Ида. Часть 3. Дороги Сна

              «...И ветер свеж, и ночь темна, и нами выбран путь – Дорога Сна...»
                («Мельница»)

                1.
       Иде приснился стук в окно. Кто-то стучал по стеклу, просил впустить в дом. Во сне Ида открывала дверь, но за дверью был только непроглядный мрак, время от времени разрываемый вспышками молний. Сколько она не вслушивалась, не слышала ничего, кроме оглушающего шума ливня, да изредка раскатов грома. Ида кричала в темноту, но даже её собственный голос, казалось, не мог пробиться сквозь потоки дождя. Возвращалась в дом – и снова слышала стук в окно и мольбы о помощи. Ида пыталась открыть окно, но старые шпингалеты не поддавались, только расцарапала до крови пальцы и сломала ноготь…

       Проснулась в слезах. За окном было темно, шумел дождь. Сухая ветка стучала и стучала по подоконнику. Ида встала, подошла к окну. Темнота, ни огонька... Протянула руку, чтоб плотнее задёрнуть шторы и увидела расцарапанные до крови кончики пальцев…

       Наташке снилась Ида. Сегодня она выглядела старой. Плечи ссутулились, седые – перец и соль – волосы  в беспорядке. Ида стояла у окна и разглядывала свою руку. Кончики пальцев поцарапаны до крови.
       – Что случилось? – забеспокоилась Наташка
       – Ничего особенного, – рассеянно ответила Ида, – Сон плохой приснился…
       – А что с рукой? – когда Наташка беспокоится, от неё так просто не отделаешься.
       – Говорю же, сон приснился. Во сне окно старалась открыть, поцарапала пальцы.
       – Открыла окно-то?
       – Нет, – сказала Ида, – и окно не открыла, и с крыльца ничего не увидела… Только гроза и темнота… и стук в окно…
       – И что ты так озаботилась, если сон? Или ты думаешь, он был вещий?
       – А мне другие не снятся…

       ...Зазвонил телефон, нагло врываясь в разговор и прерывая странный сон. Пока Наташка пришла в себя и нащупала мобильник, звонок уже прекратился, но она долго ещё лежала, глядя на тени веток на стене. Странные дела творятся: рука поцарапана во сне, а кровь наяву… Потом вспомнила, что это тоже был только сон, улыбнулась и заснула.
       Утром, причёсываясь перед зеркалом, Наташка увидела у себя за спиной Иду. Оглянулась поспешно – никого… Примерещилось… Повернулась к зеркалу – да вот же она, стоит рядом и улыбается ехидно…
       – Ты забыла? Я же обещала, в глубине каждого зеркала ты увидишь моё отражение, но ты редко и невнимательно смотришь в зеркала…
       – Ты чего-то хочешь?
       – Мы вчера не договорили, ты так быстро проснулась… Тебе ещё не надоела жизнь без чудес?
       – Но это же моя жизнь, как она может надоесть?
       – И что, совсем-совсем не вспомнила ни разу, не пожалела?
        Наташка замялась…
        – Ладно, молчи уж… Вижу и так, грустно тебе без чудес, но никогда не признаешься!
       Что тут возразишь? Наташка всё же покачала головой:
       – Всё равно я не могу оставить это! Я не могу туда вернуться, я нужна здесь!
       – Тебе не нужно никуда возвращаться, мне достаточно твоих снов. Будь готова!
       – Всегда готова! – машинально ответила Наташка и рассмеялась нелепости своего ответа. Но посмотрев снова в зеркало, увидела, что Иды там уже нет.

                2.

       Ну вот, и не поговорили толком… Ладно, подождём ночи. Но ни в эту ночь, ни в следующую Ида ей не приснилась, пусто было и в зеркалах, как ни вглядывалась она в их глубину. А на третью ночь Наташке приснилось, что она ходит по Идиному дому, по тому, который та однажды показала ей,  дому в лесу. Тогда они не заходили в него, Ида только рассказала, как попала туда и прожила там много лет, а ещё рассказала про комнату с удивительными зеркалами, которые могут не только показать самые счастливые моменты твоей жизни, но и перенести туда. И вот Наташка ходит по этому дому, ищет Иду, но комнаты или пусты или заперты. Без разрешения хозяйки Наташка не решилась отпирать запертые двери, но остальной дом осмотрела.
       Нет, не похоже было, что Ида здесь часто бывала. Дом запущен, пыль и паутина… Но возможно, Ида теперь здесь и не живёт, мало ли чудесных мест! Но почему-то на душе стало неспокойно… Так и проснулась утром с чувством смутной тревоги.
       День пролетел в обычных заботах. Сегодня Наташка  делала домашние дела словно в полусне. Руки сами собой наливали воду, ставили кастрюлю на плиту, резали овощи… Иногда она вдруг спохватывалась и замечала, что покрошила картошку, не почистив… Чертыхнувшись, долго вылавливала картофельные кубики из бульона. Но потом снова задумалась и ссыпала их обратно. Впрочем, за обедом никто не заметил её оплошности. За окном начало темнеть, пора было включить свет, но она так и сидела в сумерках, глядя в одну точку. Она ждала. И чем дольше ждала, тем сильнее волновалась. Ида не шла у неё из головы. Что-то случилось? Но что могло случиться?
       Еле-еле дождалась, чтоб можно было лечь спать, не вызвав озабоченных вопросов близких: «Ты что, заболела? С тобой всё в порядке?». Но когда легла, поняла, что спать не хочет и долго ворочалась с боку на бок. А когда удалось задремать, разбудили громкие голоса во дворе. Так и промучилась всю ночь, уснула только под утро. Но Ида не приснилась.  А приснилась незнакомая старая женщина. Очень худенькая, голубоглазая, лицо и руки в веснушках, редкие волосы сколоты кое-как на затылке. Женщина гладила серую кошку и та мурлыкала, свернувшись клубком у неё на коленях. Но не жмурилась, а твёрдо и требовательно смотрела Наташке прямо в глаза. 
       Утром, вспоминая свой сон, Наташка не могла отделаться от впечатления, что кошачьи глаза продолжают следить за ней. И вдруг снова встретила тот же взгляд в зеркале – Ида!
       – Ой, так это ты мне сегодня снилась? А почему кошка?
       – Потому что сейчас я кошка. Так получилось.
       – Тебя заколдовали?
       – Это случайность. Я не успела проснуться. Понимаешь, мне приснился сон, как кто-то просит помощи, но я не поняла, кто. Решила проверить всех близких мне людей. Быстрее и проще всего сделать это во сне. Я стала заглядывать в ваши сны...
       – А, это когда ты мне приснилась?
       – Ну да, не перебивай! Но вот заглянула к сестре
       – У тебя есть сестра?
       – Говорю, не перебивай, у нас мало времени! Ну, не совсем сестра, дальняя родственница, для краткости говорю – сестра… Короче, заглянула я в её сон, а ей снилась любимая кошка, которую недавно пришлось усыпить. Ну, я и приснилась ей кошкой… а она вдруг проснулась… так я и осталась – кошкой… хорошо хоть совсем не исчезла…
       – А ты не можешь…
       – Могу! Но, понимаешь, она так обрадовалась, когда кошку свою увидела и решила, что про смерть кошки ей приснилось… Она одинокая и старая… Если кошка вдруг исчезнет, будет слишком большой для неё удар… Вот теперь думаю, как быть. Собой могу становиться только когда она спит… ну или когда кошка спит могу кому-нибудь присниться… Ты что-нибудь поняла?
       – Поняла, что ты в засаду попала.
       – Можно и так сказать… Но кто помощи просил, я так и не узнала…
       – И что теперь?
       – Что-нибудь придумаем…
       Сказала – и исчезла.

                3.

       Надо сказать, что Ида не имела ничего против побыть немного кошкой. Конечно, неудобно без привычки обходиться за едой не только без ложки и вилки, но не пользоваться даже руками. И кошачий лоток – немного не то, к чему приучен нормальный человек… Но к этим мелким неудобствам быстро привыкаешь, а вот посмотреть на мир глазами кошки – забавно. И потом… Ида любила свою сестру. Конечно, не сестра, так, седьмая вода на киселе, но какая разница? Их связывали воспоминания. О людях, которых уже давно нет на свете, о старом-старом доме, где цветущая сирень заглядывала в окна и где можно было пить чай с вкусным тортом с розочками под скучные взрослые разговоры... Это было так давно, что об этом помнили только Ида и её сестра. Теперь сестра была старенькой и жила одна в небольшой квартирке на последнем этаже большого дома. Ида-кошка целыми днями просиживала то на одном, то на другом окне, следила за мельтешением маленьких людишек и машин на улицах.
       Конечно, Ида могла бы вернуться в свой мир чудес, но она жалела сестру:  у той была целая куча внучатых племянников, племянниц и прочей родни, но все они были где-то, а кошка – рядом. С кошкой можно было поговорить, кошка была хорошим собеседником: никогда не спорила и не перебивала, а внимательно слушала и мурлыкала в знак одобрения. Ида решила подождать и посмотреть, что можно сделать, а пока взяла на себя роль хранительницы дома.
       Теперь никогда не терялись очки и ключи, не убегало молоко на плите. Ида успевала принять собственное обличье и выключить газ, а когда сестра прибегала на кухню, вспомнив о молоке, Ида-кошка уже мирно посапывала, свернувшись калачиком на табуретке возле батареи. А ещё Ида-кошка успевала подмешивать своей «хозяйке» в вечерний чай теплые и светлые сны. Много чего может кошка, если захочет!

                4.

       Прошло несколько дней, прежде чем Иде представился удобный случай заняться решением собственных проблем. «Хозяйка» уехала на пару недель к родственникам в другой город, а присматривать за кошкой попросила соседку.
       Едва наступила ночь, Ида бесцеремонно заявилась в первый попавшийся Наташкин сон, разогнав смутные видения только-только задремавшей Наташки.
       – Успеешь ещё насмотреться, всё равно без меня тебе ничего стоящего не приснится, только время зря потратишь. Сегодня будешь смотреть  то, что я тебе покажу.
       Не успела Наташка возмутиться таким наглым заявлением, как её уже завертел-закружил разноцветный вихрь. Промелькнули какие-то огни, заплясали то ли тени, то ли облака – и вот они идут по дорожке в каком-то смутно знакомом месте.
        Дорожка вела их по двору, залитому светом полной луны. Было светло, как днём. Колодец под деревянной, шалашиком, крышей отбрасывал черную тень на траву. Возле жёлтого с красными обводами дома невысокий плетень-заборчик и палисадник с яркими цветами. Крыльцо с двумя столбиками, подпирающими крышу. Скрипнула открываясь дверь. Комната, другая... Наташка зацепилась ногой за порог, ойкнула.
       – Тихо! – сказала Ида, – не разбуди! Намаялась она за день, спит...
       – Кто это? – спросила Наташка недоуменно – Зачем мы сюда пришли?
       – А ты не узнаёшь? Ты же знаешь эту девочку… ты давно уже дружишь с ней в интернете...
       – Девочку? Но она же седая…
       – А мы с тобой? Не бывает старух, бывают только седые девочки…
       – А что это тёмное у неё за спиной? Крылья?
       – Нет, это тень её горя… Два больших горя, две больших утраты… Они похожи на крылья. Только настоящие крылья, белые крылья счастья, поднимают вверх, душа парит высоко-высоко и ей становится легко и радостно, а эти прижимают к земле и душа начинает плакать и тосковать.
       – Мы поможем ей? – спросила Наташка. Её деятельная натура требовала немедленных действий.
       – Нет. Это же она нам снится, а не мы ей. Мы можем только сделать её сон чуточку более светлым. Наклонись, погладь её по волосам, только тихо–тихо, не разбуди! Она проснётся в хорошем настроении и сама не будет знать почему.
       – И всё? – Наташка была огорчена и разочарована.
       Ида пожала плечами.
       – Если бы я могла  помочь всем, кому хочу помочь, я была бы доброй волшебницей, а не старой ведьмой…
       – И ты совсем–совсем ничего не сделаешь? – авторитет Иды рушился прямо на глазах.
       – Почему же совсем ничего? Твоя любовь и сочувствие наполнят этот дом тихой песней, она не услышит эту песню, но станет замечать вокруг больше всяких мелочей, которые неожиданно подарят ей радость: солнечных зайчиков на занавеске, весёлое потрескивание дров в печке, дружный перестук дождевых капель по стеклу... Да мало ли… И ей станет чуть-чуть легче и светлей на душе.
       – А если взять её с собой?
       – Она не захочет. Ты же не захотела… Может быть, когда-нибудь… Но не сейчас.
       Ида погладила мохнатую кошку, сладко посапывающую под боком у хозяйки.
       – Спи кисулька! Будь добрым талисманом своей хозяйке, храни её от беды, утешай в печали, не давай отчаяться. Не покидай её, и она тебя не покинет.
Кошка завозилась во сне, сворачиваясь в тёплый клубок, тихо мурлыкнула и опять затихла.
       – Кошки знают и умеют гораздо больше, чем мы думаем. Они видят такое, что нашим человеческим глазам недоступно. А иногда хозяйкина утрата глядит на неё кошкиными глазами, только сказать ничего не может, не обучены кошки человечьему языку.
       Они вышли во двор. Теперь он казался заснеженным, только полная луна по-прежнему сияла в безоблачном чёрно-звёздном небе.
       – Ой, было же лето… – удивилась Наташка
       – Какая разница, это же сон! Тебе снилось лето, а теперь снится зима… Привыкай…

                5.

       Когда Ида-кошка засыпала, Ида просыпалась. Или это был только кошкин сон? Или это Иде снилось, что она – кошка? Ида варила себе кофе в маленькой турке и раздумывала, как бы выпутаться из этой нелепой ситуации. Кофе начал подниматься пеной, Ида сняла турку с огня, выключила газ, аккуратно перелила кофе в чашку, поставила на стол. Хотела достать конфеты, но услышала звук поворачиваемого в замке ключа…
        Ида-кошка быстро запрыгнула на табуретку у батареи и притворилась спящей. Соседка вошла в кухню, подсыпала в миску корма, налила воды в пластмассовое ведёрко из-под квашеной капусты, служащее кошке поилкой. И тут заметила на столе чашку с горячим кофе.
       – Эй, кто тут?
       Ответа, естественно, не последовало. Соседка обошла комнаты, открыла дверцу гардероба, заглянула в ванную, в туалет… вернулась на кухню, выглянула на балкон… повернулась к столу, но чашки на нём уже не было. Ида успела выплеснуть кофе в раковину и засунуть чашку на место… Соседка недоуменно огляделась, пробормотала что-то себе под нос и поспешно ушла. Ида слышала, как за ней захлопнулась дверь и повернулся ключ в замке. Ну не варить же кофе ещё раз! А вдруг соседка надумает вернуться? Ида-кошка поуютнее свернулась на табуретке, зажмурила глаза и задремала…

       Она стояла на улице перед стеклянной дверью большого магазина. Немного подумав, Ида толкнула дверь и вошла. Магазин внутри был похож на улицу, неширокий и длинный торговый зал уходил куда-то в глубину и конца не было видно. По обе стороны располагались маленькие магазинчики, такие же магазинчики были и на галерее, куда можно было попасть, поднявшись по лестницам сбоку при входе. Лёгкие мостики соединяли галереи между собой. Магазин был ярко освещён множеством люстр под потолком и светильников на стенах. Ида слышала шарканье ног, шум шагов и голоса, но не видела никого.
       Из любопытства Ида зашла в один из магазинчиков. Над входом мигала разноцветная надпись «Настроение». Название как название, в таком магазине можно продавать что угодно, хоть игрушки, хоть вино… Но здесь на стеклянных полках лежали ракушки, вернее половинки устричных раковин. И в каждой – разноцветная жемчужина. Рядом был приколот булавкой кусочек бумаги одного цвета с жемчужиной в раковине. На бумажках было написано «радость», «легкомыслие», «тоска», «светлая печаль», «безысходность», «сентиментальность», «скука»… и стояли цифры, очевидно, цена, только в качестве денежной единицы значилось «дж». Что это за «дж», Ида никак не могла сообразить, единственное, что приходило в голову – джоули, но вроде бы они тут были совсем ни к месту.
       Ида взяла чёрную жемчужину с надписью «тоска», немного подержала в ладони, но ничего не почувствовала, положила обратно, взяла розовую «радость», подержала, положила. Ну правильно, она же не заплатила! И неизвестно, что надо делать с этими жемчугом, а спросить не у кого, да и непонятно, чем платить, а то бы она, пожалуй, купила немного радости в подарок Наташке, что-то та хандрит… И ещё той девочке из жёлто-красного домика… да… должно быть, радость здесь самый ходовой товар… Но неужели находятся покупатели на плохое настроение?
       Следующий магазинчик назывался «Воспоминания о Сентиментальном Путешествии». На полках и прилавке лежало что-то напоминающее старые видеокассеты. Яркие коробки, цветные картинки… Ида взяла одну с надписью «Отпуск на берегу моря». На обложке несколько цветных фото. Но каких-то нерезких, лиц не разобрать. Ида всмотрелась пристальней. Кто-то бежит по пляжу, плещется в волнах, пьёт шампанское под пальмой при свете разноцветных фонариков… Да это же она сама! Интересно… Ида положила кассету на место и фотографии снова стали нечёткими. Надпись на ярлычке: «30 дж». Опять эти «дж»!.. Но тут по крайней мере понятно, берёшь кассету и видишь «свои» путешествия или может быть вспоминаешь их, как бывшие на самом деле… Что-то похожее она видела когда-то в кино... Ну что ж, удобно! В конце концов, от всех событий, происходящих с нами остаются только воспоминания, а настоящие это воспоминания или фальшивые – какая разница?..
       Два магазинчика – «Ночные Кошмары» (интересно, кто их покупает?) и «Счастливые Сновидения» она пропустила. Об их ассортименте можно было догадаться по названию, а по снам Ида и сама была крупным специалистом. Кстати, вполне возможно, что кошмары продаются для подарков врагам… А что? Тоже неплохая месть...
       Зато магазинчик «Исполнение Желаний» её заинтересовал. То, что здесь продавалось было похоже на воздушные шарики, только не цветные, а прозрачные. Ида подумала, что если взять такой шарик и надуть, он станет похож на мыльный пузырик. Шарики были разложены по размерам и цена возрастала вместе с размером. Около самых маленьких было написано «1гж», дальше было «2гж», «3гж»… А около самого большого значилось «вж». На стене висела картинка-инструкция: грустный человечек берёт шарик, надувает его, шарик лопается – и вид у человечка вполне счастливый. Понятно: покупаешь шарик – вдуваешь в него своё желание – шарик лопается – желание исполняется, всё просто!
       – Ну понятно, чем больше желание, тем выше цена, – подумала Ида, – только чем же здесь платят? Уже не «дж», а «гж»… Но ведь должно же это что-то означать! А вот тут уже не «гж», здесь «лж»… «5лж», «10лж»… «дж», «гж», «лж»… Опаньки… Я, кажется, поняла… так вот какая валюта в этом магазине… Здесь за всё платят жизнью: «день жизни», «год жизни», а пять и десять соответственно «лет жизни» – по правилам грамматики! А «вж» скорее всего значит «вся жизнь». Прямо как в «Шагреневой коже» у Бальзака… Я бы купила обеим девочкам по шарику и загадала, чтоб у них не было причин для грусти, но, кажется, я здесь не особенно платежеспособна, сколько их у меня осталось – дней и лет – боюсь, на такое желание мне просто не хватит наличных…
       Погрустневшая Ида вышла из магазинчика, тихонько притворив за собой дверь. Разглядывать витрины ей расхотелось…

       ...Ида-кошка потянулась, выгнув спину, поскребла лапами по табуретке. Ну и сны здесь снятся! Однако, немного радости можно было купить, подумаешь, неделя-другая… Не догадалась! Ладно, в следующий раз! Дорогу она теперь знает.

                6.

       Наташка проснулась от запаха кофе. Открыла глаза – темно! Рядом посапывал муж. Но запах кофе! Она встала, нашарила ногой тапочки, накинула халатик и бесшумно вышла из спальни. На кухне горел свет. Тихо ступая пошла по коридорчику, повернула… За кухонным столом, уютно устроившись на табуреточке в углу возле окна, сидела Ида. Перед ней стояла тарелка с пирожными. Ида наливала себе кофе из белого эмалированного кофейника, рядом на столе стояла ещё одна пустая чашка.
       – Что стоишь на пороге? Входи, будь как дома. Кофе хочешь? Я для тебя чашку поставила, знала, что сейчас придёшь.
       – Это сон такой?
       – Какая тебе разница? Хороший кофе хорош и во сне и наяву! Эклеры любишь? Ещё вот «картошка» есть… Я её даже больше эклеров люблю. Знаешь, какую замечательную «картошку» делала моя бабушка Валя? Она мне рецепт давала, да у меня так не получалось, а потом я и рецепт потеряла. Тебе положить или сама возьмёшь?
       Ида придвинула Наташке блюдце для пирожных. На блюдце в маленькой уютной раковине лежала розовая жемчужина.
       – Ой, а это что за красота? Откуда?
       – От верблюда! Это тебе подарочек. Не потеряй! Если станет очень грустно – положишь под подушку. Не знаю точно, что будет, но что-нибудь хорошее – обязательно! Кстати, дай, пожалуйста, молока, я люблю кофе с молоком. И подогрей, пусть будет горячее!
       – А вчера ты мне не снилась…
       – Занята была…
       – Чем?
       – Ну… Теперь это называется «шопинг»… по магазинам ходила, деньги мотала! Пирожные вот купила, кофейничек тебе…
       – У нас есть кофеварка.
       – И что от неё толку, если я не умею с ней обращаться? Кофейник не выбрасывай, может, я ещё как-нибудь загляну к тебе кофе сварить.
       Некоторое время они молча пили кофе. Пирожные и в самом деле были вкусными, так что тарелка вскоре опустела.
       – А по какому случаю пир? – спросила Наташка, дожёвывая последний эклер.
       – Ну как тебе сказать… на меня тут из интернета просветление снизошло.
       – Именно из интернета?
       – Ну а почему нет?  Будда сидел под деревом бодхи, а я сидела в интернете… Не вижу особой разницы. В общем, сидела я в интернете, потому что не спалось. И развлекалась всякими тестами. Проверила грамотность, проверила эрудицию (всё тьфу-тьфу, маразма нет!) и наткнулась на тест определяющий возраст. Решила определиться. Ну там всякая ерунда, вроде: какую одежду предпочитаете – тёмную, светлую, цветную или же вообще пёструю и с принтом… Вот сижу, читаю этот бред и натыкаюсь на вопрос: как вы относитесь к будущему: с любопытством, со страхом ну и как-то там ещё, не суть важно. И вот тут-то оно и снизошло, просветление… Нету его, будущего. Нету. Есть прошлое, мы его пережили, мы его помним, от него осталось нечто вполне ощутимое. Есть настоящее – одна малюююююсенькая секундочка, которая моментально становится прошлым. А будущего нет. Потому что когда что-то есть, то оно конкретно и определённо. Вот стол – он есть, ты можешь его пощупать, вот погода за окном – она тоже есть, ты можешь выйти из дома и попасть под дождь. А будущее это только наши мечты, надежды, желания или страхи. Оно только будет. Причём может быть будет, а может быть нет. Вот поэтому самое главное, что у нас есть – это настоящее, вот эта маленькая секундочка, которая в любой момент может оказаться последней.
       – И что?
       – Как – что? Поняв это, я решила, что никому и ни за что не позволю испортить мне эту секундочку. Это не значит, что надо только бездельничать и развлекаться, но тратить себя на злость, уныние, раздражение, скуку совершенно недопустимо и непростительно. Я ведь понятно объясняю?
       – Ну… – Идина философия казалась Наташке несколько сомнительной, но обижать Иду не хотелось.
       – И никакое не «ну»! Ты ведь сама именно так и живёшь. И не спорь, со стороны видней. А сейчас у меня есть просьба. – Ида достала из кармана маленький свёрточек и положила на стол, – Тут в коробочке такая же раковина с жемчужинкой как у тебя. Это подарок для той девочки, к которой мы с тобой заходили. Кстати, её зовут Таля, хотя ты, может быть, знаешь её под другим именем. Я прошу тебя отнести Тале эту ракушку и потихоньку положить под подушку. Только не разбуди её. А мне пора возвращаться, извини…
       Сказала – и пропала. Ну что же, Наташка повертела в руках свёрточек… Надо, значит надо. Свою жемчужину спрятала в шкафу и пошла спать. Легла, зажав в кулаке свёрточек, зажмурила глаза – и уснула, как провалилась. Всю ночь снилась какая-то дорога, бесконечная, тёмная… а вот что дальше? Растаял сон, как и не снился...
       Проснулась рано утром, первым делом разжала кулак (так и спала ведь, всё потерять свёрточек боялась) – а в кулаке ничего нет. Приснилось? Причёсываясь перед зеркалом увидела Иду, та улыбнулась и шепнула:
       – Ты всё хорошо сделала…

                7.

        Весь день в квартиру то и дело заходила соседка, и эти внезапные посещения ужасно раздражали. Ида даже кофе сварить не решалась, боясь быть «застигнутой на месте преступления» как в прошлый раз. Соседка обходила всю квартиру, заглядывая в каждый закуток. Непонятно было, что она ищет, и это раздражало ещё больше.
       Притворяясь спящей, Ида-кошка следила за соседкой чуть-чуть приоткрыв глаза. Очень ей не нравились эти визиты с обысками, Ида вообще не любила, когда ей что-то непонятно, а поведение соседки было с её точки зрения просто подозрительным. К тому же она кого-то смутно напоминала Иде, но вот кого?
       Конечно, совсем не обязательно было притворяться спящей, но Ида почему-то боялась встретиться с соседкой глазами, и потом – зеркала! У сестры было два больших зеркала, никогда не знаешь, как в них отразишься и отразишься ли вообще. Сестра-то была близорука и в зеркало смотрелась только собираясь выйти на улицу, а вот эта дотошная соседка… Кстати о зеркалах… А было бы неплохо посмотреть на отражение этой самой соседки!.. Подумав, Ида-кошка выбрала себе очень удобное место для наблюдения: в прихожей на табуреточке возле трюмо стояла большая хозяйственная сумка. Ида-кошка запрыгнула в неё и затаилась. Отсюда ей было хорошо видно зеркало, а заметить серую кошку, неподвижно лежащую на дне сумки  не так-то просто. И вовремя!  Повернулся ключ, открылась дверь и в прихожую вошла соседка. Опять! Что ей надо? Так, прошла на кухню… выглянула на балкон… зашла в одну комнату… в другую… Она явно что-то ищет… Поворачивается к зеркалу… Это не соседка!… Тонька… Откуда?.. Ида зажмурила глаза и сжалась на дне сумки…
       – Думаешь, спряталась? Я давно тебя ищу! Знала ведь, что ты здесь, да никак увидеть не могла… А тут ты сама, да прямо в мою сумку… Теперь я тебе всё припомню, ведьма старая! И крысу, и кота твоего… Мало не покажется!
       Тонька схватила сумку, выскочила за дверь и двинулась к лифту. Ида-кошка завозилась в сумке. Тоньке стало неудобно нести прыгающую в руках сумку и она, решив на всякий случай закрыть молнию, поставила сумку на пол возле лифта… Этой секунды Иде хватило, чтоб отчаянным прыжком выскочить наружу. Она понеслась вниз по лестнице, на бегу пытаясь придумать, как спастись от нежданной напасти. Тонька кинулась было за ней, но передумала и вернулась к лифту. Иде повезло. Один лифт был как обычно сломан, а второй кто-то только что вызвал. Она летела вниз по лестнице, надеясь что дверь в подъезд будет открыта. Как раз когда она подбежала к входной двери, кто-то набрал код и открыл дверь. Ида-кошка вылетела из подъезда, едва не сбив с ног входящего человека – и во-время: открылись двери лифта и из него выскочила Тонька. Но Ида-кошка успела добежать до остановки автобуса, незаметно прошмыгнуть под ногами садящихся в автобус людей. Автобус покатил вперёд, а седая женщина на задней площадке из-за спин пассажиров наблюдала, как рыщет, озираясь Тонька, заглядывая под каждую скамейку в поисках затаившейся кошки.
       Через пару остановок Ида вышла из автобуса, дошла до маленького скверика, села на скамейку и задумалась. В другом месте ей бы ничего не стоило справиться с Тонькой, но только не в этом городе! Она родилась здесь, выросла и слишком долго жила в нём когда-то. Город знал её, помнил, что она НЕ УМЕЕТ колдовать и это почти лишало ее силы. Превратиться в кошку и обратно – пожалуйста, а вот уйти отсюда в другое место или справиться с Тонькой – на это сил не хватит. Теперь она не могла даже вернуться к сестре – там её ждала Тонька. И что же делать? Кто она теперь? – бездомная старуха на лавочке… Сон! Вот о чём он должен был ее предупредить…
       Пожалуй, она могла бы уйти отсюда во сне, но не будешь же спать на улице. Конечно, кошки могут спать где угодно, но кошкой она не чувствовала себя в безопасности и не могла решиться надолго стать кошкой вне дома сестры, а путь туда был ей отрезан.
       Внезапно Ида вспомнила о Наташке. Конечно, как она могла забыть! Вот кто может выручить её, вот где она сможет укрыться от Тоньки и спокойно уйти в свои сны. Но как до неё добраться? Город велик, денег у нее ни копейки, значит придётся идти пешком. Беда в том, что она не очень представляла себе маршрут, да если бы и представляла, понятно, что дорога получилась бы очень далёкой, не на один час…  Рассеянно оглядываясь по сторонам, Ида увидела прямо напротив скверика витрину магазина и ей пришла в голову мысль.
       Встала со скамейки, перешла улицу, зашла в магазин. Покрутившись возле стендов, Ида выбрала три платья и вошла в примерочную кабину. Платья она мерить не стала, а подошла поближе к зеркалу и стала пристально вглядываться в его глубину. Мало-помалу отражение примерочной  кабинки стало расплываться и проступила Наташкина комната. Но она была пуста. Ида подождала, но безрезультатно. Взяла платья, отнесла их на место. Вышла на улицу. Надо было срочно придумать, как быть и что делать дальше.
       Попыталась сориентироваться и потихоньку пошла по направлению к центру города. Было бы здорово хотя бы выйти к знакомым улицам. Она боялась признаться самой себе, что дорога до Наташки такими темпами может занять не один день, а ведь надо где-то ночевать, к тому же она начала чувствовать, что проголодалась. Можно бы стать кошкой и попытаться поймать голубя, но почему-то эта мысль не внушала Иде особого оптимизма. Оставалась ещё надежда поговорить с Наташкой во сне, но для этого надо было найти спокойное и безопасное место для ночлега.

                8.

       Стало смеркаться, ноги уже устали и требовали отдыха. Ида подумала, что если так будет продолжаться, она, пожалуй, скоро не сможет превращаться в кошку, всё-таки город отбирал много сил… Она заметила уютный дворик, и приметив название улицы и номер дома, свернула туда. Хорошее место для кошки. Собак и детей не видно, зато есть укромный уголок со скамейкой под пышно разросшейся сиренью.
       Ида-кошка нырнула в куст сирени и, свернувшись клубком, задремала в ожидании ночи, когда Наташка наконец уснёт…

        Наташке снился сон. Серая кошка сидела рядом с ней и смотрела на неё. Наташка открыла глаза.
       – Наконец-то, – сказала Ида-кошка, – крепко же ты спишь, подруга! Я уж думала, мне до утра тут сидеть, тобой любоваться.
       – Что-то случилось?
       – Случилось. Но рассказывать долго. Ты не могла бы вызвать мне  утром такси?
       – Такси?
       – Да! Мне нужно добраться до тебя, а пешком слишком далеко, я очень устала. Я бы хотела немного отдохнуть у тебя, если можно.
       – Конечно, ты только адрес скажи!..
       – Записывай…

       Поговорив с Наташкой, Ида вздохнула с облегчением, ну всё, сегодня можно отдыхать. Но отдохнуть не получилось. Не прошло и часа, как во дворе затарахтел мотор, выглянув из своего убежища Ида-кошка увидела Наташку, которая, стоя возле такси,  оглядывалась по сторонам. Ида-кошка вылезла из куста, подошла к ней и стала тереться об ноги. Наташка подхватила её и с кошкой на руках села на заднее сиденье.
       – Вообще-то с домашними животными нельзя, – сказал таксист, оборачиваясь…
       – А что пенсионеров уже причисляют к домашним животным? – спросила седая женщина, непонятно откуда появившаяся в машине, и обе пассажирки рассмеялись.
       Таксист хмыкнул и стал выруливать из двора на улицу. Конец смены, устал, чего только не привидится!
       По дороге обе молчали. Не хотелось посвящать постороннего человека в свои проблемы, хватит с него уже явления кошки-пенсионерки.
       Дома Наташка потребовала полного и немедленного отчёта обо всём происшедшем. Но Ида, сославшись на усталость, попросила отложить долгие разговоры до утра, однако не отказалась от ужина и за едой рассказала вкратце историю своей вражды с Тонькой. Во избежание расспросов со стороны домашних, решили, что Ида побудет пока кошкой, хотя бы до утра – и разошлись спать. Наташка – в спальню, а Ида-кошка свернулась клубочком  на кухонной табуретке.
       Иде не давала покоя мысль, что завтра вернётся сестра и исчезновение кошки сильно огорчит её. Однако о возвращении в квартиру сестры не могло быть и речи, кто знает, что могла придумать раздосадованная неудачей Тонька. И тут ей пришло в голову настолько простое решение одновременно обеих проблем, что оставалось только удивляться, как она не додумалась до этого раньше. Хотя  конечно, раньше у неё просто не было времени на размышления, зато теперь… Если бы она была в этот момент человеком, она бы рассмеялась, но кошки смеяться не умеют, поэтому она замурлыкала, свернулась поуютнее и заснула.
 
       Иде снилось, как Тонька ищет её по двору, заглядывая под лавочки и кусты. Ида-кошка нарочно неторопливо прошлась у неё под самым носом, а потом быстро нырнула в открытую дверь подъезда. Тонька бросилась за ней. Во сне Иде не нужно было нестись сломя голову вверх по лестнице, в то же мгновение она была уже в квартире и ждала Тоньку, приняв свой обычный вид. Та, запыхавшись влетела в дверь и остановилась как вкопанная, увидев Иду, которая спокойно и строго на неё смотрела.
       – Ну что стоишь на пороге, гостья дорогая, – сказала Ида насмешливо, но брови нахмурила, – Ты так долго бегала за мной, устала. Проходи, присядь на табуреточку. Поговорим.
        – Не о чем нам с тобой разговаривать, старая ведьма, – огрызнулась Тонька, но вошла и на табуретку села. Когда Ида начинала хмуриться, с ней обычно никто не спорил.
        – Вот никак я тебя не пойму. Ведь ничего же плохого я тебе не делала, пока ты сама не начала мне вредить. Превратила тебя в жабу для острастки – тебе мало показалось. Понадобилось тебе интриги плести, да в ловушку меня заманивать… Ну поплатилась… Скажи спасибо, что кот мой тебя  не съел, только подрал. Мог бы и съесть, но наверно побрезговал. Уцелела, ну и жила бы себе спокойно. Так нужно было тебе меня искать! Силой хотела помериться? Думала, если я кошка, так для тебя лёгкая добыча? Где тебе со мной, старой ведьмой тягаться… И вот что я скажу тебе…
       – Ну ошиблась, неправа была – начала было Тонька скороговоркой, заёрзав на табуретке, но Ида махнула рукой и она испуганно замолчала.
       – Не перебивай! Понимаешь, не верю я тебе ни на грош, а то бы конечно, отпустила. Но я придумала кое-что, что послужит тебе уроком. И на этот раз у тебя будет много времени, чтоб хорошенько обдумать, как и почему ты попала в эту передрягу. Не беспокойся, жизнь у тебя будет лёгкая, сытая и комфортная. Будут тебя любить да баловать, особенно если научишься быть спокойной да ласковой, а уж за этим я прослежу…
       Ида улыбнулась притихшей Тоньке и продолжала:
       – Да не бойся ты так! Я хоть и старая ведьма, но не злая и не злопамятная. Однако считаю, что небольшой урок должен пойти тебе только на пользу… Быть тебе кошкой!  Придёт время — я освобожу тебя, если будешь хорошо себя вести.
       Последние слова Ида говорила уже сидящей на табуретке кошке, почёсывая её за ухом. Кошка жмурилась и мурлыкала.
       – Ну вот и хорошо, – сказала Ида, – Вижу, ты поняла меня… Завтра вернётся твоя хозяйка. Обе вы одинокие, обе уже не молоды… Думаю, тебе будет здесь совсем неплохо!
       Оставив кошку на табуретке, Ида вышла и заперла за собой дверь. Подумала, вздохнула – и проснулась.
       Она сидела у Наташки на кухне, на табуреточке у окна. Было уже светло и возле плиты крутилась Наташка, очевидно замышляя удивить свою гостью ранним завтраком.

                9.

        За завтраком Наташка потребовала подробностей и выслушала всю историю ещё раз.  Задумалась. Помолчав, спросила:
        – А что теперь будет с Тонькой?
       – Пожалеть решила? Да ничего плохого с ней не будет. Поживёт кошкой, успокоится. Может, ей даже понравится. Из-за её склочного характера никто никогда её не любил, а тут будет окружена и вниманием, и заботой, и лаской… А вот если бы не ты, не представляю, что было бы с ней и со мной. Спасибо, что так быстро среагировала. Не люблю я беспомощной себя чувствовать.
       – А сейчас ты в порядке? Удалось с силами собраться?
       – В полном! Вот смотри… – Ида кивнула на окно.
       Наташка повернулась в окну, ахнула и села на стул.
        За окном была вода. Высокие деревья, почти сравнявшиеся по высоте с их домом, слегка колыхались, как трава в аквариуме. Между ними сновали маленькие и большие разноцветные рыбы. Одна из них, с пышным вуалевым хвостом, подплыла к самому стеклу и, казалось, наблюдала за сидящими в кухне, открывая и закрывая губастый рот. По размеру она была с большую кошку, но выглядела очень милой.
        – Что это… как? – только и смогла выдавить потрясённая Наташка.
        – Небольшой подарочек тебе, – засмеялась Ида, – домашний аквариум без забот и хлопот. Можешь любоваться им всякий раз, как придёт охота… Скажи только: «Рыбка, рыбка, где твоя улыбка?» – и будет тебе рыбка… а надоест – хлопни в ладоши вот так, – Ида хлопнула в ладоши – и видение исчезло, за окном был опять обычный городской двор.
        Наташка только молча хлопала глазами. Ида засмеялась.
       – Ну ладно, спасибо за приют и завтрак. Тебе удалось вернуть мне силы, теперь я не пропаду!
       – Ты уже уходишь? Я думала, ты останешься на несколько дней.
       – Не хочу тебя стеснять. У тебя и без меня полно забот. Но я ещё вернусь. Пока!
       Сказала – и исчезла. Наташка помыла посуду, постояла у окна, глядя на деревья и вспоминая странную хвостатую рыбу за окном, потом вздохнула и принялась за привычные домашние дела.

        Ида шла по лесу. Ей захотелось побыть одной и показалось, что лучше всего для желанного одиночества подойдёт тот дом с нарисованными часами, где она прожила невесть сколько лет. Вспомнила, как долго искала дорогу ОТТУДА – и усмехнулась, но тогда она оказалась в этом доме помимо своей воли, а теперь её тянуло снова побывать там.
        Вот и дом. Он показался Иде печальным, как брошенный хозяевами пёс. Дому как и собаке нужны человеческое внимание и забота. И неожиданно Ида пожалела свой бывший дом. Столько лет он служил ей как мог, а она даже не вспоминала о нём. Она стояла и смотрела на дом, а дом смотрел на неё мутными глазами пыльных окон. Ида подумала, что надо привести его в порядок, хотя бы в благодарность за столько лет, прожитых вместе. Подумала – и сама засмеялась над своей сентиментальностью.
Толкнула дверь и вошла. В доме пахло пылью и мышами. Ида вспомнила о Коте, что-то давно он не показывался, впрочем и ей было не до котов.
       – Кот! – позвала тихонько, надеясь, что Кот  как обычно услышит и придёт, – Кот!
       – Мяу, – сказал Кот появляясь из ниоткуда, и стал тереться о её ноги.
       Для начала Ида сварила себе кофе, устроилась поудобней и стала прикидывать, что нужно сделать. Она решила всё-таки ограничиться комнатами, в которых жила и кухней, а в запертые комнаты не ходить. Коту было предложено заняться мышами и он с достоинством удалился в кладовку.
       За день Ида успела не так уж много, только перемыть окна и зеркала. Но устала ужасно. Заперла дверь, перестелила постель и легла, оставив ночник гореть. Почему-то ей не хотелось спать в темноте. Пришёл Кот, потоптался на одеяле и лёг в ногах, свернувшись калачиком.
       Проснулась внезапно, как от резкого стука – вокруг темнота. Прислушалась – тихо. Позвала Кота, но Кота не было, наверно, ушёл на охоту... Безрезультатно пощёлкала кнопкой ночника, встала, нашарила выключатель на стене – света нет. За окном безлунная тёмная ночь, даже звёзд не видно, должно быть тучи наползли. Ощупью нашла возле печки спички, порылась в комоде, где-то должны быть свечи, да, вот они. Зажгла свечу, вставила в старенький подсвечник. При тусклом свете свечки кое-как оделась. Прикрывая рукой пламя, чтоб не погасло от движения, вышла в сени – тихо, темно, дверь заперта. Во второй комнате и кухне тоже ничего особенного. Подошла к двери в другую половину дома… Вот те раз – дверь заколочена досками сверху донизу… В душе шевельнулось недоброе предчувствие. Вошла в кладовку, отодвинула вешалку. Вот она, дверь в комнату с зеркалами.
      Против ожидания за дверью было светло, комнату озарял какой-то голубоватый свет. Первое, что бросилось ей в глаза – дверь в коридор открыта, и только потом она увидела, что пол усеян мелкими осколками. Все зеркала были разбиты вдребезги, от осколков и исходило это странное сияние. Ида охнула и прислонилась к дверному косяку. Немного придя в себя от первого потрясения, она решилась идти дальше.
       Осторожно ступая по осколкам, пересекла комнату, вышла в коридор  и сразу увидела распахнутую дверь в соседнюю комнату, ту, где за единственным окном менялись пейзажи. С замирающим сердцем Ида вошла, освещая себе путь свечой, и увидела: в комнате всё разбросано и поломано, а окно заложено кирпичами.
        Оставалась последняя, самая страшная дверь. Ида уже видела, что и она открыта настежь. Холодея от ужаса Ида подошла и заглянула – в комнате было пусто, как и раньше, но Ида поняла: то, что томилось взаперти за этой дверью, вырвалось наружу. Исчез запах, так напугавший её когда-то…
        Ида хотела закричать, но голоса не было. В бессильном отчаянии она заколотила кулаками по стене… и проснулась.
        Скупая лампочка ночника освещала комнату, в щель между занавесками пробивался свет полной луны, в ногах посапывал Кот. Всё ещё содрогаясь от пережитого, Ида встала, налила стакан воды, выпила. Подошла к окну, отодвинула занавеску и долго стояла неподвижно, глядя на тёмные деревья, озарённые луной.
       Задёрнула занавеску, легла, но уснуть уже не удалось. Так и лежала не шевелясь, пока в комнате не посветлело. Настало утро.

                10.

       Встала, чувствуя себя совершенно разбитой. Дурацкий сон не давал ей покоя. Пошла посмотреть на запертые комнаты. Всё в порядке, дверь в коридор не заколочена. Ключи от комнат на месте. Зеркала целы. Да и какое ей дело до этих комнат и зеркал? Они созданы не ею и не для неё! Так что же не даёт ей покоя?
       Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, Ида занялась наведением порядка в доме. Столько лет она прожила здесь и ей всегда было абсолютно всё равно, как выглядит её жилище, потому что чувствовала себя в нём пленницей. Сегодня дело у неё спорилось и к вечеру жилая часть дома сверкала чистотой.
       Полюбовалась чистыми-прозрачными  окнами с новыми яркими занавесками, повернулась к зеркалу. Ну конечно, то-то и уборка сегодня так хорошо спорилась: из зеркала на неё глядела не седая сутулая старуха, а девчонка черноволосая и черноглазая.
       – Ну-ну, – засмеялась Ида, – оказывается, уборка-то полезна для здоровья… Давно я так хорошо не выглядела…
       И отражение смеялось вместе с ней.
       На закате вышла посидеть на крылечке, погреться в ласковых вечерних лучах. Мимо проходила Маша, продавщица из деревенской лавочки. Остановилась, поздоровалась, спросила:
       – Вы теперь тут живёте? А что же Старая Ве… Ида? Уехала куда или может померла?
       Иде захотелось подшутить над  простодушной женщиной.
       – Бабушка-то? Да она в город переехала, говорит, деревня надоела. А я пока тут поживу. Меня, кстати, тоже Идой зовут. Я тоже ведьма, только пока не старая, а молодая…
       Маша торопливо перекрестилась и поспешила уйти.
       – Испугалась ведьму-то… – весело подумала Ида, – И правда, что ли пожить здесь немного? Тёток деревенских расшевелить... Скучно им, поди, а тут такой повод для сплетен и пересудов…
       А где-то в глубине сознания пронеслось: «Зачем я это ей сказала?..»

       Легла спать рано, но не спалось. Уже пришёл с вечерней охоты кот, свернулся в ногах помурлыкал и уснул, а Ида всё лежала без сна и смотрела в окно на лес и звёзды над ним. Она даже ни о чём не думала, просто  прислушивалась к звукам ночи. Где-то далеко лаяла собака. Кто-то крикнул и засмеялся. Зазвучала и оборвалась на полуслове песня. Потом по стёклам забарабанили дождевые капли. Всё было тихо в доме, только шуршали за стеной мыши, да посапывал во сне кот. 
       Наконец уснула и Ида.

       Ей снилось, что она идёт по лесу к дому. Тропинка петляет между деревьями. Только вот деревья… Она не узнавала этот лес, который знала много лет. Сухие стволы, тянущие к хмурому небу голые ветки, поломанные, вывернутые с корнем сосны, пожелтевшая, осыпающаяся хвоя огромных елей… А вот и дом. Но что это? Обгоревшие брёвна… печная труба торчит над грудой развалин… У Иды перехватило дыхание. Как же так? Когда? Она давно здесь не была, но… Она вдруг поняла, что успела полюбить этот  дом, когда-то казавшийся ей ненавистным. И она заплакала. Горько. Как в детстве.

       Проснулась в слезах. Лежала, глядя в темноту. Что за странные сны снятся ей в этом странном месте? Чего хочет от неё этот старый дом на самом краю леса? Но дом молчал, только поскрипывали половицы, да скреблась где-то в подполе мышь. Неожиданно подумалось: дом просит у неё защиты, он хочет, чтобы она заботилась о нём и берегла его. С этой мыслью она уснула и спала до утра крепко и без сновидений.
       Рано утром её разбудило солнце, светящее прямо в окно (забыла задёрнуть шторы), весёлое утреннее солнце! Все мрачные ночные мысли растаяли в его лучах. Ида решила, что в такое утро просто грешно долго валяться и лучше всего пойти пройтись перед завтраком. Быстренько оделась и оставив Кота досматривать сны, вышла за дверь.
        Утро действительно выдалось прекрасным. На небе ни облачка. После ночного дождя всё вокруг казалось таким свежим и ярким, что хотелось петь и смеяться. Ида свернула за угол дома в лес. Трава была ещё влажной и Ида поспешила выйти на тропинку. Солнце поблёскивало в маленьких лужицах, переливалось в каплях на листьях кустов. Впереди на тропинке маячил чей-то силуэт и Ида с досадой подумала, что придётся опять вступать в разговоры, отвечать на какие-нибудь вопросы. Ей совсем не хотелось общения ни с кем, кроме весёлого утреннего леса. Но свернуть с тропинки мешал густой кустарник, ещё мокрый от ночного дождя, пришлось идти вперёд.
        Она шла уже довольно долго, перебирая в памяти события последних дней, когда почувствовала, что проголодалась. Неплохо было бы вернуться и наконец позавтракать. Оглянувшись вокруг, заметила, что пока она была занята своими мыслями, погода успела испортиться, а лес вокруг ей совсем незнаком. От стал похож на лес из её сна – сухие стволы, пожелтевшие ели. Повернулась, чтоб идти обратно – и не увидела тропинки. Ида поняла, что задумавшись, уже не следила за дорогой, а машинально шла за мелькавшим впереди силуэтом. Огляделась ещё раз, в надежде увидеть человека, за которым шла и спросить дорогу. Но вокруг не было ни души.
       Ей стало не по себе. Тревожно зашумел ветер в верхушках. В шуме ветра ей послышался тихий голос. Ида прислушалась.
       – Сссслушшшай…
       – Кто ты? – спросила Ида, – Чего тебе надо?
       – Этот проклятый дом держит меня взаперти. Я хочу, чтоб ты освободила меня.
       Теперь Ида почувствовала слабый запах сырой земли, тления, плесени… запах который так напугал её когда-то в первой запертой комнате. Она поняла, КТО разговаривал с ней.
       – Как ты можешь говорить со мной, если ты заперта в доме?
      – С тех пор как в доме никто не живёт силы мои выросли, но их ещё недостаточно, чтобы выйти самой. Если ты выпустишь меня…
       – Да, что будет если я тебя выпущу?
       – Хочешь, я никогда не приду за тобой?
       – А если нет?
       – Тогда ты останешься здесь и умрёшь… а  мне рано или поздно хватит сил выйти оттуда самой!
       – Я должна подумать, – сказала Ида. – ты хочешь очень много и пытаешься запугать меня. Уйди. Исчезни, или я откажусь и мне всё равно что будет. Я должна подумать, а ты мне мешаешь.
       – Думай. Но не слишком долго.
       Стало тихо. Смолк шум ветра. Исчез ненавистный запах. Ида осталась одна.  Опустилась на мягкий мох под деревом, прислонилась спиной к стволу, закрыла глаза. Надо вернуться в дом! Во что бы то ни стало… Но как? Ида представила себе комнату, в которой проснулась сегодня утром. Солнечный свет пробивается сквозь неплотно задёрнутые занавески, скользит по кровати, в его тёплом луче, растянувшись на одеяле, дремлет Кот… Ида изо всех сил потянулась к Коту… «КОТ! – мысленно закричала она, – КОТ!!» И увидела, как Кот открыл глаза, потянулся, выгнув спину, спрыгнул с кровати…
       Что-то тёплое ткнулось ей в руку. Ида открыла глаза: Кот! Увидев, что замечен, Кот повернулся и побежал через лес. Ида последовала за ним, стараясь не потерять из виду роскошный рыжий хвост, мелькающий между деревьями. Теперь ей было наплевать на мокрые кусты и сырую траву. Она хотела одного: выбраться, вернуться в дом. Ещё не представляя себе, что будет делать, Ида твёрдо знала, чего делать не будет. Ни за что. Даже в обмен на обещанное бессмертие.

                11.

       – И что же нам теперь делать? – обратилась Ида к Коту за неимением других собеседников.
       Они сидели за столом, вернее Ида сидела за столом, а Кот восседал рядом с ней на столе. За утренний подвиг ему прощалось и позволялось всё. Они только что позавтракали и теперь можно было вести беседу, если  можно назвать беседой разговор, когда один задаёт вопросы, а второй слушает и не отвечает. А ведь мог бы и ответить. Ида совершенно  точно знала, да что там знала! – слышала, как он говорил.  Это случилось, когда она забрела в заброшенный пионерский лагерь. Как давно! Сколько с тех пор случилось всякого…
       Но теперь Кот упорно отмалчивался, и ответ надо было искать самой. Конечно, сны, которые снились ей последние дни, были связаны с утренним происшествием. Дом пытался дать ей знак, попросить у неё помощи. Если бы только она могла понять, какой помощи… И тут Ида вспомнила про чердак. Там всегда можно обнаружить ответ на правильно поставленный вопрос. Надо только найти верную формулировку, тогда и ответ будет понятным. Ида задумалась.
      Начать, пожалуй, стоит с запертой комнаты и её пленницы. Ида даже мысленно не хотела называть ЕЁ… Пусть будет «пленница», слово ничем не хуже любого другого, а о ком речь понятно сразу. Оставила Кота трудиться над пирожком с мясом и поднялась на чердак. Подумала, и подошла к большому старому шкафу. Поскольку ответом может оказаться что угодно, пусть будет побольше места для него. Взялась за ручку дверцы и сказала:
       – Здесь находится то, что поможет хотя бы на время лишить пленницу запертой комнаты возможности общаться с внешним миром.
       Немножко напыщенно получилось, но мысль вроде бы выражена точно… Потянула за ручку, открыла дверцу. Сначала ей показалось, что шкаф пуст и она уже расстроилась, что ничего не получилось, но увидела на дне шкафа бобину скотча и рассмеялась: ну конечно, самый лучший изолятор! Тем не менее решила воспользоваться находкой.
      Взяв скотч и прихватив по дороге старые ножницы, Ида спустилась с чердака и пошла прямо в коридор в тремя дверями. Аккуратно оклеила скотчем по периметру всю дверь запретной комнаты, залепила даже замочную скважину, предварительно хорошенько заткнув ее комком того же скотча. Посмеялась сама над собой, уж больно это наивно: скотч! Но когда оглянулась на пороге, уже щёлкнув выключателем и готовясь закрыть за собой дверь в коридор, увидела: скотч засветился в темноте слабым голубоватым светом…
       Подумав решила, что всё правильно: дом защищал себя от опасности её руками, он не мог дать ей плохое средство. Может быть теперь сны оставят её в покое? Она сделала всё, что могла. Не пора ли ей отправляться в путь? Можно было бы прихватить с собой Наташку, что-то она захандрила последнее время, порция чудес ей пошла бы на пользу… Или навестить Талю, той тоже не помешало бы немного встряхнуться. Или даже устроить праздник для них обеих… Но что-то подсказывало ей, что её дела в ведьмином доме ещё не закончены.
       На следующий день оказалось, что нужно пополнить запасы и Ида отправилась за покупками. Конечно не обязательно было идти в деревенскую лавочку, Ида прекрасно могла раздобыть необходимое не выходя из дому. Всем по-настоящему нужным её снабжали сны. Но осторожная Ида никогда не пренебрегала покупками в лавочке, чтобы не вызывать подозрений у любознательных деревенских кумушек. Кто знает, что могли бы они нафантазировать, видя, что она не покупает ни хлеба ни молока.
       Спустя полчаса Ида возвращалась, нагруженная продуктами и свежими деревенскими сплетнями. Она узнала много интересного о своей «бабушке», которая уже стала деревенской легендой. На Иду, как на её внучку и наследницу, поглядывали с уважением и некоторым страхом. Как ни странно, это не доставило ей ни малейшего удовольствия. Уже подходя к дому, Ида увидела идущую ей навстречу старушку-соседку. Они никогда не общались и Ида даже не знала её имени. Но на этот раз, поравнявшись с Идой старушка остановилась, пришлось остановиться и Иде. После обмена приветствиями, старушка вдруг сказала:
      – Как он тебя балует, видать нужна ты ему…
       – Что вы хотите сказать? – удивилась Ида. – Кто балует? Кому нужна?
       – Да не говори мне «вы», ты же старше меня будешь. Я ещё молодой девчонкой была, когда ты здесь появилась, а ты была уже седой старухой, вот как я сейчас… Помню я как ты всё по окрестностям бродила, пути искала, чтоб уйти отсюда. Потом исчезла — видать, нашла. А сейчас вернулась, и не рассказывай мне сказок о бабушке и внучке. Молодой-то тебя ведьмин дом сделал, а он ничего не делает просто так…
       – Откуда вы...ты знаешь? Что ты мне можешь рассказать про ведьмин дом, чего я не знаю?
       – Зайди ко мне, попьём чайку да поговорим, чего ж посреди улицы стоять…
       Зашли в дом, старушка проводила её в чистенькую опрятную комнату, усадила за стол. Поставила чашки и сладости. Пока дожидались чайника, сказала:
       – Про дом этот мне ещё бабушка моя рассказывала, а ей – её бабушка. Что не простой он, и хозяев сам себе выбирает. И что все мы тут живём только пока дом тот стоит, потому что бережёт он нас от большой беды, а какой – нам неведомо.
       – Об этом я как раз знаю. А зачем ты меня позвала?
       – Хотела тебе вот книжку бабушкину отдать… мне она без надобности да и непонятна мне она, а тебе может и пригодится, раз уж ты ведьма…
        Старушка порылась в комоде и положила перед Идой небольшую, изрядно потрёпанную книжку в тёмном кожаном переплёте. Взглянув на неё, Ида внезапно почувствовала сильное отвращение, поняла, что ни за что на свете не прикоснётся к этому подарку, и что старушка вовсе неспроста так ласкова и хлебосольна.
        – Спасибо тебе, – сказала Ида, поднимаясь из-за стола. – Совсем забыла, есть у меня важное дело и нельзя его отложить. Уж прости меня, в другой раз чайку попьём, пойду я домой.
       – А книжку разве не возьмёшь? Хоть полистай, посмотри, может, что полезное…
       – Нет, извини. Не сейчас. Может, зайду ещё, тогда и посмотрю. Оставь её пока у себя.
       Повернулась и пошла к двери, чувствуя почему-то – оглядываться не стоит. Ощущая холодок в спине открыла дверь, вышла – и почувствовала слабость в ногах: на улице была глубокая ночь. Заморочила её «добрая соседка», отвлекла льстивыми речами! А она тоже хороша! – заслушалась, растаяла... Нет, правильно она всегда уклонялась от близкого знакомства с соседями...  И с чего она решила, что видела эту старушку раньше? Теперь она казалась ей совсем незнакомой.
       Домой почти бежала, боялась опоздать, ждала беды. Но, подойдя к дому, увидела Кота мирно сидящего на крылечке, и успокоилась: Кот всегда чует неприятности раньше неё.
       «Оглянись» – мурлыкнул Кот, – и Ида оглянулась. Не было никакого дома там, откуда она только что пришла. Её собственный дом был последним на улице, как она могла забыть!

                12.

       – Вот ведь что получается, – объясняла утром Ида Коту за неимением других слушателей, –  опять я оказываюсь привязанной к этому дому. В первый раз, когда я здесь очутилась, дом удерживал меня силой, колдовством, но мы же с тобой смогли вырваться, ты сам мне помог, помнишь?
       Кот промолчал, но его важный вид явно говорил: «Конечно, помню! Ну как бы ты без меня справилась!»
       – А теперь он хочет удержать меня, пользуясь моими добрыми чувствами… Скажи, Кот, разве это честно?
       Кот опять промолчал, но было видно, что у него есть на этот счёт своё особое мнение, которым он пока делиться не расположен.
       – Ну я бы могла ещё пойти на компромисс, если бы понимала, чего от меня хотят!
      Взгляд Кота выражал одобрение…
      – Но вместо внятных объяснений пока мы имеем только страшилки во сне и наяву. Кончится тем, что я просто уйду отсюда, когда мне надоедят эти намёки.
       Кот был не согласен, но промолчал.
      – Молчишь! – с укором сказала Ида, –  А мог бы хоть намекнуть…
       Кот покосился в сторону чердачной лестницы. Ида сочла это каким-никаким ответом. И в самом деле, возможно там она всё узнает. Подниматься на чердак не хотелось, но откладывать на потом тоже бессмысленно.
       На чердаке был полумрак. Ида посмотрела в чердачное окно – за окном стоял густой туман. Ни ближних домов, ни деревьев. Только белая стена тумана. Она подошла к противоположному окну, но и там был только густой туман, белый как молоко. Ида привыкла, что в этом доме можно было ожидать чего угодно. В последний раз, когда она смотрела в чердачные окна за одним был солнечный летний лес, а за другим – занесённый снегами зимний. Но сегодняшний вид из окон – густой туман в солнечный день – навевал тоску и тревогу. Ида отвернулась от окон, не за тем она сюда пришла!
       Подумала немного, перевела дыхание и громко сказала, адресовав свой вопрос дому: «Хочу точно знать, чего ты хочешь от меня и на каких условиях». При последних словах слегка усмехнулась: «Развела дипломатию – «на каких условиях»! А, какая разница, если уж дошло до того, что разговариваю с домом, то как ни формулируй, всё равно попахивает шизофренией...»
       Ответ она увидела сразу. Перед ней на полу лежал голубоватый конверт. Он таким ярким пятном выделялся на пыльном сером полу, что удивительно было, как она не заметила раньше. Хотя, возможно, что раньше его и  не было?
       Ида подняла конверт, повертела в руках — ни адреса, ни надписи, ни марки… Просто чистый запечатанный конверт. Оторвала краешек, вынула сложенный вдвое листок почтовой бумаги. Развернула, прочитала несколько строчек, вкривь и вкось разбросанных по страничке. Задумалась. Скомкала листок в руке. Это надо было обдумать.
       Пока спускалась по скрипучей лестнице с чердака, вспомнила утреннюю встречу и нахмурилась. Что-то часто за последнее время повторяются неприятные сюрпризы. Может быть вообще заколотить досками дверь в коридор с тремя комнатами? Мысль показалась ей соблазнительной и от её воплощения в жизнь удержало только воспоминание о сновидении, где дверь действительно была заколочена. Подумав, всё-таки придвинула к двери огромный старый шкаф, который собиралась пустить на дрова.  Загрузила его всевозможным хламом и решила, что теперь сдвинуть его с места под силу только какому-нибудь сказочному богатырю, и то ему бы пришлось изрядно попотеть…
       Как всегда незаметно наступил вечер. Ида уснула, едва коснувшись подушки головой.

       Тихо прошелестев тёмными крылами печали, рядом с ней опустилась  седая девочка Таля. Вид у неё был усталый.
       – Так хочется чтоб хоть кто-нибудь помог, – грустно сказала Таля. – Если бы ты только знала, как я устала от этой бесконечной одинокой работы. Когда-то мне казалось, что я смогу со всем справиться одна, да я и справляюсь, но чего мне это стоит! Как же хорошо мне жилось раньше, когда рядом было плечо, на которое всегда можно было опереться, рука, которая старалась оградить меня от лишних забот… А я и не замечала тогда, что это и было счастье…
       Ида хотела утешить её, но не могла найти нужных слов. Таля исчезла, а Ида увидела, что находится в Наташкиной комнате. Ида тихонько подошла и посмотрела на спящую Наташку. В свете фонарей, проникавшем через лёгкую занавеску, лицо её казалось очень бледным и  Ида подумала, что и этой седой девочке не мешало бы добавить сил...
       – Милые вы мои девочки, – прошептала Ида, – если бы я могла вам помочь…
       «Можешь» – сказал Кот и потёрся о её ноги.

       Ида открыла глаза. В комнате было темно. Встала. подошла к окну. Чёрные кроны деревьев чётко вырисовывались на фоне неба. Ночь была безлунной, но тем ярче казались звёзды. Спать не хотелось и Ида стояла, глядя в темноту.
       – Надо уже что-то решить, – подумалось ей, не такой уж трудный предложен выбор, и в глубине души она давно всё решила.  Ещё когда неожиданно надумала вернуться в этот дом – на время, как думала тогда, чтобы дух перевести, собраться с мыслями в одиночестве. Конечно, это было не совсем её желание, это ведьмин дом звал её издалека. Они были нужны друг другу. Так что же она сейчас медлит? Вернуться навсегда в свой мир доживать человеческую жизнь – когда-то она именно этого хотела! – или остаться здесь навсегда, отказавшись от «человеческой» половины своей души… Сама же назвалась Маше-продавщице ведьмой… Вот и будет в деревне молодая ведьма, хранительница Дома, оберегающая заодно и деревню от лиха, заключённого в запретной комнате. Интересно, будет ли она помнить свою прошлую, человеческую жизнь, если останется здесь? Почему-то именно эта память о прожитых годах казалась ей сейчас самой большой драгоценностью, с которой жалко было расставаться.
       Подошел Кот, стал тереться об ноги, громко мурлыча. Это напомнило Иде её прошлый сон. Да! В конце концов это единственное правильное решение – и да здравствуют чудеса!
        – «...И ветер свеж, и ночь темна, и нами выбран путь – Дорога Сна...» – пропела Ида, подхватила Кота на руки и закружилась с ним по комнате. Теперь осталось одно последнее дело…

       Наташка проснулась. Ей снился какой-то грустный но хороший сон. Снова, как в прошлый раз, увидела свет в кухне… Ида!
       – Смотри, что я тебе принесла, – сказала Ида, показывая Наташке большой красивый шар. Он был немного похож на огромный мыльный пузырь, почти прозрачный и переливающийся всеми цветами, – Я решила сделать вам с Талей подарки.
        – С чего бы? – спросила Наташка, немного встревоженная тоном, которым это было произнесено.
       – А что, разве нужен какой-то особый повод, чтобы делать подарки друзьям? Просто мне захотелось, чтобы у тебя и Тали не было причин для грусти, вот я и купила вам по шарику.
       – Ничего себе «шарик», – засмеялась Наташка, – я никогда не видела таких больших воздушных шаров! Можно я отдам его внуку? Будет просто поросячий восторг!
      – Ну это не совсем обычный шар и ты не сможешь никому его подарить. Он специально для одной тебя. Как только ты возьмёшь его в руки, он лопнет, а то, что тревожит тебя больше всего – наладится само собой. Тале я тоже такой послала. Он, конечно не сможет исправить прошлое, но облегчить настоящее и сделать более светлым будущее – ему вполне под силу. Я оставила его у кровати, мой подарок будет первым, что она увидит, когда проснётся. И как только шарик лопнет у неё в руках, жизнь наконец-то повернётся к ней светлой стороной.
       – Где ты их взяла?
       – Места знать надо! – засмеялась Ида, – Ну ладно, мне пора. Твой шарик должен лопнуть, когда меня здесь не будет.
       – Куда ты? Когда снова появишься?
        – Я больше не приду, но обещаю тебе сниться! Лови!
       Ида подбросила радужный шар, как дети бросают друг другу мячик – снизу вверх и исчезла. Наташка поймала шар, он был совсем невесомый и очень приятный на ощупь. Шарик был у неё в руках всего мгновение, а потом как будто взорвался изнутри, осыпав Наташку градом разноцветных мерцающих звёздочек. Она застыла в изумлении, а звёздочки с тихим мелодичным звоном всё кружились и кружились вокруг неё, становясь всё прозрачнее, пока совсем не исчезли.


Рецензии
Здорово, когда можешь услышать зов своего предназначения и сделать выбор в его пользу! Иде это удалось. Правда, как-то осталось за рамками, была ли у нее семья, дети в ее прошлой, человеческой, жизни? Почему-то она не выбрала ту жизнь? Она была там одинока?

Влада Галина   06.05.2021 23:59     Заявить о нарушении
Спасибо, Влада, за внимание к сказке и за такой интересный вопрос... Попробую ответить... Прошлая жизнь осталась "за раками", но ведь Ида о ней почти и не вспоминает, слишком увлеклась чудесами...Оказавшись в волшебном ведьмином доме она сначала упорно ищет дорогу обратно, в свою человеческую жизнь. Но когда в комнате с зеркалами ей представляется возможность вернуться в любой из самых счастливых дней и прожить заново, начиная с этого дня всю жизнь, она не делает этого. Потому что «...в какой самый счастливый день не вернись, он опять пройдёт! И молодость пройдёт, и жизнь опять пролетит – не заметишь...» Ида всю жизнь хотела чудес. В детстве испугалась попробовать и потом жалела. Дети выросли, у мужа свои дела, романтика кончилась вместе с молодостью. Так зачем возвращаться? Наверно, Ида эгоистка, ведь не захотела же остаться вместе с ней среди чудес Наташка из «Нестрашной сказки с хорошим концом», предпочла вернуться. Как она сама говорит: «Я хочу вернуться туда, откуда пришла и пусть опять устану, замучаюсь, но это моя жизнь, которую я люблю, и это мои близкие для которых живу.» Наташка предпочитает быть нужной, Ида не хочет нудных обязанностей, она хочет чудес...

Елена Путилина   07.05.2021 07:32   Заявить о нарушении
Спасибо, Елена, за такой развернутый ответ!

Влада Галина   07.05.2021 09:05   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.