Нити, ниточки родства

Светлана Поповцева

записки генеалога

Часть первая
Конец мая. Встаёт солнце в микрорайоне города Перми.
Ближе к обеду прилетели чайки и своими резкими и отрывистыми криками распугали всех птиц, которые тоже кормились у мусорных баков, недалеко от высоких осветительных фонарей и крыши детского сада. Здесь время от времени отдыхали эти серо-белые бестии, которые впервые появились в этой городской черте год назад, а сегодня стая чаек значительно увеличилась, почти в два раза, и прилетают они не только днём, но и вечером.
У творческого человека вдохновение есть всегда, правда, оно зависит от погоды, настроения, состояния здоровья…
Я с 1984 года XX века занималась краеведением и краеведческой библиографией, работая в краеведческом отделе, а потом в информационно-библиографическом отделе Пермской областной библиотеки им. А. М. Горького. И мне это нравилось. Однако наступило время — новый век, когда мне исполнилось сорок лет. Я поняла, что мне этого мало, что нужен новый, интересный и неизведанный род деятельности, который бы захватил меня постепенно, но всю без остатка. Выход мне подсказали мои родственники (отец и его братья).
Меня стала интересовать история происхождения девичьей фамилии — Пикулев(а). Пролистав все справочные издания по фамилиям и словари русских и уральских, пермских говоров я нашла немного информации, она была разная, а иногда и противоречивая.
Я только начинала свой путь в область родословия своей семьи и многого ещё не знала. Нас учили в советское время доверять институтским преподавателям, особенно с научной степенью. Когда я нашла в сборнике профессора Е. Н. Поляковой «Пермские фамилии» (Пермь, 1997) информацию о фамилии «Пикулин», то очень обрадовалась, так как далее следовали пояснения, что фамилия встречается в Чердынском уезде в деревне Губдор. Здесь была дана ссылка на основной источник — писцовые книги Михаила Кайсарова, которые хранились в Москве, в рукописном отделе Румянцевского фонда Российской государственной библиотеки им. Ленина (РГБЛ). Но оказалось, что Елена Николаевна доверяла своим аспирантам, информацию за ними не проверяла и никуда не ездила сама.
Случайно в Пермской областной библиотеке им. Горького в мае 2005 года я познакомилась с бабушкой — Лидией Александровной Хрусталёвой (70 лет) из Москвы, которая занималась родословием своей семьи священнического рода Нассоновыми.
Мы подружились, что-то я искала в справочниках и энциклопедиях и заказывала в хранении библиотеки для Лидии Александровны в Перми, а она пригласила меня погостить в столице.

И вот летом 2007 года, в отпускной период, представился впервые такой случай — поработать и погостить в Москве. Я купила туда и обратно билеты в плацкартных вагонах на поезд «Москва — Пермь II» («Кама») и первый раз так далеко поехала, совмещая работу (РГБЛ, РГАДА) и отдых (музеи, выставки, Третьяковка…). Когда я открыла в отделе рукописей дело — писцовые книги Михаила Кайсарова, то обнаружилось, что на указанной странице фамилия не «Пикулин», а «Пищулин». Теперь стало понятно, что в метрических книгах села Губдор своих Пикулевых я никогда не найду, и это была ложная ниточка поиска, надо срочно искать другую церковь. Но какую церковь и где искать?

Однажды, просматривая метрическую книгу 1807 года разных церквей Чердынского уезда в читальном зале Государственного архива Пермского края (ГАПК) нашла фамилию «Пикулев» из деревень Сурол и Пож Юрлинской волости Чердынского уезда и поняла, из каких деревень переселились мои государственные крестьяне Пикулевы на южные земли Большекаскасальской волости Осинского уезда Пермской губернии.
В читальном зале ГАПК начала работать в качестве исследователя ещё с 1992 года, когда занималась поиском материалов для составления «Уральской исторической энциклопедии» по письму от краеведческого отдела Пермской областной библиотеки. Спустя десять лет вернулась в читальный зал этого архива уже исследователем родословия казённых крестьян Пикулевых, но в начале моего поиска было много сложностей из-за неверной информации и моего незнания теории генеалогического поиска.
О первых шагах, находках, ошибках моего поиска крестьян рода Пикулевых можно писать долго и постоянно, так как каждый год, начиная с лета 2005 года, я находила по крупицам информацию из метрических книг. Поиск у меня пошёл, как сейчас говорят, после того как решилась летом в 2005 году съездить на три дня в город Чернушку (Пермский край). Там посмотрела в архивном отделе администрации Чернушинского района (АОАЧР) более десятка метрических книг села Бедряжинского и даже вывела свою быструю методику поиска. Сначала смотрела бракосочетания, а потом строго через девять месяцев уже искала рождения детей. Хорошо, что там метрики хранились отдельно по частям за несколько лет, отдельно рождения, отдельно бракосочетания и смерти. Директором архива администрации работал в то время Равиль Муллаханович Габделхаков, кандидат исторических наук, председатель краеведческого общества города Чернушки, умный и добрый человек. Мы познакомились в мае 2005 года в Перми в библиотеке им. А. М. Горького, и познакомила нас моя коллега — библиограф Светлана Вячеславовна Журавлёва. Мы подружились и до сих пор сотрудничаем. После этой поездки, соединив выписки из Чернушки и из ГАПК (Пермь) ревизий1850 и 1858 годов, получила сразу три поколения своей родословной крестьян Пикулевых. Вот было радости — целое море.
Тогда же заинтересовала картография, заселение Осинского уезда, топонимика и история населённых мест: деревень и сёл, связанных с моими далёкими предками — крестьянами Пикулевыми.
В конце июля 2009 года была впервые в селе Юрла, работала в архиве администрации Юрлинского района Пермского края, а также познакомилась с Бахматовым Анатолием Андреевичем (краеведом и заведующим музеем района) и с краеведом Клавдией Петровной Гусевой из деревни Сергеево Юрлинского района, тогда ещё автором двух рукописных книг: «Поклонись родному дому» и «Забытые деревни». В районных архивах Пермского края было работать намного проще, доступнее, можно было важный материал выписать и скопировать, познакомиться с простыми, интересными людьми.
Мне, тогда начинающему родоведу, помогала в моих поисках моя профессия библиографа, краеведы и родоведы: А. А. Бахматов, К. П. Гусева, Р. М. Габделхаков, Л. А. Хрусталёва, общественная работа — руководитель Пермского отделения Уральского историко-родословного общества и опытные исследователи: С. В. Трофимов, Ю. В. Коновалов, председатель УИРО М. Ю. Елькин. Об этом интересном времени и моей работе в качестве руководителя Пермского отделения рассказывалось в моих воспоминаниях «Страницы тетради» в юбилейном сборнике «Пермский родовед» №4.
Как давно это было, около двенадцати лет назад, — первая поездка в Москву летом 2007 года в РГАДА и первые небольшие находки (записи из архивных дел). В дальнейшем поездки в Москву в Российский государственный архив древних актов (РГАДА) вошли в привычку. Я научилась читать скоропись XVIII века, работать в читальном зале РГАДА с описями и делами, искать и находить в делах и на мониторе компьютера нужный материал, фотографировать с монитора…
В 2010 году на поезде «Тавда — Москва» отправилась 10 июля, в субботу, из Перми и 11июля, в воскресенье, в 5 часов 30 минут утра приехала в Москву работать в РГАДА по своим крестьянам Пикулевым. Меня встречали супруги Пикулевы Валерий и Татьяна на автомобиле польского производства, мы с ними договорились по Интернету заранее, так как предки Пикулева Валерия родом из деревень Чернушинского района. Я очутилась впервые у незнакомых людей в Южном Бутово, районе Москвы, в большой четырёхкомнатной, хорошей квартире около 100 кв. метров. Встретили меня хорошо, но потом поздно вечером этого же дня жена Татьяна как бы невзначай предупредила, что в пятницу они уезжают все на дачу в Московскую область и меня с собой не берут (у них годовщина свадьбы сына) и я должна съехать от них уже в четверг вечером. Я такого поворота не ожидала, хорошо, что есть Лидия Александровна, и она была в Москве, а не в Тульской области на даче. Я ей позвонила уже во вторник и поведала эту ситуацию, и она, конечно, меня вечером в четверг приняла и я жила у неё ещё шесть дней до среды, 21 июля, а в среду уехала домой в Пермь. Помню, как Лидия Александровна на Ярославском вокзале меня провожала. Не знаю, что бы делала без неё...

Лидия Александровна — это умная, эрудированная и гостеприимная бабушка-родоведка, которая разбирается в минералах, истории древних цивилизаций… Именно она в ноябре 2007 года в Подольске в Центральном архиве Министерства обороны нашла мне личное дело моего деда — лейтенанта Пикулева Григория, но под именем Георгия Андреевича и скопировала его мне, но без нескольких страничек в жёлтом конверте (сведения о плене), которые появились позже на сайте ОБД «Мемориал».
Поездки-командировки спасали меня, когда я, выйдя на пенсию, начала заниматься частной генеалогией, и частных заказов было мало, — в 2015, 2016 и 2017 годах. На «Форуме Уральской генеалогии» объявляла, что еду в Москву работать и за небольшую плату находила коллег генеалогов или исследователей, которым надо было посмотреть на мониторе в читальном зале РГАДА дела и сделать выписки из первых трёх ревизий и переписных книг. В этих командировках я посещала: дважды Третьяковскую художественную галерею, Исторический музей, музей Александра Шилова и другие, а также смотрела спектакли в Московском дворце молодёжи — мюзиклы «Призрак оперы», «Бал вампиров», наслаждаясь музыкой и великолепной игрой и пением артистов, особенно артистизмом и пением главного героя, которого в этих спектаклях играл Иван Ожогин.

За двенадцать лет работы в области генеалогии я встретила много хороших, добрых, умных и простых людей (горожан и деревенских), обрела родственников по Пикулевым в Соликамске в сентябре 2010 года.
Хочется отметить моих бабушек, но не родных по крови, а родных по духу. Им всем уже за 80 лет, живут в разных городах и даже в деревнях. Они все стали мне родными, помогали советами и рассказами, книгами и схемами, поражали своим гостеприимством, умом и добротой, поддерживали в трудные годы моего поиска по роду Пикулевых, Авциных...
Пусть кто-то из них зовёт меня по отчеству, а кто-то ласково Светонькой или просто Светой — это не важно. Я долго искала их — родных бабушек, а они, оказывается, всегда были рядом со мной.
 Вот их имена, отчества и фамилии: Лидия Александровна Хрусталёва (1935 г.р.), Москва, родовед; Клавдия Петровна Гусева (1937 г.р.), деревня Сергеево Юрлинского района Пермского края, почётный гражданин Юрлинского района, краевед; Галина Константиновна Кириллова (1937 г. р.), город Иркутск, краевед, родовед, кандидат географических наук. Все они любят Пермский край, город Пермь, родных, тех, кто связан с этими местами, и все любят меня, а я люблю их, моих бабушек.
Наступил 2011 год, и я приняла весной по телефону свой первый частный большой и сложный запрос из Екатеринбурга на родословие семьи Пажгиных  и их земле Оханского уезда. Не знаю, что из этого получится. Сколько брать денег?  В основном общалась с Пажгиным Владимиром Николаевичем из Нытвы. Была составлена доверенность по № 59АА 0489212 на три года. Поколенные родословные росписи по нисходящему типу делать ещё не умею, но надо вначале найти родословную  и по землевладению информацию по этой ветви по фондам ГАПК. Работала почти два года и составила поколенную родословную роспись крестьян Пажгиных.

Пытаюсь сделать родословную поколенную роспись смешанного типа по крестьянам своего рода Пикулевым в Word, но не получается, так как большой разрыв — более тридцати пяти лет. Работаю по ним дальше — поиск архивных дел в фондах архивов Пермского края, а поколенную роспись пока бросаю, вернусь и доделаю только в 2016 году перед публикацией в сборнике «Пермский родовед» №3.

Ура! Я закончила поколенную родословную роспись крестьян Пикулевых, состоящую из четырнадцати поколений с XVIII по XXI век и опубликовала в 2016 году в сборнике. Позже выяснилось, что в поколенной росписи есть несколько ошибок, относящихся к советскому периоду конца XX века.

В июне 2011 года мне повезло, получила хороший и выгодный заказ из Санкт-Петербурга для работы в Государственном архиве Иркутской области в Иркутске. Заказала на июль и август билеты на поезд и одноместный номер в гостинице «Фианит» и поехала. В Иркутске была впервые, поэтому взяла билеты до Слюдянки на поезд «Москва — Чита». 13 июля в 6 часов утра по местному времени поезд прибыл на станцию Пермь II, села согласно билету в 12-й, предпоследний, вагон на 49-е боковое нижнее место. Поездка была интересной, так как ехать более трёх суток (72 часа). Попутчики постоянно менялись. Вверху, на месте 50, ехал тихий молодой человек до Екатеринбурга, а потом высокий мужчина Антон до Омска, а напротив меня на верхних полках молодые супруги из Закамска (Пермь) — Алёна и Михаил Стерлиговы, любящие изобразительное искусство, архитектуру, йогу и экстремальный отдых в разных местах России. Но ехали они с пересадкой на север Байкала. Очень интересная пара с огромными рюкзаками отправлялась в путешествие по тайге, горам и рекам и по Байкалу. Михаил по специальности архитектор, Алёна работала учителем рисования в школе, а также художником и танцевала индийские и восточные танцы.
В Омске многие пассажиры вышли, было уже полпервого ночи, и вошла группа пьяных мужчин, самый пьяный, как мне показалось, был молодой человек с ноутбуком, который умудрился потерять билет. Это был Саша, мой сосед, — место 50. Я думала, что он свалится с верхней полки, поэтому спала плохо. На следующее утро встала рано, бормотание соседа Саши не давало мне заснуть, пыталась читать детектив, но и это не помогло, хотя сосед уже тихо посапывал. Вошедшие мужчины были вахтовиками и ехали на реку Амур строить газораспределительную станцию. Я подняла столик, попила чаю с бутербродом, потом подсел бригадир вахтовиков Юра и вначале извинялся за Александра, пояснив, что тот не пьёт, но прощался с друзьями, с молодой женой и перебрал немного.

Понять мужиков, которые едут на два месяца в тайгу, в Амурскую область, достраивать объект, конечно, можно. Они несколько месяцев не видели жён и детей, им дали две недели, включая пять суток дороги, побывать дома, и вот опять едут работать. Бригадир оказался моим земляком — родом из посёлка Сылва Пермского края. Его воспитывала бабушка, он очень много говорил, вспоминал детство и пообещал мне вынести в Слюдянке мои сумки вместе с Сашей. Вахтовиков было четверо, и все ехали на верхних полках, но они не терялись и быстро находили места для выпивки и закуски. Пиво покупали и в ресторане, и на стоянках, и курили, курили. Мужики выпили за поездку (пять суток), наверное, цистерну пива, но обещание помочь мне вынести сумки выполнили. Этот алкогольно-табачный перегар долго витал в воздухе душного вагона.
Ещё был странный пассажир — пожилой, но бодренький упитанный мужчина Михаил Иванович из Читы, который возвращался домой из Красноярска, вначале тихий, а потом сел напротив меня с Библией и стал рассказывать про Иегову и пропагандировать их братство, зачитывая отрывки из Библии. Меня спасло то, что за окном уже появились пейзажи тайги Прибайкалья, а потом и озера Байкала и я перевела разговор на тему родословия, так как Михаил Иванович надоел мне с религиозными догмами.

Приехала я 16 июля в 22 часа 30 минут, но было ещё светло. Состав поезда прибыл раньше указанного времени и стоял шесть минут, а не две (по расписанию). Вагон стоял далеко от станции, поэтому не было ни продавцов омуля, ни моих родственников. Антон и Саша вынесли мне сумки и поставили на лавочку, но заходить в вагон не спешили, всё шутили и заигрывали с проводницей Татьяной. Но вскоре все зашли в вагон, мужчины помахали мне руками и поехали, а я осталась одна на перроне, уже был виден хвост поезда, а родственники запаздывали. Мне стало грустно и одиноко, быстро темнело. Наконец я увидела женскую пару — это мои встречающие бабушка Вера и её дочь Люда.
Руслан спал, а мы беседовали, вспоминали, ели шанежки и пирожки и запивали чаем до часу ночи. Ночью была сильная гроза, а в Улан-Удэ — землетрясение в два балла, о котором я узнала позже уже из теленовостей в Иркутске. На следующее утро в 6:00 по местному времени родственники посадили меня в электричку до Иркутска и ехала я почти три часа, там начала сочинять песню «Байкальский ветер».
Приехала на вокзал Иркутск-Пассажирский, в гостиницу — на такси за 300 рублей (дорого), накрапывал дождик, переоделась и через два часа была в архиве. Из гостиницы позвонила председателю городского общества «Родословие» Наталье Сергеевне Пономарёвой и договорилась о выступлении на заседании общества по теме моего родословного поиска по линии мамы железнодорожников Авциных — Лебедевых.
В то время общество заседало ещё в краеведческом отделе старого здания Молчановки. В архиве на улице Байкальской метрики выдавали с трудом, старались отказать под любым предлогом, но всё же удалось найти несколько записей и по заказу, и по линии мамы, но нашла я мало, так как не все мои предки родились в Слюдянке, а ещё, оказывается, в Усолье-Сибирском, но об этом позднее. В июле 2011 года после встречи с родоведами я познакомилась с Галиной Константиновной Кирилловой, и последние три дня в Иркутске жила у неё.
Галина Константиновна умная и добрая бабушка из семьи репрессированных. Её муж Георгий Михайлович Игошев (1940–2011) родом из села Аспы Уинского района Пермской области, окончил географический факультет по специальности «геоморфология». Она познакомилась с ним у нас в городе, в Пермском университете, будучи аспиранткой кафедры физической географии. Яркие, эмоциональные воспоминания об этом периоде их студенческой жизни, об их знакомстве и любви опубликованы в сборнике «Пермский родовед» №3 на десяти страницах.
Я на электричке доехала из Иркутска до станции Слюдянка (родина мамы). Там у меня живут тётя (сестра мамы), двоюродная бабушка и двоюродные сёстры и брат, их семьи (дети, внуки…). Вера Фёдоровна показывала свой огород за домом, где росли редис, огурцы, фасоль, свекла, морковь и свои кусты смородины. Она им гордилась и вся светилась.

Из кухни Веры Фёдоровны Девеевой (двоюродной бабушки) виден Байкал, и близко от этого двухэтажного дома находятся набережная Слюдянки и дикий пляж, «лягушатник» для купания. Прощаясь с Байкалом, я долго ходила по набережной, фотографировала и сидела на бревне, сочиняла стихи, погода была хорошая, солнечная.
Уезжала из Слюдянки в Пермь 29 июля в 23 часа 30 минут, но тоже не обошлось без приключений. У меня получилось четыре места: три сумки и коробка с копчёным омулем. Пошёл дождь, Руслан видел, что собираюсь и никак не засыпал, когда он заснул, мы с бабушкой Верой и Людой вышли и пошли на вокзал Слюдянки, который недалеко, но сумки тяжёлые, нагрузили в Иркутске книгами, и надо подниматься на мост, чтобы потом спуститься к нужному пути, потом опять спускаться. Время 23 часа 15 минут местного времени, объявили, что поезд уже прибывает на третий путь, стоит две минуты, а к пути не подойти — на перроне сплошь продавцы рыбы. Вагон у меня третий. Проходят почтовые вагоны, первый, второй, но следующий пятый, наконец, нашли нужный вагон, но у дверей столпились торговки, двери закрыты, и проводника нет…
Появился проводник и пассажиры из вагона. Темно, хоть глаз коли. В тамбуре вагона темновато. Спасла бабушка Вера, несмотря на свой возраст — семьдесят лет, обладает громким голосом, кричит: «Проводник! У нас пассажир заходит!» Протискиваясь между торговками, я ставлю сумку в полутёмный тамбур, поднимаюсь в вагон с коробкой, и протягиваю заспанному проводнику, молодому человеку паспорт с билетом, принимаю у Люды ещё две сумки, прощаемся, и прохожу в полутёмный вагон. Вход в вагон мы брали с боем, перенервничала и устала. У меня нижнее боковое место. Заталкиваю сумки под сидения и ищу вверху матрас, но не нахожу. Потом нахожу — далеко и высоко, мне не достать. Прошу проходящего по коридору мужчину. Наконец застилаю постель и ложусь, но что за матрас — одни комки, ощущаются даже моими жировыми складками. Стараюсь заснуть, в голове шумит, но начинаю привыкать к стуку колёс, немного успокаиваюсь, пытаюсь заснуть, так как до Иркутска ещё более часа, но не могу, кто-то постоянно ходит, шуршит пакетами…
Минут через десять включат общий свет и начнётся: массовое хождение, шуршание, разговоры, сборы… Так как уже скоро, минут 30–40 осталось до Иркутска. Какой уж тут сон! Девушка напротив меня спускается с верхней полки, убирает бельё. Интересуюсь её матрасом. «Нет ли там комков?» — спрашиваю. Она удивлённо отвечает, что нет. Мне-то ещё ехать больше 69 часов. В Иркутске вышло много пассажиров, более половины вагона, и почти столько же зашло. И так повторялось в каждом крупном городе.

Часто, когда работаю дома, вспоминаю и скучаю по Байкалу и красивым закатам, по шуму волн, по чистой воде и необыкновенному воздуху, пахнущему водорослями, напоминающему мне морской воздух. Эти родные мне места всё сильнее притягивают к себе. Может, потому, что не все загадки с ними ещё разгаданы, особенно те, которые тесно связанны с родословием моей любимой мамочки, а может, сама природа Байкала и его легенды зовут меня, или память родственников о маме, как её называли здесь ласково «японочка». А может, это мама с небес мне напоминает путь к Байкалу, к небольшому городу Слюдянке, к родственникам…
Осенью прошлого года написала эти стихотворные строки:
Ниточки судеб связаны крепко —
это клубок близких по родству людей.
Но  есть ниточки судеб — ниток обрывки,
которые ищут, ищут друг друга
на протяжении сотен или десятков лет.
Я — исследователь, как лоцман в океане информации и знаток источников родословного поиска, соединяю нити родства, ищу, консультирую и помогаю людям узнать историю своей семьи и рода, тем самым, как предсказатель судьбы, определяю их будущее. Еще историк О. В. Ключевский сказал, что «не зная истории своего прошлого, не познаешь будущего».

В августе 2014 года опять вернулась в Иркутск, ехала уже на поезде из Перми до Иркутска в купе, так как в плацкарте не было нижних мест. Галина Константиновна, моя бабушка, меня встретила. Мы сели в такси, и так как ехать надо было уже далеко за Ангару, то таксист согласился довезти уже за 500 рублей. Ехала работать в Государственный архив Иркутской области над документами переселения крестьян, Сользавода, а также с метрическими книгами Усолья-Сибирского.
За три прошедших года нашлись документы (свидетельство о смерти Авцина С. И.) в архиве ЗАГС Москвы, в котором был указан год, место его рождения, и поняла, что надо посмотреть в архиве в этот раз. Много дел из разных фондов ГАИО просмотрела и, наконец, нашла ценную для меня запись в метрической книге 1907 года села Усольского о крещении ссыльнокаторжного моего прадеда Авцена Иосифа Янкелевича, который принял православие, взял новое отчество своего крёстного и стал Платоновичем. Вот так, по крупицам, находится архивный материал по восстановлению родословия.
Жила я в Иркутске у Галины Константиновны Кирилловой — очень доброй, приятной, умной, гостеприимной и доверчивой бабушки. Жили мы очень дружно. Галина Константиновна доверила мне на несколько дней трёхкомнатную квартиру и ключи от неё, уехав на дачу.
Мы были в костёле на концерте местной органистки и гуляли по пешеходной улице города под названием 130-й километр, в музее-усадьбе князей Волконских. Потом я одна ездила в воскресенье в Листвянку и провела там день и вечер. Об этом свидетельствуют многочисленные фотографии. Совершила часовую прогулку по Байкалу за 500 рублей на прогулочном судне, переоборудованном, наверное, недавно, так как ранее судно, видимо, занималось ловлей рыбы, видно было по большой рубке. Меня поразил цвет байкальской воды — он был не зелёный и не зелёно-голубой. Если бы я была художником, тогда бы, возможно, определила его название.
Погода в Листвянке в этот день была жаркая, более 25 градусов днём, но хорошо переносилась, а на воде было даже прохладно на открытой палубе, когда дули порывы сильного ветра. Мне очень там понравилось, но уехать оттуда в Иркутск было проблематично, хотя маршрутки ходили часто. Однако вечером скопилось много людей, стояла огромная очередь на маршрутку, но ходили они только до 20 часов. В маршрутку я села, успела, до Иркутска доехала, водитель высадил нас у рынка, остановку автобуса нашла, но времени было уже около 21 часа. А в воскресенье автобусы ходят в основном до 21 часа, но я этого не знала, ждала более 20 минут и нет ни одного, потом автобус пришёл, и не тот.

Познакомилась на остановке с женщиной, которой тоже надо было на бульвар Рябикова, повезло. Она подсказала, что надо бежать вверх на угол, там идёт последний автобус, стало темнеть, и время подходило уже к 22 часам, прибежали, сели в автобус и поехали, но оказалось, что он идёт не туда, сворачивает, и выходить нам надо раньше, до поворота. Женщина договорилась по телефону с сыном, что он нас с остановки заберёт и меня довезут до дома, так как они живут недалеко, через два дома. Так и случилось, подъехал её сын на белой иномарке японского производства, мы сели в машину, было совсем темно, пошёл мелкий дождик. Хорошо, что он быстро закончился. Её сын подъехал к своему дому, а мне показали, как дойти до моего дома. Только вот не помню совсем, как же звали эту добрую женщину? Не помню, рассказывала ли я об этой поездке и моих приключениях Галине Константиновне. Уезжала в Слюдянку днём. Приехала на последней электричке поздно вечером. Люда меня встретила. Опять сидели долго с тётей (бабушкой) Верой Фёдоровной на кухне, пили чай с печеньем и плюшками и вспоминали моих бабушку, маму…
Я часто ходила на набережную Слюдянки, сидела и дышала этим морским воздухом, любовалась красивым закатом и Байкалом, слушала шум волн и видела небольшой шторм и написала песню «Байкал — море».
Прошло пять лет. Жалко, что в этом году, 2019-м, я уже так задушевно не поговорю, не пообщаюсь с Верой Фёдоровной и двоюродной сестрой Людой в Слюдянке. Меня там не ждут, было сказано по телефону, чтобы не приезжала к ним. В конце апреля или начале мая (подробностей не знаю) Люда сильно травмировалась (упала), делали в больнице в Иркутске дорогостоящую операцию, долго лежала в больнице, а теперь будет ещё лежать три или четыре месяца дома и потом долго восстанавливаться, учиться ходить…
Я, конечно, понимаю, что не до меня, так как основная нагрузка сиделки ложится на старенькую бабушку Веру Фёдоровну. Жалко, что в родне одни железнодорожники, инженеры, строители, а медиков нет. Есть только сестра мамы, тётя Галя, — фельдшер, но она тоже чуть моложе (на четыре года) Веры Фёдоровны. Скорее всего, мы больше не увидимся с родственниками в Слюдянке, так как Иркутская область очень далеко от Перми, ехать на поезде почти трое суток, и у меня плохое здоровье, да и пенсия маленькая. Думаю: так стоит ли нынче ехать в начале августа? Беспокоить Галину Константиновну ради поиска? И найду ли я что-то в ГАИО? Да и устаю очень в конце дня, а значит, не смогу работать долго в архиве. Похоже, что кроме меня этот поиск никому не нужен.

Я пишу воспоминания о маме «Людмила — мила людям», художественное произведение, основанное на документах, фотографиях, её воспоминаниях. Это не исследование рода или фамилий, поэтому тут не надо ссылок на документы и неважна точность записи из документа. Эта история жизни моей мамы, конечно, не вся история, а только её часть.

Часть вторая
Российский библиотечный конгресс в Перми 12-17 мая 2012 – это впервые в нашем городе. 15 июля проходил круглый стол «Библиотеки и генеалогия» на улице Советской в здании факультета документоведения Пермского института искусств и культуры. Стыдно, что народа не было в первый день, приехала Марина Георгиевна Плаксина из «Белинки», председатель УИРО Михаил Юрьевич Елькин из Екатеринбурга, да Сахаров Игорь Васильевич заведующий генеалогическим центром Российской национальной библиотеки.  16 мая конференциия по родам Урала.  Я обзвонила всех наших родоведов. Были наши родоведы: Н. В. Краснопёрова, С. Г.Жемчужников, Лена Витик, Л. Д. Зонова и докладчик из Петрозаводска О. Ю. Кулаковская. Об этом напоминают мне две общие фотографии.
В конце декабря 2012 получила  электронное письмо от Богословской Т. Н. из Московского генеалогического центра. Она предложила мне сотрудничество – поиск информации в ГАПК и мы стали работать в 2013- 2014 гг.
В 2013 году праздновали в «Горьковке» пятилетие Пермского отделения Уральского историко-родоведческого общества: я сделала отчёт за пять лет и озвучила несколько предложений по дальнейшей работе отделения, потом обсуждения и обсуждали мои предложения  и родоведов, затем мы  пили чай со сладким и решили издавать свой сборник «Пермский родовед», который вышел из печати в 2014.
В конце 2013 уволилась из библиотеки им. Горького по собственному желанию и свободно стала заниматься заказами по генеалогии и творчеством писателя. По генеалогии брала всё от просмотра одного или двух ревизий и выписок из ГАПК до более сложных запросов в Перми.
В 2015 было две командировки: одна в Москву в РГАДА . Это сборные-- несколько запросов или сделать выписки из ревизий от коллег по разным губерниям: Пермской,Нижегородской,Вятской и городов и районов: Кунгура, Соликамска. Чердыни.  Для себя смотрела Поповцевых ревизии по Ардской дороге. Весна в столице стояла теплая, снег давно стаял, начинали цвести каштаны... .но я моталась по станциям  и переходам, поездам метро и автобусам... много работала,
 уставала.
Но всё намеченное выполнила. Было интересно,в Челябинске работала в ОГАЧО по роду крестьян Санатиных для Плаксиной М.Г., коллеге и хорошей женщине. Смотрела МК из двух фондов с 40-х гг. 19 века. по начало 20-то века. Удалось много найти, соединить и составить рословную поколенную роспись из восьми поколений. Огромное спасибо архивистам.  В городе понравился ж.д вокзал, внутренняя отделка выполнена натуральным камнем и пешеходная улица --Челябинский Арбат. Жила в мини гостинице под названием Лондон в одноместном номере с удобствами., от Лондона были лишь черно-белые фотографии в коридоре, фойе и номере. В гостиничном мизерном номере было душно,не было окон, открывала дверь. Там произошло два случая. Один связан с проституткой в номер. Пришла блондинка размалёванная в коротком пёстром платье ко мне, увидела меня в халате и смутилась, у меня дверь открыта, вот она и перепутала, он ждал её тоже с открытой дверью минут десять искала номер своего клиента, восточного мужчину и была в его номере около 20 минут.Солнечное утро в Челябинске начиналось с водных процедур,легкого завтрака,одевалась,брала и накидывалана плечи разноцветный палантин,шла на остановку автобуса. Обедала   в столовой,рядом с металло рынком,кормили вкусно и недорого. На ужин брала пирожки и плюшки,чтобы пить чай в номере. Вечером гуляла недалеко от гостиницы.
Однажды  устала, работала в читалке ОГАЧО и рано уснула. Проснулась от шума драки, криков, ругани,беготни... Оказалось, что ругались муж с женой, которые приехали из Челябинской области, чтобы посетить в детском доме свою дочь. Муж выпил алкоголя, а жена укололась ,дошло до драки, пришлось вызвать полицию

В 2016 году октябрьским дождливым утром я ехала в автобусе в город Кудымкар на двое суток работать с фондами Коми Пермяцкого государственного архива по запросам о родословии крестьян Пироговых и Меркушевых. Смотрела дела--МК  и  исповедки. ,предварительно заказав по электронке. Номер  в гостинице заказала по Интернету, доехала к архиву на второй день на такси.
Уговорила тётю Зину в конце ноября на поиск  в УФе в  Государственном архиве Башкортастана по её родственикам. Это священнический род Салтыковых. Надо было смотреть много МК разных церквей, их еле еле выдали, смотрела документы духовных училищ. На улице был мороз, более 20 градусов, а до того  всё растаяло и сейчас замёрзло... До архива добиралась на трамвае и пешком...
Тётю спонсировали две племянницы. Кое-что нашла в Уфе, выписала, связала с информацией...
Но на поколенную роспись информации не хватило.

 Запросы получала по электронной почте. Так однажды пришёл заказ по Макаровым из Англии. Надо было работать в городе Ижевске  в республиканском архиве Удмуртии.

 Уже была небольшая база клиентов. Но постепенно база увеличивалась, запросы были интересные и разнообразные из разных уголков России и Пермского края, даже из дальнего зарубежья, получалось соединять ниточки родства, составлять небольшие поколенные росписи.

Но  есть предел работы в архивах..., когда здоровье всё хуже и хуже ,  уже не  можешь никуда ездить работать, даже в ГАПК в Перми не можешь долго работать, зрение падает, сильно устаёшь из-за хронических болезней…
Работа генеалога – это сложная работа, хотя выездных командировок ежегодно в другие архивы было у меня немного  всего две или три в год. Перед поездкой готовишься долго: сидишь в Инете на сайтах, уточняешь информацию о фондах архива, копируешь материалы, из электронных баз на разных сайтах…

Начало 2019 года было сложным и две командировки подряд. В марте в Москву: 19 марта выезд на поезде Кама из Перми, приехала утром в 5 ч. 30 мин.
Поехала к Лидии Александровне поговорить и повидаться, как чувствовала, что больше не встретимся.  Останавливалась на три дня у родоведа Надежды Аркадьевны в Маврино, так как ехала в основном на торжественное в Большой конференц-зал правительства Москвы ,как финалист Российской национальной премии Писатель 2018 года. Были ещё планы поработать в РГАДА  и  в ЦИАМ на ул.
Профсоюзной 80,центральный исторический архив Москвы и Московской области.21 марта в день всемирной поэзии с утра моросил дождик.РГАДА на ул. Пирогова 17 в бюро пропусков пропуск на меня был не готов Станислав сказал, чтобы мне выписали временный пропуск .Временный не выписывали, так как опять надо письмо-отношение, которое я уже отдала вчера в читалку архива. Потеряла более получаса, пока выписали временный пропуск, хорошо, что был свободен компьютер с  широким и большим монитором, так как надо было фотографировать материал с монитора по Поповцевым и Богатырёвым по ревизиям  Арской дороге. Сфотографировала. Надо
Закончила работать в РГАДА и обедать, пообедала в кафе.Уже 15-00 В ЦИАМе надо было искать мещан Авциных. Пропуск выдали  в архив сразу по письму-отношению до 22 сентября. Работать было уже некогда, поэтому отложила работу на следующий день.
Но больше в Москву не поеду по состоянию здоровья. Мне дали пособие по родословию с указанием фондов, которое я проработала и выписала информацию в блокнот. Но до этого в голове моей что-то щёлкнуло и вместо станции Калужской, я доехала и вышла на Каширке, поэтому не сразу нашла улицу Профсоюзную. Опять потеряла время, работать и заказывать дела в читальном зале ,было уже поздно, поэтому посмотрела описи и пошла в библиотеку, чтобы посмотреть справочные издания Москвы и Московской губернии, посмотрела всех и Авценых, и Авцыных и  ни чего не  нашла. Далее опять в метро  и надо было до большого конференц- зала  к 16-00 на Новый Арбат 36 стр.9, хорошо, что карту-схему распечатала ещё дома, но от станции метро Краснопресненская ещё идти пешком и идти. Наконец-то нашла и уже у раздевалки стала искать паспорт. Всё пересмотрела, но не нашла. Случайно, сунула руку в карман пиджака  и вот он, паспорт. Поменяла эл. билет на простой с местом 35 в седьмом ряду партера. Видно было хорошо. Лауреатов выбрали 14 человек: 7  поэтов и 7 прозаиков по разным номинациям и по непонятным мне признакам…

Я фотографировала. Лауреата по основной номинации Писатель года 2018 объявили в самом конце шикарной церемонии. К сожалению, лауреатом я не стала-- не повезло.
 Концерт был хороший.

Метро, ждала долго автобус, приехала в двенадцатом часу ночи, очень устала.
 На следующий день 23 марта уехал а днём в Пермь.

Следующая командировка в Киров на 10 дней была последней, но трудной:, 3 фамилии, две заказчицы, гостиница Преображенская  в центре города, одноместный номер с завтраком , бронировала за ранее. Два здания архивов на К.Маркса описи и заказы отдавать, а дела получать на ул. Ленина, всё пешком от  одного здания до  другого. Получала очень объёмные дела за 2000 листов всех церквей одной волости. По Барминым много нашла, там было много инф. точной и известной, поэтому много нашла и получилось  – несколько поколений. По Логиновым неправильное место рождения, поэтому и церковь не та была выбрана и поиск не пошёл по этой фамилии и по Негановым не те починки –  не те церкви. Но познакомилась с новым источником – Сельскохозяйственные переписи 1917-1919 и в МК за 1870-1875 нашла прадеда Неганова, информации было очень мало изначально, хотя пользовалась сайтом Родная Вятка. Смотрела очень много МК, но нашла по двум другим фамилиям мало. В Кирове очень много ходила пешком. На вечер покупала продукты в магазине, пироги в пекарне ,по выходным - мороженое...

Посетила концертный зал в старинном костёле, посмотрела два концерта: орган –Егор Колесов и дудук – А. Манукян ., понравился особенно: вокализ Ильи Глазунова и русские и армянские народные песни  и орган и  флейта---женский состав. Получила большое наслаждение от музыки и отдохнула. Оригинально оформлен  зал старинного кастёла сегодня зал Кировской филармонии – витражи, люстры  и светильники под  старину, напоминают люстры замков… Очень красиво. Много фотографировала в городе и в кастёле...
Прихватил радикулит, как в Уфе,мазалась мазями...

Культурная программа была обширнав Кирове, хотя слушая прекрасную музыку органа и дудука, органа и флейты я отдыхала душой и набиралась сил. Народная комедия Александра Коровкина ,,Семейка Краузе,, в постановке Кировского драматического театра, так насмешила меня , что я долго находилась в хорошем настроении...

 Отличный театр и актёры.
Уезжала я на скором поезде Владивосток  -- Москва. Сын Саша меня встретил на машине. Сам город Киров и работа в архиве мне очень понравилась. Было интересно, солнечно и тепло.
Это последняя командировка  с мая 2019 не выездная, был правосторонний микроинсульт.

 В 2020 работала дома над Поколенной родословной росписью для Пикулева Валерия Михайловича, закончила в середине января 2021 и выслала ему ко дню рождения.
Далее работала над книгой  Пикулевы – крестьянский род,  сдала  в печать в издательство От и До,12 июня 2020 получила вёрстку, тираж 12 экземпляров, только для родственников по предварительным заказам.— 22 июня 2020 получила тираж. 
ЧИТАЙТЕ КНИГУ ПО РОДУ ПИКУЛЕВЫХ, в Чернушинской и Пермской краевой библиотеках. Материалы книги по роду ПИКУЛЕВЫХ не будут выложены в ИНТЕРНЕТ.


КНИГИ LEGE ARTIS ТОЖЕ НЕ БУДЕТ в ИНЕТЕ. ЭТА КНИГА ВОСПОМИНАНИЙ БУДЕТ В ПРОДАЖЕ у меня-- автора.  В декабре получила тиражмоих воспоминаний --20 экземпляров.
 
В августе 2020 г. начала составлять  поколенную родословную по удельным  крестьянам ПОПОВЦЕВЫМ.  --8 поколений для файловой книги.Закончилаэту поколенную в январе 2021.


В октябре 2020 закончила всё с научной и практической генеалогией, с поездками, с архивами, консультациями по состоянию здоровья - инвалид без группы. Осталось немного книг,карт, ,методичек,путеводителей, распечаток...
Что-то продаю, а что-то отдаю.
Вот и всё, что хотела сообщить в записках генеалога.


Рецензии