало не до него. После нескольких лет затворнической жизни в течение которых он продолжал свои опыты, учёный, с детства веривший в Бога ушёл наконец в ближайший монастырь и постригся в монахи, а за оставшимся пустовать домом в дальнейшем присматривала его двоюродная сестра, которая жила в Дорохово и была младше своего брата на двадцать лет. К тому моменту, когда четверо студентов проникли в опекаемое ею жилище, она уже очень давно в нём не была, по причине глубокой старости и немощности.
Перед уходом в монастырь учёный, которого звали Пётр Павлович Комаров воплотил в жизнь одно из своих гениальных изобретений. Он создал уникальный прибор, имеющий особенные датчики, способные при включении прибора сканировать человеческую душу, а затем сохранять информацию абсолютно обо всём плохом, злом, противоестественном и нечистом, что в ней находится. Информацию о всех человеческих грехах с первой секунды жизни. После этого в дело вступал «материализатор», который создавал из ничего функционирующую копию человека, с которого была снята информация. В этой копии содержалось всё то зло, которое прибор переписал с реального носителя, больше ничего в ней не было. То есть за несколько часов прибор мог создать альтернативную «личность», имеющую тело, но не имеющую в себе божественного доброго начала, а, следовательно, ничего хорошего, одно кромешное зло в химически чистом виде. Идеально точное воплощение тёмной стороны личности отдельно взятого человека.
Комаров использовал прибор только один раз в жизни. Он создал злую версию самого себя, после чего от потрясения и ушёл в монастырь, чтобы замолить этот грех, так как созданный им экземпляр сначала попытался уничтожить своего создателя, а потом убежал, чтобы бродить по округе и разрушать и уничтожать всё, что попадётся на встречу. Сначала Комаров пытался отыскать его, ходил по лесу, даже с собаками, находил своего «двойника» несколько раз, но безымянный и безумный злодей сразу убегал от него и прятался заново.
В деревне начались поджоги и исчезновения людей. Скоро народ стал покидать это место, к моменту появления в Дорохово студентов, там проживало лишь четверть населения от того количества, которое присутствовало на момент создания Комаровым своей злой копии.
Уходя из дома, Комаров позаботился, чтобы дом, который, собственно, и являлся закамуфлированным Аппаратом сканирования Души и Автоматической МАтериализации Негативных Талантов (сокращённо АДАМАНТ) был отключён от электропитания, проследив, чтобы к нему не была подведена общедеревенская электропроводка. Это вселяло уверенность, что никто не сможет случайно запустить процесс материализации и создать ещё одного себе подобного монстра.
Когда, спустя двадцать пять лет после ухода Комарова ребята заняли дом, злая копия Комарова или Комаров-зомби, бродивший поблизости, очень ими заинтересовался и, дождавшись полной темноты, принялся стучать в дверь и окно. Когда ему не открыли, он решил дом поджечь, но ему удалось поджечь только сосну неподалёку. Ума у него было не больше, чем у любого зомби. Скорее всего с ребятами в эту ночь больше ничего бы не произошло, но в дом как на беду ударила мощнейшая молния и своим разрядом в добрую сотню тысяч вольт активировала его аппаратные функции. Процесс создания зомби, которые должны были стать копиями присутствующих внутри дома людей пошёл. Когда процесс закончился, зомби выбрались из подвала и принялись охотиться на тех, кого перед собой увидели.
Вот такая история произошла в этом году в Тверской области, теперь осталось только понять, как поймать и нейтрализовать пятерых зомби, из которых один днём спит в лесу, четверо в подвале, а ночью все вместе выходят безобразничать. Если это не удалось самому учёному, по вине которого они появились, то кто справится с этой задачей?
Может быть Павел Иванович Жапризо со своими коллегами из таможенной службы, а может быть кто-то рангом повыше, мы оставляем эту задачу открытой для каждого, кто вдруг пожелает заняться её решением.


Рецензии